Конец эфира

Глава первая

Кастинг

В большом зале Информационного Агентства оживлённо.

Гости рассаживаются по местам. С интересом разглядывают стоящие на сцене камеры.

Рядом с камерами за самым обыкновенным столом с самым обыкновенным монитором для просмотра видеозаписей скромно сидят два человека, внешне ничем не примечательные.

Но именно от них зависит судьба шестисот собравшихся здесь людей.

Один из сидящих – полный, лысый.

– Совсем не комильфо, – неожиданно громко заметила девушка в первом ряду, обсуждая его с подружкой. – Ты посмотри, Маша, – продолжала она громким шёпотом, который перекрывал шум в зале, – ну разве министр информации, руководитель самого крупного Информационного Агентства страны может быть такими неопрятным и несимпатичным? Это не тот человек, точно тебе говорю. Я уверена, господин Таск – красавец! Герой из фильмов о супержурналистах! Ну не может быть по-другому! – с уверенностью заключила девушка. Она не осознавала, что, даже не начиная участвовать в конкурсе, уже получила бонус со знаком минус.

Тем не менее Павел Таск обращал на себя внимание.

Возможно, потому, что буквально буравил взглядом входящих в зал. Зная это, каждый пытался как-то отличиться – что-то громко выкрикнуть, забраться на кресло, взъерошить волосы, резко взмахнуть рукой. Кто во что горазд.

Странное действо продолжалось до тех пор, пока дама строгой наружности с красивым высоким хвостом и в отлично сидящем на стройной фигуре костюме не объявила очень низким, хриплым голосом:

– Коллеги, мы начинаем наш первый в истории Агентства кастинг телеведущих. Думаю, все вы в курсе, что с этого года наше Агентство, до сих пор занимавшееся только печатными СМИ, открывает телевизионный филиал под названием «Наука и техника», сокращенно НИТ. Мы будем создавать свои информационные программы для трансляции на федеральном канале. Нам нужен ведущий! Человек должен быть привлекателен не только в жизни, но и на экране. Поверьте, часто это две большие разницы, как говорят в Одессе, – попыталась пошутить дама.

Но присутствующим было не до улыбок.

– Меня зовут Джоан. Я заместитель Павла Бернардовича Таска, руководителя Агентства и министра информации нашей страны. Итак, начнём! Сейчас на телесуфлёре вы прочитаете предложенные тексты. Мы запишем ваши изображения. Позже, на экспертном совете, примем решение, кто стал победителем. Счастливчика ждёт невероятная слава и признание. Так что постарайтесь, – заключила Джоан. Вынула из сумочки сигарету, чиркнула спичкой и смачно затянулась на глазах у всех.

Кастинг начался.

Он проходил в то время, когда «ветер перемен» разносил по сторонам света хаос и совершенное непонимание происходящего. Кто тогда знал, что вскоре огромная страна будет разрушена, а людей взбудоражит новое, неведомое чувства свободы? Абсолютной свободы, которую знаменитый учёный Альберт Эйнштейн, скорее всего, поставил бы под сомнение, так как хорошо понимал, насколько всё в мире относительно.

Но вернёмся в зал Агентства.

Время шло. Судя по лицам экзаменаторов, никто из выступающих пока не произвёл должного впечатления.

Внезапно господин Таск пальцем указал на вход и громко приказал:

– Анна, зайдите-ка на сцену. Проверим и ваши способности ведущей.

Шестьсот оставшихся в зале кандидатов повернулись посмотреть на девушку, которую сам Таск вызвал на сцену.

В дверях между залом и холлом стояло человек пять любопытствующих – корреспонденты Агентства. Среди них – Анна. Высокая, стройная, привлекательная, она сразу притягивала взгляд.

Анна работала здесь с семнадцати лет редактором и корреспондентом. Писала статьи о родной стране, которые потом печатались за рубежом. В планах много разных проектов, дел невпроворот…

«О, опять влипла в работу, – пронеслось в её взбалмошной голове, – зачем я только сюда заглянула? Времени без того не хватает, меня же в кабинете люди ждут…»

Пока она ругала себя за неосмотрительность, ноги сами вынесли её на сцену.

– Садитесь, – опять приказал Шеф.

– Но у меня нет времени, я должна подписывать проект через… – она посмотрела часы и охнула, – две минуты!

– Ничего, – успокоила её Джоан. – Через две минуты мы тебя как раз и отпустим.

Джоан всегда ценила время своих коллег, хотя большой любовью в коллективе не пользовалась.

Через две минуты Анна действительно ушла из зала, прочитав по телесуфлёру текст про господина Макинтоша, который почему-то всё время простужался под дождём.

«Какой бред», – подумала она про себя и стремглав понеслась к своему кабинету, напрочь забыв об участии в кастинге. Надо было срочно утверждать сценарий для коллег с Большого Телевидения.

