Говорю от имени живых

– 5 —

Слова спецназовца о разряженном оружии тревожили меня. Врукопашную они против толпы не выстоят, я тоже не смогу защищать садик со всех сторон одновременно, а растянуть защиту на всё здание не получится. Да и пойди, объясни тому же Петровичу, что здесь происходит, меня же первого и вытолкает взашей.

– Как оно работает? – я ткнул пальцем в цилиндрик.

– Эту кнопку нажимаешь, идёт ударный луч. Здесь стопорящий. Можно включить поглощение, но эти, – он мотнул головой в сторону забора, – энергию не отдают, как закукленные, блин.

Понятно – ещё я туда ем. Нашёл, у кого спросить о принципах работы лучевого оружия. Сразу бы чертежи попросил и научное обоснование. Хотя, что он там говорил?

– Врубай на поглощение! Да не тыкай ты им в людей, – дёрнулся я. – В сторону направляй! Тебя, кстати, как зовут?

– Семён, – коротко, как на перекличке, ответил спецназовец.

– Давай, Семён, потихонечку, осторожненько, – кто их знает, на что способна эта штуковина, лучше начать с малого, пока не угробили полквартала.

– Миша, это не опасно? – озаботилась жена.

– Думаю, нет, – отмахнулся я.

Чем чёрт не шутит? Я же черпаю энергию из барьера, почему не попробовать подсунуть её этому оружию? Очень надеюсь, они одной природы – не могут же души использовать что-то иное, кроме сделанного из той же материи. Главное, не спалить его к чёртовой матери – не знаю я «зарядный ток», поэтому попробуем начать с минимума.

В зелёном мареве явно начались пертурбации. Потоки энергии устремились к цилиндрику, закружились возле него, как голодные акулы рядом с аппетитной жертвой, не решаясь устремиться внутрь.

– Давай сильнее, – приказываю я, надеясь на удачу.

Меня едва не уносит в сторону, Семён вздрагивает – оно и понятно, разница в массах существенная. Хотя, звучит глупо! Он призрак, я живой человек, какие тут соотношения масс? Но факт есть факт – завеса оттолкнула оружие, как откровенно враждебное. Другая природа, не стыкуются они в принципе.

Хорошо, попробуем иначе, цепляем барьер и вытягиваем одинокую зелёную ниточку прямо к створу оружия. По чуть-чуть, по капельке, едва-едва толкаем энергию барьера в цилиндрик. Есть движуха! Можно увеличивать тягу…

– Всё, полный заряд, – в голосе Семёна звучит искреннее удивление. – Ты точно спец! Мужики, давай сюда по очереди, тут парень может излучатели зарядить!

И что это было? Завеса ему чужда, а барьер – мать родная? Законный вопрос, откуда завеса черпает энергию? Не из того же самого барьера? Эх, мне бы нормальную лабораторию, да штат сотрудников умных и рукастых, мы бы такого наворотили, но пока не до жиру, быть бы живу.

Ко мне выстраивается очередь хмурых мужиков, не особенно стремящихся познакомиться с «зарядной станцией». Могу понять – перспективы у них не самые светлые, тут одной подзарядкой проблему не решишь, если призраки попрут массой, никакие излучатели не помогут. Пока зомбаков удерживает элементарный страх каждой отдельной личности, но вспыхни искра, сработай эффект толпы и они ринутся на штурм, наплевав на любые потери. С другой стороны, мне спокойнее, когда я знаю, что у бойцов есть, чем их встретить. Можно немного расслабиться и обдумать ситуацию с разных сторон, тем более, есть с кем.

– Миша, получилось? – ну, куда мне без доброй заботливой жены.

– Да, Света, получилось, и прямо сейчас ко мне выстроилась очередь бойцов, желающих зарядить оружие, – хмыкнул я.

– Ой, – воображение у Светки дай бог каждому, тотчас спряталась за меня, представив толпу здоровых мужиков.

– А за моей спиной куча голодных душ, желающих напасть на садик, – не удержался я, глупо хихикнув.

Нервы с утра ни к чёрту, начинаю вести себя не совсем адекватно.

– Тьфу на тебя, – разозлилась Светка. – Хотя бы в такой момент можешь обойтись без дурацких шуточек?

– Смех спас мир, а все пакости в жизни творятся исключительно с серьёзным выражением лица, – процитировал я неизвестного мыслителя. – Так что будем смеяться, пока есть возможность.

– Матвей? Синельников? – очередной боец с удивлением смотрел на мнущегося в стороне от нас следователя.

– Лёва? Ты как тут? Я думал…

– Два года уже… неужто не знал?

