- -
- 100%
- +
Глава 1
Мужчина, приятный во всех отношениях
Хмурое осеннее утро лениво заглянуло в заплаканное дождем окно. Мое пробуждение было, как и это мрачное утро, безрадостным, тоскливым, да еще и безденежным. Впрочем, в последнем обстоятельстве, кроме себя, мне винить было некого.
Я предприняла несколько тщетных попыток снова погрузиться в сладкие сновидения, но разные гадкие проблемки, словно стая зудящих комаров, вытолкали меня из родной нагретой кровати. Заодно они выгнали из моей души остатки покоя, поселив в ней тревогу и волнение. В голове воцарился полный мрак…
Собственно, проблема была одна: каким это образом я умудрилась вчера просадить все деньги в эту чертову рулетку. Тем более что с первого же взгляда мне было ясно, что это сомнительное ночное игровое заведение. Выигрыши там всегда мизерные, а проигрыши огромные!
Перед моим мысленным взором красными огоньками вспыхнула сумма, которая перекочевала из моего кармана в чей-то пошире. Кошмар! За эти деньги я столько раз рисковала жизнью в бесконечных погонях, смертельных схватках, сутками не спала, а порой и не ела. Годами до этого училась и готовилась к своей сегодняшней деятельности. Не для того же, чтобы просаживать свои гонорары в нечестных играх! Не для того я стала частным детективом!
Сильные струи горячего душа обрушивались на мои хрупкие плечи, пока я занималась самоанализом и на чем свет стоит ругала себя. Мне теперь надо отработать много заказов, прежде чем верну хоть половину проигрыша. Я забыла свой купальный халат в спальне, и мне пришлось шлепать за ним нагишом. Из заполненной паром ванной я попала в ледяной коридор, и мои мысленные терзания уступили место физическим мукам. Был конец октября, а батареи все еще источали мертвенный холод – словом, все в тот день уже с утра приводило меня в состояние полного нестояния.
«И сама виновата, Татьяна, – грызла я себя. – Не фига было шляться по злачным местам с деньгами в кармане. Нет, все же хозяйственные побуждения не являются основной доминантой моего поведения, – заключила я, обозревая свою кухню. – Неплохо бы сварить кофе». Но кофеварка была не мыта с третьего дня, плита имела вид поля после боя – кровяные пятна разлитого борща покрывали все пространство между конфорками, а вид авгиевых конюшен, открывшийся мне под мойкой да и в самой мойке, послужил мне последним укором совести, вынести который было уже выше моих сил. Да, именно сегодня я вполне созрела провести генеральную уборку!
Никаких заказов вроде бы не предвидится, самое время привести в порядок квартиру, разобрать завалы в кладовке, вынести, наконец, пирамиду пивных бутылок, которую я выстроила под раковиной. Правда, она была закрыта от посторонних глаз изящными дверцами, но горе тому, кто решился бы, как я сейчас, приоткрыть эти дверцы. Батарея бутылок, банки, склянки, тряпки, тазики и щетки – все с грохотом вываливалось на пол, довершая картину, устыдившую меня и служившую дополнительным поводом для утреннего самоедства.
Да, говорила мне мама: «Дочка, как же ты будешь одна жить!» Нет, порядок я, конечно, периодически наводила – по принципу: все лишнее распихивается по ящикам, кладовкам и шкафчикам. И если возникало общее впечатление чистоты, простора и порядка, то в вышеупомянутых местах царило, конечно, полное безобразие. И именно сегодня я вознамерилась покончить с ним! Уборка в кладовке, до потолка забитой всем, что давно пора было выкинуть или еще лучше – сжечь, вполне могла послужить достойным искуплением за мои вчерашние грехи.
Часа полтора я с энтузиазмом разгребала все завалы, и возле входной двери выросла целая куча барахла, подлежащая выносу. Облачившись в старенький спортивный костюм, повязав голову платком и накинув мужскую куртку, любезно оставленную мне одним бывшим любовником (все, что он мне оставил приятного), я нагрузилась сумками с мусором и покинула свою квартиру.
Двери лифта открылись перед самым моим носом, пока я, громыхая бутылками, пыталась нажать кнопку. Из кабины вышел очень приличный господин с редкостно приятным лицом, облаченный в модного стального цвета куртку «Навигатор» и отличные ботинки.
