- -
- 100%
- +
Глава 1
Купальный сезон еще не наступил. Поэтому адымчарский пляж был пустынен, и, кроме меня, желающих полюбоваться вольным течением вод Волги не было. Но я не очень-то и жаждала человеческого общества, если честно. Знаете, устаешь все время вертеться в безумном калейдоскопе лиц, событий, происшествий, краж, убийств, похищений… Моя профессия, увы, была связана со всеми этими неприятными вещами, и поэтому иногда я убегала в родные «пампасы», в красивую и уютную дачку, стоящую на мысу. Если подойти к краю обрывистого берега и глянуть вниз – открывается водная волжская гладь. Знакомые мои, хозяева дачи, завидев меня на пороге своего летнего обиталища, быстро отправились в Тарасов принимать водные процедуры в более цивилизованной обстановке.
В общем, я осталась одна на адымчарской дачке и наслаждалась уютом и тишиной, наивно полагая, что и детективам господь предоставляет отпуск от трудов праведных и треволнений.
Я гуляла, много спала, читала и слушала музыку, всерьез подумывая о том, что отдых можно бы сделать вечным, тем более…
– А вот на какие шиши-то, собственно, ты собралась жить? – голос трезвого рассудка вторгся в мои розовые планы.
– Отстань, – с досадой отмахнулась я. – На какие-какие… Найду уж на какие…
– Можно пойти дояркой в соседнюю деревню, – продолжал издеваться голос. – Или вот трактористы везде нужны… Справишься? В четыре утра, с ведром, Таня Иванова отправляется на ферму, где, ожидая ее, нервно мычат коровы… Просто как представлю себе такую картинку, не могу понять, то ли это твоя неуемная фантазия, то ли мой страшный сон…
– Хорошо, я не пойду в доярки. Доярка из меня, наверное, не получится. Согласна. Но я могу стать завклубом… Или сельской учительницей.
– У-чи-тель-ни-цей?!
Голос рассудка противно захихикал, несколько раз повторив нараспев «учительницей».
– Не понимаю, что я сказала смешного? – возмутилась я. – Я что, не смогу быть учительницей? У меня с интеллектом какие – то проблемы?
– Чему ты собираешься их учить? – поинтересовался голос. – Как стрелять? Догонять? Гримироваться и изображать из себя старушку-нищенку? Или ты организуешь курсы обучения гаданию на «костях»? Ах, простите, можно еще ввести в этой сельской школе факультативный курс «Основы сыскного дела». Только, милая моя, тебе не кажется, что не такой уж ты в этом деле спец, чтобы обучать детишек?
Я хотела возразить, что, мол, вот как раз и спец, но вспомнила, что никуда я без моих драгоценных «косточек» не гожусь. Выходит, что голос этот совершенно прав.
– Пожалуй, я не смогу заработать себе на жизнь в этой местности, – уныло согласилась я. Но, по крайней мере, я могла позволить себе фантастические мечты. Поэтому сейчас я именно этим и решила заняться. Лежала на пляже, вперив взор в голубые небеса, и мечтала.
Вот я выхожу замуж за нефтяного магната из… Откуда бы мне его выписать? Из Кувейта, например. Однако, согласно моим мечтам, этот несчастный магнат буквально через два дня после нашей свадьбы внезапно умирает. Естественно, оставив мне все свои нефтяные вышки. Я же с обретенным богатством мирно возвращаюсь в Тарасов, выкупаю у знакомых дачку, отстраиваю на ее месте шикарный дворец и живу не тужу без проблем… Правда, естественно напрашивался вопрос, как же получилось, что нефтяной король так скоро оставил меня вдовой? Наверняка меня замучают детективы. Будут думать, что именно я отравила муженька мухоморами, привезенными прямо из Адымчара. И хотя я буду знать, что на самом деле просто не успела обкормить его вкусненькими мухоморчиками, а он сам отправился прямиком к своему аллаху, мне все же придется доказывать свою непричастность… А, кстати, кто же все-таки мог его убить?
Глубоко задумавшись над этим вопросом, я все больше склонялась к тому, что никто его не убивал, а просто магнат умер от старости. И вот, изрядно разомлев на солнышке, занятая своими мыслями, я не заметила, как мое одиночество нарушили. То есть, судя по разговору, доносившемуся из зарослей кустарника, никто не собирался специально нарушать мое неприкосновенное самоупоение. Скорее это я нечаянно оказалась здесь. Эти люди думали, что это они здесь единственные, и поэтому разговаривали достаточно громко.
