Новогодние сны деревни Рождественской

Новогодняя сказка

Ночь выдалась морозная и звёздная. Деревня Рождественская, расположенная на высоком берегу реки среди сибирской тайги, спала.

Михаил Иванович, возвращался домой от своего друга Тимофея Ильича, где весь вечер друзья играли в шахматы и чаёвничали. Они знали друг друга давно, ещё со школьной скамьи, и даже сидели за одной партой в начальной школе. Михаил Иванович, высокого роста мужчина лет шестидесяти, носил длинную бороду и усы и был похож на Деда Мороза.

«Снег идёт уже третий день. Ишь, сугробы какие намело! Это хорошо! Через три дня Новый год, а какой праздник без снега?» – думал он, идя по заснеженной деревенской дороге мимо пустующих домов с заколоченными окнами, которых с каждым годом становилось всё больше.

«Пустеет наша деревня Рождественская. Люди уезжают из этих мест, а дома хозяев дожидаются, – с грустью думал он. – Вот и мой внук Ванюшка живёт в городе».

Проходя мимо заколоченного дома, Михаилу Ивановичу показалось, что где-то внутри загорелся зелёный свет. Он подошёл к калитке посмотреть, может, кто в избу забрался? Из деревенских жителей никто в чужой дом не полезет – такого отродясь не было, – только чужой или зверь какой. Но снег около дома лежал нетронутый, окна были тёмные.

«Померещилось», – подумал он.

Около ноги кто-то заскулил.

– Кто здесь? – спросил Михаил Иванович и наклонился, пытаясь разглядеть при свете луны скулящего. Рядом с его валенком в сугробе сидел щенок. На вид ему было месяца два.

– Ты откуда такой взялся? Чей? – удивился Михаил Иванович. – Тебе рядом с мамкой надо ещё надо лежать, а ты ночью на прогулку вышел.

Щенок заскулил, как будто заплакал.

– Ладно, не бойся, не брошу. Своих не бросаем, да ещё маленьких, – Михаил Иванович поднял замёрзшего щенка и сунул за пазуху. – А завтра твою мамку найдём и вернём тебя ей.

Он подошёл к своему дому и увидел на только что выпавшем снегу следы трактора и легковушки. Во дворе стояла машина сына.

– О! Не просто я тебя нашёл – счастье в дом привалило! – почесал он щенка за ушком.

В доме было непривычно шумно и весело. Приехал сын Сергей с женой Аглаей и семилетним сыном Иваном.

Ольга Николаевна с невесткой готовили на кухне ужин и накрывали на стол.

– Где ты ходишь? – укоризненно спросила жена. – Второй час тебя дожидаемся!

– Здорово, батя! – подошёл Сергей и обнял отца.

– Здорово, сын! Чего заранее не предупредили что приедете?

– До вас дозвониться невозможно – связи нет! Решили на праздники к вам приехать, две недели отдыхать будем, да кое-как добрались! Снег выпал, дороги не чищены! Спасибо тракторист до дома дотащил на прицепе.

Ваня подбежал к деду и бросился ему на шею:

– Ура! Дедушка пришёл!

За пазухой у деда кто-то взвизгнул.

– Кто это? – спросил Ваня.

– Найдёныш, – сказал Михаил Иванович, доставая щенка. – На улице подобрал. Сегодня ночью мороз ударит, замёрзнет – мал ещё. Вот домой принёс. Завтра вернём хозяевам.

Ваня взял щенка на руки:

– Какой хорошенький! Деда, а можно его оставить?

– Можно!

– Оставьте, оставьте! Хоть Ванечке будет чем заняться, – ставя тарелки на стол, сказала баба Оля. – Миша, ты бы побрился! Гости приехали, а ты зарос как леший!

– Не могу, – усмехнулся в усы дед, – Новый год скоро – без бороды нельзя! Праздник всё-таки!

Сели ужинать.

– Мать, чем это у тебя пахнет? Свёклой? – спросил Михаил Иванович.

– Ребята банку рыбы привезли, селёдку под шубой на праздник сделаю.

– Ты свекольный отвар не выливай. Утром с Ваней украшения на деревья делать будем.

