Защитник Аркенсейла
- -
- 100%
- +
Нет, точно дурак. Без вариантов. Сейчас ежу понятно, кто достойнее. И то, что выступающий вельможа, скорее всего, причисляет себя к представителям уважаемых родов, умнее его не делает. Мужик, похоже, не совсем отдаёт себе отчёт, куда сейчас полез. Вот так запросто заявить королю, что кто-то будет решать вопрос о его легитимности…
Годдард-Натаниэль хоть и создаёт впечатление доброго дядюшки, но Эдик готов руку на отсечение отдать, что король не настолько прост. Простакам и добрякам не удержать за собой власть такое количество времени. Никакие магические приблуды в виде Воплощённых Аватаров и прочей ерунды не помогут. Монарх, прежде всего боец и акула с острыми зубами. И это в потомках Бреннигов уже на генном уровне заложено. Эдик сейчас даже на деньги бы поспорил, за кем останется трон, но неуместно было, да и не с кем. Вряд ли бы нашёлся человек, который такой спор поддержал.
Возможно, оратор ожидал поощрения со стороны слушателей и сознательно дал время собраться вельможам с мыслями, но пауза немного затянулась. Даже члены вероятной оппозиции не торопились поддержать высказанную идею, не говоря уже, чтобы обозначить желание поучаствовать в Совете Девяти. Все тупо чего-то ждали, причём абсолютно молча. Без обычных в таких случаях покашливаний, покряхтываний и многозначительных переглядываний.
– Ну что же вы замолчали, граф, – доброжелательно поощрил выступающего король, – продолжайте, мы с интересом вас слушаем. Расскажите уважаемым лордам, как вы видите подобное мероприятие. И кто войдёт в Совет Девяти, по вашему разумению, тоже расскажите. Мнение потомка рода де Кардисс крайне существенно в решении столь щепетильных для судьбы монархии вопросов.
Что-то этакое промелькнуло в интонациях Аватара, заставив красномордого графа слегка затроить. Он даже заикаться начал поначалу, но потом опять разошёлся, и слова полились из него как вино из пробитой бочки. Де Кардисс нёс что-то про процедуру выборов, место проведения церемонии, а когда начал перечислять родовитые фамилии, которые он хотел бы внести в список кандидатов для выборов в совет, но Годдард-Натаниэль его уже не слушал.
– Маркграф, а можно полюбопытствовать вашим новым оружием, – Аватар повернулся к Эддарду.
Вопрос, прозвучавший немного не в тему, удивил Эдика донельзя. Вроде как, решается судьба правящей династии, а тут монарх интересуется обычным топором. Но просьба короля равносильна приказу, да и не просил он ничего сверхъестественного. Немного обескураживало, почему именно сейчас, но странности у всех свои. Может быть, Годдарду-Натаниэлю надоело слушать занудные речи, вот и решил отвлечься таким образом.
– Вот Ваше Величество, держите, – Эдик достал топор и протянул его королю.
– Какая увесистая. И форма необычная, – вслух поделился своими наблюдениями Аватар, взвешивая секиру в руках.
– Менникайны ковали, Ваше Величество, – не удержался, чтобы не похвастаться Эдик. – Гномья сталь, очень острая, кстати, и заточку долго держит.
– Острая, это хорошо, – протянул Годдард-Натаниэль вполголоса, думая о чём-то, о своём.
–… на роль председателя Совета Девяти я предлагаю свою кандидатуру, – граф де Кардисс картинно поклонился. – Думаю, никто возражать не будет, учитывая…
Аватар нанёс удар почти без размаха. Вот, только что спокойно держал секиру, а вот, она уже размылась в стремительном движении. Хрусткий удар завершил выступление недовольного лорда на середине фразы. Чубатая голова отлетела, упала на землю, прокатилась пару метров усатым колобком и застряла в ближайшем сугробе. Из перебитых артерий зафонтанировали тугие струи крови, забрызгивая всё и всех вокруг густой красной жижей. Тело рухнуло на колени, постояло так с минуту, и завалилось набок, дёргая ногами в агонии. Похоже, у Годдарда-Натаниэля всё-таки нашлись возражения, и он со всей определённостью их высказал. Без слов обошлось, но трактуется совершенно однозначно.
Думал он. Индюк, тот тоже думал. Да в суп попал. Но вывод напрашивается конкретный – не готово пока общество Аркенсейла к демократическим переменам. Эдик конечно, тоже не одобрял инициативу покойного графа, но к настолько радикальному решению проблемы был абсолютно не готов.
