Воскресение Z

Глава 1

– Семен Маркович! Подождите! – Кричала молоденькая смуглая, черноволосая девушка в строгом деловом костюме и в туфлях на высоком каблуке. Она бежала за пожилым мужчиной и его телохранителями по ступенькам вёдшим его к вертолетной площадке.

– Золечка, деточка, куда же ты так бегаешь на каблучках по лестнице? – Возмутился Семен Маркович.

– Я не имею права вас отпустить без вашего талисмана. Виктория Фёдоровна строго-настрого велела вас догнать и отдать вам ваш Шведский нож. – Ответила Золя останавливаясь на площадке у двери на крышу.

– Милая моя Золечка не шведский, а швейцарский, стыдно путать такие страны. И спасибо, купи, пожалуйста, моей заботливой жене её любимых берберов и себе букетик роз закажи от меня. – Ответил ей шеф, забирая свой талисман и пряча его в нагрудный карман пиджака.

– Семен Маркович, пока не запомните, что цветы называются герберы, я имею права называть нож Шведским. – Хитро улыбнувшись ответила девушка.

– Ах, да наш договор, я и забыл. – Шеф улыбнулся, и вспомнив еще и о личных делах девушки спросил. – Ермолин Саша звонил?

– Нет. – Покраснев ответила Золя.

– Это никуда не годится! – Возмутился Семен Маркович, – Я сейчас же ему позвоню. У такой умницы, как ты должно быть Российской гражданство. Я этому Ермолину уши оборву за его необязательность.

– Простите Семен Маркович, но мы опаздываем. – Напомнил один из телохранителей шефу, тот взглянул на наручные часы и охнув произнес:

– Действительно, можем и опоздать, хотя опоздать на рейс собственного самолета невозможно, подождут пару минут. Так, о чем я хотел спросить? Володя ты мне мысли сбил!

– Простите Семен Маркович! – Как виноватый школьник произнес высокий и очень симпатичный мужчина тридцати пяти лет отроду. Он работал у Семена Марковича уже шестой год и привык вот таким обвинениям. Шеф был хорошим человеком, с чувством юмора и заботился о своих подчиненных, за что они отвечали ему уважением и преданностью.

– Так, что-то я хотел сделать перед отлетом?! – Потер переносицу старый бизнесмен и вспомнив улыбнулся. – Золя, машину свою так и не сделала?

– Ее забрали в автомастерскую. – Смутившись произнесла девушка. – Там что-то с клапанами.

– Это серьезно, надолго и дорого. – Сообщил ей шеф. – Так Айдар, ты с нами все равно не летишь, так что голубчик прошу тебя отвези Золю домой. Не нужно нашей умнице и красавице на общественном транспорте ездить.

– Семен Маркович спасибо, но я такси бы….

– Нет и нет, никаких такси! – Возмутился шеф, – Знаю я эти рассадники заразы, хитро улыбнулся Семен Маркович. – Айдар я поручаю тебе мою лучшую студентку – практикантку и будущую ассистентку. Позаботься о ней! Прилечу, проверю!

Шеф погрозил пальцем молодому парню, стоявшему рядом с ним, и повернулся к двери. Володя открыл ее и на них обрушился шум и ветер от работающих лопастей вертолета.

Как только дверь за шефом и Володей закрылась, Золя посмотрела на Айдара и улыбнувшись произнесла:

– Теперь ты официально на пять дней мой!

– На шесть, шеф еще и в калифорнию слетать собирается. – Ответил Айдар и склонившись поцеловал Золю в шею и прошептал, – Поехали лучше ко мне, до тебя ехать далеко.

– Шеф сказал домой, значить домой. Да и переодеться надо. И вообще, потерпишь, там всего на пять минут дольше ехать! – Возмутилась Золя вставая на носочки и целуя рослого и могучего парня.

– Вредная ты Золька и за, что я тебя только люблю?

– За вредность и любишь, а еще за то, как я бешбармак готовлю и кыстыбы. Пошли пожиратель выпечки, я тебе шарлотку испекла утром, перед работой и даже готова сделать к ней взбитые сливки.

– Моя госпожа, я готов служить тебе вечно! – Широко улыбаясь произнес Айдар, пригибаясь и подхватывая девушку на руки.

