- -
- 100%
- +
Пролог
Полина медленно спускалась по широкой лестнице своего огромного особняка. Теплые нежные лучи весеннего солнца скользили по улыбающемуся лицу девушки. Настроение было прекрасным – еще бы, ведь скоро исполнятся все ее планы. Вот тогда можно будет наконец-то вздохнуть свободно, почувствовав себя полностью счастливой, и забыть прежние тревоги.
Девушка направилась в бассейн – вода всегда заряжала ее на целый день силами и бодростью. Сегодня ей предстояла предсвадебная суматоха, нужно еще решить некоторые вопросы… Полина недовольно поморщила свой идеальный носик и вошла в воду, сразу же предавшись мечтам о будущем.
– С добрым утром! – прервал плавное течение ее мыслей знакомый голос.
– А-а, привет, – нехотя произнесла она, едва взглянув на вошедшего человека.
Мужчина прыгнул с бортика и направился к ней. Разговаривать, как и находиться рядом с ним, Полине сегодня не хотелось. Она развернулась в воде и грациозно поплыла к лесенке. Неожиданно девушка почувствовала на своей ноге прикосновение, за которым последовал резкий рывок. Вода, казавшаяся еще минуту назад такой гостеприимной и ласковой, накрыла Полину с головой. Она забилась, как раненая птица, пытаясь вырваться. Но человек, почувствовав сопротивление, только крепче сжал пальцы на тоненькой лодыжке.
Девушка начала яростно бороться с убийцей, которого всегда считала родным и любящим. Силы покидали ее тело, в глазах потемнело, но она не сдавалась, пока внутри крохотным огоньком горела надежда на то, что все это просто шутка. Мозг отказывался верить в происходящее, легкие разрывались от недостатка воздуха, мысли путались. Вдруг все пропало, ушло куда-то далеко… И Полина перестала бороться за свою жизнь.
Глава 1
Из распахнутой настежь форточки в комнату врывалось оглушительное, как мне показалось, пение птиц.
– С ума они посходили, что ли? – недовольно пробормотала я и потянулась за пачкой сигарет. Настроение было на нуле. Ну, весна и весна… Какой от нее толк, если человек буквально погибает от одиночества и безделья?
Я прикурила, окончательно проснулась и, приняв полувертикальное положение, осмотрела комнату. Все было залито ярким полуденным солнцем, и в другой ситуации я бы весьма обрадовалась этому факту. Но только не сегодня. Объяснение вполне простое – вот уже почти неделю никто упорно не желает воспользоваться моими услугами.
Да, кстати, разрешите представиться – Татьяна Александровна Иванова, ваша покорная слуга, не без оснований считающаяся одним из лучших тарасовских частных детективов. Город наш провинциальный, но и в нем жизнь не обходится без разного рода криминальных событий, так что профессию свою я всегда считала достаточно востребованной. «Пора пересмотреть эту точку зрения», – начал издеваться мой внутренний голос.
– Ни за что! – возразила я ему вслух и поплелась на кухню варить неизменный утренний кофе. Наверное, люди просто забыли обо всех коварных планах и корыстных побуждениях и дружно обратили свои чувства к любви. Весна же!
Открыв холодильник, я обнаружила там почти абсолютную пустоту. За продуктами идти, как обычно, не хотелось, и я решила ограничить завтрак тостами с сыром. Засунув в тостер кусочки хлеба и поставив на огонь турку с будущим кофе, я вернулась в комнату.
«Чем бы себя сегодня занять? – думала я и медленно курила. – Хоть бы кто-нибудь обо мне сегодня вспомнил…»
Я достала из своей сумочки заветный черный замшевый мешочек, в котором спрятано три магических двенадцатигранника. Гадальные косточки являются моими спутниками на протяжении достаточно долгого времени, и они неизменно помогают мне разбираться в самых запутанных делах. Жалко, что «косточки» не указывают на преступника и не называют его имени. Но возникающая из трех чисел комбинация не раз обращала мое внимание на то, чего до гадания я не замечала. Поэтому я и стараюсь почаще бросать «кости» и старательно расшифровывать советы, заключенные в выпадающей комбинации.
