Универсал 3. Вольный
- -
- 100%
- +
Лавировать между зданиями по скользкой дороге было куда сложнее, чем того бы хотелось. После того как грузовик занесло и протащило боком больше пяти метров, чуть не впечатав в здание, парень решил уменьшить скорость. И это, безусловно, помогло, хотя без проблем не обошлось. В результате у здания больницы они были не через двадцать минут, а через сорок.
– Приготовились, – крикнул Универсал, когда точка назначения оказалась в прямой видимости. Найти среди корпусов тот, в котором был термогенератор, оказалось проще простого. В нем от мороза не полопались стекла. И алюминий, и пластик не выдержали такого сильного снижения температуры, рамы сжались, изогнулись, и содержимое не выдержало такого издевательства. В этом же корпусе мороз хоть и проник внутрь, но не до такой степени.
Максим решил начать исследование с центрального входа. Приемная, в которой, судя по справочнику, должны быть препараты на все экстренные случаи, располагалась под большим навесом и имела удобный тамбур. Подогнав грузовик вплотную к двери, парень несколько раз ударил кулаком по крыше кабины и выскочил наружу.
Обстановка внутри превзошла самые смелые его ожидания. Уже в тамбуре между двойными дверями было всего минус десять. По крайней мере, кожа на глазах согрелась моментально. И даже трупы, сложенные по обеим сторонам коридора в черных мешках, не портили картины. Здание сохранилось очень хорошо. И следов мародерства почти не было видно. А первая же аптечка, висящая на стене, оказалась полна препаратов и перевязочных материалов.
Не особенно раздумывая, Максим снял со стены этот чемоданчик и передал одному из помощников. Становилось жарковато. Хотя одежда только возвращала тепло, которое давал организм, самонагрев тоже был опасен. Но они здесь ненадолго, переодеваться смысла нет. Во всяком случае, пока.
Первый неприятный сюрприз их ждал в сестринской приемного покоя. На скрип открывающейся двери обернулись сразу несколько зараженных. Обезумевшие люди бросились навстречу Максиму, не раздумывая. Но парень не растерялся и, отскочив обратно за распашную дверь, обнажил меч. Этого сигнала для остальных бойцов было достаточно.
Приближающийся топот. Замах. Зомби прыгает вперед, но дверь мешает, снижая скорость, и в результате противника встречает острие выставленного в оборонительной стойке клинка. Враг сам насадил себя на него, как на шампур. Шаг назад, полуоборот и голова второй твари падает прорезиненное покрытие. Третью и четвертую встретили его телохранители, хотя он и сам бы прекрасно справился. Длинные лезвия копий проткнули противников практически одновременно.
Последняя из тварей не то оказалась слишком медлительна, не то чересчур сообразительна. Но выходить наружу не стала, а спряталась за дверью, истерично завизжав на свой манер. С пощелкиванием и присвистами. Максим решил, что это мольба о пощаде, но церемониться с врагом совершенно не собирался. В многослойной одежде он напоминал скорее колобка, и все равно его реакции и скорости хватило, чтобы подловить высунувшуюся голову и попасть точно в глаз. Лезвие вышло через темечко. Наверняка убив врага.
– Господин, еще, – вскрикнул Дако, и Универсалу пришлось поспешить в коридор.
– Твою мать, – выругался Макс, глядя на вывалившую из дверей соседнего отделения толпу. Зараженных пятьдесят, не меньше. Был бы у него автомат или хотя бы ПП, такое количество можно было бы перебить. Но сейчас вся надежда оставалась на собственные умения модификации. Чертова Светлова! А врагов все прибывало.
«Ерм! Подготовь выстрел, срочно!» — скомандовал парень, безуспешно нажимая на неактивную иконку рельсовой пушки.
«Не могу, условия вашего выживания…»
«Не пори чушь! Если я сейчас не выстрелю – меня сожрут и костей не оставят. И тебя вместе со мной! — мысленно заорал Универсал, поспешно стягивая перчатку с левой ладони. – Быстрее!»
«Не могу, хозяин, простите», — прошипел с сожалением в голосе змей.
«Дьявол, — выругался Кот, – пойми, он и правда не может! Попробуй активировать пушку без его участия. Или передай управление мне. Всего минут десять».
«Ну нет, это я должен ей управлять», — грозно зашипел Ерм.
