Убийство в трех актах

Убийство в трех актах

Не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого…

Акт 1.

Добро пожаловать в Ад!

Изуродование – это искусство, а человеческое тело – объект…

– Ты наверно думаешь, что я псих, не так ли?

– Отпусти меня, прошу!

– А теперь ответь мне, ты веришь в Бога?

– Черт возьми, конечно! Зачем мне еще идти в монастырь?

– Ну да… Ну да… Знаешь, что я с тобой сделаю? Наслажусь кровью твоего тела. Создам эскиз, а потом, может быть, и картину. Тело человека такое вдохновение. Ха-ха-ха.

– Умоляю, отпусти!

– Слабая ты, монашенка, я думал, ваш Бог будет помогать в таких случаях. Очередное доказательство того, что его не существует.

Он приблизился к ней и начал проводить по ее телу нож. Сначала слабо, потом чуть посильнее, чтобы боль чувствовалась ярко. Проводил сначала по ногам, потом по туловищу, а в конце заканчивал лицом. Получалась шикарная картина. Обычный человек бы отвратился, но для маньяка – это счастье. Он видел в этом живое, подлинное искусство. Он не видел трупа, над которым надругались. Это был портрет, который символизировал всю библию и господа в том числе.

Крик монашенки был очень громким, но ее никто не слышал, кроме самого дьявола, для которого слуги Бога были подпиткой.

Именно монашенки становились его жертвами, так как их он считал праведницами господа в мир. Они разжигали в нем ненависть, гнев, поэтому, без всякого плана, маньяк выжидал, пока кто-нибудь из служительниц выйдет из монастыря. После он просто подходил, почти душил до смерти и нес в свой подвал, который был пропитан запахом дьявола. И все начиналось снова. Разговоры о Боге, мольбы об отпущении и в дальнейшем искусство. Основной эскиз он оставлял себе, вставлял его в рамочку и вешал на стену, а внутренности просто выкидывал в реку. И так у него получилась целая галерея портретов, где сверху было подписано: БОГА НЕТ.

Поиск жертвы начинался сразу после смерти прошлой. Итак, маньяк вышел на охоту.

Он сразу отыскал ту, кто будет следующим портретом. Из монастыря вышла женщина лет пятидесяти, которая была одета в черную монашескую робу.

– Какой раритет для моей галереи! – подумал он.

Маньяк направился за ней. Когда свет – радость для обычных людей, то тьма – это счастье для таких как он. Он шел и думал, какое искусство ему вершить на этот случай. Кожа уже старовата, поэтому следует быть более аккуратным. Когда женщина зашла в переулок, где никого не было, он набросился на нее и сжал ее шею очень сильно. Убийца не хотел останавливаться, ведь такая манера ему доставляла огромное удовольствие. Но искусство требует жертв, поэтому пришлось остановиться. От монастыря до его подвала было недалеко, и, взвалив тело на свою шею, потащил ее в место пребывания дьявола.

Затащив ее, маньяк начал бить ее, чтобы очнулась и пришла в себя. Долго ждать не пришлось, ведь он бил ее с такой силой, которой позавидовал бы сам Ахиллес.

Очнувшись, женщина не понимала где она и что происходит. Страх окутал ее душу.

– Здравствуй, монашенка! Ты даже представить себе не можешь, как я рад, что именно ты станешь моим новым портретом.

– Господи, кто ты?

– Не смей говорить такие слова, если я не разрешу!

Он ударил ее кулаком по лицу.

– Кто я? Называй меня художником. Вот взгляни – это твои сестры или как вы там себя называете.

На стене были рамки, в которых находилась изуродованная кожа, в основном с лица. Эти лица были подвешены так, будто они улыбаются и говорят – Ха-ха-ха, ты следующая.

– Ну что? Тебе нравится? Готова стать мои следующим произведением искусства?

– Ты не художник! Ты монстр!

– Разве так можно говорить человеку, от которого зависит твоя никчемная жизнь?

– Господ меня спасет! И только он!

– Хочу тебя разочаровать, его не существует.

