- -
- 100%
- +
1
Полковник управления по борьбе с терроризмом ФСБ РФ Виктор Логинов был одет в короткие синие шорты и светлую футболку с эмблемой сочинской Олимпиады – гипножабой Зойч. Ноги Виктора украшали вьетнамки, на стриженой голове торчали задранные очки-полароиды. В Анапе был разгар сезона, уже стемнело, и над морем висела кажущаяся нереально большой ноздревато-красная луна.
– Будущее, несомненно, за вирусным маркетингом, – убежденно говорила приятная во всех отношениях блондинка в белом, сидевшая напротив Виктора за столиком небольшого открытого кафе. – Традиционная реклама все больше и больше дискредитирует себя в глазах потребителей. Уже сейчас индекс недоверия к некоторым телевизионным рекламным роликам составляет семьдесят и больше процентов. А это означает, что коммерчески они абсолютно неэффективны!
– Да? – с некоторым удивлением проговорил Логинов. – А я думал, что телевизионная реклама вроде как двигатель торговли и все такое…
– Еще пару лет назад это было именно так, – энергично кивнула блондинка. – Но мы живем во времена воистину космических скоростей. Сказка становится былью столь стремительно, что на рукописи еще даже не успевают высохнуть чернила…
– Гм-м… А разве их сейчас пишут не на компьютерах? Сказки, я имею в виду?
– На компьютерах. Но печатают-то на принтерах…
– Ах да! – кивнул Логинов. – Невероятно… Неужели уже завтра милая телереклама выйдет в тираж?..
– Именно! Более того, этот процесс уже начался, хотя некоторые этого даже не осознают. Как писали Стругацкие: «понедельник начинается в субботу»!
– Дела… – сказал болтавший на ноге вьетнамкой Логинов и посмотрел в сторону моря.
– Именно! Вот что это? – вдруг указала блондинка на грудь Виктора.
– Жаба? – спросил тот, слегка оттянув футболку и покосившись сверху на изображение.
– Логотип.
– Ну да, логотип, – не стал спорить Виктор.
– Но какой логотип?
– Олимпиады?.. – не очень уверенно спросил Виктор.
– Да! Но не официальный, а, так сказать, неформальный. Но главное, что Зойч была раскручена вопреки канонам обычной, но зато по всем правилам вирусной рекламой…
В этот момент проходившая снаружи ограждения кафе молодая и в стельку пьяная брюнетка в парео остановилась и махнула Виктору рукой:
– Эй, красавчег! Я тута! Ау!
Блондинка, прервав разговор, прошила Логинова рентгеновским взглядом.
– Я ее не знаю, Яна, – немного виновато сказал тот. – Клянусь Зойчем!
Брюнетка снаружи качнулась и икнула:
– И-и этот козел!.. Одни козлы в этой Анапе… Надо было в Египет к арабам ехать… – После чего продолжила путь.
– Возмутительно, – покачала головой Яна.
– Не то слово… – сказал Логинов, косясь вслед брюнетке.
Ее загорелая точеная фигурка в лунном свете напоминала ожившую эбонитовую статуэтку.
Блондинка саркастично улыбнулась:
– Ах, мужчины-мужчины…
– Я упал в ваших глазах? – с ухмылкой посмотрел на собеседницу Виктор.
– Не надейся… – Яна понизила голос. – Я тебя никому не отдам!
– А-а… как же муж?
Яна сбросила под столом расшитую блестками тапочку и, задрав ногу, коснулась ступней бедра Логинова.
– Муж – хранитель души! А тело, Виктор, сегодня достанется…
В этот момент в кармане у Логинова вдруг зазвонил мобильный. Тот аккуратно отодвинул босую ступню Яны:
– Извини. Это по работе.
Выудив из кармана телефон, Виктор одновременно поднялся и быстро двинулся на задворки кафе, к туалетам.
– Слушаю, товарищ генерал! – негромко сказал он, отдалившись от столиков на приличное расстояние. – Здравия желаю!
– Здорово! Как отдыхается, Логинов? – спросил замдиректора ФСБ.
– Да спасибо, неплохо. Потихоньку втягиваюсь, так сказать, в курортную жизнь…
– Это хорошо, Логинов, что ты только втягиваешься!..
– Виноват! Это вы к чему, товарищ генерал? – подозрительно спросил Виктор.
– Это я к тому, что у меня для тебя есть небольшое поручение…
– Небольшое, но очень ответственное? – со вздохом оглянулся через плечо Логинов.
