Лесная корона

В тексте упоминаются социальные сети Facebook и/или Instagram (организации, запрещённые на территории РФ).

Meta Platforms Inc. признана экстремистской организацией на территории РФ.

© Шагако Е., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

15 декабря

Она бежала.

Лед обжигал босые ноги. Всегда мягкий снежный покров теперь, словно иглами, колол пятки до крови. Подгибались колени, а легкие болели от рваного морозного дыхания.

Шаг, шаг, шаг и еще один.

Она оглянулась посмотреть, удалось ли ей оторваться, и потеряла равновесие. Попыталась подняться, замерзшие руки плохо слушались. Но медлить было нельзя, потому что Он шел по пятам. Она из последних сил сделала рывок и встала на ноги.

Нужно отдохнуть хотя бы полминуты, чтобы не отключиться. Она привалилась к стволу ближайшей сосны и постаралась дышать ровно. Дыхание дрожало, болел каждый сантиметр тела.

Чуткий слух, несмотря на гул в ушах, уловил хруст снега под тяжелыми ботинками преследователя. Он не торопился, поскольку, она уверена, знал, что далеко здесь не уйти. Мерцающие переливы снежинок на сосновых ветвях будто издевались. Полная луна освещала сугробы между деревьями. Пути не было, спрятаться негде.

Надежды почти не осталось, но она все же пошла дальше – прочь. Бежать уже не хватало сил, она могла лишь уходить в чащу леса. Это лучше, чем сдаться Ему.

Она спрячется, и Он не найдет.

Где-то завыли волки, и она от отчаяния засмеялась. Пусть они сгрызут ее тело, когда все будет кончено.

По щекам покатились горячие слезы, и стало совсем не видно того, что впереди, хотя какой теперь в этом смысл? Лишь бы не назад.

Неожиданно деревья закончились. Она даже не поняла, как это случилось, пока не вышла к лесной прогалине, открывающей вид на горную долину с темным пятном – ледяным озером – посередине.

Она бывала там раньше, и не один раз. Там в любое время года много туристов, но только днем.

Хруст снега стал отчетливее, зазвучал чаще, совсем близко. Она закусила губу, чтобы не разрыдаться от ужаса, и попыталась идти быстрее, проваливаясь в снег.

Оборачиваться было нельзя, иначе пришлось бы признать поражение, а это страшно. Пока она идет и не видит свою смерть, все не так плохо.

Показалось, будто там, вдалеке, меж стволов деревьев на той стороне озера мелькнул луч света, как от большого синего фонаря.

Она глубоко вдохнула и закашлялась. Вдохнула еще раз.

– Помогите! – вышло совсем тихо.

Обреченность вдруг навалилась на плечи, как огромный ледяной валун.

Шаги сзади замедлились. Он уже не охотился – шел по следам жертвы, которая умирает сама.

Снег почему-то оказался прямо перед лицом.

Почувствовала, как волосы сгребают и тянут вверх.

Вскрик.

Глава 1

Красиво: пушистые хлопья снега за большим окном номера, теплое одеяло, долгожданное заслуженное спокойствие.

Рина опустила на пол початую бутылку «Ред Лейбла» и повернулась на бок, помутневшим взором наблюдая за танцем снежных пушинок на улице. Мысли ее так же танцевали, летали, таяли, словно на горячей ладони, утекали в пустоту.

Ей сразу понравился отель, стоило лишь увидеть его со стоянки сквозь окно автобуса. Он был похож на таинственный домик, как в кино: построенный в стиле шале, деревянный, с огромными панорамными окнами, а вокруг – вековые ели, сосны и кедры. Удивительно, но он почти не отличался от фотографий на буклетах, которые ей то и дело подсовывали дома родители. Заснеженные горы, спрятанная под мягким белым покровом долина, уединение и теплый огонь в камине общей гостиной.

Рина вытянула из-под себя белоснежный уголок одеяла и накрыла озябшие плечи. Первое, что она сделала, заселившись в свой номер 11, – в один присест выпила граммов сто виски, пару бутылок которого предусмотрительно захватила с собой, и теперь чувствовала себя наконец как надо. Ей было мало, но она не могла взять больше, и приходилось экономить.

