Карма темных ночей (сборник)

Глава 1

Темная фигура отделилась от стены незаметно, по крайней мере, именно так, вероятно, подумал хозяин этой самой фигуры. Мне же о постороннем присутствии стало известно сразу, стоило очутиться во мраке арки, что вела от автостоянки к нашему дому. Я не стала обнаруживать свою осведомленность, решив подождать развития событий, так как моментально заподозрила, что у человека недобрые намерения. Иначе, что ему делать во втором часу холодной октябрьской ночи в темной арке. Внешне я продолжала изображать беспечность, вышагивая по асфальту, старательно обходя свежие лужи, и демонстрировать полную расслабленность. Однако внутренне вся подобралась, чувствуя привычную радость от прилива адреналина, давно уже в силу профессии ставшего моим единственным дозволенным наркотиком.

Преследователь ускорился и резко ухватил ручку моей сумки, но выдернуть ее не успел, отброшенный обратно в сторону темной арки моею длинной ножкой в элегантном замшевом ботильоне. Не сдержав болезненного вскрика, злоумышленник замер на месте падения, я медленно пошла к нему, понимая, что встреча с моим каблуком надолго сохранится в его памяти. Беглого осмотра мне хватило, чтобы сделать вывод о полной капитуляции горе-грабителя. Темная шапочка его съехала набок, открывая лицо молодого паренька с испуганным взором карих глаз, не мигая уставившихся на меня. Я повторно замахнулась, но сделала это исключительно в воспитательных целях. Добивать поверженного и готового признать поражение врага было не в моих правилах. Однако и оставить его проступок без внимания я не могла. Кто его знает, сколько жертв успел он ограбить в многочисленных подворотнях нашего милого Тарасова, прежде чем встретился с сокрушительным ударом моей хорошо тренированной ножки.

– Не убивайте меня! – жалобно пропищал паренек, увидев занесенную над головой руку.

– Почему это? – озадачила я его вопросом, но с немедленной расправой повременила.

– Как почему? – растерялся он, глядя на меня снизу вверх, все еще вжав голову в плечи. – Убивать плохо! – осторожно выдавил он непреложную аксиому.

– А грабить хорошо? – сдержав ухмылку, уточнила я.

– Плохо… – понуро согласился он.

– Что и требовалось доказать, – я грозно сдвинула брови и с усилием вернула себе воинственную позу, однако парень был настолько жалок, что при всем желании я не смогла бы больше ударить его.

– Не бейте, тетенька, – попросил он, зажмурившись.

– Тетенька?! – возмутилась я.

– Ну, девушка, – поспешно исправил он бестактность.

– То-то же, – немного смягчилась я, но занесенную руку отводить не спешила.

– Поверьте, я в первый раз, я просто… я… э… у меня выхода иного нет, – спешно затараторил парень, видимо, почувствовав утрату моей первоначальной воинственности.

– Выход есть всегда, – убежденно сказала я и, наконец, опустила руку. – Ну, давай, ври про свои крайние обстоятельства. – Мне вдруг стало интересно, как он выкрутится из создавшейся ситуации. Конечно, я не планировала его отпускать, но для принятия окончательного решения, я должна была дать ему шанс оправдаться.

– Вы у меня первая женщина, – совсем уж неожиданно выпалил он и немедленно покраснел. – То есть первая жертва, – он опустил глаза в землю, точнее, в мутную лужу, в которой продолжал находиться после встречи с моей ногой. – Я не хотел, но… Что же мне делать, понимаете, я люблю Машу, – имя девушки он произнес с запинкой, словно даже звучание составляющих его слогов доставляло парню душевные муки. – А она встречается с Громилой, правой рукой бандита Верзилы, – затараторил он еще быстрее.

– Ну, ясно, – перебила я его, поморщившись от избитых прозвищ, коими часто нарекают себя мелкие районные хулиганы. – Вот ты и решил, что тоже станешь грабителем, и тогда эта Маша падет в твои объятия… – озвучила я банальный сценарий.

– А как это вы догадались?! – растерялся он и посмотрел на меня, как на волшебницу.

– Предположить оное совсем не трудно, – произнесла я в ответ, скептически осмотрев его щуплую фигурку. Мой взгляд ему не понравился, щеки подростка порозовели.

– Да, а что, вы думаете, я не смогу?! – выкрикнул он с вызовом.

