- -
- 100%
- +
Судя по всему, он находился вроде как в шоке. И было отчего. От смерти старшину Петренко отделили буквально несколько миллиметров. Просунутый в пулевое отверстие в кепке палец говорил об этом красноречивее всяких слов.
– И вот здесь еще одна! – хотел было показать вторую дырку старшина, но Логинов уже бросился к воротам.
– Так он обратно к сауне рванул? – уточнил он.
– Ага, туда! А напарник мой за ним погнался, Костей зовут. Вы там поосторожнее, товарищ подполковник, стреляет он, гад, метко. Почти как «белые колготки»…
– Постараюсь, – оглянулся Логинов уже у деревянных ворот. – А ты жди, я кого-нибудь пришлю…
Толком рассмотреть старшину в тусклом свете он не смог, но и того, что удалось увидеть, было достаточно, чтобы проникнуться к едва не погибшему милиционеру уважением. Поверх надбровных дуг череп старшины украшал жутковатый косой шрам. Скорее всего, от осколка. Судя по этой дьявольской отметине, а также по непроизвольному упоминанию о «белых колготках» (так в Чечне называли прибалтийских снайперш-биатлонисток), до прихода в милицию Петренко успел повоевать.
Быстро сунув пистолет в кобуру, Виктор ухватился за верх дощатых ворот и собрался подтянуться на руках. Он чувствовал себя в абсолютной безопасности и даже не подозревал, что смерть дышит ему буквально в затылок.
Потому что в этот самый миг старшина Петренко вдруг вскинул пистолет и прицелился.
– А я ведь тоже в Чечне воевал… – вдруг зачем-то сказал Логинов, прежде чем подбросить свое тело наверх.
10
Киллер так и не успел добраться до дощатых ворот рынка. Скользя между блоками, он не заметил в потемках неглубокой траншеи и упал, едва не сломав себе ногу.
К счастью, все обошлось, но несколько секунд киллер потерял. Благодаря этой заминке он и расслышал, как его преследователь крикнул милицинерам из «Форда» у ворот: «ФСБ! Подполковник Логинов! К остановке никто только что не пробегал?»
Тут киллер невольно замер. «Так, значит, ФСБ! – молнией промелькнуло у него в голове. – Так вот откуда этот чертов живчик, мать бы его так! Ничего не скажешь, натаскан будь здоров!»
А Логинов тем временем уже демонстрировал застигнутым врасплох милиционерам свое удостоверение. Он снова делал все слишком быстро. И киллер понял, что уйти из парка ему навряд ли удастся. Если он не успокоит этого подполковника…
Осознав это, киллер вернулся немного назад, чтобы услышать дальнейший разговор Логинова с милиционерами. Вообще-то до ворот было довольно далеко, но говорившие были возбуждены, и голоса разносились по пустынному рынку.
Насчет способности Логинова соображать киллер не ошибся. После лаконичного разговора с экипажем «Форда» подполковник сделал совершенно правильный вывод: «Значит, он где-то здесь…»
Медлить дальше было бессмысленно, и киллер принялся действовать. Стараясь производить как можно больше шума, он пробежал несколько шагов и дважды выстрелил. Потом измененным голосом крикнул: «Стой!», прострелил снятую с головы милицейскую кепку и громко простонал.
Теперь оставалось только ждать. Киллер прилег за фундаментным блоком и невесело ухмыльнулся. На всякого мудреца довольно простоты. Киллер не сомневался, что Логинов сунется в ловушку. Такой не побоится. И поплатится за это…
В общем-то, киллеру было жалко убивать этого подполковника. Мало того, он каким-то странным образом успел проникнуться к нему искренней симпатией. Потому что тот был настоящим мужиком. И служил не за страх, а за совесть. Побольше бы таких, и, глядишь, киллеру никого бы не пришлось убивать. Потому что тот же Самвел уже давно бы парился на нарах. Как и положено по справедливости…
Эх, зря Логинов ввязался в эту погоню. Очень зря. Шел бы себе домой, к жене. Она его небось заждалась. Или просто выпил бы водки в дежурном магазине. А ментовскую работу оставил бы патрульным ментам. Уж те бы так не уродовались, не та школа…
Но изменить ничего уже было нельзя. У киллера впереди еще очень много работы. Он слишком долго к ней готовился. И просто не мог позволить, чтобы какой-то фээсбэшник, пусть хороший, помешал ему выполнить эту работу. Потому что это было бы несправедливо…
В своих расчетах киллер не ошибся. Логинов не заставил себя долго ждать. С разгона одолев забор, он спрыгнул на землю и тут же перекатился в сторону. Все как в школе учили.