– Благодарю, маркграф, – Аватар Правителя протянул секиру владельцу, – Хороший экземпляр. И в применении удобный. Вот только лезвие запачкалось немного.
– Ничего страшного Ваше Величество, я оботру, – успокоил монарха Эдик.
Да тот и не волновался особо. Годдард-Натаниэль обвёл взглядом притихших дворян и ткнул пальцем в сторону цитадели баронета.
– Это, если кто не до конца понял, Шабыттандыру Айдас! Оплот непримиримого врага на наших землях. И это на сегодня единственное событие, требующее немедленного решения. Скверна злокачественной язвой закрепилась во владениях Ортиса ди Ньетто, и угрожает гибелью всему Аркенсейлу! – голос короля разносился далеко вокруг, словно из десятка стоваттных громкоговорителей системы громкого оповещения. – Поэтому надо сделать всё возможное, чтобы искоренить эту болезнь и не допустить её дальнейшего распространения. Всё остальное сейчас неважно!
Аватар прервался, желая убедиться, что его слова поняли. Мог бы и дальше говорить, потому что проняло всех. До кого-то дошла важность момента, кто-то впечатлился публичным обезглавливанием, кто-то просто испугался и помалкивал на всякий случай. Эдика и того мороз по спине продрал от прочувствованной речи монарха.
– А кто недоволен моими решениями, или хочет представлять Претендента, пусть собираются и сразу идут к королевскому палачу, – взгляд из-под грозно нахмуренных бровей, казалось, прожигал насквозь. – Мне сейчас некогда отвлекаться на всякую ерунду.
Вот тебе и добрый дядюшка. У него, оказывается, даже палач есть. Но так лучше выйдет, меньше пустой говорильни будет. Что бы, кто не думал, всегда ловчее получается, когда один человек решил, сделал и ответил за результаты. Совещательный момент исключается. Когда толпа народу пытается прийти к общему мнению, больно уж много времени тратится зря. Да и крайнего потом не найти, в случае неудачи. Каждый будет пытаться свалить вину на другого. Так всегда было, есть и будет. Особенности коллективной психологии, никуда от неё не денешься.
– Де ла Вега прибыл? – голос Годдарда-Натаниэля прервал размышления Эдика, государь посчитал, что уже всё сказал и перешёл к следующему вопросу.
– Да, Ваше Величество, я здесь, – в рядах владетельных лордов появилось шевеление, и вперёд вышел молодой виконт. – Жду ваших приказаний.
– Молодец, жди, – похвалил его король и глазами поискал кого-то в толпе вельмож. – Граф, осадные орудия готовы?
Вот поэтому-то Эдик и не любил титулования. Одного графа только что укоротили на голову, а тут ещё один выискался. Да ещё несколько на подхвате – поди разберись, где тут кто. Но тот, кого назвали графом, совершенно точно понял, что обращаются именно к нему. Коренастый бородач в добротных доспехах без вычурных украшений. По выправке и манере держаться, за версту чувствовалась военная косточка. Он и шлем держал по-военному – не подмышкой, а на предплечье согнутой в локте руки. Его Эдик в штабной палатке видел, после битвы у Трёх Сопок. Вроде он тогда войсками главнокомандовал. Поближе познакомиться не удалось, в силу известных причин.
– Доставили, разгрузили на местах и начали собирать, Ваше Величество, – разъяснил положение дел бородач, – К утру, думаю, будут готовы.
– Хорошо, смотри, чтобы не позже. И усилить охрану не забудь, – кивнул Аватар. – Что с зарядами?
– Подвозят, государь.
– Чародеи готовы?
– Это надо у леди Первого Магистра Ордена уточнить.
– Уточните, – недовольно нахмурился Годдард-Натаниэль, – кстати, почему она на совете не присутствует?
– Своим хвоста накручивает, – улыбнулся в усы главнокомандующий, – переживает, чтобы сбоев не было.
– Это правильно, пусть переживает, ей полезно будет, для разнообразия.
Вот так коротко и по делу прошло обсуждение следующего этапа предстоящих событий. Эдик, правда, ни хрена не понял, что за игру затеял король и почему Рэй де ла Вега сразу не отправился к своему приятелю. Чего здесь мудрить? Вот виконт, вот баронет. Доскакать до моста и предложить мятежнику сдаться – дело пяти минут. И то, если не особенно торопиться. Но это всё потому, что Эдик вырос в мире скоростей и минимального набора условностей.
