Отбросы Эдема

Отбросы Эдема.

Двадцатичетырехлетняя Диара Дернен для всех была сумасбродной светской львицей трех колец – последнего оплота цивилизации на Эдеме. Средний город можно было считать вершиной пищевой цепочки, на верхнем обитали «боги», к коим относился Риак Дернен и его единственная дочь. Ее эпатажные выходки не покидали новостные ленты. Тут были и полеты на реактивных ранцах в закрытых зонах, гонки на аэрокарах, загулы на сотни тысяч кредитов, драки с соперницами и громкие заявления по поводу политики Вышеграда в оскорбительной для местных властей форме. Папа на это никак не реагировал, ему было плевать на дочурку, его жена умерла в родах, и он просто отстранился от девочки. Она ни в чем не нуждалась, в детстве ее всегда окружала свора нянек. Нянек сменили подружки и постоянная охрана, затем любовники, охрана стала незаметной. В народе ходило мнение, что Диара делает все это только для того, чтобы привлечь внимание отца. Но тот не желал общаться с дочерью и просто присылал адвоката, который вытаскивал ее из очередной передряги. Комментариев прессе он на эту тему никогда не давал.

Риак был тем, кто кормит Вышеград. Вся пища, которая поступала в город и в пояс, произведена на его орбитальных предприятиях, огромные космические станции, болтающиеся на орбите, превращали этого человека в бога. Это был очень деятельный, занятой человек, его не видели ни на презентациях, ни на светских раутах, в общении замкнут и молчалив. Он знал, что в том, что произошло с дочерью, целиком его вина, но Риак не умел просить пощады, за всю жизнь только перед одним человеком он извинялся, – его покойная жена. А еще он был очень жесток. Разоренные конкуренты, это только самая вершина айсберга, сколько его противников сожгли в печах или переработали, не знал никто, даже начальник его охраны, еще более мрачная личность. Все, что о нем известно, так это прозвище – Керамбит, и мало кто знал, что оно означает. Точно было известно только одно – этот человек из-за стены и предан Риаку.

– Ваша дочь опять отчебучила, – доложил он начальнику.

– Уже слышал, Борис, – отозвался Дарнен. – Теперь она желает бить роботов за периметром, меня уже два часа осаждают писаки, пытаясь добыть комментарий.

– Странные люди, – вполне по-приятельски заявил Керамбит. – Двадцать лет вы не давали комментариев, а сейчас вдруг дадите.

Риак улыбнулся и развел руками, словно говоря, что сделаешь, люди упрямы. Попутно он решал еще несколько очень важных вопросов, его партнер задерживал турбину для одной из космических станций. Вольфрам стал такой редкостью, детали из него находить все сложнее, всеми правдами и неправдами. Риак, которого конкуренты и люди за глаза звали Геротом, в честь хищного обитателя океана, фактически бессмертного и крайне тяжело убиваемого, пытался доставать этот металл из-за купола, перекупая его у крафтеров, мясников, рейдеров. Но с каждым годом было все хуже. А людишки, которые клепали из него доспехи, не торопились расставаться с ними, не понимая, что если его производства остановятся, через год они будут жрать друг друга. Единственный вольфрамовый рудник, который принадлежал Дарнену, иссяк три года назад, тогда-то цены и взлетели до небес. А эта гребанная Система не желала таскать ничего, кроме покойников. С ней вообще невозможно воевать. Это изобретение было благом и проклятием Эдема. В выжженных землях есть целые металлургические районы, где вольфрама вполне достаточно. Вот только добраться до них не было никакой возможности, темная сеть и военный искусственный интеллект, выживший после тотальной бомбардировки, объединились, и возникло нечто новое.

– Знаешь, Борис, – обратился Риак к Керамбиту, – мне иногда хочется сделать так, чтобы она ответила за свои слова. Взять и вышвырнуть ее в выжженные земли, пусть выживает, как хочет, а как ей надоест, вернуть, технология полного очищения от вирусов, которыми пропитано все за куполом, давно отработана, так что, технически можно дать девочке то, что она хочет. Как, кстати, ее занятия? Надеюсь Эшк держит тебя в курсе?

Борис виновато развел руками.

