Дефективное агентство «Руль»

© О. А. Шадрин, 2019

© РИЦ «ИнфорЭМ», 2019

© Издательство «Aegitas», 2020

Выражаю благодарность за выпуск книги «Деды в индиго»:

издательскому сервису Aegitas,

лично Эрнсту Хачатуряну.

Необычные посетители

Рауль Комаров, глава детективного агентства «Рауль», пристально всматривался в камский речной пейзаж, стоя у окна своего нового офиса на двадцать четвертом этаже хаусбилдингцентра. Вероятно, он распутывал очередную преступную шараду… вероятно. Вероятно… Но его мыслям не суждено было иметь продолжение, потому что тяжелая металлическая входная дверь слегка приотворилась, и в нее без стука проникла чья-то лохматая голова. При этом по полированной наружной поверхности раздался неприятный скрежет каким-то тупым предметом (но не лбом посетителя однозначно).

– «Руль»? – прогундосила голова.

– А вот и нет: не «Руль», а Рауль, – задумчиво поправил детектив, пряча в кобуру инстинктивно, «на автомате», выхваченный револьвер.

В предвкушении удачи в увеличившемся проеме показалось неряшливое туловище, на которое и была небрежно насажена та самая взъерошенная маковка.

Следом раздался реготок:

– Какая разница? Вот, принесли двигатель на дефектовку. Прими смиренно!

После этих слов три взмыленных дюжих парня втащили в комнату и со всего маху бросили на роскошный норвежский ламинат дизельный движок.

– Лифт чёй-то у вас не фурычит, сигналит: «перегруз», – утирая ручьи пота, прокряхтел один из детин. – Кое-как доперли по лестнице. На спине!

«Лохмач» добавил:

– Извини, братан, сняли входную секцию на этаже.

– Обратно не ставим – после починки всё одно вытаскивать на волю, – продолжил третий.

– Мужики, а вам не кажется, что вы ошиблись адресом?! Полный офсайд! – выразил недовольство Рауль, садясь за стол и углубляясь в материалы запутанного дела. – Автосервис в соседнем здании. Хватайте свою чугунину и дуйте туда, хет-трик вам по лбу!

– Ты тута чевой энто хорохоришься? – вскинул брови самый здоровый детина с помятой физиономией. – По телевизору реклуху даешь? Даешь! А щас в отказ пошел? Давно люлей не получал?

– Проспись сначала, алкашня! – вежливо заметил Рауль, не поднимая головы. – Потом разберемся, что за реклама и кто из нас будет ночевать вместе с люлями.

– Я ужо три дня не спал! – удивилась рожа. – Как догадался?

Рауль ухмыльнулся – аналитические способности.

Настроение детектива существенно улучшилось.

– Черт с вами! Оставляйте свою дуру в приемной, что-нибудь придумаем. Ната, возьми кувалду в подсобке, отрихтуй изделие.

Наталья Дрозенкова, персональный телохранитель Рауля (см. «Деды в индиго», стр. 261), опрометью бросилась выполнять поручение и занесла инструмент над одним из посетителей.

– Не-нет, не клиента! – остановил усердную помощницу Комаров. – Не понимай буквально, чеккер их дери, я имел в виду вон ту штуковину.

– Вы, в целом, куда приперлись, невменосы? Вывески читать умеете ли, че ли?! – грозно спросила Ната, навернув с плеча кувалдой по дизелю.

– Так-то да. Сначала увидели объяву по телеку, потом уличный щит с подсветкой, потом переносной баннер перед входом. Шли точно по указателям. Да и там внизу, на турникете, подсказали, – ответил один из бугаев.

– Ни фига себе, вы так ремонтируете движки! – восхитился эскападой Дрозенковой второй.

– Я лучше сваливаю! – развернулся лицом к выходу третий.

– Ты того, не задерживай с ремонтом! – пискнул лохмач и юркнул в коридор.

– Разберемся, – скривил лицо детектив. – Давай пока свои координаты и доки на эту штуковину. До выяснения обстоятельств.

Последний из оставшихся в офисе парней протянул клочок замасленной бумажки с телефоном:

– Инструкцию занесем позже.

Когда незваные посетители споро удались, Рауль задался вопросом, что это за реклама такая? Дезориентирующая.

Детектив в сопровождении своих сотрудниц побежал смотреть указатели по маршруту движения незнакомцев.

