Клан Борзых 4: Барон

Глава 1

Я вскочил от воя сирены, доносившегося по всему городу. Несколько секунд ничего не соображающими глазами смотрел в тёмное небо, по которому шарили прожектора, а затем на горизонте начали расцветать огненные бутоны взрывов.

– Старый, вставай! Тревога! – раздался истошный крик из-за двери, слышался топот ног и ругань. На мгновение подумалось, что даже хорошо спать в одиночестве, а ведь были намёки от Жанны. Но я решил не провоцировать Ольгу на ревность лишний раз, особенно учитывая наши странные и неоформившиеся отношения.

– В чём дело? – выглянув в коридор, спросил я. – Есть подробности?

– Нет. Всех старейшин собирают в штабе, – быстро ответил дежурный. – Вас тоже ждут, Старый.

– Буду через минуту, – буркнул я, захлопнув дверь и быстро облачаясь в военную форму. Хорошо хоть всё отстиранное и подогнанное, времени не заняло. Кортик под левую руку, пистолет под правую. Боезапас на поясе. Броня и дробовик дожидаются на выходе внизу. Доспех… надо его ещё до ума доводить, но потом.

Как бы я ни торопился, но остальные уже собрались, правда, кто в сорочках, кто в пижамах. Даже Ольга имела вид растрёпанный и растерянный, хоть и старалась держать себя в руках. В зале слышались негромкие шепотки, но всё внимание было обращено к экрану на стене.

– …эвакуация из четвёртого сектора будет проведена согласно расписанию. На данный момент зона поражения оценивается в пятьдесят три километра. Будут задеты первый и второй пояс безопасности… – вещал магистр Филинов лично. – С собой ничего не брать, досмотр будет проводиться по категории Б-Ч. Вторичного заражения пока не наблюдается, однако его опасность нельзя игнорировать.

– В чём дело? – коротко спросил я, подойдя к Даниле, стоявшему за спиной отца.

– Дерево выкинуло шары со спорами. Такими же, которые поражали наших разведчиков, – быстро ответил парень, не отрывая взгляда от экрана. – Филиновы об этом упомянули, сказали, что благодаря нашей жертве они готовились к подобным событиям. Хотя какое тут к чёрту готовились…

– Осторожнее со словами, – оглянулся на него отец. – И кому ты их произносишь. Комиссару инквизиции.

– Он свой, – не слишком уверенно ответил парень и посмотрел на меня.

– Свой-свой, – похлопал я его по плечу успокаивая. – Что значит эвакуация двух секторов?

– Это значит, будет фильтрация населения артефактами, паника, давка в остальных секторах, – ответил за него казначей. – Потом, если эвакуация продлится, снижение производства, падение выработки, загубленные посевы и фермы. Голод.

– Это если всё получится как нужно, – возразил ему глава охраны. – А если нет, у нас будет целый сектор заражённых, которых придётся выжигать напалмом. Несколько десятков тысяч человек. Потери под сотню, даже если среди команд зачистки всё обойдётся, и жертв не будет. А это вряд ли.

– Остаётся только рассчитывать на то, что Филиновы и в самом деле что-то придумали, – проговорила Ольга, перебирая в пальцах локон волос. – Объявить общий сбор, поможем с эвакуацией.

– Без костюмов химической защиты сейчас туда лучше не соваться, – заметил я, вспомнив заражённых. – Доспехи смогут обеспечить фильтрацию, но это не панацея.

– Пока нет сведений, могут ли благословлённые выдержать эту болезнь. А главное, с каким даром, с великим или с малым… – проговорила в задумчивости Ольга.

– Сейчас это не принципиально. Дальше круга мастеровых идти всё равно нельзя, – отозвался Владимир, не отрывая взгляда от экрана. – У нас недостаточно бойцов с великим даром.

– Поэтому все главы и старейшины и должны его получить, – напомнила Ольга. – Мы не имеем права оставаться слабыми. Ни сейчас, ни позднее.

– …мы это уже обсуждали, сейчас не время и не место, – мрачно проговорил князь, наконец оглянувшись на племянницу.

– Никогда не время, потому что, когда нужна будет сила, будет уже поздно, – поджав губы, ответила Ольга. – Сейчас нам нужны великие дары Борзых, а значит, нужно их получить. Всё моё копьё немедля отправляется к духу-хранителю.

– Они ещё десять ночей после будут не в себе! Нельзя так рисковать, – попытался возразить князь, но девушка уже перехватила инициативу.