«Ну, и чем вы сегодня меня порадуете?» – глаза вопросительно уставились на три магических двенадцатигранника, катившихся по поверхности журнального столика. Я застыла, чуть нагнувшись, в ожидании. Выпало сочетание «7+20+25». Значение этой комбинации я помнила наизусть, как, впрочем, и всех остальных. Цифры говорили: «Не думайте, что вся жизнь – ошибка. Вам не стоит так мрачно смотреть на происходящее». Так, так… уже что-то. Настроение мое заметно улучшилось.
Позавтракав, как говорится, чем бог послал, я решила предпринять сегодня для развлечения прогулку по тихим, малолюдным улочкам старого Тарасова. Благо и погода к этому располагала.
Настенные часы показывали половину второго, явно намекая на то, что я ужасная соня. Торопиться было некуда, и я опустилась в ванну с ароматной персиковой пеной. Закончив длительные водные процедуры, я завернулась в огромное мягкое полотенце и залезла на диван. Да, комфорт мне нужен буквально как воздух, и я никогда не жалела средств на его создание. Поэтому и деньги люблю, но я честно, потом и кровью, зарабатываю их, оправдывая данное мне когда-то прозвище – Ведьма. Если я берусь за какое-нибудь дело, то иду на все, подвергая себя неудобствам и риску, только ради того, чтобы добраться до истины, которая, как известно, всегда где-то рядом.
От мыслей меня оторвала живительная трель сотового телефона, показывавшая, что кто-то во мне все-таки нуждается. «Не прошло и года», – съязвила я и начала судорожно соображать, откуда слышится зов. Но разбалованная почти недельным отпуском память отказывалась выдать нужную информацию. Ну конечно, вот же он, мой мобильник, – на полочке в коридоре, куда и был положен два дня назад, после того как я последний раз по нему говорила.
– Слушаю, – почти крикнула я в трубку слегка запыхавшимся от небольшой пробежки по квартире голосом.
– Танек, приветик, – голос Ленки-француженки узнавался из миллиона. – Как поживает наш тарасовский Шерлок Холмс?
– Еще неделя таких «поживаний», и придется подыскивать другую работу, – недовольно проворчала я в трубку, хотя и была рада слышать человеческий, а вместе с тем такой родной голос.
– Как, почему, что-то случилось? – испуганным голосом залепетала Ленка. Она всегда считала мою профессию очень опасной и не упускала случая поволноваться за мое здоровье и жизнь.
– Да ничего не случилось, кроме того что я уже целую неделю валяюсь на диване. Скоро от скуки сериалы бразильские смотреть начну, – попыталась пошутить, называется.
– А у меня, как назло, времени свободного, сама знаешь, совсем нет. Конец года скоро, детей некоторых надо вытягивать… – горестно вздохнула Ленка, перебивавшаяся от зарплаты до аванса, поскольку работала в одной из самых захолустных тарасовских школ. – Ну, ничего, скоро забегу, посидим, вина выпьем, как в старые добрые времена…
– Ладно, договоримся еще, счастливо, – зная подружкину любовь к длинным и подробным воспоминаниям о нашей безмятежной юности, я нажала на кнопочку сброса, чтобы избежать их, все еще слыша Ленкин голос.
После разговора с подружкой я подумала, что все не так уж плохо, и начала собираться. Произведя ревизию своего нехилого гардероба, остановила свой выбор на подчеркивающем и без того хорошую фигуру наряде. Черный свитер выгодно оттенял мои ярко-зеленые глаза, обтягивающие брюки демонстрировали взгляду последствия хорошей физической подготовки, ботинки на небольшом каблучке от известной итальянской фирмы указывали на безупречный вкус их владелицы, темно-красный плащ из замечательно струящейся ткани не сковывал движений.
Неяркий, естественный макияж и несколько капель любимых «Кензо» благополучно довершили общую картину. Соблазнять я никого не собиралась, но хотелось посмотреть на реакцию глотающих голодную весеннюю слюну мужчин, когда таковые попадутся на моем сегодняшнем пути.
– Хорошо выглядишь, подруга, – сказала я своему отражению в зеркале и улыбнулась. Получившийся результат меня полностью удовлетворил. «Что-то вы не очень похожи на частного детектива, девушка», – подтрунил внутренний голос, но я проигнорировала его замечание и отправилась навстречу новым впечатлениям.
* * *Вырулив с автостоянки на моей верной спутнице – бежевой «девятке», я выехала на оживленную трассу Тарасова. В это послеобеденное время горожане скорее всего были заняты своими рабочими делами, поэтому машин оказалось не особо много.