Начал с входной двери офиса. Еще утром там ничего не было, а сейчас криво висела приклеенная на двухсторонний скотч табличка «Дефективное агентство „Руль“»… И когда успели примастрячить??

– Вот рекламщики объелись! Кого берут спичрайтерами?! Всякую неуч. В одной фразе три ошибки: «Дефективное агентство „Руль“». Сильно! – разъярился Комаров.

– Я бы диагностировала перепой, – хохотнула Ната.

– Как произносят, так и пишут, – добавила Машута.

– Хорошо, хоть не «агейство», – попыталась успокоить директора секретарша Дина.

Комаров с сотрудницами продолжил путь.

Действительно, повсюду их преследовала та же однотипная надпись.

– Выясним, кто виноват, и накажем рублем! – кипятился детектив.

– И физически, – стукнула по фонарному столбу ладонью Ната.

– Осторожней! – взвизгнул Рауль. – С «Горсветом» не расплатимся!

…Двумя неделями ранее, когда Комаров решил, что в связи увеличением штата настала пора перехать в более просторное помещение, он обратился к своей секретарше Дине:

– Коллега, негоже нам сидеть в новом просторном офисе за дверью без опознавательных знаков. Всюду должны висеть таблички-указатели, начиная с холла на первом этаже, а также требуется солидный уличный рекламный щит с подсветкой. Чтобы клиент не рыскал в напрасных поисках своего счастья. Будем периодически давать объявления в еженедельник «Меркурий», коммерческое приложение к газете «Вечерняя длань». Визитки, буклеты, перекидные календари, ручки с логотипом нашей компании, зажигалки-пистолеты – это всё необходимый антураж для прибыльной работы. Я правильно мыслю? Возражений нет? Тогда время действий! Вот координаты пиар-агентства «Веселый промоутер Роджер». Мне эту визитку презентовала Оксана, бывшая жена Сани Водника. Временно проживает в нашем доме и работает в сей конторе. Рекомендовала товарищей как бюджетных профессионалов. Свяжись с ней и закажи полный ассортимент продукции, который я только что озвучил.

Дина позвонила в офис исполнителей. Секретарь приемной директора тут же соединила ее с абонентом.

– Оксана, это вы? Добрый день. Меня попросили заказать в вашей компании разнообразную рекламную мишуру. Но в первую очередь, щит, таблички и указатели. Могу я предоставить вам текстовку?

– Безусловно. А если мне к вам подскочить? Где вы находитесь? в соседнем доме?… Нет, это далеко. Давайте лучше… озвучьте всё что требуется, по мобильнику, я включу диктофон…

– Рассчитываю на ваш высокий уровень, – сказала на прощание Дина.

– ОК, без базара! Вы правильно сделали, что обратились к нам. Через три дня будет готово. Надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество!

Реклама-двигатель

Буквально накануне генеральный директор пиарщиков Макс Дерябкин, пролистывая бланки заказов, по обыкновению обнаружил десятидневную просрочку исполнения. И это при стопроцентном авансе!

– Вот те на! Очередная лажа! Горим!!

Руководитель грозно призвал всех своих сотрудников на экстренное совещание.

– Друзья, надо жестко напрячь мозговые извилины, естественно тем, у кого они еще остались после вчерашнего застолья, и обработать дюже просроченный заказ. Итак, начнем!

И Дерябкин воспаленными глазами уставился на текст заказанной некой фирмой господина Комарова офисной таблички: «Дитективное агенство „Рауль“». Рисунок на усмотрение художника.

– В трех словах куча ошибок! Оксана, такая Оксана! Филонлохиня! – всхлипнул он. – Исправляем орфографию: «агентство» – пишется через «т».

– И вторая буква «е», как говорят, «двойка по грамматике детектед», – усмехнулся компьютерный дизайнер.

– А вместо «т» – «ф». «Дефективное», – поддакнул зам.

– Если дефективное, тогда, естественно, напрашивается «Руль», а не «Рауль», – тонко подметил старший менеджер, – «а» лишняя.