– Уже не смог, – спокойно констатировала я, многозначительно хмыкнув. – Вставай! – Я поддела узким носом ботильона его промокший в луже кед, слетевший с ноги в результате падения. – Обувайся и пошли…

– Куда? – испуганно спросил он, еще сильнее вжавшись в асфальт.

– В полицию, куда же еще… – убежденно протянула я, слегка запнувшись, чтобы не выдать привычное слово «милиция».

– Но я же ничего не украл! – севшим голосом напомнил он.

– Но попытка, пусть и неудачная, была, так что пойдем, нельзя тебя, этакого гангстера, оставлять безнаказанным!

– Но вы уже побили меня, разве это не наказание? – жалостливо выдавил он, вынуждая меня делать усилие, чтобы сдержать рвущийся наружу смех.

– Я не побила, я защищалась, это была самооборона, – парировала я.

– А я возьму и скажу, что я ничего не крал, а вы сами на меня напали и избили, – вдруг нашелся незадачливый грабитель, чем несказанно удивил меня.

– Я не против, – равнодушно пожала я плечами, – пойдем-пойдем, в участке разберутся, что к чему. – И не дожидаясь ответа, я силком оторвала его от земли и потащила в ближайшее отделение, болезненно удерживая за запястье.

Не успев обуться, кед парень тащил в свободной руке.

– Подождите, я обувь надену, – жалобно пропищал он.

– Не уж, у тебя был шанс, тут недалеко, – немилосердно ответила я и вошла в обшарпанную дверь, ведущую в наше районное отделение полиции.

Мое появление с чумазым парнем за руку произвело некоторое оживление среди двоих сотрудников, что мирно попивали чаек, под пронзительные вскрики спортивного комментатора, доносящиеся из радиоприемника.

– Ба, какие люди! – пришел в себя первый полицейский по фамилии Петров, отложил бутерброд и выдвинулся нам навстречу. – Что это вы, Женечка, не спите в такой-то час?! – поинтересовался он на ходу.

– Да вот, работу вашу выполняю, – покосилась я на поникшего возле меня парня.

– Что, вам своей работы недостаточно? – лениво поинтересовался второй. – Или в нашем городе уже некого спасать? – И незамедлительно продолжил: – Али в рядах телохранителей перебор? – усмехнулся он.

– В наших рядах все в порядке, – подхватила я тон сотрудников, – а вот на улицах города неспокойно, молодежь не в меру расшалилась! – И я дернула за запястье парня, выдвигая его фигуру на первый план. Он взвизгнул от боли и вынужденно переступил ногами вперед.

– И что натворил этот неоперившийся отрок? – осведомился капитан Петров, с которым мы уже не раз пересекались по работе и оставались до сего дня весьма довольны взаимным общением.

– Попытался меня ограбить, – не дрогнувшим голосом ответила я и тут же услышала хохот.

– Бедняга, странно, что он остался жив, – отсмеявшись, вставил второй полицейский.

– Что это вы меня монстром в глазах подростка выставляете?! – притворно обиделась я.

– Ну, зная о ваших подвигах, иное предположить сложно, – ответил Петров. – Так что, будем оформлять парня? – он с готовностью взялся за лист бумаги.

– Сначала пробьем по базе, а там поглядим… – задумчиво протянула я.

– Тогда пусть молодчик в обезьяннике передохнет, там уже и компания ему под стать подобралась, – предложил капитан и, нажав кнопку, вызвал конвоира. Несчастный паренек и глазом не успел моргнуть, как уже оказался в клетке, единственная лавка которой была занята грязным бомжеватого вида дядькой, храпящим на все отделение.

– Ладно, Евгения Владимировна, а теперь серьезно, – обратился ко мне Петров, когда мы вернулись в кабинет. – Ты что, и правда, решила его закрыть? Дитё ведь совсем…

– Нет, конечно, но и отпустить сразу было неправильно. Ты пробей его, тем более что и паспорт вон в кармане был. Если он чист, припугнем как следует и отпустим, а то он удумал гангстером стать, чтобы девушку поразить. Надо бы эту идею из его глупой головенки прогнать, да так, чтобы пути обратного эти мыслишки не нашли.

– Вот уж не думал, что ты такая душевная дамочка, – удивился полицейский. – С виду этакая леди-вамп, красотка, что и говорить, – добавил он с грустным вздохом, явно сожалея, что мои прелести для него являются недоступной мечтой.