Но в Аркенсейле считалось, что спешка хороша лишь для ловли блох. Годдард-Натаниэль методично разыгрывал свою партию и точно знал, что ему делать. Как бы то ни было, с расспросами ведь не полезешь. Атмосфера сейчас слегка не предрасполагает к праздному любопытству. Стоит немного подождать, чтобы собственными глазами увидеть воплощение замыслов монарха. Правда, в этом мире понятие «немного» разительно отличалось от того, к чему привык Эдик, но здесь уже ничего не поделаешь, приходится принимать, как данность.
Глава 3
«Немного подождать» растянулось до следующего дня. После того как совещание закончилось, Эдик испросил дозволения удалиться и отправился по своим делам. Нужно было с ночлегом определиться, горячее питание организовать, да и скотину покормить не мешало бы. Впрочем, Эдик воспользовался своим положением владетельного лорда и навялил все эти заботы Штерку, отрядив ему в помощь одного из телохранителей. А сам, в сопровождении второго менникайнена отправился смотреть, как собирают требушеты. Аларок ещё раньше откололся от коллектива, встретив каких-то старых знакомых.
Экскурсия получилась немного скомканной. Охрана выполняла возложенные на неё обязанности со всей ответственностью и к осадным орудиям близко не подпустила. Пришлось наблюдать издали. Можно было, конечно, поднять скандал и, пользуясь благорасположением короля, выбить для себя соответствующее разрешение. Но беспокоить Годдарда-Натаниэля по поводу такой мелочи не хотелось. Да может оно и к лучшему, что не пустили. Потому что место, выбранное для артиллерийских позиций, сейчас больше напоминало строительную площадку, где вовсю орудовали плотники, и сновала орудийная обслуга. Короче, народу и без Эдика хватало. Кроме того, про технику безопасности тоже нужно помнить. Упадёт праздношатающемуся лорду какая-нибудь балка на ногу, пенять будет не на кого. И ладно, если одними лишь переломами получится отделаться. Так что, ну его. Лучше со стороны посмотреть.
Но всё равно было интересно наблюдать, как из здоровенной кучи разноформатных брёвен вырастает сложный каркас смертоносной машины. Работы действительно было до чёрта. Мало того что конструкция мудрёная, так её ещё нужно надёжно закрепить, чтобы не развалилась на составные части при первом же выстреле. В один только противовес камней нужно напихать прорву, и каким-то образом предусмотреть, чтобы не высыпались. Требушет-то – штука амплитудная. Пойдёт что-нибудь не так, и покалечит всю обслуживающую команду. А это человек двадцать, если не больше.
Говорят, что бесконечно смотреть можно на три вещи. На горящий огонь, текущую воду и как работают другие люди. Здесь сейчас, третий вариант, и Эдик не на шутку залип, до тех пор, пока не стемнело. Можно было и подольше задержаться, но о себе уже серьёзно заявил пустой желудок. Поэтому пришлось свернуть пост наблюдения и поехать обратно, в надежде, что в лагере ждёт что-нибудь съедобное и желательно в больших количествах.
Место для ночлега Штерк облюбовал на отшибе, и пришлось изрядно поблукать в темноте, чтобы его найти. Временное пристанище Альдеррийского отряда выглядело убого даже по сравнению с палатками простых воинов, не говоря уже про шатры владетельных лордов, но Эдика этот момент нисколько не смущал. Какая-никакая крыша над головой есть, жарко пылает костёр, в котелке над огнём булькает ароматное варево, чего ещё нужно для походной жизни? Можно, конечно, порталом сгонять в Альдерри и притащить оттуда всякого разного, но лишнюю суету наводить не хотелось. Не стоит без крайней необходимости беспокоить домочадцев, у них и без того жизнь неспокойная в последнее время.
Штерк, похоже, всё нужное и здесь смог раздобыть. По крайней мере, быки дёргали пучки сена из объёмной копны, шипохвост вгрызался в половину говяжьей туши, а над костром, из настоящих, кстати, дров, жарился приличных размеров окорок. Эдик даже интересоваться не стал, на что пришлось пойти капитану его гвардии, чтобы местные снабженцы настолько расщедрились. Хотя там было о чём послушать, судя по довольной физиономии Штерка. Оставалось надеяться, что обошлось без насилия.