Стрелять по нему в этот короткий промежуток времени было бы глупо, да киллер и не собирался этого делать. В этот раз он решил действовать наверняка. Поэтому пошевелился, чтобы дать подполковнику обнаружить себя.
Тот отреагировал мгновенно.
– Не двигаться! ФСБ! Подполковник Логинов! – разнесся над рынком предупреждающий возглас.
– Я и не двигаюсь… – после едва уловимой паузы ответил киллер.
Он понимал, что Логинов не раз бывал в переделках, поэтому играл безошибочно. Таким монотонным, тусклым голосом разговаривают солдаты на передовой сразу после атаки – когда твой лучший друг глядит немигающим взглядом в небо, а ты, бежавший рядом с ним, почему-то остался жив и только-только начинаешь осознавать это…
Будь на месте Логинова какой-то сопливый сержант из ППС, это могло бы и не сработать. Но подполковник, на свою беду, не раз видел людей, чудом разминувшихся со смертью. И он сразу поверил киллеру.
А тот продолжил монотонно бубнить, описывая несуществующую перестрелку. А потом сунул палец в кепку. Правда, дырка от пули на Логинова особого впечатления не произвела. Он просто на миг зафиксировал цепкий взгляд на лице киллера и тут же бросился к дощатым воротам, спросив уже на ходу:
– Так он обратно к сауне рванул?
– Ага, туда! А напарник мой за ним погнался, Костей зовут. Вы там поосторожнее, товарищ подполковник, стреляет он, гад, метко. Почти как «белые колготки»…
– Постараюсь, – бросил через плечо Логинов. – А ты жди, я кого-нибудь пришлю…
В следующий миг он сунул пистолет в кобуру и ухватился за верх дощатых ворот. Он чувствовал себя в абсолютной безопасности и даже не подозревал, что смерть дышит ему буквально в затылок.
Киллер с тяжелым сердцем вскинул пистолет и прицелился…
И тут Логинов вдруг сказал:
– А я ведь тоже в Чечне воевал. Правда, немного… Пока не ранили.
Рука киллера предательски дрогнула. Логинов мог произнести миллиард фраз и все равно через секунду отправился бы на тот свет. Но он, сам того не подозревая, каким-то чудом произнес те единственные слова, которые только и могли спасти ему жизнь. Киллер вдруг ощутил мгновенно выступившие на глазах слезы и понял, что не сможет нажать на спусковой крючок. И быстро убрал руку с пистолетом…
Заново же родившийся Логинов запрыгнул на ворота и ловко приземлился на другой стороне. Киллер негромко шмыгнул носом и крикнул ему вслед:
– Берегите себя, товарищ подполковник!
Ответом ему были быстро удаляющиеся шаги.
11
Приземлившись за воротами, Виктор выхватил пистолет и бросился по дорожке к сауне.
– Берегите себя, товарищ подполковник! – донеслось в этот миг из-за забора.
В спешке Логинов не придал этому напутствию никакого значения. Не до того было. Где-то впереди, за заборами, уходил киллер. Судя по тому, что выстрелов слышно не было, преследовавший его напарник Петренко безнадежно отстал.
Поэтому Логинов отбросил все постороннее и изо всех сил рванул между сужающимися заборами. Наконец впереди показались затянутые сеткой корты. Логинов вновь оказался на распутье. В этот момент со стороны парковой аллеи донесся едва слышный крик. И какой-то топот.
Ощутив выброс адреналина, Логинов с удвоившимися силами рванул туда. Пробежав метров тридцать, он так никого и не увидел. Зато услышал донесшиеся из-за ряда металлических лотков крики.
До лотков было довольно далеко. Чтобы срезать угол, Виктор свернул с аллеи и помчался между деревьями. Крики были слышны все явственнее, выстрелов по-прежнему не было.
Наконец до лотков оказалось всего несколько метров. В последнем рывке Логинов достиг их и вынырнул через узкий проход на более или менее освещенную аллею.
То, что он увидел, заставило его чертыхнуться. Девчушка-подросток и какой-то парень неспешно двигались в сторону метро «Динамо». За ними тянулся приторный шлейф какого-то слабоалкогольного напитка. Огромная лохматая псина как раз прыгнула на парня спереди, тот отмахнулся и недовольно крикнул:
– Отвали, Чиф, меня и от тебя уже кумарит!
