- -
- 100%
- +
Пролог
Вениамин прыгал последним. Он был инструктором и раскрывать свой парашют мог, лишь убедившись в том, что у остальных все в норме. Об этом он узнавал по маленьким вытяжным куполам, вспыхивавшим под ним. А если вдруг окажется, что не все в порядке, то он должен был, сгруппировавшись, догнать в воздухе гибнущего человека, крепко обхватить его и приземлиться вдвоем на одном парашюте. Это его обязанность!
Все шло как обычно. Вениамин шагнул в пустоту. Ударивший в лицо воздушный поток вызвал в нем неописуемый восторг. Он, с наслаждением расправив руки и ноги, распластался в воздухе, стараясь замедлить падение, потом огляделся и увидел слева и справа под собой раскрывшиеся купола. Нескольких мгновений ему хватило, чтобы догнать спортсменов. Свободный полет! Ради этого люди и рискуют своей жизнью.
Пора было открывать парашют. Вениамин дернул кольцо и тут же почувствовал, что происходит что-то не то. Он по-прежнему летел вниз, вокруг все свистело, а динамического удара так и не последовало. Тряхнуло чуть-чуть – и только! Вениамин поднял голову и увидел, что купол из ранца вышел, но не раскрывается – его перехлестнуло стропой. Сердце ушло в пятки.
«Спокойно, дружок, спокойно!» – убеждал себя Вениамин.
Он попытался отцепить парашют, но бесполезно. Инструктор знал, что основной купол, зацепившись за люверс, ни за что не раскроется даже при правильно выполненной отцепке. Оставалось только надеяться на чудо. Руки предательски дрожали, он обливался холодным потом, заполнившим изнутри весь комбинезон. Все было напрасно. Не помог и запасной парашют, который запутался с основным куполом, болтавшимся у Вениамина за спиной. Чуда не произошло.
Вениамин понимал, что погибнет. Ему оставалось покорно наблюдать за зловещим приближением земли. В это мгновение у него необычно обострился слух, и он отчетливо, сквозь завывание и свист в ушах, услышал тоненький голосок девушки, призывающий Господа. Такое обостренное восприятие чувств бывает перед смертью. Последними мыслями, промелькнувшими в его голове, были сожаления о том, что он так и не женился на любимой женщине и, главное, не успел оставить после себя наследника.
Парашютист лежал на земле, покрытой жесткой пыльной травой. Правая нога его была нелепо вывернута, левая – поджата под себя. Но достаточно было посмотреть на сломанную шею, чтобы понять, что больше он не поднимется никогда.
Погибшему на вид было лет тридцать пять. Еще недавно его можно было назвать крепким парнем приятной внешности. Теперь на его лице застыла болезненная гримаса, которую вполне можно было принять за лукавое выражение. Казалось, в последние минуты жизни он сумел разгадать таинство бытия, не подвластное живым. Но теперь этого уже никому и никогда не узнать.
Глава 1
– Спасибо вам, Танечка. Вы просто меня спасли. Не знаю, что бы я без вас делал. Вы лучший частный детектив в Тарасове. Надеюсь, вы не откажетесь от премиальных, которые мне от всего сердца хочется вам преподнести?
Боже мой! Какой приятный голос! Как трогает душу смысл произнесенной фразы! А вот и пакет! Но что же там внутри? Сердце готово выпрыгнуть наружу… Ох! Доллары! Пачки хрустящих зеленых купюр!
И вдруг запищал телефон. Я накрыла голову подушкой. Возвращаться в реальную действительность совершенно не хотелось.
«Вставай!»
«Ни за что!»
«Это всего лишь сон».
«Я хочу его досмотреть».
«Ну и потеряешь богатенького заказчика!»
Я вскочила с постели и бросилась к трубке. От сна не осталось и следа.
Знакомый мужской голос пожелал мне доброго утра. Я, настроенная на общение с очередным клиентом, даже сначала не сообразила, кто мне звонит. Оказалось, Гарик Папазян – мой давнишний приятель и тарасовский мент в одном лице. Через три дня Гарику должно стукнуть… да это не важно. Суть его разговора сводилась к тому, что свой день рождения он надеялся отметить со мной, в уютной интимной обстановке. У Гарика есть давняя мечта, которой никак не суждено осуществиться. А состоит она в том, что ему, умному и, бесспорно, привлекательному кавказцу, не знающему отказа у женщин, очень хочется со мной переспать. Я же, в свою очередь, не могу сказать, что пылаю к Гарику страстными взаимными чувствами или, напротив, совершенно к нему равнодушна. От поклонников у меня и без него нет отбоя, но лишить Гарика его мечты я не могу, тем более что мне иногда приходится использовать Папазяна для своих профессиональных целей. Но что-то я отвлеклась.
