- -
- 100%
- +
– Ну, ты не права сейчас, – Володька обиделся, – Я к тебе по-человечески, а ты Ну, и реви тогда, сколько хочешь. Ты эта, как её, тряпка, вот, – он развернулся, чтобы заняться своими делами.
– Тряпка?! – Наташа взвизгнула и толкнула парня в плечо, – Сам ты это самое! Кто обо мне грязные сплетни распускает, а? Что я всем за три рубля даю? Может, ты? Прикинулся другом, а сам...
– Э, ты потише, ну. Я не такой. Какие три рубля? Ну, есть такая прибаутка, и чё? Ты сама, как дура, реагируешь, вот тебя и дразнят, – объяснил Володька, зло стрельнув в неё глазами, – А по мне тебе давно надо кому-нибудь дать, а то злая, как собака.
– Кому это я давать должна? Может тебе? Спишь и видишь – Наташа громко шмыгнула носом. Когда она устроилась сюда работать, Володька активно подбивал к ней клинья, а потом понял, что толку нет, и остыл.
– А что ж рожей не вышел, да? Королевна сраная, – парень нахмурился. Володя не был красавцем, скорее обычной наружности, но ничего сильно отталкивающего в нём тоже не наблюдалось. Килограмм пять добрать бы и в некоторых местах подкачаться, и был бы очень даже ничего, – Я, Наташ, не дерьмо на лопате, ты за базаром-то следи, я и обидеться могу.
– Ладно, извини, – Наташа раскаялась. Зря она так: Володька относился к ней хорошо, подсказывал по работе, приглядывал и всегда помогал. Он был не просто сменщиком, а скорее мудрым наставником, – Просто я расстроилась. Тут тип один припёрся, – она вспомнила о безумно прекрасных глазах Влада Светлого и разрыдалась пуще прежнего.
– Успокойся, ну чё ты? Ты же знаешь, что не такая, чё убиваешься? О красивых девчонках пацаны всегда болтают, не обращай на дураков внимание, – Володька снова поднял руку, чтобы погладить Наташу по волосам, но сделать этого не решился, – Урод он, вот и всё.
– Он не урод, – Наташа горько всхлипнула, – Это я дура. Я его шваброй огрела.
– И правильно! Молодец ты, – похвалил Володя, – Уважаю сильных женщин.
– Да какая молодец? Он же не придёт теперь, – Наташа спрятала зарёванное лицо в ладонях, – Никогда не придёт.
– Да ладно, чё ты так о клиентах убиваешься? Не придёт этот, придёт другой.
– Да зачем мне другой?!
– Что-то я ничего не понимаю, – Володя посмотрел на неё с недоумением, – А зачем тебе этот конкретный тип?
Наташа поняла, что ненароком проболталась, и перестала плакать.
– Он наш постоянный клиент, всегда много покупает... Оптом, – соврала она и поспешно отвернулась, чувствуя, как лицо заливает краска.
– Какой оптовый клиент? Я всех наших постоянных клиентов знаю, – Володя посмотрел на неё с интересом.
– Да не помню уже, какая разница? – отмахнулась Наташа, делая вид, что приводит себя в порядок.
– Чё-то темнишь ты, – догадался парень, но допрашивать не стал.
Зазвенел колокольчик над входной дверью. Пришёл посетитель. Наташа торопливо вытерла слёзы и поспешила на кассу.
– Добрый день. Чем могу помочь? – спросила она привычно и тут же замерла, задыхаясь от непонятной тревоги. Перед ней стоял мент. Да, в кителе и при погонах, но испугало Наташу не это. Хмурый, немигающий взгляд мента скользил по её фигуре, неспеша ощупывая каждый сантиметр её тела. Наташа поёжилась и пожалела, что скинула передник. Сейчас, в невзрачном тонком платье она чувствовала себя неуютно.
