Ребенок от брата жениха

ГЛАВА 7

Я проснулась рано утром. Наверное, сработала многолетняя привычка. За окном был слышен шум газонокосилки. Уже который день специальные службы наводили «порядок» в нашем дворе. Вдохнув полной грудью аромат свежей травы, я задумалась о том, что впервые за долгое время мне никуда не надо идти. Приподнявшись, тут же лениво откинулась обратно на хлопковую белоснежную простынь, что приятно холодила разгоряченную со сна кожу. Я даже почти уже и не помнила, как это – просыпаться в предвкушении полностью свободного дня.

Мысли о том, что через час Васильев поставит ровным аккуратным почерком в журнале успеваемости напротив моего имени букву «н» я гнала прочь.

Полежав пару минут, я все-таки поднялась и прошлепала босыми ногами по старенькому коричневому линолеуму в ванную. Наслаждаясь упругими струями душа, я помыла голову своим любимым шампунем с ароматом манго и кокоса. Запах был такой обалденный, что хотелось вдыхать его и вдыхать. Выключив воду, я наспех вытерлась желтым полотенцем и, повернувшись к сушилке, протянула руку, чтобы взять сорочку. К моей досаде ее там не оказалось, зато висел миленький светлый комплект с шортами, что мне подарила на день рождения Нинка.

Натянув короткие шёлковые шортики персикового цвета, я поправила тонкие лямочки топа на все еще влажных плечах. Все бы ничего, но единственное, что меня смущало в подарке подруги – то, что короткие шорты почти на половину открывали вид на пятую точку. Расчесав влажные, длинные пряди волос пальцами и устремив взгляд в зеркало, я внимательно вгляделась в свое отражение.

Интересно, а Антон посчитал бы меня соблазнительной в этом наряде?

Короткий топик открывал вид на плоский живот и аккуратную ямку пупка. За счёт того, что талия была узкой, бёдра по своей форме напоминали крутой изгиб гитары. Длинные стройные ноги тоже выглядели очень даже неплохо. Изящные удлинённые щиколотки, позволяли носить обувь любого вида, будь то обычные кроссовки или классические туфли…

Неожиданный звонок в дверь застал меня врасплох. Я настороженно замерла, почти затаив дыхание. Еще только шесть утра… Но тут же радостная волна окатила меня с ног до головы. Это Антон! Он все-таки приехал в такую рань, чтобы привезти мне пропуск в колледж. Бросив, последний уже ставший смущенным взгляд в зеркало, я побежала открывать дверь. Раньше Антон никогда не видел меня в столь не подобающем виде. Оказавшись у двери, я замерла, прикусив губу. С мокрыми не уложенными волосами и босая, а Антон такой педант. Но повторный звонок вывел меня из оцепенения, давая понять, что уже поздно что-либо предпринимать. Поворачивала ключ я с лихорадочно бьющимся сердцем. Очень странно, что Тоша не предупредил о своем приезде. Обычно он обязательно заранее звонил. Несомненно, сказывалось блестящее воспитание Риммы Альбертовны.

Сияя радостно улыбкой, я распахнула дверь, но тут же охнула. Руки непроизвольно дёрнулись, чтобы захлопнуть дверь, но я сдержалась, понимая, что это будет выглядеть крайне невежливо. На пороге стоял не мой Тоша, а… Демьян. Демьян Елагин! Прожигая меня взглядом, словно чувствуя мои метания, он успел положить ладонь на дверь, будто предупреждая о том, что закрыть ее у него перед носом не выйдет.

– Привет, – его хриплый голос резанул по натянутым, как канат нервам, заставляя сделать шаг назад, в небольшую прихожую.

В тот момент, когда он последовал за мной, ступая через порог, я почти в панике почувствовала, насколько беззащитна. Без грамма косметики, с оголенными ногами и в этих коротких шортах с топом. Щеки опалило огнём растерянности и смущения. Я непроизвольно подняла руку, касаясь все ещё влажных волос, что упали мне на щеку.

