Миром правит случай

Глава 3

На следующий день мне позвонил Федька Галкин.

– Полина, привет! У меня к тебе ответная просьба будет, – сказал он озабоченно. – Я никак не могу дозвониться до своей бабушки. Ты же знаешь, она мне за мать была. Бабуля уже три дня к телефону не подходит. Я у тетки хотел спросить, что случилось, но вспомнил, что она со всем своим семейством в Таиланд улетела. Так что мне больше не к кому обратиться, только к тебе…

– Федя, конечно, я схожу к твоей бабушке, узнаю, почему она не отвечает на звонки. Диктуй адрес! Так, улица Песчаная, – повторяла я за Галкиным, – дом восемнадцать, корпус три, квартира шестнадцать… Записала. Это где-то около старого рынка?

– Да, в том районе, – подтвердил мой однокашник. – Второй корпус находится в глубине спального квартала. С торца обувная мастерская…

– Федя, не переживай, я найду! Как только что-то прояснится, я сразу же позвоню тебе. Пока!

Мне ли было не понять, что чувствовал сейчас Галкин, который рано потерял своих родителей и которого воспитывала одна бабушка! У меня была похожая ситуация. В четырнадцать лет я стала круглой сиротой. Мои мама с папой погибли в аварии, спровоцированной Синдяковым, тогдашним прокурором города. Он был в изрядном подпитии, вот и не справился с управлением. Только ему все сошло с рук – виновником того ДТП посмертно признали моего отца. Прокурору бы на этом успокоиться, но он решил взыскать за свою разбитую иномарку материальный и моральный ущерб, который и адресовал наследнику убитого им водителя скромного «Жигуленка». Одна несправедливость родила другую. Не успел Ариша похоронить сына с невесткой, как занялся продажей квартиры, дабы выплатить долг прокурору. Будучи девочкой-подростком, я не могла в полной мере осознать, почему нам так скоропалительно пришлось переехать в загородный поселок. Дедуля берег меня и до поры до времени не рассказывал всей правды. Когда же я узнала, что убийца моих родителей не только не понес наказания, но еще и умудрился обогатиться за наш счет, то поняла, что никто, кроме меня, не сможет восстановить справедливость.

Прошел еще не один год, прежде чем я смогла наказать Синдякова. К тому времени я уже окончила институт и работала на кирпичном заводе юрисконсультом. По вине директора завода Кудринцева погиб молодой рабочий, а под следствие, с директорской подачи, попал главный механик. Его дочь, Света Борщинская, с которой мы учились в одной школе, попросила меня вступиться за ее отца. Я не могла не согласиться на это, даже несмотря на то, что мне предстояло пойти против своего работодателя. После того как я наказала убийцу моих родителей, пришло осознание, что мое призвание состоит не в том, чтобы сидеть в кабинете, перебирая бумажки и прогибаясь под начальство. Оно совсем в другом – в том, чтобы защищать интересы тех, кто не может отстоять свои права законным путем. Виталий Борщинский был одним из них, и я помогла вернуть ему доброе имя. А директора завода покарала сама судьба, но я, скажу без ложной скромности, ускорила этот процесс. Потом были другие клиенты…

Ариша с пониманием отнесся к тому, что я уволилась с завода и занялась частной практикой. Конечно же, он переживал за меня всякий раз, когда я выходила на «тропу Робин Гуда», но я ни разу не слышала от него стариковского ворчания. Напротив, дед всегда старался мне помочь. Я так же с пониманием относилась к его слабости – карточным играм. Или к силе? Это смотря как на это поглядеть. Карты приносили нам немалый доход, что давало мне возможность браться за дела, которые не сулили никакой прибыли. Мои клиенты очень часто не имели возможности оплатить мои услуги. Кроме того, у Ариши был очень широкий круг общения, благодаря чему он наводил справки о фигурантах моих дел. Еще один плюс – нестандартное мышление, сформировавшееся у моего деда за многие годы, а точнее, десятилетия игры в карты. Он остро чувствовал любого собеседника: вчерашний пример – тому доказательство. Ариша сразу понял, что электрик блефует. Другой бы на его месте повелся на эти байки и согласился бы на замену всей проводки, выбросив деньги на ветер.

