Вокруг света без виз

Храм бога Хора в Эдфу

Не доезжая 100 километров до Луксора, мы свернули с дороги в сторону Эдфу. В античные времена он назывался Бехдет или Джеба, а при римлянах – Appolinopolis Magnae и был одним из крупнейших мегаполисов Верхнего Египта. От было великолепия до наших дней дошел только один храм. Зато какой! Он поражает своими исполинскими размерами – 137 метров в длину, 79 метров в ширину, при высоте пилонов в 36 метров.

В 1834 году здесь побывал Аарон Норов: «Величина этого храма, столь огромного даже издали, удваивается, когда, подойдя к нему узнаешь, что видимое здание есть только едва половина; другая часть вся погребена в земле, и нижние колоссальные изображения выходят из нее только по пояс».

В 1876 году Ю. Н. Щербачев описал увиденное более подробно: «Земля сберегла клад во всей его неприкосновенной прелести: красивый двор, залы, некрытые переходы, карнизы и плиты пола – все цело и невредимо. Если в других храмах надписи приходится читать урывками на разрозненных обломках, то здесь, напротив, они не имеют пробелов. Барельефы непрерывными рядами тянутся по стенам внутри и снаружи… Таким образом храм являет самую полную главу каменной библии Египта».

Храм посвящен богу-соколу Хору, сыну Осириса и Исиды. Согласно расшифрованной археологами надписи на стене, его строительство началось 23 августа 237 года до н.э. по приказу Птолемея III, а завершилось в 47 году до н.э. при Птолемее XII. Именно этот последний правитель и изображен на фасаде с головами врагов, которые он держит за волосы, собираясь принести в жертву грозному богу Хору.

Пройдя через центральную дверь, мимо статуй бога-сокола из черного гранита, до блеска отполированного руками туристов, мы попали в огромный внутренний двор, украшенный с трех сторон 32 гигантскими колоннами с вырезанными по камню цветами.

Слева, перед входом во внутренний храм также установлена статуя Хора. Раньше их вероятно тоже было две – с каждой стороны от входа. Пройдя через два зала, потолок которых поддерживают украшенные иероглифами колонны, мы вошли в святилище.

На алтаре когда-то хранилась золотая статуя бога Хора. Сейчас на ее месте можно увидеть только деревянную ладью. В ней (вернее, в примерно такой) статую по большим храмовым праздникам торжественно выносили из храма и проносили по улицам.

Египетскими иероглифами исписаны все стены – как внутренние, так и внешние. Любили египтяне это дело – каллиграфию. Расшифровав эти надписи, египтологи много узнали о проводившихся в храме церемониях. Главная из них состояла в символическом изображении борьбы «хорошего» бога-Хора с «плохим» богом-Сетом (его часто изображали в виде гиппопотама) и окончательной победы добра над злом.

В гостях у Боба Марли

После посещения храма Хора в Эдфу микроавтобусы вышли на финишную прямую и понеслись в сторону Луксора. Впрочем, ехали не очень быстро. На каждом блок-посту нас останавливали и приходилось ждать, пока полицейский тщательно запишет номера всех машин в бухгалтерскую книгу.

Участок между Асуаном и Луксором египетские власти считают местом очень опасным. Там туристы должны быть постоянно под присмотром, перемещаться только группами с обязательным полицейским эскортом. А по Луксору, как по огороженной со всех сторон и находящейся под неусыпным контролем туристической зоне, можно гулять свободно.

Для начала нам надо было найти крышу над головой. Наш микроавтобус остановился у какого-то чересчур помпезного отеля. В него мы даже не заглянули. Пошли искать что-нибудь попроще, без излишнего пафоса.

К нам тут же привязался хелпер и стал активно зазывать в какой-то отель. Не особо вникнув, мы довольно грубо его послали. И дело не в том, что мы имели что-то против него лично или его неизвестного для нас отеля. Очень уж надоела постоянная опека. Хотелось немного самим прогуляться, почувствовать себя свободными людьми.

Прошли несколько гостиниц – как-то все не то. Тут я получаю СМС от Виолетты. Она была с нами только в первые две недели путешествия, но вернувшись в Москву продолжала с интересом следить за нашими приключениями. В Луксоре Виолетта была год назад и спешила порекомендовать гостиницу, в которой тогда останавливалась – «гостиницу Боба Марли».

Впрочем, официально этот отель называется «Шериф». Но новый владелец, оставив прежнее название, превратил гостиницу в мемориал, посвященный музыке регги, Бобу Марли и всему растаманскому движению. Едва свернув в переулок, мы в его конце, до которого оставалось еще метров тридцать, увидели флаги, раскрашенные в характерную комбинацию цветов «зеленый-желтый-красный». Внутри все стены были увешаны плакатами, портретами Боба Марли, сувенирами.