«Человечеству в очередной раз повезло», – подумала я не без сарказма, потому что столпотворение, которое происходит во время так называемых пробок, ужасно выводит меня из душевного равновесия. А в гневе Татьяна Иванова страшна, как Медуза горгона. Во всяком случае, те, кому довелось хоть раз наблюдать сцену выражения моего недовольства, стараются в будущем не доводить меня до такого состояния.
Доехав до ближайшего супермаркета, я остановила машину и основательно затарилась, потому что не знала, когда в следующий раз мне захочется это сделать. Кинув пакеты на заднее сиденье, я с легким сердцем и чистой душой продолжила путь, довольная тем, что голодная смерть в ближайшие дни мне не грозит.
Сопровождаемая музыкой, громко льющейся из колонок и наполняющей каждый кубический сантиметр салона моей «ласточки», я медленно катила по свободной от всякого движения улочке. Рассматривая былые шедевры архитектуры, от которых веяло стариной, я услышала звук удара о капот автомобиля. Резко затормозив и повернув голову, я заметила недоуменный взгляд какого-то мужчины. «Господи, я его чуть не сбила, что ли?» – промелькнуло в голове. Я выскочила на улицу, полная решимости научить недотепу, сунувшегося под единственный на дороге автомобиль, правилам поведения.
Впрочем, сие не слишком гуманное желание сразу куда-то исчезло, едва мужчина посмотрел на меня еще раз. Что-то в его взгляде вызвало во мне противоположные чувства, и я кинулась ему на помощь.
– Я вас не сильно задела? Все в порядке? Вы хорошо себя чувствуете? – взволнованно зачастила я, тут же подумав, что задаю явно многовато вопросов человеку, которого только что чуть не сбила.
– Да ничего, ничего, не волнуйтесь, я сам виноват, – голос мужчины немного дрожал, вероятно, он еще не пришел в себя. – Задумался, а вы так тихо подъехали…
– Я тоже хороша, смотрела по сторонам с раскрытым ртом. Но вам точно не нужна помощь врача?
– Врач мне сейчас не поможет, – с невероятной болью в голосе проговорил незнакомец.
Странно, но мне захотелось хоть чем-то ему помочь. «Может, начнешь психологом работать? Конечно, это не привычные двести долларов в сутки, но хотя бы что-то», – мой внутренний голос тут же стал потешаться над моим человеколюбием. Тоном, не терпящим противоречия, я твердо произнесла:
– Садитесь в машину! Если вы и дальше пойдете куда-нибудь в таком состоянии, точно попадете под машину.
Мужчина растерянно повиновался, и через минуту я с любопытством его разглядывала, прикурив очередную сигарету. Он выглядел как человек явно небедный: отличный фирменный костюм, подтянутая фигура. На вид ему лет около пятидесяти. Приятные черты лица говорили о том, что мужчина наверняка пользовался в молодости успехом у представительниц слабой половины человечества. Хотя, пожалуй, и сейчас, несмотря на возраст, он сможет затмить любого юнца с фигурой и лицом Аполлона – одними только манерами. Но вот взгляд незнакомца выдавал тревожность его мыслей и внутреннюю опустошенность. Из-за этого мне сразу подумалось, что у него в жизни произошло что-то очень серьезное, а может, даже и трагическое.
– У вас стряслось что-то? – не выдержав, спросила я. Но почему я думаю, что имею право так бесцеремонно лезть в душу постороннего человека? Я тут же отругала себя за любопытство и поспешила хотя бы представиться:
– Татьяна Иванова.
– Какое совпадение, мне как раз нужна Татьяна Иванова, – бросил на меня удивленный взгляд мужчина и добавил: – Но это явно не вы.
– Вот как… – в свою очередь, удивилась я и спросила, окончательно обнаглев: – А кто именно вам нужен?
Мужчина замялся, но все же ответил:
– Частный детектив Татьяна Иванова.
Без лишних слов я полезла в бардачок, думая в который раз о тесноте мира и странных случайностях, и через секунду выудила свою лицензию на частную практику и вручила ему заламинированный листок:
– Вот эта?
Незнакомец совершенно растерялся:
– Да, случаются же такие совпадения…
Ждать, пока мужчина придет в себя после испытанного шока, мне не хотелось. Я взяла инициативу в свои руки:
– Вы не против того, чтобы поговорить в каком-нибудь тихом месте?
