Месть ей к лицу

© Серова М., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

…Знала бы я, в чем заключается просьба моего нового клиента, ни за что в жизни не поехала бы так поздно, да еще по такой промозглой, сырой погоде, в этот чертов ресторан, пусть и приличный.

Глаза моего потенциального клиента были серыми – наверное, именно поэтому я до сих пор и торчала здесь, периодически в них поглядывая, ведь это мой любимый цвет мужских глаз. Возможно, именно благодаря этим серым глазам я и выдержу его общество еще минут двадцать, но никак не более. В силу своей профессии всевозможных разборок, в том числе и бандитских, с меня более чем достаточно. А этот сероглазый брюнет снова предлагает мне залезть в самую гущу криминального мира. Нет уж, ни за что в жизни – с меня хватит моего последнего дела, которое с успехом закончила всего пару дней назад. Расследование было настолько сложным и опасным, что потребовало от меня колоссальных затрат энергии. Мои умственные и физические резервы находились в данный момент на грани истощения, и я нуждалась в отдыхе ничуть не меньше, чем нуждается в глотке воды усталый путник, бредущий по пустыне. Поэтому я твердо решила отдохнуть дней пять как минимум.

Понятия не имею, почему я все-таки согласилась на эту встречу. Она показалась мне многообещающей: дело, которое мне предлагали расследовать, было анонсировано моим телефонным собеседником как «очень интересное», а оплата гарантировалась высокая.

Закончив свое последнее дело, я решила, что не буду брать трубку, кто бы ни звонил. Даже была мысль выключить сотовый, а домашний выдернуть из розетки, но в последний момент я передумала. Но точно для себя решила, что трубку возьму в том случае, если позвонит кто-то из близких мне людей.

И один из таких близких мне людей и позвонил – это мой приятель, бывший коллега, да и просто отличный парень Володька Кирьянов.

– Танюша, надеюсь, ты не очень занята? – деловым тоном спросил он.

– Нет, но…

– Татьяна, не в службу, а в дружбу, – продолжил Володька, не дав сказать мне ни слова. – Я тебя посоветовал одному парню, дело у него очень серьезное и интересное. Платит по двойному тарифу. Соглашайся! Я тебя порекомендовал как лучшую в своем деле.

Ну как я могла отказать своему другу, особенно если меня так хитро подмаслили. Да и сам Володька никогда не отказывал мне в помощи, если я к нему обращалась. Да и к слову сказать, у нас с Кирей негласный договор: он мне порой подкидывает клиентов, я помогаю ему повышать уровень раскрываемости преступлений, то есть сдаю всех тех, на кого выхожу в ходе расследования, а он оказывает мне информационную поддержку. Так что во всех отношениях мы квиты.

Но Володька свое еще получит, вот только как мне наконец отвязаться от этого навязчивого субъекта. И черт бы побрал его серые глаза…

А ведь день начался как обычно. Активная зарядка, контрастный душ и две чашки ароматного кофе. Мысль о том, что очередная опасная история осталась позади, меня несказанно радовала. Я люблю свою работу, мой труд оплачивается очень неплохо, но это не главное, что привлекает меня в моей неженской профессии. Главное – это то, что каждый раз, расследуя запутанное и рискованное дело, я чувствую, что жизнь не проходит мимо меня. Так что каждое дело – это очередной глоток родниковой воды, очередная порция кислорода, без которой мое существование просто невозможно.

Однако в данный момент я поняла, что сегодня, да и в ближайшие дня три как минимум, мне почему-то не хочется ни воды, ни кислорода. Я слишком сильно устала, поэтому энтузиазм и упал до нулевой отметки. В конце концов, частный детектив – такой же человек, как и все остальные, и тоже имеет право на отдых.

Распахнув окно, я высунулась из него почти наполовину и с огромным удовольствием вдохнула свежий весенний воздух. Весна – мое любимое время года, я просто обожаю весну. Однако в этом году она выдалась с дуринкой. Я даже захотела на нее обидеться. И ведь подготовилась к ней как последняя дура. Загорала в солярии и теперь выглядела так, словно побывала на море, сшила себе три костюма. Даже хотела сменить масть – стать пепельной шатенкой, но потом передумала.