«Заткнулись оба! Вы мешаете мне сосредоточиться!» — сказал Максим, стараясь вспомнить, каково это было, стрелять из пушки.
Самураи выстроились в линию, обнажив клинки и защищая господина. А зараженные не спешили перейти в атаку. Не то беспокоясь за свои жизни, не то ожидая чего-то. Парень закрыл глаза и полностью отдался ощущениям от собственного тела. Он слышал, как бьется сердце. Как пульсируют вены. Как в груди, рядом с сердцем, греет стальной шар, вырабатывающий электричество. Покалывая нервные окончания, ток идет параллельно сосудам к прячущейся в кости или в том, что ее заменяет, рельсовой пушке. Вибрация заряжающихся конденсаторов отдавалась зудом в мышцах. На свое место подается сантиметровый брусок, собранный по всему телу.
– О боже, – охнул один из самураев, и Максим рефлекторно открыл глаза. Вперед через толпу продвигался гигант на две головы выше всех окружающих. Черные пластины на груди и руках. Лицо, превратившееся в костяную маску. Такого мечом не порубишь и копьем тоже проткнешь вряд ли.
– Только синегами способна справиться с подобной тварью одним лишь клинком, – быстро сказал Дако, – нужно отступать и немедленно.
– Говоришь, Тсухико справилась бы с таким одним клинком? – удивленно переспросил Универсал, снова рассматривая приближающуюся тварь. Коридор узкий. Не особенно-то и развернешься. Броня по всему телу. Но как-то же он двигается? Значит, в сочленения попасть можно. А еще есть рельса, прогресс по которой сбросился до середины, но хотя бы на иконке отображалось, что перезарядка идет. – Значит, попробуем.
– Но господин!
– Оставайтесь здесь, если что, прикроете отступление, а эту тварь я возьму на себя, – сказал Макс, быстро скидывая одну куртку за другой и оставаясь в одной военной форме, которая опять была мала. Так, успокоиться, сосредоточиться. Враги не просто так ждали своего громилу, значит, если справиться с ним – остальные отступят. Попробовать стоило.
Перехватив рукоять меча двумя руками, Максим встал в заученную боевую стойку и, выждав, пока гигант оторвется от сородичей на добрых десять шагов, ринулся вперед. Носилки и койки, стоящие по сторонам коридора – все должно было сейчас пойти в дело. Расстояние между противниками стремительно сокращалось. Титан тоже перешел на бег, замахиваясь перед ударом.
Но в последний момент, вместо того чтобы парировать и отбросить руку врага, из которой уже мчалось черное лезвие, Универсал нырнул налево под кушетку. Оттолкнувшись от стены, он тут же вылетел с другой стороны, и угольный клинок пронзил ложе с телом. Звон меча о защитную пластину сменился противным скрежетом, когда лезвие попало между ними и перерезало несколько сухожилий под коленом.
Гигант взревел, разворачиваясь с невероятной для такого размера скоростью, но Максиму это и было нужно. Он рубанул вверх, рассчитывая попасть в область шеи, но голова была наклонена слишком низко. Острие звякнуло, врезаясь в монолитный подбородок, а в следующую секунду удар когтей отбросил парня к стене. Толстые черные клинки распороли ткань на груди и разрезали верхние бронепластины, но до живого чуть-чуть не достали.
Просчет вариантов, даваемых Ермом, в этот раз работал с ошибками и такого не предусмотрел. А может, просто Максим не смог полностью выполнить указания. Поднырнув под смертельный замах клинка, парень ударил в область паха. Меч жалобно звякнул, отскакивая от толстых пластин, но противник рефлекторно опустил руку, и Макс, не раздумывая, ударил в беззащитную шею.
Хоть у врага и не было лица как такового, но в эту минуту Универсал мог поклясться, что тот улыбнулся. Отразив лезвие плечом, враг схватил его за правую руку и сжал с такой силой, что затрещали кости. Максим заорал, беспомощно молотя воздух и противника левой. Пытаясь расцарапать глаза. Ослабев, пальцы невольно ослабили хватку, и меч выскользнул из ладони на пол. Гигант широко замахнулся, собираясь закончить бой одним ударом.
Вдох. Время замедляется. Сердце прекращает свое биение. Гудение конденсаторов становится невыносимым. Зажигание! Сотни тонких черных стрел на невероятной скорости вырываются из ладони парня прямо в лицо титану. Вспышка, тот дергается, но убрать голову не успевает. И только после этого по коридору растекается грохот. Сработало!
