Культурная эволюция Homo sapiens. История изобретений: от освоения огня до открытия электричества

Неандертальцы и огонь

Очаги и кострища на их стоянках (как на территории Западной Европы, так и на Ближнем Востоке) встречаются довольно часто, но не на всех. На некоторых стоянках следов использования огня нет вообще, получается, что продолжительные периоды мустьерской культуры неандертальцы жили без огня, даже в периоды относительно холодных условий. Тафономические проблемы (закономерности процессов захоронения и образования ископаемых остатков организмов), окаменелость, смещение геологических и биологических процессов или неполнота осадочных данных участка не являются достаточными для объяснения относительного отсутствия доказательств огня. То есть не подлежит сомнению, что какая-то часть неандертальцев не знала огня, и это не смотря на то, что они жили в холодной Европе в ледниковый период! [15].

Но давайте рассмотрим, для чего был нужен огонь неандертальцам.

Вряд ли огонь использовался для выжигания участков старой растительности, что помогало в охоте на животных. Хотя приматы пользуются преимуществами природных пожаров и могут организовать свое поведение вокруг пожара в своих целях – для поиска обгорелых и погибших в огне животных. Но приматы не умеют ни добывать огонь, ни поддерживать его. [16] Так для чего же он был им нужен?

1. Возможно, огонь требовался для процесса получения химической смазки и клея. Археологические данные свидетельствуют о том, что неандертальцы и ранние хомо сапиенсы использовали огонь не только для обогрева и приготовления пищи, но и в качестве важного компонента технологии производства новых материалов, включая клеи для изготовления каменных изделий.

Найденная на нескольких каменных орудиях смазка показывает, что неандертальцы уже к концу среднего плейстоцена использовали кору бересты для получения липкой смолы для крепления каменного лезвия к деревянной или костяной рукоятке. Получение березового дегтя (или смолы) достаточно прост. Березовую кору подвергают обжигу при температуре от 340 до 400 °С вблизи булыжника. Смола оседает на камни и может быть соскоблена для дальнейшего использования при изготовления орудий труда. [17]. Схожую смолу неандертальцы получали также из соснового сока, сок быстро затвердевает под воздействием воздуха, его приходится нагревать на огне, чтобы превратить в жидкий клей.

Такие смолы были обнаружены на среднепалеолитических стоянках Кампителло (Италия) [18], Кенигсауэ (Германия) [19] и Инден—Альтдорфа (Германия) [20].

Но этих данных недостаточно для вывода, что огонь служил неандертальцам только для получения жидкого клея.

2. Но, возможно, использовался для обработки и выделки шкур дымом?

Дымовое дубление, то есть обработка шкур путем длительного воздействия богатого углеводородами дыма, производится во многих племенах охотников-собирателей. [21]

Хотя неандертальцы, безусловно, использовали шкуры животных, но могли ли они использовать огонь и дым для высушивания и обкуривания шкур, скорее всего, мы никогда не узнаем.

В ходе этнографических наблюдений за первобытными племенами было замечено, что обкуривание шкур дымом- составная часть длительного процесса подготовки шкуры, в который входят очищение шкуры от подкожной клетчатки, частиц жира, мяса, удаление волос, растяжка, сжимание, и. т. д. Удаление излишков плоти и подкожного жира с внутренней стороны шкуры делает кожу более эластичной, улучшает ее податливость и сохранность. Таким образом, наиболее вероятно, что обкуривание шкуры будет происходить только при наличии хорошо разработанной технологии, а многие элементы такой технологии очень редки или вообще отсутствуют у неандертальцев. К таким элементам относятся скребки, (для очищения от жира) которые почти повсеместно ассоциируются с обработкой шкур среди более поздних культур охотников-собирателей. Также отсутствует мелкие инструменты из камня или кости, иглы, которые могли использоваться при изготовлении одежды [22]. Таким образом, если бы неандертальцы использовали шкуры в качестве сырья для одежды, контейнеров для еды и укрытия, их технология обработки шкуры была, вероятно, слишком примитивной и не была развитой до такой степени, чтобы они могли использовать прокуривание для просушки и обработки кожи. Интересно было узнать в ходе этнографических наблюдений, что древесный дым выделяет полициклические ароматические гидроугли, которые уменьшают рост микроорганизмов, активность ферментов, окисление и заражение насекомыми [23].

