Паутина миров. Славия. Книга 2. Месть

– Я могу, – с ледяным спокойствием сказал Макграг, – ночь наше время. Запасы есть. Да и светиться я не буду в темноте, как некоторые.

– Мы можем поддержать со стороны леса, – предложил Эйгейл, – заготовим стрел с соломой и маслом, подожжем оставшиеся издали. Начнем с дальнего угла от лодок. А потом отойдем к болотам. Пока мы на лютоволках, противник нас не догонит. Будем отвлекать, сколько нужно, а затем встретимся в условленном месте. Например, здесь же.

– Это я могу, – согласилась Арата, – если не высовываться, то шагов с двухсот – трехсот можно хорошо запулить. А потом отойти в другое место и уже оттуда стрелять. Но сейчас погода мерзкая, морось эта. Масла понадобится прилично.

– У меня есть кое-что получше, – улыбнулся Черный страж, – огненная вода! Десять раз перегонял. Горит только так. Правда, не знаю, смешается ли с маслом…

– Это не важно, одно соломой впитается, другое сверху намочится, главное – чтобы горело жарко. Трорин, ты готовь зажигательную смесь. После заката Эйгейл и Арата отправятся на северную сторону и из леса попробуют поджечь несколько зданий. Макграг, на тебе дыра в стене. Постарайся проникнуть незамеченным, убить как можно больше, а потом поджечь – привлекая внимание.

– А сами вы что делать собираетесь? – спросил недоверчиво маг Крови.

– Я с вожаком сплавлюсь по реке. Без доспехов должно выйти хорошо. Возьму только стилет и Кладенец. Думаю, их вес я смогу вынести. А зелья сделают остальное, – закончил я, обрисовывать план – Трорин, если заметишь, что начинается заварушка, убери ограничитель. Ты будешь в безопасности на расстоянии, а мне может понадобиться вся сила и способности, чтобы выжить. У кого остались вопросы? Нет? Тогда давайте готовиться.

До темноты мы собирали припасы и травы, варили зелья в небольшой ямке, чтобы скрыть дым, и промасливали собранный сухой камыш. Стрелы Макграга разделили поровну между мулаткой и полуэльфом. Вышло почти по сто штук у каждого. Правда, в колчане только по тридцать, но им это должно быть не принципиально. В ближнем бою они сражаться не собирались, а для поджигания на дальнем расстоянии скорость стрельбы была не так важна.

Бладстил заранее напился крови и подготовился к приходу второго «Я», которое магией владело куда лучше. Трорин подготовил себе такую позицию, с которой все было видно, и, поупражнявшись с моим арбалетом, сказал, что в крайнем случае будет готов отстреливаться. Мне тоже было чем заняться. Нарвав древесной коры, я скрыл «разбитое сердце Востока» и замотал светящийся в темноте рабский ошейник.

Доспех получился хоть и слабенький, зато плавучий. Да и обычный удар мечом должен был вполне пережить. Может, и стрелу, неудачно пущенную, остановит, особенно учитывая мою естественную броню, которая в последнее время в некоторых местах начинала твердеть. Видимо, прогресс морфизма драконида продолжался. А может, это смесь с источником кракена дает о себе знать.

От одной мысли, что из себя сейчас представлял мой источник, становилось страшновато. Надсмотрщик уже показывал мне, что изменения в нем происходят независимо от моего желания. Так что если я не верну себе интерфейс или по крайней мере не смогу остановить неконтролируемый морфизм, вполне возможно, скоро у меня отрастет хвост. Или рога вырастут. Или еще какая хрень, вроде недокрыльев Эвы.

Но хоть часть магии я успел себе вернуть. Надеяться на то, что я смогу полностью ее использовать, не приходилось, но я зазубрил несколько простых заклинания, типа иглы и усиления, до такой степени, что рисунок почти сам появлялся в моей голове. Стоило только подтолкнуть воображение, как линии сами собой воссоздавались на ладони.

Когда солнце начало садиться, я спустился к реке выше городка по течению вместе со своим скакуном, который прекрасно понимал не только общий язык, но и жесты. С последним лучом заката я влил один за другим в себя сваренные эликсиры, почти удвоив все свои параметры. Очистил кровь лютоволка, и мы стали ждать сигнала, который появился с первым ликом младшей сестры. Зарево пожара разгоралось именно там, где нужно, максимально далеко от пирса.