И тут – шок. За стойкой регистрации я увидел того самого хелпера, которого мы недавно так грубо послали! Даже как-то неудобно стало. Заметив наше смущение, владелец гостиницы – а это оказался именно он – успокоил.

– Я вас прекрасно понимаю. У нас в Египте действительно иностранцев достают чересчур навязчивым предложением услуг.

В путешествиях нет ничего более скучного, чем гостиницы. Они все на одно лицо. И это характерно не только для нашего времени. Уже в конце XIX века профессор А. К. Краснов писал в опубликованной в Санкт-Петербурге в 1898 году книге «Из колыбели цивилизаций»: «Даже в Китае и Японии вокруг туриста исчезают самобытные черты их жизни и в японской гостинице, завидя европейца, горничные уже тащат стол и стулья, вилки и ножи для бифштекса, чтобы лишить вас характерной обстановки этих не имеющих мебели и едящих палочками вегетарианцев».

Стоит ли удивляться, что во время длительного путешествия зачастую уже невозможно вспомнить, чем же именно отель в А отличался от отеля в Б. И лишь некоторые остаются в памяти надолго. Луксорский «Дом Боба Марли» как раз из таких. Стоило нам подняться на крыше с видом на Нил, сесть на раскинутые там ковры и матрацы или плюхнуться в гамак, как мы сразу обо всем забыли – и о насыщенной экскурсионной программе, и о необходимости еще куда-то ехать. А для нас там обнаружился и еще один бесплатный бонус: по Wi-Fi ловился бесплатный Интернет из расположенного неподалеку пятизвездного отеля Winter Palace.

Фивы и Луксор

Луксор – новый современный город с вокзалами, отелями и ресторанами – лежит на восточном берегу Нила, неподалеку от руин древней столицы Египта – Фивы. Именно в этот город, славившийся в древнем мире своим невероятным богатством и великолепием, в XVIII – XIX века стремились самые первые туристы, археологи-любители и «расхитители гробниц».

Русский египтолог Борис Тураев писал: «нигде на земле невозможно найти другого места, до такой степени изобилующего величайшими памятниками глубочайшей древности, как египетские Фивы. Этот город, «око Ра, град могучий, владыка всех градов, прославлен в Библии и Илиаде. Древние произведения искусств, извлеченные из почвы Фив, наполнили музеи Каира, Европы и Америки, но по-прежнему этот рудник представляется неисчерпаемым».

Луксор часто называют «самым большим в мире музеем под открытым небом». В городе и его окрестностях сохранилось столько руин, захоронений и обелисков, что осмотреть их невозможно и за неделю. Мы ограничимся только одним, но самым большим храмом.

Карнакский храмовый комплекс

Карнак – это не храм, а грандиозный храмовый комплекс. Он находится всего в двух километрах от города, в одноименной египетской деревне. Самые величественные руины древнего мира лежат как будто во впадине. Но этот эффект связан с тем, что в древности общий уровень местности был на несколько метров ниже.

В течение нескольких столетий египтяне построили больше десятка больших и маленьких храмов и обелисков, посвященных различным богам и обожествленным фараонам. Нет разве что ни пирамид, ни гробниц. Но их можно, при желании, увидеть в Долине Царей на противоположном берегу Нила.

Храмовый комплекс – очень большой и запутанный. В нем легко и заблудиться. Как писал Генри В. Мортон: «Назвать Карнак „храмом“ – явный абсурд. Даже если назвать его „комплексом храмов“, это вряд ли даст представление о бескрайней ширине и дикости руин».

К входу мы шли как через строй почетного караула. В два ряда, с обеих сторон дороги, выстроились каменные бараны. Для древних египтян они вначале были племенными тотемами, а затем и богами.

Самое главное святилище – храм Амона-Ра (или Ипет-Ису), бога Солнца – был основан в XX веке до н.э. и на протяжении всего периода Нового царства все фараоны тратили огромные силы и средства на его достройку.

Карнакский комплекс рос и развивался как живой организм – то в строгом соответствии с заранее рассчитанным планом, то хаотически. Желания и амбиции у фараонов различались. Одни очень щепетильно относились к оставшемуся от предшественников наследию. Они строили новый храм или дополнительную пристройку к уже существующему. Другие же наоборот, сносили старые сооружения, чтобы расчистить место для еще более величественных.

Строившийся на протяжении четырнадцати веков храмовый комплекс, занимающий территорию около 30 га, стал самым большими культовым сооружением всего древнего мира. Строительство продолжалось вплоть до 663 года до н.э., когда храмы были разрушены ассирийской армией и постепенно занесены песками. Благодаря такой консервации они и сохранились до наших дней почти в первозданном виде.