3. Возможно использование огня для отпугивания хищников. [24] Однако такая цель вряд ли оставит отчетливые следы в археологических записях.

Согласимся, что огонь нес с собой и опасность, даже смерть, во время стихийных пожаров людям случалось гибнуть. Но ведь человек преодолел свой страх перед огнем.

Тут надо заметить, что страх перед огнем способны преодолевать и представители животного мира. Жуки-пожарники специально летят к местам пожарищ, чтобы отложить яйца в трупы погибших животных. Австралийские птицы-хищники прилетают на места естественных пожаров и, взяв тлеющую ветку, переносят ее на другую территорию, ближе к местам своих гнездовий, вызывая искусственно малый пожар, чтобы потом кормиться самим и кормить своих птенцов мясом погибших при пожаре животных. Не умея разводить огонь, эти представители животного мира между тем вполне целенаправленно пользуются им. Да и звери не столько боятся самого огня, сколько человека, вооруженного огнем. Широко известный шведский натуралист Ян Линблад неоднократно наблюдал, как различные звери приближались к огню и принюхивались к нему, а в Индии тигры, не обращая внимания на пылающие очаги, пробирались к деревням и уносили собак, домашний скот, а иногда и людей. [25]

4. Но, возможно, огонь использовался для термообработки деревянных и каменных орудий.

Ведь деревянные артефакты, играли значительную роль в эпоху нижнего и среднего палеолита [26] и археологами было обнаружено достаточное количество деревянных орудий. [27]

Однако использование огня для придания формы еще не было окончательно доказано ни для одной из этих находок. То же самое относится и к термической обработке каменных орудий для повышения их вязкостных свойств. Такое применение обработки возникает в гораздо более поздний период верхнего палеолита – уже во времена сапиенсов [28].

5. Кажется правдоподобным предположение, что огонь мог использоваться для консервирования продуктов (копченое мясо).

Современные охотники-собиратели используют различные технологии для продления срока хранения мяса, которые включают копчение, сушку, соление и применение других натуральных консервантов (например, ягод с дубильной кислотой). Все эти действия служат для нейтрализации бактериальных процессов, которые вызывают быстрое разрушение мяса. В настоящее время нет убедительных доказательств того, что какие-либо из этих методов консервации, в том числе с использованием огня, применялись во время европейского среднего палеолита, и доказательства, что неандертальцам был знаком такой вид консервирования, очень редки. Например, густой пепел и угольные отложения, связанные с рыбными остатками в мустерских слоях в Гроте XVI (Франция), были предложены в качестве потенциальных доказательств копчения рыбы, но прямых подтверждений этому нет [29].

По-видимому, перечисленные виды использования огня не были существенной частью мустьерской культуры неандертальцев.

6. Остается сказать об использовании огня для приготовления пищи и обогрева.

Они являются (за очень редкими исключениями) самыми распространенными и универсальными среди людей повсюду, и есть много оснований полагать, что они представляли собой основные аспекты адаптации и неандертальцев.

Среди современных охотников-собирателей приготовление мяса и растений (например, клубней) на огне является, по существу, ежедневным занятием [30]. Хотя есть примеры групп собирателей, которые едят сырое мясо, тем не менее все известные общества большинство своих мясных ресурсов едят в приготовленном виде. То же самое верно в отношении растительных ресурсов [31].