В этот миг Чиф увидел выскочившего Логинова и тут же ломанулся к нему со всех четырех лап. Рычать он не рычал, потому что ничего дурного у него в лохматой голове не было. Судя по всему, пес наконец-то вырвался на свободу и выбрасывал накопившуюся за день энергию.
Не успел Логинов ничего сообразить, как Чиф взгромоздил ему на грудь грязные лапы и от души лизнул языком в лицо.
– Тьфу ты! – отдернул голову Виктор.
– Чиф, фу! Ко мне! – подала команду девушка и вдруг увидела пистолет. – Ой!
Инстинктивно девушка подалась к парню, тот тоже наконец оглянулся и пьяным голосом проговорил:
– Спокойно, братан, бабок у нас нет, все пропили. Бренди-колы хочешь? Если нет, тогда мы сваливаем. И смотри, собака у нас будь здоров, так что лучше разбегаемся по-хорошему. Базар?
Собака продолжала вилять хвостом и скакать перед Виктором, визжа от прилива дружеских чувств. Он тем временем быстро оглянулся по сторонам и сказал:
– Базар. Я вообще-то из ФСБ. Вы тут ничего подозрительного не видели? Никто оттуда не пробегал?
– Не-а… – переглянулись подростки.
– И выстрелов не слышали? – подозрительно спросил Виктор.
– Че-то слышали, – хлебнул бренди-колы парень и меланхолично ткнул бутылкой в сторону «оптушки», – вон там вроде…
Сказал он это так, словно речь шла о чем-то совершенно безобидном и пустяковом. Удивительное поколение подрастало. Раньше люди от звуков выстрелов в панике разбегались, потом пообвыклись и, наоборот, спешили посмотреть, что происходит, а сейчас вообще перестали обращать на них внимание.
– Ясно! – сказал Виктор и бросился назад.
Тут ему в голову вдруг пришло, что его дочка Ася, в сущности, не намного младше этой девчушки. От мысли, что она скоро тоже начнет шляться по ночам с каким-нибудь пофигистом-оболтусом, Логинова бросило в жар. Оглянувшись на бегу, он крикнул:
– Эй, молодежь! В темпе выбирайтесь из парка и сразу по домам! Ясно?
«Молодежь», услышав это напутствие, удивленно переглянулась.
– Какой-то крейзанутый дядя, да, Ксюх? – сказал парень.
– А чего ты хочешь, менты все такие, – передернула плечиками девчушка. – Дай хлебнуть…
12
Расставшись с подростками, Логинов помчался к сауне. По всему выходило, что киллер направился именно туда. Если напарник Петренко не потерял его из виду, то уйти преступнику навряд ли удалось – даже на машине.
В который раз Виктор миновал корты, оставил слева сауну и выскочил в калитку.
– Стой, стрелять буду! – вдруг услышал он знакомый голос. В следующий миг темноту прорезали мощные фары, и тот же голос произнес: – Ой, это вы, товарищ подполковник!
Голос принадлежал сержанту из «Форда». Логинов почувствовал неладное и быстро спросил:
– Как вы здесь оказались?
– Как это – как? Вы же сами приказали ехать нам сюда…
– Когда?
– После того как… Так это не вы послали этого старшину?
– Нет! – нервно сказал Виктор, понимая, что дергаться уже поздно. – Да выключите вы эти чертовы фары! И объясните толком, что произошло!
– Степа, мать твою, выключи фары! – Свет погас, и в наступившей темноте милиционер продолжил: —В общем, как вы убежали, из ворот высунулся старшина… И сказал, что вы приказали нам срочно ехать к проспекту и перекрыть этот выход. А он пока там посторожит… Ну мы и поехали. Он же вас по званию и фамилии назвал, мы и решили, что он аэропортовский…
– Понятно, – вздохнул Виктор и двинулся к «Форду». – Дайте быстрее рацию… Всем, кто меня слышит! Говорит подполковник ФСБ Логинов! От Петровского парка, предположительно на машине с «бомбилой», уходит опасный вооруженный преступник! Одет в повседневную форму старшины милиции, фуражка пробита навылет пулей! На вид около тридцати лет, лицо овальное, нос прямой, на лбу – косой шрам… – В деталях лицо киллера Логинов рассмотреть, конечно, не мог, поэтому описание получилось куцым и приблизительным. Выдав его в эфир, Виктор вернул микрофон, прикурил сигарету и оглянулся на сержанта: —Ты останься у «семерки», посторожи. А мы с твоим напарником подъедем к «Яру». Следователь, я думаю, обязательно захочет с вами поговорить…
– Но мы же не знали, товарищ подполковник! – начал было оправдываться сержант.
