Пощекочи нервишки. Новый год с Ужасной Сюзанной

8. Мировая чемпионка по косьбе

– Добро пожаловать! – приветствовала новых постояльцев Оксана, когда Эльза заполнила на каждого формуляр в компьютере. – Мы вас ждали. Очень рады приветствовать вас в нашем доме отдыха. Где вы можете спокойно встретить новый год.

Постояльцами оказались молодые студенты. Их было четверо: две девушки и двое молодых парней. С собой они привезли еще и аккуратного вида бабушку. Изображение таких бабушек помещают на пакеты молока и сметаны.

– У меня машина заглохла, – сказала бабушка, ласково улыбаясь. – И эти чудесные молодые люди оказались столь любезными, что помогли мне добраться до вашего отеля. Иначе я бы замерзла в такую погоду. Все-таки хорошо мы сейчас воспитываем нашу молодежь.

Студенты тоже дружелюбно улыбались. Все были в цветастых свитерах. Они с интересом поглядывали в большую гостиную, в которой стояла красавица елка. Она, казалось, светилась золотистым светом. Светом уюта и тепла.

Оксана еще раз всех поприветствовала.

– Добро пожаловать в наш отель.

Одна девушка с вышитым на свитере оленем вежливо поинтересовалась:

– А как называется ваш отель? Нигде не написано. – И студентка еще раз листнула цветастый проспект, в котором описывали все прелести проживания в загородном доме отдыха Оксаны и Графа.

Оксана замерла с открытым ртом. «Название для отеля! – пронеслось в ее голове. – Мы с Графом учли все, но только забыли название отеля!»

– Э-э-э… – промямлила Оксана и поежилась под пристальным вниманием четырех пар глаз, которые с нескрываемым любопытством ожидали от нее ответа.

– А название отеля придумает тот, кто выиграет в сегодняшней викторине, – неожиданно спасла положение Эльза. Студенты были в восторге.

– Как здорово!

– Это круто!

– Первые гости в новом году придумают название отеля.

Оксана поморщилась: ей не очень нравилась перспектива, что название для отеля придумают совершенно незнакомые люди, которые к нему не имеют никакого отношения. Чтобы прекратить поток эмоций, лившихся от молодых людей, она резко вставила свою фразу:

– Идемте, я покажу вам ваши комнаты.

Эльза и старушка остались одни. Старушка вовсю умилялась новогоднему оформлению отеля:

– А снежинки вы сами вырезали? Как красиво!

Эльза стояла за стойкой ресепшена. Ее лицо в готском макияже было непроницаемым. Ни один мускул не дергался на ее лице.

Старушка с беспокойством глянула на странную девушку-гота и еще усерднее принялась расхваливать отель:

– А какая елка. У вас такая чудесная елочка. Вы сами ее наряжали?

Эльза вышла из-за стойки и подошла к милой бабушке почти вплотную. Девушка-гот указала на значок, прикреплённый к блузке старушки – песочные часы и коса.

– Бабуся, а почему у вас знак смерти? – вдруг спросила Эльза.

Старушка рассмеялась. Чересчур громко.

– А это, внучка, значок спортивной секции.

– Спортом занимаетесь?

– Это, дитятка, спортивный значок. Я косарь-садовод. Вот! Косим на скорость. Я как зайдусь… о-ой… так меня не остановить.

– И как успехи?

– То есть?

– Спрашиваю, как спортивные успехи?

– Я чемпион мира по косению. Ой, тьфу… Хотела сказать, по кошению, то есть по косьбе. – Она задумалась. – Вот какая напасть, никогда не задумывалась, а как правильно говорить, короче, я накосячила на целое звание чемпиона мира. Понятно тебе, девочка?

Эльза, не мигая, слушала, что говорит чемпионка мира по кошению на скорость.

– Понятно, – глухо сказала она. – Проходите в гостиную, я сейчас принесу вам чаю.

И как только бабушка отдалилась, Эльза ответила:

– Старушенция, похоже, зачетная чувиха. – И добавила: – Думаю, она нас всех убьет.

9. Заселение в проклятый отель

Студенты следовали за Оксаной на второй этаж. Андрей, Вика, Муса и Жанна – так звали студентов – поднялись за хозяйкой отеля по дубовой лестнице, сделанной еще в позапрошлом веке. Дощатый пол на втором этаже был устелен уютным ковром, бра светили со стен мягким светом.

– У вас два номера, и они напротив друг друга, – говорила Оксана, подводя постояльцев к дверям номеров. – Двести десятый и двести девятый. Девочки в четный, а мальчики в нечетный.