– Полетт! – Дед выглянул из своей комнаты, услышав мои шаги на лестнице. – Доброе утро!

– Я бы сказала, добрый день!

– А который сейчас час? – Дедуля прикрыл рот рукой, сдерживая зевоту.

– Полдень.

– Выходит, я проспал завтрак?

– Он на столе. Разогрей в микроволновке, – посоветовала я.

– А ты куда-то уходишь?

– Да, надо смотаться в город, но это ненадолго.

– Погоди, я дам тебе денег. Купишь себе что-нибудь для души. Я угощаю! – Ариша сделал широкий жест рукой. – Этой ночью Фортуна была на моей стороне.

– Я, собственно, не собиралась заниматься шопингом, – замялась я, но, увидев разочарованное лицо своего прародителя, который любил делать мне приятное, поднялась обратно, взяла у деда деньги, чмокнула его в щечку в знак благодарности и стала снова спускаться по ступеням.

– Удачи! – бросил мне вслед дедуля.

– Спасибо.

Я села в «Мини-Купер» и уже через каких-то сорок минут была в историческом центре Горовска. Дом, в котором жила Федькина бабушка, я нашла без особого труда – по вывеске мастерской по ремонту обуви. Сама мастерская уже не функционировала. Двор в отличие от чистенькой и нарядной улицы был довольно запущенный – копаный-перекопанный, ни детских площадок, ни цветущих газонов. Оставив машину около торца дома, я пошла к первому подъезду. Входная дверь болталась на одной верхней петле, ее покачивало от ветра, что выглядело как-то угрожающе. Я не стала задерживаться около нее и сразу же вошла вовнутрь, вспугнув сидящих у лестницы кошек. Поднявшись на второй этаж, я позвонила в нужную квартиру, но мне никто не ответил. Постучавшись в соседнюю квартиру, я услышала:

– Кто там?

– Здравствуйте! Я пришла к вашей соседке, тете Марусе…

Дверь отворилась и миловидная женщина лет пятидесяти уточнила:

– А вы кто же Марии Алексеевне будете?

– Никто. Меня ее внук Федор попросил узнать, почему его бабушка не отвечает на телефонные звонки.

– Пусть он не переживает, с ней все в порядке. Она с моей мамой сейчас на даче. Через недельку они обратно вернутся.

– Скажите, а у них там телефон какой-нибудь имеется? – на всякий случай спросила я.

– Да, конечно, у моей мамы есть сотовый.

– Вы могли бы дать мне его номер? – попросила я, доставая из сумки мобильник, и женщина мне продиктовала телефон. – Спасибо, я передам его Федору.

– Он бы почаще ее навещал, – высказала мне соседка тети Маруси.

– Я ему обязательно это передам. Еще раз спасибо вам за информацию. До свидания!

– Не за что! – Женщина хлопнула дверью.

Я стала спускаться по лестнице, убирая на ходу мобильник, в который вбила номер дачницы, в сумку. В тот момент, когда я шагнула из подъезда на улицу, что-то ударило меня по голове, перед глазами запрыгали цветные искорки, и я потеряла сознание.

Приходить в себя я стала от того, что кто-то теребил меня за плечи. Открыв глаза, я не смогла сразу понять, где нахожусь и что со мной произошло. Сначала я вспомнила, что пошла по просьбе Галкина к его бабке, потом про подъездную дверь, висевшую на одной петле. Неужели это она упала мне на голову и кто-то, воспользовавшись моим беспомощным состоянием, затащил меня в ближайший подвал и усадил в это видавшее виды кресло? Сумка! Со мной была сумка, а в ней приличная сумма денег, а еще документы, мобильник, планшет…

– Ну что, очухалась? – насмешливо спросил мужской голос. Он показался мне знакомым, но я была не в том состоянии, чтобы сразу же сообразить, кому он принадлежит. – Ну вот мы и встретились снова, Полина!

