- -
- 100%
- +
На самом деле, Анжелика «озвучила» то, что и сам он ощущал в последнее время.
– Что ты имеешь в виду, говоря о лицах?
– Вдруг некое лицо, или группа лиц, начинают обладать ПОТЕНЦИАЛОМ ВОЗДЕЙСТВИЯ, то есть, влияния на обычный порядок причин и следствий, именуемый СУДЬБОЙ. Иногда их называют «пассионариями». Такие личности всегда отбрасывают тень в область СУМРАКА и отмечены этим даром с рождения, так как он связан с биологической мутацией, хотя проявляется уже в зрелом, или во всяком случае – сознательном, возрасте. На самом деле это – разновидность ТАЛАНТА, то есть, «возмущение» безоговорочно случайное. Эта же флуктуация похожа на «кастинг», будто некто могущественный способен наделять пассионарной энергией людей по своему усмотрению, реализуя некую осознанную цель. Какую? И кто? Выяснить это невозможно – любые попытки «идентификации» наталкиваются на стену страха, доводящего до безумия наших самых изощрённых магов.
– Ты сказала, что пассионарии отбрасывают тень в область СУМРАКА. А что с областью СВЕТА?
– Видишь ли, маги «белые» и маги «черные» – это как «вода живая» и «вода мёртвая». Вода живая может оживить, но сначала нужно «собрать пазл» с помощью воды мертвой. Очень схематично: маги белые – воины, маги черные (или точнее – маги СУМРАКА) – аналитики. Нам ближе «ПОТЕМКИ человеческой души», «СУМЕРЕЧНЫЕ состояния личности». Поэтому черным магам запрещено убивать. И это не вопрос «юридической казуистики», это – закон природы. Мы не СМОЖЕМ убить человека, ни магическими ни вербальными средствами. Это не значит, что мы не сможем причинить ему зла, но убить – нет. Даже если очень захотим. Маги белые способны убивать – если нет альтернативы.
– Кажется я начинаю понимать, о чем ты говоришь. У Стивена Кинга в одном романе11, главный герой, столкнувшийся с аналогичной проблемой, спрашивает у знакомых: «Если бы вы оказались у колыбели Гитлера, зная все, что будет потом, что бы вы сделали?». Практически, все «респонденты» этого «социологического опроса» затруднились дать вразумительный однозначный ответ. И только один, пожилой еврей, не только абсолютно уверенно сказал «что», но даже показал «как» он это сделает, многократно провернув воображаемый нож в теле гипотетической жертвы.
– Вопрос, или это предотвратило бы холокост? В то же время, превентивная ликвидация Бин Ладена абсолютно достоверно предотвратила бы трагедию «11 сентября». Улавливаешь разницу?
– Но, в данном случае, проблема не в этом? Что ты говорила об «изощренных магах»?
– Это не может быть человек. Даже маг. У людей нет непосредственной власти над этой силой. Это ОНИ, вечные сущности, обитающие в глубинах СУМРАКА.
– Я не очень знаком с традицией вашей демонологии.
– Дело не в традиции и не в ярлыках типа «демонология». Это не литература. Это МАГИЯ: великие каббалисты высказали гениальную догадку, что развитие цивилизации воплощает противостояние неких Высших Сил. Речь идет не просто о «силах природы», а о неких СУЩНОСТЯХ, наделенных СОЗНАТЕЛЬНОЙ волей, выходящей далеко за рамки нашего осмысленного постижения. Предоставление человеку свободы выбора, превратило нас из «проекции» в фактор ВЛИЯНИЯ, сделав ответственными за исход этого противостояния. Великий Потоп был отражением катастрофы космогонического масштаба, ставшей следствием непосредственного общения этих сущностей с человеком. Как поэтично об этом рассказывают древнегреческие мифы! Все естественное – чудесно, все ЧУДЕСНОЕ – естественно! Но даже в этой поэтической адаптации отсутствует одна «маленькая» деталь – НРАВСТВЕННОСТЬ, что и стало причиной БЕДЫ.
«И увидел Господь, что велико зло человека на земле, и что вся склонность мыслей сердца его только зло во всякое время. И пожалел Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю человека, которого Я сотворил с лица земли…» (Бытие. 6:5—7).