Вчера, в первый день моего отдыха, я находилась в состоянии глубокой прострации, полдня таращилась в телевизор и машинально листала книжки. Но к вечеру поняла, что даже любимая Агата Кристи меня раздражает. День прошел бессмысленно. Поэтому под вечер я все же решила выглянуть на свет божий. Но моя прогулка не удалась с самого начала. Заморосил противный мелкий дождик, а зонт я почему-то с собой не захватила. В соседнем квартале меня беспардонно облаяли. Сначала какой-то бородатый пес, а потом его усатая хозяйка. Следом замызганная иномарка, подскакивая на колдобинах, промчалась мимо меня и, ткнувшись задним колесом в яму с мутной жижей, окатила меня почти с головы до ног. Я глупо взвизгнула и запоздало шарахнулась прочь.

Моя одежда была похожа на легкий маскировочный камуфляж. В таком виде я даже постеснялась зайти в кафе, чтобы укрыться от непогоды. Поэтому не стала больше искушать судьбу и тупо вернулась домой.

А сегодня погода мне нравилась больше. Асфальт уже начинал подсыхать, а островки сероватого снега уже практически не попадались на глаза. Теплый ветер лениво играл пока еще голыми ветками деревьев, плавно раскачивая их из стороны в сторону. Небо было голубым, почти прозрачным – ни облачка, и в воздухе дразняще пахло весной.

Поэтому я решила, что в данной ситуации сидеть в четырех стенах способен лишь человек, который себя абсолютно не любит. Окно я закрывать не стала – теперь, почувствовав этот дурманящий аромат, я поняла, что мое единственное желание – вдыхать его бесконечно.

Следовательно, нужно пойти на улицу. В самом деле, зачем сидеть, как птица в клетке, и шевелить носом, как голодная собака, если можно окунуться в эту весну с головой. Поэтому, быстро собравшись, я решила, что сегодня буду гулять в парке «Липки». И погода меня точно не подведет. Ничто не сможет помешать моему свиданию с весной. Разве только зазвонит телефон…

И он зазвонил – именно в тот момент, когда я уже стояла на пороге квартиры и собиралась покинуть ее пределы.

Сердце сжалось в тоскливом предчувствии. А может, просто не брать трубку? А вдруг это человек от Кирьянова. А ведь я обещала ему помочь, хотя до последнего надеялась, что мне не позвонят. Или хотя бы сделают это дня через три.

– Алло! – наверно, слишком раздраженно ответила я.

– Здравствуйте, я звоню вам от Владимира Кирьянова. Меня зовут Станислав Гордеев, – услышала я в трубке достаточно приятный и взволнованный мужской баритон. – Это вы – частный детектив?

– Да, это я – частный детектив. Татьяна Иванова, – ответила я без всякого энтузиазма.

– Мне срочно надо с вами встретиться. Чем быстрее, тем лучше.

Какой ты, однако, быстрый. Неужели дело настолько важное. Ладно…

– Хорошо. Где и когда? – уже по-деловому осведомилась я.

– Ресторан «Русалка». Примерно через час. Вас устроит?

Меня это устраивало. К тому же у меня было неплохое преимущество – я уже собралась, поэтому не придется тратить время на сборы.

– Татьяна Александровна, найдите мне его, а все остальное я сделаю сам, – именно эта фраза мне сильно резанула слух. До этого мой собеседник говорил сбивчиво и не очень доходчиво. Однако саму суть я более-менее уловила. И чем больше я понимала, тем меньше мне хотелось ввязываться в это дело.

– Станислав Андреевич, подождите. Давайте еще раз все с самого начала, – деловито произнесла я. – Значит, так, у вас убили девушку. При этом вы прекрасно знаете, кто это сделал. Но выйти на этого человека не можете. Поэтому хотите, чтобы я помогла вам его найти. – Я вопросительно глянула на своего собеседника.

– Да… но это не совсем так. – Гордеев немного замялся. – В общем, я знаю, кто заказал это убийство, и знаю, что осуществил его человек, который обычно занимается такими делами по поручению одного криминального авторитета. Но я понятия не имею, что это за человек, где его искать, как мне на него выйти. Найдите мне его… – и снова старая песня.

– Станислав Андреевич, – я сделала упор на обращение, – может быть, я и смогла бы на него выйти. Но делать этого не стану. Это не мой профиль, поймите же вы. Я могла бы взяться за расследование самого преступления, но в данном случае ничего расследовать не требуется. И по вашим словам, вы сами прекрасно знаете, кто убил вашу девушку.