Видеть меня они не могли – я возлежала в сторонке, тщательно спрятавшись. Словом – «рояль в кустах». Поэтому, вспомнив о хорошем воспитании, я старалась не вслушиваться в их оживленную беседу, касающуюся планов на будущее. Но голоса как будто настойчиво приглашали меня вслушаться в то, что говорилось. А дело-то как раз и шло о…
Не стану рассказывать вам, о чем они говорили. Я старательно пыталась ничего не слышать, пряталась, чтобы никто не подумал, что я тут залегла нарочно, но мой профессиональный интерес заглушал все доводы рассудка.
– Так ты считаешь, что я обязана это делать? – спросил женский голос, как мне показалось, очень взволнованный.
– А ты как думаешь? – Мужской голос не допускал возражений. – Вот так – будешь это делать, хоть застрелись!
Я уже хотела было возмутиться, но следующая фраза повергла меня в замешательство.
– И чем?
– Послушай, ты хочешь наконец-то стать богатой?
«Ага, – подумала я, – значит, не одну меня раздирает дикое желание неправедного обогащения… Впрочем, почему же неправедного? Может, это заезжий коммивояжер пытается втянуть в дело невинную женщину? Они всегда заявляют, что все сразу разбогатеют. Правда, никто особо так и не разбогател, кроме главы этого многогранного маркетинга, но речи-то ведут именно о возможном переходе из слез в Крезы».
Взволнованная женщина помолчала, обдумывая, хочет ли быть богатой, и почему-то очень тихо, будто поняла, что я их подслушиваю, прошептала:
– Не такими способами…
– А какими? Пойдешь продавать косметику или гербалайф? Или станешь бегать по вагонам с газетками?
Значит, не «гербалайфщики» пасутся в зарослях боярышника, поняла я. Раз, например, торговлю чудодейственным похудением он считает неприбыльным занятием, то предлагает ей что-то другое.
– Я не хочу этого делать, – настойчиво сопротивлялась женщина.
Может, этот мужчина предлагает ей продавать свое тело? Это дело, конечно, прибыльнее косметики, но я бы, например, не пошла на подобное ни за какие ковриги.
Между тем собеседники стали говорить тихо, почти шепотом, и я перестала их слышать. Потом ветки зашевелились, раздался сухой треск, и мужской голос зло произнес:
– Ну как знаешь… Пока.
Судя по звуку шагов, он удалился.
В кустах воцарилась тишина, а потом я уловила подавленные всхлипывания.
Видимо, у женщины, оставшейся там, было очень плохое настроение.
Я озабоченно потерла лоб, обдумывая, как же мне быть. По христианским понятиям я просто была обязана попытаться утешить несчастную, объяснив ей, что нельзя верить этому алчному волку и идти в проститутки. Я уже было поднялась, но…
Всхлипывания в кустах прекратились. Ветки шевельнулись, и я услышала, как слабый шорох прошел по зарослям легким ветерком.
Женщина ушла.
Ну и ладно, сама разберется, что к чему, решила я, доставая кисетик с «косточками». Возвращаться домой было еще рано, солнце только-только начинало припекать, и я решила еще немного побыть на пляже.
* * *Естественно, подслушанный нечаянно разговор будоражил мое воображение. Я честно пыталась запретить себе думать о чужих тайнах. Играя с «косточками», задавала другие вопросы – например, сколь бредова моя идея обольстить престарелого газового магната. Но мои мысли постоянно возвращались к одному и тому же, вращаясь в каком – то замкнутом кругу. Странная беседа не шла из головы.
Сначала мой криминально настроенный рассудок сделал заключение, что парочка в кустах является на самом деле Бонни и Клайдом и намеревается грабануть Центробанк. Впрочем, там совершенно нечего брать, вспомнила я. Да и нерентабельное в нашей стране это дело – ограбление банков… Итак, банк отпал, чему я в глубине души обрадовалась – ненавижу простые вооруженные ограбления! Лично мне они кажутся глубоко примитивной и грубой работой. Сама бы я никогда этим заниматься не стала. Мне нравится думать, рассуждать, прикидывать и искать такие запутанные ходы, что даже Татьяна Иванова, знаменитый сыщик, ничего со мной поделать не сможет… Уж мне-то с этой голубушкой в самый раз управиться… Представлять, как я сама от себя удираю, заметая следы, было куда более увлекательно, чем фантазировать на тему моего краткосрочного брака с кувейтским миллионером-смертником.