– Как это – украшения? Из свёклы? – удивился внук.

– Увидишь.

– А украшать зачем?

– Праздник скоро. Всё должно быть красиво.

Проснулся Ваня, когда за окном было уже светло, он соскочил с постели и пошёл на кухню. Там баба Оля стояла у плиты и жарила сырники, а дед Миша аккуратно складывал возле печки дрова, только что принесённые с улицы. У порога из блюдечка лакал молоко щенок.

– Ну и горазд ты спать, Ванюха! – сказал дед. – Одиннадцать часов.

– Пусть ребёнок выспится! В детский сад, наверное, ни свет ни заря подымается! – сказала баба Оля. – Умывайся, Ванечка, а я тебе пока сырников положу. Мама с папой в магазин ушли. На машине-то не проехать, так пешком пошли.

– Деда, а украшать деревья, когда пойдём? – спросил Ваня.

– Сейчас и пойдём, – ответил дед.

После завтрака они вышли во двор. Снег был такой чистый и белый, что Ваня невольно прикрыл глаза. Дед подошёл к верстаку, который стоял во дворе, и сбросил с него снег. Из пакета достал формочки для кексов, пирожных и даже Ванины детские формочки для песка.

– Расставляй, – сказал он, – я сейчас приду.

Дома Михаил Иванович взял кастрюлю, в которой варилась свёкла, разбавил её содержимое водой, и вынес на улицу.

Они разлили по формочкам фиолетово-красный раствор и положили в каждую верёвочку, сложенную петелькой.

– Пусть застынут. Петелька нужна, чтобы на дерево весить. Завтра мы их вытащим, а вы с Яной украшать будете.

– Кто это Яна? – спросил Ваня.

– Девочка у нас в деревне одна живёт. Мы с ней каждый год такие серьги для берёзок делаем. Она на год постарше тебя.

– Она одна живёт?

– Почему одна? С бабушкой Ядвигой Станиславовной. Мы сегодня к ним в гости съездим. Сейчас запрягу Звёздочку и поедем. Да ты мою Звёздочку ещё и не видел!

– А кто это? – удивился Ваня.

– Я в прошлом году лошадку купил. С бензином у нас плохо, а она без него бегает.

Ваня с дедушкой пошли на задний двор, где в небольшом сарае, который дедушка называл конюшней, стояла лошадь.

– На, возьми, – протянул он Ване кусок чёрного хлеба, посыпанный солью, – покорми её, чтобы она тебя признала. Да не бойся, она смирная!

Внук боязливо протянул руку с лакомством. Звёздочка посмотрела на него умным взглядом, переступила с ноги на ногу и осторожно взяла с руки кусок хлеба. Ваня почувствовал, как к его ладони коснулась тёплая влажная губа. В открытую дверь вкатился щенок, он сел и, задрав голову, стал рассматривать невиданного зверя.

Дедушка вывел лошадь во двор, где стояли расписные сани.

– Нравятся? – спросил дед. – Мы их вместе с Тимофеем вчера закончили.

Он запряг Звёздочку и постелил в сани старый ковёр.

– Это для тепла и для красоты. Залезай!

Вместе с Ваней, смешно корячась, залез и щенок.

– Деда, а щенка возьмём?

– Бери, если хочешь. Смотри, чтобы не потерялся, а то замёрзнет.

Михаил Иванович вывел под уздцы лошадь за ворота. На крыльцо вышла Ольга Николаевна с пакетом.

– Ну что, собрался к своей бабе Яге? На, отвези ей пирогов, да селёдки! А то ребёнок там, наверное, голодает! Готовить-то она не умеет!

Михаил Иванович взял пакет, поставил в ноги и дёрнул вожжи:

– Но! Пошла, родимая!

Звёздочка побежала по дороге, а Ваня спросил:

– Деда, мы, правда, к бабе Яге поехали?

Михаил Иванович засмеялся:

– Это бабушка так Ядвигу Станиславовну называет. Мы когда-то учились вместе с ней в школе. В театральном кружке в Новый год я играл деда Мороза, Ядвига – бабу Ягу, а наша бабушка – Снегурочку. Так к Ядвиге эта кличка и приклеилась. Потом она стала учительницей и учила детей в начальной школе в нашей деревне. Ну, а когда школу закрыли, она осталась без работы. Сейчас только внучку свою Яну учит.