– Прочему это девочки в четный? – тут же возникла Виктория. – Может, девочки хотят…

– Мне пофиг, что девочки хотят, – огрызнулась Оксана. – Вот когда девочки будут платить за себя, тогда и будут говорить.

Жанна фыркнула.

– Мы и заплатили за себя! – воскликнула она и хотела далее бравировать этим, но Оксана ее оборвала:

– Ага, заплатили десять процентов, а вот остальное заплатил институт, поэтому сидите и молчите, потому что ваш воспитательный отдел дал мне четкие инструкции по поводу вашего времяпрепровождения.

Муса нагнулся и прошептал на ухо Жанне:

– Если че, то мы поменяемся. Я могу разделить номер с Викой.

Но Оксана все слышала.

– Только попробуйте, я тут же позвоню в отдел воспитательной работы со студентами вашего института. Они, кстати, попросили меня информировать о подобных эксцессах.

Лица четырех студентов перекосились, словно они все разом лизнули лимон. Но делать было нечего. Молодые люди разместились в нечетном номере, а девушки в четном.

– Почему вы такая злая и потакаете системе? – с вызовом высказала свое недовольство Жанна, но Оксана захлопнула перед ней дверь, оставив девушку с ее недовольством в номере.

– Потому что я еще не замужем, – пробурчала Оксана. – Вот будет у меня свадьба, тогда я буду добрее и поменяю свое мнение.

Она даже сама удивилась своим словам, хотя ранее всегда конфликтовала с родителями. Раздумывая над своим же странным поведением, она дошла до конца коридора и, прежде чем ступить на лестницу, все-таки решила, что даже после свадьбы не изменит своего решения. Вернее, она тогда точно не изменит своего решения.

Студенты же, выждав время, когда, по их мнению, Оксана спустится вниз, открыли двери номеров и встретились в коридоре.

– Вот пренеприятная особа, – стала жаловаться Жанна, – хлопнула дверью перед моим носом, я думала, она мне сейчас нос сломает. И вроде не старая дева и выглядит молодо.

– Это все косметика, – с видом знатока сказал Муса, зачесывая назад свои синие волосы. – Она тебе, наверное, в матери годится.

– Черт сейчас поймешь, с этим возрастом, – согласилась Жанна, а за ней и Вика. У Жанны были длинные розовые волосы нарочито искусственного цвета, а Вика носила каре с седой прядью.

– В кои-то веки умудрились выиграть конкурс в институте и выиграть путевки, но и здесь свободы нет, – возмутилась Вика.

– Ага, институт велел докладывать о том, как мы проводим наше время, – пробурчал Андрей. У него был пирсинг в носу, а волосы были желтого цвета. – Прямо произвол.

– Верно, – поддакнула Вика и тряхнула седой прядью.

– Вот и славно, – обрадовался Андрей, – тогда делим номера следующим образом: я и Жанна заселяемся в один номер, а вы с Мусой в другой.

Девушки молча переглянулись, и Жанна ответила:

– Не-ет!

– Не-ет? – переспросил Муса.

– Ага.

Андрей тут же придумал новый план.

– Ну ладно, тогда так и быть уж, я тогда заселяюсь в номер с Викой, а ты, Жанна, селишься с Мусой.

Девушки опять переглянулись.

– Не-ет! – вновь ответила Жанна.

– Да как нет же! – на этот раз взорвался Муса. – Вы сами только что говорили о произволе.

Девушки вновь переглянулись и одновременно кивнули головками.

– Говорили, – за всех ответила Жанна.

– Тогда я предложил варианты расселения.

– Предложил, да.

– Они вас не устраивают.

– Всецело.

– Тогда в чем произвол-то?

Девушки задумались, вновь посмотрели друг на друга и пожали плечами.

– Все равно произвол, – сказала Жанна и захлопнула дверь ее с Викой номера, оставив молодых людей в одиночестве в коридоре.

Андрей прорычал.

– Вот попали, – сказал он Мусе. – Чего тогда мы делать-то будем, если девчонки нам от ворот поворот дали?

Тот отступил от товарища на два шага.

– Спрашивается, какого черта я сюда поехал? Послать меня могли и в общаге. Кстати, вероятность разделить номер с девушками в общаге намного больше, чем в этом проклятом отеле на выселках.

Молодые люди, переругиваясь, ушли в свой номер и громко хлопнули дверью.