– Вот и помогите мне его найти!

– Кстати, а что за криминальный авторитет?

– Некий Баклан.

– Кстати, откуда такая уверенность, что вашу Светлану убил именно человек Баклана? – полюбопытствовала я. – Может быть, это сделал кто-то совсем другой?

– Исключено. Это его почерк – стреляет в подъезде или возле подъезда с достаточно близкого расстояния. Смертельный выстрел в сердце, затем в голову. Я же говорю, у меня знакомые в отделе, они мне сразу сказали – это почерк Баклана, вернее, не самого Баклана, а его человека.

– Послушайте, нет! – четко произнесла я. – Поймите, я частный детектив, расследовать убийства и разные прочие криминальные происшествия – моя профессия. Но в данном случае я отказываюсь вам помочь, потому что одним из моих правил является категорическое невмешательство в дела, связанные с криминальными структурами. Жизнь, знаете ли, дороже денег.

– Пятьсот, – проговорил он лаконично, что означало: хорошо, я буду платить вам пятьсот долларов в сутки, если вы согласитесь мне помочь.

– У вас, наверно, со слухом плохо? – не выдержала я. – Я же сказала, ни за пятьсот, ни за тысячу и даже за десять тысяч. Единственное, на что я смогу их потратить, так это на шикарное мраморное надгробие.

– Я обещаю вам любую помощь, поддержку, не только материальную. Аппаратура, оружие, люди… У меня родной брат служит в ОМОНе, у него там друзья…

– Вот и обращайтесь к ним, чего вы ко мне пристали?

– Таня, я не знаю, как на него выйти.

Я вздохнула. Что еще за Таня? Еще минуту назад я была для него Татьяной Александровной и не видела абсолютно никакого повода для того, чтобы перейти на более простую форму общения. Тактический ход? Но если это так, то он не на ту напал. И серые глаза ничего не значат.

– Послушайте, я уже устала повторять: вы обратились не по адресу. Вам нужно… в отдел по борьбе с организованной преступностью или…

– Я же говорю – это бесполезно. Между прочим, я тоже уже устал это повторять.

– Тогда ищите какого-нибудь наемного убийцу или сумасшедшего, который согласится на вас работать. Я себя ни к той, ни к другой категории не отношу.

Вздохнув, я снова подняла на него глаза. И как бы я ни была раздражена, поймала себя на мысли, что этот мужчина мне определенно нравится. Высокий лоб, четко очерченный, немного жесткий подбородок с небольшой темной щетиной. Густые брови, почти сросшиеся на переносице, средние правильной формы губы – нижняя чуть выступает вперед, и… серые глаза. Мой тип мужчин на все сто процентов. Жалко, что мы не встретились при других обстоятельствах.

– Но ведь Владимир Сергеевич мне рекомендовал вас. Сказал, что вы беретесь за дела любой сложности и обязательно мне поможете. Татьяна, прошу вас, найдите мне его…

Так, как говорится, все средства хороши. Теперь в ход пошел наш общий знакомый Володька Кирьянов. Ну, Киря, держись, ты у меня еще получишь свое.

– Значит, криминальный авторитет Баклан и его человек… Смертельный – в сердце, контрольный – в голову. Да уж, перспектива не из приятных… Это я о себе, если вы не поняли. – Я все это произнесла как бы между прочим, сделав вид, что задумалась.

– Но ведь всего этого можно избежать. Все зависит от вас.

– Ошибаетесь. В данном случае – не только от меня.

– Я вам помогу.

– Что же вы, черт возьми, не помогли своей Светлане? – Я снова начала злиться. – Где вы были в тот момент, когда в нее стреляли?

– Я был… Это не имеет значения. Я не знал, что они хотят ее убить. Если бы я знал, все было бы по-другому.

– Не знали? – Я удивленно вскинула брови. – Но вы же сами мне в самом начале сказали, что они периодически ей напоминали о том, что примерно пять лет назад ее муж кинул этого самого Баклана на сто… Правильно, на сто?

– Да.

– На сто тысяч долларов, а потом как сквозь землю провалился.

– Не муж, а сожитель. Светлана не была замужем. Краснов был ее сожителем. Да, он исчез с этими деньгами.