– Я не такая, то есть, несомненно, красавица, но не страдаю излишней добротой. Просто иногда, как я полагаю в данном случае, достаточно хорошенько предупредить, нам это ничего не стоит, а парню только на пользу пойдет, – честно ответила я.

Мои предположения оказались верны, Егор Смирный перед лицом закона был чист. Более того, он еще имел связи в полицейских кругах, проверка показала, что его дядя работает в рядах правоохранительных органов в чине майора в солнечном городе Сочи. Ни под одно описание непойманных воришек он не подходил, биографию имел стандартную. Да и во дворе дома, в котором был прописан, действительно имелись два хулигана с нехитрыми «погонялами» Верзила и Громила, собранное досье на которых уже позволяло сотрудникам органов правопорядка взять под стражу мелких преступников, что они и собирались сделать в ближайшее время.

– Ну что, отпускаем? – Петров радостно потер руки.

– Отпускаем, – в тон ему ответила я. – Вот только протокольчик все же наляпаем, для устрашения, так сказать. Своего рода страховка от желания повторить сомнительный подвиг в будущем, – проявила я просто чудеса воспитательной работы. Известный педагог Макаренко мог бы мною гордиться.

Громкий скрежет железных ключей в замочной скважине изрядно напугал притулившегося в углу обезьянника парнишку.

– Смирный, на выход! – скомандовал капитан, лицо его не обещало ничего хорошего, и тело Егора неконтролируемо затряслось. Я стояла подле служителя закона и изо всех сил старалась сохранить грозное выражение под стать сотруднику.

– Значит так, – сразу перешел к делу Петров, усадив тяжелой рукой бледного Егора на стул в своем кабинете. – Варианта у тебя два, – и продолжил: – Первый, Евгения пишет заявление, мы тебя оформляем, доказательств предостаточно, и примерно через месячишко отправляешься ты в наши суровые северные края, чалить свой первый заслуженный срок. Сразу должен отметить, что никакой дядя в погонах из города Сочи тебе не поможет, – блеснул осведомленностью капитан и только в этот момент позволил себе остановиться, глядя прямо в глаза несостоявшемуся воришке долгим насупленным взором. Егор инстинктивно замотал головой, в знак протеста перед грядущим. Услышав про родственника, он уныло вздохнул.

– А второй вариант, вы же говорили, что вариантов два, – слабо напомнил он, когда пауза, взятая служителем закона, неприятно затянулась.

– Говорил, – справедливо согласился Петров. – Мы отпускаем тебя домой, но из без пяти минут осужденного ты превращаешься в нашего агента. Тем более что в районе неспокойно, преступный элемент расшалился, и помощь твоя будет своевременна, кроме того, только так и можно искупить содеянное…

– Но, это же значит, что я стану стукачом? – растерялся Смирный.

– Ну, почему… – скептически протянул полицейский. – Ты, например, можешь поступить в юридический институт, и таким образом начать практическую деятельность, у тебя же, кажется, класс выпускной, и время еще есть подготовиться… – неожиданно предложил Петров.

– Да, и в этом случае, это уже совсем иной уровень, это новая жизнь, с романтической и одновременно опасной специальностью в будущем… – вступила я в свою очередь. – Поверь мне, девушки в итоге предпочитают нормальных мужиков без черных пятен в биографии. А тюрьма – это не пятно, это клеймо на всю жизнь! – пламенно закончила я свое короткое воззвание.

Должна отметить, что Егор соображал быстро, и стоило мне замолчать, как он завопил, что согласен, и что прямо этой же ночью займется слежкой за опасными элементами. Он еще долго благодарил меня и расчувствовавшихся при виде его энтузиазма сотрудников отдела за светлое будущее на службе закону и уверял, что он сделает все возможное, чтобы поступить в соответствующее учебное заведение.

Выслушав положенный поток радостных обещаний, я немилосердно вставила:

– Капитан Петров, копию протокола я могу получить? – при этом я незаметно подмигнула сотруднику.

– Разумеется, – широко улыбнулся он.

– То есть как протокола? – опешил Егор. – Но вы же обещали… Сами же сказали, что отпустите?! – Его голос дрогнул, он затравленно обернулся на дверь, явно помысливая о побеге.