– Он предан только ей, против принцессы он никогда не пойдет. Он слеп относительно нее, но перегрызет горло любому, кто не просто посмеет, а только задумает ее обидеть, даже вам и мне. Только по этой причине он еще жив, лучшего защитника сложно представить. Но у меня и без него есть источники в ее окружении. Технически, она боевик среднего класса, мало кто смог бы противостоять ей в бою один на один, Эшк отлично ее натаскал.

– Сколько покушений было на нее за последний год?

– За восемь месяцев одиннадцать, – мгновенно доложил Керамбит, – она знает о двух. И то не придала им особого значения, считая нападения просто стечением обстоятельств. Мы потеряли шестнадцать полевых агентов, охрана на расстоянии плохо сказывается как на объекте, так и на защитниках.

– Сам понимаешь, других вариантов нет, – отстраненно просматривая какой-то документ, произнес Риак. – Она доверяет только Эшку и его заму, больше она никого не подпустит. И мне не нравится шевеление вокруг нее, либо запереть ее в поместье, либо отправить в космос. Третьего не дано.

– Или отправить ее в пояс, – предложил Керамбит. – Пусть резвится. Подобрать ей рейдеров, подвести как бы случайно, будут ее прикрывать. Может, образумится? Причем кинуть ее в самое дерьмо, никаких поблажек.

Дарнен озадаченно уставился на своего охранника, мысли, которые он озвучил совсем недавно, обрели плоть. Рано или поздно девочка доиграется. Запереть ее нет никакой возможности. Может, и вправду рискнуть дочерью? Риак никогда не страдал сомнениями.

– Устрой изгнание. Мы всегда сможем его отменить, империю я ей не оставлю, слишком велика ответственность, пора ей научится отвечать за свои поступки.

– Ты действительно Герот, бессмертный и беспощадный, – слегка поклонившись, произнес Борис и, встав на платформу телепорта, исчез.

Начальник прав, даже детям богов нужно отвечать за свои поступки, иначе детишки начинают ломать игрушки.

Глава первая

Двухместный аэрокар на автопилоте поднялся с площадки и взял курс на центр города. Скорость примерно под сотню, на окраинах, движение в воздушных коридорах не слишком оживленное, в основном они представляли из себя промышленный квартал. Здания здесь меньше всего напоминали типовую застройку пояса и остатков кварталов, примыкающих к куполу. Хоть и выглядели они не убито, а просто иначе, их строили уже после начала войны и явно после того, как Система стала таскать мертвяков, до этого момента единственными квадратными зданиями, которые Юрий видел, были контрольки, а тут целые корпуса, квадраты, прямоугольники, башни не меньше трехсот этажей. Над одной из них крутилась десятиметровая голограмма штурмовой системной винтовки. Система не брала ничего из воздуха, все оружие, которое она толкала, производилось либо здесь, либо на орбите на большом сегменте уцелевшего в войне пояса, который раньше охватывал всю планету, теперь же осталось только четверть. Принадлежала она самому влиятельному человеку в Вышеграде – Риаку Дарнену. Под голографической винтовкой была внушительная надпись на местном языке, которая гласила – «Оружейная компания Энерен». Система дала Жданову не только скил героя, но и знание местного языка. Вообще здесь было множество подобных голограмм. Промышленный пояс Вышеграда считался одним из самых опасных мест за куполом, пожалуй, опасней него были только трущобы, которые отделяли его от центральной части. Их делили различные банды. Чтобы не говорили про этот город, он был далеко не идеальным, последствия войны и замкнутого существования этого мегаполиса, который человек почти не мог покинуть, сказывались.

А вот и местная клоака – огромные здания-небоскребы по пятьсот метров высотой, в которых в маленьких клетушках жили миллионы людей. Это не шикарные апартаменты, которые Шах видел в поясе, это то, куда селили многочисленных беженцев, бегущих от войны. Огромные кубические башни, в которых местные стражи правопорядка не бывали месяцами. Да и нечего им там делать – в трущобах своя власть. Забредший сюда «мент», если палился, чаще всего исчезал бесследно или возвращался в свой отдел по частям, как пример. Из истории Вышеграда Юрий знал, что последний раз операция в бандитской вольнице проходила два года назад, когда корпораты сунулись в такую башенку. Из двухсот человек назад вернулись двенадцать. Что им там понадобилось, никто не знал, вроде как тиснули бандиты у них что-то важное. Система могла бы покончить с этим очень быстро, но она была себе на уме и не вмешивалась.