– Отпусти! – Почти строго пропищала она, – Не дай Бог кто увидит. Все Семену Марковичу расскажут, и он перестанет пытаться нас свести, а сразу в загс потащит. Ты же его знаешь. А твоя мама от этой новости сразу пойдет душить и меня и Семена Марковича. Шефа жалко.

– Маму я уже почти убедил, да и в Казань она переедет через два месяца. Сестра ее наконец к себе переманила, она на работу выходит, с близнецами сидеть некому. Так что хватит ее бояться. Подумаешь, досталась тебе строгая свекровь.

– Айдар, я как вспомню какой она мне допрос устроила, как она потом через полицию узнавала всю мою биографию, мне аж дурно делается. А как она орала на тебя что приживалку узбекскую подобрал?! Нет, любимый, пока она не уедет к твоей сестре продолжаем маскироваться. Я, итак, из-за ее активных действий не могу получить гражданство.

– Семен Маркович же уже обо всем договорился. Ермолин не звонит только потому, что он на Алтае, сама знаешь с кем отдыхает. Вот вернется и все уладит. А мама обещала больше так не делать и связи свои во зло не использовать. Иначе она останется без единственного сына.

– Все равно, она женщина эмоциональная, со связями и ей многие обязаны, а я девушка хрупкая… Так что шифруемся еще два месяца! – Строго ответила Золя спрыгивая с рук жениха. – И вообще я еще кабинет не заперта и почту не отправила. Так что жди меня в холле я выйду минут через пятнадцать!

– Слушаюсь и повинуюсь о госпожа сердца моего! – Склонился в поклоне Айрат и подтолкнул девушку к лифту. – Шефа нет, можно и лифтом воспользоваться.

– Ох уж этот его бзик на здоровом образе жизни. Если бы ты знал, как у меня к вечеру ноги устают, по ступенькам бегать.

– Ничего, домой придем и я тебе массаж сделаю, всего тела. – Пообещал Золе Айрат и нажал кнопку лифта. Дверь бесшумно закрылась и влюбленные забыв обо всем прижались друг к другу.

По коридору, стены которого были окрашены в бледно серый цвет, шла уже не молодая, но все еще симпатичная женщина. Недостатком внешности которой были плотно сжатые губы. Она никогда не улыбалась, по крайней мери подчиненные никогда этого не видели. Она была одета в черный деловой брючный костюм, но при этом декольте у него было слегка больше, чем того требовал деловой стиль. В глаза бросалась ее худощавость и отсутствие того что обычно желают подчеркнуть столь откровенным декольте. Ее каблучки постукивали, озвучивая неторопливую поступь владелицы. Сообщали всем что к ним приближается Госпожа Дракон, как многие называли ее за спиной.

– Мисс Хьюстон! – Окликнул ее высокий и крепкий старик в белом халате, он поправил очки на носу и поспешил догнать директрису лаборатории. – Мисс Хьюстон! Мне нужно обсудить с вами те образцы, над которыми мы начали работать.

– Что там обсуждать? – Почти возмутилась директриса. – Мы их вам достали, опечатывает вашу лабораторию на три месяца и в полной изоляции изучайте их.

– Вы не понимаете, я должен знать откуда они взялись. В какой части земли вы их обнаружили? В каких условиях они хранились? Я должен знать все, чтобы правильно работать и нигде ничего не испортить из-за недостатка информации!

– Уважаемый профессор Райт, я уже вам объяснила, что я не знаю откуда правительство взяло эти образцы. Возможно, откуда-то из южной Америки, мне не докладывали. У вас образцы в глиняных сосудах. Изучите сосуды, и все поймете сами.

– Вот именно, мы изучили треснувший сосуд и не смогли разобрать данные. Такое ощущение, что этот сосуд создан из инопланетной глины. Некоторых элементов не существует на нашей планете!

– Вот и разберитесь сначала с тем, что у вас есть и не приставайте ко мне. – Почти прорычала директриса, она терпеть не могла этого профессора. Он ее раздражал с первого дня ее работы на этой засекреченной станции. Тут было несколько изолированных лабораторий в которых работали и другие ученые, но именно этот профессор Эдриан Райт достал ее вопросами и требованиями больше всех. Правда его лаборатория и работала эффективнее всех. Только поэтому она не могла его уволить. Он был нужен, но как же он ее раздражал.

– Вы не понимаете, мне нужно больше информации, чтобы понять в каком направлении исследования вести!

– Это вы не понимаете профессор! Я действительно не имею доступа к информации, где-то в файлах есть папка с данными, но у меня нет доступа такого уровня. Папка запаролена высшим руководством, и они не дадут нам к ней допуск!

