Верус

Вступление.

Ранним солнечным днём, тысяча девятьсот девяносто первого года, Александр Петрович возвращался с работы домой. Подойдя к перекрёстку, быстрым шагом направился через дорогу на зелёный свет. Взгляд скользнул на стоящую впереди, старую женщину, на ней, был одет плащ, капюшон прикрывал её лицо. Непроизвольно посмотрел ей в глаза. Сердце ушло в пятки, замер от ужаса, сковавшие тело. Губы у незнакомки зашевелились. От её воздействия – шок парализовал всё тело, нервная система в арготизме Александра начала разрушаться, разрывались кровеносные сосуды. В слезившихся глазах появился отблеск летевшего ястреба, который перевоплотившись в человека с силой сбил его с ног, отшвырнув из невидимого кокона, злой колдуньи. Резкий удар об асфальт, привёл его в чувства. Облокотившись, трясущимися руками об асфальт. Сквозь боль, он взглянул на замерший мир. Над головой возвышался бампер грузовика. рядом Яркое свечение исходило от мужчины, стоявшего к нему спиной, закрывая его от злой колдуньи. Старая женщина подняла руки в стороны. В ту же секунду вихрь воздуха поднялся вверх, сгребая всю дорожную пыль. Промелькнул огонь. И все исчезло. Тьма поглотила сознание. Взрыв осветил пустыню Египта. Где эти же два война стояли на раскалённом песке, что превратился в стекло. Сражаясь за свет и тьму, вечной борьбы. Александр обнаруживший себя спящим на лавке, в недоумении отряхнул порванные брюки. Произнёс: «приснилось же!» И направился к своему дому.

ЧАСТЬ 1. 2011 год

Аромат заваренной травы, под названием: «Саган-Дайля», от стакана лежачего на столе струйкой дыма, вылетел из окна, растворившись в воздухе. За окном светило солнце. Стоящий замок в Ивановской области, находился в близи причала. На волнах реки колыхался катер. Внутри замка, человек на кожаном кресле наслаждался настоем, каждый глоток которого насыщал организм соприкосновением внутренних миров. Оказавшийся в пространстве пожилой человек взглянул на себя со стороны. «Халат укутывал худощавое телосложение. В правой руке на весу, держал стакан с настоем. На старческом лице, усыпанном морщинами, отложился отпечаток прожитых лет. Седые, зачёсанные к затылку волосы, были коротко стрижены, густо приподнятые брови, борода закрывала шею».

Слившись с энергией протекающих потоков мира, почувствовал землю, жизнь, вихри энергетических полюсов, воздействие других планет. В голове промелькнули мысли: «наступает век перемен, эра водолея, энергия усилилась.» Вернулся в реальность, глотнул настой, и опять погрузился в размышления. «Жена заварила. Заботиться, надо продлить её молодость, лет на тридцать, очень к ней привык, неохота смотреть как стареет. Кил и Омега всё время играют с людьми. Скоро совет. Бояться, что кто – ни будь из светлых поймёт, что свет в несколько тысяч раз сильнее тьмы. В мире, людям легче идти по волнам судьбы». Глянул в стакан. Вода вздрогнула, поменяла структуру молекул. Страх охватил чувства, погрузив в воспоминания. «Свыше трех сот лет назад он видел, как предметы стали не властны его подчинению. Тогда шла борьба с просветлёнными. Чтобы победить, устроили войну и между людьми. В итоге все попали под удар». Что-то выскользнуло из рук. Вспомнив про реальность. Остановил время. Стакан замер в полёте. Разлетевшиеся капли настоя отражали солнце, светившее из окна, просторной, мало обставленной комнаты. Где-то они допустили ошибку. Весь мир повернулся против них. Стакан в дребезги разбился об пол. Его волновало уже другое. Взяв телефон нажал на кнопку вызова. Вспомнил про телепатию, усмехнулся, произнёс свои мысли:

– Уже лень, время новых технологий.

                   Начало.