Была надежда, что в отеле можно хоть что-то купить, но Рина быстро разочаровалась, обнаружив, что «Психологическая программа реабилитации» – это не просто красивое выражение для повышения цены на проживание в «Лесной короне», а вполне себе стойкая позиция руководства. В баре продавали только безалкогольные коктейли, милкшейки, кофе двадцати разных видов и свежевыжатые соки на любой вкус.

Узнав об этом, Рина не на шутку встревожилась: она поняла, что на весь срок реабилитационной программы алкоголя не хватит и нужно будет что-то придумывать.

Она зевнула и достала из заднего кармана джинсов пачку сигарет, вытащила одну, чиркнула зажигалкой и с удовольствием затянулась, выпуская в сторону закрытого окна густую струю сизого дыма. Надо бы проверить, заперта ли дверь, чтобы горничная, не дай бог, не зашла напомнить о красной табличке No smocking! у входа в номер, но Рина чувствовала себя слишком хорошо для этого.

Дома она не могла просто расслабляться и делать что хочется, а здесь, в Горном Алтае, в отеле, расположившемся в глуши, решила позволить себе больше, раз уж согласилась на просьбу родителей поехать на реабилитацию.

Ее мама вычитала в интернете, что в отеле «Лесная корона» в зимние праздники будет вести реабилитационную группу какой-то известный гуру из США. Рина никогда о нем не слышала, но она не очень-то интересовалась подобными вещами, а вот мама… В последние пару лет особенно сильно – с тех пор как ее дочь, однажды вернувшись домой, перестала быть прежним человеком.

Поморщившись от воспоминаний, Рина покрепче затянулась. С трудом подавила желание еще выпить. Сигарета заставляла дышать, а выпитый алкоголь не давал мыслям задерживаться в голове надолго. Промычав засевшую в памяти глупую песенку, она села на кровати. Голова сразу закружилась. Рина потерла пальцами виски.

В этот момент зазвонил местный телефон, и она нехотя поднялась, чтобы поднять трубку.

– Да?

На том конце провода затараторил женский голос:

– Получите, пожалуйста, ваше персональное расписание на рецепции.

Это была Катя, милая девушка-администратор, с которой Рина успела перекинуться парой слов, когда заселялась в номер.

Она собрала тающие мысли в кучу и ответила:

– Конечно, спасибо.

Повесив трубку, Рина вспомнила о сигарете, которую все еще держала в руке, и в пару затяжек докурила. Затушила бычок в чистом стакане.

Она очень не любила, когда кому-то от нее что-то было нужно, но деваться некуда: раз приехала ради этой реабилитационной группы, значит, надо хотя бы узнать, в какое время она проходит.

Рина не очень верила, что психология ей поможет, но небольшая надежда на успех все же была. Не только родители устали от ее состояния, но и она сама уже не понимала, живет ли в прошлом или в настоящем. И настанет ли будущее?

Ее то и дело отбрасывало назад, в тот момент, когда все произошло, и безотчетный ужас заставлял ее искать хоть какое-то спасение. Алкоголь помогал отодвинуть дурные мысли, помогал наплевать на все, успокоиться. И он стал ей другом, единственной опорой в этот период жизни.

Положив в рот жвачку, Рина пошла забрать свое расписание. Она с радостью вздремнула бы, тем более погода к этому располагала, но сначала надо было доделать дела. Никто не должен понять, в каком она состоянии. Это дело только ее и Джонни Уокера, в конце концов.

Рина двинулась к широкой лестнице на первый этаж, но в этот момент резко распахнулась дверь соседнего номера. Высокий молодой человек выскочил в коридор, хлопнул дверью, бросил равнодушный взгляд на едва не упавшую Рину и пошел к лестнице, продолжая разговаривать по телефону:

– Он тебе не игрушка, поняла?! И не средство влияния! Бери жопу в руки и иди работать, а его я сам обеспечу!.. Я чистый! – кричал он в трубку.

Испугавшись его агрессивного настроения, Рина притормозила, дожидаясь, пока он спустится.

– Я здесь из-за тебя, только из-за тебя!.. – долетело до нее.

Молодой человек показался ей очень знакомым (еще бы, его внешность нельзя было назвать ординарной: типичный рокер в кожаных штанах, с забитыми тату руками и шеей, с пирсингом в губе), казалось, будто они встречались раньше, но где – она не могла вспомнить. От этого у нее разболелась голова, и Рина решила вернуться к размышлениям позже. Сейчас – расписание.