Демьян проследил за моим движением. Тёмно-янтарные глаза вспыхнули, скользя за движением моих пальцев. Взгляд из заинтересованного превратился в жадный и нагловатый, исследуя нежную кожу шеи, а затем ниже – там, где тонкая ткань прятала от любопытных глаз нежную девичью грудь. Сощурившись, Елагин криво улыбнулся и снова посмотрел мне в лицо.

– Не пригласишь?

– Ты уже вошёл, – пробормотала я, еле разлепив губы.

Демьян усмехнулся так, будто я сказала что-то неприлично провокационное. Янтарные искорки в глазах стали ярче, а темный зрачок больше.

Я нервно облизнула ставшие в одну секунду сухими губы. Взгляд метнулся с его лица на широкую смуглую шею, затем на черную футболку, которая облепила его тело, словно вторая кожа. Мускулы пресса хорошо читались сквозь тонкий материал. Я поспешно отвела взгляд на руки с сильными пальцами, сжимающими… сумочку. Мою сумочку! В крупных руках Демьяна бежевый клатч выглядел совсем игрушечным, словно брелок.

– Там твой паспорт и пропуск. Я подумал, ты будешь волноваться, – неожиданно произнес он, делая шаг в мою сторону.

Мурашки волной пробежали по рукам и груди, маленькие волоски у шеи встали дыбом. Я благодарно кивнула, бросая дрожащим голосом едва слышное «спасибо». Ну, почему у меня такая острая реакция на его присутствие? Почему мне кажется, что он не взглядом, а руками скользит по моим непозволительно открытым ногам. Хотелось броситься в спальню и укутаться в плед с ног до головы. Только в одеянии мумии, я буду чувствовать себя в безопасности от этих темных глаз.

– Да не за что, – небрежно бросил Демьян, оставляя сумочку на тумбочке в коридоре. – Может, предложишь чаю?

Вспыхнув, я растерянно указала рукой в сторону кухни. Человек привез мне из такой дали документы, а я даже поблагодарить не могу нормально! Стыдно-то как…

– Проходи, пожалуйста. Я сейчас, через минуточку, – пригласила я Демьяна, стараясь не смотреть молодому человеку в глаза, после чего сломя голову бросилась в спальню.

Распахнув деревянные створки шкафа, оставшегося еще от прошлых хозяев, я почти сразу остановила свой выбор на простом ситцевом платье. Кое-как натянув в впопыхах нежно-голубой наряд с юбкой кроя солнце-клеш, я поспешно покинула комнату, зная, что меня ожидает незваный гость. Быстрым шагом войдя на кухню, я остановилась, как вкопанная. На столе уже стояли две чашки, наполненные горячим чаем. Рядом я заметила большую плитку шоколада, судя по обертке, дико дорогущего.

Сам Демьян стоял в пол-оборота возле окна с открытой форточкой, облокотившись бедром о широкий подоконник. Увидев меня, он словно очнулся от каких-то своих мыслей и поспешно выбросил что-то на улицу. Заметив, как я подозрительно сощурилась, Демьян обаятельно улыбнулся. Когда он оказался рядом, в нос ударил запах цитрусовых, горького шоколада и табака. Запрокинув голову вверх, чтобы посмотреть ему в глаза, я укоризненно проговорила:

– Никогда бы не подумала, что у тебя есть вредные привычки.

Не знаю, что именно меня так возмутило. То, что такой образчик мужественности имеет слабости, портящие здоровье, либо то, что он без спроса хозяйничает в моей квартире.

– Считай, больше нет, – как-то уж слишком серьезно откликнулся Демьян, внимательно глядя мне в лицо.

«Наверное, это профессиональное, – подумала я, ощущая, как становится все сложнее дышать. – Военные умеют вот это все…»

И без того маленькая кухня стала еще меньше, сжавшись до размера два на два. Тишина лишь усиливала эту странную напряженность между нами. Казалось, если я что-нибудь не скажу сейчас, непременно произойдет взрыв, который будет сильнее и мощнее, чем испытание самой страшной ядерной бомбы.