– Это мои люди, и мои риски. Хотите быть слабыми, ваш выбор, – ответила она и, подойдя к столу, нажала кнопку селектора-громкоговорителя. – Штурмовому копью первой, через пять минут собраться в холле для прохождения испытания Духа.

– Отец, разреши мне тоже пойти? – попросил Данила, когда княгиня стрелой вылетела из зала.

– Мы не будем повышать сродство со зверем, – тихо, но уверенно проговорил князь. – Тебе это не нужно. Как и нашему роду.

– Странные у вас представления о том, что нужно или нет вашему сыну, – спокойно заметил я. – Будь у него великий дар, возможно, мне не пришлось бы его вытаскивать, а наоборот, это он выручал меня.

– Это не обсуждается, – оборвал меня Владимир. – Сын, займи своё место.

Мне добавить было нечего, лезть в семейные разборки – дело неблагодарное. Но и оставаться в зале старейшин, которые начали обсуждать бытовые вопросы, тоже не имело смысла. На канал передатчика давно стоял ретранслятор, который позволял мне отслеживать все сообщения удалённо, так что я двинулся обратно в свою комнату, а затем вниз, в холл.

– Комиссар, какие ваши указания? – спросил Васька, поправляя шляпу дулом револьвера. – Идём в город?

– Да, но позже. У тебя великий дар есть?

– Нет, наш кот столько ещё не наплакал, – хохотнул стрелок, безошибочно кинув оружие в кобуру. – Пока сил нашего духа хватает только на нескольких старейшин, мы же не Борзые, не великий клан, пусть и в прошлом.

– Ясно, значит, нам в первую очередь нужны костюмы химической и биологической защиты.

«С этим могут быть проблемы. Эластичные материалы – не наш конёк, жидкого металла хватит только на тебя», – заметила Сара. – «Респираторы и маски – легко, в остальном – нет».

«Где там Жанна, когда она нужна?» – недовольно подумал я и моментально переключился на карту, отслеживая местоположение инквизитора. Судя по красной точке, она как раз двигалась в нашем направлении. Я даже гадать не стал зачем, точно, чтобы я оставался в безопасности.

– Респираторы тоже лишними не будут, – решил я и, махнув рукой, приказал Манулову идти следом. Перерабатывать дерево в фильтры было не тяжелее, чем металл, а вот со стеклом вышли некоторые сложности. Но учитывая что раньше я делал только бронированную версию, и в этот раз вышло неплохо.

К появлению инквизитора я уже закончил. И не только я, в холле столпилось два десятка дёргающихся, резких и подрыкивающих парней и девчонок, получивших великие дары Борзой. К счастью, над ними доминировала Ольга, контролируя и отдавая приказы, а её новоодарённые слушали беспрекословно.

– Доброй ночи, ваше сиятельство, – не забывая об этикете, первой поздоровалась с Ольгой девушка.

– И вам доброй ночи, инквизитор, – кивнула княгиня. – Решили сопровождать нас во внешний сектор?

– Наоборот, поспешила лично передать вам просьбу от магистра не лезть на передовую. У ордена всё под контролем, лишние люди будут только мешать, – ответила Жанна, хотя я прекрасно понимал, что именно приказал Филинов.

– Мы не будем мешать. Мы принесём продукты, тёплые одеяла для детей, проследим за безопасностью. А в процессы будем вмешиваться только, если это станет жизненно необходимо, – возразила Ольга. – Это наш долг, как великого клана.

– Только вы не великий… прошу прощения, ваше сиятельство.

– Пока не великий. Но это не значит, что мы должны себя вести иначе, – вздёрнув нос, сказала Ольга, а у нескольких одарённых из глотки донеслось рычание.

– Вы что, только что прогнали их через процедуру дарения? – с беспокойством посмотрела Жанна на рыцарей. – Как инквизитор, я вынуждена настаивать на том, чтобы они оставались в башне до полного обретения контроля. Только неразберихи на улицах нам не хватало!

– Вы смеете мне приказывать? – ноздри Ольги расширились, а уши прижались к голове, она с шумом втянула воздух. – По какому праву?

– По праву инквизитора, – отрезала Жанна, бесстрашно шагнув навстречу одарённым. – Если вы не готовы прислушиваться к голосу разума, придётся прислушаться к авторитету Ордена.