После потопа был создан механизм, исключающий возможность такого «прямого контакта», но средневековым колдунам удалось найти лазейку. Произошло это не без помощи тех самых Сил, против которых этот «механизм» был направлен, то есть, находящихся в «оппозиции» к Создателю. Эта «лазейка» стала называться теургией – магической практикой, осуждаемой магами всех «цветов и оттенков». Но как сладок запретный плод! Как манит он иллюзией СИЛЫ не только неразумных неофитов, но и искушенных магов, осознающих разрушительную силу этого бунта. До сих пор нам удавалось его контролировать. Что-то произошло. «Процесс» вышел из-под контроля.
– Тебе страшно?
– А тебе нет?
– Не знаю. Для меня это все еще как-то очень умозрительно.
– Наши мудрецы указывают на твою «платформу», как некий силовой потенциал этого противостояния. Пока, правда, неизвестно – какой именно, какова его роль.
– Поэтому ты здесь?
– О Боже! Ты серьезно?! – С искренним возмущением воскликнула Анжелика, заметив, как Борис задержал взгляд в вырезе ее платья. – У вас, мужиков, точно не все в порядке с головой… Или каким другим местом, которым вы думаете!
– Извини. Не мог удержаться. Говорю же, я еще не осознал проблему на таком эмоциональном накале, как ты. Видимо, это глупость, «у нас, у мужиков» врожденная, но твоя искренность «заводит». К тому же, ты не ответила на вопрос: ты здесь только из-за этого? Только честно.
– Честно? Не только. Я действительно много думала о тебе в последнее время. «Симметричность» нашего обращения не могла быть случайной. В тебе есть что-то «мое». И это, действительно, «заводит». Не пошли. – Уже примирительно улыбнулась Анжелика, в ответ на его мысленный посыл о ближайшем отеле. – Здесь недалеко одна из квартир Ордена. Это, хотя бы, безопасней.
Квартира оказалась в старой, но ухоженной постройке в центре города. Дизайн интерьера в стиле «модерн», неожиданно приятно контрастировал с барочной избыточностью внешней архитектуры. И, словно воплощая ощущение этого контраста иными «изобразительными средствами», Анжелика распустила свои, медного оттенка, волосы, обрамляющие аристократическую бледность лица с большими широко посаженными зелеными глазами, чья пристальная провокационная глубина в полумраке задернутых штор спальни превращала ее в настоящую средневековую «ведьму», пугающе манящую, сдержанной силой грациозных, как у хищной кошки, движений, творящей ДЛИТЕЛЬНОСТЬ, впитавшую СТРАХ и СТРАСТНОСТЬ.
Она оказалась искусной любовницей. Уже потом, заполняя усталую опустошенность клубами сигаретного, по очереди затяжками, дыма, он с непроизвольной нежностью провел по ее, разметавшимся на подушке, волосам, отливающим седой медью гаснущего костра в свете, робко пробивающихся в комнату, лучей заходящего солнца…
Глава 5. Квест
Квест (англ. quest), или приключенческая игра (англ. adventure game) – один из основных жанров компьютерных игр, представляющий собой интерактивную историю с главным героем, управляемым игроком. Важнейшими элементами игры в жанре квеста являются собственно повествование и исследование мира, а ключевую роль в игровом процессе играет решение головоломок и задач, требующих от игрока умственных усилий.
Материал из Википедии – свободной энциклопедии.
Последовавшие после его парижского «приключения», дни оказались наполнены интенсивной работой. Экспоненциальный рост числа пользователей новой платформы потребовал реорганизации ресурсов, как технических, так и людских. Но в мыслях он то и дело возвращался к пережитому. Встреча с Анжеликой в Париже оказалась не просто «изолированной флуктуацией», но СОБЫТИЕМ, имеющим инерцию, что-то изменившим в обычном течении его жизни. В памяти, с почти осязаемой ясностью, всплывали замершие, как в «стоп-кадре», фрагменты воспоминаний, вызывая в душе странное чувство, которое ему никак не удавалось выразить словами: разметавшиеся по подушке, «соломенного» цвета с медным отливом, волосы, страстная искренность ее предостережений. Теургия, как попытка персонифицированного общения с могущественными сущностями ТЕМНОЙ СИЛЫ, в мире магов, действительно была объявлена «вне закона», как разрушительная магия идолопоклонства: слишком печальны были прецеденты ее использования в истории, от, современных Пророку Моисею, магов древнего Египта, до средневековой охоты на ведьм. Попытки легитимации этой практики в рамках эзотерического Христианства были кощунственно-опасны – сменив «идеологию» ее адепты не поменяли «адресата». Совокупность этих мыслей, образов, смутной тревоги, окрашенное светлой радостью, переживание близости, неожиданно разрешилось похожим на откровение: «Я хочу ее видеть». В этот момент он обнаружил, что заполненный им электронный бланк его поисковой платформы, с описанием гипотетического механизма путешествий во времени, дал результат. Ответный посыл был маловразумительным и, судя по всему, представлял собой некую криптограмму. Традиционный подход к расшифровке таких посланий предполагает начать с выявления «первоисточника». Но тут проявилась вторая и главная странность этого посыла: его невозможно было отследить. И не потому, что его «траектория» была хитроумно запутанной, а потому, что ее не было: сообщение словно возникло на терминале «само-собой», не соотносясь ни с одним из периферийных устройств, даже с клавиатурой. Слова Анжелики о мистическом потенциале его платформы, начинали обретать конкретное, несколько зловещее в своей загадочности, наполнение, а желание ее увидеть обретало форму «производственной» необходимости.