– Именно. И заключается оно в следующем… Около часа назад в Сочи сотрудники уголовного розыска Заводского района Грозного задержали отставного полковника ГРУ Богданова.
– Виноват! – перебил замдиректора ФСБ Логинов. – Сотрудники райуправления полиции Грозного задержали этого Богданова в Сочи?
– Именно!
– По поводу? Я имею в виду, что они ему шьют? Что-то из времен проведения спецоперации на территории Чечни? Дела давно минувших дней, преданья старины далекой?
– В том-то и дело, что нет. Шьют они ему убийство журналистки Зейналовой в Грозном. Совсем свежее… Слыхал о таком?
– Никак нет, товарищ генерал.
– Странно, о нем же только ленивый не говорит по ТВ и не пишет в Интернете…
– Да я телевизор вообще не смотрю, товарищ генерал. А Интернет в телефоне юзать неудобно.
– Понятно… Ну тогда даю тебе краткую справку, Логинов. Зульфия Зейналова была одной из немногих в Чечне женщин-журналисток. Причем работала она не в чеченских СМИ и даже не в федеральных российских, а на солидный английский еженедельник «Глобал ньюс». Так что преступление очень резонансное. Его многие сравнивают с убийством Политковской. Во всяком случае, сравнивали до задержания Богданова…
– Зейналова что, активно критиковала нынешние чеченские власти?
– Она работала на английский еженедельник, Логинов. Поэтому критиковала всех – и нынешние чеченские власти, и общероссийские федеральные. Как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку…
– Короче, дело это грязное и мерзкое? – вздохнул Виктор.
– Убийства другими и не бывают, Логинов, – вздохнул в ответ замдиректора и тут же спохватился: – Или ты о журналистике?
– Я в общем, товарищ генерал. Так, а на каком основании задержали Богданова?
– Якобы на основании показаний свидетелей. Будто бы его видела соседка убитой в Грозном. А также таксист-чеченец, который за огромные деньги в тот же вечер вывез Богданова ночью из Грозного. По их показаниям составили фоторобот. По фотороботу вышли на Богданова…
– Смахивает на какой-то бред, – вздохнул Логинов.
– Да. Если бы не одно «но». При задержании у Богданова обнаружили похищенные у Зейналовой материалы…
– Что за материалы?
– Относительно спецопераций ГРУ во время чеченских кампаний. Зейналова готовила для «Глобал ньюс» цикл статей «Тайное становится явным. Неизвестная война ГРУ в Чечне»…
– И Богданов убил ее, чтобы этого не допустить? – хмыкнул Логинов.
– Вот это и есть то маленькое, но ответственное поручение, Логинов, которое ты должен выполнить.
– Что вы имеете в виду, товарищ генерал?
– Как что? Ты должен по-быстрому выяснить, Логинов, действительно ли Богданов убил Зульфию Зейналову. Или это просто изощренная провокация…
– А как, простите, я это сделаю, товарищ генерал? Я же не Вольф Мессинг и даже не Шерлок Холмс!
– Но водку-то ты пьешь, Логинов?
– Водку пью, товарищ генерал. И не только водку… Но это-то тут при чем?
– Как при чем? Это самое главное, Логинов. Остальное – дело техники…
– Виноват, товарищ генерал. Наверное, я чересчур расслабился на море. Немного поподробнее о технической стороне можно?
– Да что тут рассусоливать-то? Тебя задержат в Сочи за нахождение в нетрезвом состоянии в общественном месте. А при личном досмотре найдут улики, которые укажут на твою возможную причастность к совершению особо опасного преступления. В связи с чем ты окажешься в КПЗ с Богдановым. И тем самым получишь возможность прояснить ситуацию.
– Ладно, понял. А потом?
– Что потом? Потом окажется, что улики не прошли экспертизу, в связи с чем тебя выпустят на свободу с чистой совестью…
– Теперь ясно, – вздохнул Виктор.
Уловив отсутствие энтузиазма в голосе собеседника, замдиректора спросил:
– Тебя что-то смущает, Логинов?
– Да в целом-то ничего. Просто одна деталь: я же вроде как в отпуске нахожусь. Впервые за последние два с половиной года. И пытаюсь тут вспомнить, как это – отдыхать…
– И что, Логинов? – спросил генерал другим – холодным – тоном. – К чему ты клонишь?
– Я ведь могу отказаться? Верно?