– Бог всегда был, есть сейчас, и будет, пока в этом мире существует вера. Ты ничего не сможешь сделать против веры. Убив меня, лишь докажешь свою никчемность против господа.

– То есть… Монашенка, ты не боишься смерти? Ха-ха-ха… Впервые вижу такое, эти же молили отпустить их.

– Зачем бояться смерти? Бог на всех простит и примет в новый мир.

– Не существует вашего Бога!

– Заблуждаешься, бедный и запуганный мальчик.

– Я думаю, твое время закончилось. Ты меня развлекла, даже немного разозлила. И теперь я готов творить.

– Да, ты прав. Надеюсь, он тебя простит и примет, как сына своего.

Pater noster, qui es in caelis;

sanctificetur nomen tuum;

adveniat regnum tuum;

fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra.

Panem nostrum quotidianum da nobis hodie;

et dimitte nobis debita nostra,

sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;

et ne nos inducas in tentationem;

sed libera nos a malo. Amen.

– Что ты, черт побери, несешь, старая дура?!

– Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Художник набросился на нее и выпотрошил ее тело со злостью, присущую только самому дьяволу.

– Ну… Вот… Картина не получилась – расстроено сказал он.

Акт 2

Предательство.

Предать свои убеждения – это что-то сопоставимое с тем, как будто тебя раздели и оставили на холоде, так как именно это чувство ты и ощущаешь. Твой внутренний мир резко меняется, и ты не понимаешь, что делать дальше. Теперь твоя душа – это степь, по которой катаются, перекати поле, которые пытаются восстановить тебя, но все четно, и они просто продолжают катиться в надежде на что-то хорошее.

Но другое дело, когда ты совершаешь эту наглость не для выгоды, а потому что так требует жизнь. Если брать нашу работу, то порой обстоятельства вынуждают нас совершать такие поступки, но я уверен, что если кто-то все-таки сидит наверху, то он видит это и понимает, что это вынужденная мера – это же твои слова Марк, не так ли?

– Да… Я помню, я говорил их тебе, когда ты промахнулся и попал пулей в того деда, а не в преступника.

– И тогда, этими словами, ты мне очень помог. И сейчас я хочу помочь тебе!

– Зачем мне помощь? Сам справлюсь.

– Друг, я же вижу, что ты уже вторую неделю никакой ходишь. Я не знаю, что у тебя внутри, но очень хотел бы узнать, чтобы помочь.

– Время мне поможет. Не знаю, сколько его должно пройти, но оно мне поможет.

– Конечно, ты прав, время все лечит. Но чтобы это долго не продолжалось, нужны друзья, которые всегда могут помочь. А у тебя они есть!

– Зачем мне друзья в этой ситуации? Это была моя ошибка, и я сам обязан пронести ее через свой путь.

– Марк, я хочу тебе помочь, как однажды, ты помог мне! Послушай пожалуйста!

В момент последней фразы, сказанной детективом Александром Черешевым, в полицейский участок забежал почтальон. В руках у него была маленькая коробочка, но что было внутри нее, оставалось загадкой.

– Добрый день, посылка на имя Марка Войнова.

Детектив Марк Войнов забрал посылку и отпустил почтальона, дав ему на чай.

Он распечатал маленькую коробочку и увидел в ее углу флэшку, которая была обвернута человеческим ухом.

– Господи… что это? – сказал Черешев.

– Пока не знаю, но скоро мы это выясним.

Войнов подключил флэшку к компьютеру, и на экране сразу высветилось видео, на котором был человек в черной робе монаха, а лица вовсе не было.

Через несколько секунд он заговорил:

Добрый день, детективы!

Хочу вас обрадовать!

В подвале вашего участка находятся мои подарки вам!

Обязательно загляните!

И последний вопрос: Вы верите в Бога?

Если да, то, сколько мне еще подарков придется сделать?

Ах, да, чуть не забыл, я оставил вам портреты из моей галерее, прощу прощения, что не все, уж больно дороги они мне!

Хорошего дня, мои марионетки!

На этом моменте запись прервалась.

Весь участок был в недоумении. Они просто стояли минуты две, не понимая, что произошло. Но тут Марк опомнился.