Анжелика появилась в кабинете его центрального офиса, едва он успел воплотить в слова «мыслеформу», больше похожую на сигнал SOS.
– Метлу за дверью обронила? – Попытался пошутить Борис, но шутка оказалась неоцененной.
Едва взглянув на монитор с загадочным посланием, Анжелика изменилась в лице.
– Это нотная грамота самого Пифагора. «Гармония сфер». А то, что она не оставила «пространственной траектории», говорит о том, что она пришла не из другого МЕСТА, а из другого ВРЕМЕНИ!
– ?!
– Видишь ли, Пифагор был Великим Магом. Эта часть его «резюме» гораздо менее популярна, или точнее – менее популяризирована. Он был приобщен к тайнам египетских жрецов, халдейских колдунов, персидских волшебников, и даже прошел «курс послушника» у самого Заратуштры. В истории магии он известен как искусный манипулятор, основавший ШКОЛУ, ставшую прообразом монашеских эзотерических орденов Высокого Средневековья. Предание гласит, что ему удалось проникнуть в ТАЙНУ ВРЕМЕНИ. Находясь на Крите, вместе с Эпименидом (жрецом и провидцем), Пифагор спускался в пещеру на горе Ида, где, незадолго до этого, Эпименид совершил временной «прыжок» длиной в 53 года. Вообще с островом Крит связано много мифов, указывающих на некую аномалию, способную искажать естественное течение времени. Именно там титанида Рея прячет от бога ВРЕМЕНИ Кроноса, новорожденного Зевса. Именно там, у берегов Крита, суда Энея попадают в СТРАШНУЮ бурю, перенесшую их из древней Эллады (никак не позднее XIII века до нашей эры) к Карфагенским владениям царицы Дидоны, то есть – в IX век до нашей эры. У этого мифа есть еще одна странность, указывающая на неоднородность Критской флуктуации. Попав во дворец Дидоны, Эней с сотоварищи встречают там других участников своей «экспедиции», которые прибыли РАНЬШЕ. Так не говорят о товарищах по несчастью, выброшенных на берег той же волной и оказавшихся под спасительными сводами несколько ранее. «РАНЬШЕ» – означает ДЛИТЕЛЬНОСТЬ куда более существенную.
– Всего этого я не знал, но в последнее время много думал именно о Пифагоре. Вряд ли это совпадение. Дело в том, что, известная любому двоечнику, «теорема Пифагора», является профанацией универсального метрического свойства любого n-мерного Евклидового пространства: квадрат длины отрезка, или его модуль, равен сумме квадратов ортогональных проекций. Но и это не все. Обобщением этой теоремы является понятие «интервала», из которого Лоренц вывел свои знаменитые «преобразования», ставшие широко известными благодаря теории Эйнштейна, и которые, все той же квадратичной зависимостью, связывают измерения длины и измерения ВРЕМЕНИ. Только в формулу интервала, элемент измерения времени, входит со знаком «минус». Смысл «интервала» в том, что релятивистские искажения длины компенсируются релятивистским искажением времени. Но релятивистские эффекты проявляются только при ДВИЖЕНИИ со скоростями, близкими к скорости света. В теоретическом казусе, который я, забавы ради, запустил в сеть через свою платформу, эти искажения проявляются в состоянии покоя, а измерение ВРЕМЕНИ входит в формулу интервала со знаком «плюс», как и любая ПРОСТРАНСТВЕННАЯ проекция объекта. Другими словами, движение по временной оси в таком пространстве возможно в ЛЮБОМ направлении. Мне тут недавно попалась на глаза любопытная статья о «теории времени». Автор, применяя методы системного анализа, развивает идеи русского астрофизика Козырева. Дело в том, что временнАя механика Козырева требует четкого разграничения причин и следствий (а потому ее еще называют «причинной»). Но на уровне объектов неживой природы, которыми, собственно, и занимается МЕХАНИКА, это разграничение невозможно: 3-й закон Ньютона – действие равно противодействию. Такое разграничение возможно только в мире ЖИВЫХ. Далее, пользуясь методологическим приемом Эйнштейна, заявившего, что пространство – это форма существования материи, автор постулирует следующее утверждение: ВРЕМЯ есть форма существования ЖИВОЙ материи. Но это значит, что так же, как материя может искривлять пространство (что и доказали опыты со светом Абрахама Майкельсона), изменение состояния живой материи может вызвать искривление времени.