И все же, что за интриги плелись в зарослях боярышника?
«Кости» раскатились по моему импровизированному лежбищу и остановились.
А я вопрос-то не задавала, улыбнулась я ехидно. Или «косточки» посчитали вопросом мою мысль?
«13+30+2». – «Это сочетание означает разоблачение чьих-то неблаговидных поступков. Никогда ни к чему не предъявляйте претензий – ни к прошлому, ни к людям, ни к богу, ни к судьбе».
Так как я в ближайшем будущем ничьих неблаговидных поступков разоблачать не собиралась, то отнесла это толкование к моим не очень-то порядочным мыслям о несчастном старце, которого я, фантазируя, лишила жизни. Странно, пожала я плечами. Что-то мои «косточки» становятся занудами. Теряют чувство юмора, относятся к моим приколам с неожиданной серьезностью… Но если это так, то успокойтесь, я передумала и не буду выходить замуж за нефтяного магната. Пусть умирает себе вдали от меня.
– Добрый день, – вдруг раздалось над моим ухом мелодичное контральто. От неожиданности я вздрогнула и подняла глаза.
Прямо передо мной стояла такая красавица, что я поперхнулась от белой зависти. Ее небесно-голубые глаза как будто излучали свет. Жемчужно-матовая кожа, сияющие белизной зубы, чувственные губки, чуть тронутые нежнейшей улыбкой… Ой-ой-ой… Если уж Танечка потеряла дар речи при виде красотки, то каково бедным мужчинам встречать на своем пути эту «леди Совершенство»?
Наверное, они сразу сдаются. И падают к ее изящным точеным ножкам с маленькими, покрытыми лаком ноготочками, к таким совершенным ступням, на которые сейчас налипли сверкающие песчинки… И даже они, песчинки, добавляют этой фее необъяснимое очарование!
– Здравствуйте, – смущенно пробормотала я.
Прекрасное создание огляделось вокруг и, обнаружив, что я заняла единственное приличное место, освобожденное водой – остальная территория еще была под водой, – вздохнула, как бы не решаясь просить меня о любезности.
– Можно, я присяду рядом? – наконец робко поинтересовалась она.
– Конечно, – спохватилась я. – Простите, что не предложила вам сразу…
Девушка села рядом, обхватив руками коленки, и, прищурившись, посмотрела вдаль. Только сейчас я заметила, что уголки ее прекрасных глаз покраснели, а веки припухли. Как будто моя красавица рыдала, охваченная неведомым горем…
В мою детективную голову сразу пришла мысль, что именно ее голос я недавно слышала в кустах. Но я тут же отогнала ее – нельзя же во всем искать тайны, Татьяна!
Девушка протянула мне узкую ладошку и представилась:
– Света.
Я удивилась. Такая красавица должна была иметь какое-нибудь необычное имя. Анжелика, например… Но, вспомнив, что и сама не обладаю изысканным именем, я улыбнулась и представилась в ответ.
– У вас здесь дача? – поинтересовалась она.
Я кивнула.
Девушка присвистнула.
– Однако…
Я знала, что Адымчар уже давно стал резиденцией местных «шишек», однако куда раньше местечко на мысу застолбили мои приятели, и «шишкам» пришлось довольствоваться местами у дороги. Правда, на островах отстроил свою резиденцию губернатор, и благодаря этому наш Адымчар стал походить на голливудские холмы. Сразу все вокруг покрасили, украсили и выровняли. По-моему, даже коров начали мыть с мылом.
– Да ничего особенного, – поспешила заверить ее я. – Совсем скромный коттедж. Вон там, видите? И потом – это не моя дача, а просто моих знакомых. Но ведь и вы, я полагаю, не аборигенка?
– Нет, – вздохнула Света. – Мы, как и вы, приехали в гости. На абсолютно чужую дачу. И, наверное, придется жить здесь все лето…
– Вы этим расстроены? – удивилась я.
О, если бы мне предложили прожить тут беззаботное лето! Даже не лето, хотя бы месяц… Но дела, заботы и главное – необходимость пополнения моих денежных запасов заставляли меня срываться отсюда уже через два дня. Подумав, что Света привыкла отдыхать за границей, я вступилась за Адымчар:
– Здесь не хуже, чем в Майами. И воздух куда привычнее… Нет, вы не правы.