– Хорошо, пусть сожитель, любовник, мне все равно… Значит, они чего-то требовали от Светланы? Деньги?

– Это было давно, последние года два Светлану никто не беспокоил. Но это по ее словам. А эти странные звонки начались примерно месяц назад, после того как похоронили этого Краснова. Но она отрицала, что это связано с теми деньгами.

– Может, это и правда было с ними не связано? – предположила я.

– Уверен, что было. Краснов исчез лет пять назад, опять повторюсь, с деньгами. Я его в глаза никогда не видел. А со Светланой мы познакомились спустя год после того, как он исчез. Она потом рассказала мне всю эту историю, когда я случайно услышал ее разговор по телефону. Мне тогда показалось, что все дело в обычной женской неверности, но оказалось, что все гораздо сложнее…

– Я поняла, все это я от вас слышала в самом начале. Хотя рассказывали вы достаточно сбивчиво. Но я усвоила. Некий Краснов, бывший сожитель вашей Светланы, в свое время работал на Баклана. По его поручению он убрал некоего наркодельца, забрал у него эти сто тысяч долларов и, вместо того чтобы честно отдать деньги своему боссу, элементарно смылся. Ничего оригинального, избитый сюжет для любого дешевого боевика. Однако за это пришлось расплачиваться его сожительнице – Светлане. Ее избивали, требуя, чтобы она сказала, куда делся ее любимый. Но Светлана и правда понятия не имела, где он может быть. А деньги, естественно, стали требовать от нее. Бедная девушка! Ей пришлось продать все, включая родительскую квартиру. Все деньги, соответственно, она отдала Баклану. И со временем от нее отстали. А сама она до поры до времени жила у подруги, а потом познакомилась с вами и переселилась к вам. Так?

Он утвердительно кивнул, а я, словно прилежная ученица, продолжила пересказывать ему все то, что услышала от него в самом начале нашего разговора. Только я все это рассказывала более конструктивно, складывая в единое целое, словно мозаику.

– А в один прекрасный день вашей Светлане позвонили и попросили прийти на опознание трупа, найденного на окраине города. Это был Краснов, я правильно поняла?

– Да, это был Краснов. Он скончался от переохлаждения, сильно напившись и заснув под забором.

– Кстати, он что, алкоголиком был? – тут же спросила я.

– Не знаю… Может, и не был, но выпить вроде любил. Но это со слов Светланы, я ж не знал этого человека. Может, потом запил, шут его знает.

– Понятно… И после того как его похоронили, вы несколько раз замечали, что Светлана от вас что-то скрывает.

– Ну да… Однажды мне удалось услышать один из ее телефонных разговоров. Своему собеседнику она доказывала, что не знала о том, что Краснов находился в городе, просила ее не беспокоить больше. Что никаких денег он ей не передавал и вообще видела она его последний раз лет пять назад. Вот. А на следующий день… в общем, вы уже знаете.

– Да, я знаю, что было на следующий день. Смертельный выстрел в сердце, контрольный – в голову. И теперь вы, Станислав Андреевич, считаете, что я должна найти этого человека и преподнести вам его на блюдечке с золотой каемочкой. А дальше вы с ним сами разберетесь. Я вас правильно понимаю?

– Правильно. – И он снова поднял на меня свои серые глаза.

– Только вот вы меня никак понять не хотите.

– Но ведь это ваша работа?!

– Допустим, – терпеливо ответила я. – Только специализация у меня немного другая. Никогда не мечтала стать героиней боевика с печальным финалом. Как бы не получилось так, что это моя последняя роль.

Он снова собрался было мне возразить, но я его прервала:

– Слышала тысячу раз, что вы мне поможете: техника, аппаратура, люди, оружие. Ваше дело – предложить, мое – отказаться. Поищите другого самоубийцу, который согласится за пятьсот долларов в сутки…

– Так сколько вы хотите? Тысячу?

– Нисколько. Я тысячу раз вам повторила, что нисколько. Думаю, наш разговор можно считать оконченным. Официант!

Здесь, в ресторане «Русалка», все официанты носили матросскую форму, что соответствовало общему морскому дизайну интерьера. Спустя минуту к нашему столику подошел высокий парнишка, и я попросила у него счет.

