Пощекочи нервишки. Новый год с Ужасной Сюзанной
- -
- 100%
- +
Оксана нахмурила бровки:
– Плевать мне на конец света, мне на кухонный кафель не плевать. – Она обратилась за поддержкой к Эльзе. – Ты чего скажешь?
Готка пожала плечами и кинула Оксане смирительную рубашку.
– К сожалению, у меня только один экземпляр, – посетовала она. – Но, приглашая к себе такую компанию, нужно было знать, что после их визита в твоем отеле понадобятся ремонтные работы.
Оксана подняла палец и хотела сказать что-то веское, но звук сдвигаемой в сторону наковальни заставил ее закрыть рот.
Черная фигура в балахоне поднималась с пола.
– Это бессмысленно, – проговорила она голосом, нотки которого кололи иголочками ужаса нервы. – Вы все идете со мной.
Фигура выросла в размерах и стала капюшоном касаться потолка.
– Эй, мы с Оксаной замучились белить потолок! – пригрозил Граф.
Ляма радостно ткнул в фигуру пальцем.
– А я знаю, кто это! – сказал он. – Мы уже встречались.
Черная фигура воздела свои черные рукава, будто крылья.
– Со мной встречаются только один раз! – продолжала реветь она. – Только один раз простые смертные встречаются со мной.
В руках черной фигуры возникла коса. Ее широкое лезвие блеснуло под электрическим светом в кухне. И теперь уже ни у кого не возникало сомнений, что перед всеми сама Смерть.
Великая.
Страшная.
Непознаваемая и ужасная.
Смерть выдохнула клубы морозного воздуха из-под капюшона и вознесла над присутствующими свою косу.
– Ты че тут забыла? – неожиданно прозвучал хрипловатый голос. Он прозвучал спокойно и страшно.
Смерть вздрогнула и уронила косу на пол. Она бросилась поднимать ее и когда поднялась, то перед ней стояла сумасшедшая Снегурочка.
– Привет, – небрежно бросила Снегурочка. – Я повторю свой вопрос: ты чего здесь забыла?
Смерть, прижав к себе свою косу, отступила от Снегурочки:
– Я это… того… мне нужно… – попыталась путано объясниться Смерть.
– Ага.
Смерть замолкла и осторожно спросила:
– Чего «ага»?
– То, что непонятно, что ты тут забыла?
Смерть задрожала, а вместе с ней задрожала и коса в ее костяных руках. Смерть хотела что-то ответить, но с перепугу не могла собраться.
Вдруг дверь в кухню распахнулась, и в середину кухни выпрыгнул страшный монстр. Он открыл свою крокодилью пасть и выпучил четыре выпуклых глаза.
– Аррай-блум-бам-пум!!! – заорал он бешено, делая пассы, как перебравший лишнего фокусник.
Аудитория молча внимала этому лицедейству. Наконец, монстр устал и огляделся, видимо желая оценить тот эффект, который произвело его выступление на окружающих. Но общество пребывало в молчании. Считая, что еще не все потеряно, монстр еще раз забился в судорогах, бешено мотая руками и своей пастью. Но и в этот раз на присутствующих его выступление не произвело никакого впечатления. Лишь Бизон молча поднял с пола наковальню, намереваясь жахнуть ею по башке шлифанутого монстра, но Граф остановил его.
Монстр попятился от Бизона и воскликнул мальчишеским голосом:
– Да что с вами всеми такое? Вы что, шуток не понимаете?
Андрей стянул со своей головы мастерски выполненную резиновую маску. Он выглядел недовольным.
Снегурочка, стоявшая возле Смерти, поинтересовалась своим хрипловатым голосом:
– А в чем шутка?
Парень хлопнул ладонью по маске.
– Так ведь страшно же!
Снегурочка пожала плечами. При этом она ухватила за шкирку Смерть, которая хотела по-тихому на цыпочках удалиться.
– Это нестрашно, – заметила Снегурочка.
– Как же так! – изумился студент.
– Страшно – это когда вот так, – сказала Снегурочка. Она свободной рукой сняла с себя защитную маску и улыбнулась парню своей страшной улыбкой Ужасной Сюзанны.