Итак, согласившись отпраздновать с Гариком его день рождения, я повесила трубку телефона и заодно свой нос. Прескверное настроение, залезшее холодной скользкой жабой в мою душу несколько дней назад, мигом напомнило о себе. Так бывало всегда, когда я, Танечка Иванова, сидела на мели. Почему у денег есть одно очень нехорошее свойство – слишком быстро кончаться? Неужели меня ждет еще один день тягостного безделья и безденежья?
Пустив душ, я, чтобы убить время, до отвращения долго простояла под тепловатым дождичком, потом так же долго рассматривала свое отражение в зеркале – катастрофа! Хмурое лицо, поникший взгляд! В удрученном состоянии я добрела до кухни, где выкурила утреннюю сигарету. Уже третий день подряд я курю всякую дешевую дрянь, что является признаком моего плачевного финансового состояния. Распахнув холодильник, я печально созерцала открывшуюся взгляду арктическую пустыню. Кроме кусочка задеревеневшего сыра и банки креветок, ничего достойного внимания там не нашлось. Кофе тоже почти закончился, а для меня, жуткой кофеманки, существовать без хорошего кофе просто невыносимо. Сокрушенно вздохнув, я высыпала остатки молотых зерен в кофеварку и решила, что не мешало бы все же сходить в магазин. Вот выпью кофе и пойду. И нечего унывать! Меланхолия и апатия только притягивают неприятности, а везет жизнерадостным оптимистам. Ну, Танюша, настройся на удачную волну!
Я уже была в коридоре, когда снова раздался звонок. Спокойно, Таня, теперь уж это точно он – твой долгожданный заказчик!
Я угадала. Правда, это оказалась заказчица с довольно приятным тембром голоса. Вот что значит вовремя настроиться на позитив! Вот они, денежки! Вперед, Танюха, дожимай!
С Александрой Семеновой, как представилась мне клиентка, мы условились встретиться через полчаса в небольшом скверике неподалеку от моего дома. Это тихое спокойное место, и я довольно часто назначаю там встречи. Александре, по-видимому, не терпелось как можно быстрее докопаться до правды, а мне – получить аванс.
Я прикинула, что рисоваться перед моим будущим работодателем ни к чему, поэтому шустро натянула джинсы, свой любимый джемпер и через двадцать минут заняла место на условленной скамейке в сквере. Находясь в прекрасном расположении духа, я с нетерпением наблюдала за проезжающими мимо машинами, поджидая красный «Пежо» и его хозяйку.
Не прошло и пяти минут, как около сквера остановился красный спортивный автомобиль. Торопится дамочка!
Из «Пежо» вышла стройная брюнетка лет тридцати пяти, с роскошными длинными волосами, в светло-бежевом костюме, идеально сидящем на ее фигуре. Самоуверенной походкой женщина направилась в мою сторону. Почему-то именно такой я ее и представляла – деловой и немного консервативной.
«А выглядит она просто супер, явно на свой возраст не тянет! Похоже, косметические салоны после посещения такой клиентки в один прием перевыполняют свой месячный план!» – мысленно сыронизировала я.
В платежеспособности заказчицы я уже не сомневалась. Александра еще во время беседы по телефону сообщила, что знает мой тариф за день расследования и готова сегодня же внести аванс.
Женщина подошла ко мне, и мы еще раз любезно представились друг другу.
Присев рядом со мной на скамейку, Александра какое-то время молчала. Чувствовалось, что она волнуется и не знает, с чего начать. Вблизи я рассмотрела припухлости и темные круги под ее глазами, которые обычно говорят о бессонной ночи.
– Я вас очень внимательно слушаю. Случилось что-то серьезное? – попыталась я помочь Александре, устыдившись собственных мыслей о косметических салонах, посещаемых ею.