Покидая кабину лифта, господин покосился в мою сторону, и на его гладком лице отразилось смущение. Пока я пыталась втиснуть все пакеты с мусором в лифт, мужчина средних лет и приятной наружности, я бы даже добавила, добротной окружности, подошел к двери и нажал кнопку звонка. Я в срочном порядке принялась вытаскивать обратно свое барахло, попутно воюя с закрывающимися дверями лифта, и, едва отдышавшись, спросила:
– Простите, вы звоните в мою квартиру – вы ко мне?
Мужчина смутился, что невероятно шло к его дорогим ботинкам, и сказал, мило заикаясь:
– В-вы Татьяна Иванова?
– Ну конечно! – Я широко улыбнулась ему, сверкнув своими белоснежными зубами, тем самым отвлекая его от своего нелепого наряда. Раз уж меня застукали в неподходящий момент, то надо не теряться, а брать, как говорится, быка за рога. Хотя на быка этот мужчина был совсем не похож – очень уж милый и интеллигентный. Да и рога ему были бы совсем не к лицу.
– Проходите, проходите! – Я открыла дверь, стараясь пристроить свои пакеты у входа с минимальным грохотом. Однако грохот все же получился, и мужчина, смутившись, нерешительно переступил порог моей квартиры. В его широко раскрытых желтых, как у тигра, глазах отражались волнение и даже, как мне показалось, страх. Конечно, ни на какого бандита или честного бизнесмена он не походил. С ходу я затруднялась определить его социальный статус.
Я провела вконец смущенного гостя в зал и усадила в мягкое кресло. Сама же скинула куртку, платок с головы и предложила сварить кофе. С ужасом я представила себе, как целых полчаса буду намывать кофеварку – ведь до нее пока руки-то еще не дошли.
– Спасибо, ничего не надо! – тихо проговорил таинственный гость и как-то печально усмехнулся, отчего у его желтых глаз образовались легкие морщинки. Трудно было точно определить, сколько этому человеку лет, но можно было все же предположить, что в районе сорока. Хотя на первый взгляд он выглядел не больше, чем на тридцать: моложавая стройная фигура, легкие движения, гладкие щеки, отсутствие какой-либо мужицкой заматерелости. Только довольно редкие с проседью волосы да эта тонкая усмешка, а главное – особое выражение грустных глаз позволили предположить, что под сорок ему все же есть.
– В-вы частный детектив? – спросил нежданный гость с явным чувством неловкости.
– Ну конечно! – Я поощряла его широкими улыбками, чтобы создать легкую непринужденность в общении. Этот клиент, если этот человек, конечно, был клиентом, пришел очень кстати. После вчерашнего моего проигрыша я была уже готова перед любым расшибиться в лепешку, тем более перед таким на редкость приятным мужчиной! Под верхней одеждой на нем оказались очень хороший серого цвета костюм, купленный явно не в нашем городе, модная рубашка и галстук в тон костюма. Этот персонаж как будто сошел со страниц германского каталога «Отто», и только растерянное и озабоченное лицо противоречило его весьма успешному облику.
– Владимир Целиков, – представился мужчина из каталога. – Врач из клиники гематологии. Дело в том, что мне рекомендовал вас один знакомый. У меня сложилась очень щекотливая ситуация, и я вынужден обратиться к вам.
Владимир смущенно замолчал.
«Да, вот врачи пошли, – думала я, разглядывая его галстук. – Примерно такие я видела в одном дорогом универмаге во Франкфурте. А говорят, они по году зарплату не получают!»
– Слушаю вас очень внимательно, – сказала я, надеясь на интересное и необыкновенное дело. Не каждый день являются такие врачи в дорогостоящих галстуках и ботинках. Как правило, моя клиентура – бизнесмены, потерявшие документы или подвергающиеся шантажу со стороны конкурентов по бизнесу, и прочие. Был и один врач – главный психиатр области, у которого стянули его научное открытие. Но я бы не сказала, что люди данной профессии часто обращаются к частным детективам.
Врач, который по году не получает зарплату, продолжил:
– Дело в том, что это сугубо личное, частное дело, можно сказать, моя личная жизнь! Чисто семейное дело, понимаете ли, – его голос предательски дрогнул. Владимир, видимо, сильно волновался.