Рассёдланный мархур присоединился к остальным парнокопытным в поедании сухой травы, а Альдеррийский лорд устроился у костра с тарелкой аппетитной похлёбки в руках. Накопившаяся за день усталость не располагала к долгим застольным беседам, и Эдик быстро, но плотно поужинав, отправился на боковую. Его опасения, что опять придётся провести ночь в тесноте, так опасениями и остались. Менникайны расположились под открытым небом, в компании тёплых шерстистых быков, устроив себе лежанки из душистого сена. А Аларок и вовсе только под утро заявился, в прекрасном расположении духа и изрядно навеселе. Он-то и разбудил Эдика.
Впрочем, тот на наставника не сердился. Всё равно уже выспался, да и вставать было пора. Небо заметно посветлело, а восходящее солнце окрасило западный край горизонта в алый. Кроме того, интерес узнать, что же такое задумал владыка Аркенсейла в отношении мятежника, никуда не пропал. Наоборот, за ночь только усилился. По этой причине Альдеррийский отряд первым приехал на небольшой холм, определённый под королевскую ставку.
Ждать пришлось ещё почти час, пока не появился Годдард-Натаниэль. И ещё немного, пока тот выслушивал доклады военачальников. Наконец, государь посчитал, что приготовлений достаточно, взмахнул рукой, подавая знак, и делегация направилась к цитадели. Эдик очень сильно упрощал процедуру переговоров, предполагая, что Рэй де ла Вега поедет в одиночку и переговорит с ди Ньетто по-быстрому. Возможно так бы оно и было, решайся какой-нибудь частный вопрос, касающийся монарха лично. Но сейчас затрагивались государственные интересы, а они требуют пышности. Глашатаи королевской воли должны являть собой могущество сюзерена и внушать трепет любому, с кем доведётся встретиться. Поэтому к воротам Морбрунна выдвинулось человек шесть сановников в сопровождении двух боевых магов и трёх десятков всадников. Это не считая самого виконта.
И они действительно являли. Чего одни скакуны стоили. Породистые, чистокровные, в ярких попонах и богато украшенных бардах. Бард, так доспех для лошадей называется, и каждого отдельный элемент имеет своё мудрёное обозначение. Морду лошади защищает шанфон, на шее – составной пластинчатый критнет, пейтраль – на груди, а круп и бока закрывают круппер и фландшард, соответственно. Да если такой доспех продать, можно деревеньку вроде Троеполья прикупить, а то и не одну.
Естественно, ни о каких белых флагах речи не шло. Белый флаг – удел проигравших, прошение о перемирии. Король же о мире не помышлял. И разговаривать собирался с позиций силы, что бы там о себе баронет ни возомнил. Даже не разговаривать, скорее явить свою монаршую волю в одностороннем порядке. Ответы ему не нужны.
К слову, сам Годдард-Натаниэль даже с места не сдвинулся. Так и остался стоять на облюбованном пятаке. Отсюда и видно всё, что нужно, да и слышно, как бы это странно ни прозвучало, тоже. Свиту ему составляли Эддард, Аларок и менникайны. Остальных он разогнал, а лорду Альдеррийскому идти было особенно некуда, да и не нашёл он пока себе достойного применения. Кроме того, ему запретили соваться без спросу в дела местных полководцев, это тоже стоило учитывать. Правда, запрет озвучила леди Пиддэд ещё вчера, до своего катастрофического провала, но его до сих пор никто не удосужился отменить. Поэтому Эдик вынужден был просто наблюдать за развитием событий, до особых распоряжений.
Кони делегатов прогромыхали подковами по мосту, и процессия остановилась на середине. Дальше ехать не имело смысла. Не из чувства страха, а из-за высоты крепостных стен. Подъедь они ближе, и пришлось бы чересчур задирать голову, чтобы разговаривать. Не очень удобно получится, тем более с учётом важности миссии. Кстати, вызывать баронета не пришлось. Тот уже ждал гостей, свесившись наружу между зубцов надвратной башни.
– Рэй, Рэй, Рэй. Старина Рэй. Опять ты суёшь нос не в свои дела, когда тебя об этом не просят, – хозяин цитадели начал говорить первым без всяких приветствий.
В его интонации отчётливо проскакивали отеческие нотки. Таким тоном обычно любящие родители выговаривают своему чаду за какую-нибудь незначительную проказу. Виконта покоробило подобное обращение, но виду он постарался не подать – звание королевского глашатая ко многому обязывало.