– Да никто вас ни в чем не собирается обвинять! – раздраженно махнул рукой Виктор. – Просто вы его тоже видели, а следствию понадобится фоторобот…
13
У «Яра» было людно, как в пекле в праздник. Оперативно-следственная бригада уже прибыла на место на микроавтобусе. Проезд перекрыли около полудесятка патрульных машин. Многочисленная обслуга ресторана теснилась в дверях. Кроме того, несмотря на позднее время, успела собраться жиденькая толпа любопытных.
Какой-то молодой милиционер попытался было тормознуть Виктора, но тот махнул удостоверением и прошел за оцепление. Безошибочно вычленив из толпы прибывших следователя, Виктор подошел к нему, представился и поздоровался за руку.
Дежурный следователь прокуратуры был безобразно молод или, во всяком случае, так выглядел. Одет он был с иголочки, переносицу его украшали изящные очки без оправы.
Логинов кратко пересказал ему свои приключения, потом кивнул на лужу загустевшей крови:
– Так, а потерпевший где, «неотложка», что ли, забрала?
– Он не потерпевший, он труп.
– Не понял, а куда он тогда делся?
– Охрана по дурости в больницу повезла, надеялись спасти, – поморщился следователь. – Я только что говорил с приемным отделением – «смерть до прибытия».
– Ясно, – сказал Виктор. – В общем, «семерка» киллера стоит у парка, так что можете посылать эксперта. Ориентировку на него я передал, но навряд ли это сработает. Показания сейчас будете снимать?
– Да нет. Сейчас буду место описывать, потом брошенную машину. Дай бог до утра успеть. Так что просто оставьте свои координаты, я передам их следователю, который завтра примет дело к производству. А уж он с вами сам свяжется и опросит…
– Добро, – кивнул Виктор, протягивая следователю визитку. – Успехов!
– Спасибо, – кисло кивнул следователь.
Выбравшись за оцепление, Виктор махнул рукой водителю милицейского «Форда» и направился к проспекту. В этот миг в голове у него промелькнула тревожная мысль. Он понимал, что это глупо, но все же вытащил телефон и позвонил. Первая по счету бывшая жена отозвалась сонным голосом только после пятого звонка.
– Это я, Логинов, – скроговоркой выпалил Виктор. – Извини, я просто хотел узнать: Ася дома?
– О господи! Ты что, Логинов, с ума сошел? Ночь же на дворе. Ася давно спит!
– Ну и слава богу! Еще раз извини! Пока!
– Лечиться тебе нужно… – сказала бывшая жена и отключилась.
Подлечиться и впрямь было неплохо. Грамм двести водки – и на боковую. Завернув за угол, Логинов энергичным шагом приблизился к урне.
Здесь он воровато оглянулся, засучил рукав и сунул руку внутрь. Однако оказалось, что водка исчезла. Убедившись в этом окончательно, Виктор разогнулся и брезгливо посмотрел на испачканную руку.
За витриной дежурного магазина зазывно поблескивали батареи бутылок, но деньги у Виктора кончились. Делать было нечего, и он побрел домой.
В тени арки раздавался оглушительный храп. Виктор присмотрелся и в сердцах чертыхнулся. Грязный вонючий бомж спал под стенкой в обнимку с полупустой бутылкой его «Смирновки»…
14
Едва утром невыспавшийся помятый Логинов вошел в свой кабинет, как на столе у него истерично заголосил телефон. Звонил замначальника управления генерал Максимов.
– Здравствуй, Логинов, зайди, – буркнул он.
– Здравия желаю, Валерий Иванович! – сказал Виктор, войдя в кабинет к Максимову.
– Проходи, садись… Ну рассказывай, во что ты опять вляпался.
– Так вы уже в курсе? – немало удивился Логинов.
– Работа у меня такая. Так что там случилось? Докладывай.
– В общем, дело было так. Вышел я вчера вечерком в магазин кое-чего прикупить… – со вздохом начал Виктор.
Не вдаваясь во второстепенные детали, он по существу изложил события вчерашней ночи. Максимов выслушал его, глядя в стол. Потом покачал головой и сказал:
– Молодец… И как же ты так лоханулся, а, дружок?