ГЛАВА 8

Тяжело сглотнув, я неловко отвела глаза.

Демьян, криво усмехнувшись, взъерошил пальцами волосы, от чего они встали торчком.

Еле подавив в себе желание дотронуться до чёрных прядей, чтобы пригладить их, я поспешила сесть за стол.

– Тебе во сколько на пары? – словно между прочим, спросил Демьян, присаживаясь напротив меня.

Меня поражало его глубокое спокойствие. Казалось, этого человека ничто не волнует. Он полностью уверен в себе, словно хозяин всего, что вокруг. Вот бы мне такую уверенность! Его низкий приятный голос затронул что-то глубоко внутри меня, какую-то душевную струну. Надо же, а Антон даже не задумался спросить меня об этом. В основном он был занят своими проблемами и переживаниями о бизнесе. Казалось, у жениха просто не хватало сил и эмоций для того, чтобы подумать и о моих проблемах. Хотя я и понимала, что Антон не виноват, но чувства не имеют с разумом ничего общего. И какой бы я ни была понимающей, мне было обидно. Тем не менее, я все время себя одергивала – жизнь слишком коротка, чтобы хранить обиды на близких людей. В конце концов, насобирать чемоданчик «обидок» и до поры до времени держать их в шкафу – это для любой девушки святое дело, и я не была исключением.

«Я прощаю, но все записываю», – упрямо твердило мое сознание, пока я оправдывала Антона со всеми его минусами.

– К семи, – поспешно ответила я, когда поймала лениво скользящий по моему лицу взгляд Демьяна.

И вот сейчас, сидя рядом с мужчиной, слушая хрипловатый голос, чувствуя запах его парфюма, я все отчетливее понимала, что это было мое худшее решение – пригласить Демьяна в квартиру. Так странно видеть его здесь – в квартире, куда с такой неохотой лишь однажды заходил Антон, показывая всем своим видом, что это вызывает у него дискомфорт. Со смущением я сама себе призналась, что Демьян очень даже органично смотрелся на моей небольшой кухоньке. А главное, его, казалось, совсем не трогало то, что он сидит на видавшей виды табуретке и что прямо возле его локтя на стене висит отошедший кусочек обоев.

Чувствуя неловкость, я набрала побольше воздуха в лёгкие и тут же затараторила:

– Спасибо большое, что вы привезли сумочку. У Антона проблемы на работе… – я запнулась, понимая, насколько странно прозвучала эта «отговорка», когда я произнесла ее вслух. Но разве порядочному человеку пристало врать?

Демьян поднял бровь, услышав обращение к себе на «Вы». Лениво откинувшись на спинку стула, он так и не сделал ни одного глотка чая.

– Проблемы? Поэтому, наверное, он спит до обеда, – довольно резко произнес брат жениха. Заметив, как у меня вытянулось лицо, он сразу нахмурился, словно жалея о брошенных словах.

– Наверное, все решилось, – потеряно произнесла я, ощущая, как неприятно засосало под «ложечкой».

Антон обманул меня? Или же, правда, все решилось?

«В любом случае, он и не спешит к тебе, а сладенько похрапывает в своей постели», – принялся коварно нашёптывать внутренний голос.

Осадок от поступка Антона лег на мое сердце тяжелым грузом, заставляя непроизвольно задуматься о том, что если долго быть одураченной, то появляется склонность раз за разом отвергать какие-либо доказательства обмана. Ведь это уже далеко не первый раз, когда слова жениха расходились с действиями.

– Наверное, – эхом откликнулся Демьян совершенно равнодушно, складывая на столе перед собой руки.

У него такие широкие плечи! Должно быть, он раньше занимался водным видом спорта. Интересно каким? Греблей? Когда он посмотрел на мои губы, которые, мне казалось, дрожали под его взглядом, я не выдержала и опустила ресницы. Но все же кое-что я успела заметить – нахальную кривую улыбку. Да он специально это делает! Знает, как действует на девушек. Тем более, что я невеста его брата. Подозреваю Антона Бог знает в чем, а сама пялюсь на его старшего брата!