– Умный ты! Но, кажется, я понимаю, о чем ты говоришь. Галлюциногенные испарения Дельфийского ущелья, изменяя «состояния живой материи», позволяли Священной Пифии видеть прошлое и будущее.
– Уже теплее. Но «видеть» еще не значит «путешествовать», перемещаться по временной оси. Для этого нужно еще «что-то». Живая материя обладает еще одной «степенью свободы» – она персонализирована. Другими словам – состоит из множества персоналий, очень сильно отличающихся друг от друга, обладающих ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬЮ. Уникальны, в этом плане, свидетельства о горе Кайлас. Гора (или пирамида, то есть вещь рукотворная?) создает некие, фиксируемые приборами, искажения пространства, при которых время, для разных людей течет ПО-РАЗНОМУ, вызывая у одних аномально быстрое старение, а у других – диаметрально противоположный эффект! То есть – релятивистский «парадокс близнецов», проявляемый в состоянии покоя, а степень искажения определяется не «скоростью ДВИЖЕНИЯ», а состоянием ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ. Существуют легенды о посвященных, использовавших эту аномалию для осознанных перемещений во времени! А это значит, что в моей шутке «есть доля шутки»: легитимно предположить существование неких материальных объектов, искажающих пространственно-временнОе единство таким образом, что релятивистские эффекты начинают проявляться в состоянии покоя, давая возможность избранным, то есть – МАГАМ, путешествовать во времени.
– Среди магов сумрака есть поверье – это не легенда, не миф. Одни относятся к этому, как непреложному факту, другие – с осторожным скепсисом, но никто не отрицает, что это МОЖЕТ БЫТЬ правдой: в незапамятные времена на Земле были оставлены пять мобильных артефактов. Они выглядят как, относительно небольшие гранитные пирамиды. В истории эзотерики они известны, как Лучезарная Дельта, а их «полный набор» дает власть над временем, и даже – БЕССМЕРТИЕ. Судя по всему, это и есть твои «материальные объекты».
– Кем оставлены? И почему – пять?
– Этого никто не знает. Они значительно старше цивилизации. Нашей цивилизации. Согласно Каббале – наша цивилизация является четвертой. Но тут любопытно число «пять» – магический пентакль. Пять органов чувств? Пять линеек нотного стана? Магия и музыка всегда были близкими, взаимопроникающими, понятиями.
– Но Пифагор не пользовался нотным станом. Его придумает монах Гвидо Аретинский только через полторы тысячи лет после Пифагора.
– Но именно Пифагор придумал диатоническую гамму – семиступенную интервальную систему изображения звуковых сочетаний. То есть, фактически, те же семь нот. Так что, не нужно быть гениальным программистом, чтобы перевести это послание в современную нотную грамоту. А еще лучше – в звучание.
– Меня умиляют твои представления о гениальности. – Пробурчал Борис, садясь за клавиатуру и явно задетый этим замечанием.
Через некоторое время комната наполнилась звучанием. Это не было музыкой в обычном понимании слова. Скорее напоминало гармонические эксперименты гениального гитариста Маклафлина с индийской сакральной музыкой рАгу, вызывая ощущение покоя и умиротворенности… Но что-то мешало.
– Ты слышишь какой-то шелест? «Белый шум»? Сам по себе он даже мелодичен, но в данном «контексте» звучит как диссонанс.
– Да – Анжелика удивленно посмотрела на Бориса.