– О чём ревела? Совершено преступление? Хулиганство? Воровство? Как звать? – он прекратил Наташу разглядывать и вскинул на неё свои холодные, светло-голубые глаза с коричневыми прожилками на радужке. Мужик был молодой, не старше тридцати пяти, в некотором смысле даже симпатичный, но всё портил его взгляд: тяжёлый, пронизывающий, недобрый, в котором неопытная Наташа смутно ощутила чисто мужской интерес в самом примитивном его виде.
– Ничего не случилось. Наталья, – тихо ответила она и потупилась. Проявлять боевой характер в присутствие представителя власти было небезопасно, да и смущал её почему-то этот неожиданный гость, сильно смущал. Как-то она прочитала в книжке словосочетание «раздевал глазами», ещё удивилась тогда, что так можно. Вот это было то самое.
– Капитан милиции Крайнов Игорь Анатольевич, – горделиво представился он, – Пойдём ко мне в машину на допрос.
– Допрос? Но у меня ещё рабочий день, – Наташа растерялась, – Я не могу.
– Я сказал: пойдём, два раза объяснять не буду, – мент недружелюбно нахмурился, а его и без того узкие губы превратились в брезгливую щёлочку. Правильные черты лица исказились и стали почти безобразными. Наташу передёрнуло. Какой неприятный тип, от него так и веяло опасностью. Это не пропившие совесть и честь мамины ухажёры, страшные снаружи, но гнилые внутри. Того, кто сейчас стоял перед ней, блефом и криком не испугаешь.
– А можно вашу ксиву посмотреть? – рискнула она, внутренне напрягаясь. Не слишком ли нагло?
– Наташ, иди, – подоспел к ним ставший суетливым Володька, – Полчаса до закрытия, я и сам справлюсь, – Иди, не выделывайся. Милиции надо помогать. Она новенькая, Игорь Анатольевич, поэтому и тупит.
– Я в машине жду, – мент смерил Володьку высокомерным взглядом, отвернулся и шагнул на выход. Походкой он больше походил на братка, чем на офицера среднего начальствующего состава. Не так часто Наташа встречала таких вальяжных капитанов милиции.
– Если б они так же преступления раскрывали, как с девушками себя ведут, – пробурчала Наташа.
– Наташ, брось быковать, – прикрикнул на неё умный Володька, – Это Крайнов. Если захочет, он тебя на пятнадцать суток прикроет, как нехер делать. Он же отморозок, хоть и мент, его все знают. Вити Шило дальний родственник. Не груби ему! Допросит и отпустит, чё, как маленькая?
– Ладно, – Наташа легко вспорхнула со своего места, – Шило, который бригадир? Мне уже страшно, – она усмехнулась, – Даже не знаю, кого больше бояться: братву или ментов.
– Наташ, рот закрой, – Володька испуганно огляделся. Крайнов давно вышел, и их разговор не слышал, – С твоим языком можно в большую беду попасть, не будь дурой. Сходи, помоги следствию.
– Иду, куда я с подводной лодки денусь, – девушка накинула на плечо свою дешёвую сумочку из кожзама и двинулась вслед за Крайновым. Интересно, он с напарником или один? И так, и эдак страшно.
Она неохотно подошла к милицейской машине и робко дёрнула за ручку пассажирской двери. Крайнов сидел за рулём и молча курил. На заднем сиденье никого. Наташа устроилась в кресле, чувствуя, что пульс участился. В салоне пахло ментолом и приглушённо играла музыка. Как будто Игорь Анатольевич не на задании, а на прогулке.
– Я что-то не то сделала? Что-то натворила? – не утерпела Наташа. День стоял жаркий, но по спине прошёлся нехороший холодок.
– Пока нет, но надеюсь, что натворишь. Поехали, – он завёл мотор и нажал медаль газа. Колёса взвизгнули.
– Куда? Зачем?! – Наташа попыталась выпрыгнуть из автомобиля, но дверь была заперта.