Интересно, у мужчин с обложки дорогих журналов тоже бывают проблемы в личной жизни? Я вся обратилась в зрение и слух: этот человек был мне необыкновенно интересен. Ужасно захотелось заняться поскорее его делом, в чем бы оно ни заключалось.
– Понимаете, все очень просто… М-мне каж-жется, что моя жена мне изменяет! – И тут его глаза сверкнули желтыми огнями, а лицо покрылось розовыми пятнами. – Понимаете, муж всегда узнает обо всем последним. Но только ко мне это не относится. Мне хотелось бы знать все наверняка. Я хочу, чтобы вы раскопали, кто он и как вообще это все происходит! Мне нужны неопровержимые доказательства! Необходимо застукать их на месте, так сказать, преступления… – продолжал он, и ему явно было не по себе, мужчины чувствуют себя не очень удобно, говоря подобные вещи. Делать их – я имею в виду подобные «преступления» – они стесняются намного меньше… Это-то я уже хорошо уяснила из личного и чужого опыта.
Но, честно говоря, меня постигло разочарование. Я почему-то ожидала дела поинтереснее. Следить за изменяющими женами мне совсем не улыбалось – вот скука-то! Этак я один день, ну, в крайнем случае, два дня похожу за ней хвостом, без всяких проблем установлю личность ее любовника и получу за это, разумеется, жалкие гроши.
Владимир Целиков смотрел в окно, и на его лице отражались муки ревности. Я мысленно приставила к его светлому челу большие оленьи рога – рога не приставлялись. Он обернулся ко мне:
– Я знаю ваши расценки: вы будете получать двести долларов в день. Думаю, один, ну, максимум два дня вам будет достаточно. Если вы, конечно, согласны… – добавил он смущенно.
Будь на его месте какой-нибудь другой мужчина, не столь приятной наружности и обхождения, я бы, наверное, с удовольствием отказалась. Несмотря на заунывные романсы, которые печально исполняли мои истаявшие финансы… Но иногда совсем не деньги играют главную роль в принятии решений.
Но этот Владимир Целиков – загадочный врач, выкладывающий свою полугодовую зарплату за один день слежки за женой – меня как-то очень заинтриговал. Почему-то появилось предчувствие, что слежкой за его женой дело не ограничится. Да и вообще интуиция мне подсказывала, что здесь что-то не так. Если уж ему так приспичило застукать свою благоверную на месте преступления, то это можно вполне сделать и без услуг частного детектива. В конце концов, и самому можно проследить. Или деньги девать некуда? Ну да дело его!
Короче, я, недолго думая, как говорится, рухнула с моста в реку, прежде чем успела обдумать все недостатки и преимущества предложенного дела:
– Конечно, я принимаю ваш заказ! Но вы должны мне подробно описать вашу жену, показать ее… Где она бывает, чем занимается?..
– Да-да, разумеется! – обрадованно оживился ревнивец.
Интересно, каков должен быть любовник, если есть такой вот сексуальный красавец муж с тихим, вкрадчивым голосом и благородными чертами… Так похожий на Ричарда Гира своей проникновенной усмешкой.
Однако я отвлекаюсь. Тем временем загадочный доктор начал исповедоваться:
– Понимаете, у меня молодая жена, ей двадцать четыре года. Мне, для сравнения, сорок три…
Я, мило улыбаясь, вставила:
– Ну что вы, ни за что на свете не подумала бы, хотя, конечно, – это самый цветущий возраст для мужчины! И вы, вообще, действительно так уверены, что у вас есть какие-то основания полагать, что ваша жена?..
– Я уверен в этом на сто процентов, – убежденно сказал он. – Мне только надо точно знать, кто он, где они встречаются, как давно это продолжается, вообще все-все.
Я закивала: понимаю, понимаю! Владимир Целиков, высказавшись, уставился на стену своими желтыми глазами с точками-зрачками, в которых сверкали молнии. Могу себе представить сцену расправы над неверной супругой и ее незадачливым хахалем! Может, зря я в это ввязалась? А то и мне достанется под горячую-то руку. Знаю я, как это бывает, – супруги помирятся, а Тане Ивановой достанется за добытую информацию. Ох и скользкое дельце. И не особо интересное к тому же.