Через пару дней Анна как обычно неслась по делам и в коридоре столкнулась с Джоан:

– Ты уже знаешь? Из шестисот человек не выбрали никого, – невзначай произнесла Джоан.

– Ну, жаль. Придётся опять собирать людей… – ответила Анна и собралась бежать дальше.

– Не придётся. Вообще-то ведущей на федеральном канале будешь ты.

В те времена такое заявление было похоже на гром среди ясного неба. Телевидение считалось закрытым клубом. Попасть на один из четырёх каналов страны нереально.

Вдруг – телевизионная ведущая…

– Джоан, вы же знаете, как много я работаю. Я не успею ничего…

– Деточка, – ухмыльнувшись, сказала Джоан хриплым голосом, – у тебя есть ещё ночное время. Одолеешь!

Так началась звёздная дорога Анны.

Не пыльно.

Если по своей воле или по чужой ты попал работать на телевидение – считай, пропало всё…

Всё твоё предыдущее образование, коли таковое вообще имеется, все наработанные связи, навыки и умения, даже твой внешний облик – коту под хвост.

Вихрь, ионный поток, тебя засасывает, словно в пылесос. Жамкает, трёт, мнёт… Если повезёт, может выплюнуть. Но совершенно другим человеком. И только для передышки! Изменить вектор движения тебе не под силу.

Неподвластное тебе тельце может оказаться на качественно более высоком уровне. С чем бы сравнить?.. Словно на самой высокой точке водопада Виктория!

Высота. Сверканье воды и брызг на солнце. Невероятное зрелище вокруг. От счастья захватывает дух! Ты стоишь в центре грохота и гула, который разносится на сотни километров. Ты в кайфе, ибо – причастен!

Вдруг маленький, нестойкий кирпичик шелохнётся под ногами. Ты начинаешь балансировать в надежде, что обойдётся, но… Увы и ах!

Падение неизбежно.

Дальше – как судьбе угодно. Вместе с миллиардами тонн бурлящего водяного потока ты можешь со всей дури врезаться в подводный камень. Тогда через тебя на тот свет улетит большой и вечный привет всем ранее ушедшим.

Но можешь и попасть в скрытую за толщей воды пещеру с сокровищами царя Соломона, которую твоим коллегам днём с огнём не найти.

Повезло? Поначалу ты, конечно, рад до одури, что вообще жив. Очухавшись, начинаешь крутить головой, выпучивать глаза и приглядываться: что почём, зачем и куда. Оцениваешь достигнутое.

Не сразу, но понимаешь: кроме гор из золота-бриллиантов, кругом засады, ловушки, подставы и прочая нервирующая муть. Впрочем, авантюра вполне себе в духе легендарного Индианы Джонса и его подражателей, которые мечтали получить сразу всё золото мира, не впадая в неврастению и не раздумывая о последствиях своих поступков. Ибо последствия – лишь призрачное будущее. А ты-то уже сейчас царь Соломон. Или, на худой конец, царица Савская.

Ты выжил и несметно богат. А что там за перспективы – это, знаете ли, излишняя рефлексия.

Глава вторая

Анна. Жизнь в эфире

Анна стала ведущей федеральной информационно-познавательной программы.

Выпуски снимались и монтировались в стенах родного Агентства, в филиале НИТ. Потом перенаправлялись в старейший действующий телецентр страны «Останкино», откуда и шла трансляция.

Очень скоро стало понятно, что присутствие Анны на экране буквально магнитит зрителей. Внутренний азарт, прорывающийся сквозь внешнюю сдержанность, привлекал и заряжал энергией. Уникальный голос, играющий малейшими оттенками звуков и смыслов, цеплял, обволакивал и завораживал публику. Ей предложили полностью посвятить себя телеэфиру.

Анна была весьма креативна и не ограничилась только ролью ведущей. Её идеи разлетались на новые программы коллег. Вслед за новостным эфиром пошла череда больших, запоминающихся шоу.

«Процесс необходимо упорядочить и возглавить!» – через год она стала большим начальником на телевидении и собрала вокруг себя отличную команду.

Идеи сыпались, как из рога изобилия. Реализовывались. Выстраивались от утреннего до ночного эфира. Многочисленные проблемы, которых при такой круговерти не избежать, решались быстро. Каждый день Анна видела счастливые лица коллег. Это придавало сил.

Работалось легко. Ощущение лёгкости и заинтересованности привлекало зрителей. Передачи, созданные под руководством Анны, сразу оказывались на слуху.

Утреннее телевидение стало похоже на увлекательный журнал. С темами разными, запоминающимися: от интервью с культовыми «героями эпохи» до сюжетов о моде, косметологии и здоровье.