– Прошу вас успокоиться, – я поспешил вмешаться. – Два бойца в моих доспехах вполне могут перенести столько же, сколько десяток обычных. Так что нам не понадобится дополнительная помощь. Только телега или несколько тачек. А раздавать одеяла и продукты – хватит и тех, кто приобрёл дар давно. Главное сейчас люди, верно?

– Всегда, – коротко ответила Ольга. – Хорошо, щенки останутся дома, пока будут приходить в себя. По комнатам!

– Иван, загружай вещи в телегу, потащим, – скомандовал я, и вскоре от сталинской высотки отъезжала небольшая процессия.

– Чувствую себя волом, – усмехнулся мужик, совершенно не проявляя негатива. Привычный к тяжёлой и изнурительной работе на ферме он мог и без доспеха тянуть огромный груз, только за счёт дара. А сейчас и вовсе толкал телегу с припасами словно пушинку, хотя на небольшую платформу мы закинули здоровенную кучу добра, так что её даже придерживать по бокам пришлось.

– Я всё же настаиваю, что вам там делать нечего, – Жанна, как и Ольга, держалась рядом со мной и продолжала упорно взывать к моему благоразумию. – Орден был готов к появлению семян над городом, уже давно. Мы разработали всё необходимые процедуры. Фильтрация, осмотр, эвакуация или карантин.

– Почему тогда над городом полыхают взрывы, и почему не начали эвакуацию раньше? – спросил я, не отвлекаясь от дороги.

– Так нельзя останавливать производства при любой угрозе, – ответил вместо неё Манулов. – Иначе заводы того, всегда стоять будут.

– Ага. Свинок кормить надо независимо от обстановки и грядки поливать, – прогудел Быков, тянущий повозку. – Урожай собирать тоже… оно ждать не будет.

– У каждого сектора есть дублирование в других местах, – поторопилась успокоить меня Жанна. – Да, некоторые процессы будут заморожены и возможны проблемы, допустим, с металлургическими плавильными линиями, с порчей урожая. С животными проще, их можно эвакуировать, но после людей. И это главное. Производство можно отстроить, урожай вырастить, но, если потерять людей, восполнять потери придётся десять циклов. Шестьдесят бедствий, каждое из которых может оказаться ещё хуже, чем это!

– Согласен, люди главное, – кивнул я, одновременно попросив Сару закинуть пару дронов к зоне эвакуации.

– Только вот и простои тоже ни к чему хорошему не приведут, – вновь заметил Манулов. – Остановят выплавку железа в этом сезоне, придётся усиливать в трёх следующих, чтобы запасы не снижались.

– С продуктами та же беда, – прогудел Быков. – Если посевы пропадут или животину не перегнать, придётся пайки сокращать. И цены сразу взлетят.

– Нас это не коснётся, – тихо пробормотала Ольга.

– Конечно, не коснётся, ваше сиятельство, – не стал спорить Иван. – А вод заводским, типа Василия, тяжко придётся. У них и норма упадёт и патронов меньше будет. А потом ещё и продукты подорожают. Нам-то что? Мы привычные, если что травой да ботвой обойдёмся. Где клубни подгниют, где лук подморозит. А то бывает, и животина какая от болезни сдохнет. Не пропадать же добру? Всё в общий котёл пойдёт.

– Ага, слыхал я про таких заморённых голодом, – недовольно фыркнул Манулов. – Когда вы целого порося на вертеле изжарили, а потом схомячили. Вроде от гноя избавлялись. Да так, что на полсектора пахло, дым от железа перебивало.

– Ну, про то я не в курсе, – хитро усмехнулся Иван.

– Зато кланы ни в чём не нуждаются, – задумчиво проговорил я, вспоминая, что у Борзых мясо на столе было каждый день. Ольга с Жанной мои слова заметили, но промолчали. Правда, с разными эмоциями. Инквизитор лишь улыбнулась, а вот Борзая поджала губы, словно обидевшись.

– Вы в ту сторону даже не думайте, ваше благородие, – тут же высказался Быков. – Мы хоть живём тяжело и не всегда едим досыта, но зато в безопасности. Наших сейчас всех эва… вывозят в общем. А кланы они же, наоборот, в самую гущу лезут.

– Если бы во время прошлого сезона произошёл прорыв внешнего периметра, каждый из Борзых, кто способен держать оружие, встал бы на стенах, – сочла нужным дополнить мысль нашего тяжеловеса Ольга. – Они платят потом и слезами. Мы платим кровью и жизнями. Таков обмен.