Оксана, которая все это время пряталась на лестнице, удовлетворенно кивнула головой и прошептала:

– Меньше проблем с вами, ребятишки. – Уже спускаясь по лестнице, она невольно сравнила свои поступки с действиями своей мамы, которая караулила ее по вечерам у двери дома. – Да ну нет, – сама себе сказала Оксана, – я же не такая, я же во имя коммерции… Наверное, так по крайней мере мне кажется. Все равно я – хорошая.

10. Злой незнакомец

В дверь постучали три раза.

Отблески еловых игрушек, висевших на елке, теплый свет свечей в фарфоровых подсвечниках и негромкая музыка навевали уютную негу. Не сразу нашелся желающий подойти к входной двери и открыть. Этим желающим в кавычках оказалась Маша. Девушка уже поняла, что ей с мужем придется провести Новый год в этом загородном доме отдыха, и она уже смирилась с этим. Единственное, что ее беспокоило, так это поведение Артема. От его пугливой натуры можно было ожидать всего. Увидев, что стойка ресепшена пуста – Эльза и все остальные кучковались на кухне, – Маша пошла открывать дверь.

На пороге стоял незнакомец. Он очень не понравился Маше. Она своим женским чутьем почувствовала, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Вернее, девушка его даже не увидела. Открыв дверь, перед ней предстала темная фигура с копной снега на голове.

– Снег чистить нужно! – возмутился незнакомец. – Только постучал три раза, как с крыши сугроб упал.

Маша растерянно отступила назад.

– Я не хозяйка, – проговорила она, пока незнакомец переступал порог и закрывал за собой входную дверь. – Хозяйка сейчас подойдет. Вы постоялец? Сняли здесь номер?

Незнакомец не по-доброму взглянул на девушку из-под полей шляпы.

– Если ты не хозяйка, то какое твое дело? – грубо сказал незнакомец.

Маша смогла разглядеть под шляпой лишь защитную маску, прикрывавшую лицо незнакомца. Она не собралась сразу, что ответить грубияну. А незнакомец стащил с себя кожаный плащ и стянул с себе шляпу борсалино.

– Чего стоишь, – прикрикнул он на девушку, – иди доложи там!

Маша, сама не понимая, почему так поступает, побежала на кухню. А незнакомец, не вытирая сырых от снега ботинок, прошел в гостиную, оставляя на толстых коврах грязные следы.

Возле елки стоял Артем и наряжал елку. Он был один, занятие его увлекало, и он даже смог расслабиться и забыть о своем страхе. Пока не появился незнакомец.

– При-ивет, – сказал незнакомец. – Знаешь, а я тебе знаю, ты тот парень, который всего стал бояться.

Сердце Артема упало в пятки.

11. Сумасшедшая Снегурочка и Смерть

Запах мандаринов всегда возвращает нас в детство. Корица навевает уютные воспоминания, а ваниль обнимает теплотой. И конечно запах горячего шоколада. Все эти запахи вплетаются в новогоднюю мистерию вместе с блеском серебристого зонтика, что лежит на елке.

В дверь вновь постучались. И на этот раз постучались так, что этот стук был слышен во всем отеле. Во всем отеле – это значит от самой крыши и заканчивая самым нижним уровнем подвала.

Его услышали все.

Маша, которая прибежала на кухню и хотела сообщить Оксане о визите пренеприятнейшего субъекта, застыла с открытым ртом. Бизон, Граф, Пастор и Ляма застыли на месте со стаканами с томатным соком, заправленным корицей. Даже Эльза, которая, казалось бы, ничему не удивляется, поставила чашку с кофе на кухонный столик.

– Что это еще такое? – прошептала она.

Граф оглядел всю компанию беспокойным взглядом. Из-под стола показались розовые уши Крола Батьковича – он, по его собственным словам, перебрал с корицей, захмелел и просил его больше не беспокоить до следующего года. Но сейчас обеспокоенный кролик поднялся на ноги.

– Что за три тысячи кроличьих нор в сыре, – пробормотал он. – Это неспроста.

Все согласились с ним.

Даже наверху, на втором этаже студенты приоткрыли двери своих номеров и стали переглядываться. Весь отель переполошился, кроме номера двести тринадцать. Там скрипела кровать и занимались любовью.

Оксана побежала к входной двери, но Граф остановил свою невесту и пошел вперед. Парни двинулись за ним. И вот вся компания оказалась в холле. Граф подошел к крепкой дубовой двери, окованной железом, которая помнила еще позапрошлый век. Он помедлил и кинул взгляд на сотоварищей. Бизон подошел поближе и кивнул головой, дескать, приятель, если что, я здесь.