– Я как обещала, так и поступлю. Но не заручиться подобной бумагой не могу. Да, кстати, – перевела я взгляд на Петрова, – сфотографируйте его по всем правилам, на всякий случай. – Я подмигнула начальнику кабинета, он согласно и важно покивал в ответ. После чего я добавила, опять посмотрев на несчастного парня: – Это будет тебе предостережением, если вдруг опять решишь покорить чье-то сердце нетрадиционным способом! Это понятно?! – последние слова я произнесла чуть громче.

– Вполне, – понуро подтвердил Егор.

Капитан довольно споро наваял положенную бумагу. Еще раз предупредил, что даст ей ход только в том случае, если парню вдруг взбредет в голову нарушить данные обещания, да еще припугнул несчастного Смирного личным контролем и повышенным вниманием полиции города к оступившемуся подростку. В общем, воспитательная мера была выполнена в полном объеме, что меня вполне удовлетворило и обнадежило.

Отпустив Егора Смирного из отделения навстречу радужным перспективам, я, от души насмеявшись, также покинула кабинет капитана Петрова. Правда, предварительно я все же взяла выписку об инциденте, вдруг когда-нибудь понадобится напомнить парню о его проступке, всегда смогу припугнуть, что имею право возбудить дело в любой момент. Необходимость этого поступка я почувствовала инстинктивно, и более четких объяснений этому у меня пока не было. Однако правильно оформленную справку о задержании гражданина Смирного с поличным я аккуратно сложила и убрала в сумочку. В сторону дома я направилась со светлым чувством в груди, автоматически отметив, что до наступления нового, судя по всему, такого же хмурого, как и предыдущий, осеннего дня осталось совсем немного времени.

Через два часа я уже встала с кровати, не чувствуя и намека на раздражение по поводу короткого отдыха. За годы тренировок я научилась восстанавливаться полностью всего за несколько часов сна, и сейчас была бодра и готова к новым свершениям, наступления которых отчаянно желала. Выбранная мною некогда специальность телохранителя приучила меня к опасности, и, если в работе наступало затишье, я чахла, как цветок, лишенный света и влаги. Для того чтобы моя квалификация не ослабевала, я придерживалась годами устоявшегося распорядка дня, подчиненного тренировкам в разных видах борьбы, нарушая его пункты в исключительно редких случаях, связанных с работой.

За окном моросил противный колючий дождик из ледышек, в которые превращались капельки под воздействием раннего похолодания. Выйдя из подъезда, я улыбнулась предвестникам скорой зимы и, застегнув молнию спортивной олимпийки, устремилась со скоростью профессионального спортсмена на традиционную утреннюю пробежку в парк. Шесть часов утра во второй половине октября это еще совсем ночь. Парк встретил меня глубоким, каким-то торжественным молчанием. Видимо, ощущение звенящей тишины было вызвано хрустящим ледком, что сковал черные лужи, покрывшие усеянные бурой листвой аллеи. Наслаждалась уединением я, однако, недолго. Пробежав два километра, я услышала далекий звук от припарковавшейся поблизости машины, а вскоре повстречала мужчину, который в довольно приличном темпе трусил в мою сторону. Чуть в отдалении за ним был заметен второй спортсмен. Я сразу догадалась, что эти двое прибыли вместе. Первый, судя по всему, босс, а второй – его охранник. У меня зародились подозрения, что эта пара появилась в парке не из спортивного интереса, а ради моей персоны.

Что ж, я давно уже привыкла, что потенциальные клиенты изыскивают разные пути, чтобы проверить мою квалификацию, прежде чем заключить контракт. Решив, что сейчас именно такой вариант, я максимально сконцентрировалась, подозревая, что бегуны намерены меня испытать. Незамедлительно, словно в продолжение моих мыслей, за моей спиной послышался шорох, кто-то прятался за кустами, стараясь остаться незамеченным.

«Похоже, мне не избежать очередной проверки, – автоматически подумала я, но эта мысль меня только приободрила. Так как никакая тренировка не заменит живого спарринга с партнером, как я надеялась, умелым».

Однако в следующее мгновение я уловила новый звук, в результате чего поняла, что схватка не предполагается. Кто-то тихо взвел курок. Не став дожидаться продолжения, я, сделав сальто назад, приземлилась как раз напротив подозрительных кустов и, прежде чем все свидетели моего акробатического трюка успели опомниться, резким выпадом через ветки вырвала оружие из рук затаившегося злоумышленника.