Гигант падает как подкошенный, но Универсал еще успевает полюбоваться сделанной сквозной дырой. Прямо через глазницу врага он видит ошалелые от страха лица зараженных. Отлично, значит, осталось расправиться всего с одной сотней тварей. Или двумя? Максим падает на пол, увлекаемый когтистой лапой, которая не разжалась даже после смерти.
Его бойцы оправились первыми. С дикими воплями самураи бросились вперед, и толпа дрогнула. Первые ряды попятились, надавили на последние. И те, не понимая происходящего, уже так же дали задний ход. Максим обрадовался было заслуженной победе, но тут раздался яростный пересвист. Он прокатился по коридору, и зараженные выпрямились, скрещивая свои взгляды на Универсале.
– Контролер, – с досадой пробормотал парень, с трудом срезая большой палец с руки титана. Меч, хоть и был чересчур широким для такой задачи, но справился отлично. Диковинная песня зараженного держала собратьев в узде, организовывала, но видно было, что действует она не в полную силу. Иначе враги уже мчались бы вперед. Макс на собственном опыте слишком хорошо знал, что такое настоящий контролер. И сейчас все было значительно слабее. И все равно их оказалось восемь против сотни, а рельса еще не перезарядилась.
– Отступаем? – осторожно спросил Дако, вставая рядом с парнем.
– Нет, готовьте баррикады. Замедлим их движение, уменьшим напор – и их станет меньше, чем нас, – скомандовал Универсал. Дважды самураям говорить было не нужно. Не теряя противника из вида, они тут же опрокинули кушетки поперек коридора, а затем поставили каталки, не снимая с них тел. Так за несколько секунд нерешительности противник заплатил колоссальным тактическим преимуществом.
А вот произошедшего дальше Максим совершенно не ожидал. Вместо того чтобы нападать, враг начал возводить собственные укрепления. И, учитывая количество неприятелей, они были возведены значительно основательней и до самого потолка. Нет, контролер не боялся их. Просто решил не рисковать собственными людьми ради кучки чужаков с мечами.
От такой неожиданности Макс даже растерялся. Первый раз встретил контролера, который не бездумно кидает младших братьев в атаку. Не берет их под контроль, вытягивая силы, а защищает и оберегает. Это было неожиданно. Но, главное, что теперь они были абсолютно отрезаны от основного помещения больницы. Конечно, можно прорваться через баррикаду. Или попробовать пролезть через окна. Вот только стакиваться с такой толпой абсолютно не хотелось. А главное, не было нужды. Ведь сестринская и приемные палаты находились за спиной.
– Собирайте все медикаменты, которые найдете. Неважно какого предназначения, – скомандовал парень, – я вас прикрою. И проложите их термоодеялами, чтобы не замерзли в дороге.
– Господин, давайте возьмем с собой гиганта. Из его шкуры можно соорудить отличный доспех.
– Сначала препараты. Если они не перейдут в атаку, об этом можно будет подумать. Дако, возьми с собой одного человека, и караульте у грузовика. Не верю, что они не хотят нападать, может, обойти пытаются с улицы.
– Понял. Отправляюсь немедленно, – поклонился самурай, выбегая наружу. Остальные вытаскивали ящики с лекарствами. И только Максим стоял напротив баррикад противника, готовый в любой момент перейти в наступление. Вот только с той стороны движения почти не ощущалось. Хоть в проходе и видно было несколько десятков тварей.
Несколько минут он всматривался в темноту своими фиолетовыми глазами, пока не понял, что из нее так же всматривается контролер. Хоть враг и выглядывал из-за спин других, его зрачки были выразительнее и ярче, так что выделить его в толпе не составило труда. Однако его отличало что-то еще. И дело было не в черной броне. Скорее, в общем ощущении, осанке, том, как он держал голову или как открыто смотрел.
Поняв, что его рассматривают, зараженный сначала подался назад, но затем перестал тушеваться и вышел перед братьями. Встав в проеме между наваленными баррикадами, он встретил противника, гордо вскинув голову, и принялся столь же заинтересованно рассматривать Максима. Ощущение было не из приятных. И парень даже хотел в какой-то момент наказать наглеца, рубанув мечом. Но опасность была слишком велика. Вместо этого он демонстративно вложил клинок в ножны, чем вызвал немалое удивление у противника.