Вернув запись к началу, Борис изменил скорость прослушивания. Звучание не перестало быть гармоничным, но стало другим. И на этом фоне раздались СЛОВА. То есть, сочетания звуков были абсолютно членораздельны, явно имитируя речь разумного существа, но не только их смысл был недоступен, но и сама звукопись, «комбинаторность» звучания, была совершенно необычной.
– Что это? – Все с тем же удивлением, снова заговорила Анжелика. – Лекция по марсианской лингвистике?
– Это иврит. А точнее – парные сочетания ивритских букв, описанные в каббалистической «Книге Творения» – «Сефер Йецира». Её авторство приписывают самому праотцу Аврааму – величайшему из магов. Сами эти сочетания, строго говоря, не являются словами, а потому звучат как «красноречие марсианина», но особый порядок их произнесения является «мантрой», способной творить чудеса.
– Не знаю, как насчет чудес, но у меня такое чувство, будто кто-то копается у меня в мозгу.
– Я ему искренне сочувствую. – Не удержался Борис.
– Ты ЭТО видишь? – Проигнорировала иронию Анжелика.
– Да!
Комната наполнилась объемными, яркими, вплоть до тактильных ощущений, картинами. Они, словно увидели Землю из глубин Космоса. Очертания континентов были несколько иные. Но они не чувствовали – ЗНАЛИ, что это была Земля. Этому знанию не мешало даже отсутствие полярных шапок и Антарктида, похожая на тропический вечнозеленый рай. Над всем этим, словно в каком-то ином измерении, парил «венец» из пяти Лучезарных Дельт. Внезапно видение заволокло дымом пожарищ. Ощущение глобальной катастрофы было столь велико, что, охватившее их чувство обреченности, казалось изменило эклиптику планетарной орбиты. Когда дым рассеялся, они увидели город, похожий на те, что они успели рассмотреть в предыдущем видении. Город населяли гармонично красивые, аномально рослые люди с, несколько «утрированно», светлой кожей и медного оттенка светлыми волосами. Люди руководили постройкой какого-то гигантского мегалита, напоминавшего башню. При этом, собственно строители, явно принадлежали к иной расе, гораздо более похожей на современного человека. Изменился и окружающий город пейзаж – он стал менее экзотическим, более привычным, а венец Лучезарных Дельт поредел на одну единицу. И вновь, как и в предыдущем видении, их вдруг охватило щемяще-обреченное предощущение беды, материализовавшееся в свечение ядерного взрыва. Всепоглощающий свет заполнил все видимое пространство, казалось, став осязаемо-плотным. Постепенно «фактура» этого заполнения перестала быть однородной. Поначалу робкие переходы светотени наполнялись яркими сочными красками, воплотившись в величественное здание. На открытом пространстве у входа перед ним сияли искусным литьем две медные колонны и гигантская медная чаша. Стоявший возле нее человек, в поражающих царским великолепием одеждах, напряженно вглядывался в горизонт, за которым исчезал богатый караван. Лицо человека постепенно наполнялось скорбью, будто за горизонтом исчезала его ДУША, оставляя в истерзанной груди губительную пустоту безразличия, которую часто принимают за мудрость. А лучезарный венец теперь составляли лишь три светящиеся пирамиды. Свечение пирамид вновь подняло их на космическую высоту, из которой Земля вновь стала похожей на искусно расписанный глобус. Поверхность глобуса приближалась, делая различимыми все более мелкие детали, изображение сфокусировалось на острове Крит, к которому протянулись две светящиеся нити из Индии и Эфиопии, и дальше вниз, пока не остановилось у входа в пещеру на вершине каменистой горы. Каменистый провал начал наполняться СВЕТОМ, исходящим от трех Лучезарных Дельт, разделенных пугающе зияющими сгустками МРАКА. Их зияющая пустота, казалось, кричала, формируя в душе, окрашенную тревогой, необходимость действия – найти и заполнить, восстанавливая повелительную гармонию целостности. Видение погасло.
– Что это было? – Потрясенно спросила Анжелика, поворачивая голову к Борису.
– Ну, как я понимаю, это наглядная детализация твоего рассказа о загадочных артефактах, дарующих власть над ВРЕМЕНЕМ. Попробуем разобраться вместе. Первая из этих картин, видимо, относится ко времени Ведической цивилизации. Цивилизация, описанная в Ведах – первая гуманоидная цивилизация Земли, предшествовавшая нашей.
– А что, были не гуманоидные?