– Сиди. Куда рвёшься? – недовольно буркнул мент, – Убьёшься. Не съем я тебя, ссыкуха, просто поиграем пару часов.
– Не буду, не хочу, отпусти, не имеешь права! – от страха Наташа вцепилась менту пальцами в лицо, и он ударил по тормозам. Машина резко встала.
– Нападение на представителя власти? – Крайнов неспеша повернулся и вдруг бросился на опешившую Наташу, принимаясь жадно размазывать слюни по её лицу, и запуская руку под юбку. Чутьё её не подвело: намерения Крайнова были самыми понятными.
– Отпусти! – Наташа отчаянно и сильно барахталась, но никак не могла оттолкнуть агрессора от себя.
– Ну чё ты, Наташка, тебе хорошо будет, обещаю, – зашептал ей на ухо мент возбуждённым шёпотом, и Наташа со всей дури вмазала каблуком в лобовое стекло, – Ты чё, блять? Реально не хочешь? Да я тебя за сопротивление властям посажу. Ты чё, бессмертная? – распалённый мужик неохотно отстранился. На его раскрасневшемся лице мелькнуло что-то вроде удивления.
– Отпустите меня, пожалуйста, я не такая, я не умею, я никому не скажу, честно-честно, – принялась причитать Наташа, вжимаясь в сидение, – Я ничего не сделала, я девочка ещё, – вытащила она из-за пазухи свой «козырь».
– Девочка? – Крайнов задумчиво провёл по её колену пальцем, – Хочу проверить, – он скользнул рукой ей в промежность, отчего Наташа вздрогнула и судорожно свела ноги.
– Я панель разобью, я окно выбью! – заорала она что есть мочи, и мужик её отпустил.
– Правда девочка? Не врёшь? – он склонил голову на бок и внимательно на Наташу посмотрел, – Значит так, – В этом районе я могу иметь любую продавщицу, как и когда захочу, – объявил обыденно, – Твой хозяин должен был ввести тебя в курс дела. За это я обещаю вам спокойную жизнь и стабильную прибыль. Насиловать баб мне неинтересно, но для тебя я могу сделать исключение: слишком ты вкусная, у меня давно такого стояка не было. Я сделаю тебя своей сучкой, Наташа, а силой или по твоему желанию – зависит только от тебя. И то, что ты девочка, меня не остановит. Станешь сопротивляться – буду жёстко драть во все дыры, пока не уйдёшь в отключку. Решишь быть послушной – отымею ласково и всему научу. Сегодня тебе повезло: у меня настроение хорошее, так что вали отсюда, – он разблокировал двери, и Наташа пулей вылетела наружу.
– Мудак, – выругалась она, поправляя платье, – Мудак
Милицейская машина резко тронулась с места, окатив перепуганную Наташу облаком бензиновых паров.
***
Крайнов не на шутку возбудился. Работать было невозможно. Он увидел эту вкусную девчонку всего несколько минут назад и потерял покой. Наташа. Юная, норовистая, борзая, с пухлыми губами и зарёванными глазищами в поллица. Ему, Крайнову Игорю Анатольевичу, все местные бабы давно давали бесплатно и с обречённой покорностью, а ему хотелось, как минимум, войны.
Дерзкая, не знавшая, что такое мужик, девочка. Адреналин обеспечен. Она будет сопротивляться до конца, и тем интереснее подламывать её под себя шаг за шагом.
Перед его воспалёнными глазами мелькали очертания её соблазнительной груди, обтянутой застиранным платьицем, под тонкой тканью которого просвечивал лифчик. Ему хотелось сорвать с неё это стрёмное платье зубами, стащить нижнее бельё и терзать беззащитные титьки, забрызгивая их слюной и спермой.
Как хорошо, что он сдержался и не трахнул её силой. Это было бы слишком примитивно. Ему хотелось играть с ней, как с мышью, пугать, соблазнять, издеваться, вдыхать носом её страх, смешанный с мазохистким возбуждением. Его штормило от своей власти над ней. Пальцы горели от одного прикосновения к ткани её трусиков.