– Бред сивой кобылы! – Возмутился профессор и развернувшись поспешил в свою лабораторию.

Ему на встречу бежал его помощник, он выглядел взволновано и потому лицо его было раскрасневшимся, а волосы взъерошены.

– Профессор, мы получили первые данные. Это просто потрясающе, я такого еще не видел, такой состав газа и вещество помещенная в него, это что-то за гранью фантастики!!! Боюсь мы можем так и не понять ее предназначение!

– Сможем, или нас надо увольнять дорогой мой Стив. Надо разобраться и обязательно параллельно работать над подавлением этой агрессивной фигни… – Профессор остановился и посмотрел вслед уже ушедшей директрисы, потом повернулся к ассистенту и спросил, – Стив друг ты мой и коллега, а подскажите-ка мне, где сейчас наш дорогой Тим Бёртон?

– В кафетерии сидит, пончики трескает с чаем. Этот британец совершенно сума сошёл, притащил из дома чайник и заваривает себе чай так как это делают в Лондоне, хотя сам там никогда и не был.

– Отлично, значить у него сейчас благостное настроение, и мы этим можем воспользоваться. Попроси его зайти ко мне и пообещай все, что он захочет. Но пусть он захватит с собой ту свою волшебную программу по взлому паролей доступа.

– Что вы задумали профессор? – Напрягся ассистент. Он еще не забыл их предпоследнее дело и то, как их потом спецслужбы обрабатывали за то, что им пришлось влезть в засекреченные файлы пентагона.

– Да все тоже дружочек, все тоже, будем делать свою работу и параллельно добывать информацию.

Ассистент недовольно поморщился, но спорить с гением от науки он не стал и побежал в столовую.

А профессор, не торопясь пошел в лабораторию взглянуть еще раз на те данные, что они получили вчера, а потом посмотреть на то, что уже выяснили сегодня.

В его лаборатории в прозрачном сейфовом ящике, под неяркой лампой стояли три на вид глиняных сосуда, всего в десять сантиметров высотой и пять сантиметров шириной. Они были опечатаны страной смесью воска и растительной смолы и в сосудах был неизвестный на планете земля инертный газ в которых поместили нечто удивительное, всего пять грамм вещества, абсолютно агрессивно влияющее на любую живую клетку. Вызывая быструю мутацию, агрессию и полное безумие. За те несколько дней, что он изучал это вещество, профессор убедился в абсолютной опасности этого вещества. И все никак не мог понять зачем оно нужно было и откуда могло взяться. Четвертый сосуд с трещиной и высохшим веществом был заперт в камере для работы с ним в безопасной среде. Но даже погибший материал был чрезвычайно токсичен и было подозрение у профессора, что именно этот высохший и погибший образец сможет дать им антидот к живому веществу.

А вещество именно было живым в этом профессоре уже не сомневался и потому требовал от своих подчиненных абсолютной осторожности и строжайшего соблюдения режима безопасности.

– В лабораторию ворвался веселый и довольный жизнью Тим Бёртон, он был одет в ярко-розовую футболку и старые застиранные пляжные шорты, волосы его были собраны в жидкий хвостик на затылке и заплетены в три тоненькие косички, напоминавшие профессору крысиные хвосты.

– Привет, профессор Райт, мне тут много чего наобещали вот за эту флешку и ее содержимое. – Весело заявил мужчина тридцати лет с кривым когда-то сломанным носом и с мускулатурой как у качка – спортсмена, а не айтишника.

– Тим ты стал еще больше! – Почти возмутился профессор, прекрасно понимая, что так накачать мышцы без препаратов невозможно.

– Это все правильный чай и пончики. – Улыбнувшись и подмигнув молоденькой девушке за лабораторным столом ответил он и она, смутившись, отвернулась.

– Тим Бёртон от такого обилия пончиков и тем более чая, ты скоро только пальцами и сможешь пользоваться, а помнится ты начал наращивать мускулатуру чтобы девушек соблазнять. – Пожурил парня профессор и показал на свой компьютер. – Давай ка, для начала заглянем в компьютер Госпожи Дракон, а потом пойдем рыскать дальше. Я скажу тебе, что надо искать. Только ты поаккуратней, похоже это дело будет посерьёзнеть раз в пять нежели предыдущее, и я не хочу, чтоб нас тут заперли пожизненно из соображений государственной безопасности!