– Не поверишь, закрутился. Думал, ты куда-то перевёлся, а времени не выбрал в кадры заскочить.

– А здесь как оказался? – вопрос неожиданного знакомого поставил следователя в тупик.

– В садике?

– В смысле среди мёртвых, – поморщившись, уточнил Лёва. – При задержании?

– Куда там? – отмахнулся Матвей. – Один из этих пытался меня отжать, когда в машине ехал. Ну и на полной скорости приехал какому-то таксисту в зад. Сразу на глушняк. Спасибо парню, убедил с собой пойти, иначе эти бы меня точно сожрали.

– Не боись, Матвей, как раз эти тебе не страшны, – он ухмыльнулся, как бывалый солдат желторотому новобранцу, – им живые нужны, у них одна задача – жить! А сожрать тебя может стая, тут к бабке не ходи, только зазеваешься, пиши пропало!

– Стая, опять стая, – заворчал следователь, настороженно оглядываясь по сторонам, – этот про гиен рассказывает, ты про стаю. Что за пугало такое?

– Не видел и славу богу, очень не советую попасться ей в чистом поле и без оружия. Низкоорганизованная материя, недораспавшиеся души, собранные в кучу желанием жрать. Нападают без разбора на любого, кто не может им противостоять. Поначалу они и на этих ринулись, но обломались. Не знаю, что там на Плацдарме рвануло, но всё сильно изменились, по себе знаю.

– Что за Плацдарм? Типа тот свет? – Матвей смотрел на бывшего знакомого с недоверием. – Не первый раз про него слышу от ваших, вы там все вместе были что ли?

– Ну, тебе же сказали – служили в полиции.

– На том свете? – не унимался Матвей.

– А что не так? Ты видишь, что тут творится? Кто, по-твоему, должен всем этим заниматься? Архангелы? Так нет их здесь, Матвей.

– Здесь нет, это понятно, – упёрся следователь, имеющий привычку разбираться до конца в любых вопросах. – А вы где были, где этот ваш Плацдарм?

– Тут, – не понял вопроса Лёва. – В городе, Плацдарм прямо здесь!

Очевидное для одних может вызвать совершенное непонимание у других. Одно дело, когда ты каждый день делаешь одну и ту же работу, другое – услышал в первый раз. Я с интересом прислушиваюсь к разговору, потому что мне самому хочется знать, что за штука Плацдарм, с чем его едят и откуда он появился? В городе? Хорошо! Почему я раньше ничего этого не видел? Просто не приглядывался? Вполне допускаю, надобности не было, не от кого было защищаться, обычных возможностей вполне достаточно. Если бы они не проявились столь явно и агрессивно, сто лет бы ни о каком Плацдарме не узнал бы.

– А как же… – Матвей явно не решался задать мучающий его вопрос.

– Типа рай? – подсказал Лёва. – Не знаю, Матвей, а врать не хочется. Тут же не все остаются, кто согласился метку поставить, тот закрепился, остальные куда-то пропадают. Может, и есть где-то там рай, вот ты и узнаешь, если выживешь, конечно.

– Что за метка? Ты тут все два года был что ли? А мне можно её получить?

– Чего засуетился? Совесть не чиста? – Лёва хитро подмигнул следователю. – Не получишь ты метку, нет больше никаких меток, все теперь вольные стрелки. Правда, что воля, что неволя, всё одно здесь торчим. И одному дьяволу известно, чем эта заваруха закончится.

– А у вас так постоянно?

– Я же тебе говорю – заваруха, кипиш, хрень какая-то. Вчера что-то здорово шандарахнуло в городе, накрыло всех не по-детски, меткам кердык, у народа крыша поехала. А до этого обычная жизнь, не хуже, не лучше вашей, скукота и вечность впереди.

– Со мной, что будет?

– Матвей, я откуда знаю? – возмутился Лёва. – Поживём, увидим. Иди лучше у старшего оружие получи, хоть какая-то надежда будет, что протянешь достаточно. Говорят, кто-то должен прийти, забрать душу. Но сам не видел, слухи.

Лёва подвёл следователя к командиру, что-то ему объяснил и тот без вопросов, расстегнув подсумок, вытащил блестящий цилиндр. Быстро показал кнопки, дал в руки и приказал попробовать, направив в небо. Результат оказался неожиданным – громко каркнувшая ворона рухнула к их ногам.

– Ты что нажал? – вскрикнул старший, озадаченно глядя на оглоушенную ворону, пытающуюся встать на лапки.

– Вот эту синенькую, – Матвей показал, направив излучатель на старшего.