«Лесная корона» – уютный, уединенный отель с огромной территорией, расположившийся на склоне горы. В главном здании, где находились номера, было всего два этажа, первый полностью занимали холл, гостиная и ресторан. Широкая лестница вела в холл.

Держась за перила, Рина быстро спустилась. Молодого человека в холле уже не было.

Рина подошла к стойке регистрации. Катя была там и как раз желала миловидной гостье лет тридцати приятного отдыха.

Закончив с нею, Катя повернулась к Рине и приветливо улыбнулась. Она, казалось, что-то прочитала по ее лицу, но постаралась не подать виду.

– А вот и вы! Рина, верно?

Та кивнула, подходя ближе и стараясь дышать в сторону.

Женщина, говорившая с Катей, смерила Рину взглядом, поджала губы и, забрав со стойки ключи, пошла наверх.

Рина посмотрела ей вслед.

– У вас еще будет возможность познакомиться с Елизаветой, – сказала Катя. – Вы с ней в одной группе у мистера Дерри.

Казалось, Катя в восторге от того, о чем говорит. И Рине следовало бы! Но пока что она только продолжала кивать.

Эта Елизавета выглядела не очень приветливо. Рина не была уверена, что занятия бок о бок с ней принесут ей удовольствие. Хотя… вряд ли то, что ей предстояло, должно приносить удовольствие. Это место – и даже прекрасные горы кругом – предназначалось, чтобы она вспомнила то, что хотела забыть. Предполагается, что это вернет ее к «нормальной» жизни.

Интересно, а у этой Елизаветы что за проблема? Не похожа она на того, кто пережил что-то страшное. Выглядит вполне ухоженной, модно одета, стильно подстрижена.

Тут Рина вспомнила, что и сама она тоже совсем не походит на ту, кем являлась по мнению родителей. Никто из знакомых не знал, что с ней происходит, они просто думали, что она замкнулась в себе после того случая. Вряд ли кто-то представлял, что примерная Риночка Кольцова теперь каждый день напивается в одиночку и очень много курит.

Только ведь никто из них не хотел понять ее. Они могли только ужасаться или сочувствовать, а кто-то умудрялся осуждать.

Однажды она поняла, что должна разбираться со всем этим одна. Рано или поздно все отойдет, забудется – пребывание здесь должно этому поспособствовать.

Катя достала из папки на столе сложенный лист бумаги и протянула Рине.

– Здесь отмечены дни и часы ваших занятий, – сказала она. – Не забывайте, что в проживание входит также бесплатное посещение спа-зоны с трех до девяти.

Рина взяла расписание и мельком просмотрела: занятия начинались с восьми утра, завтрак – с шести. Она внутренне ужаснулась тому, во сколько придется ложиться и вставать каждый день на протяжении трех недель.

– А у вас продают сигареты? – с надеждой спросила Рина.

Катя покачала головой.

– Вы должны понимать, почему нет. Это неудобно только поначалу, потом вам станет лучше и вы скажете спасибо.

Рина изобразила улыбку, но желудок сжался от мысли, что на три недели ее запасов не хватит. Придется, как и с алкоголем, находить способ выкручиваться. Как минимум искать в отеле других курильщиков.

Она не очень-то тяготела к общению, даже наоборот, но отчаянные времена требуют отчаянных решений, и иногда стоит пересиливать себя.

– Спасибо, – сказала она и отвернулась от Кати.

От мыслей о сигаретах снова захотелось курить. Кстати вспомнилась красноречивая табличка на двери номера, и Рина решила, что за пару минут на улице не замерзнет и в свитере. Нужно подробнее изучить расписание и вздремнуть до ужина, иначе она может вырубиться и пропустить шведский стол, но две минуты большой роли не сыграют. Зато никто не упрекнет ее за нарушение правил проживания в номере.

Выйдя через главный вход, Рина свернула за угол здания, где ее не было видно из холла или гостиной. Там было оборудовано место для курения.

