Магия Бессмертия 20. Мир Сказки

Главным элементом Картины мира каждого человека является образ его «я». Разумеется, центральное место в этой Картине занимают те Ритуалы и Правила, которые подчиняют его Матрицам и Узорам, но сам факт их наличия обычный человек просто не замечает. А вот образ «я» ОЧЕВИДЕН для него и любое изменение этого образа оказывает немедленное и определяющее влияние на всю его жизнь. Интуитивное понимание этого простого факта и заставляет человека совершать поступки, необъяснимые с точки зрения здравого смысла. Представьте, что вы собираетесь скатиться вниз с ОЧЕНЬ КРУТОЙ горы. Вокруг вас нет никого, то есть любое решение, которое вы примите, будет только вашим решением – никто из ваших знакомых никогда не узнает, струсили ли вы, или совершили «подвиг». Более того – в такой ситуации можно сказать что угодно, в том числе – что вы скатились с этой горы много раз, даже если вы и не поднимались на вершину. А этот вариант вполне разумен – если вы действительно решите скатиться, то риск травм и даже смертельного исхода становится вполне реальным. Но в этой ситуации всегда найдутся те, кто решиться съехать. Просто потому, что они понимаю главное – если «струсить», то «трусость» навсегда останется с тобой. И будет проявляться во всех ситуациях – всё, что становиться частью образа «я», накладывает свою «вибрацию» на все действия, совершаемые от его имени. А если совершить «подвиг» – выйти за границы своих возможностей, то возможность такого выхода тоже соединяется с образом «я». И каждый раз, когда обстоятельства становятся «непреодолимыми» – «гора» кажется слишком «крутой» – человек вспоминает, что однажды он уже был в такой ситуации и справился с ней. А это помогает ему преодолеть то, что другим кажется «непреодолимыми препятствиями» – дело просто в энергетике процесса.

Образ «я» в нашей Картине Мира окружен «оболочкой ритуалов», определяющей все возможные способы взаимодействия с ним. Вернее – отгораживающей нас от новых и гораздо более эффективных способов. Понятно, что если мы «струсили» съехать с горы, то можем спуститься с неё по тому же пути, по которому мы на неё поднимались. Но это будет «длинный путь» – он займет гораздо больше времени, а главное – на этом пути мы не получим того, за чем мы поднимались на гору. Длинный путь – всегда отступление и, если мы выбираем его, значит, мы просто перечеркиваем все, что было сделано раньше.

Конечно, при спуске с ОЧЕНЬ КРУТОЙ горы всегда есть риск упасть. Но падать можно по-разному. Есть множество случаев падения с высоты многоэтажного дома, при которых человек вообще не получал никаких повреждений – просто вставал и шел дальше. Наше тело умеет «падать» правильно и единственное, что мешает ему это делать – это мы сами. Наш «страх перед падением» – все травмы, которые мы можем получить, связаны именно с этим Страхом.

«Страх падения» присутствует в любом действии, выводящем нас за пределы дозволенного. Даже в простейшем случае – когда мы просто хотим поговорить с кем-то «по душам». Всегда есть что-то, что отделяет нас друг от друга, какие-то факты, которые мы скрываем от своего партнера. А каждый такой факт в большей или меньшей степени связан со всеми образами нашей Картины мира, поэтому нам приходится все время быть «настороже», чтобы «не проговориться». Понятно, что сознательно поддерживать состояние «настороженности» очень сложно и энергозатратно, гораздо проще сделать его постоянным – общим фоном, определяющим наше отношение к миру и к другим людям. Так всегда и происходит – поэтому уровень доверительного общения трудно достижим для человека. Когда люди стремятся поговорить «по душам», они не видят главного – окружающую каждого из них оболочку «настороженности», которая и не позволяет им соприкоснуться. На самом деле разрушить её очень просто – надо рассказать партнеру ВСЁ, что мы скрывали от него. И если он сумеет понять и принять рассказанное нами, а потом раскроет свои «секреты», то общение очень быстро выйдет на уровень ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ и может навсегда остаться на этом уровне – состояние, которое человеку даже сложно представить.