Тот резко отбил руку следователя в сторону.

– Идиот! С оружием обращаться не приучен? Кто ствол на человека направляет? Ты же мог меня занулить на раз, дебил!

Судя по тому, что все в очереди жали на синюю кнопку, Матвей использовал отбор энергии. Одно из двух, они никогда раньше не испытывали оружие на живых, или оно на них не действовало. Если верно последнее, жди новых неприятностей – оружие забрало энергию у живого, пусть это и ворона, но не действует на призрака после обработки его потоком энергии. Прям какой-то переворот принципов получается. Нужно срочно разобраться, пока не прилетело.

– Как старшего зовут? – негромко поинтересовался у очередника. – Давно он с вами?

– Я сам тут лет пять, а он до меня уже командиром был. Именем не интересовался, все зовут Морпехом. Почему, не знаю, но тельняшку он точно не носит.

Морпех, так морпех, нам главное – контакт наладить.

– Пока покурите, у меня к нему вопросы есть, – осталась пара стволов, подождут.

Судя по уважительным взглядам, мой статус после зарядки оружия серьёзно вырос, хотя сам я продолжал чувствовать какую-то неуверенность, некий неконтролируемый страх, словно опасность пряталась совсем близко, но я её в упор не видел. Как во сне, ты идёшь по тёмному коридору, в котором много дверей, в одной из комнат прячется страшный монстр, но тебе обязательно нужно добраться до лестницы, ведущей прочь из дома. Липкий страх мешает идти, ноги тяжёлые, дыхание прерывистое, сердце бешено колотится, и в самый отчаянный момент ты просыпаешься, избежав опасности. Но жизнь не сон, здесь опасность имеет реальный результат, иногда приводящий к смерти.

– Можно вас на разговор?

Не хотелось обсуждать тему с упавшей вороной при всех. Люди незнакомые, кто-то мог появиться в команде совсем недавно, у каждого есть оружие, но не все могут сделать правильные выводы, увидев, свалившуюся с неба птицу. Морпех явно что-то заподозрил, судя по тяжёлому взгляду, которым встретил моё предложение отойти в сторону.

– Не буду ходить вокруг да около, такое раньше замечали? Проверяли оружие на живых?

– Честно? – он мне не доверял и не скрывал этого.

– Мне нужно знать, – как можно увереннее заявил я, стараясь выглядеть крутым экстрасенсом.

А что? Имею право! В конце концов, кто вам оружие зарядил? Сами умеете? Опаньки! Если я прав, то теперь могут, нужно только решить моральную дилемму – допустимо ли гасить живых людей?

– А ты можешь забрать энергию у человека, экстрасенс? – вопросом на вопрос ответил Морпех.

– Да и не только у человека, если ты хотел об этом спросить. Кстати, у этих тоже пришлось попробовать – проблем не заметил, но они всё равно странные, тут соглашусь. Так всё-таки, проверяли раньше?

– Ты хочешь сказать, экстрасенс, что можешь всех тут положить, и оружие нам не поможет? – Морпех смотрел на меня, поигрывая желваками, словно прикидывая, завалить сразу или поговорить ещё.

Он упорно называл меня экстрасенсом, хотя точно знал имя. Чем-то наш брат ему не нравился, и он этого не скрывал.

– Хочешь проверить? – не скрывая раздражения, спросил я. – У меня здесь жена и дочь, вы их защитили, зачем мне с вами драться? Простой вопрос, простой ответ, что не так, Морпех?

Рефлексы сработали раньше сознания, защита отбросила в сторону не только кулак Морпеха, но и его самого, впечатав в стену здания. Полицейские разом развернулись в мою сторону, ощетинившись излучателями.

– Отбой, парни, – совершенно спокойным голосом приказал Морпех, вставая на ноги. – Проверка на вшивость. А ты крут, парень, – если бы он был моим нанимателем, я бы сейчас мог претендовать на самую большую зарплату и должность.

Зачем я вообще реагировал на его атаку, что он мог мне сделать? Вот направь он на меня оружие, другое дело, но призраку бить живого человека кулаком – полный идиотизм. Но я ведь отреагировал! Видимо, этого он и добивался. Назвался экстрасенсом, защищайся, покажи, на что способен!

– Извини, если перестарался, ты сам виноват, боевой рефлекс, знаешь ли, – хвастун находка для шпиона, меня просто раздувало от неимоверной гордости. – Теперь можешь сказать про излучатель?

– Конечно, пробовали, – он сморщился, как от зубной боли, – результат нулевой. Хотя, я точно знаю, их разрабатывали не для полицейских операций, они должны были входить в боевой комплект.