– Что привело тебя к стенам моего замка, дружище? – как ни в чём не бывало, продолжал ди Ньетто.
Так словно не стояли под стенами Орденские маги, а королевские ратники не взяли замок в плотное кольцо. А выросшие за ночь осадные орудия не угрожали разрушить стены цитадели. Подобным образом можно разговаривать с назойливыми просителями, но никак не с государевыми посланцами. Если за душой нет весомого козыря, такой тон воспринимается, как раздражающее фиглярство и глупая бравада. И в любом случае баронет сейчас нарушал все писаные и неписаные правила поведения.
– Воля короля баронет. Я принёс тебе волю Его Величества, – виконт старался не выдавать эмоций, и это у него почти получалось, разве что щека изредка подёргивалась.
– Я весь превратился в слух, – ди Ньетто продемонстрировал преувеличенное внимание.
– Тебе надлежит сложить оружие, открыть ворота замка и сдаться на милость королевского суда, – перешёл к сути дела виконт, не желая затягивать неприятное общение с бывшим товарищем.
Собственно, на этом миссию посланников можно считать выполненной. Необходимые слова сказаны, а упражняться в дипломатических уловках смысла никакого. Осталось только ответ получить, да и то лишь ради приличия.
– Заманчивое предложение, – с неестественно радостной улыбкой кивнул баронет, – великодушное. Ты знаешь, Рэй, я на миг даже задумался, не принять ли мне его. Но нет. Пожалуй, не соглашусь. Я бы передал письменный ответ, но адресат и без слов поймёт, что я хочу сказать. Был рад повидаться.
Ди Ньетто решил выразить своё отношение к требованиям короля несколько нестандартным способом. Его стрелки давно держали парламентёров на прицеле, и по сигналу баронета спустили тетивы. Маги ждали подвоха и успели выставить щит. Арбалетные болты взвизгнули рикошетами, и залп пропал впустую.
Но следующий шаг противника Орденские чародеи откровенно прозевали. Погонщик Скверны появился, откуда ни возьмись и молниеносно атаковал. Его первое заклинание разбило защиту, и он тут же метнул второе. Фиолетовая клякса взорвалась над головой королевских посланников и превратилась в кислотное облако. Аэрозольная взвесь потекла вниз, разъедая доспехи, одежду и живую плоть.
Людей на мосту охватила паника. Суета, крики и бестолковые метания только усугубляли ситуацию. Маги в конце концов отреагировали, но оказалось слишком поздно. Убийственное заклинание Скверны, что называется, прошло. Лошадям перепало существенно меньше, всё же на них и доспехи толще и навешали на них всякого, но один жеребец взбесился от боли и скакнул за край моста. Лёд не выдержал удара бронированной туши, проломился, и конь ушёл под воду вместе со всадником. Ещё один делегат, получил убойную дозу кислоты и оплыл растопленной восковой фигурой за считаные секунды. Разъело даже череп. От человека осталась лишь нижняя половина, и позвоночник, нелепо торчащий из тазовых костей.
Ситуацию выровнял Эдик. Пока все переживали состояния шока, он прямо со своего места обрушил на стену Огненный Столб, расшугав всех, кто там находился, а людей короля накрыл Тропическим ливнем. Потоки воды смыли кислоту, принося облегчение, а там уж и кони вынесли хозяев в безопасное место. Их встретили, успокоили скакунов, а раненым оказали помощь и отправили в лагерь. По дороге умер ещё один вельможа – его организм не справился с посттравматическим шоком. А виконт уже никогда не сможет радовать девушек своей красотой. Его лицо представляло сплошное месиво химического ожога.
Неутешительный результат, если прямо сказать. Потерять троих человек убитыми и пятерых тяжелоранеными, чтобы только убедиться, что у баронета окончательно крыша поехала… Дороговатая цена получается. Хотя кто его знает, что у Годдарда-Натаниэля в голове. Возможно, он специально такую многоходовочку задумал, чтобы наглядно продемонстрировать приверженцам традиций, что за Претендент заявляет права на трон. После случившегося уже никто не заикнётся о рассмотрении подобной кандидатуры. Если, конечно, в голове хоть следы мозга присутствуют. Но, как бы то ни было, всё, что творится в королевстве – дела королевские, поэтому ему и решать.
– Труби сигнал к атаке, – кивнул Аватар горнисту.