Порыв ветра распахнул створки оконной рамы, проскочив по помещениям двухэтажного здания. В спальне, коснулся спящих людей и затих. Почувствовав прохладу, Олег приоткрыл глаза, проснулся. Жена Полина лежала рядом, простынь облегала её стройную фигуру. «Сладко дремлет». Проанализировав звуки, уловил дыхание Коли, девятилетнего сына, в детской, за двумя комнатами, открыто окно в гостевой на первом этаже. «На следующий год, сорок семь», – промелькнула мысль. Выскользнув с кровати, накинул халат. Он был среднего роста, крепкого телосложения, чёткие очертания лица. Спустился на первый этаж по деревянной, округленной лестнице и открыл дверь гостевой. Створки окна с грохотом ударили об раму, Олег прищурился от грохота, раздавшегося по дому. Не хотелось, чтоб жена с ребенком проснулись. Закрыв окно двинулся в коридор ко входу. Автоматический датчик сработал на затворы, разводя двери. Крыльцо, выходившее на сад, одного гектара, состоящего из многочисленных деревьев. На небе, луна сияла в полу месяце. Ветра не было. Приглядевшись во тьму, почувствовал беспокойство. Опустился на колени, сел в позе лотоса. Ему не хотелось тревожить ночную темноту: «все-таки время ночи!» Но ведь, «кто-то его разбудил». Войдя в транс, вышел из тела, оглядел окрестность. Побережье Невы, за тридцать семь километров от Питера. Оскаленные камни на песчаном берегу. Душа трепетала в беспокойстве, привыкла к телу. Время смешивалось в пространстве. Полоса вмешательства чётко чувствовалась, в этом состояние. Поддавшись влиянию мысленной нити увлекшую душу в пространство, картина вида преобразилась.

Перед ним стоял старец, укутанный в толстом одеянии льна: седые волосы спускались вдоль лица, борода доставала ему до груди. Он был высокого роста с прямой осанкой, его руки и лицо были покрыты морщинами.

Мы стояли на земле, проросшей зеленой осокой. Солнечные лучи указывали на середину дня.

– Побеспокоил тебя – старец ехидно улыбнулся.

Слова пронеслись в голове без звука. Слышалось эхо. Оглядевшись, я понял, что находился в поле, справа густой лес, слева высокие каменные возвышенности, позади меня, за редко усеянным лесом проглядывались постройки частных домов. Вид вокруг, простирался на несколько километров.

– Мальчишке помоги, и помощь будет тебе – старец стал серьезнее.

Взглянув ему пристально в глаза, пришло ощущение сжатости, исполняющего долга. Старец исчез, мелькнула картина молодого парня. Высокого, худощавого, со светло зелеными глазами. Рядом находился черный джип. Улицы Питера, знакомых мне домов. Картинка поменялась это был – свежий выпуск газет, сменилась видом, здания питерского института, после чего все расплылось, померкло.

Ночь продолжала светить в полумесяце. Пробудившись в теле Олег пошел наверх в свою кровать. Души предков так просто не просят. Сон навалился также быстро, как утренний таймер у окна, в комнате запел мелодию Баха. Уже утро.

                         ***

Вышедши свежие новостные газеты Питера, сообщали: «о парне, который управляет событиями». В статье описывалось, – «девятнадцати летний, Николай Александрович Вишневский, учившийся на менеджера второго курса, не только предугадывал события, а именно давал мысленно команды. Испытуемым людям по одному давалось двадцать предметов: шахматы, шашки, лист бумаги… и т.д. За стеклом воздействующий давал команды, такие как сделать из листа кораблик, назвать его в честь Титаника. Людям предлагалось делать именно зародившеюся им идею, как потом они объясняли: «это первые, пришедшие им на ум мысли». В следствии эксперимента все испытуемые в точности воспроизвели команды Николая…».

Улыбнувшись, я отложил газету: «как же быстро расходится информация. Утро началось с не прекращаемых звонков от друзей, однокурсников. С такими словами, как пусть нам зачёт поставят, к десятому звонку, я не выдержал. И приказал – не кому, мне не звонить». После чего телефон затих. Взяв сумку, накинул на себя куртку и подходя к двери произнёс:

– Мам, я в институт.

– Счастливо – раздался женский голос с кухни. Поставив посуду, она подошла к двери, когда та уже захлопнулась, не успев проводить, она молча смотрела в одну точку, на ручку входной двери.

Лестничная площадка промелькнула под ногами. Выскочил на улицу. Утреннее солнце ударило в глаза, ослепив на некоторое время. Некая гордость и превосходство будили радость во всем теле. Пройдя со двора дома к проезжей части дороги, направился к остановке.

– Привет звезда – здоровенный мужик заговорил со мной, стоя у черного джипа, держа раскрытую газету, явно с моей статьей.

Растерявшись от неожиданности, я остановился.

– Вы мне? – спросив я недоуменно, начал разглядывать черный костюм на парне весом килограммов сто, явно шитый под заказ.

