Диалог о Стене. Любимые песни гуннов

Первые заелись, утеряли бдительность; вторые незаметно сделали свое черное дело.

У первых прекрасное образование, должности, престиж, качество жизни, американская мечта – и падающая рождаемость. Вторые моют посуду, полы, согласны на любую работу, сидят в конторах и открывают двери – их, конечно, больше. Как можно догадаться сначала, кончается тем, что никого из белых не остается. Остаются одни… в общем, менее белое. Темное. По сюжету вставлен трагический эпизод: сообщение в новостях о Дальнем Востоке, на котором что-то захватывают китайцы.

Причем всё, что за Хребтом, – оно именно и исключительно русское. Ни одной сноски об «Опиумной войне» и Дальнем Востоке с Владивостоком, который пни оккупировали, оттобрав у китайцев. Это по поводу громких радостных заверений москвы, что новые подлодки Китая не представляют для нее никакой угрозы и нет необходимости суетиться. Суетиться придется. И под большим вопросом, что ждет в конце. В ее лапшу не верят даже ее мурзилки. Но смысл не в этом.

О коренном населении ни слова. Оно не то чтобы само собой исчезло, русифицировано, ассимилировано или там вымерло – его просто нет. Русский Кусок.

Рецепт разрешения сложившейся в Америке неблагополучной обстановки предложен аллегорически: не только отстреливать, но и усиленно работать членом. Такая русская нацфантастика. На обложке все скромно. Только два твердых указателя, не ошибешься: «новый мир русской фантастики» и «Журнал Бориса Стругацкого». Там было еще что-то про заботливое воспитание, размножение и т. д., не помню. Как – уловил суть?

– Пробую. Хочет сказать, русские – «это американцы». Белая раса, раса, которая издает книги. Человек страдает.

– Он не просто страдает. Он делает это всеми местами одновременно.

– Ну очень хорошо. Рады за него. Якорь ему в жопу.

– Ясно, что то же самое прямо он сказать не может и не может открытым текстом написать все про Русятину. Иносказание.

– Ну.

– Намек к Русской Федерации. С аллегорией. Призыв к русскому населению. Что зачем и как ему поступать дальше. Все равно не понял?

– Подожди, он таким образом предостерегает пней, к чему все придет, если те не начнут работать членом, а всякие черные иностранцы будут бесконтрольно размножаться. Их диктатор как раз и ноет насчет демографии, что женщины недопоставляют Москве рабочую силу. На мой взгляд, женщины как раз поставляют и будут поставлять, столько, сколько приоритет укажет в заявке-тербовании, – это те, что с членом вместо головы, без энтузиазма. Сейчас Москва с диктатором принимают меры. Рассказ-предупреждение. Блеск. Иносказание про себя. Еще один крупного ума мужчина, мыслитель. Это я понял.

– Ни хрена ты не понял. Если он не предпримет срочных мер, от белых ничего не останется. Снова не понял?

– Черные поглотят белых, и все будет как ночь. «И снизойдет какая-то там хренотень, и не будет средь нее праведных…»

– Прогнозирование больших неприятностей. Это самое вольное цитирование катехизиса, которое мне приходилось за свою жизнь слышать.

– Не отвлекайся. Ночью темно, днем все выглядит значительно светлее. Глубокая мысль.

– Белые, у которых прекрасное образование, высокооплачиваемые должности, хай-технологии, разъезды за границей, дорогие коттеджи, беспрепятственное издание любых-любых книг, модельные авто, все выкупленные теплые побережья, яхты, морские катера, – это он. Теперь понял?

– Нет.

– Черные, которые моют за ним посуду и туалеты, – это коренное население. Вся Восточная Федерация, все сто девяносто non-Russian nations of indigenous population, все гунны и все алтаи.

– Надо подумать. Возьму паузу.

– Зашифрованный смысл шедевра с призывом к пням. Простой, как член.

– Это можно передать дальше?

– Сделаем.

– Вообще это правильно, давно пора. Чего сидеть.

