- -
- 100%
- +
На экране появилась комната — спальня, залитая мягким золотистым светом. На кровати лежала девушка, одетая честно говоря, она была почти не одета. Графика поражала — каждая складка простыни, каждый блик на коже выглядели пугающе реально.
— Ваша задача — управлять мужским персонажем, — продолжал Алан свой инструктаж. — От первого лица. Вы будете взаимодействовать с девушкой на экране. Управление такое же, как во вчерашнем симуляторе готовки. Курсор — это ваша рука. Клик — прикосновение. Удерживание — более длительное действие.
Я уставилась на экран. В голове звенела только одна мысль: «Это не симулятор готовки. Это симулятор другого процесса».
— Вы в порядке? — спросил Алан. — Ваше дыхание участилось.
— Я э-э-э это очень реалистично.
— Так и задумано. Это игра не для широкой публики. Это закрытый проект для очень состоятельных клиентов, которые ценят детали.
Я сглотнула. На экране виртуальная девушка медленно повернула голову и посмотрела прямо в камеру — то есть на меня. Её глаза были томными, губы приоткрыты. Графика была настолько хороша, что я на мгновение забыла, что это пиксели.
— Я не уверена, что смогу, — прошептала я.
— Вы можете уйти, — сказал Алан ровно. — Прямо сейчас. Я вызову такси, контракт будет аннулирован без штрафа. Я не буду принуждать, если Вас это слишком шокирует. Лучше уходите сейчас. Но пункт конфиденциальности останется в допсоглашении.
Я представила свою комнату в коммуналке. Ободранные обои. Соседа, который храпит за стеной и вечно забывает закрывать дверь в туалет и сально на меня смотрит. Запах подгоревшей каши из общей кухни.
— Я остаюсь, — сказала я тихо.
— Тогда начнём.
Его ладонь легла на мою правую руку, которой я держала мышку. Прикосновение было твёрдым, горячим, уверенным. Он поправил мои пальцы, раздвинул их чуть шире, прижал к пластику.
— Хват должен быть свободным, — прошептал он мне в ухо. — Не сжимайте мышку, как гранату. Это не оружие. Это продолжение Вашей руки.
Я попыталась расслабиться, но его пальцы, всё ещё лежащие поверх моих, не давали этого сделать. Каждое его прикосновение отзывалось дрожью где-то глубоко внутри.
— Теперь ведите курсор к её лицу, — скомандовал он. — Медленно. Плавно.
Я повела. Курсор скользнул по виртуальной подушке, по рассыпанным волосам, замер над щекой девушки.
— Кликните.
Я нажала. На экране рука мужского персонажа коснулась лица девушки, погладила скулу. Она вздохнула — тихо, чувственно, и этот звук проник прямо в мой позвоночник.
— Хорошо, — голос Алана стал ниже, бархатистее. — Теперь ведите ниже. По шее. К плечу.
Я вела. Он по-прежнему держал мою руку, позволяя мне самой вести мышку, но обозначая свое присутствие. Его большой палец погладил костяшку моего пальца. Моё дыхание сбилось окончательно.
— Ваши зрачки расширены, — заметил он с каким-то научным интересом. — Пульс — около ста десяти. Вы возбуждены.
— Волнуюсь перед первым тестом, это нормально. А это это просто игра, — выдавила я.
— Это не просто игра. Это симулятор желаний. Вы реагируете не на пиксели, Яна. Вы реагируете на то, что чувствуете. На то, чего хотите.
Его ладонь соскользнула с моей руки и легла на спинку кресла, прямо за моей шеей. Я чувствовала его дыхание — горячее, размеренное — у самого уха.
— Продолжайте без меня, — приказал он. — Я хочу посмотреть, что вы сделаете, когда никто не держит вашу руку.
Я осталась одна. Ну, почти одна — его присутствие за спиной никуда не делось. На экране девушка ждала, прикрыв глаза. Я сглотнула, повела курсор к её груди, зависла над тонкой тканью, прикрывающей сосок.
И нажала.
Виртуальная девушка выгнулась навстречу прикосновению, издав тихий, протяжный стон. И в этот момент я поняла, что пропала. Потому что этот стон — он был во мне. Он поднимался откуда-то из живота, требовал выхода, и я едва сдержалась, чтобы не застонать в ответ. Как это вообще работало?
— Интересно, — раздался голос Алана за моей спиной, и в нём впервые за всё время послышалось что-то, кроме холодного контроля. Что-то тёплое. Живое. — Очень, очень интересно.