– Подвал! Нужно его быстро проверить! – сказал Войнов.

Детектив ринулся к подвалу полицейского участка. Еще-то местечко, которое хранит в себе больше, чем любой государственный архив. Марк спустился вниз по лестнице и начал медленно продвигаться, предварительно достав пистолет. Подойдя к двери, к нему подбежал Черешев.

– Ну что? На счет три – сказал Александр. Раз… Два… Три… Давай!

Марк ударил ногой дверь и перед ними открылся проход в бывшее пристанище маньяка. Там было очень темно, так как никто не считал нужным провести свет в это место. Черешев достал телефон и начал светить, постепенно проходя через горы бумаг, лежавших на земле. Через несколько секунд он почувствовал ужаснейший запах, от которого у него начался рвотный рефлекс. Александр решил посвятить на то место, откуда чувствовался этот запах, и увидел ужасающую картину.

– Господи… Марк, ты где? – сказал он.

– Я сейчас…Чертовы бумажки! Пока пройдешь через них, вся жизнь пролетит. Кто-нибудь их вообще читает… В этот момент, Марк увидел то, что видел Черешев. Господи… Это какой дьявол у него в голове, чтобы такое натворить?

Пол и все стены были в отпечатках рук, которые были в крови. А на самом полу, лежали два тела без голов, что приводило детективов в адский ужас. Они, конечно, за свою карьеру много чего видели, но такой жестокости, притом по отношению к служительницам господа, им не приходилось встречать.

– Это еще не все! Смотри! – заметив что-то, сказал Черешев.

Марк посвятил на то место, которое ему указал его друг, и увидел, что на стене были две рамки, в которых была человеческая кожа. И подняв фонарик чуть вверх, он увидел надпись, написанную, по-видимому, кровью жертв: БОГА НЕТ.

– Что за псих, какого черта он убивает именно монашек? – сказал Александр

– Понятия не имею, но именно это нам и придется выяснить, так как послание же было нам, в отделе только мы детективы – ответил Марк.

После всего увиденного, детектив Марк Войнов вышел из подвала и поднялся обратно, для того чтобы сообщить о том, что им пришлось увидеть. Сразу же последовали звонки и на протяжении нескольких часов сотрудники правоохранительных органов работали над тем адом, который им устроил загадочный маньяк. Конечно же, дело поручили Марку и Александру, так как они были единственные детективы в участке, а также первые, кто увидел этот ужас. Во время этой работы, Марка и Александра вызвал их шеф – полковник Язвинов.

– Господа, вы же понимаете, что если мы не раскроем дело быстро, его возьмет на себя ФСБ, а мы попадем в опалу, так как, черт возьми, это все произошло в нашем участке –

сказал Язвинов.

– Конечно, мы понимаем – ответил Черешев.

– Итак, Марк, Саша, какие у вас предположения имеются?

– Слишком много вопросов, почему именно монашки, почему наш подвал и почему именно нам, этот псих отправил послание – сказал Марк.

– Значит, на эти вопросы нужно найти ответы! Вперед! – ответил Язвинов.

Детективы вышли из кабинета и направились к столу, где они обычно сидели.

– Наши действия? – спросил Александр

– Для начала узнать, откуда были те женщины.

– И как ты предлагаешь это сделать?

– Нужно проверить, может, были заявления о том, что кто-то пропал.

– Будет сделано, босс – ответил Черешев.

Достав сигарету, Марк закурил ее и начал думать, пытаясь подвести общие факты к одному общему умозаключению, но все сводилось к одним и тем же вопросам. Несомненно, Войнов был хорошим детективом, но такое дело было у него впервые. Психов много, но таких, которые воплощают свои безумные идеи в действия – единицы. В тот момент, он даже не подозревал, что что-то в нем изменилось, что что-то не так.

Через час в участок пришла девушка, лет двадцати пяти. Стройная брюнетка, которая была одета в джинсы, кофту и пальто, что только подчеркивало ее стройность. Она обратилась к первому полицейскому, которого увидела, и ее направили к Марку, так как именно он ей и нужен был.