– Боевой комплект чего?

– Чего надо, – буркнул Морпех, явно ляпнувший лишнее. – Не мои секреты, экстрасенс.

– Но ты понял, что сейчас оружие работает иначе? Ворона совершенно точно живая, я тебе, как экстрасенс говорю, – авторитетно заявил я, провожая взглядом улетающую птицу. – Расскажешь об этом своим людям? Ты всем доверяешь в своём отряде?

– Нет!

Чего нет? Не расскажет или не доверяет? Хотя, это уже его дело, главное, что пока все остальные, а их, скорее всего, гораздо больше, чем сейчас в садике, об этом не знают. Могут использовать случайно, не связать со своими действиями, не придать значения. Но и мне теперь нужно быть настороже, кто знает этого Морпеха, вдруг я для него теперь главный враг?

– Ты видел, как они цепляют жертву? – неподдельный интерес в голосе Морпеха насторожил меня. – Это сложно?

– Нет, такое ощущение, будто знают, как это делается, – признался я, чувствуя холодок, пробежавший по спине. – Если жертва не имеет сил сопротивляться, всё проходит быстро, как высморкаться. Иначе им приходится побарахтаться. Видел случаи отторжения, думаю, с детьми всё намного проще, поэтому они и прут сюда, как мухи на мёд.

– Миша, может быть, это не моё дело, но ты долго ещё будешь разговаривать с нашими невидимыми друзьями? Ничего не хочешь рассказать? Мы же волнуемся, – Светка выразительно посмотрела на стоящую рядом с ней Катю.

Женская солидарность, блин, та согласно кивает, словно они подруги сто лет и давно заключили пакт о моём подчинении их воле.

– Всё в порядке, девочки, – максимально бодро ответил я. – Мужики будут охранять периметр, оружие я им заряжу в любой момент, так что причин для волнения нет, ничего с детками не случится! А вечером их разберут родители!

Естественно, я деликатно умалчиваю, что с ними будет потом, когда они окажутся вне нашей защиты. Но мы же договаривались, не брать на себя ответственность за весь мир, это не наше дело, мы храним то, что рядом с нами. Там, за забором, больше миллиона человек, которых совершенно точно никто не охраняет, им повезло гораздо меньше, чем этим детям. Хотя, ненормальных призраков не так уж и много, скоро все они завершат пертурбации, и мы никогда не узнаем, кто именно попал в их лапы. Нужно просто переждать трудное время, закрыть глаза, спрятаться поглубже в норку…

– Миша, ты хорошо подумал?

Странно, вроде всё под контролем, что я упускаю?

– Как родители попадут в садик? – судить по её интонациям, так они для этого в космос должны лететь.

– Свет, ну это же будет только вечером, пока можно другими делами заняться, – совершенно не понимая причины её озабоченности, заканючил я. – Жрать хочется, если честно. У вас там на кухне нет ничего для двух лишних ртов?

– С кормёжкой проблем нет, – поджав губы, ответила Светка, явно намекая на мою непроходимую тупость. – Только родители у нас начинают идти прямо днём, Мишенька! Некоторые детки на неполном дне, так что думать нужно прямо сейчас, Миша!

– Поесть успею? – чертовски трудно думать на голодный желудок. – Святым духом сыт не будешь, Света! Да и Кате не помешает подкрепиться. Правда, Катя?

Нужно срочно переманивать союзников в свой лагерь, а то они вдвоём быстро меня сотрут в порошок. Это сделай, туда сбегай, придумай, ответь, а я не Фигаро, блин, да ещё и голодный, как волк.

Кстати, куда подевался Морпех? Мы и поговорить толком не успели, нам бы обсудить в деталях план защиты, людей расставить. Стоило на минутку отвлечься, его и след простыл. Не любит он нашего брата, экстрасенса, на дух не переносит, похоже. Ну, и чёрт с ним! Главное – день прожить, а там, хоть трава не расти!

– 6 —

Обед прошёл в скорбном молчании. Точнее, молчал я, а Светка подробнейшим образом рассказывала о графике работы садика, разрушая мои стройные заблуждения по этому поводу. Родители, опасаясь расстроить малыша, приводят его поначалу на неполный день – кто на час, кто на два, кто-то держится до обеда. Пока привыкнут, такая нынче детская психология. Я помню, меня отдавали ранним утром, в мороз и метель, забирали, когда с работы возвращались. Бывало, и на продлёнку оставался, слушая дурацкие рассказы малышни про всякого рода привидений и бабаек.