Но любой шаг в этом направлении – это тоже спуск с ОЧЕНЬ КРУТОЙ горы. Никто не гарантирует, что нам ответят откровенностью на откровенность, наоборот – гораздо выше вероятность противоположного развития событий, когда сказанное нами будет впоследствии использовано против нас. Это то же самое «падение», которое может быть гораздо более «болезненным», чем при спуске с реальной горы. И последствия, которого могут оказаться намного более серьезными. А поскольку каждый человек это понимает, «страх падения» обычно оказывается непреодолимым, и процессы общения остаются на уровне буферной зоны.

На самом деле никакой проблемы нет. Можно принять ВСЁ, что вы сделали когда-то – даже если эти поступки и не отвечают нормам общественной морали. Надо просто понять, увидеть, что каждый из них был частью вашего Узора жизни, и с этой точки зрения не имеет самостоятельного значения. Это почти так же, как и существование физического тела – не все физиологические процессы нам нравятся, наоборот – некоторые представляются нам отвратительными, но без них наше тело просто не могло бы существовать. На самом деле они не хороши, и не плохи, они естественны – «отвращение» существует только на уровне нашего сознания – и это то, что отделяет нас от нашего тела.

То же самое и с Узором жизни. Отрицание каких-то фактов своей биографии отделяет нас от своего существования, не позволяет воспринять себя целиком, а значит – НАУЧИТЬСЯ действовать правильно. Это как при катании на коньках – каждый человек понимает, что нельзя научиться кататься сразу – падения неизбежны и каждое из них дает ОПЫТ, который и становится основой этого умения. Но вот к своей жизни мы относимся по-другому – нам кажется, что можно научиться жить СРАЗУ, более того – именно такой вариант нам представляется единственное возможным, поэтому каждое «падение» воспринимается нами как нечто постыдное, о чем лучше забыть и ни в коем случае никому не рассказывать.

У каждого человека есть две возможности – соблюдать все ПРАВИЛА просто потому, что они существуют или попытаться ПОНЯТЬ суть каждого правила. В первом случае происходит то, о чем мы уже много раз говорили – Правила (ритуалы) занимают центральное место в нашей Картине мира, а образ «я» оказывается вытесненным на периферию этой Картины. Когда каждое слова или действие сверяется с заложенной в нас Матрицей, самостоятельность и свобода Воли превращается в фикцию – единственное, что мы можем – это двигаться или медленнее, или быстрее, но само направление движения от нас не зависит. А вот если нам удалось ПОНЯТЬ суть правила, отделить заключенный в нём «алгоритм» от «ритуала», тогда оно становится частью нашего «я», и мы уже не подчиняемся Правилу, а можем использовать его как инструмент воздействия на мир. Причем не только путем его соблюдения, но и путем его нарушения.

Возьмем обычное общение между людьми. Его энергетика почти полностью определяется интонационным рядом, смысл слов – значит гораздо меньше. Можно сказать «. я тебя люблю.» так, что это будет воспринято как издевка, а можно говорить о чем угодно так, что каждое слово будет восприниматься как объяснение в любви. То же самое и во всех остальных случаях – правильные интонации позволяют выиграть почти любую битву, даже не начиная её, а крошечная «слабинка» в голосе сделает поражение неотвратимым. Это то, что мы говорили о Силе Голоса и изначально это наша собственная Сила – в каких-то пределах каждый человек может управлять своими интонациями, а значит, может научиться делать это в совершенстве.

Но эта Сила всегда оказывается обращенной против нас. Она слишком велика для иллюзорного мира, поэтому первое, чему мы учимся – умению сдерживать её. Разговаривать «прилично», скрывая свои чувства, то есть максимально ослабляя энергетику сказанного. Это умение необходимо для того, чтобы скрыть от нас иллюзорность происходящего, границу, отделяющую реальный мир от мира иллюзий. Если бы мы разговаривали искреннее, то разница была бы ОЧЕВИДНОЙ – искренние слова звучат совсем по-другому, а все остальные оказываются настолько безжизненными, что вызывают чувство неловкости и отторжения – не только по отношению к словам, но ко всему, что с ними связано. Но когда мы отучились говорить «искренне», когда научились подавлять энергетику интонаций, то во–первых, отделили себя от реального мира и от своих собственных желаний. Когда мы блокируем «интонации», выражающие, например, наше желание сблизиться с другим человеком или оттолкнуть его от себя, то мы блокируем и само желание. А заключенная в нем энергия как раз и используется для укрепления «паутины стыда», отделяющей нас образов реального мира. Вспомните неудачное объяснение в любви или просто – выяснение отношений – за этим всегда следует ощущение «погружения в обыденность», когда все становится серым и неинтересным.