Аэрокар за несколько минут проскочил трущобы, который кто-то с огромной иронией окрестил серыми дворцами, и влетел в уже вполне вменяемые жилые районы. Совсем другая жизнь, тут селились работяги и клерки среднего достатка, это мало напоминало ту помойку, которую Жданов миновал минуту назад. Все ярко и красиво, на крышах домов огромные бассейны, какие-то спортивные площадки. Сами дома стали изящней и выше, метров шестьсот не меньше. Отчасти они напоминали те, что он видел в поясе. Здесь были зеленые парки и игровые площадки. Движение в воздушных коридорах, несмотря на утро, было гораздо активней.

Юра внимательно наблюдал за тем, что творилось внизу. Первое впечатление от Вышеграда было двойственным. Вроде и жизнь бурлит, а с другой стороны, это большая язва.

Аэрокар пошел на снижение возле маленького парка с детской площадкой в центре.

– Кадет Шах, – обратилась к нему местная Система, к счастью голос принадлежал Алисе, – вы прибыли в гостиницу «Артакс», что переводится на русский как звезда. Как вы и заказывали, она находится поблизости от развлекательного квартала, до которого вы сможете добраться посредством городских телепортов или вызвав аэрокар. Так же к вашим услугам пневмопоезд. Удачного дня.

– И тебе, – хмыкнул Юра и, открыв дверь, выпрыгнул наружу.

В Вышеграде, за куполом, была вполне обычная погода, не жарко и не холодно. Осмотревшись, бывший мент заметил дрон, отдаленно напоминающий «таблетку», рука рефлекторно зашарила по поясу, ища рукоять револьвера, но нашла только пустоту. «Таблетка» имела небесно-голубой цвет и принадлежала местным стражам порядка, название которых на русский можно было перевести как клирики. Механическая дрянь, а по-другому Юра их уже не называл, подлетела к нему и начала просвечивать сканером, через пару секунд произнеся без эмоциональным голосом:

– Хорошего дня, – отправилась восвояси.

– Болван железный, – прокомментировал Жданов действия робота и вошел в небоскреб.

То, что на Земле считалось верхом роскоши и инженерного гения, тут было обыденностью. Абсолютно круглый холл с вполне живым портье, никаких андроидов, ботов и прочего неживого, обычная женщина, приятная такая брюнетка лет тридцати, улыбчивая, на плече виднеется кусок цветной и живой татуировки. Там что-то постоянно смещалось и двигалось, интересно было бы увидеть полную картину.

– Ваш браслет, пожалуйста, – вежливо попросила она.

Жданов протянул правую руку, и портье просветила его сканером.

– Сто двенадцатый этаж, комната 2238. Хорошего дня, кадет Шах. По любому вопросу можете связываться непосредственно со мной. Аккредитация действует в течение пяти суток с этого самого момента. В вашем распоряжении крытый бассейн на крыше, двухъярусный ресторан в пентхаусе с видом на центр города, спортзал, но это уже в подземной части, там же можно взять на прокат аэрокар. Но столик в ресторане лучше заказывать заранее, место очень популярное.

– Спасибо, – поблагодарил Юрий, – я подумаю. Куда тут дальше?

– Телепортационная платформа по правой стороне, просто встаньте на нее и мысленно назовите номер вашего этажа. С левой стороны холла расположены городские телепорты.

Жданов кивнул и пересек большой холл, надо сказать, он был гигантским, вообще отель оказался не маленьким, метров сто в диаметре, красивая удобная мебель, расставленная в центре вокруг фонтана, в чаше которого плавали рыбки всех цветов радуги.

Короткий миг, небольшой холодок пробежал по спине, словно Жданов попал под кондиционер в очень жаркий день, и вот он на высоте метров пятисот. Хотя точно не скажешь.

– Эй, Система, сколько сейчас до земли? – поинтересовался Юра.

– 523 метра, – отозвалась Алиса.

Шах нашел свою дверь, небольшой приборчик над дверью навелся на браслет, беззвучно открылся замок. Этот номер мало чем отличался от того, что он видел – немаленькая спальня, вид на парк внизу и на соседнюю высотку такого же плана, что и отель. Да, ночлежкой или хостелом назвать язык не поворачивался. Гигантская кровать-трахадром, панорамное окно, ванная и туалет, все в темных тонах, причем ванная размером с небольшой бассейн три на три с кучей непонятных функций. Нечто подобное Юра видел лет пять назад, в то короткое время, когда он еще был силовиком и брал штурмом дворец одного вора в законе. Больше ничего интересного в номере не обнаружилось.