Молодой человек коротко вскрикнул и повалился без чувств на пол.
– Мой кафель, – охнула Оксана.
Ужасная Сюзанна удовлетворенно кивнула и перевела все внимание на смерть.
– Продолжаем разговор, – сказала она Смерти. – Так, повторяю вопрос. Чего ты здесь забыла?
Смерть страдальчески стала гладить свою косу:
– Я здесь на работе, – неуверенно прошептала она.
– Чего ты здесь делаешь? – не расслышала Сюзанна Смерть.
– Я на работе, – чуть громче проговорила Смерть.
– Ах, ты на работе! – воскликнула Сюзанна и обратилась к окружающим. – Мы, оказывается, здесь работаем?
Снегурочка обратилась к хозяевам отеля.
– А что, вы давно нанимали смерть? И в качестве кого? Может, она у вас прачкой работает?
Граф обнял перепуганную Оксану.
– Мы никого не нанимали, – сказал он, спокойно глядя на Сюзанну и Смерть. Последняя при этом делала ему какие-то знаки, дескать, пусть я у вас значусь на работе.
– Нет, не нанимали. У нас вообще семейный бизнес.
Сюзанна торжествующе оскалилась в своей ужасной улыбке.
– Слышала, у них семейный бизнес? На родню им ты чего-то не тянешь.
Голос Сюзанны вдруг стал жестче. Он, словно зубастая пила, въезжал в уши.
– Чего ты здесь делаешь, Смерть?
Фигура в балахоне задрожала. Ее охватил ужас.
– Я же сказала, я на работе, – чуть не плача стала оправдываться Смерть, теребя косу. – Здесь целое поле для моей деятельности: пироги отравлены, под елкой бомба.
Оксана рванулась вперед, как волчица:
– Чего это мои пироги отравлены! – закричала молодая женщина. – Если человек первый раз решил приготовить пироги, значит, они уже отравлены. Давайте разнесем по всему миру: Оксана приготовила отравленные пироги!
– Но они отравлены, а вы все съели по куску, – продолжала оправдываться Смерть.
– Так вот что за приятное жжение во рту, – обрадовался Ляма. – Спорю, это яд гюрзы.
Оксана нахмурилась и издала рычание. Граф чмокнул невесту в щеку.
– Подожди, милая, – сказал он и взял с тарелки аппетитный пирожок. Под взглядами всех присутствующих он откусил большой кусок и стал его жевать. При этом он закатил глаза вверх так, словно дегустировал букет оттенков редкого вина.
– Нет, – сказал Граф, положил недоеденный кусок на тарелку и решительно заявил: – Кураре! Это яд кураре! Однозначно!
Ляма был категорически не согласен.
– Как кураре, – вскликнул он, беря с пирожок и откусывая большой кусок, – это гюрза! Ей-богу, это яд гюрзы.
Но Граф отмахнулся.
– Какая гюрза, явно что кураре.
Бизон вызвался рассудить и засунул пирожок в рот целиком. После процесса тщательного разжевывания продукта и полного его поглощения Бизон выдал:
– Гадюка, в чистом виде яд гадюки.
Тут уже Граф вместе с Лямой накинулись на него. Разгорелся спор, в ходе которого в свидетели призвали Пастора, и тот уже потянулся за пирожком, но голос Сюзанны заставил всех замолчать.
– Тихо, – сказала Снегурочка, – я сейчас попробую.
Под общим вниманием Сюзанна сожрала пирожок, и даже сгребла со стола крошечки, и закинула в свою зубастенькую пасть. Через мгновение вердикт Сюзанны был оглашен.
– Одна часть гюрзы, одна часть гадюки и одна часть кураре.
Ляма, Бизон и Граф в знак примирения пожали руки друг другу. А Сюзанна облизала пальцы.
– Ничего так, вкусненькое, – она показала на оставшиеся пирожки и высказала Оксане: – Ипритику не хватает, на будущее рекомендую добавить для остроты.
Эльза хмыкнула и спросила сестру:
– Оксана, ты собиралась убить постояльцев?
Та обиделась:
– Нет же, я к отравлению никакого отношения не имею. Я здесь ни при чем.