– Мы живем вместе вот уже шесть лет, у нас сыну четыре года – хотя это все неважно, – продолжал он. – Вам надо проследить все ее маршруты – у нее точно кто-то есть. Я знаю! Причем желательно все это как-то зафиксировать: фотографии, пленка, видео!
– Опишите, как обычно протекают ваши будни, когда вы бываете дома, где и как она работает, чем занимается, – попросила я.
– Жена, ее зовут Соня, работает в юридической фирме «Элком», стажируется как адвокат – юрист она там, в общем. Иногда ведет защиту в суде. – Нежданный клиент замолчал и снова уставился в одну точку.
– Вы думаете, ее… связь находится именно в этой области – ее работы, так сказать?!
– Честно говоря, не знаю, – подумав, ответил новоиспеченный Отелло. – Я вот и прошу вас разобраться. Она работает… примерно до пяти часов, никогда не задерживается. Я прекрасно знаю всех ее сослуживцев – думаю, они исключаются. Мы оба уходим утром в восемь часов, собираемся после пяти, наш сын проводит полный день у бабушки.
– На чем же основываются ваши подозрения? – спросила я. – Если я правильно поняла, место работы вашей жены вы исключаете, может, она еще где-то бывает?!
– Не знаю, может, и бывает. У нее ведь свободный рабочий график – целый день она куда хочет, туда и ходит. Часто по подружкам. Но я знаю точно – у нее кто-то есть, иначе я не стал бы вас беспокоить! – заключил Владимир со смущенной улыбкой и полез во внутренний карман пиджака.
Он извлек на свет божий несколько фотографий и два адреса: один указывал мне местожительство их семейства, другой – координаты фирмы, где работала Соня. С одной фотографии на меня глядела широко распахнутыми черными глазами изящная женская головка с очень пикантными чертами лица: вздернутый носик, приподнятые брови и губки, которые вполне могли бы послужить эталоном для реклам губной помады. Словом, это была очень хорошенькая женщина с несколько капризным выражением лица. Я поняла, что это была жена моего клиента Соня.
Вторая фотография изображала молодую адвокатшу в рост, и я имела возможность убедиться, что Соня также обладала и хорошей фигурой и вообще была очень изящной. Ее головка с гладко причесанными черными волосами покоилась на прямо-таки лебединой шейке. Третья фотография изображала все семейство в полном составе: Владимира, Соню и их симпатичного мальчугана.
– Пусть это будет у вас, – Целиков протянул мне фотографии. – А это задаток, – он достал из бумажника двести долларов.
– Хорошо, тогда я сегодня же начинаю работать! Думаю, скоро все узнаю. Сведений, что вы мне сообщили, – вполне достаточно. Я без проблем найду вашу жену и установлю все интересующие вас факты, – заявила я без тени сомнения.
И не такие дела приходилось решать! Не в первый раз, как говорится, замужем.
Владимир облегченно вздохнул и поднялся.
– Спасибо вам огромное!
– Да что вы – пока не за что! – скромно сказала я.
– Когда все станет ясно, позвоните мне на работу или подходите туда – вот адрес и телефон! – Владимир протянул визитку с адресом клиники.
– Хорошо, не волнуйтесь! – Честно говоря, мне уже хотелось побыстрее приступить к этому нехитрому, как мне показалось, делу и побыстрее его закончить. Чего тут чикаться-то.
Как я ни симпатизировала этому врачу, такие пустяковые дела для частного детектива – просто наказание: чревато потерей профессионализма. Можно даже не включать мозги! И риска никакого, что тоже мне не по душе – я предпочитаю захватывающие и опасные приключения, чтобы аж сердце замирало.
Но ведь и небольшие деньжонки тоже надо зарабатывать, поэтому слежка за неверной женой Соней все же состоится. Не все коту масленица…
Мы попрощались, как старые друзья, объединенные общей целью. Приятный во всех отношениях, интеллигентный мужчина Владимир Целиков покинул мою квартиру, а я осталась в раздумьях: закончить ли мне сначала уборку и выпить наконец по полной программе кофе, да такого, чтобы пенка поднялась три раза, а запах кофейных зерен долетел до соседних домов, или немедленно собраться и бегом бежать разыскивать неверную жену врача.