Я переплела пальцы, складывая на коленях судорожно сжатые руки. Так неловко мне еще никогда не было. Стараясь выровнять дыхание, я сделала глоток чая и отломав кусочек шоколада, отправила небольшую дольку в рот. По привычке я не смогла сдержать эмоций. Вот оно – проклятие сладкоежек!

– Ммм… – грудной стон оказался куда громче, чем я ожидала. Спохватившись, я смущенно пробормотала: – Очень люблю шоколад, – будто это могло хоть как-то оправдать мою несдержанность.

Кадык Демьяна дернулся, поднимаясь вверх по горлу и опускаясь вниз. Высокие скулы, покрытые легкой щетиной, обозначились резче. Я, словно зачарованная, смотрела, как чувственные губы раскрылись, после чего последовал вопрос:

– Во сколько ты заканчиваешь?

Я машинально бросила взгляд на настенные часы и громко охнула. Всего полчаса до начала пар! А ведь еще надо успеть дойти до остановки.

– Я тебя довезу, – словно читая мои мысли, откликнулся Демьян. Поднявшись со своего места, он похлопал себя по карману темно-синих джинс, где звякнули ключи. Заметив смятение на моем лице, совершено спокойно добавил: – Мне все равно в ту же сторону.

ГЛАВА 9

Подъехав к зданию колледжа, Демьян остановил тот самый «летающий объект», что привлек мое внимание у дома Елагиных. Спортивный автомобиль, к моему удивлению, оказался с очень комфортными сидениями и стильным салоном. Брат Антона повернулся ко мне и, сощурив невыносимо пронзительные глаза, словно между прочим, бросил:

– Может, сходим куда-нибудь после пар?

Я растеряно моргнула, думая о том, что, может быть, я не так поняла вопрос Демьяна. Может быть, он шутит? Однако, лицо мужчины было настолько серьезное и сосредоточенное, словно от моего ответа зависело что-то важное.

– Что? В смысле? – удивленно переспросила я, хлопая ресницами.

– В прямом, кукла. Погуляем, посидим в более интимной обстановке, – лениво протянул брат Антона. Язык Демьяна прошелся по нижней губе. – Узнаем друг друга получше, – белоснежные зубы молодого человека сверкнули в улыбке, заставив остановиться мое сердце на доли секунды.

Какой же он всё-таки обаятельный! ГАД! А как еще назвать человека, который приглашает на свидание невесту своего брата?!

Демьян будто случайно провел пальцами по моей талии, когда отстёгивал ремень безопасности.

Я дернулась в сторону, ощущая, как каскад мурашек побежал вдоль позвоночника. Слово «интимная» просто вылило на меня ушат холодной воды. Да за кого он меня принимает?! Его наглость просто не знает границ! Это же надо, такое сказать…

Неужели он так ко мне клеится?! Надо же, невольно вспомнила слово, что использовала Нинка, когда за ней ухаживал один парнишка из Адлера. Таскал ей каждый день дыни с арбузами, но подруга так и осталось неприступной крепостью. Я же, не зная, как реагировать в такой ситуации, вовсе растерялась.

Демьяна, казалось, мое удивление, граничащее с возмущением, лишь подогревало. Обаятельно улыбнувшись, он положил руку на мое сидение, наклоняясь чуть ниже – так, что моей щеки коснулось его горячее дыхание.

Я выпрямилась, словно натянутая струна. Боясь дышать и даже шевелиться, замерла, словно ягненок перед голодным волком. Рука Демьяна, лежавшая до этого спокойно на подголовнике моего сидения, прикоснулась к прядям моих волос, пропуская их между пальцами.

– Красиво… – хриплый голос, казалось, опалил внутренности, заставляя дышать более прерывисто, а кровь быстрее бежать по венам.

Да прекратит он улыбаться или нет?!