– Почему закрыли?

– Потому что маленьких детей в деревне не стало, все выросли и уехали в город. У нас в деревне только один ребёнок – Яна. А теперь и ты появился!

Они проехали через всю деревню и остановились около старого дома, который стоял на краю леса.

– Вылезай, приехали, – сказал Михаил Иванович.

На крыльцо выбежала девочка лет восьми, в пуховом платке на плечах и с распущенными длинными растрёпанными светлыми волосами.

– Деда Миша приехал! – бросилась она к Михаилу Ивановичу.

Дед подхватил её и подбросил вверх.

У Вани нехорошо защипало внутри.

«Меня так уже не подбрасывает! А её подбросил!» – подумал он и отвернулся.

– Яна, я тебе внука привёз. Подружись с ним – он мальчик хороший, хоть и обидчивый!

– Тебя как зовут? – спросила Яна.

– Ну, Ваня.

– А без «ну» можно? Ты же не лошадь! Ну, Ваня, поехали! – засмеялась девочка.

Ваня хотел опять обидеться, но на крыльцо вышла худая женщина. У неё был большой крючковатый нос и чёрные блестящие глаза.

«Баба Яга! Настоящая!» – опешил он.

– Быстро в дом! – учительским голосом сказала баба Яга. – Замёрзнешь! Здравствуй, Миша! Внук?

– Внук. Привёз с Яной познакомить, – подтвердил Михаил Иванович, передавая пакет с продуктами. – Тут Ольга вам кое-что передала.

– Всё думает, что я готовить не умею? Заходите! – сказала женщина и пристально посмотрела на Ваню, отчего у него мурашки побежали по спине. – Меня Ядвига Станиславовна зовут, а не баба Яга.

В доме было красиво и странно. На комоде, тумбочке и даже на спинке дивана лежали былые кружевные салфетки. Стол был круглый и застелен ажурной вязаной скатертью, как будто много-много белых снежинок сцепились своими лучиками друг с другом, да так и остались лежать на столе. На стенах висели фотографии в тёмных рамках, а на полках стояли книги. Но самым примечательным был огромный резной шкаф, с множеством маленьких выпуклых застеклённых дверок, больше похожий на сказочный замок. Ваня стоял и рассматривал его.

– Это буфет. Он о-очень старинный, – сказала Яна. – Нравится? Я, когда была маленькая, думала, что это такой дом, в котором живут крохотные человечки. Они носят шапочки и мягкие тапочки, чтобы их никто не слышал, и выходят гулять только ночью. А по ночам они съедают варенье, которое бабушка хранит в буфете, и смотрят на меня через эти оконца.

– Почему по ночам выходят гулять? – спросил Ваня.

– Потому что днём мы с бабушкой не спим, и они нас боятся, а ночью им хорошо – ешь варенья сколько хочешь! Я всегда хотела их подкараулить и долго не спала.

– Увидела?

– Нет. Только слышала, как они скребутся. Наверное, банку не могли открыть.

– Может, это мыши были?

– У нас же кот! Он давно всех мышей бы поймал!

– Ой, – сказал Ваня, – я в санях щенка забыл!

Он выскочил раздетый на улицу, за ним в платке и в тапочках на босу ногу девочка. Щенок лежал в санях, свернувшись клубочком, и спал.

– Ой, какой хорошенький! – сказала Яна. – Какой миленький! Как его зовут?

– Не знаю, дедушка его вчера нашёл на улице.

На крыльцо вышла Ядвига Станиславовна.

– Я кому сказала, – в дом! Заболеть решили?

Ребятишки быстро забежали через сени на кухню. Ядвига Станиславовна длинным худым пальцем указала на щенка:

– Кто такой? Откуда?

– Вчера на улице нашёл, – сказал Михаил Иванович, – от Тимофея шёл, а он в сугробе сидит. Видать, сбежал из дома. Взял его, – замёрз бы.

– Странно, – задумалась Ядвига Станиславовна, – у нас во всех дворах кобели остались, сучек ни у кого нет. И этот кобель.