Эти три месяца в «Золотой клетке» будут самыми длинными в моей жизни.
Глава 3. Мелкий шрифт и крупные неприятности
Проснулась я с ощущением, что нахожусь не в своей постели. И не в своей жизни. И, возможно, не в своём уме.
Потолок надо мной был белым, идеально ровным, без единой трещины — в моей коммуналке потолок напоминал карту тектонических разломов. Пахло деревом и чем-то свежим, вроде горного воздуха из рекламы кондиционера. Простыни были гладкими, накрахмаленными, и я лежала на подушке, которая, кажется, стоила дороже, чем весь мой дом.
Я села, огляделась. Комната — минималистичная, но уютная. Большое окно выходило на лес, и утреннее солнце заливало сосны золотом. На стуле аккуратно висела моя одежда — та самая, которую я вчера сняла перед тем, как рухнуть в кровать без задних ног. Кто-то заботливо её повесил. И этот «кто-то» явно был не я, потому что я обычно бросаю вещи на пол, а утром разыскиваю их с фонариком и матерными словами.
Алан. Чёртов Алан Шиперов со своими руками, которые поправляли мои пальцы на мышке, и голосом, который проникал в уши и дальше — куда-то глубоко, куда не проникал ни один мужской голос до этого.
Я умылась, почистила зубы новой щёткой, которая ждала меня в ванной (разумеется, он предусмотрел и это), и спустилась вниз. В гостиной пахло кофе. Настоящим, свежесваренным, а не растворимой бурдой, которую я пила последние полгода.
Алан стоял у панорамного окна с чашкой в руке. Чёрная водолазка, чёрные брюки, босые ноги. Босые. Я залипла на его ступнях — аккуратных, с длинными пальцами — и поняла, что схожу с ума, если меня волнуют даже его ступни.
— Доброе утро, — произнёс он, не оборачиваясь. — Кофе на столе. Завтрак тоже.
На столе стоял поднос с оладьями, круассанами, маслом, джемом и фруктами. Я уставилась на это великолепие, как дикарь на огонь.
— Вы приготовили завтрак? — спросила я, не скрывая изумления.
— Я заказал доставку. Готовить я не умею.
— О, слава богу. А то я уже начала подозревать, что вы робот, а роботы не едят круассаны.
Надо определенно научиться молчать. Но слова сами выпрыгивали из моего рта до того, как мозг успевал их отфильтровать.
Он обернулся, и в его тёмно-синих глазах мелькнуло что-то похожее на веселье. Или мне показалось?
Я села за стол, налила себе кофе, откусила круассан и едва не застонала от удовольствия. Свежий, хрустящий, с настоящим сливочным маслом. После трёх недель на дошираке это было гастрономическим оргазмом.
— Кстати, о контракте, — сказал Алан, садясь напротив. — Вчера вы подписали его в спешке. Сегодня я хочу, чтобы вы прочитали его внимательно. Особенно раздел «Обязательства Сотрудника».
Он подвинул ко мне папку. Я открыла, пробежалась глазами. Пункт 3.1: «Сотрудник обязуется проживать на территории, предоставленной Работодателем, в течение всего срока действия договора. Самовольное оставление территории расценивается как нарушение».
— Это я помню.
— Читайте дальше. Пункт 3.4.
Я опустила взгляд. «В случае досрочного расторжения договора по инициативе Сотрудника без уважительной причины, Сотрудник выплачивает Работодателю неустойку в размере» — дальше шла сумма с семью нулями, от которой у меня зарябило в глазах.
— Семь нулей, — прошептала я.
— Вчера я дал Вам возможность уйти. Вы остались. Больше такой возможности не будет. Мне нужен тестировщик, который не сбежит через неделю, как предыдущие.
— Предыдущие? — Я подняла на него глаза. — Сколько их было?
— Три.
— И где они сейчас?
— Одна в отпуске по нервному истощению. Вторая сменила профессию и теперь разводит кактусы. Третья — он сделал паузу. — Третья вышла замуж за курьера, который привозил нам пиццу, и уехала в Новосибирск.
Я моргнула.
— То есть у меня есть выбор: нервное истощение, кактусы или побег с курьером в Сибирь?
— Курьеры теперь только женщины. Так что остаются кактусы или истощение.