Он завернул в сторону заправки. Там работала одна из его послушных тёлок Танька. Он почти не видел её, когда вломился в салон, сжигаемый самой грязной похотью.
– Заправка опечатана, – заявил одинокому посетителю и схватил Таньку за белокурые волосы, – Пойдём.
– Игорь Анатольевич, – кажется, дура обрадовалась, но он не дал ей договорить, затащил в подсобку, расстегнул свою ширинку и вставил дымящийся член прямо в глупо приоткрытый Танькин рот. Схватил её обеими руками за уши, грубо вторгаясь в самую глотку. Баба поперхнулась и стала вырываться.
– Соси, тупая овца, – он задрожал и затрясся в преждевременным конвульсиях, изливая из себя накопленное за последние полчаса возбуждение, – Наташа – Уже через пару минут он понял, что ему мало, – Раздевайся и становись раком, – приказал придушенной, насмерть перепуганной партнёрше, – Всё с себя снимай, сказал.
У Таньки была хорошая фигура: упругая грудь и роскошная жопа. Крайнов любил красивых баб. И Наташа очень красивая. Гораздо красивее послушной и глупой Таньки.
Решено. Он заставит маленькую Наташу захотеть его. Она сама согласиться на всё. От одной мысли о покорности зеленоглазой брюнеточки член стал каменным. Крайнов напал на аппетитный Танькин зад, принимаясь жадно и грубо тыкаться промеж влажных и скользких складок. Баба под ним сладко застонала. Где страшно, там и приятно.
Он будет обрабатывать Наташу методично и планомерно, растягивая своё удовольствие. А для начала он узнает о своей юной мышке всю поднаготную. Игра началась.
Глава 4. Выгодная сделка
Злой и озадаченный Влад лежал на диване с холодным компрессом на лбу.
– Странно, очень странно, – взволнованный Даня ходил туда-сюда по комнате, – Я всегда думал, что ты девчонкам нравишься, а тут
– Нравлюсь я им! – прервал его Влад, захлёбываясь от раздражения. Опять провокация? Не Даня, а дьявол низкорослый, – И так башка трещит, тут ты ещё со своими мутными схемами. Продавщица твоя – идиотка нервная, слова сказать невозможно. Ни с того, ни с сего кинулась драться, психопатка. Сам иди и её окучивай.
– Сам? А ты о матери-то подумал? – Даня прекратил метаться и уставился на пасынка с осуждением, – Я верный муж, отец семейства, я о вас всех забочусь и хочу, чтоб мы встали на ноги и жили, как люди, а ты меня в пекло толкаешь, хочешь, чтоб я по стопам папаши твоего блудливого пошёл?
– Но-но, ты говори, да не заговаривайся! – Влад сжал кулаки и приподнялся, – Я оскорблять отца не позволю! Не посмотрю, что ты мамки моей муж!
– А кто оскорбляет? – Даня сменил тон, – Всем известно, почему твои родители развелись. Мать твоя измены не простит, да я и сам не гулёна, она меня за то и выбрала, – он выпятил грудь, как будто она была усыпана орденами и медалями, – Придётся от «японца» отказаться, Петро ждать не будет, у него другая точка сбыта объявилась, мать его Недооценил я нашего Петруччо. Придётся «японца» вернуть.
– Японца? – Влад заинтересованно прищурился. Если разобраться, продавщица очень ему понравилась, и, если б не дурацкая историю с тремя рублями, он бы своего не упустил.
– Да, новая «Mazda» мне почти целиком досталась, но видать не судьба, – Даня вздохнул, – А могли бы на ноги встать. Жаль, что не дано тебе с бабами
– Слушай, ты! – Влад вскочил и швырнул в Слюсаря мокрый компресс, – Спорим, что не пройдёт и месяца, как я её уломаю!