– Понял, работаем на цыпочках и в мягких тапочках, отпечатков пальцев не оставляем и все следы своего присутствия заметаем. Я уже получил последнее предупреждение и в тюрьму для засекреченных не хочу. Так что профессор не волнуйтесь, процесс будет медленный, но результативный…

Через час возни Тим признался, что взломать компьютер Дракона он смог через три минуты, а вот файлы так необходимые профессору придется подождать примерно часов двенадцать. Профессор не расстроился и понимая, что так даже будет лучше, погрузился в работу и не заметил, как Тим встал на ноги и выгнувшись дугой потянулся, разминая затекшую спину. Все были заняты работой, всем был очень интересен новый проект и на Тима никто внимания не обращал. Он прошелся по лаборатории и заглядывать во все интересные ему приборы, поковырял ватной палочкой в пробирке, разочаровался из-за того, что ничего не произошло и подошел к прозрачному хранилищу с глиняными сосудами.

– И чего вы там храните? – С любопытством пробормотал Тим и обойдя ящик по кругу увидел, что пломба из воска вскрыта на одном из сосудов.

Тим от природы был непоседлив и чрезвычайно любопытен, почему и получил срок за хакерство и попал в лабораторию вместо тюрьмы. Он не мог оторвать взгляда от глиняного сосуда. Его, как будто звали из него. Чем больше он на него смотрел, тем больше у него мутнело в голове, он слышал какой – то зов, но не понимал слов. Его взгляд затуманился, он стоял, замерев у ящика минуты три, и никто не замечал странного поведения парня. Он дышал все медленнее, как будто погружаясь в сон или транс и вдруг его рука потянулась к кодовому замку, и он безошибочно набрал необходимые четыре цифры кода. Замок тихо пискнул и Тим открыл ящик. Трясущейся рукой, он достал уже вскрытый сосуд и поднял его высоко над головой.

– Тим Бёртон, что ты делаешь?! – В ужасе спросила его ассистент профессора и только тут профессор, работавший в изолированном помещении, увидел сквозь бронестекло как Тим замахивается и разбивает сосуд об пол. Девушка рядом с ним заверещала, но очень быстро замолчала и упав на пол забилась в судорогах. Ассистент профессора по имени Стив попытался выбежать из лаборатории, но успел только открыть толстую, сейфовую, металлическую дверь лаборатории и при этом выпустив заразу в общий коридор. Профессор в ужасе увидел, как маленький пяти граммовый образец на полу зашевелился и пополз к ноге замершего Тима, он добрался до его голой щиколотки и проник под кожу замершего Тима. Тот даже не почувствовал вторжения в его тела и продолжал стоять. С минуту ничего не происходило, потом Тим повернулся к профессору и сделав пару шагов попытался открыть дверь изолятора. Но руки его почему-то плохо слушались, и он не смог нажать на кнопки цифрового замка. Тим с трудом подошел к бронестеклу окна изолятора и боднул ее головой, у него из ушей пошла кровь, мышцы под кожей начали как будто закипать, и профессор увидел стремительную мутацию тела. Через всего три минуты, перед ним стояло нечто бесформенное, всего с одним глазом и не способное жить. Профессор в ужасе не мог пошевелиться. Он прекрасно понимал, что только, что произошло. Ужас осознания, что его работа вызвала возможно конец света, почти парализовало его. С трудом, с невероятным усилием воли он сделал шаг, откинул защитный короб над большой красной кнопкой и со всей силы ударил по ней. Старик прекрасно осознавал, что уже поздно и исследовательская станция заражена полностью, но все же он надеялся, что поступивший сигнал тревоги где-то там в Пентагоне поможет спасти мир.

Глава 2

– Семен Маркович в штатах сегодня ветрено. – Доложился Володя, выходя из кабины пилота. – Возможно нас завернут, думаю стоит сразу лететь на резервный аэродром в пригороде.

– Володя, меня не волнуют ваши ветра и аэродромы. Я тут Светочке третью партию в шашки проигрываю. А эта бесстыдница мне еще и шампанского подливает! – Возмутился, развеселившись шеф. Он сидел напротив стюардессы Светы и старался придумать, как обыграть двадцатилетнюю чемпионку по шашкам среди стюардесс.

– Так я сажусь на резервном, если что? – Уточнил на всякий случай Володя, сегодня выполнявший роль личного пилота у Семена Марковича.