– Ну, поплыли, – прошептал я волку, держась за его загривок, – нам во-он туда. К лодкам. И постарайся не слишком шуметь.

Вожак чуть рыкнул, как бы говоря, что все понял, и мы вместе вошли в почти ледяную воду. Осень давала о себе знать, но для нас это был даже плюс – тем меньше бандитов будет у воды вечером. Я на это очень надеялся.

И только когда до ладей оставалось всего несколько десятков метров, понял, что зря. Несколько человек при свете факелов грузили на судно последние припасы. Откуда столько добра в полусгоревшем городе? Почему они вместе с остальными не тушат пожары? Какого черта тут вообще происходит? Времени на обдумывание у меня особенно не было.

– Эй, смотри, волчара плывет, – крикнул один из стражников.

– Один? – тут же встрепенувшись, спросил старший по караулу, за спиной которого столпилась сразу тройка бравых молодцев.

– Вроде, да, – неуверенно сказал стражник, поднимая над головой факел. Я погрузился в воду целиком, спрятавшись под брюхо лютоволка, а потому слышать дальнейшую речь не мог. Да и движения угадывал из-за бликов с трудом. Но приземлившийся рядом со мной арбалетный болт сразу поставил все на свои места.

«Игла!» – Я нарисовал рисунок почти с той же скоростью, что произнес короткое слово в своей голове. Из чуть высунутой над водой руки скользнул тонкий светящийся в темноте зеленым светом силуэт. Промелькнувший снаряд с едва различимым хрустом вошел в глаз охранника, и тот осел кулем с землей, загремев доспехом.

– Эй, Димитро. Ты чего спать на посту удумал? – спросил его бандит, тащивший ящик с чем-то тяжелым. – Эй! Вставай, говорю!

– В чем дело? – насторожился старший, уже отошедший с пирса. Все. Сейчас они поднимут тревогу, прятаться больше смысла нет. Значит, нужно либо их отвлечь, либо идти напрямик. И так как с первым у нас ничего не вышло, пора приступать ко второму. Взобравшись на спину лютоволка, я запрыгнул с нее на пристань, прямо к начальнику.

Стилет блеснул в лунном свете и прошел через кожаную броню, даже ее не заметив. В этот момент волк схватил другого стражника зубами за горло, тот только забулькал. Но, к сожалению, они были не одни на пристани. Следующая игла вошла в незащищенную грудь бандита, и это было последней хорошей новостью на сегодня…

– ТРЕВОГА! Они здесь! Враг… – заорал благим матом спрятавшийся за ящиками бандит. Трое его друзей уже шли, прикрываясь щитами и выставив перед собой наконечники копий. Тварь. Теперь здесь будет весь лагерь. Хватит зевать. Пора хватать то, за чем пришел, и бежать, куда глаза глядят. Но вначале немного отвлечь внимание.

Похватав факелы с подставок, я бросил их на палубы ладей, заставленных добром, и бросился к клетке со скрючившейся внутри Эвой. Я уже достал Кладенец, начав разогревать его, чтобы разрезать замок на клетке, скрываться все равно уже не было никакого смысла, как понял, что что-то тут не так. На клетке не была замка. Она вообще была не заперта.

– Я ждал тебя! – раздался веселый, уверенный в себе мужской голос с берега. – Могучего богатыря, убивающего женщин и обрекающего на мучительную голодную смерть обычных работяг. Слава о Добрыне простирается далеко. – Говорящий вышел на свет, и я с удивлением понял, что передо мной почти полный мой двойник, разве что без ошейника и артефактов. Коричнево-черная кожа, светящиеся в темноте желтые глаза и русые волосы.

– Сегодня твоим злодеяниям придет конец! И от кого, подумай только! – весело продолжал незнакомец. – От той, что тебе настолько дорога, что ты посмел пробраться ко мне в лагерь один. – Неуловимым движением он поднес ко рту ладонь, и я с содроганием заметил в ней большую связку свистков, ту самую, которую я подобрал с тела дрессировщика, но выбросил за ненадобностью, выбрав всего два.

Эва, почерневшая от применения жуткого заклинания, набросилась на меня. Ни отбить ее атаку, ни отреагировать я не успел. В последнюю секунду, мне можно сказать, повезло… Острый шип на конце ее хвоста врезался мне в грудь. А камень заскрежетал о камень, алмаз об алмаз. Обезумевшая рабыня повалила меня на палубу, начавшую уже полыхать от факелов. Но самым жутким был звук трескающегося у меня в груди артефакта…