Во-вторых, «паутина стыда» не только блокирует энергию, но и перераспределяет её. Нам «запрещено» искренне говорить о своих естественных чувствах, но этот запрет не распространяется на образы иллюзорного мира. Наоборот – здесь любое проявление «воодушевления» одобряется и приветствуется. Можно говорить о любви к своей работе, о преданности корпоративным интересам и прочих вещах чуть ли не слезами на глазах – такое проявление чувств вполне соответствует общественным нормам. А когда слова такого рода начинают звучать с интонациями искренности, то заключенная в них энергия тоже никуда не пропадает – она используется для укрепления тех структур, по отношению к которым мы выражаем свои чувства, как бы оживляет их, придает им качества реальности. С этой точки зрения, например, империи Гитлера и Сталина не могли бы существовать без воплощенной в слова любви подданных этих империй. Так и во всех других случаях – сначала нас учат блокировать энергетику ИНТЕРЕСА и естественных желаний, а потом указывают «разрешенные» каналы трансформации этой энергии. И используют её против нас, для укрепления тех Правил, которые отделяют нас от своей Силы.

Но такого понимания происходящего недостаточно – это теоретическое, «абстрактное» знание. Для того, чтобы ПОНИМАНИЕ стало полным, необходимо нарушить правило – использовать такие интонации, которые в обычном общении представляются недопустимыми. Самое простое – начать «петь», в буквальном смысле пропевать каждое слово. Разумеется, с непривычки сделать это сложно, поэтому можно начать с чего-нибудь простого – например – с имени собеседника. Попробуйте «пропеть» его всеми возможными способами, на все лады, стремясь найти то звучание, которое больше всего нравится и вам и ему. После этого дальнейшее пение пойдет легче. Сначала возникает ощущение абсолютной абсурдности происходящего, но надо как бы отделиться от него и сосредоточиться на точности «музыкального ряда», постараться добиться того, чтобы мелодия стала выражением того смысла, который вы вкладываете в эти слова. Важен не результат, а сама попытка – она позволяет «переключить внимание» на способность управлять интонациями. Если это удастся, то можно перестать петь и начать разговаривать обычным способом – вы сразу же убедитесь в том, насколько глубже и проникновенней стал ваш голос. Проблема в том, что этот результат обычно оказывается преходящим – через какое-то время прежний искусственный интонационный ряд восстанавливается – в том случае если общение по-прежнему ограничивается набором «разрешенных» тем.

Дело в том, что искусственный интонационный ряд возникает не сам по себе – в его основе как раз отрицание каких-то своих действий. В памяти каждого есть множество моментов, которые человек старается забыть, а каждый из них тоже связан со всеми образами Картины мира. Например, неудачная встреча с хулиганами или неудачное любовное свидание может проецироваться на множество «похожих» людей, ситуаций, интерьеров и пейзажей. Поскольку в воспоминаниях такого рода всегда заключена очень высокая энергетика, то весь мир может стать напоминанием о том, что вы стремились забыть. И это имеет отношение не только к прошлому, но и к будущему – мы не только совершали «плохие» поступки, но собираемся их совершить. Вернее, не собираемся, но с удовольствием фантазируем на эту тему. А если запреты блокируют даже фантазии, то возникают неясные ощущения, которые тоже могут быть связаны с множеством образов Картины Мира, каждый из которых становится напоминаем о возможности «совершения «плохого» поступка.