– Верно, ваше сиятельство. Всё верно говорите, – закивал Манулов. – Но мы, видите, тоже готовы кровь проливать, особенно рядом с надёжными товарищами.

– Соратниками, – поправил я мужчину, но до него, кажется, не дошла разница. – Если всех такой размен устраивает, кто я, чтобы спорить?

– Именно, – тут же подтвердила Ольга. Кажется, для неё преодоление испытания десятком человек тоже не прошло бесследно. Так что я не стал развивать тему, сосредоточившись на данных, поступающих от дронов. Не зря попросил Сару раскидать их по всем башням и отправить на разведку к стене.

Тревога застала врасплох всех, кроме генерального штаба и координационного центра Ордена. Первые её и объявили при появлении гигантских одуванчиков в небе, а вторые, похоже, вообще разучились удивляться и нервничать, выполняя давно прописанные протоколы.

Великие кланы, располагавшиеся в противоположном от нас конце с шестого по второй сектор, реагировали более спокойно. Там прорабатывали стратегию, решали добавлять патрули на улицы или нет, начинать ли сбор ополчения.

Третий сектор, в котором главенствовали отвоевавшие в прошлом сезоне Волковы, тоже почти не суетился, но они уже собрали несколько сотен воинов и готовили их к отправке на передовую.

В пятом секторе Секачовы собирали как можно больше людей. Готовили гомункулов, хорошо мне знакомый глава клана регулярно срывался на глухой визг, больше похожий на гул боевого рога. Они должны были показать себя с лучшей стороны, но что важнее – уберечь свои фермы, располагавшиеся не только в пятом, но и в других секторах. От этого зависело их положение.

Хуже всего приходилось Медведевым. Это их четвёртый сектор сейчас находился под ударом, и они поднимали всех. Даже подростков, недавно получивших самый мелкий дар. А ведь большая часть их войска уже находилась на передовой, вместе с паладинами и главами других родов. И так уж вышло, что ополчением должен был командовать Михаил, именно ему пришёл такой приказ от отца.

Интересно, как он с таким испытанием справится, особенно после их склоки по поводу престолонаследия в клане. Впрочем, до этого ему ещё дожить придётся.

Потому что на передовой творилось настоящее бедствие, хоть до падения границы и оставалось несколько дней, но чудовище с той стороны не стало дожидаться оптимального момента. Второе гигантское щупальце сворачивалось в устрашающую спираль, сжималось, словно пружина, а затем резко распрямлялось, пращой выстреливая тысячи шаров-семян, разлетающихся в разные стороны.

Батареи ПВО на стенах и дирижаблях работали без продыху. Стволы счетверённых пулемётов раскалялись докрасна. Пушки грохотали без умолку. Но сбить совершенно все шары всё равно не удавалось. Большую их часть сносило выстрелами и взрывами, и гигантские одуванчики приземлялись на бетонную равнину. Какие-то умудрялись уничтожить прямо в воздухе. К другим спешили команды очистки с огнемётами.

И всё равно, даже с такими усилиями, некоторые из шаров приземлялись уже за первой границей. Они садились во дворах. На полях. Залетали в горячие цеха и трубы. В дымоходы и щели окон. Не все люди уходя успевали запереть ставни, хоть они и были почти на каждом доме. Пока же команды зачистки справлялись. Пока…

Мы прошли три кольца, прежде чем нас догнала и обошла рать Медведевых. Михаил приветственно махнул нам стальной рукой, но даже не стал замедляться, чтобы поговорить. И я его понимал, сейчас, мягко скажем, не до разговоров. К тому моменту, как мы подошли к кварталам мастеровых, там уже набрались толпы беженцев.

– Никому не отказывать, ничего не всучивать, – сказала Ольга, поднимаясь на телегу. – Одеяла матерям. Продукты детям.

– Мы прикроем, а вы занимайтесь гуманитаркой, – ответил я и позвал за собой Ивана с Мануловым. – Держитесь рядом. У меня очень нехорошее предчувствие.

– Пу-пу-пу… – проговорил Васька, пройдя большими пальцами по барабанам револьверов и проверяя, что патронташи набиты под завязку.

– Куда вы, туда и мы, – пожал плечами Иван, что в доспехе выглядело довольно забавно. Правда, на улыбку у меня настроения не хватило, ведь я видел не только то, что прямо передо мной, где с помощью артефактов сотня служащих проверяла разбитый на очереди поток выживших, но и то, что творилось за стеной.

