Путешествия оптимистки

Владивосток – столица дальних рубежей

История Владивостока уходит более чем на сотни лет назад, она уводит нас в далёкую эпоху. В начале своего существования город приютил многих людей разных народов и национальностей, которых объединяла надежда найти лучшую долю в жизни и научиться выживать в новых условиях.

Русские появились на побережье Тихого океана в 1739 году, обосновавшись на Амуре, а, когда на карте появился порт Владивосток, что означало «владей Востоком», стало ясно, что Россия приобрела то, что долго искала.

В 1857 году российские корабли вошли в бухту, которую за её форму назвали Золотой рог. Бухта оказалась довольно обширной, она могла принимать большое количество судов и стать их надёжным укрытием в непогоду. Вход российских кораблей в бухту и поднятие над ней Андреевского флага возвестили миру об утверждении России на вновь приобретённых и ещё пустынных берегах. Наверняка, никто из основателей поста не осознавал важности момента и того, что их деяния войдут в историю.

В 1862 году силами солдат владивостокской команды было закончено строительство деревянной церкви. Вокруг стали появляться частные строения, население росло. Появилось первое поселение. Тем, кто содержал огороды, необходимо было реализовывать свой избыточный урожай, и первый базар возник на том месте, где сегодня находится центральная площадь города. В наше время на этой площади работает ярмарка выходного дня.

В шестидесятые годы девятнадцатого столетия морское побережье представляло собой непроходимую тайгу. Согласно преданию, экипаж шхуны «Алеут», прибывший в залив, пробил просеку вдоль бухты от места, где находится нынешний вокзал, в сторону поста. Позже она была преобразована в улицу, получившую название в честь шхуны – «Алеутская».

Новые земли требовали исследований на предмет их заселения и разработки местных ресурсов. С этой целью в Уссурийскую тайгу и Приморье были направлены специалисты и землемеры. В едва проходимой тайге их работы были неимоверно трудны.

В 1867 году в Уссурийский край прибыл русский путешественник Н.М. Пржевальский. Результаты экспедиции он описал в книге «Путешествия в Уссурийском крае».

В 1873 году отставной фельдшер Бакушев организовал в городе первый любительский театр. Для спектаклей он снял большую китайскую фанзу, соорудил в ней сцену, зрительный зал и даже открыл буфет с новоявленным напитком – пивом. У входа, для придания внушительности предприятию, поставил уссурийских казаков. В день открытия театр сиял огнями, а в зале гремел духовой оркестр.

Для первой постановки Бакушев выбрал спектакль «Гамлет», где главного героя играл сам, а актёрами стали писари флотского экипажа и гарнизонной команды. Женские роли исполняли бывшие каторжане, а музыкальное оформление спектакля осуществлял оркестр Сибирского флотского экипажа.

Однако, публика отнеслась к постановке не восторженно, найдя образ Гамлета карикатурным, а остальных актёров либо со слишком слабыми голосами, либо путающими текст. Многие «театралы» вообще не приняли трагедию Шекспира и после первого действия начали громить сцену так, что полиции пришлось наводить порядок. А в довершение всех бед сам Бакушев забыл слова знаменитого монолога «Быть или не быть?» и обратился к суфлёру, но вдруг в зале поднялся президент клуба ланцепупов Ковалевский и, к полному конфузу артиста, произнёс монолог на хорошем английском языке. А чтобы сгладить неприятный инцидент, по окончании спектакля он вручил Бакушеву «за оскорбление его действием» собранные членами клуба деньги.

Александр Ковалевский выходец из дворянской семьи, закончил морской кадетский корпус и был зачислен в Сибирскую флотилию командиром шхуны «Восток». Что же это был за клуб ланцепупов, возглавляемый Ковалевским? По сути, это тоже своеобразный театр, возникший от однообразия жизни того времени. Слово «ланцепуп» немецкого происхождения означает «пьяный, как недвижимая куколка».

