Чертов босс. Во Власти тьмы. 2

Глава 1

– Люция! – я обернулась на счастливый крик сестры.

Красавица. Белокурые волосы, огромные голубые глаза. Стройная и очень изящная. Она со всех ног бежала мне навстречу. Белое платье развивалось. Казалось, ещё чуть-чуть – и шифон превратиться в крылья. Но ей это ни к чему. У неё есть свои крылья, ведь Адоэль – ангел.

– Сестрёнка! – еле сдерживая слёзы, я обхватила визжащую от радости девушку. Крепко сжимая её в объятиях, приподняла над землей.

– Как же я соскучилась! – прорыдала Адоэль. Отстранившись, она зажала рот рукой. Глаза сияли от невыплаканных слёз. – Боже! У тебя чёрные волосы?!

Уголок моих губ дрогнул. Мы не виделись так долго, а она первым делом спросила про волосы! Адоэль всегда гордилась своей пышной белокурой шевелюрой.

– Решила поэкспериментировать, – кисло ответила я.

Девушка окинула меня внимательным взглядом и вынесла вердикт:

– Мне нравится! Тебе идёт, Люция.

Я пожала плечами. В любом случае, сегодня же смою всю краску. Хочу вернуть свой блонд. Вот бы так же легко смыть свои воспоминания… Сердце вновь заныло.

Перед глазами всплыло мужественное красивое лицо демона. Так глупо отдала своё сердце… И кому?! Демону слёз. Горькая улыбка тронула мои губы.

– Хочу смыть! Поможешь?

Адоэль задумчиво на меня посмотрела. Милая, она всегда чувствовала меня сильнее всех. Самая младшая в семье, она была избалована, как часто это бывает. Но  именно с ней у нас была особая связь. Наши души тянулись друг к другу. Подруга, сестра… пусть и не по крови. Ни разу, даже в самой пылкой ссоре, она не упомянула, что я приёмный ребёнок. Со временем многие начали замечать, что мы стали похожи внешне.

– Мама так обрадуется, что ты вернулась! Расскажешь, как твоя практика?

Если бы ты только знала, сестрёнка, через что мне пришлось пройти.

Я через силу улыбнулась, ведь пора начать новую жизнь. Прошлому больше нет места.

Звонкий будильник заставил меня подскочить. Пора на учебу! Откинув пушистое и белое, словно облако, одеяло, спустила ноги с кровати. Комната в жёлтых солнечных тонах – полная противоположность тому, что творится у меня внутри. Всего лишь месяц назад я сама выбирала все эти подушечки и покрывала… Хотелось громко закричать, швырнуть об стену банку с чёрной краской. Дать выход этим клокочущим внутри чувствам. Откуда только во мне столько злости и ярости?! Это пугало, поэтому все силы решила бросить на учебу.

На автомате я стала собираться в академию. Казалось бы, сбылась мечта.

«Просто так не попадёшь в академию «Грома и молнии», – вспомнились слова Высшего. – Ты это заслужила, Люция».

Сжала пальцами виски. Да, только какой ценой?! Иной раз так хочется подойти к маме и рассказать всё, что случилось. Но страх, что она не поймёт меня, заставлял держать рот на замке. Кто спокойно отнесётся к тому, что у их дочери, небесного создания, были отношения с демоном?! Горько усмехнулась. Отношения…

Для него это, должно быть, была временная интрижка, не более. Я для демона – очередная экзотика. Эксклюзивная кукла.

Нахмурив брови, подошла к зеркалу. Надо везде искать плюсы, Люция! Зато теперь не надо клеить на голову эти дурацкие накладные рожки. Из отражения на меня смотрела девушка с русыми волосами, кончики прядей были ярко-огненными. Вот так странно смылся с меня чёрный краситель. Похожа на бунтующего подростка-переростка. Уголок губ, будто нехотя, поднялся вверх.

Надо же, ещё могу шутить. Значит не всё потеряно! Я слегка подкрасила глаза, отмечая, что мой взгляд изменился. Стал пронзительнее и твёрже. Быстро натянула серую с ромбовидным рисунком форму. Никакой индивидуальности.

Все как клоны, всё под копирку.

Дверь приоткрылась, в проёме показалась голова с пушистой белокурой шевелюрой:

– Люция?

Адоэль. Всё ещё в пижаме, с торчащими в разные стороны волосами, как маленький вихрь, влетела в комнату.