Я перевела взгляд чуть в сторону и увидела Бочарова, одетого в камуфляжную форму. Он смотрел на меня, как на свою добычу. «С тобой немного поиграть или сразу прикончить?» – так и читалась в его взгляде.

– Ну и зачем ты меня сюда привез? – нашла в себе силы произнести я.

– Допустим, это не я привез тебя сюда, а мои люди. Зачем? Разве ты сама не догадываешься? Для того, чтобы продолжить наш разговор. – Сергей поставил передо мной стул и сел на него задом наперед, опершись руками о спинку. – Вот не ушла бы ты тогда из ресторана, ничего этого не было бы. Голова болит?

– А ты как думаешь?

– Думаю, что болит. Мои ребята немного перестарались. Но ничего, скоро это пройдет. Говорил ведь я тебе, что ты все равно будешь на меня работать, а ты не верила! Селезнев убил моего отца, и он должен быть наказан. Чего ухмыляешься? Думаешь, я проговорился раньше времени? Нет, я сознательно назвал тебе фамилию человека, которого тебе в ближайшее время предстоит отправить на тот свет.

– Ты что-то перепутал, я не киллер.

– Нет, конечно, ты мисс Робин Гуд. Так, разумеется, звучит красивее, – заказчик ядовито усмехнулся. – Но суть от этого не меняется. Тебе по-любому придется этим заняться, так что слушай и запоминай!

– Мне вот интересно, если у тебя есть люди, которые по твоему щелчку могут напасть на девушку, вырубить ее и привезти к тебе, то почему ты им не поручишь решение более серьезных задач? – поинтересовалась я.

– Хороший вопрос. Он говорит о том, что ты не потеряла способность мыслить. – Бочаров поднялся со стула, походил по мрачной комнате, вероятно, обдумывая, что мне ответить. Сев обратно, он сказал: – Да, мои люди могли бы разделаться с Селезневым, но не так красиво, как ты. Они бы тупо сняли его с какого-нибудь чердака из винтовки с оптическим прицелом. Но ты, я уверен, сможешь подстроить какой-нибудь несчастный случай с летальным исходом. Так что придется тебе поднапрячься…

– Бочаров, а ты не боишься, что я соглашусь, а потом откажусь от своих слов, но сначала сдам тебя полиции?

– Ты узнала мою фамилию! Похвально! Так вот, Казакова, если ты держишь меня за дурака, то совершенно напрасно. Я подстраховался. Вижу недоверие в твоих глазах, – усмехнулся Сергей и достал из кармана камуфляжной куртки пачку каких-то фотографий. – Я неплохо изучил тебя, Полина, поэтому знаю, что, точнее – кто, сможет тебя заставить работать в полную силу. Ведь ты дорожишь своими близкими, не так ли?

– А ты своими?

– Не обо мне сейчас речь, а о твоем дедушке. – Бочаров показал мне Аришину фотографию, и у меня екнуло сердце. – Старик – твой единственный родственник, не так ли? Ради него ты, Полетт, пойдешь на все… Или нет? Выбирай, кто тебе дороже – дед или какой-то Селезнев?

– Ну ты и мразь! – процедила я сквозь зубы. Хотела ударить Бочарова, но поздно поняла, что мои руки, оказывается, связаны, как и ноги.

– Ладно, ладно, успокойся! – Сергей несколько отодвинулся от меня вместе со стулом и небрежно бросил Аришину фотографию на пол. – Не буду я с ним связываться. Старик в картишки неплохо играет…

– Ошибаешься, мой дед хорошо, очень хорошо играет в карты.