– Что там насчет бомбы под елкой? – полюбопытствовала Пастор, обратившись к Смерти.
– Кстати, что с бомбой? – спросила Сюзанна.
– Бомба есть, – замахала рукавами балахона Смерть. – Не вру, клянусь – чтоб все вакцинировались постоянно.
Тут у Бизона родилась мысль.
– А что, если она сама все это подстроила? Чтобы оказаться в нашем отеле? – сказал он.
Сюзанна оценила идею.
– А ведь и правда, – сказала она. – Кому как не Смерти выгодно множество смертей.
Смерть опять замахала руками и уронила свою косу.
– Что вы, за это наказывают у нас в департаменте. Так нельзя поступать. Это нехорошо.
– Вот это мы сейчас посмотрим, – сказала Снегурочка.
Сюзанна одной рукой сгребла Смерть в охапку и потащила за собой в гостиную. Все последовали за ними.
В уютной гостиной горели свечи теплым светом. Елка выглядела празднично, торжественно и одновременно по-домашнему. Стеклянные шары, как звезды, горели на зеленых ветках, серебряный дождик струился с верхушки вниз. Стеклянные игрушки: дутые белые медведи, воздушные балерины, укутанные шарфиками Филиппки с санками и космонавты вместе с ракетами стояли на раскидистых ветках. И все казалось нормальным и естественным, все, что и должно соответствовать новогодней праздничной атмосфере, кроме одного маленького нюанса. Скажем так, нюанс был совсем незначительным, и присутствующие даже его и не сразу заметили, если бы не стали приглядываться. Под самой елкой лицом вниз лежал человек. Он был мертв.
12. Белка-детектив
Сюзанна перевела взгляд своих черных эбонитовых глаз с мертвого тела, лежавшего под переливающейся огнями новогодней елкой, на Смерть и с претензией посмотрела на нее.
Та опять замахала своими широкими рукавами.
– Это не я! Честное слово не я, – стала оправдываться Смерть. Она даже подняла вверх свою левую руку и поклялась: – Клянусь всеми сухими черепками кладбищенских угодий, что это не я.
Сюзанна хмыкнула и оттолкнула от себя Смерть. Та с размаху плюхнулась в кресло.
Эльза восторженно обвела окружающих взглядом.
– Вот это новый год, – довольно сказала она, – а я, дура, еще ехать не хотела.
– Что будет с отелем, что будет с нашим отелем? – стонала Оксана. – И это в первый день открытия.
Остальные присутствующие молчали, только Ляма, чувствовавший, что в этот момент необходимо сказать нечто значимое и нетленное, простер руки к мертвому телу.
– Что скажет княгиня Марья Алексеевна! – трагически произнес он.
– Чего? – переспросил его Бизон.
Но Ляма отмахнулся.
– Не обращай внимание, это из классики. Она всегда актуальна.
– Актуально из классики – это: что делать? и кто виноват?
Все согласились с такой постановкой проблемы.
Бодрый голосок прозвучал в гостиной.
– Вы спрашиваете, что делать! – по дубовой лестнице спускалась белка. Она слегка помахивала своим пушистым хвостом.
– Вот это костюм, – удивился Пастор, который первый раз увидел странную постоялицу отеля.
– Там, наверное, киберсистема стоит, – прошептал Граф. – Нейросеть с карданным валом, а управляется с приложением из мобильника.
Белка встала перед елкой.
– Спасти ваше положение можно, только лишь если мы раскроем это загадочное убийство. Только если мы найдем преступника.
Она улыбнулась, показав свои неправильно растущие в разные стороны зубы. Белка вдруг выудила неизвестно откуда охотничью кепи с двумя козырьками – точь-в-точь такое изображали на голове Шерлока Холмса.
– И раскрыть это преступление может только один человек! – провозгласила она. Белка стала сумасшедше вращать своими косыми глазами. При этом она торжественно вознесла над своей головой шапку знаменитого сыщика со словами: – Только я могу раскрыть самое запутанное преступление.
Она торжественно стала опускать кепи себе на голову. Когда кепи было водружено между ее ушками с милыми кисточками, белка вскрикнула:
– Это работа для белки-детектива!