– Сам не знаю, – потупил голову Виктор. – Он так натурально изобразил шоковое состояние, что у меня даже тени сомнения не возникло.
– Ну а документы-то проверить можно было, а?
– Можно, – вздохнул Виктор. – Я и собирался. А потом увидел этот страшный шрам у него на лбу и… раздумал.
– Веселая история.
– Да уж… Я знаете чего не могу понять?
– Чего?
– Почему он в меня не выстрелил. Когда я уже к нему спиной повернулся.
– А чего тут понимать? Он, Логинов, профи. Если бы ему за тебя кто-нибудь заплатил, он бы обязательно выстрелил. А так – какой смысл? Да и с «конторой» ему связываться не с руки. Прокуратура убийство этого банкира помусолит-помусолит пару месяцев, да и закроет к черту. А если бы он тебя положил, мы бы это так не оставили…
– Да нет, – покачал головой Логинов. – В том-то и дело, что он профессионал. Поэтому прекрасно понимал, что меня нужно валить. Чтобы наверняка уйти. А он почему-то не сделал этого.
– Значит, тебе просто повезло, – подвел черту Максимов. – А на будущее имей в виду, что не один ты у нас такой умный. И не подставляйся. А еще лучше, если энергию некуда девать, занимайся по ночам своей работой. Понял? А то меня начальство по мине у автотрассы в хвост и гриву, а ты по рынкам скачешь. На кой нам эта художественная самодеятельность? Ладно, докладывай, что сделал за истекшие сутки…
Установка плакатов антисемитского содержания на обочинах автотрасс, с «киндерсюрпризами» в виде мин-ловушек уже несколько лет была непреходящей головной болью Управления по борьбе с терроризмом. Хуже всего было то, что занимались этим, как правило, дилетанты. По своей собственной инициативе.
Выявить их было крайне сложно, поскольку действовали они преимущественно в одиночку. Из десятка заложенных самодельных взрывных устройств реально действующими оказывались одно-два. Остальные никакой опасности не представляли. А заниматься ими приходилось со всей серьезностью.
Все это отнимало массу времени и сил, которые можно бы было направить на противодействие чеченским и исламским террористам, представлявшим серьезную опасность. По последнему «киндерсюрпризу» зацепок пока не было. Виктор доложил об этом генералу Максимову, получил энергичную «накачку» и отправился к себе.
Суматошный и нервный рабочий день клонился к концу, когда Виктору позвонили из прокуратуры. За своими заботами он совершенно забыл, что за ним числится «должок», и поначалу этому звонку удивился. Тем более что звонила женщина.
15
– Здравствуйте! Виктор Павлович? – раздался в трубке мелодичный женский голос.
– Он самый, – буркнул замороченный Логинов. – Жалуйтесь, только в темпе!
– Да я, собственно, не жаловаться. Меня зовут Клавдия Васильевна. Я следователь Мосгорпрокуратуры. Приняла к производству дело об убийстве у ресторана «Яръ». Когда вы, Виктор Павлович, сможете ко мне подъехать для дачи показаний?
– Вот черт, – покосился на часы Логинов. – Сейчас я не могу никак… Давайте часиков в восемь! А лучше в девять! Договорились, Клавдия Васильевна?
В трубке повисла пауза.
– Алло! Алло! – проговорил Логинов.
– Вы что, издеваетесь? – наконец отозвалась следователь.
– В смысле? – не понял Логинов.
– У меня рабочий день до шести.
– Вот черт, – вздохнул Логинов. – Живут же люди… Но я раньше действительно не смогу. У меня…
– Виктор Павлович! – отчеканила разозлившаяся Клавдия Васильевна. В ее голосе явственно проступили металлические нотки. – Или вы прекратите валять дурака, или я вынесу постановление о принудительном приводе вас в прокуратуру!
Стараясь скрыть смех, Виктор проговорил:
– Бога ради, не обижайтесь, Клавдия Васильевна, но как вы себе это представляете? Чтобы попасть ко мне, высланному вами наряду придется как-то проникнуть на Лубянку. А это, боюсь, не под силу даже полку «зеленых беретов»… Поэтому давайте не ругаться, а дружить. Договорились?
– Сомневаюсь, что я смогу подружиться с таким наглым и самоуверенным типом, – уже спокойнее сказала следователь. – Так что вы предлагаете? Звонить вашему начальству?
– Я ему уже сам звоню по другому телефону, не вешайте трубочку… Валерий Иванович! Это Логинов…
– Есть наработки по «киндерсюрпризу»? – оживился генерал.