– Были. Отголоском преданий о цивилизации разумных рептилий, является Библейский сюжет о соблазнении Евы Говорящим Змием. Но нас сейчас интересует не это. Ведическая цивилизация погибла в результате глобальной катастрофы, именуемой битвой на Курукшетре. При этом была утеряна одна из пирамид. Следующая картина, как я понимаю, показала разрушение Вавилонской Башни, конечно, не имеющей никакого отношения к городу Вавилон. Судя по всему, речь идет о легендарном городе Мохенджо Даро, согласно раскопкам, разрушенном в результате катаклизма, напоминающего ядерный взрыв (3,700 лет назад!) и совпадающего с датировкой Библейского эпизода (чего не скажешь о всех остальных «претендентах» на эту «должность»). В свете увиденного и того, что мы уже знали, не кажется абсолютно безумной версия, что город основали осколочные остатки Ведической цивилизации, сумевшие спастись, совершив временнОй скачок. Но гибель города повлекла, или совпала с утерей еще одной пирамиды.
– А может быть не утерей, а разрушением?
– Не может быть. Артефакты такого рода не могут быть разрушены (во всяком случае, на Земле) даже ядерным взрывом, ибо воплощают концентрацию сил, не подвластных земному воздействию, даже такому. Третий эпизод, очевидно, относит нас к царю Соломону. А точнее – его расставанию с царицей Савской. Легенда гласит, что «мудрейший из смертных» подарил, или отдал на сохранение, при расставании, великой царице некий мистический артефакт. Разговоры о том, что это был Ковчег Завета, умиляют своим первобытно-девственным невежеством. Это, как если бы Саудовский шейх подарил какой-нибудь своей европейской возлюбленной Черный Камень Каабы, или англичане отдали кому-то «на сохранение» Вестминстерское Аббатство. Да он и не смог бы этого сделать – после построения Первого Храма, Ковчег сакрально был связан с Краеугольным Камнем Мироздания (эвен штия), находящемся на Храмовой Горе. Показанное нам «видео» позволяет думать, что это была Лучезарная Дельта. Обозначенные далее траектории «воссоединения» оставшихся трех пирамид, говорят, что одна из них была в Индии, возможно – Хастинапуре, самом крупном городе, примыкающем к «полю битвы», другая в Эфиопии, куда ее увезла царица Савская, а третья в пещере на острове Крит…
– На горе Ида.
– На горе Ида, где ее обнаружили Эпименид с Пифагором, что и дало им возможность проводить свои «игры» со временем. Но кто-то могущественный решил не только собрать все оставшиеся артефакты в одном месте, но и указать это место нам. Зачем? Думаю, это даст нам возможность перемещаться во времени. Возможность, необходимую для выполнения своей задачи – найти недостающие пирамиды.
– И кто же это нас так «озадачил»? И почему именно нас?!
– Ну, ответ на твой первый вопрос – это, видимо, те самые магические сущности, о которых ты мне рассказывала в Париже. Что касается второго – ты когда-нибудь слышала об Антикитерском механизме?
– Кажется Google отмечал какую-то такую дату. Не то изобретения, не то разрушения. Не помню.
– Это вычислительная машина, которой примерно 2300 лет. Уникальность этой машины в том, что она позволяла производить вычисления с различными «входными данными», задаваемыми, правда, механическим путем, но доступным «пользователю». Концептуально, от современных компьютеров его отличает только одно – он реализует ОДНУ, очень сложную, но одну вычислительную формулу. Можно изменить входные данные, но нельзя изменить АЛГОРИТМ вычислений. Строгое формальное определение алгоритма, без которого развитие программирования было бы просто невозможно, дал легендарный Алан Тьюринг, построивший вычислительную машину, «расколовшую» шифр «непобедимой» немецкой Энигмы. Но «алгоритмический» склад мышления Тьюринга сыграл с ним злую шутку. В построении своей машины Тьюринг тиражировал идею Антикитерского механизма: он собрал ее из электромеханических устройств, каждое из которых реализовывало ОДНУ вычислительную формулу. Таких устройств в его машине было много, но их количество было конечным. Великий Джон фон Нейман решил эту проблему, разложив процесс мышления не на формулы, а на «атомы»: импульсы, биты, 0/1, +/-, инь и янь, из которых уже можно было «собрать» любую формулу. Наш «заказчик», видимо пошел по «антикитерскому» пути. По каким-то критериям он определил нас, как наиболее подходящее «устройство», реализующее данную формулу поиска.