За спиной белки эффектно бахнула хлопушка, которую белка дернула за веревочку.
– Впечатляет! – оценил самопрезентацию белки Ляма.
Однако представление не прошло даром для белки. Запахло паленым.
– Ой, мой хвостик! – заорала белка-детектив и бросилась сбивать пламя со своего шикарного хвоста.
Оксана выглядела невпечатленной.
– И за что это все? – сказала она.
Белка отчаянно дула на хвост.
– Это во всех фильмах про супергероев. Так супергерои должны появляться эффектно! – пояснила белка и вновь стала дуть на свой хвост.
– А-а, – протянула Оксана, – достали они, эти супергерои.
– Я вообще ни одного фильма про супергероев не смотрела, – пожала плечами Эльза.
– А чего так? – поинтересовался Пастор, вспоминая, что на завтра купил билеты в кино, куда хотел пригласить Эльзу.
– Модус вивенди не позволяет, – резонно отозвалась готка.
– Чего?
– Образ жизни, – сказал она, демонстрируя цепь на своей шее, составленную из черепов.
– Понятно, – ответил Пастор, вспоминая, к какому жанру относится фильм, на который он взял билеты. Вспомнить он не смог, поэтому осторожно спросил: – Значит, завтра на «Ржавые зубья – 20» не идем?
– Как это не идем? Что, двадцатый фильм выходит?
– Так премьерный показ, – ответил Пастор.
– Здорово! – воскликнула Эльза и в не себя от радости впилась своим черными губами в губы Пастора. Ляма при этом громко крякнул. Сюзанна заметила его реакцию:
– Не волнуйся, познакомлю тебя с парой живых зомби – бывшие супермодели.
– Спасибо, – уныло ответил Ляма.
– Только они еще и ведьмы, поэтому за последствия не отвечаю.
– Не, с ведьмами мне не хочется иметь дело, пускай и мертвыми.
– О, могу подарить тебе свой пазл из разных частей мертвецов. У меня как раз женщина получается. Бабули только позвоночник мне подарят, и можешь забирать.
На что Ляма лишь печально вздохнул.
На шум прибежала Маша. Она в своем номере изучала подаренную ей сумасшедшей Снегурочкой книгу, когда услышала грохот хлопушки.
– Что у вас произошло? – спросила девушка, спускаясь с лестницы. – У вас что, взрыв? Кого-то убило?
Про убийство она сказала в шутку, но, спустившись в гостиную, Маша увидела неподвижно тело, лежавшее под праздничной елкой.
– Ах, Тема! – воскликнула молодая женщина. – А где Тема?! Артем, ты где?!
Молодой человек был найден лежащим за диваном. Он был в полуобморочном состоянии. Супруга стала приводить его в чувства, колотя ладошкой по щекам. Только когда Артем издал стон и приоткрыл глаза, Маша облегченно вздохнула.
– Тема! – повалилась на него жена.
Белка была холодна.
– Спокойно, гражданочка. Ну-ка в сторону, – сказала белка. Она лихо заломила свое детективное кепи и строго спросила приходящего в себя молодого человека.
– Убийца – это ты?!
Она картинно ткнула пальчиком в грудь Артема. От чего молодой человек задрожал. Язык у него от ужаса стал заплетаться.
– А-ва-ва-ва, – пролепетал он.
– Ага, сознаешься! – воскликнула белка-детектив.
Она приблизила свою мордашку к лицу Артема и, подмигнув доверительно, прошептала:
– За что ты его? Он что, спал с твоей женой?
Но молодой человек затрясся и простонал:
– А-ва-ва-ва!
Маша решительно оттолкнула белку от своего мужа:
– Прекратите сейчас же! – воскликнула она, обнимая Артема. – Вы же видите, мой муж болен! У него патологическая боязнь всего на свете. Он просто в шоке! А вы его добиваете.
– Болен, говорите? – проговорила белка, она на секунду задумалась, но потом ее лицо просияло. – Значит, убийца – это ты!
И белка ткнула лапкой в Машу.
– Что вы такое говорите, – произнесла девушка, от изумления Маша выпустила из рук голову Артема, и тот стукнулся о пол затылком.