Действо происходило оригинальным образом. Гасили свет, циновками закрывали окна до полной темноты и назначали кого-либо на роль тигра. Участники представления вооружались заряженными револьверами и стреляли по шороху. А тот, кому выпала роль тигра разувался и старался бесшумно двигаться по комнате в разных направлениях. Это была игра со смертью, ведь могло случиться так, что пуля попадёт в цель. Жизнь ценилась очень дёшево. Часто роль тигра исполнял проигравший в карты или приглашали рискового человека, которому за сеанс платили от 3 до 5 рублей (за 18 рублей можно было купить корову). Поскольку всё это происходило по обоюдному согласию, полиция не вмешивалась. Но желающих рисковать было немного, поэтому клуб для своих опасных игр имел ограниченное поле деятельности. После отъезда Бакушева из не признавшего его таланты Владивостока стали возникать мелкие любительские труппы. Наиболее популярной стала труппа Сибирского флотского экипажа, она состояла целиком из мужчин, а спектакли её проходили во флотской столовой.

Зрители предпочитали весёлые комедии, типа пьес Гоголя, к драматическим же вещам относились с пренебрежением. Видимо, от бесконечных драм и неустроенности в собственной жизни они устали и просто хотели развлечься.

1880 год. Во Владивосток прибыл В. Крестовский, будущий автор «Петербургских трущоб». Вот как он описывает город и своё пребывание в нём.

«Вместе с Паджио, секретарём главнокомандующего по дипломатической части, мы сошли на берег. Наняв за полтора рубля громоздкий дребезжащий экипаж, проехали город из конца в конец. Видели, что дома иностранцев занимали самые выгодные места в городе. Бросалось в глаза, что над их домами и лавками торчали флагштоки, на которых в торжественные дни они вывешивали флаги своей страны. Иностранцы были в основном немецкого и шведского происхождения. Встречались на улицах длиннокосые манзы в синих кофтах, корейцы в белых балахонах, разъезжающие по городу на рыжих коровах.

В городе имелись две очень плохие гостиницы – «Москва» и «Владивосток».

На берегу, прикрываемая с суши общественным садом, находилась так называемая Адмиралтейская пристань, с которой вестовой ежедневно возвещал жителям города полдень залпом из пушки». Бестолковая беспорядочность и разбросанность строений того, что называлось улицами, поразили Крестовского, когда он попытался пройти по ним, взрытым выбоинами, местами загромождёнными камнями и крупной галькой.

В 1889 году в городе было открыто здание музея, где разместились коллекции и отдельные экспонаты, относящиеся к краю, собранные любителями истории. Ныне это Приморский государственный объединённый музей имени В.К. Арсеньева. Владимир Клавдиевич Арсеньев продолжительное время провёл в тайге, изучал девственную природу края, его рельеф, породы деревьев, климат. Во время исследований Арсеньев познакомился с нанайцем Дереу Узала, ставшим его проводником и спутником в нескольких экспедициях.

Образ этого сына природы он описал впоследствии в романе, названном его именем.

Осенью в год открытия музея в город приехал А.П. Чехов. Владивосток показался ему неопрятным и бедным. Он не смог осуществить свою мечту – поплавать в море и поесть устриц. Иначе, возможно, его мнение о городе было бы иным. В неудачное время писатель посетил город. Только что закончилась эпидемия холеры, да и тёплый сезон подошёл к концу. Вот и нам, чтобы не разочаровываться, а быть в восторге от прекрасного города, лучше приезжать сюда летом.

В один из дней 1907 года из Петербурга во Владивосток прибыли поручик Нестеров и с ним Надежда Галицкая. Блестящему выпускнику артиллерийского училища прочили не менее блестящее будущее. Однако, невозможность жениться на своей подруге детских лет до наступления двадцати восьми лет согласно уставу привела его к мысли покинуть столицу и уехать на службу на Дальний Восток. Правда, устав делал исключение для тех офицеров, кто готов был внести пять тысяч рублей для обеспечения семьи будущей жены на случай гибели или смерти супруга. Этим шансом он также не мог воспользоваться из-за отсутствия денежных средств. Сразу по прибытии Пётр и Наденька отправились в церковь и обвенчались. Молодые поселились в съёмной квартире и взяли напрокат пианино. У обоих были неплохие голоса, оба владели фортепьянным искусством, и так случилось, что их маленькая квартирка стала местом музыкальных вечеров, куда регулярно заглядывали друзья и знакомые.

Местом службы Петра Нестерова стала 9-я Восточно-Сибирская артиллерийская бригада. Он был прикомандирован к крепостной воздухоплавательной роте для обучения корректировке артиллерийской стрельбы с аэростата. Шесть лет спустя в Петербурге на усовершенствованном им самолёте Нестеров сделал знаменитую «мёртвую петлю», а во время русско-германской войны совершил первый таран в воздухе. Его не стало в августе 1914 года. Страна потеряла замечательного человека, лётчика и исследователя. Но горожане помнят, что этот талантливый человек начинал свою карьеру во Владивостоке.