Да и делать тут было нечего, выйдя наружу, Юра задумался о дальнейшем времяпрепровождении, номера располагались по кругу, полупрозрачный пол, круги телепортов.

– Система, цены на завтрак в гостиничном ресторане?

Алиса послушно перечислила требуемое, и Юра понял, тысяча, которую он взял с собой, вообще ни о чем. Если завтрак стоил тридцать кредитов, что, примерно равнялось трем тысячам очков в поясе, то сколько будет стоить ужин? Конечно, это дорогое пафосное заведение, где-то здесь наверняка можно пожрать гораздо дешевле.

Спустившись вниз, Жданов пересек холл и, встав на телепорт, отдал мысленный приказ: «Квартал удовольствий».

Мгновение, и вот он сошёл с огромного телепорта прямо в центре площади. Вернее это была не площадь, квартал только назывался кварталом, по сути это гигантский развлекательный центр в огромном небоскребе, раза в три крупнее, чем его отель, место отдыха для всех жителей, живущих в радиусе двадцати километров. Даже сейчас около полудня здесь полно народу – дети, подростки, да и взрослых хватало. Оглядевшись, Юра понял, что ошибся в подборе одежды. Молодняк одет очень пестро, да и многие взрослые от них не отставали – куртки-балахоны, переливающиеся всеми цветами радуги, ботинки не невозможных подошвах, всевозможные штаны, от коротких, едва заметных шорт на девочках и девушках, до неимоверных кислотных шаровар. От буйства красок у Шаха заболели глаза. Он в своей темной одежде выглядел белой вороной в этом кислотном безумии.

Повсюду была реклама – казино, бордели, спортивные объекты, различные виртуальные тренажеры, начиная с гонок на аэрокарах и кончая боевыми симуляторами с возможностью поубивать виртуальных роботов или ботов. Кинозалы и кафешки были просто неисчислимы. Несколько этажей «квартала красных фонарей», куда детишкам доступ закрыт. Тут было все, даже несколько гостиничных этажей, где можно снять комнату, от часа до суток.

Забегаловка, где можно перекусить недорого, нашлась в пяти шагах от телепорта. Большой назвать ее было сложно – десяток столов, примерно же столько же блюд в меню. Прикинув время, Юра понял, что уже скорее обед, чем завтрак, и заказал себе суп, картошку с котлетой и кружку пива. Обычный обед для русского человека. Пиво оказалось кислым и теплым, сделав глоток, Жданов просто отодвинул его в сторону, пить такую мерзость – себя не уважать. Весь обед обошелся в пять кредитов, а без пива вышел бы в четыре.

Теперь нужно решить, что делать дальше. Вот уже больше месяца Юра обходился без женского общества, это начинало беспокоить, теперь его голова работала как офисный вентилятор, поворачиваясь то вправо, то влево, сопровождая взглядом сексуально одетых девчонок.

– Карта квартала, – мысленно приказал Жданов.

Секунда, и из браслета появился план первого этажа. Минут пять Юра изучал ее в поисках интересных мест, но в основном всякая мелочевка, вроде мелких магазинчиков, и делать тут было нечего.

Район «красных фонарей» работал круглосуточно. Тут было все – и сексботы обоих полов, и живые люди. К заднеприводным Юра относился просто – пока сексменьшинства не лезут к нему и не демонстрируют свои чувства, шагая по улицам парадами, ему плевать, но если эти извращенцы начинали активно демонстрировать свою «позицию», тогда у него срывало планку. На Земле на нем до сих пор висело не снятое взыскание за парочку разбитых слащавых рож, которые решили миловаться в детском кафе, куда Шах заскочил купить кофе. Что они делают друг с другом наедине за закрытой дверью, бывшего капитана ни сколько не колыхало. Да, Юра Жданов был гомофобом.

– Эй, красавчик, развлечься не желаешь? – поинтересовалась ярко накрашенная мамка, стоящая у дверей очередного безвкусно оформленного борделя. – Цены у нас доступные, все чисто, никаких болячек, свежие комнаты. Элитные девочки по сорок, те, что попроще, еще ниже. Никаких ботов и кукол, только живые. Если ты по мальчикам, тоже подыщем, правда тут ассортимент меньше.