Взять хотя бы «измену» – не секрет, что даже самые верные партнеры в «мечтах» изменяют друг другу. Эти мечты всегда воплощаются в конкретные образы, сконструированные на основе тех, которые уже есть в нашей Картине Мира – у нас просто нет другого «материала». Образы людей, каких-то ситуаций, интерьеров, действий и так далее. И любое соприкосновение с этими образами сразу же порождает чувство «вины» и как бы отгораживает нас от них, делает слабыми и беспомощными. Известно, что чем смелее человек в своих сексуальных фантазиях, тем «трусливее» он в реальных контактах с потенциальными партнерами. Даже не «трусливее» – у него просто ничего не получается, не возникает тот «резонанс», который необходим для дальнейшего развития отношений. А причина как раз в чувстве вины, порождаемым «паутиной стыда» и выражающимся в «страхе падения» – каждый «отказ» транслируется и в область «фантазий», что делает «мечты» на эту тему слабыми и безжизненными. То есть здесь человек может потерять целый мир, сотканный из его сексуальных фантазий, а это существенная потеря – поэтому он и отстраняется от любых контактов с реальными партнерами, даже если на уровне сознания и стремится к ним. Паутина стыда мгновенно блокирует энергетику его слов и действий, а отсутствие энергии, искусственность происходящего безошибочно распознается возможным партнером. Поэтому каждое слово ведет к обратному результату и только укрепляет существующее положение вещей.

Сказанное относится ко всему спектру отношений с миром. Мы говорили о том, что фантазии питаются нашей Силой, но тогда лишь коснулись энергетики происходящего. А все просто – любая «фантазия» использует какие-то образы Картины Мира, исключая их из сферы реальной жизни. Взять хотя бы тот же пример со спуском с горы – если человек «фантазировал» на эту тему и в своих мечтах он – мастер горнолыжного спорта, то к реальной горе он никогда и не подойдет, вернее – сделает все, чтобы избежать спуска с неё. А если что-то заставит его спустится, то его падение будет очень болезненным – кроме возможных физических травм он рискует потерять часть своего мира. И хотя этот мир был иллюзорен, он оказывал такое же воздействие на «образ я», как и реальный мир, поэтому его утрата – это утрата части собственного «я».

Всё это гораздо ближе, чем кажется. Когда мы мечтаем о больших деньгах, образ «больших денег» исключается из нашего взаимодействия с реальным миром, а значит мы их никогда не сможем получить. То же самое и в отношениях между людьми – чем больше сил мы потратили на мечты об «идеальной любви», тем меньше шансов встретить её в реальности. Если нам нравится воображать себя Сильными, способными справится с любым противником, то образ силы оказывается исключенным из нашей обычной жизни – в ней мы становимся ещё слабее, чем раньше. Это же относится и к Магии, и к Волшебству, и к любым сверхспособностям – «мечты» об обладании ими или «коллективные фантазии» – когда люди признают наличие каких-то Сил друг у друга на основе «взаимных обязательств» – делают невозможным их действительное обретение.

Здесь требуются некоторые пояснения. До этого мы говорили о «болевых точках» – тех мгновениях соприкосновения с реальностью, которые человек старается забыть, вытеснить из своей памяти, а теперь говорим о «фантазиях», которые, наоборот, приятны для человека и иногда становятся центром его Картины Мира. Казалось бы, это противоположные вещи, но на самом деле «болевые точки» и «фантазии» являются оборотной стороной друг друга.

Мы говорили о том, что у человека есть два способа научиться жить по правилам. Можно выполнять каждое из них «от и до», даже не задумываясь о том, почему это нужно делать. А можно попробовать каждое из них на «прочность» – нарушить правило и посмотреть, что из этого получится. Теоретически так можно отделить алгоритмы от ритуалов и подчинить «правила» себе – вариант, который мы рассматривали выше. Но на деле до этого никогда не доходит – большинство «нарушений» оканчивается «падением», которое как бы устанавливает «барьер» для дальнейшего движения в эту сторону. Каждая «болевая точка» своего рода шлагбаум, который определяет «пределы возможного», и такие «шлагбаумы» окружают весь образ нашего «я». Просто они очень хорошо «спрятаны».

Попробуйте вспомнить момент, когда родители впервые «накричали» на вас или вас ударили. Когда вас в первый раз «изгнали» из компании, в первый раз «отвергли», отобрали понравившуюся игрушку или заставили отдать её потому, что она принадлежит другому. Попробуйте вспомнить детские сексуальные опыты – хотя бы те, которые связаны с интересом к наготе, первое «предательство» или проявление «трусости». Список можно продолжать почти до бесконечности, но результат во всех случаях будет один – мы действительно не помним этого. А в воспоминаниях такого рода заключена громадная энергетика, по сути – это крах части нашего мира, опыт столкновения с Правилами, которые и определяют новые крошечные границы нашего существования. То есть это должны были бы быть самые яркие воспоминания нашего детства – так и есть, только они вытеснены из нашего сознания, «заблокированы», а значит существуют как бы независимо от нас. И именно они образуют семена, из которых прорастают Ложь и Фантазии.