Достав зубами сигарету из пачки, Рина встретилась взглядом с мужчиной лет сорока, подошедшим следом. Он кивнул ей и встал чуть в сторонке, чиркая зажигалкой. А она так и не достала свою, так как не могла оторвать глаз от глубокого шрама на его лице, который начинался от уголка правой брови, пересекал переносицу и доходил до середины шеи. Если бы не эта броская деталь, мужчина мог бы показаться симпатичным, но так он выглядел… зловеще.

Сообразив, что бесстыдно пялится, Рина поспешила опустить взгляд и извиниться:

– Простите, просто показалось, что мы знакомы.

Ее передернуло от холода, и стало еще более стыдно оттого, что незнакомцу могло показаться, будто она чувствует отвращение. Все же не стоило вот так гулять, когда уже выпила: слишком трудно соображать.

Мужчина усмехнулся и поднес к лицу Рины зажигалку, помогая прикурить.

– Да-да, я вообще много кому кажусь знакомым, – сказал он, – слишком стандартная внешность.

Подняв на него взгляд, полный недоумения, Рина увидела, что мужчина беззвучно смеется, отчего и сама растянула губы в улыбке.

– Не холодно вам? – спросил он, затянувшись и выпуская дым через нос.

Рина покачала головой.

– И то верно, – пожал он плечами, – на улице всего минус пять. Меня зовут Данил, кстати. Я управляющий этого места.

Он протянул руку, Рина пожала ее.

– А я Рина, – представилась она в ответ.

– Вы к Крайсту или к Светлане?

Рина слегка растерялась, не зная, что ответить, судорожно напрягая плывущее сознание, чтобы вспомнить, знает ли она названные Данилом имена.

– Наверное, к Крайсту, – предположил мужчина, подмигивая. – Он звезда, все прибывшие женщины записались именно в его группу. Держу пари, и вы тоже.

Пожав плечами, Рина неуверенно сказала:

– Наверное. Родители записали меня к тренеру из Америки, не слышала про Светлану.

Данил понимающе кивнул, снова затягиваясь.

– Света – наше местное сокровище. Помогла стольким людям. Ей нелегко будет соперничать с раскрученным американцем, но мы ее в обиду не дадим. Ничего, вы еще освоитесь, дайте себе время. «Лесная корона» стоит того, чтобы растеряться поначалу.

Рина улыбнулась. Ей и самой нравилось то, что она видела вокруг. И пусть маленькие неудобства мешали ей полностью насладиться отдыхом, она помнила, зачем приехала. К тому же отдых – это не про нее. Закрывая глаза, она возвращалась назад, в прошлое, и выбросить это из памяти уже не получалось, смириться тоже.

Она перевела взгляд на площадку перед входом в здание отеля, мельком оглядела припорошенные снегом лавочки по кругу и задержалась на альпийской горке, красиво темнеющей острыми камнями посреди двора.

Все было таким уютным, построенным специально для того, чтобы гости чувствовали себя комфортно и в безопасности. Но стоило взглянуть чуть дальше, налево к горизонту, и взору открывалась величественная горная долина, почти скрытая от глаз в дымке снегопада, одинокая.

Рина смахнула налипшие на ресницы холодные пушинки и подумала, как долго можно идти по ней вперед, не встретив никого и ничего на пути, и как долго можно пробыть там одной, не будучи найденной, замеченной, не будучи спасенной от отчаянного одиночества. От этих мыслей стало холодно.

Рина почувствовала легкое прикосновение к плечу и, вздрогнув, посмотрела на Данила.

– С вами все нормально? – участливо спросил он.

Рина кивнула.

– Да, просто устала с дороги.

Мужчина, прищурившись, посмотрел на нее сверху вниз и вздохнул.

– Я вижу. Ничего страшного, здесь лучшее место, чтобы отдохнуть. Не мерзните, идите внутрь, я собираюсь разжечь камин в гостиной.

Он легонько подтолкнул Рину в сторону главного входа, и она послушно направилась туда, вдруг осознав, что действительно замерзла: под свитером уже бегала армия мурашек, а коленки под тонкими джинсами начали леденеть.

Когда она уже отошла на несколько шагов, Данил сказал вслед:

– И будьте осторожнее с алкоголем, ведь вы здесь для того, чтобы бороться с проблемой, а не потакать ей. Простите, если лезу не в свое дело, но и это моя работа тоже.