– Вот это меня и беспокоит. Мои люди, по сравнению с ним, дилетанты. Они скуки ради стали бы с твоим дедом играть в карты на интерес, продули бы ему и отпустили бы старика восвояси. А мне такой вариант, как ты понимаешь, не подходит. Вот этот, пожалуй, поинтереснее, – Бочаров показал мне фотографию Нечаевой, приглядываясь к моей реакции. – Твоя лучшая подружка, Алина. Симпатичная девушка, нет, пожалуй, даже красивая. Слишком красивая для того, чтобы оказаться в заложницах. Я в детстве зачитывался романами Дюма. Так вот, когда я подумал, а не взять ли мне Алину в заложницы, то вспомнил про Миледи. Ей без труда удалось соблазнить того, кто ее стерег. Пожалуй, твоей подружке это тоже под силу. А посему она мне не сгодится.

Алинкина фотография плавно приземлилась на бетонный пол. Бочаров стал тасовать оставшиеся у него снимки, выбирая, на ком бы остановить свой выбор.

– Ну и кто там у тебя еще остался? – поинтересовалась я, теряясь в догадках.

– Твой бойфренд, – Сергей бросил в меня фотографию Крючкова, и она упала на мои колени. Мое сердце сжалось так же сильно, как в тот момент, когда я увидела Аришу и Алинку. – Кандидатура, прямо скажем, неплохая. И почему бы ему не пострадать ради своей девушки? Из него вышел бы неплохой тренажер для моих парней. На нем можно новые приемы отрабатывать. О, да я смотрю, ты занервничала! Любишь его, да? Интересно, а он тебя? Есть шанс это проверить. Правда, имеется одно «но»… Крючков сейчас защищает Орла, и знающие люди говорят, что у него есть все шансы добиться для него условного срока. Если адвокат внезапно пропадет, то люди Орла весь Горовск на уши поставят, дабы найти Крючкова. Оно мне надо – связываться с «орлятами»? Не надо. Так что этот кандидат тоже отметается.

Бочаров с самым глубокомысленным видом уставился на оставшиеся две фотографии. Я терялась в догадках, кто может быть на них запечатлен. Самых дорогих мне людей этот мерзавец уже назвал. Кого же еще он зачислил в мой ближний круг?

– Мозги от натуги не лопнут? – колкости не сходили с моего языка, ведь только так я могла выпустить пар.

– Что? – Сергей взглянул на меня, вероятно, не расслышав. – Действительно, выбор непростой. Фигуры равнозначные. Даже не знаю, какой отдать предпочтение. А, пожалуй, возьму в заложники обоих! Хлопот с ними не так-то много… Да, этот вариант практически идеальный.

– Ты это о ком? – не могла я взять в толк.

– Как, ты еще не догадалась? Ай-ай-ай! – Бочаров осуждающе покачал головой. – Не хорошо бросать на произвол судьбы тех, кого приручила. Да это же бомжи – Люся и Вася. Это ведь они, да?

Сергей повернул ко мне сразу две фотографии, и я увидела моих приятелей. Они были в обновках: Василий – в дедовом поношенном пиджаке, а Людмила – в моем стареньком кардигане. Стало быть, фотки были совсем свежими.

– Ну и с чего ты взял, что мне есть дело до этих людей? – усмехнулась я.

– Есть! Ты уже давно опекаешь их – подкармливаешь, одеваешь. А еще ты привлекаешь их к своим работам. Но в этот раз тебе придется обойтись без помощи этих голодранцев, – говорил Бочаров, поглядывая на фотографии бомжей с миной откровенного пренебрежения. – Они станут гарантом того, что ты доведешь мой заказ до конца. Как только ты задумаешь сделать неправильный шаг, мои ребята будут отрезать у них пальцы, разумеется, без всякой анестезии. Я попрошу их снимать все это на камеру, для наглядности. Тогда, я думаю, у тебя пропадет желание делать что-то не так. Что скажешь на это, мисс Робин Гуд?

– По тебе плачет то ли дурка, то ли колония. Я это пока еще не поняла.