– Здравствуйте, вы Марк? – спросила Девушка

Марк обернулся и внимательно посмотрел на девушку.

– Меня зовут Соня, и мне нужна ваша помощь.

– Я внимательно слушаю вас – ответил Марк.

– У меня пропала сестра. Мы должны были встретиться вчера, но она не пришла. После я неоднократно звонила, но ответа все равно не было. Я начала сильно волноваться, и сразу же пошла сюда.

– А где вы должны были встретиться?

– Возле церкви, недалеко отсюда.

– А почему именно возле церкви?

– Она монашка.

– Становится интереснее. Если не личное, то не могли бы вы рассказать, почему она решила пойти туда, и ее имя?

– Ее зовут Марина, и если честно, то причины она мне так и не сказала.

– Может из-за семьи, или у нее какие-то душевные проблемы?

– В том то и дело, что нет, семья у нас прекрасная и обеспеченная, а насчет проблем, ну, я не замечала в ней ничего такого до такого, как она туда ушла.

– Когда она ушла?

– Года три назад. Просто вернулась домой с учебы и заявила, что бросает учебу и уходит в женский монастырь.

– Странно… Очень странно…

– Да. А вы представьте, что испытала наша семья в тот момент…

– Так, ладно. Тогда… В этот момент Марк вспомнил о тех двух головах, которые находились в подвале, и по его телу пошла неприятная дрожь. Может какая-то из тех голов была ее голова? – спросил себя детектив. Как бы это было неприятно, но нужно принести ей фотографии тех голов, именно она сможет опознать ее, если это все-таки она, и тогда будет зацепка – подумал Войнов.

– Что тогда? – спросила Соня.

– Подождите пару минут. Мне нужно отойти.

– Хорошо.

Через десять минут Марк вернулся с двумя фотографиями.

– Попрошу вас сейчас сохранять максимальное спокойствие, я вам покажу две фотографии, может это ваша сестра.

Войнов положил перед Соней эти фотографии.

Через несколько секунд, девушка, предварительно закрыв руками рот, громко закричала, а после у нее пошли слезы. Было видно, что каждая ее слеза пропитана адским страхом. У нее началась паническая атака, и она начала падать в обморок, но Марк успел ее подхватить и аккуратно посадить на стул.

Соня была в сознании, но ничего не хотела понимать, или просто не могла.

– Воды, срочно воды! Черешев! – закричал Марк.

Через несколько секунд подбежал Александр со стаканом воды и поднес его к губам Сони. Он хотел ей помочь выпить его, но она сама взяла стакан в руки и начала жадно пить, как будто это была ее последняя вода в жизни.

Девушка решила отойти в уборную привести себя в порядок. Спустя несколько минут она вышла, села на стул и показала пальцем на вторую фотографию. Потом надела пальто и собиралась уходить, но ее остановил Марк.

– Простите, что задерживаю, но вам точно не нужна помощь? Мой напарник может вас добросить до дома, не хотелось бы, чтобы вы снова оказались без сознания, только уже на улице.

– Нет, не надо… То есть, спасибо конечно, но я лучше прогуляюсь, я не знаю, что теперь делать, я ее любила всегда и принять теперь такое… я не знаю как просто это делается. Мне лучше побыть одной. Я даже ничего не хочу спрашивать, про того, кто это мог сделать.

– Конечно, я вам соболезную, если нужна будет помощь, вы всегда можете набрать… Марк достал ручку, и оторвав от листа четвертинку, записал ей свой номер.

– Спасибо, детектив, я вам очень признательна.

Соня вышла из участка и направилась в неизвестном направлении, а Марк решил пересмотреть то видео в надежде найти еще хоть какие-то зацепки.

И так он продолжал это делать на протяжении часа. В один момент очередного просматривания, к нему подошел Черешев.

– Ну что, Марк, нашел что-нибудь?

– Бессмыслица какая-то, ничего не понимаю. В видео сплошная темень, видно, что он не на улице, а в здании, но ничего нельзя разобрать.