– Молоток! – одобрительно потрепал сотрудника по холке Макс. – «Дефективное агентство» и «Руль» – прямая связь с автомобилями. Набросайте макет и живо к Гунару в типографию – сделать указатели в трехцветке к утру и потом еще буклет офсетом – пять тысяч экземпляров… На обложке внутренний салон какой-нибудь крутой тачки. С рулем в центре. Крупным планом! На руле телефоны. В цифрах, надеюсь, хотя бы ошибок нет? И чтобы к семи утра была вся продукция! Приду, проверю! А ты, Юрок, малюй щит. На плоттере. с обязательной подсветкой. Заказчик хорошо забашлял…

– Где находятся эти недотепы?! – на повышенных тонах осведомился Рауль у Дины.

– В соседнем здании.

– Всё! я им покажу кузькину мать! – пообещал, сверкая глазами, детектив. Он стремительно направился к лифту, спустился в холл на первом этаже, выскочил на улицу и, перейдя на другую сторону дороги, очутился у входа в очередной бизнес-центр.

На турникете Комарова попытался задержать бдительный охранник. Рауль недвусмысленно заострил его внимание на рукоятке пистолета, и тот как-то сразу угомонился…

Вот и искомое PR-агентство. Детектив ворвался в него, как торнадо на животноводческую ферму в южном американском штате с непреодолимым желанием настучать по рогам всему стаду… эээ, сотрудникам «Веселого промоутера Роджера» во главе с директором.

В приемной Комаров сразу узрел на двери справа табличку «Max Derjabkyn» и направил стопы прямо в нее.

– Мистер, вы куда? – попыталась затормозить его пышной грудью молоденькая секретарша.

– Не суйся под горячую руку! – резанул Комаров и ловко увернулся от удара файлонакопителем по голове.

Рауль резко заскочил в кабинет. В белом кожаном кресле у окна, положив ноги на подоконник, возлежал молодой человек в перстнях с изумрудами на пальцах, платиновой серьгой в ухе и точил алмазной пилкой ногти, тупо повторяя: «Слоган – „Логан“». Скорее всего, он обдумывал очередное рекламное задание.

– Без Оксаны совсем не клеится, – негодовал вслух директор, жонглируя рифмами. – «Логан»… веган… Джиган! Хотя… Любой жиган возьмет «Логан»! Отлично!

Но недолго радовался придумке Макс, потому что детектив вырвал его с места, схватив за грудки. Парень повис в воздухе, болтая ногами, обутыми в ботинки из сайгачьей кожи.

– Ты Дерябкин, твою так?!

– Ральчик? – округлил очи обмякший господин.

– Юркеш?! – открыл рот от изумления Комаров, узнав в директоре своего одноклассника Юру Потниекса.

– Я, старик! Я!

– Вот это слэпшот!! Ты же бесследно исчез из поля зрения еще пять лет назад!

– Были причины… – потупил взгляд Юркеш-Макс. – Давай-ка, тяпнем за встречу!

И высвободившись из цепких рук детектива, директор пиар-агентства изъял из холодильника очередную бутылку «Кристи». Зубами вытащил пробку, слегка облившись пеной.

– Да, ты сильно и стильно сменил имидж! – восхитился Комаров.

– Вообще, Макс Дерябкин – мой творческий псевдоним, – похвастался Юркеш. – А согласись, клево звучит?!

– Для чего он тебе?

– Вынужден прятаться от навязчивых граждан, – скорчил рожицу бывший одноклассник, – наследил по младости малость. Финансовую пирамидку организовал, собрал денежки с доверчивых лузеров и исчез в Америку. Правда, там всё ежемоментно спустил в казино. В Лас-Вегасе. Посему вытурили на историческую родину. Здесь, в новом имидже занимаюсь свободным творчеством.

– Выходит, это твои креаклы испортили презентацию моего «Детективного агентства „Рауль“»?!

– Как «детективного»? Де-тек-тив-но-го?! Сознаюсь… мои! Постараюсь загладить вину перед тобой, дружище! Позволь за свой счет всё оперативно исправить и сделать приватный презент в виде твоего стилизованного портрета на полстены… Между прочим, тот злополучный текст нам предоставила Оксана, жена Сани Водника, да ты его, наверняка, знаешь.

С этими словами Юркеш показал листочек с оригинальной фразой.

– В одной фразе три ошибки! – повторно разъярился Рауль. – Черт возьми, если бы не Водник… Quod licet Jovi, non licet bovi (что позволено Юпитеру, то не позволено быку – лат.)!

– Сам-то как занялся частным сыском? – поинтересовался Дерябкин-Потниекс.