Рина остановилась, не поворачиваясь, раскрасневшись до самых ушей. Она обхватила себя руками, думая, будет ли лучше ответить что-то или просто сбежать, раз ее так неловко раскрыли. Но она не нашла ничего лучше, кроме как сказать:

– Вы правы, не в свое… – и ретироваться внутрь.

Теплый воздух в холле ударил в голову, словно обухом. Рина оперлась на стенку и огляделась, нет ли вокруг свидетелей, но только Катя мельком взглянула на нее и улыбнулась, то ли не поняв, в чем дело, то ли просто не обратила внимания.

Потихоньку, стараясь держаться ровнее, Рина поднялась по лестнице, желая поскорее уйти с первого этажа, чтобы не увидеться снова с Данилом.

Впрочем, снизу прекрасно просматривалась часть второго этажа, так что она поспешила вернуться в номер, повесив на двери табличку «Не беспокоить».

Хрустящая хлопковая подушка встретила ее приятным запахом кондиционера для белья, и Рина, больше не сопротивляясь навалившейся слабости, закрыла глаза и натянула на озябшие плечи одеяло.

Глава 2

Она шла по лесу, шурша опавшими листьями, и не знала, где встретит людей. Со всех сторон свисали колючие ветки, пахло прелой листвой и сырой землей.

Она оглядывалась и видела деревья, серое небо застилали тяжелые осенние тучи. Если и будет дождь, ей все равно.

Она слышала, как чавкает грязь под ногами, в воздухе появился привкус железа.

Она вдохнула полной грудью. Этот лес был ей знаком – его запахи и эти прелые листья. Вдалеке хрустнула ветка, и она пригнулась, как лань, испугавшаяся охотника, готовая в любой момент рвануть прочь. Этот лес – ее проклятие. Вечно ей бродить в нем, пока не поймет, что ищет и где найдет.

Она посмотрела под ноги и увидела, что земля пропитана густой кровью. Кровь на листьях, в грязи, свернувшаяся в капли на ботинках.

Стон.

Рина вскочила с постели и схватилась за голову. Ноги подкосились, она осела на колени.

Опять ей приснился этот бесконечный лес. Она видела его не каждую ночь, но не могла предсказать, когда снова окажется там. Во сне она не боялась идти между этими деревьями, зато проснувшись, начинала дрожать, словно сухой листик на ветру. Слабая, не способная сладить с образами, которые то и дело подсовывало подсознание.

Она нашла взглядом недопитую бутылку виски, взяла ее и сделала два больших глотка. Морщась, занюхала рукавом и с облегчением выдохнула. Внутри разлилось знакомое тепло, дыхание выровнялось.

Рина закрутила пробку и убрала бутылку в сумку, чтобы не оставлять на виду. Ей понадобилась еще пара минут, чтобы прийти в себя.

Часы на настенной плазме показывали восемь вечера – время ужина. Рина не чувствовала себя голодной, но ей не хотелось оставаться в номере. Казалось, из него еще не выветрились частички зловещего сна. Хотелось поскорей оказаться среди людей, тем более молчаливое присутствие в обществе всегда помогало ей вернуться к реальности.

Особенно хорошо было среди незнакомцев, например в парке или в кафе, где никто не задавал лишних вопросов, не лез в душу и не требовал внимания. Чужаки обычно просто занимались своими делами, могли улыбнуться или завязать короткий разговор, и этого было достаточно, чтобы почувствовать себя живой.

Рина сменила свитер на свободную клетчатую рубашку. Ей нравились широкие и безразмерные вещи, в которых можно утонуть или спрятаться, если это необходимо. В них она чувствовала себя защищенной. Переодевшись, она надела ботинки и вышла из номера.

Из крыла, где располагался ресторан, доносилась негромкая расслабляющая музыка – мягкий и лиричный deep house. Простой бит пробирался под одежду и вызывал мурашки.

Настроение немного поднялось, и Рина поспешила на ужин, минуя пустующий второй этаж. Краем уха она уловила нецензурную брань из соседнего номера: похоже, со времени утреннего столкновения с его хозяином мало что изменилось.

Ей было трудно уложить в голове тот факт, что в «Лесной короне» она не единственная проблемная гостья.

Заведение обещало полную конфиденциальность, потому что проходили реабилитационную программу здесь не самые простые смертные, ибо стоила она как маленький автомобиль.