Жданов при слове мальчики зло дернул щекой. Мамка заметила его реакцию:

– Поняла, ты мужик, больше не предлагаю. Ну, так что, глянешь моих красавиц?

– А посмотрю, – согласился Юра. – Но учти, если какие швабры и страхолюдины, разворачиваюсь и ухожу.

– Не, девочки все очень достойные, тут принудительной проституции нет, это не трущобы, у нас легальное заведение, – заверила хозяйка. Она усадила Жданова на мягкий кожаный белый диван и хлопнула в ладоши.

Пока девочки готовились, облачаясь в свои сексуальные наряды, сутенерша покосилась на Юру.

– Ты ведь из-за границы, с пояса? – неожиданно спросила она.

– Да. Как угадала?

– У вас взгляд другой, не такой, как у местных, ты смотришь настороженно, словно ждешь, когда враг появится. Девочек не обижать, иначе будет плохо, вы там парни крутые, но местные безопасники те еще отморозки.

– Долю им платишь?

– Плачу, – легко согласилась мамка. – Это нормально, всем хватает, зато у меня всегда порядок. Выпьешь? Знаю, вы водку уважаете.

Юра покачал головой.

– Я редкий русский, который не любит водку. Виски или коньяк?

– Сейчас будет, – сообщила она, – за счет заведения. А вот и мои девочки!

Но этого Жданову говорить было уже не нужно, он уже засек появление первых представительниц древнейшей профессии. Было их не сказать, чтобы много, два десятка, на любой вкус – и темнокожие, словно ночь, и мулатки, словно светлый молочный шоколад, блондинки, брюнетки, рыжие, тощие и полноватые.

Подлетел робот, на крышке которого стоял стакан, в котором плескалось сто грамм янтарной жидкости. Юра взял его, понюхал, запах хороший с нотками ванили и шоколада. Пригубив, он остался доволен местным сервисом, отсалютовав мамке. Она не обманула, крокодилиц не было, не сказать, что звезды, но вполне приятные девочки.

В штанах все напряглось, и Жданов понял, уйти он отсюда уже не сможет. Выбрал быстро, высокая блондинка с вполне приятным лицом, третьим номером, не тощая и не толстая. Она, пожалуй, была жемчужиной показа.

– Шестая слева.

– Наира, – крикнула мамка, – остальные свободны. – Но потом повернулась к Юре. – Или еще кого желаешь? Можешь хоть всех попользовать, если деньги есть.

– Нет, мне хватит блондинки. Сколько?

– У тебя губа не дура. Учитывая, что ты мертвяк из-за стены, небольшая скидка, итого – сорок пять за час.

Юра вытянул руку с браслетом, мысленно приказав перевести на счет сутенерши указанную сумму. Блондинка дожидалась его на подиуме.

– Перевод совершен, – сообщила Алиса.

Юра залпом допил бокал с коньяком и поставил его на крышку дрона, который тут же улетел.

– Выпить закусить? – поинтересовалась мамка.

Юра покачал головой.

– Захочу поесть, пойду в ресторан, я пришел сюда отдохнуть с женщиной.

– Тогда приятного отдыха, – улыбнувшись, пожелала хозяйка заведения.

Наира подошла к нему и протянула руку, увлекая за собой в глубину лабиринтов борделя. Шла она легко, словно плыла, покачивая объемными бедрами, не мешая идущему за ней клиенту любоваться своим тылом. Комнат тут хватало, звукоизоляция отличная, если тут и были другие клиенты, их бывший мент не встретил.

Не сказать, что он получил несравнимое удовольствие, встречал Шах женщин и потемпераментней, но все равно неплохо, час пролетел быстро. Наира оказалась девочкой умелой и старательной, все сделала, как надо, и Юра покинул бордель мадам Вей с хорошими впечатлениями.

Следующим пунктом по разработанному заранее плану шло крупнейшее казино на семидесятом этаже. Было у Жданова желание попробовать отбить немного кредитов, потраченных на Наиру.

Местное казино мало чем отличалось от того, что было в Кадетске, и вообще Шах начинал уже жалеть о потраченных деньгах, все это можно получить, проведя сутки в виртуальном городе. Пожалуй, в Вышеград его тянуло с одной целью – ощутить вокруг мирную спокойную жизнь. Сегодня загул, а завтра пойдет просто бродить по городу, посидит спокойно в парке, посмотрит на людей, спешащих по улицам просто так по своим делам.