Щелкнул замок, и Граф распахнул дверь.

Там было пусто. На улице тихонько мело. Серебристый снег цветными огоньками летал по воздуху. Сугробы поблескивали, будто самоцветы на стеганом одеяле. На небе горели звезды. Стояла та новогодняя погода, которую любой человек желал бы видеть перед заветными ударами часов. И казалось, что там, на улице, так же тепло и уютно, что и дома.

Все какое-то время созерцали пухлые сугробы, ночное небо и мерцание снега. Граф пожал плечами и стал закрывать дверь. Однако она распахнулась сильным ударом. На пороге возникла фигура в кокошнике, в синей шубке с серебряными узорами и с большим красным мешком за плечами.

– ПАБАМ! – воскликнуло странное создание, вставая в эффектную, как ей самой казалось, позу. При этом она вскинула вверх одну руку в рукавичке. Лицо странного создания закрывала черная защитная маска.

– С наступающим Новым годом! Это я – ваша Снегурочка. – При этом Снегурочка исполнила замысловатый танец радости, более походивший на нижний брейк. И так как Снегурочка исполняла его с большим мешком, то стоявший рядом эльф-переросток с красным клоунским носом и в зеленых лосинах получил праздничным мешком по клоунской физиономии. Закончив праздничные телодвижения и приведя своего эльфа в порядок, Снегурочка вновь обратилась к изумленной аудитории, наблюдавшей за ней с широко раскрытыми глазами.

– А теперь подарки, мои маленькие детишки.

Крол Батькович, который появился в холле с морковкой, заметил:

– А где Дед Мороз?

Снегурочка, игриво помотав своей искусственной косичкой, провозгласила:

– Детишки, Дедушка Мороз сейчас занят, он работал целый год, и поэтому подарки раздавать буду я. Вы ведь рады этому?

В полнейшей тишине послышался лишь голос Крола Батьковича.

– Нет, не рады.

Снегурочка насупилась и подступила к розовому кролику.

– А я говорю, рады, – с предупредительной угрозой сказала Снегурочка.

– Да нет же, Дед Мороз лучше… – стал доказывать Крол Батькович, но Снегурочка подошла вплотную к кролику.

– Говорю, все детишки рады Снегурочке! – прорычала она и на мгновение приподняла маску перед кроликом.

Тот охнул, выронил морковку и быстро согласился:

– Все детишки рады Снегурочке! – отчаянно закивал головой розовый кролик, и его уши затрепетали. – Очень рады Снегурочке!

– Вот и хорошо, – удовлетворенно сказала Снегурочка.

Но Крола Батьковича было уже не остановить.

– Прям каждый день сидели и ждали, когда же придет Снегурочка, что там день, каждый час сидели и говорили, когда придет Снегурочка. Прям циферблат до дыр проглядели. И Дед Мороз нам не нужен.

– Эй! – прикрикнула на него Снегурочка. – Ты палку-то не перегибай!

Розовый кролик благоразумно заткнулся.

– Молодец, – похвалила его Снегурочка. – Вот тебе, деточка, за это календарик.

– Да нет, не нужно, – замахал руками Крол Батькович, стараясь дистанцироваться от сумасшедшей Снегурочки.

– Говорю, бери календарик! – пригрозила Снегурочка. – А ну взял быстро календарик! Там фотографии лучших крольчих года в купальниках, без купальников, в одной шерстке, ну и без шерстки тоже.

– О! – Крол Батькович мигом схватил календарь и с восторгом его развернул. Потом сконфузился и, сунув календарь под мышку, заторопился.

– Так, я пойду, обдумаю планы на следующий год, прошу полчаса меня не беспокоить, – по-деловому заявил розовый кролик и мигом удалился в туалет.

– А теперь всем подарки! – закричала Снегурочка. В мгновение ока она пронеслась по холлу, одаривая присутствующих различными подарками, при этом она кричала свои слегка хрипловатым голосом «С Новым годом!» так, что скорее пугала, а не поздравляла. Здоровенный эльф-переросток сопровождал Снегурочку и помогал доставать подарки из бездонного мешка.

Когда раздача подарков была закончена, Снегурочка подхватила Оксану под руку.

– А теперь, хозяйка, покажи нам комнату, где мы можем отдохнуть с моим коллегой перед встречей с Новым Годом.