Вот дружина Медведевых отсекает выживших от остального сектора. Выбрасывает пожитки у тех, кто набрал слишком много. Без лишней грубости, но и без жалости. Места всем не хватит, город не резиновый. Во внешнем круге ещё тысячи людей и сил клана едва хватает, чтобы встать жидким оцеплением, которое не видит, откуда может идти угроза.

Вот гомункулы Секачовых начинают втягиваться через ворота пятого кольца. Их тысячи, и пусть они тупы как животные, рядом с каждой стаей идёт контролирующий их великим даром пастух. Грузные мужики и женщины в тяжёлых стальных доспехах, с топорами и большими мясницкими ножами.

Они правят этой толпой, держат её в узде и одновременно подгоняют, заставляя плохо вооружённых и почти голых гомункулов спешить к фермам. Туда, где тысячи голов скота, никогда не выгуливавшихся на свежем воздухе только, жрут и срут, для производства самых необходимых для города вещей. Мяса для воинов и дерьма для топлива. Но они не понимают, что лезут в самую жопу.

– Инквизитор, у вас есть способ связаться с Секачами? – спросил я, повернув бронированную голову к Жанне.

– У меня есть рация, если у вас есть сведения…

– Я запустил разведку. Клан лезет в западню. Семена уже начали прорастать в животных, если они окажутся заражены и передадут растительного паразита Секачовым.

– Ясно, немедленно передам, – быстро ответила Жанна, срывая с пояса рацию. – Говорит инквизитор Барсова. Срочные сведения для штаба, фермы внешнего контура заражены, повторяю, фермы заражены, существует опасность вторичного поражения личного состава. Немедленно прекратить наступательную операцию. Считать их потерянными для производства и зачистить с безопасного расстояния.

– Принято, инквизитор, – сквозь шум помех услышал я ответ по рации, потом этот приказ прошёл через цепочку командования, я даже слышал его несколько раз и у Михаила, и в штабе. Насколько было бы проще, будь я в состоянии сам отдать этот приказ и не трать они столько времени на согласование. И всё же до Секачовых он дошёл вовремя. Они только подбирались к фермам.

– …скажи им, что мы всё выполним, – не снижая скорости шагов, отмахнулся глава клана. – Пусть подавятся. Выгоняйте скотину, не хватило ещё потерять весь выводок!

– Они наплевали на приказ командования, – проговорил я, от чего Жанна выругалась и начала вновь бубнить в рацию, требуя прямого соединения с Секачовым. Как ни странно, это устроили меньше чем за минуту. Только вот уже слыша переговоры, хитрый и жадный делец понял, чем ему грозит прямое неподчинение инквизиции, и вместо этого просто перестал выходить на связь.

– Вот же придурок жирный, – в сердцах выругалась Жанна, когда поняла, что её игнорируют. – Старый, у тебя там дрон? Сможешь заснять видео, вроде того, что ты в прошлый раз показывал на суде?

– Да, легко, – предварительно поговорив с Сарой, ответил я. – Но нашу проблему это не решит. Земля и животные уже заражены. И эти придурки лезут в самое чрево. Семена, словно разумные, специально тянутся к фермам. Как бы там не было очага заражения… хотя поздно, твари начали выбираться.

За момент до этого, один из амбаров, к которому подошли нестройные ряды гомункулов, взорвался щепой и тонкими досками, разлетевшимися на десятки метров. А навстречу Секачовым выскочили обезумившие от боли животные, из которых торчали во все стороны корни и ветви, проросшие сквозь мясо и опутывающие кости.

Здоровенные хряки, под три сотни кило, сбивали гомункулов с ног, отбрасывали их с дороги, затаптывали, не позволяя подняться, и почти все ложились под топорами грузных, но ловких воинов, идущих следом.

Две природных силы столкнулось, словно две волны. Но более организованная и подготовленная выигрывала. Спасали доспехи. Выручали дары. Даже получившие тяжёлые раны Секачовы вставали почти сразу. Регенерировали так, что зависть брала. Занимали своё место в строю и вновь шли в бой. Я даже на секунду поверил, что они одержат верх в этой чудовищной мясорубке. Пока не начали подниматься растоптанные гомункулы. Они дёргались ещё сильней прежнего, не отвечали на команды, а спустя несколько секунд я заметил, как тонкая паутинка корней начинает расползаться по их черепам. И тогда твари вышли из-под контроля, бросившись на хозяев.