– Сажай, сажай Володя и не мешай, если я снова продую еще одну партию, виноват будешь ты! – Проворчал старый бизнесмен.

Семен Маркович любил время, проводимое в небе, на его личном самолете. Здесь ему не надо было быть серьезным и солидным, он отдыхал и наслаждался свободой действий. А в тот момент он хотел только покоя и немного развлечений. Ничего лишнего он себе никогда не позволял. Глубоко влюбленный в свою жену вот уже двадцать пять лет, он общался со стюардессами, как с добрыми друзьями и предпочитал проверять их способность мыслить и правильно реагировать на жизненные ситуации, играя с ними в настольные игры. Никто даже не подозревал почему одних стюардесс, ассистентов или телохранителей он проталкивал на верх и помогал занять хорошие должности, а кого-то довольно быстро увольнял. Семен Маркович был психиатром по первой профессии, и экономическое образование получил только когда понял, что семью на врачебную зарплату прокормить сложно. Но он умело использовал свои познания в психике и психологии человека и набирал себе персонал проверяя его в играх и непринужденном общении. Вот и сейчас Светочка, молоденькая, но очень перспективная стюардесса набрала уже необходимое количество баллов, чтобы перебраться из самолета в офис, и Семен Маркович просто наслаждался самой игрой.

Володя посмотрел на счастливо улыбающегося шефа и на слегка покрасневшую стюардессу и решил, что ему действительно лучше не мешать. Его шеф был наделен странным хоть, и добрым чувством юмора и мог реально наказать его за то, что он помешал ему выиграть партию в шашки. Помниться в последний раз Володе пришлось провести целый день в СПА салоне в окружении миловидных китаянок. В наказание за то, что отвлек шефа от игры в бирюльки. А что на этот раз придумает шеф только Богу известно. Но больше, он бывший майор спец отряда ФСБ не выдержит массажей, масок и ванн с розовыми лепестками и главное, он теперь точно знал, что такое шугаринг и согласится на эту пытку только если его решат убить путем кастрации. Сам то он тогда успел сбежать, а вот его друг Айрат нет и орал он тогда так, как будто попал в кровожадные руки инквизиции…

Володе нравилась его работа. Да его шефа уже не раз пытались убить и да, сам Володя получил однажды пулю в плечо, прикрывая отход семьи шефа в безопасное место. Но все же, он уважал и почти по-родственному относился к Семену Марковичу, несмотря на все его шутки и закидоны.

Телохранитель и личный пилот – Володя, в прошлом так и не сумевший обрести семью, теперь заботился о семье Семена Марковича и его это вполне устраивало, а два сына шефа стали ему и друзьями, и благодарными учениками. Володя слегка улыбнулся, проверяя приборы и надевая наушники. Тема и Толик, сыновья шефа очень хотели лететь вместе с ними в Нью-Йорк, но проштрафились в институте и были помещены под домашний арест. А ослушаться их грозную матушку не осмеливался даже сам Семен Маркович, хотя он мог рявкнуть на многих власть предержащих и был своим человеком в высших кругах власти страны. Все же с женой он всегда разговаривал почти шепотом и только с максимальным уважением.

В наушниках раздались голоса башни диспетчеров, и Володя не сразу смог понять, что они говорят. Проверив систему связи, он убедился, что все в порядке, но в наушниках по-прежнему можно было разобрать только хрипы и непонятный звук похожий на вой и рыдания.

– Международный аэропорт Джона Кеннеди, это рейс AD триста сорок пять, частный рейс из России, и мы подлетаем. Башня, меня кто-нибудь слышит? – Произнес Виктор, но в ответ услышал еще больше хрипов. – Башня, повторяю это рейс из Москвы, рейс AD триста сорок пять, ответьте, прием, меня кто-нибудь слышит?

В наушниках раздался вопль и снова хрипы и какое-то бульканье. Володя сдернул с головы наушники, настолько резким и неприятным был звук.

– Да что там у вас происходит? – изумился он и на всякий случай включил небольшой радиоприемник. В этот раз он был настроен на крупнейшую радиостанцию Нью-Йорка, но там играла музыка и никаких экстренных сообщений о захвате аэропорта Кеннеди террористами там не было.