– Да, конечно, – растерянно сказал Оксана, – у нас много свободных номеров. Мы ведь только открылись. Почтем за честь.

Снегурочка потащила Оксану на второй этаж по лестнице, а эльф-переросток с мешком на плече последовал за женщинами наверх.

Вернувшись на кухню, украшенную гирляндами и вырезанными из бумаги снежинками, все стали делиться впечатлениями.

– Странная Снегурочка, – заявил Бизон. Он опустил на пол наковальню, которую ему подарили в качестве новогоднего подарка.

– Что здесь странного? – ответил Ляма, перебирая пачку цветастых проспектов кладбищенских комплексов. На их обложках можно было встретить такие надписи: «Вечный покой только у нас!», «Уединение всей семьей на цветастых кладбищенских полях», «Отдохни после жизни!»

– Мне понравилось, – сказала Эльза, разглядывая смирительную рубашку последней модели для умалишенных, которую получила в качестве подарка: – Прикольная чувиха. Побольше бы таких на праздник.

– Ну не знаю, она меня пугает. А значит, и Теме не понравится, – воскликнула Маша, листая альбом с надписью «Лечение страхом. Новый метод от профессора Сюзанны Ибрагим-Лорд-Петрофф-Заволжской». Девушка вчиталась в текст книги и поменяла мнение: – Хотя, знаете, в этом что-то есть. Нужно на Теме проверить.

И она убежала наверх в свой номер, чтобы спокойно почитать.

Пастор же по своему обыкновению был молчалив. Он вертел небольшую книжку с надписью «Молитвы для верующих вампиров», и по его лицу было видно, что он весьма доволен подарком.

Бизон кисло оглядел всех.

– Всем подарки так подарки, а мне наковальня, а на кой она мне! Чего мне с ней делать?

Неизвестно откуда появившаяся бабушка напомнила о том, что в духовке стоят пироги и плюшки.

– Чуть все не сгорело, – говорила милая старушка, помогая Эльзе доставать противень из духовки. Запах корицы, свежей выпечки разлился по кухне.

– Ах, как пахнет, – сказал Пастор, пряча молитвенник в карман. – Чудесный запах.

– Может, по кусочку? – предложила милая бабушка. – Я тоже не удержусь.

Граф бросил взгляд на дверь в кухню.

– Можно, – согласился хозяин отеля, – давайте по кусочку, пока Оксана не пришла. А то придет и начнет: «только когда за стол сядем, только когда за стол сядем».

Все присутствующие успели съесть по небольшому кусочку пирога, когда на пороге возникла Оксана:

– Это только когда за стол сядем, – возмутилась она, – вы сейчас аппетит себе перебьете.

Граф, дожевывая кусок пирога, изловчился и чмокнул свою недовольную невесту в лоб. Но та отмахнулась от него.

– Очень вкусно, милая. Ты прямо сама себя превзошла.

– Ага, – согласился Ляма, – особенно этот жгучий вкус. Это новый рецепт. Новая идея – совместить перец с корицей.

Оксана захлопала глазами.

– Ляма, ты чего несешь, какой еще перец? Какой странный вкус?

Пастор стал ее успокаивать.

– Это действительно приятно и необычно.

Тут в кухне потянуло холодом.

Могильным холодом.

Свет в кухне замигал.

Милая бабушка вдруг рассмеялась демоническим хохотом. Ее фигуру вдруг обволокла черная туча, которая превратилась в балахон с наглухо надвинутым капюшоном. Из длинных широких рукавов показались костяные пальцы.

Громоподобный голос существа, которое еще мгновение назад было милой старушкой, провозгласил:

– Время пришло! Ваши секунды сочтены! Теперь вы все…

Однако присутствующие не услышали окончания фразы, потому что в воздухе просвистела наковальня, которая рухнула прямо на фигуру в черном саване и с грохотом припечатала ее к полу кухни.

– Мы только кафель новый положили! – в отчаянье воскликнула Оксана. – Бизон! Ты не мог бы кидаться наковальнями поосторожнее?

Граф согласился с невестой.

– Еу, Бизон, старик, действительно, ты же не на регбийном поле, – сказал он товарищу. – Мы теперь не узнаем, чего хотела эта старушенция.

– Тебя только это волнует? – возмутилась Оксана. – Кафель новый положили! И меня вообще не волнует, чего эта старушенция хотела провозгласить. Пусть хоть конец света хотела.

В разговор встрял Пастор:

– Не, а действительно, может, это посланник с небес и конец света вовсю идет, а мы и не в курсе.