– Можешь. Конечно, можешь, Логинов. Отдых – это святое… Но нас поджимает время. А ты там, считай, на месте. Так что, если ты откажешься, мне просто придется быстренько подмахнуть у директора приказ о твоем экстренном отзыве из отпуска. Звонить дежурному по канцелярии, пусть печатает служебную записку?
– Не надо, товарищ генерал, – вздохнул Виктор.
– Ну вот, я знал, что интересы службы для тебя прежде всего и ты обязательно войдешь в наше положение. Спасибо, полковник!
– Не за что, товарищ генерал.
– Ну тогда, значит, быстро запоминай информацию, а то еще в аэропорт опоздаешь.
– Запоминаю, товарищ генерал…
2
– Ты где так долго был, Виктор? – подозрительно спросила Яна, когда Логинов минуту спустя поспешно вернулся к столику.
– Ты будешь смеяться, – не присаживаясь, проговорил Логинов, одновременно выуживая из заднего кармана шорт кошелек, – но меня срочно отозвали на работу…
– На твою картонажную фабрику? Которая остановилась на плановую летнюю профилактику? – снова обожгла рентгеновским взглядом Логинова Яна.
– Остановилась, – кивнул Виктор, поспешно выкладывая на стол несколько купюр. – Но мы получили срочный заказ к сочинской Олимпиаде, в связи с чем наблюдательным советом принято решение о спешном возобновлении производства. Так что ай эм сори, гуд бай, май лав, гуд бай…
– Это та молодая красивая дрянь тебе позвонила, да? – вдруг перевела взгляд Яна в ту сторону, куда удалилась пьяная в хлам брюнетка в парео.
– Что? – удивленно спросил Виктор, пряча кошелек. – А!.. Нет. Еще раз прошу прощения, и спасибо за компанию.
Блондинка резко потянулась за своим бокалом и прошипела:
– Ну и вали… козел!
Логинов, на всякий случай не разворачиваясь, быстро отступил от столика. Яна была в таком расстройстве, что вполне могла, не сдержавшись, выплеснуть на него не только бурлящие эмоции, но и содержимое бокала. А это было совершенно лишним. Звонок замдиректора и так испортил томный курортный вечер.
Отступив на пару шагов, Логинов ловко обогнул задним ходом соседний столик и таким образом оказался под прикрытием сидевшего за ним двухдетного семейства. Здесь он наконец развернулся и на полных парах покинул кафе.
Недостатка в таксистах на набережной в этот час не было, и пару минут спустя Виктор уже направлялся на разрисованной «шашечками» «Ладе» к ведомственному санаторию. Там он поспешно рассчитался с таксистом и поднялся в свой одноместный номер. На приставки «люкс» и «евро» он вообще-то не тянул, но наверняка был намного комфортабельнее, чем самая лучшая камера предварительного заключения в олимпийском Сочи.
Впрочем, на посыпание головы пеплом времени у Виктора тоже не было. Он быстро переоделся, распихал по карманам документы и телефоны, после чего так же быстро покинул номер. Неподалеку от ворот санатория Логинов увидел полицейский «Форд» с раскраской ГИБДД. Направившись к нему, Виктор наклонился к пассажирскому окну и показал удостоверение:
– Вечер добрый, коллеги! В аэропорт не подбросите?
– Здравия желаем! Садитесь, товарищ полковник! – кивнул старший наряда.
Едва Виктор нырнул на заднее сиденье, как «Форд» тут же тронулся с места. Оказался он у санатория вовсе не случайно. Экипаж для скорейшего препровождения Логинова в аэропорт подали по просьбе регионального управления ФСБ. Полицейские были в званиях сержанта и старлея. В присутствии Логинова они чувствовали себя не слишком уютно, так что даже между собой почти не разговаривали.
Логинов же, откинувшись на заднем сиденье, угрюмо смотрел в окно. Что такое отдых, он за последние годы действительно почти забыл. Но все же пара дней, проведенных в спокойной и по-курортному расслабленной Анапе, сделали свое дело. Логинов морально был абсолютно не готов к столь резкому возвращению на службу…
3
– Спасибо, коллеги! Удачного дежурства! – пожелал Виктор, выбравшись из машины ГИБДД у здания аэропорта Анапа.
– Счастливого полета, товарищ полковник! – ответил старлей, и полицейская машина тут же отъехала.