– Я из управления безопасности. Твой потенциал может нам пригодиться. Поехали с нами, все расскажем по до… – Здоровяк резко замер, его взгляд падал в одну точку, не моргая, зрачки округлились, отражая испуг.

– Что за… – я медленно попятился назад. Здоровяк оставался в замершем положении.

– Николай, пойдем погуляем? – Подскочив на пару сантиметров, я развернулся, и увидел мужчину среднего роста. Испугавший меня, стоял на расстоянии вытянутой руки – меня зовут Олег. Уделишь мне своё время?

– Это, что? – я показал на человека, стоящего не подвижно возле машины.

– Ты же сам так умеешь – чуть удивившись, он повернул голову в сторону машины – пойдем, зайдем в кафе, там спокойней.

Мужик выглядел совершенно спокойным и непоколебимым, как будто нечего не происходило. На вид ему было лет тридцать, крепкого телосложения, приятной наружности, невысокого роста. Развернувшись он подал жест, чтобы я пошел с ним. Поколебавшись, я двинулся за ним через дорогу, мимо проезжающего транспорта. Перейдя дорогу, оглянувшись я увидел, что замерший человек по-прежнему стоял на том же месте.

– Что ты с ним сделал? Ты его загипнотизировал? – спросил я Олега.

– Заходи Коля – открыв дверь кафе, мы вошли в небольшое помещение метров шесть шириной и метров в тридцать длиной. Олег сел за ближайший стол.

– Что Вам от меня нужно? Спросил я, стоя около стола. – Посмотрел в окно, на дорогу со свистом выехал черный джип, и растворился в потоке машин. Мужчина задумчиво ответил:

– Да, можно сказать, что загипнотизировал, что мне от тебя нужно? – ни чего! ты нужен тайным, они хотят завербовать тебя. А оказавшись у них, ты не осознаешь, как будешь делать всё, что они прикажут.

Я всё никак не мог понять, что происходит, спросил его:

– А кто ты такой?

– Олег! – на его лице отразилась улыбка. Он смотрел на меня снизу верх – присаживайся. – Я сел на стул напротив, он не останавливаясь продолжал. –Те, кто был в джипе, люди тайных, это слово тебе понятней. А так они Кельцы, мы их так называем. Каждый из них, осознавая поступки, в тоже время находится в забвение. Если бы ты попал к ним, тебя бы загипнотизировали, и ты с легкостью бы выполнял приказы, и считал бы что правда на твоей стороне.

– А как же то, что я умею тоже внушать – я произнес первое, что пришло на ум, когда он остановился на разговоре.

– Коль! Ты пойми всю сложность, три дня назад ты был на интервью. И хуже всего ты попал на проверку.

– И теперь за мной будут гоняться? Я никак не мог представить гонки машин. В уме лишь было: «Что экзамен скоро начнётся. А вечером вкусный мамин ужин. Ночь, на улицу, ходил в другой район знакомиться с девушками, в своём ведь не так интересно…»

– Хуже если поймают и завербуют. О прежней жизни можешь забыть. Ты сделал три дня назад свой выбор.

Я повернулся, посмотрев ему в глаза: «Он как будто читал мои мысли».

– Я не буду ходить в институт? Домой? – я начал раздражаться – может ты тоже вербовщик?

– Я спасатель. Работа такая – мы её сами придумали – его голос оставался таким же спокойным, зомбирующим я бы сказал. – ты не в курсе? Всё что люди придумывают, существует на тонком энергетическом уровне, проявляясь в материю. – Он замолчал.

Я начал приходить в себя, странно, но этот человек словно притягивал. Глаза синие, лицо строгое, чувствовался возраст, а не отталкивал. Девушки наверняка бы сравнили его с каким ни будь актёром. Пора, уже смываться отсюда. Девушка в белой рубашке, официант, лет восемнадцати. Поставила на стол два бокала, в одном находился чай, а в другом вода. Развернулась, уходя в сторону стойки. «Мы же не делали заказ!»: осенило меня. Олег взял в руки стакан с водой, подняв на вышину локтя, очевидно, чтобы привлечь моё внимание. Содержимое стакана окрасилось кровавым красным цветом.

– Попробуй – протянув в мою сторону, предложил Олег.

Я взял с его руки, бокал и поднес к лицу, в нос ударил знакомый запах

– Вино! – я аж воскликнул – как?

– Мысль материальна. Ты прошёл проверку, и они тебя не оставят – пей чай, надо идти.

– Научишь? – Я был ошеломлён увиденным.