Как без маникюрши привести ногти в порядок? Как без лекарств избавиться от прыщей? Да, и ещё о том, как хорошо протёртые куриные хрящи, смешанные с красным перцем, помогают в борьбе с бляшками на сосудах…

Какое же поначалу отчаянное сопротивление оказывали её сотрудники таким неожиданным и «мелким» для телеэфира темам! Но прошло время. Зрители, да и коллеги, ворча и поругиваясь, неожиданно даже для себя втянулись.

Интересно, это сформированная привычка? Или ей удалось вызвать настоящий интерес?

Но главной её страстью всегда оставался прямой эфир.

Новостные программы.

Шли годы…

Филиал Информационного Агентства «Наука и техника» рос, развивался и постепенно превратился в крупнейшую самостоятельную организацию – медиахолдинг НИТ.

Помимо телевизионных эфиров, которые давно шли напрямую из НИТа, в последнее время Анна координировала работу с информацией. Медиахолдинг собирал события всего мира, классифицировал, добавлял нужные оттенки и отправлял в СМИ.

Иногда Анна на секунду замирала. Нет, она не скучала по размеренной, тихой жизни. Разве что по хорошей художественной литературе. Её жизнь состояла теперь исключительно из новостных текстов.

«Хорошо, что я прочла сотни – нет, тысячи – книг в юности. Сейчас на Чехова и Томаса Манна у меня не осталось бы сил», – думала она часто.

Брала иногда с собой в кровать томик Беллы Ахмадулиной. Но на первом же любимом стихотворении крепко засыпала.

Слишком активной стала её жизнь. Усталость брала своё.

Ранним утром, не успев встать с кровати, Анна начинала изучать события в тех уголках планеты, где они происходили, пока она спала.

Она легко отличала реальные новости от фейковых. Сомнительную информацию перепроверяла в разных источниках, чтобы убедиться в её реальности. Предпочитала делать это сама, не доверяя даже редактуре НИТ.

Недоверчивость из черты характера переросла в профессиональный навык.

Анна напоминала себе инженера-контролёра автоматизированного конвейера. В редкие свободные минуты она заходила к своему однокласснику, владельцу шоколадной фабрики. Любила постоять в цеху, понаблюдать, как формируются плитки шоколада и конфеты, как потом автомат аккуратно заворачивает их в разноцветные фантики, сортирует по упаковкам.

«Вот бы и нам так с новостями поступать, – улыбалась она про себя. – Жаль, не получится. Всё-таки работаем с “живым организмом”. Одним техническим контролем не обойтись».

До Третьей мировой войны телевидение на Земле напоминало отдельное маленькое государство со своими законами и правопорядком. Как в муравейнике, здесь туда-сюда сновали люди. Постоянно озадаченные – поиском события, визуализацией события, способом подачи события.

Событие – большое и яркое облако, присевшее ненадолго на вершину огромной горы.

Событие – верховный жрец информации.

В информации нуждаются все. Невероятные усилия тратятся на её поиски. Информация необходима на Земле, как воздух на Марсе.

Она правит миром! Ею торгуют. Ломают головы и шпаги над тем, где её раздобыть. И главное – как правильно преподнести!

Анна любила постоянно быть в центре событий.

Она проводила в эфире, или в подготовке к эфиру, бо́льшую часть своей жизни. Ей доверяли зрители, коллеги и руководство. Конечно, не обходилось без интриг, сплетен и подковёрной борьбы.

Иногда это нарушало стройность работы.

Со временем оказалось – не только это.

В тот памятный день Анна впервые публично проявила невиданное малодушие.

Новости на ленте оказались вполне себе мирными: где-то пахали, где-то сеяли, кто-то строил. Но в те времена с хороших новостей начинать выпуск было не комильфо. В студии скучали. Лишь оба редактора нервничали, ожидая нагоняй от Шефа за очевидно провальный выпуск.

До эфира оставалось минут пять, когда тишину в студии разрезал победоносный крик. Голосов эдак пять слились в один:

– Ура, ура! У нас есть начало!

– В Израиле взорвали микрорайон!

– Сотни людей погибли и ранены! Службы спасения разбирают завалы!

– Есть потрясающе подробная картинка! Будем тянуть сюжет минут на пять!

– Включения, включения не забудьте во время эфира! – вторил пультовой режиссёр. – Будем показывать, как вытаскивают из-под завалов! Скажите оператору, чтобы крупнее брал: нужны глаза, эмоции! Снимайте больше повреждённых тел, нужна кровь! Если оператор слюнтяй, пусть снимает корреспондент, этот сможет!

Работа стала похожей на хороший секс – всё так гармонично, слаженно, все понимают друг друга по взгляду, дыханию, полуслову. Выше, ниже, вперёд, назад. Нет уж, гражданочка, вы определитесь: либо вперёд, либо назад…

Анна после объявления главной новости несколько минут следила за происходящим на мониторе. Вдруг поняла, что близка к обмороку. Нет, она не робкого десятка. Бесконечные сюжеты о локальных конфликтах и маленьких победоносных зачистках её закалили.