Нет, это надо было так мне испортить настроение, что даже кусок столь вкусной еды мне просто в горло не полез! Я с сожалением посмотрела на почти целую пиццу и вообще нетронутый салат из крабов. Вечер оказался бестолковым вдвойне. Зря только потратила свое драгоценное время на этого сероглазого брюнета. Лучше бы спокойно погуляла себе в парке «Липки», куда и намеревалась отправиться.

Расплатившись, Станислав поднялся и галантно предложил мне свою руку. Мы вместе прошли к гардеробу. Правила этикета ему, похоже, были знакомы, и это было приятно. Если бы не его настойчивость и занудство, я бы, пожалуй, не отказалась еще часок-другой посмотреть в его серые глаза, даже при более слабом освещении…

– Я могу вас подвезти, у меня машина, – предложил он, когда мы выходили из ресторана.

Я уже хотела было согласиться, обманув, что прибыла сюда на общественном транспорте. Но я отказалась, сказав, что на стоянке меня ждет мой французский друг «Ситроен».

У Станислава была новенькая «БМВ», она стояла у самого входа. Мой же «Ситроен» – чуть поодаль. Мы притормозили у его машины.

– Послушайте, Татьяна, давайте и правда забудем обо всем. Нет – значит нет. Но, честно говоря, мне немного жаль, что мы с вами не встретились при других обстоятельствах.

Черт возьми, он просто читал мои мысли! Я улыбнулась.

– Мне тоже, – призналась я.

– Может быть… – сказали мы в один голос и рассмеялись.

– Но только вряд ли, – пожала я плечами, и он не стал возражать.

Он только улыбнулся мне уголками губ, но глаза его при этом оставались грустными. Он сел в свою машину и громко хлопнул дверью. А я направилась к своему «Ситроену», слыша, как заводится двигатель его «БМВ». Сейчас он уедет, и я, возможно, больше никогда его не вижу. И почему он не проявил настойчивость, я не в том плане, чтобы заняться его делом, а в том смысле, чтобы продолжить наше знакомство. Ладно, Танюша, чего теперь об этом думать и себя корить. Ты не хотела заниматься никакими делами, ты своего добилась. Отшила красавца-клиента. Сейчас приедешь домой и будешь продолжать расслабляться и заниматься ничегонеделанием.

Я уже подходила к своему «Ситроену» и доставала ключи, когда… Все произошло настолько быстро и неожиданно, что я не сразу поняла, что случилось. Раздался сильный удар и жуткий скрежет металла. Я резко обернулась назад и инстинктивно обхватила голову руками.

Так и есть, произошло жуткое ДТП. Только как это случилось, я не заметила. Прямо передо мной поперек дороги стояла навороченная «БМВ». Дверца со стороны водителя была приоткрыта, и из нее свисала мужская рука. Лобовое стекло рассыпалось на мелкие кусочки.

Это была «БМВ» Станислава, на которой он только что отъехал.

В его машину врезалась грузовая «Газель», когда он выезжал со стоянки на основную дорогу. Кто был виновником аварии, было непонятно, да и мне было в данный момент не до этого.

Я подбежала к машине и заглянула внутрь салона. Лицо Стаса было в крови, а его обмякшее тело откинулось на сиденье. Наклонилась и приложила запястье к его шее. Слава богу, жив! Убрав руку, я сразу почувствовала, что пальцы стали липкими и горячими. Кровь, очень много крови. Черт возьми, кажется, осколок стекла попал в артерию.

Вспомнив о чудесах реанимации, я начала действовать. Пальцевое прижатие… Мою растерянность тут же как ветром сдуло. Однажды мне уже приходилось останавливать кровотечение из артерии, и мой первый опыт тогда оказался успешным. Я надеялась, что и на этот раз у меня все получится так, как надо.

Была дорога каждая минута. Где же она, эта подключичная артерия, черт бы ее побрал?.. Наконец мне удалась найти артерию и прижать ее в нужном месте.

Кровь почти остановилась – но надолго ли меня хватит? Ведь для того, чтобы фиксировать артерию в таком положении, нужна очень большая сила. Поэтому теперь по правилам надо бы наложить жгут.

Я стянула с шеи шарф, подвела его под место ранения, сильно натянула и сделала несколько оборотов, а затем принялась его туго завинчивать. Убедившись наконец в том, что кровь полностью остановилась, я автоматически посмотрела на наручные часы. По идее мне следовало написать на бумажке время наложения жгута. Я обернулась: вокруг стояли любопытствующие, работники ресторана повыскакивали на улицу. Возле «Газели» тоже уже кто-то суетился, пытаясь оказать помощь, но там водитель пострадал значительно меньше, по крайней мере я видела, как он шевелится и разговаривает.