— Замечательно. Просто замечательно. А что с моей комнатой? — спросила я. — Я снимаю комнату в коммуналке. Я не могу просто исчезнуть, у меня там вещи, договор аренды
— Договор расторгнут, — сообщил он будничным тоном. — Ваша хозяйка получила компенсацию за три месяца вперёд. Вещи, которые представляли ценность, перевезены на склад. Те, что не представляли ценность, утилизированы.
— Утилизированы, — я тупо повторила, не веря своему слуху. Он же не мог...
— Да, пришлось выкинуть коллекцию рваных колготок и сотню баночек из под йогурта, громоздившихся на подоконнике.
Он сказал это так спокойно, так буднично, что я на мгновение потеряла дар речи. Он все решил за меня. Он перевез мои вещи. Расторг договор. А где мне жить через три месяца? И что значит утилизированы? Он рылся в моих вещах? Он что-то выкинул?! Да как он посмел! Что за контролирующий козел, который безнаказанно управляет жизнью сотрудников? Я жутко разозлилась. А потом меня прорвало.
— Значит так, Алан Андреевич, — я встала, упёрла руки в бока и посмотрела на него со злостью. — Я согласилась работать на вас. Я согласилась жить в вашем доме. Я даже согласилась играть в вашу специфическую игру. Но я не соглашалась на то, чтобы вы рылись в моих вещах и решали за меня вопросы с квартирой и моими вещами!
Он медленно поднялся. Очень медленно. И оказался так близко, что мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Его глаза потемнели — из тёмно-синих стали почти чёрными.
— Вы закончили? — спросил он тихо.
— Нет! — выпалила я, хотя коленки уже предательски дрожали. — Я ещё не начала! Вы — контролирующий, вторгающийся в личное пространство, пугающий до икоты тип, и я ик!
Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.
Он медленно, очень медленно поднял руку и коснулся пальцем моей нижней губы, заставляя замолчать.
— Вы икаете, когда врёте или когда злитесь, — произнёс он. — Сейчас вы злитесь. Но под этой злостью — страх. Вы боитесь, что потеряли контроль над своей жизнью. Что попали в ловушку. Что я — монстр, который сожрёт вас на завтрак вместо круассана.
Его палец всё ещё лежал на моей губе. Горячий. Твёрдый. Я забыла, как дышать.
— Я не монстр, Яна, — продолжил он, и его голос стал ниже, мягче, почти интимным. — Я просто человек, который привык всё контролировать. Потому что когда-то я потерял контроль над единственным, что имело значение. И это меня сломало. Я не хочу ломать вас. Я хочу, чтобы вы помогли мне создать нечто совершенное.
Он убрал палец, и я выдохнула — шумно, прерывисто, будто только что вынырнула из-под воды.
Он смотрел на меня несколько секунд, и в его глазах плясали чёртики. Настоящие, живые чёртики, которых я не видела раньше.
— Вы удивительное создание, Яна Райская, — сказал он наконец. — Вас только что заперли в доме с незнакомым мужчиной, обязали играть в эротическую игру под страхом гигантского штрафа, лишили квартиры и коллекции колготок. А вы переживаете из-за баночек и рваной одежды.
— У каждого свои ценности, — гордо заявила я. — И кстати, о колготках — они были не рваные, а винтажные! С дырочками — это такой стиль!
— Винтажные колготки с дырочками, — повторил он медленно, будто пробовал слова на вкус. — Запомню.
— Зачем?!
— Чтобы знать, что дарить вам на Новый год.
Я замерла. Он что, только что пошутил? Алан Шиперов, человек-терминатор, владелец самой мрачной игровой студии в стране, только что пошутил про новогодний подарок?
— Вы умеете шутить? — вырвалось у меня.
— Ограниченно. Не привыкайте.
— И не собиралась.
Мы стояли друг напротив друга — он высокий, тёмный, опасный; я взъерошенная, в мятой футболке и с бешено колотящимся сердцем. И в этом противостоянии было что-то электрическое. Что-то, от чего воздух между нами искрил.
— Через двадцать минут начнем, — сказал он, отступая на шаг. — Сегодня вы будете проходить второй уровень.
— А что на втором уровне?
— Узнаете.
Я вернулась к своему кофе.
— Яна.
Я посмотрела на него.
— Ваши баночки и колготки на складе. Можете забрать их через три месяца. И мне нравится, что вы не боитесь со мной спорить. Это освежает.
И прежде чем я успела придумать достойный ответ, он отошел к окну, давая понять, что разговор окончен.
Сердце колотилось где-то в горле, щёки горели, а в голове билась одна-единственная мысль. Про его чертов палец на моих губах.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.