– Так, пойдем, выйдем, покурим, как раз мозги проветришь. Через час конец рабочего дня, мы уже вряд ли, что-то сможем найти.

Марк сидел в ступоре минуты две.

– Ну? – спросил Александр.

– Ладно, пойдем.

Детективы вышли на улицу и закурили.

– Тучи сгущаются, скорее всего, ливень будет – сказал детектив Черешев.

– Я люблю такую погоду – ответил Марк.

– С каких пор ты начала любить мрачную погоду?

– Ты прекрасно знаешь, с какого момента.

– Господи, Марк, перестань уже винить себя! То была лишь случайность, и ты это сам прекрасно знаешь.

– Не могу.

– Почему? Я же смог пережить это.

– Это ты, а это я. Мы очень разные.

– И что?

– И то, Черешев, я каждое утро встаю, и у меня эта картина перед глазами. Я просто мечтаю, чтобы день быстрее закончился, чтобы сон сбил у меня эту картину.

– Черт, Марк… Тебе просто нужно принять это!

– Саша, ей не больше десяти было!

– Я понимаю, но…

В этот момент, Марк докурил сигарету, выбросил окурок, и пошел к своей машине.

– Скажи шефу, если вдруг спросит, по срочным обстоятельствам уехал.

– Марк! Стой! Ты куда собрался?

– Замазать эту чертову картину!

– Ты снова бухать что ли?!

На этот вопрос Марк не ответил, он просто сел в машину и уехал.

Детектив Войнов отправился в бар, который находился недалеко от его дома. Последнее время он там часто выпивал. Ну, если быть точнее, он не пил, а набухивался до отключки, чтобы забыть тот момент, который убивает его изнутри. И в правду алкоголь заглушал его процесс уродования себя, но лишь до того момента, пока он не приходил в себя. Потом начиналось все заново. Марк обещал жене, а что важнее себе прекратить пить, но каждый раз, вспоминая те события, его душа просила хоть капельку спирта, чтобы вновь войти в то состояние, которое спасало его. Многие в том баре знали Марка и очень завидовали его печени, так как такой объем водки, вряд ли выдержит каждая печень. Люди часто подходили и спрашивали его, почему он так много пьет и в ответ Марк отвечал одну и ту же фразу: Совершил ошибку, о которой буду жалеть всю жизнь.

Моментами Марк напивался так, что в баре завязывалась драка, и детектив не всегда выходил из нее победителем. На следующий день он приходил в участок, и Черешев его спрашивал, откуда синяки и тот отвечал: Ты и так знаешь.

Несомненно, и не обходилось без разных половых связей с другими девушками. Если Марку понравилась какая-то дама, то он мог просто пофлиртовать с ней, а затем и предаться порочной связи. И для него это стало обычной практикой. Жизнь его, как он считал, катится к дну, так что терять нечего.

С того момента, как этот образ жизни начался, жена Марка – Ирина, почти забыла такое понятие, как муж дома или муж приходит на обед. Несколько раз детектив забывал о праздниках родственников Иры, при условии того, что она напоминала ему об этом. Девушка прекрасно знала о похождениях мужа, но ничего не могла сделать и не пыталась, как будто Марк ей передал свое отчаяние. Поэтому она была просто рада видеть его утром не мертвым. В начале трагедии Ира пыталась узнать, что произошло, но детектив так и не рассказал ей о той ужасной ночи, в которой он оказался главным актером.

Вот так, какой-то случай может ломать жизнь не только одну человеку, но и его близким тоже.

Но эта ночь должна была открыть новые двери перед Марком, и возможно, закрыть старые.

Детектив зашел в бар, присел на стул возле барной стойки и попросил налить ему, как обычно. Ему налили водки, он выпил и попросил добавить, а после оперся на левую руку и положил свою голову на нее и в этот момент увидел Соню, ту девушку, которая была днем в участке и опознала убитую монашку, которая оказалась ее сестрой.

– Соня? – спросил Марк.

Девушка обернулась.

– Детектив… Не помню как ваз зовут, прошу прощения… Какая неожиданность!