В этом казино помимо земных азартных игр были в наличие и местные, не сказать что интересные. Минут двадцать Юра наблюдал за незнакомой игрой с костями и картами, что-то вроде настолки на деньги, рубился в нее народ довольно азартно, но поняв, что в правилах он будет разбираться слишком долго, отправился к покерному столу. Место было популярным, и сесть Шаху удалось только минут через десять, удачно подрезав какого-то пьяного хмыря, с выстриженной наполовину шевелюрой, словно парикмахер начал брить, а потом забил болт.

– Эээ, – протянул тот, пытаясь сформулировать нечто более серьезное.

– Эээээ, – согласился с ним Жданов. Подобный ответ поставил соперника в тупик, и тот, почесывая репу, отвалил.

Поначалу карта не шла, а ставки были довольно высокими, сразу по десять местных кредитов, и стол на девять человек. Юра, разменявший на фишки сразу полтинник, медленно уходил в минус. Еще в пять ему обошлась бутылки довольно неплохого крепкого пойла алого цвета, которая на местном называлась гарша, по вкусу нечто среднее между текилой и виски, крепость – градусов пятьдесят, вкус кисловатый, слегка пощипывало язык, и пилось это отлично.

На третьей раздаче, наконец, пришла карта, сразу три короля, один в руку, два на стол. Юра, стараясь не особо борзеть, потихоньку поднял еще на десяточку, народ трепыхался вяло, ответили только четверо. Но вот послендний король изменил все, двадцать фишек поставил только один, имея на руках карэ, Жданов ждал четвертую карту, но судя по кислому лицу соперника, та ему была не нужна, и он скинул, стоило Шаху поднять ставку. Доход вышел неплохой, но могло быть и лучше, но эта сотня пошла в плюс. Следующие пару раздач были неудачными, потом начались безбожные качели – то взлеты, то падения. В итоге через пять часов с трудом сумевший подняться из-за стола Юра был в плюсе всего на сорок кредитов, спустив около четырехсот выигранных ранее. Он не помнил, как оказался в одном из номеров в объятиях какой-то девицы, выглядевшей словно она сошла с постера игры про киберпанк – розовые волосы в неопределенном хаосе, какие-то железки на лице, пирсинг. Проснувшись утром и сполоснув тяжелую голову под краном, Юра обнаружил, что счет опустел почти на две сотни, это не считая выигрыша. Зато по всему номеру валялась его одежда, и все было вверх дном, а костяшки на кулаках сбиты, причем основательное, если его руки выглядят так, то как выглядит рожа того, кому прилетело? Зато он понял, что напряжение, которое с момента попадания его на эту милую планетку не отпускало, растаяло без следа. Он был свободен, дышалось легко.

Денег осталось не сказать, что много, чуть больше половины от той суммы, что он разменял еще за периметром.

Завтракая в очередной кафешке, где подавали бесподобные горячие булочки с различной начинкой, Юра таращился на инфосеть развлекательного квартала. И одна реклама привлекла его внимание:

«Открытый турнир на боевом симуляторе виртуальной реальности начнется в три часа после полудня. Призовой фонд – две тысячи кредитов. Стартовый взнос – сто. Так же участник получает двадцать процентов от всех призовых взносов. Желающие принять участие должны прибыть на сто второй этаж комплекса на боевую арену номер пять не позднее, чем за час до турнира».

Юра посмотрел на браслет, который подсказал ему, что до начала еще почти пять часов. Жданов задумался – заработать соблазнительно, но он никогда не участвовал в подобном, нужно ознакомиться, и только после этого принимать решение, участвовать в шоу или нет.

Телепорт послушно доставил его на указный в объявлении этаж. Тут хватало виртуальных полигонов. Стоило удовольствие пострелять в виртуальных противников недешево – двадцать кредитов за час.

Жданова обуяло любопытство, и он решил попробовать, выбрав привычную локацию выжженные земли. Ассортимент игрового оружия был ограничен, дополнительные стволы стоили немало кредитов, набор бесплатных не впечатлял, даже Дырокола не было, Крушители, автомат Шквал, снайперка Гаусса, двуствольная помпа «Молот бога», пистолеты. С броней та же фигня. Лучшее, что удалось найти, это костюм, усиленный пластинами мусорщика.