– Я чуть не проспала! Только запах блинчиков мамы заставил подняться. Как всегда, они сгорели, – девушка прикрыла ладонью рот, но веселое хихиканье ей не удались остановить. – Можно возьму твой блеск для губ? – она сложила руки в умоляющем жесте.

Как отказать? С деланным вздохом я протянула ей косметику.

Издав победный клич, младшая сестра, довольно посапывая, направилась к двери. Обернувшись, чтобы что-то сказать, она неожиданно замерла. Её красивые ясные глаза округлились. Я обернулась назад, чтобы посмотреть, что её так испугало, но за мной была лишь неубранная кровать со сбитым постельным бельём.

– Что? – приподняла бровь, обращаясь к Адоэль.

Она тряхнула головой и слегка нервно улыбнулась.

– Ничего! Свет так упал, что мне показалось… а, забей! – она махнула рукой и скрылась за дверью.

Я с недоумением пожала плечами. Адоэль иногда такая странная… Надо захватить с собой тетрадь с лекциями по образованию молнии в дождливую погоду.

Мысли прервались от негромкого звука. Моё внимание привлёк голубь, севший на подоконник. Улыбнулась, слушая его воркование. Но тут же нагнулась, схватившись за живот. Резкая боль заставила застонать.

В ушах зазвучал гул. Я смотрела на голубя, с ужасом понимая, что рот наполняется слюной. Подбежав к окну, резким взмахом руки прогнала птицу прочь. Тяжело дыша, ладонью смахнула со лба выступившую испарину. Схватив рюкзак, бросилась вон из комнаты. Чуть ли не кубарем спустилась по лестнице, вошла на кухню.

В животе чувствовала урчание и отвратительные сосущие ощущения, огляделась по сторонам. Мама стояла у плиты и ловко переворачивала блины.

– Доченька! Садись скорее. Сейчас принесу варенье и…

Не дослушав маму, я распахнула дверь холодильника и почти трясущимися руками схватила сэндвич с ветчиной.

– Нет-нет, спешу! – закинув его со скоростью света в рюкзак, всё же нашла силы чмокнуть румяную щёчку своей родительницы и быстрым шагом выскочила из дома.

Все мысли были только о том, что в рюкзаке находится сэндвич с ветчиной.

Глава 2

Несмотря на то, что мне нравилось наблюдать, как образуются красные с синим отсветом молнии под стеклянной колбой, у меня ужасно разболелась голова. Ещё и мистер Скампс со своим писклявым голосом… Мои мысли прервала Адоэль.

– Нет, Люция, – толкнула меня в плечо сестра и начала причитать, – сюда идёт Даниэль! – младшая сестра умоляющие посмотрела на меня. Её милый нос смешно сморщился.

Ещё со школы все знали, что Даниэль влюблён в Адоэль. Но сестра категорично заявляла, что он не герой её романа. Милый светловолосый парнишка. Может, слегка щупловат…

Я бросила на него изучающий взгляд. Он не отводил влюблённого взора добрых серых глаз от моей младшей сестры. Девушка же делала вид, что очень увлечена учебником.

– Эль… – начала осторожно, заметив, что парень приближается.

Его светлые волосы были разделены на прямой пробор. Очки с толстыми стёклами придавали вид ботаника. Милого. Вполне приятный парень. Да, ботан, но разве это плохо? Зато опрятный. Как форма отглажена! Ни одной складочки.

Он шёл, заведя одну руку за спину. Должно быть, несёт ромашки. Даниэль – неисправимый романтик. Парень остановился на полпути, неловко сняв очки, подышал на них и начал протирать стёкла.

– Адоэль, не обижай его, – начала я, видя недовольное лицо сестры.

Та негодующе вскинула голову. От этого движения красивые с серебряным оттенком локоны подпрыгнули, как пружинки.

– Но, Люция, сердцу не прикажешь! Дан хороший, но он такой скучныыый, – протянула Адоэль. – Понимаешь, хочу приключений, хочу, чтобы душа пела, хочу, чтобы чувства горели!

Я горько улыбнулась. Ведь совсем недавно хотела того же… Как же ошибалась! Что может быть лучше настоящей дружбы, искренней и честной? Ведь то, чего хочет сестра, приводит к разочарованию и терпкому привкусу горечи.

– В любом случае, не обижай паренька. Он этого не заслужил. Дан любит тебя.

– Ха! Любит… – возмутилась Адоэль. – Пусть полюбит кого-то другого! Не понимаю, чего он ко мне прицепился.

Как только Даниэль оказался возле нас, он с блеском в глазах протянул Адоэль букет ромашек.