Обнаруженные очаги Западной Европы (Пеш де л’Азе, Рок де Марсаль, Абрик Романи, Фумане) и Ближнего Востока (Кебара, Тор Фарадж) использовались в течение длительного времени. О том, что неандертальцы не просто грелись у костров, но и готовили на них пищу, свидетельствуют, например, следы огня на костях копытных животных в пещере Кебара в Израиле. Они встречаются на мясистых трубчатых костях конечностей, причем концы костей обожжены сильнее, чем средние части, на которых находилась большая часть мяса.

Но есть и более конкретные свидетельства того, что неандертальцы не были 100-процентными мясоедами и были знакомы с разнообразной кулинарией. Источником уникальных сведений стал анализ зубного камня древних людей. Исследование находок в пещере Амуд в Израиле показало, что, видимо, местные неандертальцы употребляли в пищу семена растений, а в пещере Кебара (в Израиле же) были обнаружены обугленные остатки плодов бобовых и фисташковых. В пещере Спи (Бельгия) в зубном камне неандертальцев Спи 1 и Спи 2 было обнаружено большое количество гранул крахмала, которые ученые определили как относящиеся к корневищам водяных лилий (кувшинок).

Так, на зубах сорокалетнего неандертальца Шанидар 3 были обнаружены гранулы крахмала, фиников, бобов и ячменя. Исследователи сравнили гранулы крахмала ячменя – сырые, жёваные, варёные и жареные. Оказалось частицы ячменя в зубном камне шанидарского неандертальца по форме очень похожи на полученные при варке в воде [32]. Хоть это звучит почти невероятно, но приходится согласиться с тем, что неандертальцы были знакомы с кашей из ячменя! В общем, неандертальцы использовали сложные и разнообразные пищевые стратегии: и на крупных животных охотились, и финики с бобами собирали, и кашу варили, т. е. в этом плане они ничуть не хуже современных им сапиенсов, да и многих нынешних племен охотников-собирателей.

Правда, остается еще вопрос, как они ее готовили.

Методы приготовления пищи, доступные нашим предкам на протяжении большей части плейстоцена, были очень простыми: дичь, мясо, растительные продукты обжаривались непосредственно на огне. Следующее значительное изменение в кулинарной технологии произошло гораздо позже, когда люди научились готовить на воде. Варка значительно увеличивала усвояемость и ценность пищи.

Огнеупорные контейнеры, такие, как керамика – более позднее изобретение. В некоторых районах, таких как Китай, Дальний Восток России и Япония, керамические сосуды появляются в очень небольших количествах в конце последнего ледникового максимума, то есть 20—19 тыс л.н, но в большинстве районов мира находки керамики относятся к голоцену -11,7 тыс л.н (подробно о истории изобретений керамике в главе «Керамика») [33]

Это означает, что при отсутствии или до появления глиняной посуды любой вид «жидкой кулинарии», то есть приготовления пищи на воде (варка, кипячение, вымачивание, обваривание и приготовление на пару) должен был происходить в каких-либо водонепроницаемых контейнерах, или в ямах, и это, в свою очередь, потребовало бы использования раскаленных камней. Такие сосуды, емкости и контейнеры изготавливались из шкур, желудков животных, коры деревьев, и других предметов. По своей природе это непрочные и легковоспламеняющиеся материалы, они уступали керамике. Над огнем они быстро разрушались, и все содержимое— жидкая еда – могло вылиться до того, как достигнет необходимой для варки температуры. Но все же в таких емкостях (или в ямах с водой) воду можно довести до кипения, если бросать в нее нагретые на огне раскаленные камни (или горячие угли).

Примечательно, что камни при нагреве часто меняют цвет и текстуру. Характеристики изменений зависят от таких факторов, как природа и состав камней (например, гранит, кварц, песчаник, известняк), их пористость и проницаемость. продолжительность нагревания и его температура, число использований и т. д. В дополнение к изменениям цвета и текстуры, камни часто растрескиваются или раскалываются, образуя отчетливо нерегулярные поверхности разрушения и значительные количества крошечных обломков или песка. Было проведено много экспериментальных исследований, документирующих, что происходит с камнями при нагревании в печи, и, что происходит, когда горячие породы «гасятся» в холодной воде, как это бывает при варке камня. [34].