Но белка продолжала дальше.
– Вы убили его из-за того, что спали с ним. Давно у тебя связь с этим типом? Верно, ты и в отель приехала, чтобы встретиться со своим любовником. Но когда ваш муж застал вас в объятиях любовника под новогодней елкой, вам пришлось избавиться от своего мужа, чтобы наслаждаться порочной страстью с любовником.
Граф кашлянул.
– Чего еще? Вы прерываете цепь дедуктивных умозаключений.
Хозяин отеля показал на распростертого на полу Артема.
– Это он – муж, – пояснил Граф.
– Точно, – подтвердила Оксана.
– М-да? – белка опять задумалась. – Ничего, но, как видите, я вью паутину вокруг преступника, и он скоро в нее попадет.
Белка опять просияла.
– Ага, значит, вы предавались преступной связи со свои мужем под новогодней елкой, когда вас застукал любовник, и вам двоим ничего не оставалось, как убить его.
Удовлетворенно потерла лапки.
– Так что, граждане преступнички, расстрел вам светит, расстрел.
Маша выпучила глаза.
– Что вы такое несете? – проговорила она. – Как вы смеете такое говорить.
– Неубедительная версия, – мрачным тоном поддержала Машу Эльза.
Белка сморщила свою мордочку.
– А жаль, так все ладненько получалось. Хорошо, пойдем от противного. Может, тогда она убила любовника из-за того, что она не хотела спать с мужем… То есть я хотела сказать, что не хотела спать с любовником… Или из-за того, что муж не хотел спать… Черт, я уже запуталась, кто не хотел с кем спать. Так, расследование зашло в тупик. Но все равно я плету свою паутину вокруг убийцы, и не пройдет и секунды, как он в нее попадется.
По прошествии девяти секунд Ляма попытался помочь расследованию.
– Ты хочешь добровольно признаться в убийстве! – обрадовалась белка, подскочила к Ляме и защелкнула на его зеленых запястьях наручники. Правда наручники были странные – они были меховыми и розовыми.
– Это с брачной ночи остались, – пояснила белка, – у меня все-таки медовый месяц.
– Поздравляю, – не смогла не удержаться Оксана, и при этом она выразительно посмотрела на Графа. – Видишь, как люди серьезно относятся к предложению.
– Сказал тебе, что сразу после нового года, – фыркнул Граф. – Сейчас нам нужно убийство пережить.
Белка пожала руки Лямы и торжественно произнесла:
– Нарекаю вас мужем и женой… ой, тьфу… ты с этим замужеством совсем запуталась, но честно скажу, процесс приятный…
Белка собралась и грозно провозгласила:
– Именем правосудия вы арестованы по обвинению в убийстве… – тут белка запнулась, она бросила взгляд на мертвое тело и в недоумении спросила у Лямы: – Так, а кого ты убил? Как его зовут?
Ляма смущенно улыбнулся.
– Я и хотел сказать, что прежде чем кого-то обвинять, нужно бы вначале выяснить личность убитого.
Белка приложила свой пальчик к подбородку и задумалась.
– Ага, то есть ты не собирался признаваться в убийстве?
– Нет, конечно.
– Жаль. Может, все-таки передумаешь?
– Нет, я не убивал этого… неизвестного.
Белка схватилась за свое фирменное кепи детектива.
– Ох, я и не знала, что разгадывать убийства – это такая морока. Мне казалось, что ткнешь пальцем в первого попавшегося, он раз – и убийца.
Белка опустила лапки и поплелась к убитому:
– Ладно, давайте по правилам: установим личность убитого, найдем свидетелей, выявим мотивы, установим скрытые особенности личности, проведем дознание и устроим очную ставку.
Белка резко повернулась к Артему, которому Маша помогла подняться с пола.
– Признавайся в убийстве!
От неожиданности Артем перепугался и упал на пол. Он был в обмороке.
– Ты чего творишь, ушастая! – заорала на белку Маша. – Ты моего мужа до инфаркта доведешь!
Белка стала извиняться.
– Я просто проверить. Это прием такой психический. Некоторые убийцы сразу сознаются.