– Привет! – парень покраснел и замолчал, будто потерял дар речи.

– Извини! – бросила сестра. Подхватив свой рюкзак, она завела локон за ухо и подняла взгляд своих небесных глаз на блондина. – Дан, дашь мне списать лекции по заземлению?

Парень буквально засветился и откинул длинную светлую челку со лба.

– Да, конечно! – Даниэль начал суетливо копаться в рюкзаке, пока не нашёл тетрадь с лекциями.

Белокурая красавица одарила его одной из своих обворожительных улыбок и приняла из рук ангела конспекты.

– Ой, там Вероника! – воскликнула девушка, завидев нимфу с розовыми волосами неподалёку от учебного корпуса. – Спасибо, Даниэль. Люция, встретимся после пары.

Я растеряно проводила взглядом сестру. Дураку понятно, что она нашла предлог уйти. Бедный Дан.

– Эм… – не зная, как подбодрить парня, ляпнула, даже не подумав. – Красивые цветы!

Блондин посмотрел на букет в своих руках так, как будто видел его впервые. На шее у парня лихорадочно билась жилка. В который раз я подумала, что любовь – это больно. Не всем везёт получать наслаждение от чувств. Настоящих. Взаимных.

– Возьми, – Даниэль протянул мне букет, не зная, как с ним поступить.

Я приняла цветы. Совсем не хотелось задевать гордость паренька, которому и так хватает нарочитого безразличия моей сестры. Ангел поправил очки на переносице и потеряно побрёл по аккуратно подстриженному газону. Куда я должна деть букет?!

Поднесла его к лицу, вдыхая аромат, но тут же отбросила в сторону. Ужас, что за запах! Будто аромат ромашек усилился в несколько тысяч раз, чуть не сбив меня с ног.

Подхватив рюкзак, я бросилась со всех ног в академию, надеясь, что никто не заметил моего странного поведения. Пройдя через внутреннюю территорию академии, я, наконец, попала в здание.

Учебное учреждение по праву считалось одним из самых-самых: лучшие преподаватели, лучшие ученики, лучшее оборудование для опытов. Безопасность – превыше всего, ведь дело касается молнии.

Мама была, мягко говоря, не в восторге, когда узнала, что я теперь студентка совершено другого курса. Ей не нравился мой выбор. Она даже попыталась переубедить, приводила различные доводы, как хорошо иметь профессию, связанную с ботаникой. Я же мечтала о том, как принесу в колбе свою первую молнию.

Поняв, что никакие убеждения не помогут, мама грустно покачала головой и мягко провела по моим волосам рукой. Наверное, думала о том, как же быстро растут дети. Не успеешь оглянуться, принимают свои собственные решения, отталкиваясь от собственных предпочтений и взглядов.

Я шла мимо нимф, нефилимов и других студентов, пока с размаху не врезалась во что-то или кого-то.

– Смотри, куда идёшь! – бросила с негодованием. Не поднимая глаз, схватила распахнувшийся рюкзак, который упал на пол.

Моё внимание было приковано к учебникам и тетрадям, которые вывалились наружу. Прекрасно! Просто замечательно! И так день не из лучших… Я принялась быстро собирать с пола свои вещи.

Откуда-то сверху послышался смешок. Я негодующе вскинула голову и тут же громко закричала. Выронив всё из рук, бросилась на шею невысокому парню, так похожему на медведя.

– Тануки!

Друг, смеясь, сжал меня в крепких объятиях, грозясь расплющить на своём внушительном животе.

– Детка! Неужели я тебя вижу?!

Глава 3

– У меня столько новостей. Закачаешься!

Не сдерживаясь, засмеялась.

– Тануки, я безумно соскучилась!

Парень выхватил мой рюкзак и закинул себе за плечо.

– Я тоже, детка! Будто сто лет не виделись, – парень затрясся от смеха и неожиданно выдал: – Нет, я не дотерплю до конца пар! Ты должна это видеть.

– О чём ты?

Что придумал этот прохвост?

Парень с видом великого фокусника спрятал руки в карманах брюк.

– Тааадааам! – пропел он, держа пальцами какой-то предмет перед моим лицом.

Сфокусировав взгляд, я охнула.

– Иди ты?! – схватив ключи, на которых были изображены крылья, я широко распахнула глаза. – Последняя модель?

Тануки довольно сощурил глаза и кивнул.

– Прямо из салона.

Я звякнула связкой, с интересом разглядывая брелок, что мигал красной кнопкой.