Каждый человек, который пытался нарушить правила, «помнит», что за ними, кроме угрозы наказания есть что-то ещё – ощущение соприкосновения с реальным миром. Для Силы, которая в нас заключена это самое ценное, поэтому она стремится заставить нас повторить этот опыт. Но «шлагбаумы» остаются закрытыми, поэтому приходится или искать «обходные пути», греша «по мелочам», или довольствоваться «областью фантазий». Разумеется, если «шлагбаумы» закрыты полностью, то никаких желаний не возникает – «болевая точка» оказывается в самой структуре образа «я» и преодолеть её можно, только разрушив этот образ. Но мы уже говорили, о том, что у нашего «я» есть как бы две стороны – с одной мы воспринимаем себя сами, а с другой – глазами окружающих. Понятно, что обе стороны связаны между собой – матрица, накладываемая другими людьми, оказывает воздействие и на нашу собственную матрицу. Тем не менее, разница есть – если «болевая точка» находиться во внешнем кольце образа нашего «я» – том, которое образовано восприятием других людей, то мы можем нарушить запрет, но сделать это так, чтобы об этом никто не узнал. Такое нарушение может быть очень приятным – наверняка такого рода воспоминания есть у каждого. Кто-то подкладывал кнопку на стул обидчику, кто-то прокалывал шины его велосипеда, кто-то просто говорил о нем гадости другим людям. А если «обида» связана с тем, что другие обладали «игрушками», которые мы хотели получить, но не имели на это права, то у нас была возможность украсть его игрушку или сломать её, выровняв, таким образом, ситуацию. И это не только «детские шалости» – громадное большинство взрослых всю жизнь играют по этим правилам – стремятся подложить кому-то «кнопку», отнять «игрушку» или сломать её.

Действия такого рода закономерны. Когда другой человек обладает тем, что мы хотели бы получить – физической силой, красотой, богатством и т.п. – он оказывается «выше» нас в нашей собственной Картине Мира. А для человека ситуации такого рода всегда болезненны – не потому, что он «испорчен», а вследствие энергетики происходящего. Нормальная структура Картины Мира предполагает центральное положение образа нашего «я» – этим для нас и привлекателен мир ИЛЛЮЗИЙ. Он как бы уравнивает всех людей, позволяя каждому из них воображать себя «центром мира». Обычная реакция ребенка, увидевшего у другого понравившуюся ему игрушку – «. мой папа купит мне ещё лучше». Ребенок не врет, он действительно верит в это, и эта вера остается с ним на всю жизнь. Даже в условиях полной нищеты где-то внутри живет надежда на «доброго папу», который сотворит «чудо» и деньги просто потекут рекой. То же самое и со всеми остальными качествами – например, с «красотой», поэтому так популярна история о превращении гадкого утенка в прекрасного лебедя. Иначе и быть не может – в основе мира ИЛЛЮЗИЙ лежит представление о РАВЕНСТВЕ и СПРАВЕДЛИВОСТИ, поэтому любая «несправедливость», связанная с нарушением принципа «равенства» – когда у кого-то есть что-то, чего нет у нас, обязательно должна быть устранена. Такова «истинная» Вера большинства людей и именно эта Вера не только поддерживает их в состоянии сна, но и делает их сны относительно безболезненными.

Сам факт существования «болевых точек» связан как раз с этой Верой. Понятно, что в мире есть множество объектов, сопротивление которых мы не можем преодолеть – то, что столкновение с любым твердым предметом может быть болезненным – опыт, через который проходит каждый ребенок. И этот опыт не забывается, наоборот – он становится основой нашей способности передвигаться в пространстве, заполненным другими объектами. Но по отношению к людям мы ведем себя по-другому. В каком-то смысле «хулиган», который сильнее нас – тот же «твердый предмет», его существование такой же объективный факт реальности, как и существование стола и стульев. Но признать этот факт – значит отказаться от Веры в Справедливость и Равенство, поэтому все, что связано с опытами такого рода вытесняется из нашего сознания. Гораздо проще избрать такую модель поведения, при которой риск физического столкновения будет максимально исключен, что позволит нам продолжать воображать себя сильными и смелыми. А то, что при этом нам приходиться СЧИТАТЬСЯ со всеми людьми, ориентироваться, в первую очередь, на то, чтобы не обидеть их, ускользает от нашего сознания. В основе стремления к конформизму всегда есть пара забытых затрещин.