Постепенно Владивосток становился крупным военным, коммерческим и рыбным портом. Но трудности возникали в зимний период, когда бухта Золотой Рог и Босфорский пролив замерзали. От трёх до пяти месяцев был отрезан порт от мира, да и частые туманы добавляли проблем. Возникла острая необходимость в строительстве железной дороги, и летом 1893 года открылось движение между Владивостоком и станцией Никольск.

У торгового флота рядом с морским вокзалом пришлось «вырвать» кусок береговой полосы на постройку железнодорожного вокзала, первый камень которого был заложен ещё в 1891 году в присутствии цесаревича, будущего императора Николая II. Так до сих пор и соседствуют рядом два вокзала морской и железнодорожный, и пассажиры могут прямо с поезда пересесть на отходившее из порта судно. А тогда в честь посещения цесаревичем Владивостока и закладки первого камня вокзала, на набережной залива Золотой Рог были сооружены Триумфальные ворота (арка Цесаревича).

В начале XX века одноэтажный вокзал расширили и надстроили по образу Ярославского вокзала в Москве, создав на обоих концах транссибирской железнодорожной магистрали архитектурно законченные станции. В 1936 году интерьеры вокзала были расписаны художником Г. Григоровичем, а через 20 лет В. Герасименко расписал кассовый зал, создав на потолке и стенах панно «Наша великая Родина». И сегодня сотни туристов толпятся и, запрокидывая головы, снимают на фото эти замечательные росписи.

В конце XIX века по указу императора Николая II в городе состоялось открытие первого высшего учебного заведения – Восточного института с пятью восточными языками и двумя западными – английским и французским. Студенты слушали лекции по истории и географии Дальнего Востока, по юридическим наукам, по торговому и международному праву. Преподавать приехали выпускники петербургского университета. Среди них был Пётр Шмидт. Он прибыл во Владивосток вместе с женой и сыном. Начал службу мичманом на ледоколе «Силач», спасавшем суда от вмерзания в лёд в зимний период.

Во время русско-японской войны Владивостокская крепость была переведена на осадное положение, и Восточный институт сыграл немаловажную роль в тот период, подготавливая остро требующихся переводчиков восточных языков. Остатки русского флота, сражавшегося в Цусимском проливе весной, вернулись во Владивосток, и после падения Порт-Артура для защиты города начались ускоренные фортификационные работы. К окончанию войны в водах Тихого океана не осталось ни одного русского пароходства, многие суда были потоплены или захвачены японцами. Но зато Портсмудский мирный договор распахнул ворота на русский Дальний Восток иностранному флоту, главным образом для японских судов.

В городе военных действий не было, но отголоски войны чувствовались на протяжении некоторого времени, и крепость не позволяла себе расслабиться. Именно в это время в город завезли голубей для голубиной почты. Первая партия использовалась для выведения потомства.

Место, где родились и выросли, птицы должны были воспринимать как родной дом, куда их влекло бы всегда. Птиц хорошо кормили, они жили в вольерах и проходили ежедневные тренировки. Их уносили каждый раз всё дальше от насиженного места, и они неизменно возвращались обратно. Затем их переносили в далёкие посты с записками, написанными на тонкой бумаге, привязанными к лапкам, и выпускали. Голуби всегда прилетали домой.

На такое обучение уходило много дней. Результат был неплохой, но эта почта почти не использовалась, так как техника связи ушла далеко вперёд, не оставляя пернатым шансов на успех.

В 1909 году во Владивостоке впервые прозвучал вальс Макса Кюсса «Амурские волны». Он опробовал эту мелодию в магазине «Музыкальные инструменты» на Светланской улице, куда частенько наведывался за нотами и нотной бумагой. Звуки музыки рвались подобно рокоту морских волн, которые автор ежедневно слушал, сидя на берегу Амурского залива, напоминавшего ему берег Чёрного моря в Одессе, где он вырос.

Настал день, когда вальс зазвучал в городе, восхищая слушателей и исполнителей своей свежестью и неожиданной эмоциональной силой. Образы водной стихии во все времена вдохновляли поэтов, художников и музыкантов. Оркестр под управлением композитора исполнил вальс на благотворительном вечере, давая ему путёвку в жизнь. Весь доход от концерта, принятого горожанами с великим энтузиазмом, композитор передал в фонд Общества помощи пострадавшим на войне.