Глава 2

– Разойтись! Всем в сторону! – кричал Быков, раздвигая толпу в воротах. Мы двигались ко входу крупной группой, буквально бежали, но всё равно не успевали.

– …перекрыть выходы из восточной части четвёртого сектора. Повторяю, опасность вторичного заражения. Немедленно перекрыть… – гневно говорила Жанна, не отпуская рацию от лица и не замедляясь.

– Стоять! Кто такие?! – попробовал преградить нам путь один из стражников, но Иван лёгким движением руки сдвинул его в сторону. Не рассчитал, поэтому воина просто откинуло на добрых три метра.

– Комиссар Старый, немедленно освободить проход! – рявкнул я, не останавливаясь ни на секунду. – Всем внимание! Вторичное заражение! Приготовится к отражению атаки! Заражены гомункулы Секачовых!

– …повторяю, вторичное заражение, сведения надёжные, – не обращая внимание на шум вокруг, продолжала говорить инквизитор. – Да, так точно. Старый, где они?!

– Загоны свиней у западной окраины. Я чёрт его знает, какой там район, – ответил я, переключившись на дрона. – Половина гомункулов уже под заражением, вытесняют войска к висячим фермам.

– …повторяю, вторичное заражение. Опасность при личном контакте. Заражение передаётся через прикосновение. Старый, как именно происходит заражение?

– Корни, торчащие из тел. Они как шипы, протыкают кожу. Вначале через семена, как у одуванчика, только здоровые. На заражение нужно несколько секунд, – объяснил я, продолжая протискиваться мимо вжавшихся в стену людей. Почти все были с пустыми руками, пожитков никто не брал, спасали в первую очередь детей и близких.

И всё же, насколько узкий проход под стенами… Понимаю, что всё ради безопасности, но эвакуировать большое количество людей по такому туннелю почти нереально. Надо начинать сильно заранее, а это остановка производства. То, о чём мне рассказывали Быков с Мануловым. На это город пойти не мог.

– Именем инквизиции, в сторону! – крикнул я, увидев, что на встречу к нам движется один из паладинов. Даже в новом доспехе Иван едва доставал ему до плеча, и, пожалуй, этот гигант мог бы остановить всю нашу колонну.

– Кто? – прогудел паладин, положив ладонь на пулемёт, висящий на шее.

– Инквизитор Жанна Барсова, комиссар Старый и отряды поддержки, – на бегу ответила женщина, выдернув жетон обелиска из-под брони.

– Брат Самуил, нам приказано оказать вам поддержку, – прогудел гигант. – Рота, бегом марш!

– Спасибо, брат Самуил, – кивнула Жанна, тут же возвращаясь к рации. – Старый! Где они? Что происходит?

– Сколько можно в глухие телефончики играть… – выругался я и подключился на тот же канал связи, что и девушка. – Говорит Старый, отряды Секачовых вступили в схватку с заражёнными животными в квадрате…

– Не отступать, трусы! – срываясь на утробный визг, ревел Секачов, размахивая своим двуручным топором. Широкое лезвие обрушилось на подскочившего к нему с копьём гомункула и рассекло его пополам, после чего верхняя часть отлетела в сторону. Сотни ещё недавно послушных живых големов, неспособных ничего противопоставить приказу, сейчас обезумели и начали нападать на хозяев. – Держать строй!

– Господин, нужно отступать! Их слишком много! – крикнул первый помощник и правая рука, орудовавший алебардой.

– Это наши слуги! Наши! Хочешь показать совету, что наш род ненадёжен?! – глаза Секачова вспыхнули. – Мы не уйдём, пока не перебьём их всех! Никого не щадить!

Гигант, поперёк себя шире, раскрутил топор над головой и обрушил его разом на троих мелких уродцев, скосив их словно сочную траву. Кровь и ошмётки разлетались в разные стороны. Красные разводы на доспехах и одежде стекались в ручейки, бегущие в сточные канавы, окрашивающиеся в красный.

Каждый из пастухов клана был могуч и силён, хоть некоторые и считали их слишком толстыми и некрасивыми, но Секачовым всегда было наплевать на чужое мнение. Главное – сила, достаток и власть! И лишь это важно. Лишиться ферм – значит лишиться влияния. Но даже это не так важно, как утрата уважения.