– Всему виной… – начал свой рассказ Рауль.

Выбор профессии

Всему виной ординарное событие семилетней давности. И для затравки немного истории…

Вообще вся большая семья Комаровых раньше жила на улице Островского в деревянных домах неподалеку от пресловутой двадцатой школы. В семье Комаровых было пятеро: мать – сметчица проектного института, отец – токарь на машзаводе и трое детей: Рауль и два брата-погодка.

Самый старший, Майк, как называли его друзья, был почти отличником, пошел по стопам дяди, преподавателя в политехе, после школы сразу поступил в вуз на АСУ и по окончании стал программистом.

Средний – известный хулиган на районе и лодырь, что называется «не в коня овес» – еле закончил восемь классов; его дирекция с радостью спровадила в сантехнический лицей. Затем он ушел в строительный бизнес.

Рауль, хотя и учился на троечки, но по поведению замечаний не было, и школьное руководство великодушно разрешило ему закончить одиннадцать классов. Более того, подросток активно участвовал во внеклассной работе учебного заведения. В отрочестве Комаров младший успешно играл в школьной постановке спектакля «Отверженные» по роману Виктора Гюго.

Когда старейший преподаватель «двадцатки» Галина Павловна, учитель по литературе и по совместительству местечковый театральный режиссер, забраковала во время кастинга на роль Козетты всех девочек-восьмиклассниц и предложила ее сценическое прочтение Раулю, который первоначально метил на престижную роль Гавроша, это была ее неожиданная авторская находка. Впрочем, могла иметь место банальная месть мальчику за постоянные пререкания среднего брата, разгильдяя и грубияна, с педагогом на уроках.

Но что было, то было.

Для вхождения в девчачий образ Комаров в совершенстве освоил искусство французского макияжа. с этой целью у своей мамы и двоюродной сестры он использовал всю доступную косметику.

В нем, вероятно, пропал народный артист городского драматического театра, мастер перевоплощения, травести, обидно и одновременно погибли Тонков и Владимиров (Вероника Маврикиевна Мезозойская и Авдотья Никитична), Касилов и Чванов (Цветочек и Матрена), Мясников и Рожков («Уральско-пельменные бабушки»).

Несмотря на несомненный актерский талант, Рауль не стал поступать в «кулек», так в городе едко называли институт культуры, а неожиданно для себя всплыл на юридическом. Здесь главную роль сыграл Давид Дулепистый (для своих – Додик), один из двух братьев-близнецов, которому Рауль однажды во дворе помог отбиться от толпы хулиганов (тот самый ординарный случай).

Случилось это в разгар весны. Как-то раз, Додик возвращался в позднее время после корпоративной вечеринки.

В его мозгу неотступно свербила мысль относительно стопроцентного алиби для молодой жены. Нет не по поводу опьянения, Додик, кстати, не пил, был завзятым трезвенником. Просто товарищ шел не один, а провожал до дома изрядно перебравшую начальницу экспертного отдела Людмилу, эффектную женщину сорока лет, по ее же настоятельной просьбе.

Увидев роскошно одетую даму при цацках и подшофе, местный молодняк тут же попросил прикурить и заодно разжиться мелочишкой на «Амаретто». а получив отказ, приступил к досмотру содержимого ридикюля спутницы Дулепистого.

Додик не подавал виду, что занервничал, дабы не допустить провокаций в свой адрес.

По достоинству оценив миролюбивое настроение молодого юриста, хулиганы принялись и за него. Не найдя достаточного количества средств в карманах плаща, пиджака и брюк, братва приготовилась компенсировать возникшую досаду силовой тренировкой с использованием объемной копии ростового муляжа.

Невесть откуда рядом с Додиком объявился Рауль.

– Че стоим? Ходу! – крикнул Комаров, припустив наутек и как бы приглашая Дулепистого последовать его примеру.

– Додик включил сознание, а вместе с ним частое сокращение икроножных мышц.

Дружно они взобрались на крыши гаражей: высокий юрист подсадил подростка, а тот помог ему взобраться, предоставив вытянутые руки, далее они промчались по постройкам и спрыгнули в минидворик, заканчивающийся решетчатыми воротами. Устремились к ним в надежде оторваться от погони… Ворота, как назло, были закрыты на висячий замок.

Что интересно: хулиганы, вошедшие в охотничий азарт, не отставали.