Профессиональное оптическое ружье с невесомым японским глушителем прочно легко в мою ладонь, но в этот момент я допустила оплошность, так как не ринулась за преступником, а попыталась его вслепую ухватить свободной рукой через заросли. Кончиками пальцев я лишь почувствовала гладкую поверхность его кожаной куртки, однако он резко дернулся и побежал. Кинув ружье за спину, я ринулась за ним, но кусты росли очень плотно, чтобы их перемахнуть, необходимо было отступить на несколько шагов, чтобы взять некоторый разбег. Я прекрасно понимала, что этих мгновений хватит злоумышленнику, чтобы уйти. С другой стороны, если это была всего лишь проверка, вряд ли мой соперник будет до конца разыгрывать свою роль. Решив, что главного я добилась и свою квалификацию подтвердила на сто процентов, я обернулась к двоим бегунам на аллее.

Как я и предполагала, мои соратники по увлечению бодрящим бегом трусцой были знакомы. Первый, тот, что по моим предположениям являлся боссом, в данную минуту лежал на земле. Второй – охранник – на нем, нещадно вдавив тело хозяина в покрытую ломким первым льдом лужу.

Услышав звук спешно отъехавшего со стороны кустов мопеда, я сказала:

– Вставайте, опасность миновала…

Мужчины недоверчиво оглядели меня и неуклюже поднялись.

– Что происходит?! – безуспешно пытаясь отряхнуть осеннюю грязь со спортивного костюма, наконец выдавил первый.

– Это я должна спросить, – я многозначительно посмотрела на ружье.

– Макс, разберись! – справившись с первыми эмоциями, скомандовал мужчина охраннику.

– Позвольте узнать, вы, собственно, кто? – задал на удивление логичный для данный ситуации вопрос широкоплечий Макс.

– Я – Евгения Охотникова, – более чем уверенная, что мое имя им знакомо, ответила я.

– Но, что произошло, как вы узнали… э… об опасности? – Никак не отреагировав на мое имя, мужчина окинул меня одновременно восхищенным и удивленным взглядом.

– Очень просто, по шуму.

– Какому? Я ничего не слышал! – вмешался главный.

– Мне по профессии положено замечать все подозрительное вокруг, – ответила я, как и прежде, уверенная, что мое предположение о причине появления бегунов в парке правильное.

– А кем вы работаете? – взял инициативу разговора в свои руки первый мужчина.

– Телохранителем, полагаю, вы об этом осведомлены, – пожала я плечами.

– Нет, откуда? – опешил мужчина и поведал мне в нескольких словах о ситуации, в том свете, как она представлялась ему. Звали нового знакомого Владимир Градов. Он только вчера перебрался в элитный таунхаус, возведенный неподалеку от моего дома. Это место он выбрал во многом благодаря близости парка, так как привык к утренним пробежкам, и совершенно не ожидал встретить в столь ранний час, по его словам, «прекрасную незнакомку, мастерски разоружившую злоумышленника в кустах».

– Так это не вами засланный казачок баловался оптикой? – решила уточнить я.

– Не мною, – мрачно подтвердил Владимир, – но, похоже, по мою душу, – добавил он загадочно.

Некоторое время мы провели в молчании.

– Знаете что, Евгения, у меня к вам деловое предложение, – наконец нарушил он тишину, я лишь перевела на него заинтересованный взгляд, предлагая продолжить, ведь примерно такого развития нашего странного знакомства и ждала. – Мы могли бы встретиться через несколько часов у меня в доме? – Он назвал адрес. – Там я смогу вам спокойно все рассказать.

– Я, естественно, согласилась. И мы расстались, мужчины отправились к машине, а я невозмутимо продолжила пробежку, так как не в моих правилах было откладывать начатое дело. На сборы мне хватит и получаса. Я не отношусь к числу тех дамочек, которые часами маются перед зеркалом, наводя марафет для выхода из дома. Внешность моя позволяла мне совершенно не переживать об этом, вселяя уверенность, что я, как говорится, «выгляжу на все сто». Даже сейчас – холодным осенним утром – после короткой схватки с таинственным убийцей, с влажными под моросящим дождиком волосами и в спортивном костюме, я была убеждена, что не похожа на огородное чучело.