Логинов прошел к входу и нырнул в кондиционированную прохладу аэровокзала. Чисто автоматически он отметил, что никто из аэропортовской охраны его при этом не встретил и визуально не осмотрел даже для проформы. Это несмотря на то, что после домодедовской трагедии прошло не так уж много времени.
Как и велел замдиректора, направился Виктор прямиком к служебной зоне. Там, у проходной, кроме охранника, торчали двое мужчин в гражданском. Один постарше, солидный и с заметным брюшком; второму чуть за тридцать. Это был не слишком яркий блондин с прической, напоминающей полубокс. Лицо у блондина правильной формы, открытое и довольно симпатичное. Он заметно нервничал и то и дело поглядывал на часы.
Когда Логинов, вынырнув из-за колонны, направился к проходной, блондин коротко взглянул на него и тут же опознал. Развернувшись к Виктору, он сделал небольшой шаг навстречу и вроде бы невзначай огляделся по сторонам.
Когда Виктор подошел, блондин пожал ему руку:
– Здравия желаю! Я уж думал, придется просить рейс задержать… Прошу! Это начальник смены охраны, – кивнул он на солидного мужчину с брюшком.
Тот обменялся с Виктором быстрым рукопожатием и сделал знак охраннику, который тут же открыл турникет. Они втроем нырнули в служебную зону, вскоре свернули и очень быстро направились по длинному коридору мимо ряда дверей.
У одной из них, расположенной почти в самом конце, начальник смены охраны остановился и развернулся:
– Ну, все! Стюардессы в курсе, а мне, я так понимаю, лучше с вами не светиться…
– Да, – кивнул блондин. – Спасибо!
– Счастливого полета! – сказал начальник смены охраны, обменявшись с блондином и Виктором торопливыми рукопожатиями.
Три с половиной минуты спустя Логинов с блондином в числе других пассажиров транзитного рейса Краснодар—Анапа—Сочи уже поднялся на борт самолета. В салоне оказалось с полтора десятка свободных мест, так что Логинов и блондин без проблем уединились на предпоследнем ряду кресел. Здесь они, наконец, смогли без помех пообщаться.
– Ну что, давай знакомиться? – повернулся Виктор к спутнику. – Полковник Виктор Логинов, Главное управление по борьбе с терроризмом.
– Майор Сергей Каморин, и.о. начальника отдела краевого УФСБ.
На этот раз они не стали обмениваться рукопожатием, просто кивнули друг другу.
– А начальник что, в отпуске? – спросил Логинов. – Мы с ним с год назад пересекались…
– Никак нет, – покачал головой майор. – Пошел на повышение. В Воронеж, замом в областное управление.
– Понятно! Ладно, давай тогда к делу, майор. Что у нас с планом операции?
– Да мне, честно говоря, заниматься планированием было особо некогда. Замдиректора позвонил, дал указание и приказал всем заняться лично. Я еле успел паспорт вам сделать – и сразу в аэропорт.
– Ну показывай хоть паспорт… – вздохнул Виктор, однако в этот момент попросившая пристегнуть пассажиров ремни стюардесса двинулась вдоль салона в хвост самолета.
Виктор сделал майору предостерегающий жест. Стюардесса приблизилась и с улыбкой остановилась в паре метрах от предпоследнего ряда:
– Все в порядке? Пристегнулись?
– Да, спасибо! – синхронно сказали Виктор и майор.
Стюардесса все с той же приветливой улыбкой грациозно развернулась и удалилась обратно в нос самолета. Майор расстегнул небольшую кожаную сумку, лежавшую у него на коленях, и извлек из нее паспорт в пластиковой обложке с латунными уголками. Обложка была порядком потертой, один уголок отсутствовал.
Виктор взял документ и открыл. Внутри паспорт тоже выглядел порядком поношенным. И даже свежевклеенная фотография Логинова казалась потертой и чем-то слегка заляпанной.
Виктор одобрительно произнес:
– Неплохо! – И прочитал: – Нечитайло Виктор Иванович… Бывали у меня фамилии и похуже…
Далее Виктор быстро пролистал документ, запоминая свои новые паспортные данные. Родился он якобы в станице Красносельской Краснодарского края, а зарегистрирован в Краснодаре по улице Пушкина. Отметок о наличии детей и жен – бывших и настоящих – не было.
– Понятно, – закрыл паспорт Виктор. – Отличная работа. А что с легендой?
– Да на разработку легенды у меня времени не было. Единственное, что этот паспорт мой человек уже забил или в ближайшее время забьет в базу данных МВД…
– Это радует, – сказал Логинов, – но меня же нужно за что-то определять в КПЗ. И повод для этого должен быть железобетонный.