Рина уже побывала в обычном центре помощи, и тогда ей стало только хуже, потому что, лишенная привычных способов справляться с воспоминаниями, она чуть не сошла с ума. Работа с психологом помогала, хотя родители больше беспокоились из-за ее пристрастия к алкоголю. Нет, они не смирились с прошлым, но боялись настоящего. А сама Рина никак не могла склеить все части своей жизни воедино, взяться за ум, вернуться к учебе. Ходить в универ ей нравилось, но теперь она часто не могла выполнять задания или попросту напивалась, из-за чего потеряла всякое доверие преподавателей и расположение одногруппников. Некоторые ее вроде как понимали, сопереживали, но разве этого достаточно? Лишь она сама могла себе помочь… если бы знала как.

Ужин был в самом разгаре, ресторан оказался почти полон. Рина опоздала к началу, и ей пришлось довольствоваться тем, что осталось от шведского стола, благо отель предлагал довольно разнообразный выбор.

Подошедший официант поинтересовался, выберет ли гостья на ужин медальоны из свинины или котлету по-киевски, а может, она предпочитает вегетарианское меню.

Рина заказала котлету по-киевски с картофельным пюре на гарнир, да к тому же набрала приличную тарелку закусок и целых два напитка – грейпфрутовый сок и горячий шоколад. Глаза разбегались, она с трудом донесла поднос с едой до свободного столика и с удовольствием уселась в мягкое кресло.

Ресторан не уступал по интерьеру остальным помещениям отеля: большие окна с видом на двор, живописный склон горы и часть долины. Рина с удовольствием отметила, что некоторые ели на территории украсили гирляндами, а уличное освещение поддерживало уютную атмосферу.

Солнце уже давно село, и долина скрылась в зимней темноте. Снегопад прекратился, двор переливался гранями снежинок, словно россыпью чистых стеклышек.

И в самом ресторане было весьма красиво. Рина почти не посещала подобные места, поэтому ей все казалось необыкновенным: вдоль стены с окнами протянулся мягкий диван, к нему приставили целых четыре стола – таким он был большим; у отдельных столиков стояли дизайнерские кресла яркого цвета, стены и многочисленные небольшие деревянные полочки украсили новогодним декором, мягкими игрушками и зелеными еловыми ветками. Пятном выделялась огромная плазма на стене, на ее экране разноцветные фигуры сменяли друг друга в такт играющей музыке.

Рина пила горячий шоколад и рассматривала других гостей отеля, в том числе и Елизавету, которую она встретила у ресепшен. Она сидела за столом в центре зала в компании двух женщин. Они о чем-то оживленно беседовали и смеялись. Дамы отличались по возрасту: Елизавете на вид около тридцати, ее соседке справа – яркой, невероятно женственной блондинке – можно было дать сорок или чуть больше, а женщина слева, одетая в стиле бохо, с шикарной рыжей кудрявой шевелюрой, наверняка разменяла пятый десяток.

Рина попыталась прислушаться к их разговору, но уловила только отдельные бессмысленные фразы. Похоже, они просто делились впечатлениями об отеле.

Она подумала, не входят ли собеседницы Елизаветы в ту же группу, что и она сама. Если так, то Рине еще представится возможность познакомиться с ними поближе. Пусть даже она не уверена, что все будут от этого в восторге.

Когда официант принес основное блюдо, в ресторан завалилась компания молодых людей. Их было всего трое, но шума они производили много. Одетые в лыжные костюмы, они отличались от других гостей, спустившихся из своих номеров без верхней одежды.

Рина вспомнила, что в буклете рекламировали не только комфортабельные номера в отеле, но и шесть гостевых домиков – более экономный вариант. Пожалуй, подумала она, компания пришла на ужин именно оттуда.

Вновь прибывшие заплатили за ужин и теперь оглядывали ресторан в поисках свободных мест. Три свободных кресла обнаружились за столиком Рины.

Две девушки и один парень, широко улыбаясь, решительно направились к Рине.

– Не занято? – спросил парень и, не дожидаясь ответа, сел рядом с ней.

Рина инстинктивно подвинулась.

– Нет, я одна.

– Отлично! – Парень снова улыбнулся и махнул своим подругам, сигнализируя, что места свободны.