– Правильно про тебя говорили – ты отчаянная. Сидишь, связанная по рукам и ногам, и хамишь. Вот такой человек, не теряющий самообладания в стрессовой ситуации, мне и нужен. – Бочаров достал мобильник, нажал на кнопки и поднес его к уху. – Это я, что у вас там? На месте? Замечательно! Сделайте еще пару снимков и пришлите мне.

Через какое-то время Сергей поднес к моему лицу смартфон и показал только что полученную фотографию. На ней Люся с Васей с залепленными скотчем ртами сидели на полу на фоне каких-то труб. Другой снимок был примерно таким же, но сделан ближе, поэтому я смогла разглядеть эмоции на лицах бомжей. Это был не страх, а скорее возмущение по поводу того, что кто-то вздумал ограничить их свободу. Для Люси и Васи она была превыше всего. Похоже, они пока еще до конца не представляли себе, что их может ожидать впереди. А мне садистские картинки, нарисованные Бочаровым, казались не такими уж нереальными. Он наверняка ни перед чем не остановится, лишь бы добиться своего. Так что бомжам угрожает реальная опасность. Если бы я вчера не поехала на кладбище со своими дарами, то Сергей не знал бы об их существовании. Я вдруг в полной мере осознала, что стоит за словами: «Благими намерениями вымощена дорога в ад».

– Как видишь, я все продумал, – сказал Бочаров, убирая мобильник в карман. – Теперь судьба этих бомжей зависит исключительно от тебя. А что до Селезнева, то этого убийцу жалеть не стоит. Он запугал Михальцова, и дядя Леша теперь всем говорит, что криминальные события, описанные в «Белых склонах», вымышленные. Так что ты не сомневайся: что Уткин, что Селезнев – разницы никакой. Ты же – мисс Робин Гуд! Как же ты можешь мириться с тем, что эта тварь все еще коптит воздух?

– Со связанными руками и ногами? Легко! Я сейчас со всем могу смириться. – Я решила потрафить самолюбию этого психа, чтобы притупить его бдительность.

– Ой, прости, я сейчас это исправлю! – Сергей встал, сознательно уронив на пол фотографии бомжей, подошел к столу, взял кухонный ножик, вернулся ко мне и спросил: – Если я правильно понял, ты согласна наказать Селезнева?

– Ты не оставил мне выбора.

Бочаров перерезал сначала веревку, которой были связаны мои ноги, затем освободил мои руки. Как бы я хотела наброситься на него, впиться ногтями в его кожу и разодрать лицо, оставив на нем неизгладимые шрамы! Но я воздержалась от этого экспрессивного поступка. Дело было даже не в том, что мои конечности затекли и я чисто физически не могла сделать ни одного резкого движения. Мне надо было притупить бдительность Сергея, чтобы он поверил – я сдалась на волю предложенных мне обстоятельств. Вот выйду отсюда, вызволю Люсю с Васей…

– Если ты думаешь, что сможешь наплевать на наши с тобой договоренности, то ошибаешься. Каждый твой шаг будет под моим контролем. – Бочаров вернулся к столу, откинул газетку, под которой, оказывается, лежала моя сумка, запустил в нее свои руки, достал планшет и мобильник. – Хорошие гаджеты, дорогие! Прости, мне пришлось в них покопаться. В телефон я посадил «жучок», и он будет передавать мне все твои разговоры. А в планшет я запустил вирус, поэтому без труда смогу читать твою почту… На твоем «Мини-Купере» стоит радиочастотная метка, так что я постоянно буду в курсе его местонахождения. Но и это еще не все. Весь твой дом нашпигован «жучками».

– Электрики поработали, – догадалась я.

– Они самые, – подтвердил Сергей. – А твой старик – не промах: сразу догадался, что проводку менять не надо…

– Давай поговорим о Селезневе, – сменила я тему разговора. – Какую информацию ты можешь мне о нем дать?