Картинка складывалась нерадостная, потому что время поджимало. Толпа голодных душ плотным кольцом в десять-пятнадцать рядов окружила садик. Каждого родителя нужно было встречать, заводить и провожать обратно. Кто-то должен быть постоянно на стрёме в ожидании следующего родителя. Им ещё нужно объяснить, почему сегодня такая странная процедура. Но хуже всего, всем этим могу заниматься только я.

Охранять периметр, отгонять призраков от забора полицейские могут, но сопровождать и защищать уже сложнее. Им придётся брать родителей в коробочку, отстреливаясь от наседающих зомби. Причём, я это не говорю, но идея витает в воздухе, голодные души жаждут реинкарнации в малышей, чтобы прожить подольше! Но и сами родители, зачастую, весьма молодые люди! Так что их тоже нужно защищать и сопровождать.

Пока они идут к садику, на них никто не обратит внимания, все взгляды направлены внутрь периметра, ждут разрыва в защите, ошибки охраны, чтобы прорваться к цели. Но стоит родителю с ребёнком покинуть защищаемую территорию, как они оба становятся лакомой добычей призраков. Ради них стоит забыть садик и попробовать удачу в другом месте, тем более, это гораздо безопаснее и конкуренция меньше.

В результате имеем веер разбегающихся зомби, преследующих родителей с детьми, а сами сидим в постепенно пустеющем садике до последней души в прямом смысле этого слова. И получится, что мы честно выполнили свой долг, но всех детей, включая их родителей, благополучно сожрали чуть позже. Весёлая картинка для любителей хоррора.

– В общем так, ситуация не имеет решения – поставив стакан из-под компота на стол, объявил я. – Но… – хорошо выдержанная пауза имеет значение не только в театре, – можно попытаться как-то избавиться от тех, кто за забором. Как именно, покажет эксперимент!

– А нам, что делать? – почти одновременно вскинулись мои слушательницы.

– Идти на улицу, ждать родителей и встречать. Я обеспечу вам прикрытие за периметром. Света, тебе отдельное важное поручение – нужно что-то придумать, чтобы удержать родителей в садике. Иначе мы забегаемся и их потеряем в прямом смысле этого слова.

– Не проблема! – легко отмахнулась любимая жена. – Скажу, нужно дождаться собрания. Посидят немного. Главное – заведующую предупредить, она у нас женщина с понятием, проблем не будет.

– И что ты ей скажешь? – я представил, какую картинку увидит заведующая со слов Светки. – Надеюсь, там ничего не будет про голодных зомби и призрачных спецназовцев, охраняющих садик.

– Миша, я найду, что сказать, – с укоризной в голосе, как ребёнку, стащившему конфету, ответила жена.

Ладно, примем на веру, у женщин есть какой-то свой язык, позволяющий им, не говоря прямо, договариваться хоть о чём. Мужикам же нужно сказать в точности, чего от них хотят, и почему они должны это делать, иначе будут стоять на своём до последнего, не соглашаясь ни на что.

– А Петрович? Старик точно решит вставить пять копеек в нашу суету.

– Прикажу не лезть не в своё дело, – решительно заявила Светка, строго сдвинув брови.

Даже я боюсь её в таком состоянии, так что о Петровиче можно не переживать, сделает, что скажет жена. Теперь в поле!

– Где Морпех? – остановил я бегущего куда-то бойца.

– Не знаю, – покрутив башкой, ответил он. – Может, на ту сторону ушёл?

Противный червячок страха вновь завёл гнусавую песню – что-то здесь не так.

– Обойди всё, но найди мне старшего, – приказал я командирским тоном. – Дело неотложное, исполнять бегом! Действуй, боец!

Тот козырнул и ломанулся напропалую, словно получил приказ от генерала армии, а не случайного прохожего, которого видел первый раз в жизни. Вот что значит, быть экстрасенсом – все тебя любят, уважают, подчиняются…

– Нигде нет, – рявкнул боец у меня над самым ухом. – Всё обошёл, всех спросил, пропал куда-то Морпех. Какие будут указания?

Две новости, как водится, плохая и хорошая. Хорошая – меня, похоже, резко повысили в звании. Плохая – Морпех затеял свою игру, и я даже подозреваю какую. Если кто-то в этом городе однажды встал поперёк его жизненного пути, сейчас у него есть все шансы поменяться с Морпехом местами. Ну, и чёрт с ним, нет времени на домыслы.

– По одному человеку на углах, ещё по одному в промежутках, остальных ко мне!

За что уважаю армию, всё исполняется буквально, а не как кому в голову взбрело. Сказано – сделано, свободные от вахты смотрят мне в рот, ожидая ценных указаний.