– Упасть – не встать! Мне нужно посмотреть прямо сейчас. Где она? Во дворе?

Теперь настала очередь парня удивляться.

– Праведная Люция Фератта готова опаздывать на урок ради того, чтобы глянуть на средство передвижения?? Детка, я тебя не узнаю, – но по загоревшимся раскосым глазам поняла, что моему лучшему другу нравится эта дерзость.

– Я только одним глазком…

– Идём!

Тануки шёл впереди меня. Существа только и успевали, что отскакивать в разные стороны. Что ещё делать, когда на тебя идёт такая гора?! Во дворе, свернув налево от зимнего сада, мы оказались возле парковки.

– О, мой Бог! – вырвалось у меня совершенно искренне.

Мои глаза не могли оторваться от Пегаса. Большой, белый, с шелковистыми боками – он просто завораживал. Его гордо поднятую голову украшал золотистый рог, из-за спины виднелись могучие крылья. Пегас! Самый настоящий…

– Какая прелесть! – дрожа от нетерпения, двинулась к нему. – Какой же ты красивый!

Прохладный нос ткнулся мне в ладонь. Эти ощущения резко заставили окунуться в прошлое, когда Сэм так же… Как он там, без меня? Вдруг его обижают? Или отдали такой же, как бывшая хозяйка? Моё сердце дрогнуло. Я заморгала, прогоняя слёзы прочь. Нет! Тот мир навсегда для меня закрыт. Даже не имею права вспоминать о нём, а уж тем более скучать.

– Оууу! – раздалось совсем рядом.

Даже не заметила, как Тануки оказался совсем рядом.

– Теперь узнаю свою лучшую подругу… плаксу!

Я ткнула его под бок. Но, должно быть, парень ничего и не заметил. Слишком уж большая прослойка… кхм-кхм… защиты.

– Сегодня после пар подвезу, – Тануки спрятал брелок в карман.

Мы быстро пошли обратно: всё же опаздывать совсем не хочется. Пара у нас будет общая – ещё успеем пообщаться.

– Так хочу скорее увидеть Фэй!

Устраиваясь за партой, я поставила на неё колбу с молнией.

– Крутая штука, – ткнув пальцем в колбу, сказал Тануки.

Молния, словно испугавшись движения его рук, отскочила назад и угрожающе загорелась. Тануки приподнял бровь.

– Маленькая, но опасная штучка, прямо как хозяйка.

Прыснув, я прикрыла рукой рот. Но тут же замолчала – в аудиторию зашёл преподаватель.

Это был Мистер Скампс – сухонький старичок поразительно высокого роста. Из его головы торчали длинные тонкие веточки, напоминающие дреды у подростков. Зелёные, как листва, глаза слегка слезились, но они смотрели пытливо и внимательно. До сих пор не могу привыкнуть к его виду. Он из древесного рода. Говорят, появился на свет в волшебном лесу. Ему несколько тысяч лет. Но сомневаюсь, что это правда.

Сел на своё место, и пару раз скрипнул стулом.

– Извините, не смазал сегодня коленки, – невозмутимым тоном сказал пожилой преподаватель.

Отовсюду послышались смешки.

– Кто хочет рассказать про равновесие и круговорот в природе? Кто жаждет поделиться своими знаниями?

Преподаватель начал постукивать карандашом по столу, рассматривая студентов. В дверь негромко поскреблись.

– Кто тут опаздывает? – спокойным голосом спросил мистер Скампс.

Дверь нерешительно приоткрылась.

Показалось заострённое личико с большими глазами и курносым носом.

– Извините, я опоздала.

Серебристые кудряшки Фэй подпрыгнули, словно подтверждая слова хозяйки, что она сожалеет.

– Это не дело, юная леди! Но на первый раз прощаю.

Я хмыкнула. Как хорошо, что у мистера Скампс плохая память на лица. Ведь Фэй опаздывает на каждый его урок.

Девушка запорхнула в аудиторию. Еле сдерживаясь, она уселась рядом со мной и Тануки. Её щечки покрылись румянцем.

– Люция, ты вернулась!

– Конечно! Куда я без вас.

Мы обменялись понимающими взглядами.

Целых сорок минут корпели над учебниками. Чтобы подстегнуть наш интерес к учебе, мистер Скампс несколько раз угрожал, будто если мы не вникнем в материал, то нам будет тяжело на практике. Мы с рвением принялись за изучение материала.