– Но и это еще не все, вся анагогия на этом у него не заканчивается. Высший смысл всего сообщения там такой, что массовая христианизация коренного населения должна проходить без препятствий и что оно должно быть послушным и сидеть тихо, как сидело всё последнее время. А если оно в силу каких-либо причин сидеть тихо в процессе этого не научится, то Москва начнет взрывать мечети своими новыми ядерными ракетами – видимо, как исторический антипод пн6.

– Почему именно новыми? А старые не подойдут?

– Причем процесс христианизации коренного населения «преобладающими силами» предполагается, как можно догадаться, ни в коем случае не католический, не протестантский и не лютеранский, но исключительным и совершенным образом в разновидности русятины. Там кажется, даже монастырям буддистов предписана партия их боеголовок.

– Он что, на самом деле болеет?

– Он русский. Русская фантастика.

– Это я уже понял. А президентом у них кто?

– А хрен знает.

– А потом Москва громко удивляется, в силу чего коренное население обращается за помощью к Дьяволу и al-Qaeda7. У тебя что ни интерпретация, то комментарий к Апокалипсису.

– А те, что другие, мне неинтересны. Мне тоже удобнее думать тетивой. Ну что я сделаю, он мямлит же, мнется, ничего прямо не говорит. Есть такая английская газета с межконтинентальной репутацией, «Guardian» называется. Принципиально придерживается независимого взгляда на все, что есть и будет. Так вот у нее есть такой же знаменитый на всю планету принцип: «Facts are sacred, сomment is free.» – «Факты трогать нельзя – в их комментариях ты свободен».

– Миру сразу стало значительно легче. Значит, если Москва начнет взрывать мечети, то все сразу станут достаточно русскими.

– Если Москва начнет взрывать мечети, то, боюсь, достаточно русскими останутся уже только китайцы.

– То есть логично было бы предположить, что, взрывая мечети, Москва вызвала бы нежелательный резонанс в мире.

– Говоря другими словами, если Москва начнет взрывать мечети, в мире это вызвало бы понятное недоумение.

– Следуя дальше той же логике, верно ли будет прийти к мнению, что Москве не стоит взрывать мечети ядерными ракетами?

– Это было бы как минимум дальновидным решением.

– То есть, если здравый смысл подсказывает, что Москва не стала бы торопиться взрывать мечети, то тогда зачем ей ядерные ракеты?

– Это все непраздные вопросы.

– Здесь есть над чем поработать.

– Можно допустить, что, если Москва не станет взрывать мечети, то тогда они у нее для того, чтобы взрывать что-нибудь.

– Кто – они?

– Очевидно, мечети и новые ядерные ракеты.

– Логично.

– Но зачем Москве взрывать что-нибудь, если мечети она взрывать не станет?

– Очевидно, чтобы их не взорвал кто-нибудь.

– То есть, чтобы взорвать что-нибудь, Москве необходимы мечети.

– Логично.

– Говоря иначе, существует весьма высокая вероятность того, что Москва станет взрывать мечети в последнюю очередь.

– Будем надеяться, что руководство Москвы, следуя принципам международного права, не станет взрывать мечети.

– Я даже уверенно взялся бы предсказать, что Москва, обладая холодным и трезвым разумом Запада, не станет взрывать мечети ядерными ракетами. По крайней мере, новыми.

– Но если Москва, обладая холодным и трезвым разумом Запада, не будет взрывать мечети ядерными ракетами, то тогда она может взорвать их чем-то другим?

– Логично.

– В качестве теоретического допущения я бы предположил, что Москва будет взрывать в мечетях воздушные шарики.

– Если Москва, обладая холодным и трезвым разумом Запада, начнет взрывать в мечетях воздушные шарики, то, боюсь, НАТО в отчаянии начнут бить у себя посуду.

– И что там в конце?

– А хрен знает.

– Ну может, россыпь редких мыслей какая-нибудь.

– Что там, Тит Лукреций Кар и Серин намджу, его читать. Fucking piece of shit… Думаешь, там есть что читать, что ли. Русская нацфантастика.