– Вот это уже деловой разговор! – Бочаров вернулся к стулу, наступив по пути на фотографию Васи. – Значит, так, Николай Александрович – бывший следак, сейчас он на пенсии, выращивает на даче в Сологубовке огурчики с помидорчиками. Ездит он на пятилетнем «Акценте» синего цвета.

– Номерной знак? – уточнила я.

Сергей последовательно ввел меня в курс дела о Селезневе и членах его семьи, после чего совершенно неожиданно надел мне на голову мешок и вывел на улицу.

– Сейчас тебя отвезут к тому месту, откуда взяли. Прости за неудобство, – Бочаров втолкнул меня на заднее сиденье какой-то тачки. – Лежи и не высовывайся! Хотя ты можешь высунуться, придется к тебе кое-кого подсадить.

– Подвинься! – небрежно произнес незнакомый голос.

Обратная дорога, по моим ощущениям, заняла минут двадцать. Когда заглох двигатель, мужик, который сидел рядом со мной, спросил:

– Тебя в мешке отвести в «Мини», или ты зажмуришься?

– В мешке, – ответила я.

– Правильно шеф говорил, ты настырная! – Мужик вылез из машины, обошел ее и открыл дверь с моей стороны. – Глаза зажмурь! Не хватало еще рисоваться тут с тобой с мешком на голове.

– Закрыла, – сказала я, и в следующий момент мешок с моей головы был снят. Потом меня довольно-таки небрежно вытянули из салона за руку, подвели к моей машине, открыли дверцу и принудительно усадили в кресло.

– Глаза откроешь через минуту. Да, это твое, – на колени упала моя сумка. – Завтра приступай к работе!

Разумеется, я не стала считать про себя до шестидесяти, почти сразу же открыла глаза и увидела в зеркало заднего вида парня, садившегося в черную «Мазду». Именно на него Алина обратила внимание в бассейне. Выходит, он не просто так оказался в «Зените», а следил за мной. Как-то само собой, без усилий воли, в памяти всплыло, что первый раз он засветился в пиццерии, где я встречалась с Женькой. И как же я не догадалась, что за мной следят? Почему не раскусила электриков? Минут пять я занималась жестким самобичеванием, потом поняла, что это пустая трата времени. Что сделано, то сделано, ошибки надо признать и начать их исправлять. Мой взгляд упал на сумку, лежавшую на коленях, и я стала проверять ее содержимое. Все было на месте, даже деньги в кошельке. Но кое-что прибавилось – вирус в планшете, «жучок» в мобильнике…

Я не собиралась рассказывать Арише, что случилось. Во всяком случае, сразу же по возвращении домой. Мне необходимо было до конца осмыслить произошедшее, а главное – проверить, действительно ли весь наш коттедж нашпигован «жучками».

Как я ни старалась сделать непринужденное лицо, дедуля все равно почувствовал неладное.

– Полетт, что случилось? Ты выглядишь так, будто едва избежала аварии. Нужно быть внимательнее за рулем. Сейчас на дорогах столько лихачей!

– Ты, как всегда, прав, – я не стала ни в чем разуверять Аришу.

– Похвалишься обновками?

– Увы, – развела я руками, – я ничего не купила.

– А что так?

– Ничего не подошло – то расцветка не та, то нет моего размера. Так что шопинг не задался.

– Не расстраивайся, в другой раз повезет.

– Дедуля, а ты куда-то собираешься? – уточнила я, заметив, что Ариша стоит при полном параде.

– Да, у Стаса Бабенко внук родился, он сегодня проставляется.

– Передай ему мои поздравления, – я зашла в свою комнату и стала оглядываться в поисках «жучка».

– Полетт, – дедуля прервал этот процесс, заглянув ко мне, – я вот хотел у тебя спросить, что мне подарить?

– Купи подарочную карту магазина для новорожденных. Бабенко сами выберут, что им нужнее.

– Полетт, ну какая ты у меня умница! – Ариша послал мне воздушный поцелуй и закрыл дверь.