– Мое имя Марк. Я смотрю, вы запиваете горе…

– Как точно подмечено… Домой идти я не имею желания, пусть лучше здесь напьюсь, а там как повезет – с грустью сказала девушка. А вы что здесь делаете?

– Залечиваю старые раны, так сказать.

Марк и Соня продолжили разговор. В основном Соня рассказывала про свою убитую сестру, а Марк, уже достаточно выпивший, просто сидел и слушал. Но в один момент детектив захотел открыться девушке то ли из-за алкоголя, то ли из-за того, что ему очень понравилась Соня и она вызывала в нем те чувства, которые давно превратились в камень. Он решил ей рассказать то, о чем знал только Черешев, и лишь потому, что он находился в тот момент рядом с Марком.

– Соня, я хочу тебе кое-что рассказать, никто кроме моего напарника об этом не знает, и я не хочу об этом никому рассказывать, но смотря на тебя, я почему-то хочу поговорить об этом событии. Я не знаю, захочешь ты меня слушать или нет, ведь твое горе не сравнимо с моим, и я обещаю тебе, что найду и завалю того гондона, который это сделал.

– Марк, не бойся, пожалуйста, рассказывай, конечно. У меня так же, как и ты сказал. Я не встречала еще человека, такого как ты. Ты какой-то другой, особенный в каком-то смысле. Понимаешь, мне нравится простом смотреть на тебя, я это заметила еще тогда, в полицейском участке. Поэтому, ты можешь мне рассказать все.

– Хорошо, спасибо. Я хочу рассказать тебе о событии, которое полностью изменило мою жизнь. Я считаю, что после случившегося, я не должен жить вообще, я думаю, что предал себя, все свои убеждения и принципы.

– Марк, я вижу, как тебе тяжело об этом говорить, но ты сможешь, я верю в тебя!

– Я помню этот день отчетливо, потому что он каждый раз в моей голове. У нас тогда было дело, я и Черешев искали одного маньяка. Этот ублюдок был педофилом, и из-за него пропало немало маленьких девочек, им было всего по лет семь. Он игрался с нами, водил за нос, пока в один день, я понял, куда он повезет свою очередную жертву, это был один из заброшенных домов за городом. Конечно, мы тот дом проверяли и не раз, но ничего не находили, ведь, возможно, у него было много точек, где он насиловал маленьких девочек. Мы направились туда и, как подъезжали, увидели, что горит свет на втором этаже. Я сразу же побежал в дом, поднялся на второй этаж и увидел очень страшную картину. Вот, представь просто. Три девочки лежат на полу, который был измазан кровью, и плачут, видимо в тот момент, этот педофил еще не успел изнасиловать их. Я посмотрел в другую сторону и увидел ванну, которая была наполнена кровью, и в не лежали две девочки, мертвые… Во мне тогда взыграла невероятная ярость, я начал метаться по дому в поисках этого ублюдка и набрел на подвал. Спустившись вниз, мне пришлось включить фонарик на телефоне, так как было очень темно. И буквально через несколько секунд я слышу, что кто-то бежит и, испугавшись, резко стреляю из пистолета. Шаги прекратились. Я продолжаю свой путь и свечу вниз, как вижу девочку, лет семи, с простреленной головой. И я понял, что убил ее. Я не могу даже передать те эмоции, которые я испытал. Та девочка, просто смогла выбраться из оков и побежала искать выход. У нее была вся жизнь впереди, если бы не я… Я не хотел этого… После этого я постоянно начал посещать церковь… Я просил у Бога прощения за свой ужасный поступок… Искренне поверил в него и верю до сих пор… С того момента у меня также началась запойная жизнь. А теперь появился еще один маньяк, который играется с нами. И я не знаю, что мне делать дальше… Скажи, Сонечка, что мне делать? Я не могу простить себе тот поступок и чувствую, что никогда не прощу.

– Господи… Марк… Это конечно ужасно, но это не твоя вина. Почему ты этого не понимаешь?

– Я… не знаю. Я пытался разобраться в этом и не раз, но все сводилось к одному. Я просто видел эту картину снова, и понимал, что уничтожил все будущее той девочки.