* * *Через несколько минут мы уже сидели в кафе неподалеку за чашечками горячего кофе, который распространял божественный аромат. Я не торопилась, предоставив возможность начать разговор своему собеседнику, который молча сидел напротив. Но молчание затянулось, и я, затушив окурок в пепельнице, решила брать быка за рога.
– Начнем с того, что хотелось бы узнать ваше имя.
– Ой, простите, совсем забыл представиться. Ильин Дмитрий Александрович. Вообще-то я живу в Санкт-Петербурге, а сюда приехал на свадьбу дочери, – мой новый знакомый снова замолчал. Было видно, что ему тяжело говорить. Но спустя минуту, собравшись с силами, он продолжил: – Недавно произошла трагедия – моя дочь погибла. Утонула в бассейне рано утром. Милиция говорит – несчастный случай, но мне в такое с трудом верится.
Я по профессиональной привычке сразу же встрепенулась:
– Видели что-нибудь подозрительное?
– Нет, ничего конкретного я сообщить не могу, но, согласитесь, это как-то странно – смерть прямо перед свадьбой. Моя дочь собиралась замуж за Олега Никифорова. Может, слышали про него?
Я кивнула. Еще бы, названное имя у всех на слуху. Никифоров является владельцем нескольких престижных ночных клубов и ресторанов. Крупная фигура в жизни тарасовского бомонда. А его спутницей, если не ошибаюсь, последнее время была Полина, известная наша фотомодель и манекенщица. События, в которых участвовала эта колоритная парочка, рьяно обмусоливались средствами массовой информации города. И очень многие девицы открыли самую настоящую охоту на этого молодого человека. Еще бы – богатый, симпатичный, приятный в общении, к тому же неженатый. Репутацию он имел достаточно сомнительную, в Тарасове его считали эдаким Казановой, который никому свое сердце надолго не отдавал.
Неужели официальная невеста Никифорова – дочь Дмитрия Александровича? Выходит, познакомившись с Ильиным столь необычным путем, я попала в эпицентр происшествий, связанных с жизнью сливок тарасовского общества. Вывод сейчас напрашивался один – скорбящий по безвременно ушедшей дочери отец не хочет мириться с видимыми фактами и хватается за любую мелочь, чтобы доказать, что они – лишь видимость. Обычное дело, но, так как я на данный момент на мели, можно взяться и за него.
– Двести долларов в сутки плюс хорошая премия по окончании дела вас устроит? – Ильин как будто угадал мои мысли. Или кто-то его уже проинформировал о моих расценках.
– Вполне.
– Так вы беретесь? – с надеждой в голосе спросил мужчина, склонившись ко мне через столик.
Я допила кофе и утвердительно кивнула, подзывая официанта. А получив заказанное мороженое с фруктами, продолжила разговор:
– Расскажите, как все произошло. – Я заметила замешательство на лице Дмитрия Александровича, поэтому пояснила: – Без всех подробностей я не смогу приступить к расследованию. Понимаю, что вам трудно и больно вспоминать о трагедии, но никуда не денешься…
– Утром всех разбудил шум, кричала подруга Полины, Ксюша. Она живет с ней, точнее, жила… Все обычно просыпались поздно, да и окружающая дом природа располагает к отдыху. Наш особняк находится на окраине, я его купил, когда уже стал достаточно обеспеченным, специально для Поли и своей матери. В тот день домработницы не было, только родственники, но все же что-то мне подсказывает, что это не несчастный случай. Как я уже говорил, приехали мы с сыном – Кирилл у меня младший – на свадьбу. Дочка, наверное, волновалась, ей предстояло ехать за платьем, поэтому и встала так рано. В бассейне никого больше не было, а потом зашла Ксения и обнаружила ее…
Ильин боялся произнести то, что дочь умерла, с неимоверным усилием произнося ее имя. Рассказ Дмитрия Александровича был достаточно сумбурным, с ненужными пока деталями. Предстояло разобраться, что собой представляют Ксения и все остальные.
– Я бы не хотел, чтобы кто-то знал о том, что вы – детектив, – несмело произнес мой собеседник. Видимо, он боялся меня обидеть, но я-то уже привыкла к подобного рода заявлениям. Мало кто из моих работодателей горел желанием посвятить всех окружающих в тайну моего рода занятий, иначе ведь недолго и преступника спугнуть.