Демьян резко наклонился, но я успела отвернуться. Твердые чувственные губы скользнули по моей скуле, оставляя после себя след-ожог.

– Не надо! – вырвалось у меня как-то жалобно и по-детски. – Пожалуйста… – я почувствовала, как глаза наполняются слезами, а щеки лихорадочно горят от унижения.

К моему облегчению, Демьян тут же отодвинулся, глядя на меня из-под бровей. Он выглядел так, как будто никогда ранее не слышал слова «нет». А может быть, так оно и было.

– Не нравлюсь? – неожиданно спросил Демьян, словно дав мне под дых своей прямотой. – Вижу, что не нравлюсь, Мииия, – в том, как он произнес мое имя, слышалось нечто неприличное, многообещающе. Возможно, потому что он так непривычно тянул гласные?

Я принялась искать на ощупь ручку двери, чтобы поскорее выбраться из ставшего душным салона автомобиля. Заметив, что мои судорожные попытки не увенчались успехом, Демьян как-то раздосадовано хмыкнул и закончил мысль:

– Ну, я же не червонец, чтобы всем нравится, – заметив, как у меня дрожит нижняя губа, он запусти пятерню в волосы, ероша пряди и проговорил: – Да не трясись ты, малая. Не обижу, – на щеках у мужчины появились продольные ямочки. Словно ничего не произошло, он поинтересовался: – Во сколько заканчиваешь?

Не подумав, я совершено бесхитростно ляпнула:

–В шесть.

Увидев, как темные глаза загорелись, путешествуя вдоль моих ног, я посильнее натянула платье на колени. Боже, вот дура! Надо было солгать.

– Я пойду? – спросила почти шепотом, наконец, ощущая, как ручка автомобиля поддалась моим манипуляциям.

– Иди, – но как только я вышла из автомобиля, услышала приказ. – Стой! – резко бросил Демьян. – У тебя голубые глаза?

Я опешила от его вопроса, но все же повернулась и выдавила из себя:

– Да, а что?

– Опасно.

– Почему? – удивилась, не понимая, к чему ведет брат Антона.

– Говорят, если полюбишь голубоглазую, то никогда не сможешь разлюбить.

Я ощутила себя выброшенной на берег реки рыбой, открывая и закрывая рот.

Демьян, подмигнув мне, завел мотор и резко рванул прочь по дороге, оставляя после себя сизый дым.

ГЛАВА 10

После пар профессора Васильева, выжатая, как лимон, я направилась в сторону остановки. Вспоминая утренние события, чувствовала, как меня грызет совесть. Да и Наташка, жужжащая над ухом, лишь усиливала нервное напряжение. Всю дорогу я успокаивала себя тем, что Демьян из тех мужчин, что действуют одиноково на всех женщин. Без исключения. Только одним лишь взглядом он пробирается под кожу и заставляет чувствовать себя голой и желанной. Как мне этого не хватает от Антона…

Антон! Господи, как же так вышло, что я совсем забыла про жениха? Все мысли с самого утра витают только вокруг это того нахала Демьяна Елагина. Как реагировать на его возмутительные наглые заигрывания? Как достойно дать отпор темно-карим с янтарными крапинками глазам, которые, казалось, сулят мне море запретных обещаний? И ведь он бы их выполнил – я ни сколько не сомневалась! Выполнил бы, будь я слабее. Будь я не той Мией – хорошей прилежной девочкой из детского дома, которая ценит чистоту в отношениях, у которой есть жених и скоро свадьба.

Тяжело сглотнув, я откинула тяжёлую массу волос за спину. Обычно я заплетала косу, но в присутствии Демьяна я посчитала, что это будет не уместно. Тем более, я то и дело ловила его взгляд на своих волосах, пока мы сидели за кухонным столом.

– Везет же! – звенящий нотками зависти голос Наташки заставил обратить внимание на одногруппницу.