– Не это главное, нам надо подумать, как вернуть всё на круги своя. – задумавшись, он отвернул свой взгляд в сторону.

– Да уж – я отхлебнул вино. Вкус сладковатый, как иногда пишут с нотками ягод – натуральное или это иллюзия? – мои мысли были поглощены этим фокусом.

– В какой-то степени, но я мог бы сказать, что натуральное и ты бы не смог доказать, что это не так.

– А как же тогда? – я действительно был заинтересован.

– А это я покажу тебе лишь потому, что иначе ты мне не поверишь – он внимательно посмотрел на меня – ты смотрел кино канон-варвар?

Резкое давления возникло в голове, все потемнело. Я вспомнил это кино от начала и до конца. Мне было лет десять, когда я его посмотрел по телевизору. Я сидел на стуле, в правой руке мой двуручный меч, я хотел крушить и ломать. Но, по чему-то я находился в каком-то странном помещение, не мог противопоставить, это место с реальностью. «Надо выбираться, вставать.» В разум вошёл чей-то отдельный голос, «остановись!» Я поморгал глазами. Находился я всё в том же помещение. В правой руке табурет. Столик Олег придерживал рукой. Очевидно я собирался его опрокинуть. Волна памяти, кафе… резкая тошнота, ноги подкосились, я грохнулся на пол, как подкошенный. Табурет со страшной силой, каким – то образом ударил меня по лицу. Сердце билось очень быстро, и казалось: «что вот – вот выскочит из груди, душа секунду назад была на гране смерти! Черт, я чувствую душу. Тошнота – что это? Мысль! Сфокусируйся я в кафе со странным парнем». Я постарался вспомнить утро – «вот мой дом. А вот, это я». Перекидывая события многих лет, я начал приходить в себя, лёжа на полу.

– С вами все в порядке – поинтересовалась официант.

Я посмотрел на неё. Про себя я отметил, что у девушки официанта, хорошая внешность.

– Да всё в порядке – я поднялся на локти, схватил стул, пододвинул, опёрся, вскарабкался, сел. «Олег где он!» я был готов ударить его по лицу. Он сидел такой же спокойный, в правой руке держал бокал с водой.

– Пить будешь? – он протянул бокал

– Нет! – зло ответил я, но пересохшее горло поддалось инстинкту, я выхватил стакан, жадно выпив всё содержимое. Я точно знал, что это вода, и вина там не было никогда. Если конечно не принесли вино, а он внушил мне, что это вода.

– Как ты это сделал? – я проговорил по слогам. Я не воспринимал в серьез испытания в учебном центре. Я старался концентрироваться. А что люди делали за стеклом. «Да я считал, что я управляю! Но не так же, скорей я сознанием списывал это за спектакль, а воображение? Да я каждую ночь могу мир спасать, пока не засну». Я более спокойно посмотрел пристально на Олега, сердце уже не колотилось.

–Как… – начал повторять.

– Ты дал установку мозгу – сказал Олег – внедрившись я скользнул по твоей памяти, в твоё восприятие. Когда ты смотрел этот фильм со своим индивидуальными эмоциями, твоё впечатления от просмотра фильма, сыграло главную роль. Я активировал участок памяти, заблокировал входящий поток энергий, тем самым остановил импульс от новых клеток. И ты лишь – канон-варвар. Оставалось дать тебе задания, разнести что либо, так же смастерив образ импульсов, и оставить – нового тебя! В настоящем. Как говорят философы: «ты являешься тем, что ты представляешь собой на данный момент». При его разговоре, пока он говорил я смотрел на него вытаращив глаза. Он оставался таким же спокойным, продолжил – но это индивидуальная и сложная работа, с каждым заниматься так никто не будет. Обычно массовые забвения, через СМИ с учетам обучающих программ, чтобы вы сами, поступали так, как нам надо. Он поднялся в сторону выхода пойдём?

Я не отрывал от него взгляда, в мозгу стоял один образ «канон-варвар». – А ведь, ещё утром! я чувствовал себя героем. Он продолжал:

– У тебя два выбора. Я пытаюсь помочь. Заберут они, внушат образ, только ты уже не очнёшься. Довод ясен!

Он ждал меня, пока я не поднялся. Ещё раз такого же я не выдержу. Я пошёл за ним. Не мог, я ему доверять, возможно, это спланировано. Одно было ясно, показав такую психологическую атаку, он так просто не отстанет. Или они не отстанут. Я спросил:

– Но почему, ты помогаешь мне?