Проблема в том, что иллюзорный мир лишен энергии. Пока мы действуем по его правилам – например – считаемся с другими людьми, то уже не принадлежим себе, а следовательно – не можем получать никакой энергии даже от тех объектов, которые ей обладают. Но главное в другом – мы сами принимаем иллюзорную форму, лишенную внутренней энергии и уже не можем выполнять предписанную нам роль «энергетических доноров» иллюзорного мира. Поэтому нам приходится выходить за его пределы, вернее – нас заставляют сделать это для того, чтобы получить доступ к энергии ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ. Механизм известен каждому – Зависть и Ненависть. В обычном состоянии факт повседневного неравенства просто незаметен для нас – «паутина стыда» надежно отделяет нас от образов тех людей, которые в чем-то нас превосходят, превращая их в «абстракцию». Но время от времени «неравенство» становится очевидным – кто-то совершает по отношению к вам «несправедливость» и остается безнаказанным. Это может быть начальник, присвоивший результаты вашего труда или заплативший вам меньше, чем вы рассчитывали, друг, близкий человек, который предпочел вас другому человеку, кто-то оскорбивший вас на улице и так далее. Прямой агрессии может и не быть – успех друга, получившего «незаслуженное» богатство или повышение воспринимается не менее болезненно, хотя он и не стремился причинить вам никакого вреда. В любом случае Вера в правила иллюзорного мира оказывается под угрозой – а если они будут полностью разрушены, то будет разрушен и созданный на их основе образ собственного «я» – тот, который в нашем воображении находится в центре Картины мира.

СЕКРЕТ в том, что вытеснение образа «я» из центра этой Картины противоречит заключенной в ней энергетике. Мы можем сделать себя «меньше» других только затратив свою собственную Силу. Только начав «завидовать» или «ненавидеть». Эти чувства и есть ощущение энергии, которую мы сами у себя отбираем и отдаем «образу обидчика». Вернее – мы отдаем не ему, а структуре правил иллюзорного мира – наша зависть и ненависть всегда обращена на образ «нарушителя правил» – индивидуальность его носителя не имеет значения. Более того, нередко процесс идет по возрастающей и человек начинает ненавидеть весь мир или завидовать всем людям, оказываясь на самой периферии своей Картины мира.

Главное здесь в том – куда идет энергия. Казалось бы – это два разных канала. Когда мы завидуем человеку, то, как бы стремимся стать похожим на него, а когда мы ненавидим, то нам хочется просто уничтожить травмирующий образ. На самом деле между этими чувствами нет большой разницы – «разбогатевший сосед» легко может вызывать чувство зависти и ненависти одновременно. По большому счету, мы завидуем до тех пор, пока сохраняем веру в «доброго папу», в Справедливость мира – то есть пока у нас есть ожидание чуда – того, что и с нами может произойти что-то подобное. А ненавидим, когда невозможность такого чуда оказывается очевидной и единственным способом сохранения Веры в «равенство и справедливость» является уничтожение обидчика. Но оба эти чувства постоянно переходят друг в друга – даже когда мы этого не замечаем. Спросите у человека, которого ограбили на улице или просто обругали – хочет ли он быть похожим на своего обидчика, то есть, завидует ли ему – он искренне ответит «нет». Но если понаблюдать за ним, то в большинстве случаев нетрудно увидеть отголоски произошедшего в отношениях с тем, кто слабее его – с подчиненными, близкими или даже с «кошкой». Человек становится «несправедлив», то есть принимает как раз ненавистную ему форму, стремится стать похожим на своего обидчика. Это «зависть» в чистом виде, а то, что мы принимаем её за «ненависть», свидетельствует лишь о том, насколько близки эти чувства.