– Я никогда не была за границей, – сообщила Света. – Может быть…
Она неожиданно замялась, и в уголках ее глаз блеснули предательские слезы. Нет, моя красавица явно была в дурном расположении духа! Причем это я еще мягко сказала – ее явно что-то угнетало, давило непосильным грузом, пригибая плечи, сжимая душу.
Стараясь перевести разговор, она с деланным интересом посмотрела на мои гадальные кости и неожиданно спросила:
– А что это за кубики?
– Гадальные кости, – объяснила я.
– Вы гадаете? – оживилась Света.
– Я не гадалка, – честно призналась я, – но иногда спрашиваю у них совета.
– И они дают? – недоверчиво спросила девушка.
– Да. Не представляю, что бы я без них иногда делала. Моя работа…
Не знаю, почему я замолчала.
– Работа? – переспросила Света. – Вы сказали о работе… Кем вы работаете?
Какая любопытная девушка…
– Да так… Дизайнером интерьеров, – ляпнула я наобум. – И «косточки» помогают.
Интересно, как? Подсказывают, как можно разрушить стенку, что ли? Я усмехнулась про себя. Нет, поистине, врать и не краснеть я не научусь даже к старости…
Девушка смотрела на меня доверчивыми глазами, и мне стало не по себе. Нехорошо обманывать такое наивное существо… И почему мне пришла в голову эта идея?
– А можно мне попробовать? – как ребенок, попросила она.
– Конечно, – кивнула я. – Только кидайте сами…
Показав, как это делается, я передала «кости» в Светины ручки.
– Только не забудьте, что вначале надо задать вопрос.
– Вслух? – почему-то испугалась она.
– Нет, можете про себя…
Она облегченно вздохнула и благоговейно посмотрела на «кости». Беззвучно прошептав что-то, закрыла глаза и кинула их на мое покрывало.
«Кости» остановились, я посмотрела на них.
– Ну? Что там? – прошептала зачарованно Света.
– 35+10+22, – небрежно бросила я ей.
Значение этих цифр меня напугало. Можно было, конечно, соврать этой славной девочке, но… Я вдруг отчетливо поняла, что не имею на это никакого права. В конце концов, нельзя шутить с попыткой всевышнего помочь тебе исправить судьбу. Вдруг именно сейчас ей необходим этот беспристрастный совет?
– Что это значит? – нетерпеливо повторила Света.
Она облизнула губы и немного подалась вперед, не спуская с меня своих глубоких и прекрасных глаз.
– «Символы не предвещают вам ничего хорошего, – вздохнув, процитировала я. – Поэтому не соглашайтесь на предложения, которые вам сделают в ближайшее время, иначе потеряете свое доброе имя, вместе с которым лишитесь истинных друзей и имущества».
К моему удивлению, дурные вести Светлану только обрадовали. Подскочив, моя загадочная собеседница чмокнула меня в щеку и, просияв от счастья, прошептала:
– Наверное, вас послал бог… Теперь я знаю, что я права. Спасибо вам большое…
С этими словами она помахала мне рукой и быстро удалилась, оставив меня в полном недоумении.
* * *Я посмотрела ей вслед и недоуменно пожала плечами.
– Да уж, странная девушка, – пробормотала я.
«Наверное, мне не стоит лезть в ее дела», – подумала я. И в самом деле, что мне Гекуба? Куда больше интересует меня Танечка Иванова. И ее возможный брак с кувейтским магнатом. А если вдруг не получится, то и аллах с ним. На нормальную жизнь я и сама в состоянии заработать. Без кувейтских стареньких нефтяников…
Солнце удалилось в облака, и на песок упали первые капли дождя. Пора сматываться, решила я. Собрав нехитрый скарб, состоявший из покрывала и кисета с «костями», я поплелась вверх, к своему мыску. Дождь становился все сильнее, и в воздухе повеяло холодом.
Проходя мимо зарослей, откуда совсем недавно слышались загадочные речи, я улыбнулась. Сейчас все мои подозрения казались мне смешными.
И вдруг в тот самый момент, когда я ругала себя за склонность к подозрительности, моя нога наткнулась на что-то острое. Я даже вскрикнула от боли.
Было такое ощущение, что в мою пятку впилась булавка…
Я отдернула ногу и машинально посмотрела вниз. Там что-то сверкнуло.
