Земли ушедших богов

Глава 9

В маленькой лавке не было ничего интересного, совсем ничего. Сергей взял сборщик и десяток капсул за два золотых перстня, самые маленькие из его трофеев. Один из них Семен оценил в восемь золотых, второй - в пять, с учетом скидки как раз хватило на покупку артефакта и расходников. Количество последних очень сильно развеселило Андрея.

- Ты, видимо, думаешь, что на тебя каждые пять минут из кустов будет выходить бездушный или какая дикая тварь? Это не так. Чем спокойней идешь, тем лучше. Сомневаюсь, что ты даже одну капсулу белой энергий заполнишь, а это, между прочим, с десяток тварей.

- И все же, - вертя в руках прозрачную, покрытую рунами капсулу размером с указательный палец, произнес Сергей. - Они небольшие, карман не тянут.

- Это твои деньги, - прокомментировал заявление Андрей.

Чугунов кивнул и продолжил изучать ассортимент лавки. Надо сказать, он был очень бедным - один зачарованный меч, пара копий, на наконечниках которых тоже был нанесен рунный узор, луки, причем один довольно современный, блочный, явно фабричного производства и не местного, а с Земли.

- Откуда такой? - поинтересовался парень.

- Мой трофей, - пояснил староста, - с налетчиков взял. Напали на наш караван днях в трех пути от Арконы. В основном оружие, что ты тут видишь, с того боя, но здесь его некому покупать, так что через месяц повезу его обратно в град, там влет уйдет.

Сергей кивнул, ему лук был без надобности, он им пользоваться не умел, хотя о чем-то дальнобойном стоило подумать, но лучше, конечно, пистолет прикупить или карабин, вот только стоило такое оружие сильно дорого. Например, пистолет Андрея тянул на семьдесят желтеньких, а винтовка, по описанию что-то типа мосиновской самозарядки, которая была у одного из бойцов поселка, на все сто двадцать. Весили местные золотые монеты четыре с половиной грамма, и размерами куна была чуть больше обычного российского рубля. При этом вопрос цены оружия зависел от того, кто резал руны. Сама железка стоила монет десять, но без рун была бесполезна, и вот тут включалась градация. Если руны резал ученик, и он же их заряжал, это одна цена, не такая уж и великая, как у ствола Андрея. Откуда в мелкой деревушке взяться горам золота, чтобы оплатить хороший ствол? Работа мастера стоила куда дороже. А руны, вырезанные великим мастером, повышали стоимость винтовки до тысячи и выше. Работа самого Сварога, а встречались и такие стволы, по цене была заоблачной - пять тысяч, это так, на разогрев.

Сергей помотал головой и договорился с Семеном, что чуть попозже заглянет к нему с остальным своим достоянием, чтобы тот оценил его имущество в кунах. Продавать ювелирку парень не спешил, ее куда удобней носить, чем мешок с монетами.

Потратив еще четыре золотых из трофейных, которые были раза в полтора тяжелее местной куны, он купил себе новые портянки, штаны по размеру и запасную рубаху. Основную часть в 3,5 монеты съела зачарованная сумка производства, принадлежащего Макоши, которая была куда лучше, чем трофейная котомка, снятая с мертвеца. У нее имелся увеличенный примерно в два раза внутренний объем и небольшое снижение веса - процентов пятнадцать. Встречалось зачарование и лучше, но не в этой деревеньке. Для Арконы такая вещь была ширпотребом, здесь же чуть ли не великим артефактом. Но больше всего понравилось Сергею, что она могла стать как рюкзаком, так и баулом на длинном ремне. Скидка снова сработала, без нее цена была бы гораздо выше, сумка стоила 8 местных кун.

- Доволен покупками? - поинтересовался Андрей, когда они покинули лавку.

- Вполне, - кивнул Сергей. - Спасибо за скидку, она оказалась существенной.

Они пожали друг другу руки, договорившись, что баркас, который перевезет его через озеро, будет ждать у причала через десять часов. Как раз наступит новый рабочий день, и рыбаки выйдут на промысел. Это сулило Сергею экономию почти двое суток пешего пути, так как дорога огибала немаленькое озеро, а так его напрямки добросят. Да, нужно заплатить три местных куны, но Чугунов счел это вполне себе приемлемой ценой.

- Значит, скоро уедешь? - поинтересовалась Марфа, глядя, как он перебирает свои вещи, перекладывая их в новый рюкзак.

- Да, я отдохнул, привел в себя в порядок и готов продолжить путешествие. Кроме того, сама сказала, времени у меня мало, а умирать я не хочу

- Понимаю, - вздохнула женщина.