Уже в начале XIX века Карнак стал одной из самых популярных достопримечательностей Египта. Сюда хлынул поток туристов и искателей сокровищ, беззастенчиво грабивших бесхозные руины. Вот что в своих мемуарах писал Фредерик Кальо, побывавший здесь в 1815 году: «Руины Карнака были разделены демаркационными линиями, отмечавшими, где чья территория – французская, английская, ирландская, итальянская и т. д. Некоторые английские леди перелезали через обломки, чтобы пробраться в катакомбы. Несмотря на жару и усталость, все высунув языки носились туда-сюда, жаждая найти или купить какую-нибудь старинную вещь, поэтому копали днем и ночью».

Русский путешественник В. Андреевский, как и все, кто когда-либо сюда попадал, был поражен величием комплекса, равного которому он не видел нигде, хотя и объехал все самые замечательные места Европы и Ближнего Востока. Он писал: «Люди, жившие в этих дворцах, в стенах которых поневоле говоришь шепотом, должны были быть не такими, как мы; они ходили медленно среди колонн, волоча за собой по каменным плитам тяжелые складки своей белой одежды. Их лоб, обвитый золотой змеей, никогда не склонялся к земле; они были молчаливы, так как повелевали лишь знаками. На своих столах из порфира они ели неведомых птиц и морских чудовищ, пойманных для них из глубин Индийского океана; жены, белее молока и одетые как богини, ждали их на пурпуровых ложах. Ручные львы, ласкаясь, лизали им руки и шли перед ними, когда они выезжали на войну на колесницах, запряженных единорогами. Они жили по тысячу лет и никогда не улыбались». Но у всего этого великолепия была и обратная сторона медали. Поэтому русский путешественник нравоучительно сетовал: «если сломать сто тысяч пальмовых веток на спине людей, которые всегда ходят голыми, то можно выстроить сколько угодно дворцов, да еще и храмов в придачу… И эти камни, которыми мы восхищаемся теперь, слышали больше горьких вздохов и слез, чем хвалебных гимнов в честь Аммона».

Самое сильное впечатление производит огромный зал с колоннами просто невероятных размеров, вырезанными в форме цветов папируса. Они когда-то подпирали крышу величественного здания.

Лес колонн (а их здесь 137!) не дает возможности разглядеть здание храма целиком. С какой стороны ни посмотри, видно только два ряда колонн, которые заслоняют собой все остальные. Потолок обвалился, стены обрушились, а колонны как стояли, так и стоят на своих местах.

К строительству храма приложил руку и Рамсес II, правивший с 1279 – 1213 годы до н.э. – единственный из египетских фараонов, который носил титул «Великий». Его гигантская статуя, повернутую почему-то боком к потоку посетителей, установлена в одном из внутренних двориков. В них легко и заблудиться. Ориентироваться можно только по нестерпимо палящему солнцу – оно царит на выбеленном небе, на котором нет ни единого облачка.

Практически у каждого бога была или женская ипостась или супруга. Поэтому с двух сторон от храма Амона-Ра построили святилища, посвященные членам его семьи – жене, богине Мут (она же богиня-мать, царица неба) и общему сыну, богу Хонсу (он же божество Луны). Не забыли здесь и младших богов. Они пусть и не такие влиятельные, но ближе к людям, к их мирским проблемам. С ними можно и договориться – например, с помощью магических ритуалов.

Один из таких ритуалов можно увидеть и сейчас. В нем принимают участие все туристы. Неизвестно кто это первый придумал, но считается и передается из уст в уста, что установленная на площади недалеко от гранитного обелиска статуя скарабея обладает магическими свойствами. Ее обязательно нужно обойти по часовой стрелке – три раза на удачу в делах и начинаниях, пять раз – для успешного рождения ребенка, семь раз – для замужества. Да, в современном мире заработать деньги и завести детей значительно проще, чем выйти удачно замуж.

Посмотрим, действует ли? Мы с Олегом ограничились тремя кругами, а Саша прошла все семь. И, как позднее, выяснилось, это действительно ей помогло. Замуж она вышла. Неизвестно насколько к этому приложил руку скарабей. Но что это произошло благодаря ее участию в нашей кругосветке – это факт. Однако, об этом позднее.

Утром огромную площадь перед входом на территорию комплекса забили туристические автобусы. Поэтому, бродя по храмам и руинам дворцов, мы никогда не были в одиночестве. Со всех сторон были слышны голоса – причем русская речь звучала не реже, чем английская или немецкая. Стены, колонны и статуи облепили позирующими на их фоне туристы. А тут еще и охранники!

Что и от кого они здесь охраняют неясно. Но каждый из них приставал с предложением показать какое-нибудь «срытое» сокровище. Даже полицейские с автоматами, используя «калашниковы» в качестве своеобразных указок, набивались в экскурсоводы – в расчете на бакшиш. Интересно, а им вообще хоть платят зарплату? Или только автоматы и форму выдают?