– От такого приема я сам чуть не сознался, – признался Граф. – От такого приема тут вся психика съедет неизвестно куда.
Возле тела уже стояла Ужасная Сюзанна. На лице убитого была маска. Ее тут же удалили. Лицо у незнакомца было неприятным. Однако все присутствующие сошлись на мнении, что где-то его видели.
– Определенно, портрет лица очень знакомый, – говорил Ляма. Он задумчиво переламывал себе запястья, чтобы снять наручники. Наручники он отдал белке, а затем приставил отломанные части рук на месте и перемотал бинтом, чтобы быстрее срастались.
– Определено, я его тоже где-то видел, – сказал Бизон, оглядывая синеющее лицо незнакомца. – Ну и морда! Отвратительная!
В разгар процесса опознания убитого в гостиной появился Крол Батькович. Он был в приподнятом настроении. Держа под мышкою новогодний календарик, он вышел из туалета.
– Привет, народ! – прокричал он, увидев массовое скопление перед елкой. – Досрочная раздача подарков? Что дают, мне тоже полкило. За мной не занимать, забираю все и сразу оптом.
Белка, как штырь, возникла перед ним с уже знакомой всем фразой:
– Признавайся в убийстве!
– Даже не подумаю, – весело ответил розовый кролик и тут же стал клеиться к белке. – Мадам сегодня чертовски привлекательная.
– Я замужем, – огрызнулась белка.
– Жаль, – огорчился Крол Батькович.
Белка задала вопрос:
– А где вы были последние полчаса?
Розовый кролик поудобнее устроил календарик под мышкой:
– Зачем это вам?
– Совершено убийство, и твой пушистый хвостик, видимо, запачкан.
– Я не заметил, Бизон, правда грязный?
– Не, она всех мучает этим вопросом, – отозвался здоровяк, – проводит мероприятие по дознанию.
– Тогда отвечу так, к проводимому здесь мероприятию по дознанию мое место пребывания за последние полчаса не имеет никакого отношения.
– Правда? – переспросила белка.
– Истинная правда, – сказал кролик, поправляя календарик у себя под мышкой.
– Тогда ладно, – ответила белка и тут же потеряла интерес к Кролу Батьковичу.
Сюзанна еще раз подошла к умершему и, внимательно вглядевшись в него, сказала:
– Я поняла, кто это. Я знаю, почему он всем знаком.
13. Культ «Свидетелей нового года»
Андрей дрожал, и у него зуб на зуб не попадал.
– Там внизу сектанты, – говорил он студентам. Все собрались в номере девочек, после того как Андрей примчался снизу, куда ходил, чтобы попугать присутствующих.
– Там кто? – переспросил Муса. – Секстанты?
– Нет, там сектанты.
Муса озадаченно поскреб подбородок.
– Что он имеет в виду? Кто это – сектанты?
– Извращенцы такие, – пояснила Вика.
Лицо Мусы прояснилось.
– Сексуальные, надеюсь?
Вика и Жанна выразительно посмотрели на Андрея.
– Чего вы так на меня смотрите? Откуда я знаю?
Жанна не выдержала.
– Неужели нельзя было сразу определить, сексуальные это извращенцы или нет?
– Какое это имеет значение! – закричал Андрей и кинул свою резиновую маску монстра на пол.
– Для меня имеет, – ответил Муса. Он закатил глаза и, погрузившись в грезы, похотливо заулыбался. Но Вика ударила его по лицу мокрым полотенцем и вернула к действительности.
– Идиот! – отругала она сотоварища. – Напишу докладную в отдел по воспитательной работе, пусть тебя отчислят.
– Вот еще! Не за что! – возмутился Муса.
Но Жанна тоже ввязалась в разговор.
– Как это не за что? Ты с самого начала к нам клинья подбиваешь.
Парень развел руками.
– А зачем тогда нужно было ехать в отдаленный отель за несколько километров от города, который расположен у самой кромки темного леса, в новогоднюю ночь?
Все затихли. Муса почувствовал, что от собственных слов про отдаленный отель и темный лес ему самому стало не по себе.
– Ладно, может, я был и неправ. Будем считать, что все мы поехали за острыми ощущениями. Типа очутиться в лапах сектантов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.