– Люди будущего.

– Ну, еще один директорат банка. Мир просто не знает, как с этим жить и как с этим бороться.

– Зачем не знает, знает. Надо только немного времени. Не с укоряющими же и сердечными движениями к ним обращаться. Это больные.

– Это не больные, так тоже не вполне справедливо говорить. Это такая естественная организация метаболизма и психики. Вроде бы и так же все уже забрали, ведь ничего не оставили, все же уже высосали – им все мало. Такая психология паразита, ничего не изменить.

– Женское сознание в мужском всегда должно восприниматься со стороны как дефективное.

– У них назначение такое – кусать всех за пятки.

– Вот именно над этим они и трудятся. Напряженно размышляют. Крикливые собачки.

– А редактор что?

– А что редактор. Он кормится на них уже десятилетиями и десятилетиями купается в их сладком соусе. И вся редакция из таких же точно людей будущего, авторов-шедевроведов. «Заповедник чистых помыслов». Его там кто-то убедил, что он самый хитрый.

– Ты возьмешься как-нибудь объяснить их логику?

– А чего им терять. Да простая у них логика, с простенькими замыслами. Один американец сказал в каком-то фильме: когда тебя поимели со всех сторон, возникает удивительное ощущение свободы, потому что ты знаешь, что хуже уже быть не может.

– Ну, я бы не стал говорить это так уверенно.

– Поддерживаю.

– Я как-то тоже мимоходом видел этот их журнальчик. Более бледной лошади я в жизни не видел.

– Дай бог ей здоровья.

– Хорошая узда и давление им бы не помешали.

– Если у всех этих скотоведов достаточно долго стоять на яйцах, не давая вздохнуть, то у них начинает шевелиться какое-то желание жизни.

– Значит, следуя дальше следствиям теории вероятностей: где-то там в отдаленном будущем нужно ожидать более разумных проявлений в их поведении.

– Я бы назвал это проявлением неумеренного оптимизма. Но не будем терять надежды.

– В русле теории вероятностей.

– Дай бог ей здоровья тоже.

– Все-таки футуристика с прогностикой приятная вещь. Сразу как-то начинаешь лучше себя чувствовать.

– Смотреть на мир немножко другими глазами.

– Скотоведы скотоведами, но эволюция тоже умеет быть упрямой. Как замкнет ее на чем-нибудь, так всё…

– Данный аспект как-то все время выпадает из поля зрения. «…Жертвы, что приносят Будде, не животные, но животное в тебе…» Боюсь показаться нытиком, но этому тезису скоро будет уже 2700 лет. И этим жертвам тоже.

– Ну а что им еще остается делать. Может, даже со временем к себе пригласят. Как жест доброй воли.

– В лоно своей церкви.

– Я просто пытаюсь строить предположения.

– Вот за что я ценю теорию вероятностей даже больше, чем теорию относительности. Не успеешь в первом приближении соотнести предварительные умозаключения, как решительно все начинает нравиться.

– То есть вот это они в массовом виде печатать могут, а мы ничего напечатать не можем.

– Ну вот же, печатаем. Массовым тиражом.

– Кусок дерьма он, а не американец. Это американцам надо показать в ООН, что они скажут.

– Тут свойство избирательности их психики, такая особенность. Они просто не видят, как к ним относятся американцы и австралийцы. Вроде механизма защиты. Когда слышишь только себя, еще как-то можешь убедить себя, что ты единственное бледное пятно в мире черного цвета.

– Кусок дерьма он, а не бледное пятно.

– Ну что ты хочешь. До войны у них всю дорогу несколько столетий концентрационные лагеря. Во время войны фюрер посвящает им концентрационные лагеря. Война кончилась – у всех новая жизнь, у них опять концентрационные лагеря. Потом Путин еще – аккуратно причесавшись, выползает на мировую сцену и снова волочит за собой топор. Жизнь такой.

– Ну а как ты еще сумеешь убедить все языковые ветви, что те действительно произрастают на Русском Куске? Но все неудобства временные.