Изломанная кромка берега, узкие перешейки, большие и малые острова – всё это город, которому история предназначила владеть востоком. Передвигаться по такому городу, не имеющему мостов, очень сложно, и ещё в конце XIX века назрела необходимость их постройки. Но планам и проектам не дали осуществиться то русско-японские войны, то гражданская, то Великая Отечественная война. И только к 2012 году городу были подарены три замечательных моста.

Золотой мост оригинальной конструкции с V-образными опорами украсил Корабельную набережную. Плавной дугой входит он в бухту Золотой Рог и тянется до мыса Чуркина. Этот мост с натяжными вантами и длиной почти в полтора километра стал гордостью и визитной карточкой города.

Второй мост – на остров Русский. Самый большой остров города, площадь которого около ста квадратных километров, десятилетиями оставался закрытым военным объектом. Лишь в середине девяностых годов XX века его бескрайние песчаные пляжи стали общедоступными. Русский мост длиной почти в два километра имеет такую же вантовую конструкцию, что и Золотой, его пилоны не уступают знаменитым небоскрёбам – 324 метра. Открывали его очень торжественно. Это был подарок ко дню рождения города.

Третий – низководный мост проходит через Амурский залив тоже на остров Русский, его длина больше пяти километров. Мост без пешеходной зоны, оставлены лишь неширокие коридоры для обслуживающего персонала.

Проедем по городу из конца в конец, как когда-то проезжал Крестовский. Разбросанная площадь холмистого города с населением в 630 000 человек составляет примерно 625 квадратных километров. У центральной пощади, увенчанное гербом Владивостока, возвышается здание администрации города. Такой же герб можно увидеть и на арке Цесаревича, разрушенной в 30-е годы и ныне восстановленной.

Вдоль Амурского залива проезжаем по побережью до пролива Босфор Восточный, затем вдоль залива Золотой Рог по Золотому и Русскому мостам на остров Русский. Здесь находится знаменитая Ворошиловская батарея и два десятка других батарей. Большую площадь на острове занимает огромный студенческий город Дальневосточного Федерального Университета.

На обратном пути поднимаемся на смотровую площадку сопки «Орлиное гнездо». С этой высоты у памятника Кириллу и Мефодию открывается вид на город, канатно-рельсовую фуникулёрную дорогу с красно-синими вагончиками, Золотой мост, с движущимся по нему транспортом, и залив Золотой Рог.

Возвращаемся в центр города на главную улицу Светланскую, названную так в честь фрегата «Светлана», на котором в 1873 году во Владивосток прибыл Великий князь Алексей Александрович. Это был первый визит в город особы из императорской семьи.

Светланская повторяет очертания береговой линии, а перпендикулярные ей улицы поднимаются по склонам сопок. Центр города сохранил исторический ансамбль рубежа XIX–XX веков. Здесь можно увидеть здания, построенные в различных архитектурных стилях.

А вот по лестнице «спускается» в бронзе Элеонора Прей. Она несёт очередное письмо с описанием Владивостока. Очень эмоционально, экзальтированно, восторженно эмигрантка-француженка, проживавшая в городе, в семье родственников мужа с 1894 по 1930 годы, писала о городе друзьям. Её письма, собранные воедино и переведённые на русский и английский языки, до сих пор хранятся в музее имени В.К. Арсеньева.

Дальше вверх по склону в сквере возвышается здание Академического драматического театра имени М. Горького, а на ступеньках перед театром «сидит» Владимир Высоцкий с гитарой и целый день звучит его хрипловатый голос с песнями, которые он пел когда-то. Это самый первый поющий памятник в России.

Проехав по Светланской, спускаемся в его историческую часть – колыбель города, на Корабельную набережную. Справа – арка Цесаревича, отреставрированная в русском стиле, сияющая, она прекрасное украшение центральной части современного города. Слева – храм, посвящённый Андрею Первозванному, и подводная лодка СУ-56 времён Великой Отечественной войны. Лодка – музей была установлена в честь 100-летия морского флота. И здесь же мемориальный комплекс с вечным огнём, посвящённый воинам Тихоокеанского флота.