Так они и стояли друг напротив друга. Спокойные. Предельно сосредоточенные. И готовые в любое мгновение ринуться в бой. Но в то же время не желающие этой схватки, предпочитая терпеть присутствие другого.
– Господин, все готово, – сказал самурай, подбегая, – двадцать три коробки с лекарствами, нашли сильнодействующие антибиотики. Продовольственные пайки и некоторые продукты из холодильников еще пригодны для пищи. Протеиновые батончики. А еще сумели раздобыть картридж из автодока. С наномашинами. Почти двести грамм.
– Зачем? – не понял сначала Максим, но через несколько секунд до него дошло. – Молодцы.
Самурай поклонился, но движение впереди отвлекло парня, контролер сделал шаг вперед. Угрожающий. Максим достал из ножен меч, готовясь применить рельсу, но противник остановился и показал пальцем, очень выразительно помотав головой. Универсал обернулся, чтобы увидеть, что пара его бойцов пыталась тащить здоровенного титана.
– Оставьте его, – скомандовал Макс, – никакие доспехи не стоят того, чтобы отдавать за них жизнь. А для них это, похоже, очень важно. Может, они собираются похоронить своего парня.
– А может, пожрать, чтобы получить его силы, это опасно, – попытался объяснить свои действия мечник, – они станут сильнее, потом будет сложнее сражаться.
– Брось, – сказал Универсал и от его тона вздрогнул даже контролер, – даже если они получат все его силы и броню, я просто убью следующего. А провоцировать конфликт сейчас нет никакого смысла. Мы должны добраться до своих и довезти все в целости. Госпиталь же для нас потерян. По крайней мере, пока не обзаведемся большим количеством огнестрельного оружия и боеприпасов.
– Так точно, господин, извините, – поклонились самураи, оставляя тело.
– Мы уходим, – громко сказал Максим, обернувшись к противнику и пряча меч, – и постараемся не возвращаться. Сделайте на стене больницы красную надпись «опасность», и, возможно, вас будут меньше беспокоить. Так мы все сэкономим жизни.
– Спасибо, вольный, – проскрежетал по-русски контролер. Парень, не ожидавший ответа, вздрогнул, но сумел вовремя убрать заряд с рельсы. – Мы этого не забудем.
Кивнув, Макс попятился и когда понял, что его не преследуют, развернулся к зараженным спиной и больше не оглядывался. Грузовик, загруженный почти наполовину, уже ждал его снаружи. За рулем сидел Дако. Двигатель был заведен и сердито урчал.
– Трогай, – скомандовал парень, погружаясь в свои мысли.
Глава 4. Первый опыт
– Живой, – вскрикнула Тина, бросаясь на шею парня. Максим, не ожидавший такой реакции от Рыжей, даже не успел отстраниться. – Привез?
– Да, – кивнул он ошалело и только потом рассмотрел стоящих чуть в стороне Рин и Машу. По лицам девушек было тяжело определить настроение. Но они вроде были не сердиты, а скорее, заинтересованы происходящим. – Что происходит?
– А? – девушка обернулась. – Нет, ничего такого. Просто я рада, что все обошлось.
– Это понятно, непонятно, чего кошка на меня первой не набросилась, – задумчиво произнес Универсал, – и жена тебя еще в капусту не порубила.
– Лучше скажи, что с препаратами? – попыталась поменять тему Тина.
– Марине хуже стало? – насторожился парень.
– Нет, хотя и не лучше, – ответила она чуть расстроенно, – ладно, я пойду проверю, как самочувствие нашей пациентки.
– Хорошо, вот тебе список лекарств. Набросал по дороге обратно то, что должно помочь.
– Ого, у тебя есть бумага и ручка?
– Да, повезло. Ребята нашли в детском уголке целую коробку. Все привезли.
Рыжая еще немного помялась, рассматривая листок и будто силясь прочесть. Хотя он специально писал печатными буквами. А потом, прикусив губу, кивнула и спустилась в подвал. Когда она проходила мимо подруг, Рин самодовольно улыбнулась.
– Я же говорила, что тот поцелуй ничего не значит, – шепнула Маша достаточно громко, чтобы он расслышал. От одного воспоминания о произошедшем пару дней назад, сердце забилось чаще. Парень, секунду назад вообще не думавший о девушках в таком контексте, обреченно замотал головой, пытаясь выкинуть из нее дурные мысли.