Когда беглецы уперлись в ограждение, Рауль, благодаря тощей юношеской фигуре, легко проскользнул между прутьями решетки. Додик же, последовавший его примеру, вследствие более крупной комплекции умудрился застрять между ними.

Преследователи настигли Дулепистого и для начала отвесили ему несколько звонких пинков, а затем стали коллегиально решать, что дальше делать с пленником. Но предварительно, перед экзекуцией они, естественно, зачистили и те жалкие остатки в карманах в виде расчески и носового платка.

Заманчивых предложений мести было много, как и времени. Однако они не учли главного: не таков был Рауль, чтобы в трудную минуту бросить товарища.

Комаров, сделав круг, обогнул гаражи, проник с тыла в кучу и, не раздумывая, с разбегу, мощным пендалем вызволил застрявшего в заборе «попутчика». Правда, при этом Дулепистый порвал свой новый плащ вместе с костюмом и к тому же ничком спланировал в апрельскую лужу. Но то издержки. За вызволение из плена Додик был весьма и весьма благодарен Раулю…

Как описывает сие происшествие Рауль в его собственной интерпретации: «Я возвращался с дополнительных занятий в школе. При приближении к дому увидел толпу местных возбужденных пацанов и понял, что сейчас кому-то будет очень больно. Действительно, два человека, один из которых была сильно пьяная женщина, пытались договориться с группой нетрезвых аборигенов. Перевес сил смотрелся явно не в пользу пришельцев. Узнав в одной из сакральных жертв уличного произвола бывшего школьного студента-практиканта по правоведению, я решил вызволить его из непростой ситуации. и перстом указал ему путь во тьме…»

– Вот это удар! – возликовали хулиганы. – Видим нашенской пацан!

Воспользовавшись радостным смятением в рядах нападавших, Рауль незаметно улизнул из толпы.

Дал деру и оправившийся от полета Додик…

Через неделю Комаров и Дулепистый абсолютно случайно встретились на улице.

– Здрасьте! Наше вам!

– Добрый день! Какие люди! Зови меня на «ты» и просто Додик! А тебя как величать? Извини, забыл.

– Рауль… Сам-то целый?

– Как видишь, почти живой и чуть-чуть здоровый. Сидеть, однако, не могу вся задняя часть – сплошной синяк.

– А что с твоей спутницей? Из-за которой возник весь сыр-бор?

– С Людкой-то? Сидит под подпиской о невыезде. Когда мы с тобой ловко свинтили, она, воспользовавшись паузой, случайно обнаружила в кармане плаща пакет с вещдоком – ручной гранатой, отданной ей на экспертизу по делу об экстремистах и которую забыла сдать в сейф из-за бурной вечеринки. Затем без лишних эмоций она метнула ее в толпу. Пацанов порвало в клочья. Хорошо, что я был вне зоны поражения. Сейчас в отношении нее проводится служебное расследование.

– Отмажут, – уверенно облизнул губы Рауль.

– Отмажут, – столь же уверенно кивнул Додик, – а остальных посадят… А ее поощрят. Путевкой.

– В Турцию?

– В Турцию. И повысят в звании… А им пожизненное… Я постараюсь… Ведь я их общественный адвокат. Сам напросился. Хотя они были сильно против. Не узнали, не учуяли волки, чье мясо съели.

– Ты же тоже пострадавший?

– Об этом молчок. Да и они не могут вспомнить, во-первых, было темно, во-вторых, с продырявленными мозгами память особо не напряжешь… Но ты здорово меня тогда выручил, – прослезился Додик. – Вызвал, можно сказать, огонь на себя! Раз помог мне, то я помогу тебе! Куда думаешь после школы?

– В театральный, – промямлил будущий детектив. – Но боюсь ЕГЭ!

– К черту «ягу»! Сам за тебя впрЯГУсь. Давай на юрфак, в гунитет! Я тоже недавно его закончил. Подарю конспекты лекций. Да и декан свой человек!

– Ничего себе! – восхитился Рауль. – Каким образом?

– Лично защищаю его в суде от притязаний смазливых студенток за якобы излишнюю мужскую сентиментальность ответчика при их визитах «на ковер».

– Наверное, соглашусь. Заманчивое предложение. Перспективное. А как же твои конспекты, авось, самому пригодятся?

– Не волнуйся, новые справлю, от медалистов.