Она тяжко вздохнула, достала из сумочки сигареты. Убедившись, что я не прочь подышать с ней за компанию табачным дымом, и немного успокоившись, клиентка наконец приступила к изложению волнующей ее проблемы.
Оказалось, что вчера, в субботу, трагически погиб любимый мужчина Александры Вениамин Брянский. Случилось это за Волгой, в Покровске, где Вениамин работал инструктором по прыжкам с парашютом в коммерческом клубе «Голубые дали». Он же являлся и одним из акционеров клуба. Как обычно, Вениамин вместе с группой спортсменов, тренирующихся у него, выполнял прыжки. Все приземлились благополучно, а у Вениамина не раскрылся парашют.
Александра замолчала, губы у нее задрожали. От показной прежней самоуверенности не осталось и следа.
Ну вот, начинается! Сейчас последуют слезы и рыдания, а утешать нервных дамочек не мое ремесло, успокаивать я никогда не умела. С мужчинами в этом плане работать намного легче, они хотя бы держат себя в руках.
– Какой же помощи вы ждете от меня? – как можно мягче спросила я.
– Понимаете, Татьяна, Вениамин очень опытный парашютист, вернее, был им. Он выполнял прыжки ежедневно, поэтому несчастного случая быть не могло. И уж тем более… Что бы там ни говорила милиция, я абсолютно уверена в том, что его убили…
– А что говорит милиция? – прервала я Александру.
– Милиция? Они считают, что Вениамин покончил с собой! Вчера в обед мне позвонил Костин, компаньон Вениамина по клубу, и сообщил о его смерти. Когда я приехала в «Голубые дали», милиция уже завершила работу. Мне сказали, что это самоубийство, расследования не будет. Только все это чушь собачья! Я просто убеждена, что Костин им заплатил. А за деньги у нас не только начинают расследования, но и закрывают дела.
Ого! Да ей впору самой в детективы податься! Уже и козла отпущения нашла. Конечно, тяжело смириться с потерей любимого, но ничего убедительного в ее словах пока нет.
Проигнорировав версию Александры о подкупе следственных органов, я все же решила дослушать ее до конца.
– Так почему же вы все-таки убеждены, что вашего друга убили? – спросила я, направляя ход ее мыслей в нужное русло.
– Возможно, прозвучит банально, если я скажу, что Вениамин очень любил жизнь, но это действительно так. Он был не из тех, кто легко сдается. Я знала его еще студентом. Вениамин всегда добивался того, что хотел: мог познакомиться и влюбить в себя любую девчонку; решил, что служить будет в десантных войсках, и попал именно туда; мечтал организовать свой парашютный клуб – его мечта воплощена. Он вообще был везунчиком.
Был да сплыл. Ничего себе – везунчик!
– Понятно. Но если вы считаете, что Вениамина убили, значит, у него были враги? Вы кого-то подозреваете?
Александра покачала головой.
– Нет. Конкретно никого не подозреваю. Но я точно знаю, что его убили.
– Скажите, Александра, а не замечали ли вы в последнее время чего-нибудь необычного в поведении Вениамина? Может, он был подавлен и замкнут или, напротив, раздражителен и вспыльчив?
– Да нет же, ничего подобного! Конечно, Вениамин уставал на работе, что свойственно любому человеку. Но чтобы он пребывал в угнетенном состоянии духа? Никогда! Он был нормальным, психически уравновешенным человеком. Инструкторы-парашютисты, к вашему сведению, регулярно проходят медкомиссию, в противном случае их просто не допускают к работе.
А заказчица-то, оказывается, дама вспыльчивая. Давай-ка, Таня, чуть-чуть с ней покорректнее, а то, чего доброго, так и без денег останешься.
– Извините меня, Александра, за бестактный вопрос. Наверное, я не совсем удачно его сформулировала. Нет сомнений, что у Вениамина не было никаких психических отклонений. Меня интересует, не возникали ли у него какие-то проблемы дома или на работе, в результате чего он мог сильно переживать?
На мгновение Александра замялась, но все же решила сказать правду.
– Да, у Вениамина в последнее время были проблемы, однако все они оказались разрешимыми.