– Я понимаю! – согласился майор. – У меня с собой ориентировки по нераскрытым особо опасным преступлениям по Краснодару за последний месяц.
– А, ну это уже что-то, – кивнул Виктор. – Давай свои ориентировки, майор, будем изучать, к чему меня можно пристегнуть…
4
– Шеф, до центра подбросишь? – спросил Виктор, открыв дверь притормозившего «Фольксвагена».
– Давай! Только быстро! – сказал сидевший за рулем майор Каморин.
Виктор нырнул на переднее сиденье, и Каморин тут же тронулся. Подобрал он Логинова на автобусной остановке аэропорта, из-за чего они с Виктором и разыграли небольшую театральную сценку «бомбила—клиент».
Лихо повернув, Каморин направил оперативную машину по трассе в сторону Большого Сочи. Для соблюдения конспирации «Фольксваген» местные сотрудники ФСБ оставили на парковке. Каморин при мгновенной встрече в аэропорту получил ключи, сам забрал машину и уже потом подхватил Виктора у автобусной остановки. Такая схема была призвана максимально уменьшить шансы на «засветку» Логинова.
Конечно, с точки зрения конспиративного искусства схема была далеко не идеальной. По большому счету, Логинову следовало самому ехать в город и уже там подсаживаться к Каморину – в безлюдном месте, причем таком, где напрочь отсутствовали камеры наружного наблюдения. Однако им приходилось действовать максимально быстро, что исключало подобные варианты.
Едва отъехали от аэропорта, как Каморин вынул из кармана мобильник, собираясь позвонить. В этот момент сзади к «Фольксвагену» быстро приблизились две машины. И, вместо того чтобы обогнать, вдруг сбросили скорость.
– Черт! – сказал Каморин, опуская телефон.
Логинов, подавшись чуть вперед, прикипел взглядом к боковому зеркалу. Однако он так и не успел толком рассмотреть машины преследования – несколько секунд спустя передняя из них резко пошла на обгон. Виктор и Каморин одновременно повернули головы влево.
Дизельный «Мерседес» цвета «мокрый асфальт», громко урча мощным движком, проплыл сбоку и ушел на три-четыре метра вперед. И почти сразу же начал смещаться вправо, «подрезая» «Фольксваген».
– Твою мать! – выдохнул Каморин, вильнув влево и сбросив скорость.
Однако шедшая сзади вторая машина замигала фарами и засигналила. Это была классическая «коробочка», хотя и далеко не идеальная по исполнению. В этот момент впереди справа показался небольшой карман, предназначенный для остановки машин. В него-то вынужденно и свернул Каморин, поскольку «Мерседес» резко пошел на крайнюю полосу, не оставив ему другого выхода.
«Мерседес» вильнул в карман впереди и сразу же затормозил. Каморину пришлось крутануть руль вправо и ударить по тормозам. В результате «Фольксваген» уткнулся передними колесами в бордюрный камень, встав почти поперек кармана. Столкновения с «Мерседесом» он избежал, однако свернувший следом за Каморинным «Опель» въехал в зад «Фольксвагена». Впрочем, удар оказался не слишком сильным. Оперативную машину слегка развернуло против часовой стрелки, задний бампер с треском оторвался, так что его осколки брызнули на асфальт.
– Мать их! – снова выругался Каморин, отстегивая ремень безопасности и тут же выхватывая пистолет.
– Спокойно, майор! Дай сюда, – резко протянул руку Логинов.
Каморин замешкался. Как и у любого сотрудника силовых ведомств, инстинкт сохранения табельного оружия был у него вбит в подсознание.
Поэтому Логинову пришлось повторить:
– Дай, говорю! И не высовывайся пока. Если что, я дам знак.
С этими словами Логинов снял пистолет с предохранителя, передернул затвор, дослав патрон, и снова поднял флажок. Сунув пистолет сзади за пояс под ветровку, он вынырнул из автомобиля.
Водитель «Мерседеса», бугай борцовской внешности, стоял за «Мерседесом», держа у уха мобильник. Самого телефона видно не было, поскольку лапища у бугая была такая, что мобильник в ней просто потерялся.
Логинов оглянулся. Из протаранившего «Фольксваген» «Опеля» на свет божий выбрался парень лет тридцати с небольшим. Этот габаритами особо не поражал. Зато в его правой руке Виктор рассмотрел мощный электрошокер.