Мелодия сигнальщика ещё не затихла, а стены цитадели уже вздрогнули от ударов гигантских камней. Заодно стало понятно, почему Годдард-Натаниэль тянул с отправкой посланника. Отказ баронета на предложение сдаться легко просчитывался, и реагировать на это нужно было соответствующим образом. И одно дело, когда такая реакция проявит себя через несколько часов, и совсем другое, когда ответ придёт незамедлительно. Не согласился? Тогда держи! Держи и пеняй на себя. Психологический эффект колоссальный.
Работа средневековой артиллерии непривычна для выходца из двадцать первого века. Грохота выстрелов, огненно-дымно-пыльных облаков от разрывов снарядов нет и в помине. Преобладают крики людей, натужный треск древесины, противный скрип кожаных ремней и толстых пеньковых канатов. И зубодробительный стук попадающих в цель камней, иногда сопровождающийся шуршанием мелкой осыпи. Но если осадных орудий в достатке, то шум всё равно получается изрядный.
Первые выстрелы – закономерно пристрелочные. Механизмы хоть и примитивные, но нюансов в их управлении более чем достаточно. Нужно определиться с дистанцией, с весом зарядов, и прицелиться как следует тоже нужно. Камни размеренно долбили цитадель, пока расчёты не получили приемлемые результаты. Эдик отметил, что стеклянная масса, которой он запечатал ворота, выдержала два прямых попадания, рассыпавшись лишь на третьем. А решётка из толстых прутьев замялась внутрь при первом же выстреле, заклинив намертво выход из замка. Не то чтобы этот факт чем-то ограничивал защитников Морбрунна, или давал преимущество атакующим, просто такое занимательное наблюдение вышло. В разрезе оценки крепости получившегося вчера заклинания.
После того как артиллеристы взяли прицел, подключились Орденские чародеи. Всё то, что в современном Эдику мире достигалось при помощи технологий, здесь происходило под воздействием магии. Нужен бронебойный эффект – заклинание укрепления, и камень лупит стену в три раза сильней. Шрапнель нужна для поражения живой силы? Пожалуйста. Волшебник колдует, и заряд взрывается на подлёте множеством острых осколков. С огненными зарядами, правда, действовали по старинке. Или горючей смесью камни обливали, а потом поджигали перед выстрелом. Или вообще горшки, наполненные воспламеняющимся составом, метали, снабдив их предварительно подожжённым фитилём. Возможно, потому что огонь – это стихия, а со стихиями у здешних чародеев отношения натянутые.
Но если не отвлекаться на детали, обстрел получался достаточно эффективным. В плане достигнутого результата. Несколько зубцов стены смело вместе с прятавшимися за ними стрелками. Баронета, вообще, как ветром сдуло, только его и видели. Скверна, Скверной, а инстинкт самосохранения он, похоже, сохранил.
Защитники замка поначалу пытались противодействовать, обстреливая позиции противника из арбалетов, стационарных скорпионов и применяя боевые заклинания, но желаемого эффекта не получили. Чародеи Ордена были настороже, и ни одна атака врага не достигла поставленной цели. А позже расчёты лёгкой артиллерии и сами приноровились. Баллисты и онагры постепенно подавили все стационарные стрелковые точки и основательно проредили ряды арбалетчиков. А те, кто остался в живых, уже старались не высовываться, опасаясь оказаться без головы.
Прочная кладка всё чаще осыпалась камнем. Чародеи мятежника пробовали ставить защиту, но она не выдерживала энергии попаданий и не могла серьёзно противостоять обстрелу. Один особенно удачный выстрел проломил стену насквозь, вызвав крики радости у отличившегося расчёта. Событие несказанно подняло боевой дух королевского воинства, и обслуга требушетов принялись развивать успех с удвоенным усердием. Кроме того, ещё и конкурентная борьба добавилась. Теперь каждая команда старалась изо всех сил перещеголять остальных.
И тем не менее какой-то чёткой тактики не прослеживалось. Артиллеристы словно хотели сровнять Морбрунн до основания, начав с самого верха. Учитывая уже полученные результаты, цель, безусловно, достижимая, но очень уж много времени для этого понадобиться. И боеприпасов уйма уйдёт. Впрочем, с последним моментом сложностей пока не возникало. Те, кто у Годдарда-Натаниэля занимался снабжением, своё дело знали и смогли организовать бесперебойный подвоз снарядов. Повозки с камнями курсировали непрерывно, образовав полноценную рокаду позади условной линии фронта.