– Господин, я рада, что ваше путешествие прошло без серьезных происшествий и потерь, – произнесла Рин, глубоко поклонившись. Достаточно, чтобы он увидел небольшую упругую грудь с торчащими от холода сосками.
– Спасибо, – кивнул Максим, усиленно соображая, что делать дальше. – Ты, наверное, замерзла? Давайте спустимся в подвал. Я переоденусь и обо всем расскажу.
– Конечно, господин, – дежурно улыбнулась жена, но от него не ускользнуло некоторое разочарование в ее взгляде.
«Да блин, чего им всем от меня надо-то?» — подумал Универсал и тут же понял, что в его сознании тоже не пусто. Дикая Кошка была тут как тут.
«Интересно, а ты сам что о нас троих думаешь?»
«В смысле?» — жалобно переспросил он, невозможность надежно укрыться даже в собственной голове ставила парня в тупик.
«Ну, например, ты не считаешь, что мы больше чем друзья? — спросила Маша, прижимаясь к нему в реальности и обычной, и дополненной, – ведь мы с тобой едины».
«А-а», — протянул парень, невольно приобнимая девочку, – конечно! Мы с тобой практически одно целое!»
«Так, блин, хватит, – строго заявил Царь, – я, конечно, не против вашего милого подросткового флирта и все такое. Но вы не подумали, что сейчас есть дела поважнее?!»
«Ой, как-то я о тебе, котяра, совсем забыла, – с сожалением произнесла Маша, – но ты не прав, что может быть важнее наших отношений?»
«Гребанный апокалипсис за окном, например! – выругался ассистент. – Обязанность плодиться и размножаться вас не касается. По крайней мере, пока потомство не будет гарантированно в безопасности. А не так, как сейчас, когда вы сидите друг у друга на головах и спите по очереди, потому что мест не хватает!»
«Мы уже достаточно нормально устроились, – возразила Кошка, – да и не обязательно сразу о детях думать. Я вот вообще не до конца уверена, что тело вступило в пубертатный период».
«Так какого черта ты на него лезешь?»
«А что мне, отставать от других девушек? Тина в прошлый раз с ним чуть не переспала! Рин вовсю готовится к первой брачной ночи и подтверждению брака. А Марина и вообще себя сдерживать не будет, как только проснется. Это же очевидно!»
«А ну тихо! Оба! – мысленно закричал Максим, выгоняя их из своего сознания. Перепалка друзей была ему неприятна. Но во сто крат хуже, что она проходила в его голове, а принять в ней участие не было совершенно никакого желания. – Пошли вон!»
«Я б, может, и рад, — усмехнулся ассистент, – да не получится. А Машу ты сам на такую участь подписал, ее ядро живет в твоем центре обработки. Все, молчу, молчу».
Находясь в самом мрачном настроении, Универсал спустился в глубину подвала. Как только удалось отремонтировать электроинструменты, они спаяли пластиковые трубы, создавая полноценный контур обогрева. В хоть и в слабом, но освещении ламп, удалось смастерить несколько столярных станков, на которых оставшиеся мужчины готовили средства обороны.
Еще вчера один мастер показал собранный им арбалет, но на задание Максим его брать не стал. Непроверенная железяка могла подвести в самый ответственный момент. Да и клинок уже был привычнее. Хотя, конечно, совсем отказываться от стрел было нельзя, и он распорядился довести конструкцию до ума. Так же здесь изготавливали луки из ПВХ-труб и найденной лески. В общем, работа шла полным ходом.
У самых труб обогрева устроили импровизированный госпиталь. Несколько деревянных поддонов, на которые положили самодельные матрацы. Так себе, конечно, лежанка. Но все равно в разы лучше, чем спать на голом бетоне. На одной из таких кроватей и лежала Марина. Рыжая уже вскрыла одноразовый шприц, вводя антибиотик в вену старшей подруге.
– Возьми пакет с физраствором, нужно добавить в него препараты по списку и растянуть на несколько часов, – без промедления начал давать команды Макс, он на ходу сверялся со справочником, а Кот давал советы по смешиванию лекарств и витаминов. Убойная смесь из антибиотиков и противобактериальных должна была остановить продвижение заболевания, чем бы оно ни было. Если, конечно, она не умрет от такого лечения.
– Ре-сама, – поприветствовал Максима Тэкео, – рад что вы вернулись в здравии. Ваши верные помощники говорят, что температура снизилась, и можно начинать продвижение на юг. Все так?