– Месяца? Да за месяц любой дурак девчонку окучит, только вот Петруччо другого партнёра нашёл, который сопли не жуёт, – Даня шмыгнул носом, давая понять, что расстроен.
– До конца недели подход найду и «японца» пристрою, – Влада объял нездоровый азарт. Почти целая «Mazda» – это ж куча бабок, а девчонка очень симпатичная, хоть и фурия. Совместит приятное с приятным и получит ещё больше ништяков. Голова Влада сладко закружилась. Заодно и поквитается с маленькой засранкой! – Твой друг «японца» на запчасти разобрал? А это безопасно? Никто не узнает? – ожила вдруг законопослушная часть его противоречивой натуры.
– Зря я тебя привлёк. Не жили богато нечего и начинать, – Слюсарь пожал плечами и направился вон из комнаты, – Фортуна любит смелых, а мы второй сорт мы. Интеллигенты сраные. Таким, как мы, не дано.
– Сам ты интеллигент! – Влад вспыхнул, – А я посмелее некоторых. У меня вон первый разряд по пулевой стрельбе почти, – он стушевался. По юности он действительно занимался стрельбой, но разряд так и не получил. Потом ходил в секцию по боксу пару раз. Как-то не срасталось у Влада со спортом: то ли мотивации не хватало, то ли ещё чего. Вроде бы и физическая форма позволяла и природные данные дай бог каждому, но всегда находились причины на всё забить, – Я спортсмен, вижу цель – беру.
– Потому я тебе и предложил. Думал, раз ты спортсмен, значит победа уже в кармане, но – Даня вздохнул так горько, что у Влада защемило сердце. Куча бабок достанутся кому-то левому? Ну, нет!
– Не очкуй, Даня, маякуй своему Петруччо, скажи: всё на мази у нас. Завтра уболтаю нашу злючку, куплю ей веник ромашек, извинюсь, предложу заработать. Она ж не идиотка, быстрых бабок все хотят, – остановил собиравшегося уйти отчима Влад, – Найдём покупателя, не пройдёт и недели, зуб даю!
– Девка ничего лишнего знать не должна, – Даня оживился, – Её задача – свести нас с нужными людьми.
– Само собой, – Влад задумался.
Обещать – оно, конечно, проще, а на деле чувиха по имени Наташа – тот ещё кремень. Наверняка, принципиальная. Была б похитрее, давно б как сыр в масле каталась с каким-нибудь богатеньким папиком. Работает среди мужиков, красивая, яркая, борзая и одна? Не может быть. Или у неё парень есть? А, может, и кто покруче? Покровитель? Конечно, есть.
Влад-Влад, дурака кусок, но кто не рискует, тот не пьёт шампанское!
– Тогда слушай, а лучше записывай: «Mazda Familia/323F», есть фары, передний бампер, переднее крыло, боковые зеркала, дворники, колёса Э, ещё аккумулятор есть и решётка радиатора на «Мерс»
– Даня, а вдруг у девчонки парень есть или кто покруче?
– Ссышь?
– Не имею привычки.
– Ну и всё. Записывай, нам всё это куда-то толкнуть надо, – Слюсарь стал предельно серьёзным.
– Слушай, а почему Петруччо обратился именно к тебе? Ну ты от автомобильного бизнеса далёк, даже очень далёк – Влада снова охватили непонятные сомнения.
– Ты нормально жить хочешь? – Даня вскинул на него полный раздражения взгляд.
– Хочу, – ответил Влад совершенно искренне.
– Вот и не поролонь мне мозги. Я и так на нервах. Ты точно девку охмуришь?
– А куда она денется?
– Да поможет нам Бог. Итак, расклад такой
***
Всю ночь Наташа не могла уснуть и ворочалась с боку на бок, как заведённая. Дерьмо, а не день, по-другому не скажешь. Сначала самого красивого парня города шваброй по башке огрела, потом мент этот озабоченный.