Использование различных камней при варке, вполне могло натолкнуть наших предков на мысль, что различные камни и минералы обладают различными свойствами плавления, то есть зачатки металлургии могли появиться уже в верхнем палеолите задолго до изготовления керамической посуды, но этого не произошло, и выплавку металла люди освоят только в энолите, за 4 тыс. лет до н.э. (подробно о металлургии см. часть «Металлургия»), то есть на несколько тысяч лет позже, чем керамическую посуду.

Кипячение с помощью раскаленных камней было более утомительным и трудоемким, чем прямое нагревание в сосудах, занимало больше времени и требовало больше топлива, приводило к загрязнению пищи из-за золы, которая почти неизбежно переносилась вместе с нагретыми камнями в контейнер, не говоря уже о мусоре. Но все же других вариантов не было, и таким способом варки древние люди пользовались очень долгое время, пока не изобрели керамику.

Этнографы в XVIII – XIX вв. замечали, что во многих племенах охотников и собирателей, еще не освоивших гончарного производства, использовали такой метод кипячения воды в ямах и в емкостях. По крайней мере, именно так еще недавно поступали ительмены и индейцы.

На сегодняшний день есть косвенные доказательства, что жидкое приготовление пищи уже осуществлялось в верхнем палеолите сапиенсами. Правда, как считает профессор антропологии Мичиганского университета Джон Спет, есть косвенные доказательства, что таким же образом готовили пищу и жители среднего палеолита – неандертальцы [35]. Он полагает, что березовая смоляная мастика, о которой говорилось выше, служила идеальным материалом при изготовлении кухонных сосудов. В настоящее время удачно проходили опыты по воспроизведению традиционных методов американских индейцев, получавших сироп путем кипячения кленового сока с помощью лотков из бересты, помещенных непосредственно на горячие угли. [36].

Правда, помимо бересты и коры деревьев у неандертальцев был широкий доступ к шкурам, желудкам и брюшкам животных, которые также в некоторой степени являются пригодными для использования в качестве контейнеров при варки пищи.

Вероятнее всего, неандертальцы погружали мешки из шкур или бычьи желудки с ячменем в земляные ямы, наполняли водой, куда опускались раскаленные на огне камни.

В настоящее время лучшим доказательством предварительной «жидкой кулинарии» и варки являются крахмальные зерна, извлеченные из зубного камня Шанидарского неандертальца. [37] Эти зерна искажены таким образом, что наводят на мысль о приготовлении пищи в присутствии влаги. Очевидно, что эти данные не доказывают, что неандертальцы или более ранние гоминины действительно готовили пищу с водой, но, учитывая простоту технологии и широкое наличие подходящих материалов для контейнеров, это представляется весьма вероятным.

С. Лоринг Брейс, профессор антропологии Мичиганского университета, в ряде научных работ, опубликованных с 1970 – х по 1990 -е годы, зафиксировал заметное уменьшение размера неандертальских коренных зубов моляров, начиная, возможно, со 100 тыс. л.н, и приурочил эту тенденцию к развитию технологий обработки пищевых продуктов человеком, особенно к появлению «земной печи» для приготовления пищи [38]. По словам Брейса, «в течение многих лет археологические находки, относящиеся к мустьерскому и верхнему палеолиту, фиксировали то, что они называют „очагами“ с количествами связанных повторно потрескавшихся и почерневших булыжников или „речной гальки“ размером с человеческий кулак или немного больше». Имеются хорошо документированные данные о неглубоких очагах в форме ямы для среднего палеолита, в некоторых местах с отложениями золы (например, Пещера Кебара в Израиле, Грот XVI Дордонь и Пеш-Де-Лазе во Франции, пещера Абрик Роман в Испании) [39].