Сергей ничего на это не ответил, оставил в старой сумке мешок с трофейной ювелиркой и, прихватив меч, который взял с трупа брюнетки-похитительницы, вышел за дверь. Нужно торопиться, пока Семен спать не завалился. Взгляды и вздохи Марфы ему вполне понятны, травница была не против углубить с ним общение и разделить кровать, но, несмотря на ее красоту, он помнил, что ей семьдесят лет, и это было серьезным препятствием. Не знай он, никаких вопросов не возникло бы, тем более женщина выглядела великолепно, но… Всегда есть поганое «но».

- Интересный клинок, - разглядывая руны на мече, произнес Семен. - Я не большой знаток, тут лучше у нашего старосты поинтересоваться, но это изделие хорошего мастера. Хотя клейма не вижу, явно ковался на заказ. Стоимость от сотни золотом, наверное, все же больше. Интересно было бы глянуть на того, кому он принадлежал.

Сергей промолчал. Что ж, капитал в виде клинка, это очень хорошая новость, но его все сильнее интересовали те, кто его похитил и притащил сюда. Плохо, что он не представляет местных раскладов. Еще его беспокоило, что его будут искать, и все зависит от силы и власти того, кому нужно его найти.

- Взгляни на ювелирку, - попросил парень и высыпал из мешка на стол больше двух десятков перстней, несколько подвесок и цепочек, ну и пару внушительных браслетов бонусом.

- Ты точно не душегуб? - вроде как в шутку, но сверля Сергея подозрительным взглядом, поинтересовался торговец. - И не возмущайся, тебе еще не раз этот вопрос зададут.

- Точно. Просто наткнулся на трупы и прибрал с них эти цацки.

- Цацки? - удивился Семён.

- Так на моей родине в определенной среде называются ювелирные украшения. А теперь давай оценим, и спать я пойду. Мне скоро в дорогу.

Ну, что сказать? Общая сумма в кунах оказалась ничего себе, вполне симпатичной, около ста двадцати золотых, причем браслеты Семен оценить не смог, заявив, что это не просто украшения, а артефакты, покрытые рунами, ему незнакомыми. Что они делают, мужчина не знал, но стоят они куда дороже, чем просто ювелирное изделие. Еще одним артефактом оказался перстень с камнем, он был женским и мог принадлежать только погибшей чародейке, а может, и ведьме. Сергей так и не вспомнил, с кого его снял. Но что он делает, торговец сказать не смог. Зато дал пару адресов в Арконе, где сидят люди, которые занимаются оценкой и разбором таких вещей. Еще одним сокровищем оказалось навершие посоха с камнем внутри, поднятого с чародейки. Если бы он притащил его целиком, это стоило бы не меньше трехсот золотых. Там и дерево специальное, и металл корзинки - дорогой сплав для лучшей проводимости энергии, и сам голубоватый камень был редким минералом, добываемым в одном далеком мире, только он один стоит двести монет золотом.

Уже направляясь к выходу, Чугунов вспомнил, что забыл купить артефакт, позволяющий ему видеть во тьме. Пришлось возвращаться, и вскоре он стал обладателем очков, с покрытой рунами оправой. Толстые, странные серебристые стекла сработали на отлично, видимость сразу выросла до сотни метров. Дужки не давили на уши, к ним была приделана резинка, чтобы не слетели в драке или во время бега. Конечно, она немного давила на виски и затылок, но очень скоро парень перестал ее замечать. Очки обошлись ему еще в два небольших перстенька. Дорого, а что делать? Но при случае он все же решил выучить умение видеть во тьме. Нет, конечно, найдется что-то более нужное, но, если представится случай, надо будет избавиться от этих очков.

Придя домой и вытащив из сумки провиант и мешок с трофеями, Сергей стянул портки и рубаху, оставшись в одних трусах, забрался под тонкое одеяло. Несмотря на отсутствие какого-либо светила, которое должно греть, на улице было не так холодно, а в доме травницы вообще тепло. Засыпая, он ждал, что Марфа все же придет к нему. Но нет. Может, он неверно оценил знаки, или она не решилась без приглашения явиться, но все неважно, через двадцать минут парень крепко спал, и был разбужен травницей за час до отправления баркаса.

Провожать его вышел только Андрей и то только потому, что он собирал отряд, чтобы наведаться в кусок мира, который раньше принадлежал ведьме. Сергей догадывался, что он вытащит оттуда много ценного, но это ему было уже без надобности, можно сказать, свою долю с того приключения он снял самостоятельно. Хотя, наверняка, там может найтись что-то более ценное, чем ювелирка. Но меч, который он вытащил из тела Сиеши, наверняка был дороже, чем все, что там можно найти, вместе взятое. Его он никому в деревеньке не засветил, разве что Андрей обратил внимание на странную рукоять меча, мол, у нас таких не делают. На что парень только пожал плечами.