Как он сказал? Сучкой сделает?
Наташу покоробило. Она полчаса отмывалась в ванной, но ей до сих пор казалось, что от волос воняет его ментоловыми сигаретами.
Насколько мерзкий тип! Уверенный в себе, наглый и беспринципный. Кинулся на неё отработанным движением, как будто регулярно так делал. Разве это нормальное поведение для сотрудника милиции? Не просто так Володька очканул, его аж в пот от ужаса кинуло. Неужели и правда этот Крайнов пользует всех продавщиц на районе? Беспредел!
И это всё потому, что она Влада Светлого отшила. Что-то вроде кармы. Сколько дней о нём, статном и симпатичном, мечтала, и вот мечта сбылась, а она всё испортила. Какие три рубля? Разве он говорил, что ей цена – три рубля? Вон и Володька сказал, что она сама загоняется.
Влад Светлый с ней познакомиться хотел! Сам!
От вороха плохих мыслей заболела голова.
Хлопнула дверь. Пришла мать. Судя потому, как злобно она чертыхалась в коридоре, одна и на бровях. Каждую ночь плюс-минус одно и то же, хоть к батарее её пристёгивай.
Послышался треск и грохот.
– Ох, ёб твою – мать протяжно заныла.
– Мама! – вскочила Наташа с кровати, – Поранилась? – она выглянула в коридор. Мать завалила этажерку для обуви и теперь лежала поперёк коридора, беспомощная и помятая, посреди разбросанных по полу босоножек и стоптанных туфель.
– Ната-ша-а, – позвала она дочь натужно, – По-мо-о-ги!
– Ох, мама-мама, сколько можно? Совсем ты себя не жалеешь, сколько можно бухать?! – Наташа кинулась мать поднимать, но не удержала и бухнулась вслед за ней, – Что ты пила? Ты же на ногах не держишься.
– Мне пло-о-хо – призналась мать и согнулась в приступе рвоты, заблёвывая Наташину одежду и лежавшую рядом обувь, – Пло-о-хо
– Блин! – кажется, для Наташи нашлось занятие для остатка бессонной ночи. Может, и к лучшему? Некогда думать о стрёмном Крайнове и потерянном шансе с Владом, – Мама-мама, что же мне теперь делать?
– Ната-а-ша – мать снова вырвало чем-то мерзким и очень вонючим.
– Для начала нужно тебя помыть, – Наташа всхлипнула, – И себя помыть, и всё тут отдраить, блять! – от жалости к самой себе зашлось сердце.
Ей срочно нужно купить джинсы, а лучше всего комбинезон из плотной ткани, чтоб ни одна сволочь не смогла так легко залезть к ней в трусы, как сегодня, и обязательно перцовый баллончик или газовый пистолет, чтобы обороняться, а ещё, чёрт побери, новую обувь – старая невозможно воняла блевотиной!
Вот если бы ограбить банк или что-то вроде этого. Кому нужна честность, когда все вокруг пользуют друг друга, как нехер делать? Даже милиционеру на порядок насрать. Володька наверняка знал, для чего Крайнов её позвал, но не помог, потому что так проще. Подумаешь, отымеют её, зато хозяин с органами дружит. Кому нужна продавщица Наташа с её невнятными желаниями?
Вот бы свалились ей на голову лихие деньги. Она бы не растерялась: продала бы эту квартиру, где всё провоняло дешёвой спиртягой и мужским потом, уехала бы в столицу, поближе к интересной жизни и возможностям, отправила бы мать на лечение в дорогую клинику. Куда угодно бы уехала, только подальше от страшного Крайнова!
А Влад?
Она бы обязательно что-нибудь придумала. Влад Светлый поехал бы вместе с ней.
Жизнь предназначена для тех, у кого есть бабки, а для остальных – это выживание. Ни один Крайнов не посмел бы обращаться с ней так, как сегодня. Никто не заикнулся бы о трёх рублях, никто не посмел бы её жалеть и называть дурой.
