Под знаком Вовки

- И каждый - дурь полнейшая, - подытожила девочка, - чтобы быть гением, необязательно свободно ориентироваться во всем, начиная с мира искусства и заканчивая мироустройством. Каждый человек личностно ориентирован на что-то конкретное, отсюда склонности, способности и интересы. А остальное тупо образованность, которая напрямую зависит от возможностей. То есть… человек с высоким IQ не обязательно гениален, а гений не обязан разбираться в музыке и направлениях художественной школы, ну или знать знаменитых спортсменов и результаты их достижений. Я уже молчу о кинематографе… Но они тупо тестируют, раз уж положено. А мне в свое время даже рисовали синдром саванта на том основании, что я отстаю в эмоционально-половом развитии, типа не осознаю себя до сих пор женщиной.

- И-и…? А сколько тебе? – тема гениальности меня интересовала.

- Скоро совершеннолетие. Я, как Ландау, поступила в универ в тринадцать. И хоть бы вспомнили, как пример… в общем с синдромом саванта - диагнозом «ученый идиот» в моем случае не угадали, - подсмеивалась девчонка, - я не только в IT-сфере крутая. Ладно – это потом… Ты слегка окаешь. Из Вологды? Нет... скорее из вологодской глубинки. Но не сильно, почти и не слышно... просто я внимательна к мелочам. Познакомишь? – присела она на корточки перед мелким.

- Это мой сын Вова, - присела и я рядом, наблюдая реакцию сына на нового человека. Он протянул ладошку и мазнул ею по Полиному лицу, крепко ухватив в конце за подбородок. Она хихикнула. Он тоже.

- Надо же – щиплется… Ну что – пошли? - взглянула она на крупные мужские часы на запястье, обвешанном фенечками, - военная точность и непременная обязательность наше все.

Мы вышли в длинный коридор и пошли по широкому проходу в его конец, где встали возле двери лифта. Когда проходили мимо лестничных спусков, я молчала, сейчас же взглянула на Полину с вопросом.

- Мы работаем внизу. Под городком три этажа бункера. Наверное, и атомный удар выдержит, - потерла она задумчиво нос, - может его и строили не совсем для разработчиков. А вообще – кто знает? Входи, - пропустила она меня в самый обычный лифт.

Дальше мы вышли из кабинки и оказались в еще одном коридоре, ярко освещенном светодиодными спотами. Кое-где стояли стулья. Я вела Вовку за ручку, стараясь не сильно сжимать ее своей потеющей от волнения рукой. В другой несла сумку с памперсами, водой и детским питанием.

От лифта коридор продолжался в обе стороны, но недолго – потом следовал поворот, а что там дальше и как долго оно продолжается, было неясно. Мы остановились перед дверью под номером 16. Полина поймала мой взгляд в сторону и объяснила:

- Коридоры короткие, ломанные. Думаю - чтобы гасить взрывную волну, если что… - опять потерла она нос и вдруг выдала: - Прыщ будет… опять гадство. Все-таки придется трахнуться. Ну, - взглянула она опять на часы и стукнула в дверь: - Я подожду, это недолго. Входи, ждут уже.

Слегка ошалев от сказанного, я еле оторвала от нее взгляд. Навстречу нам с Вовкой улыбался адъютант Слава:

- Привет, мужик… Полина. Здравствуйте, Александра Ивановна! Сергей Константинович ждет вас вместе с юристом. Я побуду с Володей, доверите его мне – не спящего?

Действительно – все оказалось недолго. Мне дали ознакомиться с контрактом, не торопили и не дергали. Я читала внимательно – веры чужим людям пока не было, что в принципе и нормально. Не хотелось бы подмахнуть вслепую что-то, напрямую касающееся проекта. Авторское право дело святое, но и организация здесь серьезная. Подпишу все, что скажут, но хотя бы поторгуюсь, что ли... Но волновалась я зря… или нет – размер оклада не впечатлил, он огорошил!

- Ознакомились, Александра Ивановна, вас все устраивает, все понятно? – спокойно поинтересовался юрист.