- Ну, удачи тебе, Сергей, - пожав руку, произнес староста. - Боги дадут, может, еще свидимся, а нет, не поминай лихом.

- И ты не поминай, - согласился Чугунов. - Мир - штука тесная, может, действительно, встретимся. Удачи вам в логове ведьмы, будьте осторожны, там время в норму пришло, могло что угодно случиться. Я вроде всех пепельных фантомов извел, но кто туда наведаться мог за это время, не знаю, двое суток прошло.

Андрей кивнул и перепрыгнул на причал, а баркас медленно отошел от пристани. Чугунов же долго стоял на корме, глядя, как растворяются во тьме стены поселения, где он встретил первых людей, которые хорошо обошлись с ним, дали кров, накормили, позволили отдохнуть под их защитой.

Наконец, за бортом сгустилась тьма, и только тусклый огонек, видимый через артефактные очки, указывал направление. Потом и он скрылся из виду. Сергей отошел к небольшой рубке и, усевшись под ней, чтобы никому не мешать, уставился во тьму. Надо сказать, озеро впечатляло, не Байкал, конечно, но все же волна небольшая была, парень даже порадовался, что не имеет морской болезни, а то уже за борт бы блевал. На то, чтобы его пересечь, у небольшого суденышка с командой в семь человек и попутной ловлей рыбы ушло почти три часа. Но это так, по прикидкам Чугунова, поскольку часов, ни ручных, ни карманных, у Семена в продаже не было, а ждать, пока он узнает у местных, кто продать готов, Сергей не мог.

Как ни странно, с той стороны озера тоже имелся причал, не такой капитальный, как возле поселка, но не пришлось ноги мочить, и на том спасибо. Сергей перепрыгнул на слегка пошатнувшиеся мостки и, махнув рукой рыбакам, направился к дороге, подходившей здесь к озеру почти вплотную, только на высокий берег забраться. Эта дорога выгодно отличалась от той, по которой он шагал к руинам, не такая заросшая, она еще хранила следы колеи от груженой телеги, было видно, что ей редко, но пользуются. Андрей сказал, что до тракта, ведущего в Аркону, еще два дня пути, и никаких поселений тут больше нет. Раньше были, но Сиеша все извела, да и на тракте на многое не нужно рассчитывать, поселений там всего два, но трактиры встречаются куда чаще, там можно поесть и комнату снять. Однако Андрей советовал быть в таких местах очень осторожным, следить за вещами и много языком не трепать, и уж точно золото не светить, платить только серебром.

Стрела ударила Сергея в грудь, когда он вышел на дорогу, боль его ошеломила. Парень от неожиданности, да и от силы удара, опрокинулся на спину и скатился обратно к воде. Это, наверное, его и спасло, поскольку стрелок потерял его из виду. Мысленно матеря горе-снайпера и говоря спасибо создателю куртки, которая удержала стрелу, Чугунов поднялся на ноги и обнажил свой артефактный клинок. Почему-то он решил, что нападавший один, ведь будь их двое, второй бы выскочил из леса с мечом или копьем, чтобы добить подранка, а этого не случилось. Второй вопрос, который задавал себе Сергей, кому он помешал. Ответ на это был простым - кто-то прознал про его богатство, и как только прояснился маршрут, взял лодку и, переплыв озеро, сел в засаду, по суше не успел бы. Деревенька Андрея - это не острог, люди в ней живут вольные, захотели - ушли по делам, захотели - пришли. Еще на баркасе Чугунов приглядывался к рыбакам, прикидывая, что это очень удачная возможность от него избавиться и завладеть его имуществом, но те на него внимания почти не обращали, делом были заняты. Он думал, что поймает стрелу в спину, когда сойдет на берег, и снова мимо. А оказалось все проще, его тут ждал жадный одиночка.

Он появился на берегу, когда Чугунов, скинув рюкзак и согнувшись в три погибели, поднялся до верха. Молодой парень, наверное, ровесник, с охотничьим луком, растянутым до уха. Между ними было метра три. Сомнениями стрелок не страдал, его подвели нервы. Он рассчитывал добить подранка, валяющегося внизу, но никак не ожидал увидеть врага прямо перед собой, злого, с мечом в руке, готового убивать.

Несостоявшийся убийца отпрянул и одновременно спустил тетиву. Свистнув над самой головой, поскольку Сергей еще и присесть успел, стрела с тихим всплеском ушла в воду, а Чугунов в два шага оказался наверху подъема, прямо перед испуганным пареньком.