«Скорую» уже вызвали, быстрей бы они приехали, только бы успели. Теперь все будет зависеть уже не от меня…

– Разойдись! – скомандовал хрипловатый мужской голос одного из прибывших ментов. – Не толпимся, это вам не цирк. Отойдите в сторонку. – Все отошли в сторону. – И вы, дамочка, в сторонку, – попросил он, отодвигая меня от машины.

Я послушно отошла к своему «Ситроену», прислонилась к нему плечом и почувствовала безумную усталость. Вот и отдохнула дома, называется. Сама себя сглазила. И надо же было такому произойти! Станислава было очень жаль, но главное, что он остался живой. Сейчас я со всеми остальными свидетелями дам показания на темы «кто?», «что?» и «как?» и поеду домой спать. Хотя какие показания? Я же ничего не видела. Но ждать мне все равно придется. Это уже гибэдэдэшникам решать, записывать мой рассказ или нет.

Устав стоять на улице, я забралась в уютный салон своего «Ситроена» и стала смотреть на происходящее уже из него. Санитары «Скорой» аккуратно уложили Станислава на носилки, погрузили и увезли. Работники ГИБДД суетились около разбитых автомобилей, устанавливали оцепление, наносили какие-то метки на асфальт.

Один из полицейских подошел ко мне и попросил выйти из машины, далее последовал допрос под протокол.

– Частный детектив? – удивился он, когда я после ФИО и даты рождения сказала, чем занимаюсь.

После этого освободиться мне удалось не скоро. Вопросов ко мне, как ни странно, оказалось очень много. Задавая их, въедливый работник ГИБДД все время повторял: «Вы, как частный детектив, должны были…» Да никому я ничего не должна была, достаточно того, что оказала первую помощь пострадавшему, благодаря чему он, скорее всего, остался жив. Или они думали, что к их приезду я должна была собрать информацию, опросить потерпевших и свидетелей?

А еще меня раздражало, что каждый работник ГИБДД, оказываясь рядом со мной и произнося словосочетание «частный детектив», почему-то начинал пялиться на мои ноги и задницу. Не знаю, чем они раскрывают преступления, но я-то уж точно головой.

В общем, дома мне удалось оказаться, когда уже совсем стемнело и уснули даже бродячие кошки. Дойдя до своей двери, я вошла в квартиру и с наслаждением сбросила с себя всю одежду. Только куртку аккуратно повесила на плечики, туфли же полетели в разные стороны, а джинсы приземлились где-то на кухне. Затем я направилась в ванную. Оттуда добралась до постели и с удовольствием рухнула на нее. На этом, слава богу, плохой день закончился.

…Со Станиславом мы снова увиделись примерно через три недели. За это время я успела провести очередное расследование – разыскала скучного вора, который украл производственные секреты у скучного бизнесмена. Но все это время мои мысли частенько возвращались к Станиславу Гордееву. Как хорошо, что подоспевшая вовремя бригада «Скорой помощи» сумела тогда спасти его. Он потерял достаточно крови и несколько дней пролежал в реанимации, его жизнь висела на волоске, однако волосок этот не оборвался.

Но не зря говорят, что покой нам только снится. Не помню, кто это сказал, но человек этот был не глупый. Теперь меня почему-то мучила совесть. Мне казалось, что по моей вине пострадал человек. Хотя умом я понимала, что совсем не виновата в этом. Но здесь ключевую роль играли ощущения. Наверно, из-за того, что Станислав мне сильно понравился. И кто знает, как бы повернулись события, если бы я согласилась участвовать в его деле, неужели этой бы аварии не случилось? Однако я не растерялась, вовремя сумела оказать ему помощь, остановила кровотечение… Да и что теперь рассуждать, я точно знала одно – этого человека я хочу снова увидеть.

В больницу я ходить не стала – первые дни его состояние было довольно тяжелым, а потом у меня появилось новое дело. Да и не особо мне хотелось посещать это мрачное заведение. В общем, я решила, что обязательно навещу Станислава при первом же подходящем случае, когда его наконец выпишут.