Вдалеке можно увидеть две гаубицы, из которых каждый день в 12 часов производятся выстрелы – сохранившаяся традиция, как памятник первооткрывателям города.

Вернёмся снова на Светланскую улицу. Проезжаем мимо примечательного здания ГУМа в стиле модерн с элементами немецкого барокко XVII–XVIII веков и остановимся у памятника адмиралу Г.И. Новельскому, выдающемуся моряку-гео-графу. Этот памятник один из первых во Владивостоке сооружён на общественные средства. Он представляет собой четырёхгранный обелиск, увенчанный двуглавым орлом, с нишей для бронзового бюста адмирала. На трёх других гранях помещены плиты с текстом о деятельности Амурской экспедиции, которой руководил Новельский.

На другой стороне улицы на высоком холме устремляется ввысь лютеранская кирха «церковь Святого Павла». По выходным в церкви звучит органная музыка в исполнении известных органистов.

Преодолев 50 ступенек вверх по холму, выходим на улицу Пушкина. В 1999 году рядом с театром имени Пушкина, что находится на этой улице, был открыт памятник Александру Сергеевичу работы Э. Барсегова. Поклонившись великому поэту, покидаем центральный район.

В городе десятки памятников и интересных мест, но за короткий промежуток времени обойти и осмотреть всё невозможно. Побывав во Владивостоке, невольно проникаешься особой симпатией к необычному очарованию его ландшафта. И если вы приедете сюда летом, то восточный город встретит вас чудесным жарким солнцем, тёплыми водами океана и приветливыми добрыми людскими улыбками.

Июнь, 2016

На высоком берегу Амура

В 1649 году русский первопроходец Ерофей Хабаров с небольшим отрядом казаков вышел к Амуру и основал здесь первое русское поселение. И только через два столетия военный пост, основанный в мае 1858 года на древнем Амуре батальоном капитана Якова Дьяченко для охраны восточных рубежей Российского государства, положил начало городу Хабаровск. Поднявшись на утёс высокого крутого берега, Дьяченко увидел амурский простор – мощная излучина широкой реки, стремительное течение и цепь синих гор у горизонта. А когда в устье Амура вошло судно «Байкал» под командованием Геннадия Невельского, на берегу Амура «на вечные времена во славу матушки России» взвился русский флаг. Возникла необходимость закрепить этот край за Россией, освоение которого началось ещё Ерофеем Хабаровым.

Освоению и заселению Приамурья положил начало генерал-губернатор Николай Николаевич Муравьёв. Этот процесс пошёл более уверенно, когда ему удалось подписать с Китаем договор о разграничении на Амуре. А впереди переселенцев на восток шли сибирские батальоны, которые должны были закладывать населённые пункты и строить жильё для новосёлов. Одним из таких батальонов командовал капитан Дьяченко.

Есть города, которые закладывались торжественно, под залпы салютов и звуки оркестра. Хабаровск рождался буднично – под стук топора и треск валившихся деревьев. Первые улицы были похожи на просеки, прорубленные в тайге, а первые дома – казармы. Ближе к берегу построили дом командира поста, дальше шла офицерская слободка. Чуть позже на склоне горы поднялся первый хабаровский храм – скромная деревянная церковь во имя Марии Магдалины.

Хотя посёлок Хабаровка возник как военный пост, в первый же год в него потянулось гражданское население. И во второй половине XIX века здесь проживало уже две тысячи человек. Среди них было много подвижников, тех бескорыстных тружеников, кто своим присутствием облагораживал край. Один из них – врач Лектер. В случае необходимости он был и хирургом, и акушером. Бедным давал лекарства бесплатно и даже помогал деньгами, хотя сам не имел ничего кроме жалования.

В 1860 году в Хабаровск прибыл с товаром молодой коммерсант А. Плюснин и, получив разрешение у командира поста Дьяченко, развернул здесь торговлю. Так началась история одной из самых крупных торговых фирм в городе. Со временем дело Андрея Фёдоровича Плюснина продолжили его брат с сыновьями, и в 1902 году Плюснины построили самый большой на Дальнем Востоке универсальный магазин, годовой оборот которого превышал миллион рублей. В настоящее время в этом историческом здании, построенном на века, располагается Дальневосточная Государственная Научная библиотека – хранилище современных и уникальных книг. Рассматривая каждое её украшение в отдельности, нельзя не удивляться роскошеству каменных наличников и затейливых кокошников.