– Конечно-конечно, эту деталь надо обговорить. Мне надо кем-нибудь так представиться, чтобы оправдать свое присутствие в доме, ведь люди-то у вас собираются достаточно близкие, которые наверняка знают все семейные дела в подробностях.
– А что, если сделать вид, будто вы прилетели из Санкт-Петербурга, узнав о случившемся?..
– И в какой роли я буду выступать? – с сомнением покачала я головой, отвергая эту идею, почти абсурдную. И тут яркой лампочкой в мозгу высветилась неплохая, на мой взгляд, мысль: – У вас есть жена, Дмитрий Александрович?
На этот вопрос Ильину тоже было нелегко и неприятно отвечать. Он еще больше помрачнел и сообщил:
– Галочка умерла уже очень давно…
– Примите мои соболезнования, – произнесла я дежурную фразу, как будто ему от моих причитаний легче станет.
Неожиданно помощь пришла от самого Дмитрия Александровича, который до этого момента отвечал только на мои вопросы. Он робко – чего же ему наговорили про меня? – спросил:
– А может, вы представитесь моей… как бы это сказать, любовницей?
А что, действительно неплохая мысль! Я мысленно сопоставила наш внешний вид – мы, безусловно, покажемся хорошей парой, так как мой «партнер» очень хорошо выглядит.
– Согласна. Записывайте мой номер телефона.
– Он у меня уже есть, – поднял на меня глаза Ильин. Как же я могла забыть: ведь кто-то же меня ему порекомендовал! Кстати, кто? И тут новый клиент, будто услышав мой мысленный вопрос, сообщил: – Мне его дал Кирьянов.
Ну конечно, я могла бы и сама догадаться… Киря, а если без фамильярностей, Владимир Сергеевич Кирьянов – подполковник милиции и по совместительству мой очень хороший друг и старый знакомый. Эх, сколько дел он раскрыл благодаря мне! «От скромности не умрешь», – вякнул тут мой внутренний голос, не давая мне заболеть звездной болезнью. Киря в долгу не остается. Что бы я без него делала? Киря никогда не упускает возможности предложить обеспеченным людям услуги недешевого частного детектива, если наша доблестная милиция бессильна перед лицом коварства некоторых преступников. Вот время от времени Володька и подкидывает мне работу. Так что можно с полной уверенностью сказать – наша взаимовыручка помогла ему добиться звездочек, так живописно расположившихся на его погонах, а мне – достичь безбедного существования.
– Тогда давайте я запишу ваши координаты. И, кстати, нам следовало бы перейти на «ты». А то со стороны может показаться странным, что столь близкие люди – а мы ведь с этого момента, кажется, любовники, не так ли? – жеманно говорят друг другу: «Ах, Дмитрий Александрович, вы позволите?» – «Что вы, Татьяна Александровна, конечно».
– Разумеется, – сказал Ильин и улыбнулся. Взгляд его стал теплее.
«Хоть немного увела человека от грустных мыслей», – обрадовалась я.
Записав необходимые сведения, я жестом подозвала официанта. Выйдя из кафе, мы с Ильиным посмотрели друг на друга.
– Вас… то есть тебя подвезти? – спросила я. На улице уже темнело.
Оказывается, мы довольно долго просидели в кафе, а я и не заметила. «Теряешь квалификацию», – упрекнула я саму себя.
– Да я сам на машине. Вот только бы вспомнить, где я ее поставил, такой рассеянный сегодня…
– Ну, тогда поищем вместе, я не тороплюсь, – заметив благодарный взгляд Ильина, я смутилась. Что-то я и в самом деле сегодня стала очень великодушной…
Погода была замечательной, прогулка пошла бы на пользу нам обоим. Проигнорировав мою скучающую «ласточку», мы прошли мимо, направляясь в сторону того места, где таким нелепым образом познакомились. В воздухе витал тот самый весенний запах, который будоражит всех влюбленных. В такое время года все хоть капельку влюблены, не важно в кого. Хотя бы – во весь мир. Я чувствовала себя отлично, но… тут совсем некстати вспомнила об обстоятельствах, из-за которых рядом со мной появился на прогулке этот мужчина, и расстроилась. Ну что за работа такая – постоянно кого-то ловить, видеть предательство, смерть и так далее. «Но, с другой стороны, это не позволяет умереть со скуки», – вспомнила я свое утреннее настроение и снова повеселела.