– На юг? – не понял Универсал. – С какой стати? Там такие же холода, что и у нас. Да еще и город, могу поспорить, кишит зараженными.
– Прошу прощения, память подводит старика, – улыбнувшись, покачал головой сегун.
– Пока продуктов у нас хватает, лекарств тоже. Да и заморозки подходят к концу.
– Однако сейчас середина декабря, а самые морозы начинаются в январе и феврале, – уточнил умудренный опытом мужчина. Максим достал из кармана на груди четки с кубами и нашел нужный. «Атлас Сахалина». Быстро пролистав разделы, он наткнулся на климатический, довольно бесполезный в данной ситуации. Даже исторический минимум был в два раза выше, чем стоявшие несколько дней назад морозы. Но в целом Тэкео был прав.
– Значит, ты предлагаешь немедленно двигаться на юг, надеясь, что там будет теплее?
– Это было бы вполне логично, – кивнул сегун, – конечно, все этот путь не перенесут. Придется отказаться от больных и слабых. Но если немедленно выдвинемся на том транспорте, что у нас есть, то сможем достигнуть моста в Японию уже через три дня. Если, конечно, никаких особенных осложнений не возникнет. А дальше мы можем раздобыть в порту лодку. Небольшой катерок. С вашими навыками восстановить его будет легко. К началу следующих заморозков мы уже пересечем большую часть Хоккайдо и будем в стране вечного солнца, где и должно быть господину клана.
– Вот каков твой план, – задумчиво произнес Максим, потянувшись к рукояти меча, – господин Хидзюсе, я внимательно выслушал вас. И из уважения к вашим сединам решу, что слова труса о побеге, это лишь оговорка. Впредь прошу не упоминать даже о самой возможности бросить на произвол судьбы тех, кто так нуждается в защите.
– Прошу прощения, – сегун встал на колени, демонстрируя готовность принять удар меча, – я лишь заботился о благе господина.
– Да, вы все так говорите. Только формы это приобретает самые странные. То похитили меня, теперь вот предлагают… Встаньте, Тэкео-сама. Я не из тех, кто рубит головы за совет. Пусть даже и плохой, но не приведший к потерям. Подумайте еще раз и выберите вариант который, по-вашему, может выправить наше положение.
– Спасибо, господин Ре. С вашего разрешения я подумаю, – отряхивая колени, произнес старец. В чем-то он, конечно, был прав, еще один такой период холодов они переживут. Научились. Но с большим трудом. Возможно, не без жертв. А значит, оставаться здесь категорически нельзя. По крайней мере, не таким составом.
– Блин, – тихо выругался Универсал, – скверная ситуация, – в задумчивости он не заметил, как дошел до верстака оружейника, за которым трудился мастер. Рукава его были закатаны почти по самые плечи, ладони по локоть в машинном масле и опилках. – Здравствуй, Кайло, как успехи в изготовлении арбалета?
– О, вы даже не представляете, – произнес он, улыбаясь по-детски искренно, – это не просто арбалет! Это чокану!
– Ну, чокнись, конечно, – задумчиво оглядев стол, кивнул Макс, – раз повод есть.
– Да нет, это название Чо-Ка-Ну, – отмахнулся мастеровой, – многозарядный скорострельный арбалет с прицелом. С детства хотел такой сделать, да смысла особого не было. Любой пистолет его уделает по всем параметрам. Кроме одного единственного. Ни порох, ни высокотехнологичное производство ему не нужны. Достаточно тех стройматериалов, которые мы нашли вокруг здания. Уголки, швеллеры, перегородки, провода и тонкая арматура. Всего в достатке. Так что я вот собрал из подручного хлама. Полюбуйтесь!
С этими словами он взял со стола громоздкое сооружение из образков пластика и железа. Странная конструкция напоминала самострел, только поверх ложа для болта находилась коробка с ручкой. Ее предназначение стало понятно, как только Кайло повел рукоять вперед, зацепив тетиву. Стоило конструкции отодвинуться в крайнее заднее положение, как арматура с легким металлическим звоном легла на место. Мужчина прицелился в дальний угол и сжал рычаг, соединив его с основным ложем. Сухо щелкнув, снаряд пролетел около двадцати метров и вонзился ближе к середине импровизированной мишени. Не успел Максим сказать, что в общем-то ничего впечатляющего, как в самый центр воткнулся второй болт, а затем и третий.