– Ну разумеется. Нужно только грамотно, в сочных образах пообещать им достаточно русские земли размером с целую планету, почти без акцента говорящую на приоритетном языке, и успешную русификацию сознания всего прилагающегося населения через 100, максимум через 150 лет, чтобы такой тираж в миллионах экземплярах они с топотом понесли навстречу своему светлому будущему. Если знать это их свойство, любой с ложкой сообразительности может со всей их огромной популяции десятилетиями цедить себе сладкий соус в промышленных масштабах. Не зная бедности.

А если тем же уверенным голосом, надсаживаясь, пообещать им те же достаточно приоритетные земли не за 100 лет, а, скажем, за 10, то любой болван может, не оглядываясь, бежать в любом выгодном ему направлении, зная, что те будут бежать за ним всем стадом, сметая все на пути и ставя попутно к стенке несогласных. Но именно с несогласными у них проблема. Мурзилка о русском мировом господстве и русификации континентов не была изобретена Стругацкими, но весьма кассовую идею они использовали тоже. Другое изобретение кормильца, «русские люди будущего», стали лишь сюжетом для анекдотов.

И, напротив, нужно в такой «планете Земля» усомниться, чтобы сильно осложнить жизнь себе и своему холодильнику.

Меня поэтому тоже всегда забавляло, почему такие сочные образы и замечательные тиражи не сумели найти места в культуре Запада и США. Реакцию коллективного бессознательного руссиян в данной связи можно было предсказать с точностью до миллиметра: а) тем (Западу) либо еще не открылся свет истины и, значит, им нужно открыть, как следует правильно думать, либо б) они все из категории «по жизни нехороших» и «упертых». Дальнейший ход мыслей совсем прост. В традициях их культуры с «нехорошими» нужно поступать нехорошо. И так далее.

Если сказать совсем коротко, говоря о традициях их культуры и концентрационных лагерях как ее неотъемлемой части, то, что произошло, могло произойти только с их нацией. Я тут пытаюсь им польстить, они в самом деле особенные. Они очень стараются быть особенными, но получается не очень. В смысле, они в самом деле отличаются от нормальных людей, но это далеко от того, что они себе без конца рисуют. “It’s not cool.” В конце концов они всегда начинают быть «особенными» за чужой счет. И это хуже всего. Ни к какой другой малой народности эпизод отношения не имеет.

Говоря совсем коротко, их история не имеет и не могла иметь абсолютно никакого отношения ни к эстонцам, ни к башкирам. Это – не их история и их историей быть не смогла бы ни при каких возможных обстоятельствах.

– А как к ним относятся американцы и австралийцы?

– Как Мел Гибсон в «Maverick». Чемпионат по покеру на пароме на Диком Западе. Как к бурдюку с рублями и коэффициентом интеллекта 72 с копейками, приезжающему поохотиться на умирающего индейца. Мел Гибсон, кстати, с Австралии. Или как Де Ниро в «Heat»: пень-владелец закусочной, снимающий проценты с условно освобожденного чернокожего. Или как Том Круз к сербу-содержателю поношенной одежды в «Eyes Shut Wide», который оформляет «another arrangements» насчет своей дочки.

– По-моему, с коэффициентом у них в самом деле что-то не так. Думаешь, их начальство так уж в действительности беспокоит, что в случае разногласий первыми на орбиту полетят их церкви? Если слишком долго глядеть на их лица, то сам начинаешь испытывать серьезное беспокойство за собственный коэффициент.

– Вот поэтому настоятельно рекомендуется этого не делать. И использовать средства индивидуальной защиты. Я думаю, им пофигу, куда они на самом деле полетят, если полет пообещают сделать беспилотным.

– А к нам как относятся?

– Как к дотракийцам. Аттила, вождь гуннов как совесть новой эпохи. Вроде Великой Реформации.

– Для Великой Реформации – самое время.

– Нет только великих реформаторов.