Я подняла голову от бумаг. Задумчиво посмотрела на обоих мужчин и открыла наконец рот:

- Да. Подписываю? – вытерев мокрую ладошку о брючину, я взяла предложенную мне ручку с вечным пером – чернильную.

- Не препятствую, - согласился вежливый дяденька. Ростом ненамного выше меня, но крупный, полный. И в костюме с галстуком. Фаттахов тоже застегнут и накрахмален… а как еще? Но тут я вспомнила Полину, ее штаны-море и фенечки и успокоилась. Дресс-кода нет. Легкие белые кроссовки, свободные трикотажные брюки и водолазка на мне были новыми и удобными.

- К десяти прошу быть на месте, будем знакомиться с командой. Еще нужно устроить мальчика, познакомить его с Анной Евгеньевной. Не думаю, что будут проблемы, но рассчитывай свое время грамотно, Саша.

Я кивнула и тихо выскользнула из кабинета. Потом подумаю…

Слава держал Вовку на руках, а тот беседовал с Полей. Причем буквально – она подавалась к нему и четко проговаривала слоги: «па», «ма», «бу»,«ня»… Мелкий тоже дергался ей навстречу, щербато улыбался и пытался повторять. Многое получалось.

- Пока он, как попугай, - бормотала потом Полина, потирая нос: - О способностях говорить пока рано. Ну-у… вначале у нас ребенок, так же? – распахнула она дверь под номером 24.

Навстречу нам обернулась из-за стола полная высокая женщина в белом халате и с пышным узлом из волос на затылке. Вставать она не стала, а поманила нас к себе.

- Подходите знакомиться. Я большая, пускай лучше смотрит сверху, так ему спокойнее, - тепло улыбалась она, - так вот ты какой – Вовка…

- Это Саша, а это Анна Евгеньевна, она двоюродная сестра Сергея Константиновича, - заметила зачем-то Поля, - ну-у… сажай его в манеж, Саш…

Я огляделась внимательнее – кроме просторного детского манежа с игрушками согласно возрасту, комната полностью отвечала назначению медицинского кабинета. Чисто, светло, стекла шкафов затянуты изнутри белым, кушетка у стены, стол, стул и медик на вахте, вот только…

- Нельзя ребенку под землей. Я найду няню, только вот все это?.. - кивнула я на манеж и игрушки.

- Все это было убрано в гараж после внучка, - пожала плечами женщина, - дело ваше, Саша, но здесь хорошее освещение, правильное. А свой витамин D ребенок дополучит на прогулках. У вас полдня будут свободны. Хотя бы попробуйте. Да и первое время, думаю, вряд ли он даст вам работать – это, как в детсаду, пройдем вначале адаптацию. Неспокойно будет – сами заглядывайте, но незаметно, чтобы он вас не увидел. Давайте его сейчас в манежик, отвлечем игрушками.

Я молча усадила Вовку, погладила по головке и вручила игрушку, подождав, пока он вцепится в нее и направит все свое внимание туда же – на непонятное сооружение с подвижным колесом. Сын старательно вращал его, высунув язык.

- Нам сюда, - потянула меня Поля к еще одной двери, замерла перед ней и подмигнула: - А кто увидит нас, тот сразу ахнет, а для кого-то жареным запахнет… Но в основном народ адекватный.

- А есть и не…? – усмехнулась я.

- Есть, один. Ты что – совсем не боишься и не переживаешь? - распахнула она дверь в просторный зал.

- А должна? Вперед, украсим собой это место, - подтолкнула я ее, чувствуя нервный подъем, а еще... что оживаю?

А чего я боялась, так это лифтов – выяснилось совсем недавно. Не клаустрофобия, но что-то такое было. В крохотной кабинке я тогда оказалась вдвоем с Вовкой. Думаю, все дело в этом.

Он зависим от меня, от моих решений и поступков, от предусмотрительности и осторожности. А застрянет вдруг эта зараза, в которую я лезу сама и тащу ребенка! Страх был глупым, иррациональным – понятно. А раз понятно, то и разберусь с этим… как-нибудь.

А сейчас… странная эта Полинка - не страх, конечно, но волнение в моей ситуации – норма. Я же не бот? Живой человек.