Нагнувшись, я подняла с травы маленький брелок с ключами и поднесла его поближе к глазам, чтобы рассмотреть.
Очень красивый и дорогой брелок представлял собой изящную бутылочку, инкрустированную маленькими стразами.
Я почему-то была твердо уверена, что он принадлежит Свете, и забрала его. Дача ее друзей находилась прямо по дороге, и я решила занести вещицу, когда буду проходить мимо.
* * *Если я правильно поняла Светин жест, то ее знакомые жили немного правее дороги, по которой мне предстояло идти. Я поднялась вверх, в очередной раз проклиная крутой подъем и обещая неизвестно кому в следующем году бросить курить. Неизвестно кто только усмехнулся и явно мне не поверил, но я и не настаивала.
Дождь кончился так же внезапно, как начался, и теперь воздух, наполненный свежестью и ароматами, опять пронизывали солнечные лучи, делая все вокруг ласковым и праздничным. В тишине, нарушаемой только пением птиц да моими шагами, мне было легко и как-то уютно.
Одолев подъем, я подошла к особняку, возвышавшемуся над скромными коттеджами. Да уж, судя по всему, владелец этого сооружения зачитывался романами Вальтера Скотта! Само здание было округлым, как средневековый замок в миниатюре, а венчали его три башенки. Окна закрывали решетки, отличавшиеся изысканностью.
Но остолбенеть меня, как жену Лота, потрясенную видом собственного супруга, заставило не это. И не такие мы дачки видали. Мне лично куда больше симпатична была дачка художницы, выстроенная на бутылках из-под пива. Ее крыша виднелась невдалеке.
Так вот, по аллеям «средневекового замка», между тщательно ухоженными клумбами разгуливало божество. Оно было одето в белые спортивные шорты и отличалось полным отсутствием какого-либо интереса ко мне. У божества были светло-рыжие слегка вьющиеся волосы и глаза такого изумрудного цвета, что я просто зашаталась.
«Интересненько, – подумала я, – может, здесь занимаются селекцией? Мало того, что Света – сверхъестественная красотка, так еще и этот юноша!»
Наконец божественный красавец снизошел до меня и довольно приветливо улыбнулся.
– Добрый день, – пробормотала я, не в силах справиться с дрожью в ногах. «Наклонился он, что-то скажет, от лица отхлынула кровь… Пусть камнем надгробным ляжет на жизни моей любовь»… Я, кажется, настолько забылась, что прошептала строчки Ахматовой вслух. Он вежливо сделал вид, что ничего не расслышал.
– Здравствуйте.
От его улыбки мне страшно захотелось немедленно оказаться совсем рядом, а лучше – в его объятиях. И причем застолбить это место навечно.
– Я ищу Свету, – чуть живая, пролепетала я.
Юноша приподнял брови.
– Свету? – переспросил он.
– Простите, я думала, что она живет здесь…
– Она? Да, можно сказать, что живет…
Мы стояли друг против друга, и волна краски заливала мои щеки. Осознавая данный факт, я чувствовала себя совершенной идиоткой и краснела все больше, а он… Он наслаждался. Улыбаясь, рассматривал меня с таким интересом, как будто перед ним появилась экзотическая птичка.
Собравшись, я сурово одернула себя: «Что это с тобой, Таня? Кажется, на свежем воздухе у тебя немного размягчились мозги… Иначе не могу понять, почему ты застыла тут, как школьница-подросток?»
Я насколько смогла сердито посмотрела на него и попросила позвать Свету.
– А ее пока нет, – развел он руками. – Ей что-то передать?
Решительно протянув ему брелок, я уже было собиралась отойти, как юноша удивленно спросил:
– Где вы его нашли?
Обернувшись, я встретилась с его настороженным взглядом и, уже немного осмелев, объяснила:
– Света оставила его на пляже…
Облегченно вздохнув, юноша пробормотал слова благодарности:
– Спасибо, что занесли… Это действительно… Светин брелок…
Почему он выделил слово «Светин»? Уф, Таня, опять ты ищешь криминал там, где его нет и в помине…
– Я пойду, – сказала я, разворачиваясь.
– Может быть, подождете Свету?
– Нет, – мотнула я головой. – Сегодня мой последний день, и я тороплюсь. Надо собраться…
– Жаль, – протянул юноша. – Вы красивая…
Отвесить ему ответный комплимент или не стоит?