Тут я почувствовала, что мой сотовый телефон завибрировал в рюкзаке. Стараясь вытащить его максимально незаметно, почти сползла со стула вниз на пол. Я испуганно округлила глаза, видя надпись на экране: «Несанкционированный входящий звонок. При ответе на него вы будете отвечать перед законом». Испуганно скинула вызов, выключила телефон.

– Лю, ты чего там? – послышался сверху удивлённый голосок Фэй.

Кряхтя, уселась обратно, взволнованно глядя по сторонам. Все были заняты. Фэй грызла карандаш, слушая монотонный голос преподавателя, и на обложке тетради рисовала мою молнию в колбе. Тануки, прикусив язык, усердно записывал конспекты. Моё сердце лихорадочно билось. Я ещё раз огляделась по сторонам. Казалось, все слышат, как громко оно стучит.

– К завтрашней паре подготовьте доклад на тему: «Заземление как преднамеренное электрическое соединение какой-либо точки сети, электроустановки или оборудования с заземляющим устройством».

Мистер Скампс, закончив диктовать тему, перевёл дух.

– Название длинное, пока продиктуешь, раз десять молния шибанёт, – посмеиваясь себе под нос, преподаватель вновь уткнулся взглядом в журнал.

– Зачем нам изучать человеческие…

Купидон с рыжими волосами не успел договорить, как мистер Скампс его оборвал:

– Вы обязаны знать всё, молодой человек! Вдруг попадёте в человеческий мир, м-м-м? Что будете делать без своей магии?

Преподаватель, скрипя коленями, встал со стула и погрозил пальцем.

– Это вам не шутки! Вы – лучшие студенты академии. Только знания всех миров приведут вас к успеху, – он сделал паузу и тихо добавил. – Иной раз это помогает сберечь жизнь. Не только свою!

Слушая речь преподавателя, я все никак не могла избавиться от мыслей о телефоне. Нервничая, впилась зубами в карандаш, думая о злосчастном звонке, который нарушил мой покой.

– Пожалуйста, только не превращайся в бобра, – серьёзный голос Тануки заставил меня обратить на парня внимание.

– О чём ты?! – удивлённо распахнула глаза.

Тот тяжело вздохнул и указал на карандаш, который я держала в руках.

– Красотка, ты уже половину карандаша сгрызла!

В ступоре перевела взгляд на карандаш. Конечно, понимала, кто может мне звонить… Неожиданная злость, словно плетью, ударила наотмашь. После всего я ещё смею ждать звонка… от того, кто предал?!

Сжимая зубы, чувствовала, как злость закипает во мне, словно зелье в чане у опытной ведьмы. Чувство бурлило и грозило вырваться наружу. Карандаш в моих пальцах расщепился на тонкие длинные древесные занозы. Громкая гроза с молнией пронзили небо.

– Ой! – рядом испуганно пискнула Фэй.

Бросив на неё взгляд, я поняла, что она испугалась не грозы. Из моей ладони торчало несколько больших заноз. Ярко-алые капли крови стекали из зажатой ладони прямо на тетрадь.

Я изумлённо осмотрелась вокруг. Рядом сидящие студенты начали вытягивать шеи, рассматривая неожиданное происшествие. Должно быть, вскрик Фэй привлёк их внимание.

– А ну-ка, детка! – голос Тануки был обеспокоенным, от чего тембр даже стал казаться ниже. – Покажи свою руку.

Я чувствовала странную вибрацию в кисти. Скорее, было неприятно, а не больно.

– Всё в порядке! – спохватилась, удивляясь отсутствию эмоций. Должно быть, это защитная реакция…

– Люция Фератта!

Мистер Скампс, наконец, заметил повышенное внимание к моей персоне.

– Как так вышло!? Беги в медпункт, надо же! В мою молодость карандаши были совершенно другого качества…

Пока он что-то рассказывал про производство карандашей, я схватила здоровой рукой рюкзак и, закинув за спину, двинулась к выходу.

– Фэй, проводи, Люцию! – услышала слова профессора, когда открывала дверь.

– Можно мне тоже? – верный Тануки сразу же воспользовался шансом отпроситься.

– Лишь бы не учиться, – недовольно проворчал мистер Скамп. – Ладно, иди, а то потом будут разговоры, что не дал проводить до медпункта студента при смерти.

Быстро юркнув за дверь, я шла, инстинктивно сжимая ладонь, в которой находились остатки злосчастного карандаша. Длинный белый коридор, казалось, никогда не закончится.  Но ещё пара поворотов – и я на месте.

Наконец-то медкабинет оказался прямо передо мной. Вспомнила, что ребят отпустили меня сопроводить. Обернувшись, отметила, что они не особо отстали.