- Не надо, - всхлипнул и, падая на колени, взмолился он, - пощади. Чернобог меня попутал.

Сергей даже растерялся. Одно дело в бою убивать, а другое человека на коленях, который молит о пощаде. По-хорошему, сейчас ему следовало вытащить нож и перерезать ублюдку горло, но не было в нем еще этой холодной, расчетливой жестокости, которая позволяла вот так просто убить безоружного. Но незадачливый грабитель решил за него - увидел растерянность Чугунова, а вместе с ней и свой шанс. Как он оказался на ногах так быстро, Сергей не понял, просто - раз, и противник в одно мгновение из неудобного положения уже бросается на него. И снова вниз по спуску, на этот раз в обнимку, парень был крепким, здоровым, стиснул так, что ребра затрещали.

- Убью,- выкрикнул он в лицо Сергею, обдав при этом несвежим дыханием. - Убью, и все мое будет, - при этом глаза парня стали совсем безумными.

Падение остановилось, и враг оказался сверху. Он разомкнул хватку на ребрах, чтобы сомкнуть свои немаленькие лапищи на горле, но этого хватило. Руки Чугунова оказались свободны. Левой он, хоть и не слишком удачно, ударил в выпирающий кадык, сложил пятерню в пучок и саданул, как смог. Удар вышел слабым, но его хватило, чтобы незадачливый убийца отшатнулся и выкатил глаза. Кисть правой руки сомкнулась на рукояти ножа, рывок, и тот на свободе. Голубая сталь, покрытая рунами, пробила кожаную куртку врага, словно та была сделана из газеты. Семнадцатисантиметровое лезвие вошло в левый бок на всю длину. Но Сергей не остановился, вырвав из тела свое оружие, он вонзил его еще раз, после чего сбросил с себя умирающего парня. Несостоявшийся убийца лежал на спине, булькая кровью, которая обильно текла изо рта.

Чугунов кое-как поднялся на ноги, сделал неуверенный шаг, потом нагнулся и ударил еще раз, на этот раз в грудь, в район сердца. И снова зачарованный нож вошел легко, пробив грудную клетку, словно та была не из костей, а из хрупких веточек, годных на растопку костерка. Раздался хруст, тело паренька дернулось, и он затих окончательно. Сергей разогнулся и завертел головой, выискивая свидетелей, но вокруг было пусто. Вытерев нож об одежду убитого, он уселся рядом и, достав трубку и кисет, которые подарила ему на прощание Марфа, принялся забивать табак. Спички у местных были в ходу, и он прихватил коробок на кухне у женщины, так что не надо было мучиться с огнивом, поэтому раскуривание табачного зелья не превратилось в проблему. Чугунов огляделся, по-прежнему на берегу озера был только он и труп. Никто не бежал с криками - «убийца, повесить его», вокруг тишина, только чуть ниже волна плещется, накатывая на песчаный берег. Пыхнув дымом, он блаженно затянулся и почти сразу закашлялся, табак очень крепкий. Но ничего, приноровился.

Бросив взгляд на покойника, Сергей пожалел, что с него нельзя получить энергию. Пуская в небо немного горьковатый дым, Чугунов обдумывал случившееся. Проблема была в том, что он не смог ударить умоляющего о пощаде человека, который собирался его убить сходу, подарив тому еще один шанс. Рубани он сразу, и не было бы ни падения, в результате которого теперь ныли ребра, ни свалки у воды. А ведь мысли пощадить не было, была неуверенность, как поступить, руку сломать так, чтобы долго лечили, либо глотку перерезать, но решимости на это не хватило. Что ж, в следующий раз сомнений будет меньше. В любом случае, этот мир жесток, тут бесполезно звать полицию и писать заявление, тут просто зарежут, заберут все ценное и пойдут домой.

- Так что к черту жалость, - раздраженно сплюнув, произнес вслух Сергей.

Теперь только жестко. Если враг, то враг, и он должен быть уничтожен быстро и эффективно. Человек, стреляющий в него, это точно не друг, и никогда им не станет. Докурив, он быстро обшарил карманы покойника, ничего интересного, кроме пары серебряных монет, не нашел. Украшений, чтобы пополнить калитку, как местные звали кошелек, у незадачливого убийцы тоже не было. Сапоги, правда, у него хорошие, куда лучше тех, что на нем, но только размер не подошел. Встав и ухватив тело за руку, Сергей отволок его к мосткам и скинул в воду, хоть какая-то польза с ублюдка - раки и рыбы будут сыты.