Охранники не разыскивали скрытые сокровища, а сами же их и создавали. Поставят шлагбаум и начинают вымогать деньги за возможность за него пройти к какой-нибудь статуе. И это при том, что к ней же можно пробраться, обойдя стену с другой стороны. И совершенно бесплатно.

Охранники стояли у входа почти во все помещения. А часто и прямо посреди прохода. Зайти внутрь можно было только после того, как страж отойдет хотя бы немного в сторону. А это уже работа, за которую полагается бакшиш!

Дахаб – золото Синая

Из Луксора можно уехать на автобусе в Дахаб, на Синайском полуострове. Ехать придется всю ночь. Спать будет некомфортно – на неудобных сидениях. Зато мы сэкономим время.

Ночью мы проехали Хургаду, но даже краешком глаза не взглянули на одну из туристических столиц Египта – банально проспали. И момент переезда из Африки в Азию также остался незамеченным.

Проснулись мы в Шарм-эль-Шейхе, в который автобус заехал уже утром. Там, кстати, почти все пассажиры вышли. Сто километров по безжизненной пустыне до Дахаба мы ехали впятером – в компании с парочкой немецких бэкпакеров.

Когда ходишь по Дахабу пешком, чувствуешь себя почти как на каком-нибудь европейском морском курорте. На улицах удивительно чисто – и не только по египетским меркам, расстояния небольшие, транспорта и людских толп нет.

Город, название которого в переводе с языка бедуинов означает «золото» (именно такого цвета песок на здешних пляжах), всего несколько десятков лет назад был заштатным поселком Ассалах – несколько домиков в пальмовой роще на берегу маленькой уютной бухты. И тут – в полном соответствии с русской пословицей «не было бы счастья…» – война.

После египетско-израильской войны 1973 года Синайский полуостров захватил Израиль. Израильтяне – большей частью выходцы из Европы – стали искать на побережье Красного моря удобные места для создания курортов.

Именно израилетяне построили здесь первые отели, рестораны, магазины и бары. В отличие от Шарм-эль-Шейха, изначально создававшегося для приема организованных туристических групп, в Дахаб потянулись преимущественно самостоятельные туристы – бэкпакеры.

Центр жизни в Дахабе – набережная с маленькими магазинчиками, недорогими ресторанами и уютными кафе. В ясную погоду отсюда виден гористый берег Саудовской Аравии. Пологий спуск в воду и отсутствие коралловых рифов вблизи берега позволяет купаться в морской воде и на мелководье. Здесь не бывает больших волн, но почти всегда дует ветер, поэтому воды лагуны облюбовали любители виндсерфинга.

Если днем жизнь течет неторопливо, то вечером все оживает и бурлит. В ресторанах и кафе собираются веселые загорелые люди, раскуривают кальяны и делятся дневными впечатлениями. В последние годы здесь все больше и больше наших соотечественников. Одни приезжают в Дахаб лишь на экскурсию из Шарма, другие – отдохнуть недельку-другую, третьи – на всю зиму.

Здесь есть русские кафе, рестораны, центры подводного плавания и турфирмы. На каждом шагу попадаются вывески и рекламные плакаты на русском языке, а на набережной слышна русская речь. Кто-то живет по туристической визе, а кто-то уже давно ее просрочил. Но египетские власти смотрят на это «сквозь пальцы». В стране с неустойчивым политическим положением не стоит отказываться даже от самого тоненького ручейка иностранной валюты. Местные дауншифтеры, конечно, деньги не расшвыривают направо и налево. Но ведь и не побираются.

Портовый город Нувейба

Египет отделен от Иордании узкой полоской принадлежащей Израилю земли. Конечно, сейчас можно проехать через Израиль и транзитом. И даже виза не нужна. Но что потом делать с израильскими штампами в паспорте? С ними уже ни в Сирию, ни в Ливан, ни в целый ряд стран Персидского залива (и даже в Бруней на острове Борнео!) могут не пустить.

Выручают паромы, которые связывает египетский порт Нувейба с иорданским портом Акаба. Согласно расписанию, на «быстром» плыть всего 1 час, на «медленном» – 3. Но где вы видели, чтобы в Египте транспорт ходил строго по расписанию?

Отправление задержали на четыре часа. Пассажиры скапливались в огромном ангаре, где рядами были установлены скамейки. Все было рассчитано на многочасовые ожидания. Они здесь отнюдь не редкость. Паромы постоянно опаздывают. Но ведь ходят же! Значит и мы, рано или поздно, переправимся через Красное море из Египта в Иорданию. Нас ждет очередной этап кругосветки – по Ближнему Востоку.

З. Ближний восток