– Вы же в курсе, как я это всё ненавижу? – поджала губы, показывая раздражение.

Ещё и этот запах медикаментов, который ощущается даже за закрытой дверью… Бр-р-р… Внутри всё сжалось от отвращения.

– Иди, выглядит ужасно, – Фэй для полноты картины закатила глаза, будто сейчас упадёт в обморок.

– Да ну! – разжала ладонь и охнула, не веря своим глазам. Абсолютно здоровая кожа! Ни одного изъяна. Нежная, бархатистая… Как такое может быть?!

– Это что? Фокус какой-то? – Тануки сощурился, глядя на мою ладонь, которая совсем недавно кровоточила.

– Ты должна немедленно рассказать, как это сделала! У меня скоро контрольная по рунам и их предназначениям, а в них я профан.

Несколько раз моргнула, прежде чем ответить:

– Честно, ничего не делала…

Мне даже стало неловко перед друзьями. Будто что-то скрываю. Хотя… так и есть, если учитывать, что они не в курсе моей практики в Корпорации зла. Но имею ли я право рассказывать не только мою тайну?!

– Люция? – послышался отчетливый голос мамы за дверью.

Я тут же опустила футболку обратно, прикрывая спину, которую только что разглядывала в зеркале. Беспокойно косясь на дверь, пригладила разлетающиеся в разные стороны волосы и крикнула:

– Входи!

Хорошо, что в семье принято уважать чужие границы, и никто не врывается в комнату без стука. Дверь отворилась, я встретилась взглядом с голубыми глазами мамы, которые смотрели так тепло, словно она обнимала.

– Доченька, хочу поговорить с тобой.

Я вздохнула, предчувствуя долгий и нелёгкий разговор. Присев на кровать, накрытую пушистым белым пледом, прохлопала ладонью рядом с собой, приглашая маму устроиться рядом.

– В последнее время ты сама не своя, – аккуратно начала она. – Новый цвет волос, пищевые пристрастия, перемены настроения…

Мама нахмурила гладкий лоб и убрала за ухо выбившийся из прически локон, открывая вид на серьги с янтарными камнями-оберегами. Её изящное, овальной формы лицо, имело тонкие аристократические черты.

– Раньше ты всем делилась, – она грустно подняла на меня взгляд. Я заметила, как её нижняя губа слегка дрогнула от переполнявших эмоций. Мама сдержалась, хоть и заблестели глаза, в которых вот-вот должны были появиться слёзы.

– Сейчас ты закрылась от меня. Отдалилась…

Прикусила губу. Мама права. Я погрязла в тайнах, запутавшись в них, как несчастная муха в паутине опытного паука. Чем больше пытаюсь вырваться, тем сильнее запутываюсь. С каждой попыткой разобраться в навалившемся, становится только хуже. Но рассказать правду – не выход. Контракт о неразглашении, подписанный с Высшими, словно дамоклов меч, висел над головой, грозя сорваться, стоит открыть рот.

 Всё, что я могла, – держать мину при плохой игре. Поэтому накрыла рукой теплую ладонь мамы и как можно мягче произнесла:

– У меня всё хорошо, честно. Просто адаптация на новом курсе, – виртуозно подбирала слова, – новая профессия… Скоро всё наладится, вот увидишь.

Мама кивнула в ответ, но я видела, что беспокойство никуда не делось. Она согласится со всем, что скажу, чтобы не давить на изменившуюся дочь.

– Я подумала… если у тебя бы появился молодой человек, ты же… – она волновалась, – ты сказала бы мне о нем?

От этих простых, казалось бы, слов, меня словно молнией ударило. Как точно она попала по больной ране!

Глава 4

– У меня никого нет, – смогла выдавить из себя, стараясь не выказать ни единой эмоции. Язык не повернулся рассказать о переживаниях, занимающих голову. Я одна, у меня никого нет. Разбита и раздавлена после предательства демона.

Мама встала с постели, поправив юбку цвета морского бриза, которая идеально сочеталась с белой блузой. Она всегда хорошо одевалась.

С мамой всегда было просто. Жаль, что не могу рассказать ей всё, о чём молчу.

– Если всё же что-то произошло, ты знаешь, как мы тебя все любим? – она всмотрелась в мои глаза. – Всегда можешь рассчитывать на свою семью, Люция.

Мама наклонилась и запечатлела невесомый поцелуй у меня на лбу.

– Ты можешь рассчитывать на меня в любой ситуации, моя девочка.