– А вот и моя машина, – минут через пять сказал Дмитрий Александрович, показывая в сторону шикарной, сверкающей в вечерних огнях новой черной «БМВ» с петербургскими номерными знаками. Странно, что я ее не заметила, когда сворачивала в улочку, хотя мне было не до того – любовалась архитектурой домов на ней. – Я тебя подвезу.
– Только до моей «ласточки», – улыбнулась я и села в просторный салон.
– Кстати, завтра похороны, – тихо произнес Ильин, когда машина тронулась с места. Я заметила, что он оттягивал время, прежде чем произнести эту фразу. – Приезжайте прямо в особняк, сам я заехать не смогу, вы понимаете…
Ну конечно же, я понимала. А Дмитрий Александрович от волнения опять перешел на «вы».
– Хорошо, я найду дорогу, всего доброго, – я махнула на прощание рукой. «Какой приятный и несчастный человек», – подумала я, заводя мотор, и поехала домой.
Глава 2
…Я шла по огромному полю. Только рассвело, но солнца, всходящего над горизонтом, не было видно из-за тумана, который окутывал все окружающее, включая меня. Я зябко поежилась: по утрам еще прохладно, несмотря на то что днем можно спокойно загорать где-нибудь на крыше уютного особняка. И дернул же меня черт так легко одеться. Я огляделась по сторонам: местность была совсем незнакомой и какой-то негостеприимной. «Похоже, вы заблудились, мадемуазель», – подумала я. Издалека прямо на меня надвигался подозрительный непонятный звук. Он приближался с бешеной скоростью, становясь невыносимым, действуя на нервы, вызывая чувство тревоги…
Я с трудом разлепила глаза и смахнула с журнального столика будильник, который даже на полу продолжал настырно пиликать. Вот гад! Мне с детства ненавистен этот звук, так навязчиво напоминающий о том, что пора просыпаться. Я, все еще лежа на мягких простынях, высунула из-под теплого одеяла руку, нашарила пиликающий объект моего неприязненного отношения и нажала на кнопочку. Звук, который для меня сравним разве что с включенной бормашиной, наконец-то прекратился. Девять утра – рановато для такой поздней пташки, какой являюсь я.
Я кинула взгляд на окно – форточка, как и вчера, была раскрыта настежь. Если честно, я не являюсь поклонницей всяческих тренировок наподобие йоги и закаливания, но… окошко или хотя бы форточку почему-то упорно не закрываю. Я поежилась от прохладного ветерка, раздувающего легкие занавески. И тут внутренний голос не замедлил оповестить меня и о своем бодрствовании: «Простудишься, заболеешь, кто тогда будет спасать Тарасов от преступности?» В ответ ему я недовольным голосом проворчала, что я не являюсь единственной и неповторимой в своем роде.
«Все, я хочу кофе», – вспомнились слова известной рекламы. А еще дико хотелось есть. Я не без самодовольства открыла холодильник. Представшая моему взору картина была непривычной и от этого еще более радостной: холодильник ломился от количества съестного. Достав большую замороженную пиццу и засунув ее в микроволновку, я решила, что ее хватит, чтобы утолить голод.
Все нормальные люди обычно принимают пищу на кухне, но ко мне это правило не относится. Я с завидным упорством таскаю поднос с едой в комнату. Сварив кофе и красиво разложив кусочки пиццы на тарелке, я снова поступила так. Когда мой организм насытился, я пододвинула чашку с любимым напитком и прикурила первую за сегодняшний день сигарету.
«Красота!» – еле слышно проворковала я, делая глоток кофе, и… была перебита внутренним голосом, который, кажется, проснулся раньше меня: «Интересно, а на лице у тебя тоже красота?»
Ох, сегодня же надо выглядеть просто потрясающе, чтобы оправдать звание любовницы богатого мужчины. Я рванула к зеркалу. Из его недр на меня вопросительно взирала женщина с опухшими со сна глазами и дымящейся сигаретой в руке. Прическу ее можно было назвать «тихим ужасом». Наверное, я неудобно лежала. Но ничего, это дело поправимое.
Допив одним залпом успевший остыть кофе, я направилась в ванную комнату, чтобы еще немного расслабиться перед не очень приятным днем. Минут двадцать я лежала, окруженная ароматными горами пены, отключенная от всех мирских забот, и наслаждалась каждым мгновением.