Шестьдесят пять зим и одно лето

Версию с комнатой для туристов подтверждали стены, увешанные фотографиями из походов и сплавов. В рамочках висели несколько сертификатов. Вика хотела рассмотреть их поближе, но слишком устала, ноги гудели. Она присела на кровать и засмотрелась на вид из окна.

Вид сверху был чудесный, словно пейзаж с картины Шишкина. Совсем близко виднелся сосновый бор с толстыми вековыми соснами, в него вела наезженная дорога. Песок на речном заливе был чистый, яркий, оранжевый. Солнце уже опускалось за лес и по узкой ленте воды в реке раскинулась серебряная дорожка. Вика мечтательно смотрела на воду: так чудесно было бы искупаться перед сном! Она прижалась лбом к оконному стеклу и тут же волной накатили мысли.

«Что я здесь делаю? — откинулась Вика на подушку. — Полупустая деревня, бабка-знахарка, этот бородатый, который даже не представился. Не удивительно, что Ариадна отсюда уехала. Тут ведь с ума сойти можно в этой глуши. Пару дней можно пожить ради экзотики, а потом?» Но тут же предательски закралась мысль, что здесь её волшебным образом отпустили мысли о своём прошлом и будущем. Время для неё остановилось.

Её размышления прервал стук в дверь:

— Ужин! У нас опоздавших не ждут!

Она вздрогнула и схватилась за сумку, где лежал шокер, но бородатый уже спускался вниз, скрипя ступенями.

«Да что со мной! Осталась в его доме сама, он не навязывал свой ночлег, а теперь буду от страха трястись?»

Она достала из сумки коробку с конфетами, взяла легкий шарфик, единственную доступную ей защиту от вечерней прохлады и комаров, спустилась вниз. Бородатый накрывал стол на открытой веранде. Становилось свежо. Он зашёл в дом и вернулся с объёмной флисовой кофтой с карманом.

— Надень, ночами у нас холодно. Это моё, купил и не ношу. И штаны тоже, если вдруг захочется прогуляться поутру. Обувь, — он посмотрел на её ноги, — присмотри что-нибудь в шкафу наверху для этой цели. Там есть кроссовки твоего размера. Группа на сплав по реке приезжала, оставили часть вещей.

Вика с охотой накинула уютную кофту и спрятала руки в карманы, вечерело и становилось прохладно.

— Сегодня вдвоём ужинаем. Обычно приходят бабушка и Василий, но сегодня, — он развёл руками, — ни той, ни другого. У бабушки гости, а Василий…

— Понятно! — Спешно протянула она руку, — Меня Викой зовут!

— Виктор! — Припечатал он её руку сильным мужским пожатием. — Угощайся, чем богаты!

— А по отчеству? — Смутилась она.

Неудобно было обращаться к мужчине старше её только по имени.

— Иванович, но я бы предпочёл по имени и на «ты», — улыбнулся он.

Стол был накрыт просто, но не без изысков. Вареная картошка, мясо жареное на костре с грибами и кабачками, помидоры, зеленый лучок, огурцы. Когда он успел всё это собрать на стол? Вкусно пахло дымком и свежеиспечённым хлебом. Посреди стола стояла тарелка с румяными пирожками. Виктор взял тарелку, намереваясь за ней поухаживать.

— Это вот бабушка только что занесла, печёт в русской печи по старинке. Привет тебе передала и просила обязательно тебя угостить, а то обидится. Так и сказала!

Сердце Вики ёкнуло от чего-то тёплого и первобытного, чего давно требовал организм, находящийся на голодном пайке, но мозг привычно выдал: мясо, жир, калории неизвестного происхождения — нельзя. Из того, что ей можно, на столе только хлеб и овощи.

— Я сыта, пожалуй, просто хлеба попробую. Это же свой, домашний? И вот, пожалуйста, конфеты, — Она вспомнила про принесённую коробку и выложила её на середину стола.

Рука Виктора, занесённая над тарелками с едой, застыла. Он ухмыльнулся:

— Что, как и все городские, боишься всего, что не упаковано в пластик?

— Не боюсь, это сознательный выбор! Я вегетарианка и придерживаюсь здорового образа жизни!

Виктор понимающе кивнул, комично ухмыльнулся и указал рукой на коробку конфет.

— А это?

— Это другое! Это шоколад… Лекарство от стресса!

— Ну да, ну да, — Закивал Виктор. — Потом лицо его сделалось серьёзным. — Как хочешь. Мясо не заставляю. Но пирожок-то хотя бы съешь? Бабушка ведь от всей души, старалась… А то я даже и не знаю тогда, чем тебя накормить… — Он растерянно оглядел свой стол. Затем поставил рядом с ней тарелку и положил тёплый пирожок.

— С чем пирог? — Рука Вики помимо её воли потянулась к тарелке.

— С мясом, — Придвинул он ей тарелку поближе.

Вика согласно кивнула, но вместо пирожка взяла хлеб и отломила корочку, откусила. Взяла ломтик свежего ароматного огурца и пёрышко лука. Хлеб был тяжёлым, пористым, с хрустящей корочкой. Вика почувствовала, как по телу разливается почти забытое чувство физического удовольствия от простой еды.

— Это очень вкусно! — Удивилась она сама себе.

— Печь хорошая. И… оставь место под бабушкину стряпню!

В это время на дороге раздался шум машины, Виктор прислушался. Улыбка сошла с его лица.

— Извини, выйду посмотрю, кого там принесло опять.

Он встал и вышел за ворота. Вика спешно схватила пирожок и растерялась, не зная, как выйти из положения. Он же с мясом! Она уже и забыла его вкус. Надо сделать вид, что попробовала. Но как? Не выкидывать же… Быстро завернула в салфетку и сунула в карман, так как Виктор уже возвращался обратно. Дождалась его и встала из-за стола:

— Очень вкусно, спасибо! Я, пожалуй, пойду лягу, устала очень. У меня даже на вопросы сил нет. Если не против, оставим мои вопросы по писательству до завтра? Помочь убрать со стола?