– У меня есть тост по этому поводу. Согласно данным ДНК, коренное население Американского континента напрямую восходит к коренному населению территории Сибири. Все слышали, что народы Азии по перешейку Беринга перешли пролив и, таким образом, составили генетический базис будущего коренного населения Америки. Последние из известных находок датируются в 70 000 лет. Подчеркну еще раз: семьдесят тысяч лет. Но лишь совсем недавно стало известно, что миграция шла не только в том, но и в обратном направлении, и происходило это на протяжении истории не один раз. Народ шарахался туда и обратно, как к себе домой, причем движение было таким оживленным, что достигали даже Спорных Территорий – современных Башкирии и Татарстана, можешь представить? Таким образом, видимо, даже сами руссияне не станут спорить с тем, что в историческом смысле вся Восточная Федерации представляет собой неотъемлемую часть истории Американского континента и является географией, на сегодняшний день находящейся под оккупационными войсками.

– А под что потом москва использовала то, что оккупировала.

– Под застройку Гулага.

– Каждый день узнаешь что-то новое.

– Ради этого стоит жить. Согласно тем же исследованиям, население современной Японии представляет собой генетических кузенов коренного населения США. Я к чему это все рассказывал. Теперь представь, как те же самые данные и те же самые исследования были бы представлены и обнародованы в изложении русятины.

– На любом конце лесенки, построенной пнем, может стоять только пень.

– И это уже больше не научная фантастика.

– В общем, сообщение коренному населению. Прямо же они сказать не могут.

– Будем считать, сообщение получено.

3

– Я напряженно размышлял под впечатлением от этих саг над историческим вопросом – глядел на географическую карту и пытался понять, «зачем Москве столько и такой ценой?». Столько трупов и столько беспокойства. Почему, скажем, Швейцарии хватает того, что есть, и хватало всегда, а эта доставшая всех амеба не знает другого слова, кроме слова: «Еще». Но так до сих пор и не сумел для себя подобрать разумного объяснения.

– Все нормально, не переживай, не ты один в таком положении. Самые квалифицированные западные специалисты в размерах целых книг ломают голову над тем же вопросом, но приходят к разной ерунде. Многие тоже не находят ничего лучше как разводить в стороны руками и занимать себя более интересными делами. «Привет Мелкому». Другие в тихом отчаянии пробуют в своих поисках обращаться к достояниям классического психоанализа и в исторической проблеме размеров стараются найти ответ в несколько иной области, доступной лишь внимательному взгляду специалистов.

– И как?

– Это сегодня деликатная тема. О ней теперь не принято говорить в отрыве от конкретной историко-политической ситуации. Но внести хоть какую-то ясность в сюжет новейшей истории, наделавший столько шуму, действительно стоило бы – буквально в двух словах пояснить причину. В силу чего Москва уже столько времени так напрягается, скажем, на том крошечном пятачке горного рельефа между двух чужих морей. Со столькими жертвами и таким количеством сожженных денег, который теперь уже едва ли не по общему мнению их самих им всем «на фиг не нужен» («…Да пусть они забирают себе свою поганую землю вместе с чеченцами», – если цитировать их мнение дословно.). «Жирная сука», как ее называют в Восточной Федерации, безусловно, старается приспособиться к реалиям дня.

Конечно, также полным идиотизмом было бы здесь, уподобляясь им же, пробовать разделять структурные сегменты происходящего «на составляющие», перебирать детали чужой картины в отрыве один от другого и сохранять при этом обязательное умное выражение. Получи в свое время этническая культура чеченцев, следуя естественному примеру Эстонии и других республик, национальную независимость от Москвы с гарантией неприкосновенности на уровне европейских стран вкупе со своим историческим соседом Грузией, – то, к чему всё и шло, – последствия для русской диктатуры были бы вполне однозначны. Это означало бы немедленное отделение от газо-нефтяных интересов Русской Федерации республики Башкирии с ее бумажной псевдонезависимостью и Территории Урала, этногенетически и исторически далеких от «приоритетов», как философия стоиков. Дальше идет совершенно стандартная реакция страха. Естественная защитная реакция паразитирующего организма.