За окном начался проливной дождь, и это помогло мне принять решение. Я предпочла все же организовать себе кофейку и на всякий случай раскинуть свои магические гадальные косточки, как говорится, в спокойной обстановке. Хотя с первого взгляда казалось, что дело Целикова было проще пареной репы, меня почему-то грызли какие-то смутные предчувствия… Мой астральный двойник предостерегающе грозил из темноты подсознания пальцем.
Глава 2
Опасные связи
Божественный запах колдовского напитка из Бразилии одурманивал, стена дождя за окном и уютно горевший светильник на кухне располагали к размышлениям. Хотелось заглянуть в будущее, и я достала из мешочка три двенадцатигранника, сконцентрировав мысли на одной формулировке:
«Что меня ожидает при выполнении данного заказа?» Кости выдали сочетание: 13+30+8, что означает:
«Внимание! Рядом неизбежное горе, и оно не заставит себя долго ждать!»
Я сделала слишком большой глоток горячего кофе и обожгла себе язык. Обычно мои волшебные косточки меня не подводят – надо только уметь их понять. Если мне подают сигнал о близкой беде – надо ее поскорее увидеть и по возможности предотвратить.
Хотя, честно говоря, не представляю, о каком таком неизбежном горе в данном случае может идти речь. Ревнивый муж убивает неверную жену? Конечно, я не должна этого допустить – моя работа не может служить причиной кровопролития. Если Целиков разведется с ней – это его право. Да и какое же это горе? Переживет она этот удар как-нибудь – адвокат все же. Да и собой уж очень хороша… Сама виновата.
Однако кости пророчат, и от их предсказаний никуда не уйдешь. Так что пора мне собираться в путь-дорогу. Причем собираться, максимально изменив свой природный облик.
Я подошла к стенному шкафу, добрая половина которого была забита маскировочными одеяниями и париками. Для слежки за молодой и наверняка ушлой особой, к тому же с высшим юридическим образованием, мне нужно быть как можно более незаметной, слиться с любым фоном – улицей ли, офисом, обратиться в незаметную тетку, каких тысячи в Тарасове. Причем придется, наверное, по ходу дела еще не раз менять мой внешний облик. Для начала я нацепила на себя специально предназначенный для таких целей серенький трикотажный костюмчик производства Республики Беларусь. Сидел он на мне мешком и на вид прибавлял к фигуре килограммов двадцать. Сверху надевалось болоньевое пальто на кнопках – в меру убогое, чтобы не привлекать внимания, и короткие сапожки, продававшиеся в магазине «Великан» за смешную цену и быстро раскупаемые тарасовскими тетками с «химиями» для ходьбы по бездорожью.
«Химии» на моей голове, конечно, не было, да и лицо двадцатисемилетней девушки мало вязалось с таким облачением. Зато у меня в арсенале нашелся чудный паричок – а-ля Надежда Константиновна Крупская. Из него я соорудила небольшой валик сереньких волос и водрузила его на голову. Уже лучше! Если ко всему этому добавить очки в зеленой пластмассовой оправе, наложить на лицо несколько слоев пудры и чуть подкрасить губы розовой помадой – и тогда из зеркала на вас глянет уже вполне готовая тетенька неопределенного возраста, никому не заметная и не интересная. Вряд ли красавице Соне придет в голову обращать внимание на мелькающую поодаль невнятную гражданку с авоськами.
Авоськи в моем хозяйстве тоже имелись: в них погрузились все необходимые частному детективу предметы. Я взяла с собой на дело подслушивающее устройство, диктофон, маленькую видеокамеру – может, удастся заснять эту предполагаемую Эммануэль, так сказать, на месте преступления. На всякий случай я прихватила и набор отмычек, наручники и «макаров» – никогда нельзя наверняка знать, к чему приведет меня то или иное дело. Как часто самые невероятные мои приключения начинались с вроде бы рядовых, неинтересных заказов. В дальнейшем развитие событий покажет, что мои предчувствия, как всегда, были пророческими.
Я предусмотрела, ко всему прочему, и смену имиджа на случай, если в перерыве между адвокатскими хлопотными и любовными делишками Сонечка обратит на меня слишком пристальное внимание своих блудливых глазок.