В знак согласия я кивнула, и моя собеседница продолжила:
– Дело в том, что Вениамин неоднократно занимал у своего компаньона по клубу. Деньги Костин давал под солидные проценты, которые Вениамин вовремя не в состоянии был погасить. Проценты удваивались и утраивались. В результате долг вырос до огромных размеров. Конечно, Вениамин очень переживал. Сначала он не признавался и ничего мне не рассказывал, считал это личными проблемами. Но мне удалось убедить его, что раз мы вместе, то во всем – и в горе, и в радости. Денег у меня достаточно, и ничего страшного не случится, если я помогу ему расплатиться с долгами. Вениамин согласился, правда, с условием, что со временем все мне вернет.
О, это уже кое-что!
Я поймала себя на мысли, что история Александры пробудила во мне интерес. Только вот не связано ли это с ее последней фразой о владении большими средствами? Впрочем, давно известно, что где замешаны деньги, там, как правило, и совершаются преступления.
Я постаралась вытряхнуть из головы мысли о благосостоянии клиентки, настроилась на деловую волну и спросила:
– И что же? Вениамин вернул компаньону деньги?
– Конечно.
– Вы часто бывали в «Голубых далях»?
– Не очень.
– Сами не пытались поговорить с Костиным о проблемах вашего жениха?
– Зачем? Я же сказала, что предложила Вениамину свою помощь, и он принял ее. К тому же Костин всегда казался мне недостаточно тонким и чутким, чтобы по-настоящему понимать Вениамина. Да и Венечка не хотел, чтобы я вмешивалась в их отношения.
– А какие у них были отношения?
– Кроме того, что Вениамин и Костин были партнерами по бизнесу, их связывала многолетняя дружба со студенческих времен.
– Дружба? Тогда чего добивался Костин, одолжив «другу» деньги под невероятно огромные проценты?
– Чужая душа – потемки, Татьяна Александровна. Откуда мне знать, чего он хотел? Вот, собственно, и все неприятности, – сказала женщина. – Это на работе. Ну а дома, в семье… вся его семья – это я.
– Так, значит, у него, кроме вас, никого не было: ни жены, ни детей, ни родителей?
– Нет. С женой Вениамин лет пять как развелся, детей они не нажили. Год назад она вышла замуж за другого и уехала в Ростов. До нашей встречи он жил один. А на прошлой неделе Вениамин сделал мне предложение.
– И вы согласились?
– Согласилась. Я его очень люблю! Потеряла голову с той самой минуты, когда первый раз увидела его на вечеринке у своих театральных друзей… Простите, Татьяна, я закурю.
– Да-да, конечно.
Я тоже достала сигарету. Курили мы молча. Каждая думала о своем.
Я почему-то вспомнила старый художественный фильм «Последняя жертва», где главная героиня раз за разом отдавала возлюбленному, заядлому картежнику, свои сбережения и украшения, пока не разорилась окончательно. Мне даже стало как-то жалко Александру.
А ее дружок еще тот гусь! Мало того что получил внушительную сумму денег, так еще и жениться собрался. Аппетит у Вениамина, похоже, разыгрался не на шутку! Вряд ли при таком раскладе кому-то пришла бы в голову идея покончить жизнь самоубийством.
Я докурила сигарету и спросила Александру, знал ли кто-нибудь о том, что они хотели пожениться.
– Возможно, Вениамин рассказал об этом Костину. Других друзей у него не было.
– А вы?
– Никому. Я вернулась в Тарасов несколько месяцев назад. Меня не было в городе шестнадцать лет. Детство прошло на том берегу Волги, в маленьком поселке Залесье. Я даже не пыталась возобновить отношения с кем-либо из прежних знакомых.
– Извините за нескромный вопрос. Вы с Вениамином жили уже вместе? В одной квартире?
– Не совсем. Довольно часто Вениамин ночевал у меня, но после работы он всегда возвращался к себе. У него в квартире попугай, которого надо кормить. Бедная птица! Я совсем про нее забыла. У меня же есть ключи.
– Его квартира в Покровске?
– Здесь, в Тарасове, совсем недалеко.
Какое-то внутреннее чутье подсказывало мне, что Александра права и не стоит исключать версию убийства Вениамина. У Александры имелся ключ от квартиры погибшего, и вполне возможно, что дверь еще не опечатана милицией. Разгадка или подсказка могли находиться очень близко.
– Пожалуй, Александра, вам удалось убедить меня в вероятности убийства вашего друга. И, как я поняла, вы хотели бы с моей помощью установить, было ли так на самом деле?