– Думаешь, это…

– Ничего не думаю! Пусть остаётся. Потом всё выяснится. Миша, мне в райцентр надо, лекарства купить. Довезёшь на своей лошадке? Часа за три туда-обратно успеем? А то ветер к вечеру будет сильный, дороги заметёт, потом, похоже, не сможем съездить.

– Поехали. Звёздочке всё равно каждый день выездку надо делать! Пусть побегает. А кто заболел?

– Пока никто. На всякий случай.

Ядвига Станиславовна и Михаил Иванович стояли одетыми на кухне, которая служила ещё и прихожей. Женщина достала из кармана зеркальце.

– Смотрите сюда! – сказала она детям, ставя на верх буфета зеркальце так, чтобы его отовсюду было видно. – Это моё Всевидящее Око! Оно поможет мне знать, чем вы тут занимаетесь! Без меня не баловаться! На улицу не выходить! Яна, заплети косы, хватит ходить лахудрой по дому! Мы скоро приедем!

Когда дед Миша с Ядвигой Станиславовной уехали, Ваня спросил, задумчиво глядя на зеркальце:

– А как это – Всевидящее Око? Она, правда, нас видит?

– Правда! – сказала Яна. – Бабушка, когда приходит из леса, сразу говорит, что я книжки разбросала, ножницы брала, чтобы из цветной бумаги вырезать, и что шоколадку ела. Она всё видит!

– А она кто?

– Моя бабушка – ведьма! – гордо сказала Яна.

– Ведьм не бывает! Они только в сказках!

– А вот и нет! Пойдём, покажу! – девочка схватила Ваню за руку и потащила в чулан.

В нём пахло травами и летом. Яна включила свет, и Ваня увидел множество сухих трав, собранных в пучки и подвешенных к потолку. На полках стояли банки, баночки и бутыли. В одной такой бутыли кто-то плавал.

– Там кто? – спросил Ваня.

– Пиявки.

– А зачем они ведьме?

– Бабушка ещё и знахарка. Она лечит людей травами, пиявками. У нас же врачей здесь нет. Это у вас в городе они есть, а у нас нет. Вот бабушка и лечит того, кто заболел. Но про то, что она ведьма, никто не знает кроме меня, и ты никому не говори! А то её могут на костре сжечь!

– Зачем сжечь?

– Потому что ведьм все боятся! Они всесильные! Я, когда вырасту, тоже ведьмой стану!

– Ведьмой? – переспросил Ваня.

– Бабушка говорит, что все красивые женщины – ведьмы! А я очень красивая! Вот смотри!

Яна подбежала к комоду и стала что-то искать в его ящиках. Наконец она нашла какую-то старинную заколку, собрала волосы на макушке в пучок и заколола их. Потом взяла помаду и накрасила губы ярко красным цветом.

– Ну как? Красиво?

Ваня кивнул.

– Но это ещё не всё! – зловеще произнесла Яна и, подойдя в Ване, поцеловала его в щёку.

– Это ведьмин поцелуй! – сказала она. – Теперь ты его никогда не смоешь и не забудешь! Так и будешь ходить с ним! До самой смерти!

– Ты что сделала?! – испугавшись, закричал Ваня, пытаясь рукой стереть помаду. – Убирай давай!

На шум из кухни прибежал выспавшийся щенок. А откуда-то из-за дивана вылез чёрный пушистый кот. Яна подбежала и схватила кота.

– Это наш Горилла!

– Горилла? – опять удивился Ваня. – Это же не обезьяна, а простой кот.

– Вообще-то, его зовут Гавриил, но я зову Гориллой. Так смешнее! Правда? И это не простой кот, а чёрный. Все ведьмы ходят с чёрными котами.

– Зачем? – спросил Ваня.

– Не знаю. Просто ведьмам так полагается.

Щенок подбежал к коту и стал с ним играть, прыгая на него. Кот молча сидел и смотрел на нарушителя спокойствия, потом поднялся и важно удалился.

– Ты есть хочешь? – спросила Яна.

– Хочу, – сознался Ваня.

– Давай пельмени сварим?

– Давай. А тебе разрешают варить?