– Скажем так, духи предков попросили за тебя. Пойдем, а то могут заняться нами, более серьёзные вербовщики.

Мы вышли с кофе. Олег свернул на парковку, щёлкнул брелоком. Черный мерседес марки браво просигналил, двери открылись.

– Не плохо зарабатываешь! – я остановился – Куда ты хочешь меня отвести? В голове все крутилось: «почему я должен ему доверять».

– Слушай – произнёс он – можешь пойти домой, они тебя схватят, будешь тайным агентом. Но, ты не будешь осознавать, что делаешь. Или со мной попробуем решить, как бы выкрутиться с твоего положения.

– А дом! Мама моя? – я почувствовал страх за неё.

– Хочешь заберём ее в более безопасное место.

– А гарантии? – спросил я.

– Их нет, могут схватить. Но со мной у тебя больше шансов.

– Как маме объяснить? – я действительно испытывал страх, ладно я влип, но она, ведь! Я не мог принять решения. Все охота оставить так как было.

– Пойдём, ты увидишь всё сам. – открыв дверцу, мы сели в машину. Тронулись, объехав дворы, подъехали к моему дому. Выйдя к подъезду, я увидел лысого парня, в черной кожаной куртке, жуя жвачку и крутя ножик-бабочку в руках, он преградил нам дорогу. Я испугался за сегодня уже который раз.

– Бестолочь – Олег положил руку ему на плечо. Человек резко потупился, глаза поникли, после взблеснули. Он положил нож в карман. Почесал о затылок, огляделся, думая о чем-то, вспомнив, подпрыгнул, побежал со двора.

– Что ты с ним сделал? – я провожал взглядом, только что явно опасного человека. Олег пошёл к входной уличной двери. Я уже не надеялся, что мое сердце успокоится.

– Отослал за хлебом. – Олег остановился возле подъезда, поджидая меня.

– Как? – я стоял в недоумение.

– Ну в детстве он же ходил за хлебом. Я и достал с памяти воспоминания. Видишь, как поскакал.

– А когда купит? -я открыл подъезд. Мы зашли на лестничную площадку.

– Магазин в другом конце города. Ему надо именно в свой магазин. – Мы поднялись по ступенькам. Я показал на дверь. Хотя уже подозревал что он знает и номер квартиры.

– Слушай, а если магазина уже нет? – задал я ему вопрос. Олег постучал в дверь. Ответил:

– Ты, о чем думаешь?! – Он напряг брови, а я уж думал его лицо непробиваемая маска. Дверь открылась, на пороге стояла мама. Ей было сорок пять лет. Она стояла в домашнем халате, худощавого телосложения, с короткой стрижкой волос.

– Да, – она посмотрела на меня, на Олега, с беспокойным видом переглянулась. Я покраснел.

– Здравствуйте, меня зовут Олег. Ваш сын попал в неприятную ситуацию, и находиться в опасности. Чтобы помочь вам, я должен вас увести в безопасное место. Нам надо уходить. На сборы мало времени. – Она в растерянности отступила, пропуская нас. Я так и чувствовал, что это произойдет.

– Ты опять внушаешь! – я перегородил Олегу путь. Схватил дверной проем левой рукой. Взглянул в глаза Олега.

– Нет – произнес он, стоя на том же месте. У меня сжались кулаки. В этот момент, мама, отодвинув меня к стенке, задумчиво посмотрела на Олега. Вспоминая событие двадцати летний давности. Она произнесла:

– Одна цыганка много лет назад предвещала мне – мама заговорила монотонным голосом – «твой сын будет частью звена к свету новому, береги. И придет за вами тот, чья жизнь повернет колос судьбы иной для вас» – закончив свою речь, впустила Олега в комнату.

                   Нюся.

Сумки были готовы, документы, вещи. Черный мерседес выскочил из Питера набирая скорость по трассе.

– Куда ты нас везешь? – поинтересовался я, когда мы выехали.

– К той, кто может помочь – Олег был сосредоточен на движении машины. Мы ехали молча. Проехав девяносто километров, мы свернули к деревне «Малиновка», несколько десятков домов, асфальта тут не было. По бездорожью мы подъехали к старому добротному дому из бревенчатого сруба с различными узорами. Рамы окон сколочены из переплетенных досок с вырезанными на них неизвестными символами. Дом выглядел старинным, Но бревна как свежие, отдавали свой только – что вытесанный запах стволов, без единой покраски. Мы вышли к калитке. Олег остановился. Старое ограждение шло вокруг дома. Кругом, огораживая и дворик, и видневшуюся за домом баню, сарай, старые вековые деревья. Взгляд сам скользнул на тропинку за калиткой.