Ямы, которые использовались для приготовления пищи с раскаленными камнями, в среднем палеолите очень редки. Хотя доказательства наличия такого рода поверхностных особенностей, возможно, были, но со временем исчезли, или стерты геологическими процессами. Любая яма со временем может засыпаться породами [40].

Но появление настоящей кулинарной практики приготовления пищи на воде – варки, является заслугой Homo sapiens

Использование раскаленных камней для кипячения воды в очаге неглубокой ямы было обнаружено археологами пещеры Эль-Мирон Испания, (Мадленская культура около 15 500 до н. э.). Очаг и камни как оптимальный способ обработки пищи использовался и поддерживался и Homo sapiens. Многие булыжники имеют поверхностные трещины, как результат воздействия огня. [41].

Большинство этнографически задокументированных исследований говорят, что кулинария варения на воде, в ее многочисленных вариантах, сегодня является неотъемлемой и жизненно важной частью человеческой кулинарной практики по всему миру, и ее важность очевидно не только среди земледельческих народов, но и у охотников- собирателей. Тем не менее, широкое распространение глиняной посуды среди поздних доисторических охотников-собирателей как в Старом, так и в Новом Свете указывает на то, что кипячение было частью кулинарной практики многих племен в середине-конце голоцена и в некоторых областях намного раньше [42].

Казалось бы, в свете всего сказанного возможен единственный вывод: неандертальцы прекрасно владели огнем. Но как согласовать это с тем фактом, что немало и таких неандертальских стоянок, на которых какие-либо следы огня вообще отсутствуют?

Неандертальцы использовали огонь для приготовления пищи в некоторых местах и временах, летопись их использования огня несколько отрывочна и имеет переменную историю, свидетельства приготовления пищи также непостоянны и спорны. Некоторые специалисты даже утверждают, что еще в среднем палеолите неандертальцы могли поддерживать огонь, но не могли его искусственно добывать [43]. Возможно, неандертальцы обладали способностью добывать огонь, но во всех стоянках были обнаружены следы огня.

Все же в среднем палеолите на некоторых европейских и левантийских стоянках имеются достаточные доказательства присутствия огня в виде отдельных очагов из древесного угля, золы и измененных огнем отложений. Были найдены обугленные и обожженные кости, подвергнутые нагреву камни. Если в огонь добавить кости, то вместе с деревом костер обеспечивает более длительное время горения и лучшую теплопроводность, чем если бы в составе топлива была только древесина. К тому же сочетание дров и костей значительно сокращает затраты древесины [44]. Эти результаты убедительно свидетельствуют, что неандертальцы не только знали, как поддерживать огонь, но и экспериментировали с различными видами топлива, чтобы иметь возможность выбрать наиболее эффективные.

Кулинарная гипотеза

Впрочем, споры о том, когда человеку удалось покорить огонь, продолжаются и в настоящее время. В 1999 году британский ученый Ричард Рэнгем [45] со своей исследовательской группой выдвинул интересную гипотезу, названную «кулинарной гипотезой», на основе которой предложил свою теорию происхождения человека. По его мнению, ранние Homo erectus, появившиеся около 1,9 млн лет назад, уже готовили пищу на огне, в результате чего затраты времени на ее усвоение резко снизились (для сравнения: приматы тратят на жевание примерно пять часов в сутки, а австралийские аборигены, охотники-собиратели, готовящие пищу на огне – всего лишь час). Это дало толчок к изменению человеческого организма в целом. Предки-сыроеды рвали мясо зубами, отгрызали от него куски. Приготовленное мясо значительно нежнее и не требует таких усилий. В результате у древнего человека изменились функции зубов и уменьшились мышцы челюстей, в след за чем постепенно стал уменьшаться объем рта, сократилась длина кишечника и объем желудка. Зато увеличился общий размер тела и, что главное -вырос объем мозга.