– А как же их есть?! – удивилась девочка. – Они же сырые! Значит, надо варить!

Она налила полную кастрюлю воды и поставила на плитку.

– А тебе можно включать печку? – спросил Ваня.

– Есть – можно, а включать – нельзя? Так не бывает! Если можно есть, значит, можно и включать! – сказала, как отрезала, Яна.

Они сидели на табуретах напротив стола, на котором стояла маленькая электрическая плитка, и ждали, когда закипит вода. Но кастрюля нагревалась крайне медленно, так как в ней было очень много воды. Наконец Яна не выдержала бездействия.

– Пошли на огород. Скатаем снеговика.

– А пельмени? – сказал Ваня.

– Всё равно вода долго будет закипать. Мы успеем снеговика слепить. Я их каждый день катаю!

– Зачем каждый день? – спросил Ваня.

– Так они все в лес уходят!

– Как это уходят? У них ног нет!

– Есть у них всё! Они их просто прячут внизу, чтобы никто не догадался, что они ходят! Я уже пять снеговиков слепила. Утром просыпаюсь, а их нет! Только записка лежит на том месте, где снеговик стоял.

– Какая записка?

– Всегда одна и та же! Такая: «Меня не ищи! Только хуже будет! Если надо, мы тебя сами найдём!»

– У них же бумаги и ручки нет, – не поверил Ваня, – как же они пишут?

– Зачем им бумага? Они палкой на снегу пишут.

– Ты же читать не умеешь! Вруша! – засмеялся Ваня.

– Если хочешь знать, я и читать, и писать могу! Вот! Меня бабушка ещё в четыре года научила! Сам ты вруша!

– А я не умею читать, – признался Ваня.

– Неуч! – презрительно сказала Яна. – Приходи к моей бабушке, она тебя живо научит! Одевайся! Пошли в огород!

Они вышли во двор. Небо стало сереть, солнышко скрылось, но было ещё светло. Оказалось, Ваня никогда не лепил снеговиков, ему о них мама читала только в сказках.

– Смотри! – сказала Яна. – Сначала лепим маленький снежок!

Девочка сбросила рукавички и стала набирать снег в руки. В её тёплых ладошках он подтаял и слипся в твёрдый маленький колобок. Яна вытерла руки о старую шубку, которая ей уже была коротковата, и надела рукавички.

– А теперь катаем колобок по снегу! Вот так! К нему будет снег прилипать, и он станет большой-большой!

Они катали колобки по всему огороду. У Яны был уже ровный и большой шар, который доходил ей до пояса. У Вани был меньше и какой-то кривой. Они поставили Ванин шар на Янин, и скатали маленький третий шарик для головы. Снеговик стал одного роста с ними. Вместо глаз и рта поставили три уголька, вместо носа Яна воткнула какой-то сучок.

– Надо же морковку поставить! – сказал Ваня, приделывая снеговику руки-веточки.

– Съедят! – сказала Яна. – А ему будет больно! Тебе было бы больно, если бы твой нос съели?

– Кто съест?

– Кто, кто! Белки, зайцы и даже волки, когда голодные!

– Здесь есть волки? – испугался Ваня.

– Это же настоящий лес! – показала девочка рукой на деревья. – Тут всё есть!

Она вдруг замерла и сказала:

– Бабушка ругается, говорит, вода в кастрюле выкипает. Бежим!

Они бросились в дом. Вода и, правда, выкипела почти вся. Яна достала из подполья пачку пельменей, забралась на табурет и сбросила почти половину пельменей в кастрюлю.

– А у вас, что, холодильника нет? – спросил Ваня.

– Есть – в кладовке. Только у нас света часто не бывает, поэтому он и не работает. Просто стоит. А в подполье у нас лёд есть, даже летом.

– А как бабушка узнала, что вода выкипела?

– Так Всевидящее Око! Ты что, забыл?

– Забыл. А как она тебе сказала? Её же здесь нет.

– Она в голове есть! Иди руки мой! Вон умывальник!

Ваня уже видел такой умывальник у дедушки. Он надавил на носик, который напоминал гвоздик с пуговкой, тот ушёл внутрь маленького бака и пошла вода. Отпустил – носик упал вниз и закрыл дырочку для выхода воды.