– Пока нет, и это еще не все неприятности. У меня на телефоне висит следователь Мосгорпрокуратуры. Очень властная и бескомпромиссная женщина, должен вам сказать. Она срочно требует меня к себе пред светлы очи по вчерашней заварушке у «Динамо». Если не приеду, обещает выслать на Лубянку абордажную группу…
– Очень смешно, – сказала в одном телефоне следователь.
– С ума я с тобой сойду, Логинов, – сокрушенно произнес Максимов во втором. – Ну, раз надо, значит, едь, то есть ехай… Вот черт! Я хотел сказать, езжай…
– Да я бы рад, Валерий Иванович, но «девятка» моя того…
– Так что ты хочешь, я не понял?
– Так машину бы мне, Валерий Иванович.
– Не понял? А «Волга» где?
– «Волга» с ребятами по Подмосковью колесит, партизанов ищет… То есть искает, я хотел сказать.
К вечеру Максимов шуток уже не понимал и раздраженно бросил:
– Значит, добирайся на своих двоих! Тут недалеко!
– Да я-то доберусь, Валерий Иванович, только прокуратура к тому времени закроется. Они в отличие от нас трудовой кодекс блюдут, то есть блюдят… И придется мне еще завтра полдня там торчать…
– Я тебе поторчу! – сорвался на крик Максимов. – Я тебе поторчу! Меня и так сегодня раком, то есть в позу бегущего египтянина, шеф ставил по этому «киндерсюрпризу», мать бы его так! В общем, хватай мою машину и двигай срочно в эту чертову прокуратуру! Не успеешь, я тебе голову сверну!
– Спасибо, Валерий Иваныч! Я всегда знал, что вы чуткий и принципиальный руководитель! – вставил в конце Логинов.
– К боковому подъезду выходи! Водитель будет там ждать! – рявкнул Максимов, прежде чем в сердцах бросить трубку.
– Ну вот, дражайшая Клавдия Васильевна, все разрешилось ко всеобщему удовлетворению, – сказал следователю Логинов. – Ставьте самовар, я к вам скоро приехаю…
Следователь прыснула и сказала:
– И как вас, дражайший Виктор Палыч, только начальство еще терпит?
– С трудом-с, – самокритично признал Виктор. – Но оно трезво отдает себе отчет, что в некоторых случаях я просто незаменим.
– Ладно, господин Незаменимый, жду. Пропуск будет внизу. Скажете, что вы к следователю по особо важным делам Волочковой.
– Спасибо, – хмыкнул Логинов, – но я как-то без пропусков обхожусь…
16
Отбив по двери замысловатое стаккато и услышав «Да-да!», Логинов вошел в кабинет. Обставлен он был на удивление современно, к тому же недавно пережил некое подобие евроремонта.
– Здравия желаю, товарищ следователь госпожа Волочкова! Старший оперуполномоченный Управления по борьбе с терроризмом ФСБ РФ подполковник Логинов по вашему приказанию прибыл! Разрешите войти?
– Прекратите паясничать, Виктор Павлович! – оглянулась через плечо следователь. – Проходите, располагайтесь… Что предпочитают бойцы невидомого фронта? Чай, кофе?
Следователь госпожа Волочкова стояла в углу у небольшого столика, на котором как раз вскипел чайник «Тефаль». Клавдия Васильевна оказалась не только властной, но и гостеприимной женщиной.
– Вообще-то бойцы невидимого фронта предпочитают перченую текилу напополам с кровью негритянских мальчиков…
– Еще одно слово, Виктор Павлович, и останетесь вообще без ничего.
– Чай, – быстро сказал Виктор.
Нарочито медленно направляясь к столу, он прищуренным взглядом обозревал отвернувшуюся и чуть наклонившуюся женщину. Клавдия Васильевна была чудо как хороша, да и ракурс был самый что ни на есть выигрышный. Почти как на фотке в пентхаусе. Специально она все рассчитала, что ли, подумалось вдруг Виктору…
По правде говоря, он был поражен, хотя и старался это скрыть. Клавдии Васильевне было, пожалуй, чуть за тридцать. Роста она была среднего, а фигуру имела такую, что только держись. Глядя на ее обтянутую юбочкой аппетитную попку, Логинов невольно почувствовал прилив патриотизма. В том смысле, что в который раз убедился: лучше русской женщины нет никого на свете. Особенно если ее одеть в эксклюзивные забугорные шмотки.