– Все верно. И, конечно же, найти виновного, в существовании которого я не сомневаюсь.
– Задача вполне понятная. Меня заинтересовало ваше дело, я готова за него взяться. Не могу пока точно сказать, сколько времени займет расследование, но постараюсь все выяснить как можно быстрее. Что же касается оплаты моей работы, то давайте договоримся так – вы даете мне аванс, необходимый для оплаты текущих расходов, а после завершения расследования мы произведем окончательный расчет. Вас это устраивает?
– Конечно. Я уже говорила вам по телефону, что сразу же заплачу аванс. Вот, возьмите, пожалуйста. И не стесняйтесь в расходах, главное, чтобы был результат.
Александра протянула мне довольно пухлый конверт.
– А это мой телефон. С нетерпением буду ждать вашего звонка.
– Хорошо. Однако расследование я собираюсь начать прямо сейчас. Мне хотелось бы осмотреть квартиру Вениамина, возможно, там обнаружится какая-то зацепка. Я поняла, что ключи у вас есть. Вы можете отвезти меня туда?
– Разумеется. Заодно заберу попугая.
На машине Александры мы довольно быстро доехали до нужного дома. Дверь квартиры Вениамина оказалась не опечатана, и нам без проблем удалось попасть внутрь.
С первого взгляда было понятно, что порядок в квартире не наводился уже давно, да и сам жилец наведывался сюда ненадолго. Обстановка квартиры говорила о том, что хозяин ее не бедствовал – добротная мебель, плазменный телевизор, евроремонт. Однако повсюду лежала пыль, где попало были разбросаны вещи и одежда. Словом, обыкновенная холостяцкая квартира, хозяин которой не отличался особой аккуратностью. В коридоре и комнате на полу выстроились баррикады пустых бутылок из-под водки и других алкогольных напитков.
Крепко же ты пил, господин парашютист! Это какое нужно иметь здоровье, чтобы выхлебать такое количество спиртосодержащих напитков? Неудивительно, если в хмельном угаре ты в один прекрасный момент просто забыл раскрыть парашют.
Александра заметила мой изумленный взгляд.
– Вениамин действительно пил, но это было еще до нашей встречи. Он неудачно вложил деньги в приобретение нового вертолета. Машина хоть и современная, но постоянно давала сбои. Без конца в ней что-то ломалось. Вот тогда-то Вениамин и начал занимать деньги у Костина. Долги росли, а детали продолжали выходить из строя. Вениамин пристрастился к алкоголю, пряча горькую действительность в стакане, словно страус голову в песке. Но, как я уже говорила, Вениамин не из тех, кто легко сдается. Все наладилось. Последний месяц машина работала исправно, Вениамин снова приступил к тренировкам. Мы решили пожениться. Каждый день встречались, гуляли по городу, ужинали в кафе, строили планы на будущее. Он казался вполне счастливым – смеялся, вспоминал студенческие годы, каждый день дарил мне цветы. Он даже новую туалетную воду себе купил. Шутил, что не хочет отравлять меня запахом бензина после проведенных занятий.
Я слушала оправдательную речь новоиспеченного адвоката и, не теряя понапрасну времени, с любопытством осматривала комнату. Не представляя, что, собственно, хочу найти, я перебрала пыльные тома на книжных полках, не обнаружив там ничего полезного, принялась за выдвижные ящики серванта и письменного стола.
– Вряд ли вы здесь найдете что-либо интересное, – с ревнивыми нотками в голосе произнесла Александра.
– Это как сказать. Иногда какая-нибудь мелочь, самая незначительная деталь, пустяк на первый взгляд, позволяет сделать определенные выводы.
– Поступайте как знаете, – пожала плечами моя новая знакомая. – Конечно же, вам надо все осмотреть… Просто мне стало как-то не по себе, когда посторонний человек… Одним словом, не обращайте на меня внимания и извините, если обидела.
– Не обидели, – успокоила я женщину.
Мой поиск не дал положительных результатов. Единственное, что привлекло мое внимание, – небольшой блокнот, где Брянский вел учет денег, взятых в долг у Костина, и возвращения процентов. Получается, не столь уж Вениамин был неаккуратен. Наверняка надеялся на удачное разрешение проблемы. Однако все это мне было и так известно со слов Александры.