Я подняла глаза. Он смотрел на меня с восхищением. Я сразу приободрилась и улыбнулась.
– Передайте Свете, что мне было очень приятно с ней познакомиться…
С этими словами я очень быстро пошла прочь.
Терпеть не могу выглядеть влюбленной размазней!
* * *К сожалению, мне было пора уезжать. Втянув в свои израненные городским смогом легкие свежий вечерний воздух, я возблагодарила судьбу за то, что дела ждут меня только завтра и у меня впереди еще целый вечер.
Загадочные новые знакомцы из моей головы упорно не выходили, заняв там все пространство.
Я уже почти нарисовала себе картину, и мое воображение услужливо подсказывало мне все новые и новые повороты.
То, что они прятались в зарослях боярышника, я уже воспринимала как должное. Тем интереснее становилась их беседа. В све-те моих последних грандиозных замыслов неправедного обогащения их разговор сводился именно к плану, аналогичному мо-им розовым мечтам. По-видимому, Света должна была выйти замуж за богатого пожилого дяденьку, а юный Адонис, разгуливающий по садику, был Светиным любовником. Собственно, это он, злодей, все и придумал, а честная Света пыталась от затеи увернуться. Но он тронул нужную струну – естественно, Света очень хотела быть богатой. Кто же не хочет? Разве что Франциск Ассизский не хотел, так он потому и святой…
Сочинив целую детективную историю, я уже было совсем запуталась – не представляю, как пишут детективы! Иногда мне кажется, что можно все перепутать, забыть, кого же ты запланировал, например, в убийцы. Впрочем, это и к лучшему. Итак, мой детектив окончательно погряз в невиданных сложностях, и я уже начала засыпать, так и не поняв, кто убил кувейтского магната, – я или Света?
Решив узнать, чья эта дача с башенками, и искренне надеясь, что это прольет свет на происходящее вокруг меня, на таинственные разговоры в кустах, я стала погружаться в сон. Последней моей мыслью было – а какое мне, собственно, дело?
Справедливо решив, что это самая здравая мысль, с ней и заснула. Итак, я предпочла здоровый сон глупым рассуждениям на тему еще не совершенного преступления.
Причем вряд ли оно вообще совершится, просто… Так уж я устроена. Наверное, моя голова уже не умеет отдыхать.
* * *Наутро все мои порывы выяснить, что стоит за вчерашними событиями, были благополучно забыты. Дача с башенками меня уже не занимала, разговоры в кустах казались просто ерундой, а кувейтский магнат был отпущен на свободу. Куда больше я была озабочена сборами и предстоящей поездкой в Тарасов. Погода испортилась – легкий вчерашний дождик сменили хмурые тяжелые облака, холодный ветер с остервенением гонял по дачному дворику листья.
Поэтому мне хотелось поскорее сесть в машину и добраться до теплой квартиры.
Я выехала со двора и через несколько минут уже неслась по нашей «голливудской» дороге прочь от Адымчара с его тайнами и загадками. Мне и в голову не могло прийти, что они все же настигнут меня. Там, в Тарасове.
Иногда случайная встреча кажется тебе случайной совершенно напрасно. На самом же деле она была тщательно запланирована тем, кто держит в руках невидимые нити наших судеб.
Глава 2
За окнами моросил дождь. Умытые улицы производили отрадное впечатление. Я все – гда думала: господь понимает, что в наши ближайшие планы уборка собственных улиц не входит, поэтому он делает это сам с помощью дождя. Так что теперь улочки сияли чистотой.
Я находилась в вынужденном тайм-ауте, поскольку имела неосторожность простудиться, и теперь пожинала плоды моего легкомыслия в виде насморка, кашля и температуры. Поэтому я старательно скрывалась от клиентов, дожидаясь момента полного выздоровления.
Итак, решив в сотый раз пересмотреть «Братьев Блюз», дабы преисполниться нормальным и ироничным отношением к жизни, я вставила кассету в магнитофон. Пульт, конечно, как всегда, куда-то запропастился. Пошарив повсюду, я почти потеряла надежду найти его. Наверное, этот несносный пульт постоянно проводит тренинг детектива под названием «Найди меня»…
Наконец я обнаружила его под диваном, в самом углу. Так как в этой квартире, кроме меня, никаких злоумышленников не наблюдалось, а сам пультик ножек не имел, я без труда догадалась, что именно некая Таня Иванова его туда и забросила.