Володя не любил такие непонятные ситуации, тем более что это был крупнейший аэропорт в этом гигантском муравейнике под названием Нью-Йорк. Сам город Володя не любил, шумный, грязный, всегда напряженный и вечно в стрессе. Он предпочитал Лос-Анджелес и Вашингтон, но в этот раз он летел именно в Нью-Йорк и у него заныл старый шрам на ноге, а это был верный знак к неприятностям. Примета не раз проверенная, шрам, заработанный им еще в детстве, когда он с друзьями прыгал с крыш гаражей во дворе. Все прыгнули, и никто не пострадал, а он один сумел распороть ногу от колена и вверх торчащей из земли арматуриной. Много раз и когда его призвали в армию, и когда его перевели в ФСБ, он убеждался, этот шрам был дарован ему свыше и всегда прислушивался к его предупреждениям.

Переключив тумблер и перенастроил волну приема, он связался с башней запасного аэродрома и там все было тихо, мирно и благостно. Диспетчер уже не в первый раз имевшая дело с русскими из Москвы приняла их как старых знакомых и дала добро на посадку. Володя с облегчением вздохнул и спросил у диспетчера:

– Джулия, я пытался связаться с башней аэропорта Кеннеди и не смог. Ты не в курсе, что там у них случилось?

– Володья, – Произнесла диспетчер, слегка искажая имя пилота, – Сегодня целый день проблемы со связью. Я не могу дозвониться до сына, да и многие жалуются на отсутствие интернета. Похоже сильный ветер, где-то провода оборвал или еще чего нибудь. Думаю, к завтрашнему утру все наладят.

– Спасибо Джулия, а то я уже начал волноваться. – Поблагодарил её Володя и стал опускать самолет плавно и аккуратно. Шеф не любил, когда посадка происходит как ныряние в воду и потому Володя не торопился.

– Эй русский, – Услышал Володя глубокий и соблазнительный голос напарницы Джулии, – Заходите на чашечку кофе, у меня есть тот, что тебе так понравился.

– Привет, Кейт, спасибо, если будет время обязательно загляну к вам. – Улыбнувшись ответил он и вспомнил соблазнительную фигурку чернокожей девушки по имени Кейт, что уже в третий раз зазывает его к себе на чашечку кофе и Володя обрадовался тому, что поездка в Нью-Йорк может стать довольно-таки интересной. Главное доставить шефа в его клуб и убедиться, что там все спокойно, а потом под предлогом технического осмотра самолета вернуться и попить кофе с Кейт.

Виктор уже представил себе, как он проведет вечер с этой очаровательной и очень страстной особой, когда в его наушниках опять захрипело и забулькало, раздался звук падения чего-то тяжелого и снова бульканье и хрипы. Это явно были не помехи, звук был живым и выходил из человеческого горла, и Володя напрягся.

– Башня, это рейс AD триста сорок пять, ответьте, прием? – Произнес он и не услышав ответ, добавил, – Джулия, Кейт ответь у вас все в порядке?!

Но в ответ он услышал только бульканье и вроде тихое рычание, едва уловимое, но рычание.

– Семен Маркович. – Обратился он к шефу по громкой связи, – У нас тут какие-то непонятки. Вы бы пока не торопились отстегиваться и вообще Светочка работаем по плану оранжевый.

Дверь открылась и в кабину вошёл Семен Маркович.

– Мы же уже приземлились, чего тут у тебя? – Спросил он, совершенно серьезно, это снова был собранный и решительный бизнесмен, способный в порошок стереть любого на своем пути.

– Не знаю точно, но с Кеннеди связь установить так и не удалось, я повернул на запасной и тут вроде все было нормально. Но только что, тут стало так же, как и в Кеннеди. У меня чуйка орет, что пушной зверек прилетел вместе с нами. – Ответил Володя и пожевал губу. Материться при шефе категорически было нельзя, но вот в такие моменты великий и могучий мат помог бы сбросить напряжение.

– Я пошел одевать бронежилет! – Решительно произнес Семен Маркович и повернувшись сказал в салон, – Светочка ты тоже собирайся, пойдешь с нами. Нечего тебе тут одной торчать. И переоденься, у меня тоже чуйка беду кричит.

Если шеф заговорил о чуйке, значить дела были действительно серьезными. Володя поднялся и прошел в салон. Нажав на неприметную кнопочку за любимым креслом шефа, он его отодвинул и открыл потайной люк. Там в небольшой нише лежал сверток одежды для Володи, рюкзак и кейс с оружием и спутниковым телефоном…