– В чем дело? – спросил Виктор, разворачиваясь к бугаю.
– Ага! Ждем! – сказал тот в трубку и отключил телефон.
Сунув мобильник в карман просторных летних штанов, бугай двинулся к багажнику «Мерседеса». Виктор обогнул передок «Фольксвагена» и снова спросил:
– Эй! Я спрашиваю, в чем дело?
– Это ты у водилы своего недоделанного спроси, – лениво проговорил бугай, запустив спереди под футболку руку и почесав живот. – Накупят прав за бабло, а потом беспредел с аварийными ситуациями на дорогах творят… В общем, ты лучше хватай шмотки и на остановку двигай, брателла, а мы тут сами разберемся.
– Да, мужик, – подхватил другой таксист. – Ты лучше поезжай. А то оформление ДТП – штука долгая, до утра тут прокукарекаешь.
В этот момент в стороне аэропорта на трассе вдруг возникли фиолетовые всполохи. А несколько секунд спустя к карману трассы приблизилась машина ГИБДД с включенной мигалкой.
– О! А вот и гайцы! – с деланым удивлением проговорил бугай. – Быстренько…
Логинов, успевший обойти передок «Фольксвагена», негромко сказал в окно Каморину:
– Приплыли…
В подъехавшей машине ГИБДД находился только один автоинспектор. Вильнув в карман, он выбрался из-за руля и поправил на голове кепку.
– Что тут случилось?
– Да вон «Фолькс» сперва мне чуть в бочину не въехал, а потом Миху подрезал, товарищ лейтенант! – быстро проговорил бугай. – Наверное, бухой, потому что даже не вылез…
– Понятно. Сейчас разберемся, – сказал лейтенант, решительно направляясь к «Фольксвагену».
– Выходить? – уныло спросил у Виктора Каморин.
– Сиди! – бросил тот и развернулся к инспектору.
– Вы кто? – спросил тот.
– Да это пассажир… – торопливо пояснил пристроившийся к гаишнику бугай.
– Предъявите документы, гражданин, – небрежно козырнул инспектор.
– Пожалуйста! – пожал плечами Логинов, доставая из кармана паспорт.
Приблизившийся в сопровождении бугая инспектор протянул за ним руку. Логинов же, вместо того чтобы отдать документ, сделал мгновенный выпад вперед и коротко ударил левым кулаком в солнечное сплетение гаишника. Тот квакнул и, хватая ртом воздух, резко наклонился вперед. Виктор принял его в свои объятия и опустил на землю. При этом он расстегнул левой рукой кобуру и выхватил из нее табельный пистолет милиционера.
– Ты че!.. – подался было в первый миг вперед бугай.
Однако пистолет в руке Виктора заставил его сперва остановиться, а потом и податься назад. Виктор же, извлекший пистолет левой рукой обратным хватом, мгновенно перехватил его в правую руку и вскрикнул:
– Стоять!
– Эй, я не при делах, братан! – поднял руки бугай.
– Это понятно, – сказал Виктор, шагнув к нему.
Бугай явно был обескуражен, однако голову от страха не потерял и вел себя довольно благоразумно. Впрочем, Виктору это было все равно. Шагнув вперед, он нанес неожиданный хлесткий удар подъемом левой ноги сбоку в правое бедро бугая. В боевых единоборствах такой удар назывался лоу-киком.
Бугай охнул и тут же словно бы стал ниже на полголовы. Удар Виктор выполнил с наклоном, вложившись в него всей массой тела. И правую ногу бугая практически мгновенно парализовало. Он попытался было перенести вес тела на здоровую левую, однако не удержал равновесия и неловко завалился набок, словно пьяный вокзальный инвалид на протезе-колотушке.
Визуально огнестрельного оружия у бугая не просматривалось, поэтому Виктор не стал тратить время на его обыск, а тут же быстро развернулся. Майор Каморин, выпрямившись на водительском сиденье, смотрел на Логинова круглыми глазами. Судя по виду, обескуражен случившимся он был не меньше бугая.
Второй же сочинский водитель Миха успел отступить к водительской дверце своего «Опеля» и как раз нырнул в машину.
– Стоять! – крикнул Логинов, делая быстрый шаг по направлению к нему.
Однако Миха, в отличие от своего коллеги-бугая, контролировать свой страх оказался не в состоянии. Прыгнув за руль, он, не закрыв дверцу, мгновенно завел машину и врубил заднюю передачу.