Не могу сказать, что мы хорошие подруги, (такой, как Нинка, нет и никогда не будет!), но нас смело можно было назвать приятельницами. Наташа, в отличие от меня, была высокой, фигуристой девушкой, с темным дерзким каре, которое очень органично подчеркивало ее характер и образ в целом. Темные живые глаза смотрели всегда открыто. Такие, как она, не будут ходить вокруг да около и это мне в ней нравилось.

– Ты о чем? – наконец, подала я голос, совершенно безнадежно силясь вспомнить, о чем шла речь до того, как в мои мысли проник Демьян Елагин.

Может быть, о том парне из клуба, с которым совершено недавно познакомилась одногруппница или о новой помаде цвета марсала, что Наташка совсем недавно заказала в одном интернет-магазине, а может быть о…

– Волосы, говорю, у тебя красивые, – откликнулась грубовато Наташка, дотрагиваясь пальцами до своего стильного каре. – Всегда мечтала о длинных волосах, – пожав плечами, она сморщила остренький ровный нос. – Но мои начинают ломаться, как только дорастают до лопаток. Не судьба, зараза! – тряхнув темными прядями, она без эмоционально добавила, поджимая и без того тонковатую нижнюю губу. – Генетика.

– Тебе очень идет прическа, – совершенно искренне попыталась я успокоить приятельницу. – Даже не представляю тебя без каре.

– Правда? – оживилась Наташка, засияв, словно новогодняя елка. – А знаешь, ты права, каждому свое!

– Верно, – поддакнула я, думая о том, как мало нам, девушкам, надо для счастья – всего лишь искренне брошенный комплемент и внимание. Все то, чего мне так не хватает от Антона…

– А что это твой жених даже не вышел из машины поздороваться? – сощурив карие глаза, Наташка впилась взглядом в мое растерянное лицо.

– Жених? – вырвалось у меня удивленно прежде, чем я успела подумать, но спохватившись, я поспешила ответить: – Это не Антоша был.

Наташка приподняла аккуратно выщипанную дугообразную бровь, с интересом разглядывая мои, как на зло залившие краской щеки.

Боже мой! Должно быть, я совершенно пунцовая! Скулы, словно в подтверждение моих опасений, не просто горели, а буквально пылали.

– Так, подруга! А что за реакция на вполне невинный вопрос? – глаза одногруппницы с интересом ни на минуту не отпускали меня из своего поля зрения. – Можешь не отвечать, если не хочешь… – криво усмехнувшись, она тихо бросила что-то типа того, что в тихом омуте черти водятся.

– Да это брат Антона – Демьян, – неохотно озвучила я имя парня.

Казалось, даже кончик языка защипало после того, как я произнесла вслух имя старшего Елагина.

– Ооо, интересно-интересно, – протянула, не унимаясь, Наташка и, замедлив шаг, улыбнулась. – Познакомишь? Он свободен?

Чувствуя, как во мне поднимаются странные чувства, так похожие на неприязнь и раздражение, я отвела взгляд, прежде чем ответить:

– Извини, но нет. Мы с ним не общаемся. Демьян всего лишь довез меня до колледжа по случайности.

– Вот как… Понятненько.

Почему-то после этих слов мне стало так противно, что даже ком встал в горле. А что, собственно, переживать? Что я знаю о Демьяне? Ничего! Может быть, у него есть девушка. А судя по его поведению – и не одна. Внезапно на меня накатила злость. Пусть уходит из моих мыслей!

– Нат, ты иди, а мне еще в магазин зайти надо и Антону позвонить, – решила я избавиться от подруги, чтобы хоть немного привести мысли в порядок.

Одногруппница сжала лямку рюкзака и удивлено бросила на меня взгляд.

– Ты что, обиделась?

– Да нет, что ты? – воскликнула я, поспешно открывая сумочку и начиная в ней рыться. Найдя, наконец, телефон, сжала пальцами прохладный корпус. – Целый день с Антоном не говорили.

– Ну, ладно. Как знаешь… – спокойно бросила Наташка, а затем, быстро наклонившись, ткнулась губами в мою щеку. – До завтра, Мийка.