По возвращении домой я не хотела говорить о событиях утра, чтобы не напугать мою тетушку Милу, которая когда-то любезно приютила меня после учебы в своей квартире, поэтому внешне старалась держаться совершенно спокойной. Однако моя наблюдательная родственница все же отметила странность ранних сборов, затеянных мною сразу после бодрящего контрастного душа.

– Так, так… – протянула она. – Никак опять на работу собралась?! – констатировала Мила, оглядев меня внимательным взором.

– Еще не знаю, иду на предварительную встречу, – честно ответила я.

– Зато я знаю, куда еще может торопиться молодая девушка в семь часов утра! – В голосе тетушки звучала стопроцентная убежденность. – От твоих услуг может отказаться либо идиот, либо решивший добровольно покинуть этот мир… э… хотя, в принципе, все тот же идиот, – философски заключила она, высоко оценив мои профессиональные качества.

– Еще рано говорить и о встрече, до которой достаточно времени, и о работе, может быть, меня не устроят его условия, или его мои, – пожала плечами я, и тут же прикусила язычок, поняв, что теперь уже моя энергичная родственница охотно ухватится за случайно оброненное «его» и клешнями вытащит из меня всю информацию о новом деле.

– А что, он молодой, этот твой клиент? – в подтверждение моих опасений спросила она, слегка сощурив любопытный глаз.

– Средних лет, – равнодушно отчиталась я.

– Красив? Богат? Холост? – затараторила она, роняя слова, как пулемет отстреленные гильзы.

– Не знаю, мне это неважно, – ответила я.

– Неважно ей! – привычно возмутилась тетушка. – А мне важно!.. Важно, что такая красота пропадает. Да ты посмотри на себя: «мисс мира», если бы вздумала участвовать в конкурсе. А все нос воротишь! – Я привалилась к дверному косяку, приготовившись выслушать типичный монолог на предмет моей личной неустроенности. – Ты что думаешь, волосы всегда будут такими шелковыми и блестящими, талия тонкой, а ножки ровненькими?

– Если постараться, то достаточно долго, по крайней мере, ножки – уж точно! – позволила я немного пошутить, чтобы разрядить готовую накалиться обстановку. Хотя, должна отметить, что была действительно убеждена, произнося слова о долговечности собственной красоты, так как мои многолетние тренировки и занятия спортом возымели по части моего внешнего вида самые положительные результаты.

– Ну и что, и кому все это?! – воскликнула тетя.

– Мне.

– Не тебе, тебе-то зачем… – раздухарилась милейшая Мила, как я люблю ее называть мысленно. – О муже надо думать, о детях, – тем временем, раскрыла она, наконец, все карты.

– Я думаю… иногда, – решила я ее немного успокоить.

– Ну, так и что, этот твой новый клиент, он какой? – немного смягчилась после моей последней фразы родственница.

– Обыкновенный, я полагаю, да к тому же ему еще и помощь нужна… – Я вспомнила об оптической винтовке, изъятой мною, которую охранник Максим забрал с собой.

Моя добрейшая тетя замерла на какое-то мгновение, потом, тяжело вздохнув, проговорила:

– Ладно уж, иди к своему клиенту, но хоть пообещай, что присмотришься к нему, вдруг он и есть тот самый, кого ты ждешь…

Я, естественно, никого не ждала и не искала, но сообщить об этом тетушке означало разбить ее трепетное, почти родительское по отношению ко мне сердце, поэтому я ограничилась проникновенным ответным взглядом с легким утвердительным кивком.

Тетушка моментально воспряла духом и гораздо более легким тоном запричитала:

– Вот и славно, вот и хорошо. Да, – задержалась она в дверях моей комнаты, – я надеюсь, что ты не уйдешь, не отведав моей фирменной запеканки?

– Ну, разумеется, нет, – уверила я ее, облизнувшись в предвкушении. Тетушка моя была знатной поварихой. Блюда, приготовленные ее заботливыми руками, совершенно справедливо можно было назвать кулинарными шедеврами, и при любой возможности я старалась питаться в доме родственницы, приютившей меня под гостеприимными сводами своей стандартной двухкомнатной квартирки. К тому же времени до встречи было достаточно, чтобы расслабиться за чудесным завтраком в спокойной атмосфере.