– Я помыл руки, – сказал Ваня, вытирая их о полотенце, которое висело рядом на гвоздике.

– А уши мыл? – мешая пельмени, не глядя на него, спросила Яна.

– А уши зачем?

– В ушах скоро горох можно садить! Мой!

– Я вчера мылся, – обиделся Ваня.

– Знаю я, как ты моешься! Размажешь грязь по телу – вымылся, называется! – подражая бабушке, строго сказала Яна.

– Ты сама ещё руки не мыла, а командуешь!

– А я ещё не ела! Перед едой и помою! Садись за стол! Кормить буду!

Яна выключила плитку и достала тарелки, на которых сразу остались серые грязные отпечатки её пальчиков. Она соскребла со дна кастрюли поварёшкой то, что приготовила. Это была слипшаяся масса из теста и кусочков мяса.

– Ешь! – сказала она. – И чтоб всё съел! Доходяга – одни кости остались!

Ваня таких пельменей ещё никогда не ел, но после свежего воздуха и новых впечатлений, они показались очень-очень вкусными. И даже пригоревший низ их не испортил. Они поели и пошли в комнату на диван. Щенок заскулил, просясь к ним. За окном потемнело, хотя был ещё день.

– Бабушка говорила, что сегодня метель будет, – сказала Яна, удобнее устраиваясь на диване. – Ветер уже пошёл.

Вдруг с потолка что-то упало.

– А-а-а! – закричала она и спрыгнула на пол. – Мышь! Мышь!

Ваня тоже соскочил. На диване остался только щенок. Дети увидели, что рядом с собакой лежит маленький человечек. К его спине ниточками были привязаны два рыжих пёрышка в чёрный горошек. Человечек был ростом сантиметров двадцать не больше, да к тому же рыжий, как пёрышки, в красной плюшевой курточке, синих штанишках и в толстых вязаных тапочках с помпончиками.

– Это же пёрышки с бабушкиной шляпки! – сказала Яна.

– Ну и что? – сев на диване, ответил человечек. – Она её давно не носит! А крылья надо было из чего-то сделать!

– Вы умеете говорить по-нашему? – удивился Ваня.

– Умею! Я давно наблюдаю за бабушкой и её внучкой. Я даже читать научился вместе с Яной. У нас многие не говорят на вашем языке, хоть и подсматривают за вами в окна, а я говорю, читаю и пишу. Я грамотный и очень образованный зориец из страны Зории. Позвольте представиться, – человечек встал на ножки и поклонился, – Гай – потомственный изобретатель. Вас я уже знаю.

– А где находится страна Зория? – спросил Ваня.

– Вот здесь – за буфетом, – Гай показал маленькой ручкой на резной шкаф.

– Я знала, я знала, что вы существуете! – обрадовалась Яна. – А мне никто не верил! Все говорили, что там просто скребутся мыши!

– Мыши у нас есть, – сказал Гай, – мы их сначала приручаем, а потом ездим на них.

– На мышах? Ездите? – переспросила Яна.

– Что вас удивляет? Вы же ездите на лошадях!

– А почему вы прилетели к нам, а не вышли из буфета? – поинтересовался Ваня.

– Потому что внизу ходит Горилла! Этот противный кот охотится на нас! Поэтому пришлось прыгнуть с высокой горы Буфу. А перья я привязал, чтобы планировать и не разбиться. Я их потом положу в шляпную коробку.

– Он не противный, а очень даже милый котик! – стала защищать своего любимца Яна, но Гай на её слова не ответил, а только хмыкнул.

– А зачем вы к нам прилетели? – продолжал задавать вопросы Ваня.

– У нас произошло большое несчастье, – Гай заплакал. – Горилла напал на нашу королеву Зи́ру, когда та гуляла. Схватил и запер в Железной горе! И никто не знает, как её спасти! Мы уже всё перепробовали, но, увы, ничего не помогает, даже магические слова «Гора откройся!». Мы созвали Великий Сбор, на который явились все жители Зории, и решили просить помощи у вас. Меня послали как переводчика и провожатого. Если вы не согласитесь, мы все погибнем без нашей королевы.