Суть в том, что вот этот сценарий «альтернативной истории» разрушал саму основу проекта под названием «русское мировое господство», так подробно и с такими нежными деталями описанного в шумно тиражируемых сочинениях А. и Б. Стругацких.

Буквально первые же несколько имен, приходящие на ум, все, кто очень точно успел учуять этот животворящий родник и угадать этот тайник, все, кто когда-либо брался строить свой политический бизнес и свое вполне конкретное Светлое Финансовое Будущее именно на этом, – от ленин-сталинских партий, «мыслителей», сочинителей, сценических шутов, поголовно всех премьеров-президентов русских правительств до весьма успешных предприятий вроде издания «нацфантастики» Бориса Стругацкого, – все они те, кого сегодня принято деликатно называть «трудовыми миллиардерами».

Друг мой, ошибаюсь ли я, думая, что здесь больше чем просто случайное совпадение?

Теперь попробуй угадать и сделать прогноз на жизненный сценарий того, кто такому «светлому будущему» искал другое решение. Многих ли сможешь назвать по памяти?

Впрочем, есть еще мнение, что их в природе никогда реально и не существовало. Если так, то, надо думать, шансов на выживание у такого случайного наблюдателя должно быть совсем немного.

Из опыта всемирной истории известно, что ни один диктатор и ни одна кормушка, каждый раз вздрагивая по поводу судьбы награбленного, ничего не боялись так, как банального эффекта домино. Теперь уже было бы только вопросом времени естественное суверенное отделение от конкордата Москвы всего конгломерата коренного населения Восточной Федерации. Это означало бы, что, начиная с этого момента, ей пришлось бы располагать лишь той долей ресурсов, которые она за известное время успела из территории Восточной Федерации высосать. (Согласно официальным сообщениям только одних СМИ руссиян, в Москве – и только в ней одной – утроение числа трудовых миллиардеров происходит каждые несколько лет. В Восточной Федерации не перестают удивляться, за счет чего, ведь у них же «ничего нет». Ясно, что до бесконечности этот процесс продолжаться не может.) Пожалуй, даже сами руссияне не станут спорить с тем, насколько ее, москву, такое положение устраивает.

Сейчас даже далеким от любой политики ясно, что сделать это было бы совсем не так просто, не имей она в сытных президентских креслах республик московских кукол, меняя их, как подстилки. Для этого правительству пней и был так необходим пресловутый проект «кресельных назначений». Таким образом, в значительной мере только в этом – суть московско-русской политики однообразного стравливания всех горцев между собой, местами последовательной, но большей частью все же достаточно сумбурной и спорадической (первым, кого Москва направила в Южную Осетию, был батальон чеченцев).8

Восточная Федерация больше чем ресурс. Москве нужны этнические рабы. Вот этот маленький, не прописанный ни в одном законодательстве, не указанный ни в одной сноске и не упомянутый ни в одной оговорке главный закон является стержнем всех движений режима, его войн, убийств, трусливых суррогатов, букв и идеологий.

Вот всемирно-историческая миссия. Тотальная принудительная русификация по списку: Енисейской ветви языков, ветви языков Урало-алтайской, Алтая, Севера, всей Восточной Федерации, Аляски, Территории Кавказа, финнов, Карелии, этнических культур Прибалтики, Германии (их историческая миссия была резко осложнена с экстренным введением в действие статуса НАТО, что и вызвало их такое искреннее возмущение размером в несколько десятилетий), затем Европы, ну а далее, понятно, в исторической перспективе нескольких континентов и уже всей планеты в целом, – Миссия та была призвана решить сугубо утилитарную задачу по трансформации внешней среды: данный конгломерат попросту делал среду обитания пригодной для размножения. Аборигену понятно, что самобытная и суверенная география не встречала их «миссию» рукоплесканиями, и сопровождавшие ее массовые убийства нерусского населения были только полумерой. Русский Хазяин до такой степени боится одного упоминания этой страницы его исторических достижений, что истеричную реакцию вызывает даже зажеванный абзац их энциклопедии. И Москва громче всех визжала об империализме.