Ну, хорошо. И что же дальше? Где та ниточка, которая приведет меня к решению задачки?
Так… А это еще что?
Под одеялом незастланной постели я заметила уголок какого-то журнала. Издание оказалось техническим справочником, Вениамин, по-видимому, смотрел его, желая уточнить причины поломки техники. Машинально пролистав страницы, я, к своему удивлению, обнаружила между ними пожелтевшую черно-белую фотографию. Молодой человек и совсем юная Александра, улыбаясь, прижимались друг к другу.
Я показала снимок Александре. Мне хотелось выяснить, кто запечатлен рядом с ней на фотографии и как она оказалась у Брянского.
– Боже мой! Он сохранил ее! – Александра чуть не выронила из рук кормушку попугая с какими-то семенами. – Это мы с Венечкой. Однажды Вениамин купил фотоаппарат, мы гуляли и попросили кого-то сфотографировать нас у фонтана на проспекте.
А вот это уже интересно! Возможно, я поторопилась, сделала неправильные выводы относительно корыстных целей Брянского. Может быть, у Александры и Вениамина действительно получилась бы хорошая семья? Вряд ли мужчина будет хранить полтора десятка лет ничего не значащую для него фотокарточку.
Я вспомнила, как школьницей была влюблена в своего одноклассника – вздыхала на уроках, бережно хранила его записки, даже как-то со своей подругой Светкой поссорилась из-за него. И где теперь все это? Нет, не дано тебе, Таня, влюбиться по-настоящему.
Ну и ладно. Хватит стоять посреди комнаты. Займись-ка, дорогуша, лучше делом. Что тут у нас есть еще? Ничего – ни тайников, ни сейфа, ни запертых ящиков. Пора отправляться на кухню.
В ней я увидела современную технику, двухкамерный холодильник и пыль. Под мойкой обнаружился огромный пакет с пустыми бутылками, который мог оказаться удачной находкой для бомжей. На столе стояла ваза с засохшим печеньем, а холодильник был почти пустой. В шкафчике для посуды – стопка тарелок, а за ними… сверток.
Ага! Посмотрим.
Осторожно достав сверток из шкафа, я положила его на стол. На вес эта находка оказалась довольно тяжелой и при этом плотной. Что там у нас?
Вот это да! Я ожидала увидеть что угодно, даже успела в мыслях нарисовать оружие. Но под бумагой, в небольшой яркой коробочке оказались аккуратно сложенные стопки денег.
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Что же тогда получается? Брянский занимает у Костина деньги, а у самого на кухне припрятано целое состояние? Час от часу не легче!
Все мои мысли вмиг смешались. Я плюхнулась на ближайший стул.
Что же ты, Танюша, онемела? Давай думай. В конце концов, у тебя в голове мозги или тормозная жидкость?
Я вернулась в комнату к Александре. Женщина стояла у окна. Вид у нее был крайне потерянный. Не трудно представить, насколько тяжело ей было в эти минуты.
– Простите, Александра, – прервала я задумчивость женщины. – Не могли бы вы пройти со мной на кухню, мне надо вам кое-что показать.
Увидев на столе коробку с деньгами, Александра ахнула, прикрыла ладонью губы.
– Вы не поверите, Таня, это те самые деньги, которые Вениамин должен был отдать Костину. Я сама упаковала их в коробку.
– Но почему он их не вернул?
– Ничего не понимаю. Я была уверена, что Вениамин рассчитался с долгами.
– Ну, что же, думаю, что скоро мы обо всем узнаем.
Александра окинула меня тревожным умоляющим взглядом.
– Мне хотелось бы все же вернуть Костину деньги. Пусть о Вениамине останется добрая память!
Я убедила Александру оставить пока деньги на месте и пообещала что-нибудь придумать.
Теперь я почувствовала, что начинается новая, чертовски трудная и интересная жизнь. Было ли то наваждением, проистекавшим от увиденных денег, или флюиды исходили от моей заказчицы, несдержанной и экзальтированной, но весьма уверенной в своей правоте женщины? Этого я не знала и не задумывалась над этим. Лишь непроизвольно настроилась на ее волну, на ее мир, который еще не видела, но который уже был интуитивно понятен и близок мне. Я окончательно поняла – это мое дело!
– Я непременно найду преступника, – проникновенно, с неподдельной убежденностью и теплотой пообещала я.