– Здравствуй Олежка – бабка стояла на тропе. Мама и я вздрогнули, тропа секунду назад была пустой. Только отвернулись разглядеть дом. Бабки на вид лет сто. Согнувшись с тростью, лицо в морщинах. Полу закрытые глаза. Волосы под платком. Старое пальто из волчьей шкуры. Ее взгляд пронизывал до мурашек – лет тридцать тебя не видела. Давно ко мне не забегал! – она оперлась на посох. Выпрямилась.

– Привет Баба Нюся, дело к тебе у меня. Мысль остановить нужно. – Олег чуть склонил голову. Бабка перевела взгляд на меня, душа забилась в груди, сердце от чего-то испугалось, ушло в пятки.

– Оно тебе надо? Олежка, не живиться тебе спокойно – она улыбнулась – идемте в дом – открыв калитку, мы вошли на участок. – как быт? – она обращалась к Олегу.

– Женат, сын у меня. Людям помогаю. – ответил он бабушке.

– Это хорошо, ты семью привези, познакомишь сына со мной.

– Да что, там всё ведь хорошо, в школу надобно посещать, пусть как люди живет.

– А люди как не люди! Тыле по-людски? – она пристально посмотрела на него – какой же он люд! род не простой у тебя Олежка. Сообщу время придет. – Она повернулась к дому – проходите.

Мы пошли. Воздух как будто сгустился. Сердце замерло. Но, как только я вступил на крыльцо, наступило ощущения спокойствия. Будто растворился в воздухе. Чуть вздохнул, и можно не дышать. Ощущение, как будто все тело дышит без легких. Комната не велика. В одном углу кровать, в другом шкаф, по середине круглый добротный стол, уставленный пирогами. Четыре стула, самовар по центру. Рядом кружки в наборе, будто только с упаковки.

– Заходите, как не свои, вы всё-таки в гости пришли, присаживайтесь. – Она усадила каждого. Ее движения были грациозные. Взгляд не мог сообразить с сознанием. «Бабушка в представлении, должна еле передвигаться, а тут…» Она наклонилась надо мной, трости в её руках не было, произнесла:

– А бабушка ли я – она улыбнулась! – Взгляд невольно увидел ряд чистых совершенно здоровых зубов. Сознание не могло воспринять увиденную нереальность, и не испугаться. Но тут же я успокоился, как будто эмоции рассыпались, привравшая мысли в спокойные состояния.

– Это подобие первоначального воздуха, повышенность кислорода и вся таблица Менделеева по-вашему – кушай не хочу, – она улыбнулась. Чай у всех нас троих и куски пирогов, нож, и вилка на салфетках, уже были уложены.

– Вера Ивановна, не беспокойтесь за Колю, помогу я ему и не думайте, что тяжело вам без мужа, путь у вас такой, помнишь себя в детстве?

Я встревожился, «что она мыслила», тут же успокоился, сознание приходило в себя, «я ведь не задавала вопросов. Посмотрел на маму, она как будто, что та вспоминала. «Да! Вероятно, бабушка Нюся с нами со всеми так общается». Бабушка снова взглянула на меня. Я принялся за еду, она уже обращалась к Олегу

– Ночью отведу ваши ошибки. Но о вас уже знают. Завтра поедешь с тайными сам разбираться, это ваш путь. Малого сам обучай, времени у тебя нет, молод он, не споткнись сам. – повернулась к нам – ешьте, ешьте, есть рулетки к чаю…

На утро Олег с Николаем собрались, вышли на порог. Баба Нюся в огороде в руках держала сорняк травы, руки в земле. Улыбаясь, подойдя к нам, опустила травинку рядом с домом. Она подняла руки, уже чистые от земли, я увидели, что сорняк рос возле дома, как будто его и не пересаживали.

– Собрались, – глянув на Колю – забудешь про газету – повернулась к Олегу, протянула меховую кожаную выделку с веревкой на шею – талисман, – морщины на ней разгладились, улыбнулась, показывая ряд чистых зубов – идите.

                        ****

Три черных джипа затормозили у здания частной компании «Луч». Вывеска светилась тринадцатиметровой прямоугольной формы, пятнадцатиэтажного здания. Охрана выбежала навстречу, отводя проходящих людей по сторонам. Из машины вышел старик, одетый в кожаный плащ, нараспашку, в темных брюках и классических ботинках.