Моя одежда в этом случае менялась легко: двусторонний плащ, если его вывернуть наизнанку, из темно-серого становился болотно-зеленым, а в одной из авосек находился сменный парик излюбленного тарасовскими женщинами цвета «баклажан».
Естественно, садиться в таком виде за руль своей «девятки» как-то не очень отвечало ситуации и намерениям. Поэтому нужно было пользоваться общественным транспортом либо бегать везде пешком. И такие средства передвижения, похоже, становились для меня единственными и надолго.
На улице царствовали осенняя слякоть и пронзительный ветер. Они заставляли задрипанных прохожих спешить и жаться по стенкам, чтобы не попасть под фонтаны грязных брызг, летящих из-под колес автомобилей. Я с грустью подумала о своей чистенькой бежевой «девятке», мирно дремавшей в гараже.
Через двадцать минут переполненный автобус выдавил меня, как пасту из тюбика, на нужной остановке. Покрутив головой, я направилась в сторону одного административного здания и уже через пару десятков метров наткнулась на огромную вывеску: «Адвокатская фирма „Элком“». Адвокаты расположились на первом этаже старинного особнячка, где, приложив немало сил, устроили так называемый евроремонт: залепили печку белыми панелями, а чудные полукруглые окошки завесили жалюзи.
В вестибюле возле замаскированной печки восседала свежевыкрашенная секретарша.
– Простите, сегодня адвокат Васин на месте? – тихо осведомилась я, предварительно прочитав такую фамилию в графике адвокатских дежурств и уяснив, что Васина-то как раз сегодня нет.
– Вы что, читать не умеете? – высокомерно осведомилась девица, брезгливо выковыривая заевший факс.
– Ой, простите, мне он так нужен – может, он все же будет сегодня? – забормотала я, доставляя ей удовольствие своим жалким видом.
Секретарша снисходительно оглядела мой болоньевый плащ и, по-видимому, осталась довольна моим видом, потому что, смягчившись, милостиво склонила свою курчавую, как у болонки, голову:
– Ну подождите, может, в течение часа он и подъедет! – сказала она.
Мне того и надо было. И я, усевшись на стульчик в коридоре на законных основаниях, получила возможность спокойно изучать обстановку. Ну а если повезет, то и увидеть адвокатшу Целикову.
Минут двадцать мимо меня взад-вперед сновали разнообразные юридические дамы, наконец появилась и Соня – ее нельзя было не признать, увидев на фотографии. Женщина быстро и решительно протопала своими ботинками на высоченных манерных каблуках к выходу, кивнув по пути секретарше:
– Марин, я побежала – буду к трем! Если придет Земцов – его дело назначено на завтра на десять утра!
И Соня Целикова – мой объект для наблюдения – пулей вылетела из офиса, оставив после себя шлейф французских ароматов.
В мою сторону она даже не взглянула, хотя полами своего черного, тончайшей кожи плащика бесцеремонно задела мои авоськи. Я поспешно поднялась с места и тоже засобиралась.
– Ох, извините, – обратилась я к секретарше, – Васина, наверно, не дождусь. Как-нибудь в другой раз! – Я пулей вылетела следом за шустрой Целиковой, кожаная спина которой маячила уже на другой стороне улицы.
Я припустилась за ней и, вскоре догнав, спокойно пошла, держа безопасную дистанцию. Каблучки Целиковой четко отстукивали по тротуару все новые метры в направлении проспекта, и я быстро выяснила, что эта женщина была не самым трудным объектом для слежки. Похоже, ее больше всего волновало лишь собственное отражение в витринах магазинов. Гордо вскинув свою маленькую чернявую головку с туго закрученным узлом волос, Соня просто парила над толпой, совершенно не замечая моего упорного взгляда.
Жена врача, виляя задом, деловито куда-то шагала и явно не подозревала за своей спиной частного детектива в обличье неприметной тетеньки. Периодически она смотрела по сторонам, и я видела ее профиль, вздернутый носик, живописную бровь и надутые накрашенные губки.
Так мы прошли полпроспекта и повернули на улицу Горького. Через два квартала мне уже стало ясно, что Целикова направляется всего-навсего к себе домой. Судя по адресу, который мне дал ее муж, их квартира находится на углу Советской и Горького. Что ж, наверное, решила пообедать. А мне теперь остается только подежурить у ее подъезда, чтобы не проморгать главное – ее любовника.