…Давид Дулепистый был человеком слова, и вот спустя некоторое время Рауль бодро шагал в сторону классического университета с папкой под мышкой.

Через пять лет Комаров – уже выпускник юридического факультета. Учился он так, серединка-наполовинку, потому что не любил сухие формулировки правоведения, а был сторонником активных наступательных действий.

После окончания вуза остро встал вопрос о трудовой карьере. В госорганы Рауля не взяли, да и сам бы он не пошел: там план, там обязаловка, там будни – это удел отличников. Другое дело – собственное детективное агентство. Можешь выбрать дела поденежнее и поразнообразнее по тематике (при нашей-то рыночной неразберихе), а не то, «кто спер чулки с подоконника у депутата сельсовета».

Между прочим, почему я коснулся этой темы? Она была полностью исчерпана во время производственной практики на третьем курсе. Тогда Рауля прикрепили к следователю отдела милиции в одном из аграрных поселений, сделали, так сказать, добровольным помощником. Следак, не будь дураком, взвалил на студента всю черновую работу. Хотя и ту по-отечески курировал сам глава районной администрации, чтобы не дай бог, не повязали и не повредили при задержании кого не нужно.

А сам глава был мужик хоть куда. Злопыхатели пытались уличить того в компроментирующих связях с молоденькой секретаршей. Посему Рауль, по подсказке наставника, учинил допрос с пристрастием одной дамочке, основному источнику утечки служебной информации в массы, поварихе при столовой администрации: она часто наблюдала совместную трапезу обоих во вверенном ей заведении.

Рауль подошел к делу творчески. После нескольких искусных приемов психологического давления (так называемых «экзерсисов») подозреваемая устроила банальный побег. Это когда Рауль, крепко взяв ее в греко-римский борцовский захват за бедра, заявил: «Если не признаешься в содеянном, вместе выбросимся из окна».

Кто ж устоит перед таким позором: а вдруг жених или любовник увидит парящую мамзель в объятиях парня, а, скорее, торчащие из земли две пары ног?

Дамочка выскользнула из липких от волнения рук практиканта и осуществила испытательный полет с третьего этажа. Фильдеперсовые же чулки по чистому недоразумению остались в руках детектива. В качестве неопровержимых улик. За их изучением и застали Рауля работники общепита, бросившиеся с половниками на подмогу товарке.

Что произошло с поварихой-«авиатором»?

Во время приземления она плашмя упала в оцинкованную железную ванну с водой, которая размещалась у крыльца и в которой мыли грязные сапоги селяне перед входом в правление. Так что всё удачно.

Тем не менее дотошные коллеги по общепиту решили-таки отвесить Раулю отступных, но поскольку он при их появлении сиганул из окна следом и приводнился в ту же ванну, не успели.

Позже хотели по факту домовымогательства возбудить дело о защите чести и достоинства, однако, Рауль вывернулся, точнее, вернулся через неделю, а уже потом вывернулся, удачно использовав циничную формулировку «за примирением сторон». Этот метод ему также подсказал ушлый Додик, снабдив свою версию «демонстрационным материалом» в виде увесистой пачки казначейских билетов…

Агентство

Частное детективное агентство! Круто! Но где взять начальный капитал? Это проблемка!

Обращаться насчет уставняка к Додику Рауль не хотел: и так за всё должен. Но тут фортуна внезапно улыбнулась ему. В лице среднего брата. Тот, закончив сантехлицей, познакомился в стенах альма-матер с хорошими правильными людьми, которые ввели его в свой ближний круг. И вот уже Комаров-средний, владелец строительной фирмы, молокоперерабатывающего завода, сети магазинов и баров проспонсировал начальные шаги индивидуального предпринимателя. А было это так…

Как-то Рауль, находясь дома и мучаясь от безделья, стоял в ванной под душем с холодной водой (горячей всё равно не было). В левой руке он держал двадцатичетырехкилограммовую гирю, которую периодически с криком «йя» поднимал вверх. Одновременно он делал выпад ногой в сторону змеевика-полотенцесушителя на стене, стараясь попасть между изгибами.

– Закаляешься? – тупо спросил внезапно возникший в дверях брат (у него, между прочим, был свой ключ от квартиры) и подставил ладонь под струю.

– Аг-г-г-га, – стуча зубами, ответил Рауль.

– Ну-ну. а у меня к тебе дело есть. На миллион.