В эту ночь Наташа была согласна на любую авантюру, только бы вырваться из дерьма.
Она забылась поверхностным, болезненным сном уже под самое утро, а через пару часов прозвенел будильник: нужно было идти на работу.
***
Когда колокольчик над дверью в магазин привычно дзинькнул, Наташа испуганно дёрнулась и чуть не залезла под прилавок. Если это Крайнов, она убьёт его сегодня!
Уже через секунду с ужасом вспомнила, что безоружна. Убить Крайнова – по ту сторону её сегодняшней реальности. Володьки не было, но он, как оказалось, в ситуации с наглым ментом не помощник.
Наташа заставила себя поднять глаза на вошедшего и почувствовала, что колени подогнулись.
Влад. Влад Светлый в клетчатой рубашке и джинсах-варёнках с огромным букетом садовых ромашек! Как он узнал, что она обожает эти цветы?
– Привет, Наташ, – произнёс он чарующим голосом и душевно улыбнулся. От Влада пахло хорошим мужским парфюмом. Клиенты были разные, и Наташа научилась отличать дорогие ароматы от дешёвых подделок, – Ты прости меня, я вчера наговорил всякой ерунды, просто разволновался чё-то, – он протянул ей свой букет.
Разволновался? Влад? От радости Наташино сердце застучало быстро-быстро. Она перевела взгляд на лоб Влада. Шишка. Точно шишка.
– Это ты меня прости, – она приняла букет из рук парня и опустила взгляд, – Откуда знаешь, что я ромашки люблю?
– Ну так ты Наташка, а все Наташки любят ромашки, – Влад растерянно замолчал, как будто испугался, – Я не виноват, что имя Наташа хорошо рифмуется, – поспешил оправдаться он.
– Да всё нормально, – Наташа улыбнулась.
– Моё предложение вместе сходить куда-нибудь в силе, – парень заглянул ей в глаза, – Ты как? До скольки сегодня работаешь?
Наташа напряглась. На ней стрёмное платье и старые мыльницы, которые она полночи оттирала от маминой блевотины. В таком прикиде только на огород ворон отпугивать, а не с парнем в кафе. Надо позвонить Ленке, попросить нормальную тряпку в аренду. Лена добрая, хоть и шалава, она давно хотела Наташе шмоток модных отгрузить, но Наташа упрямилась.
– Давай в семь на Колхозном рынке, на остановке автобусной. У меня после работы дела, – проговорила она скороговоркой, замирая от радостного предвкушения.
– Договорились, – Влад просиял. Выглядел он довольным, – Буду ждать на остановке ровно в семь, – он улыбнулся ещё шире.
Над входом снова дзынькнул колокольчик. Парень с девушкой, не сговариваясь, уставились на вошедшего.
– Выручай, красавица! Полгорода объехал, срочно нужен передний бампер, женюсь в субботу, а я машину, подарок тестя, помял. Тесть на говно изойдёт, – запричитал представительный толстячок средних лет, вытирая белым платочком пот со лба. Женится? Этот коротышка с одышкой? Наташа окинула прикид потенциального покупателя оценивающим взглядом. Костюм из плотной, дорогой ткани, цепь на шее с мизинец толщиной, золотая печатка, – На маздёнку Да вон она стоит, родная, у меня аж глаз дёргается, загубил свою девочку, – толстяк выглядел расстроенным.
– Можно заказать, через неделю придёт. Какая у вас модель? – деловито спросила Наташа.
– «Familia/323F» – ответил за покупателя Влад.
– Девушка, я сказал «в субботу»? Чё непонятного? – толстяк сменил тон и посмотрел на Наташу со злостью, – Понабирали кукол Я большие бабки плачу, мне твоё «через неделю» не упёрлось! Метнулась и хозяину доложила!