Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

– Теперь мыться и спать, – я принесла в ванную стопку полотенец, новый брусок мыла и раскрыла коробочку с мятным порошком. – И мойтесь как следует! Мыла не жалейте, у нас его еще много.

И пока дети плескались, проверила спальни. Наконец, и в них распространилось тепло. Сухой теплый воздух укутывал, пышные подушки покоились на своих местах, чистота ощущалась даже в полумраке. Разве что окна требовали мытья снаружи. Я пока что обошлась мытьем внутренней стороны для экономии времени.

Когда Лили с Логаном улеглись на кровати, я накрыла их одеялом и еще некоторое время сидела рядом, мурлыча под нос какую-то песенку, пока они сонно возились, устраиваясь поудобнее. А когда оба начали посапывать, вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь.

Теперь была моя очередь приводить себя в порядок. А то предыдущие разы я едва успевала лишь слегка ополоснуться от усталости и торопилась упасть в постель.

Сейчас же я зажгла сразу три свечи, тщательно намылилась, но когда смывала пену, взгляд упал на пятно, расплывшееся на плече. Насухо вытершись, я подошла к зеркалу и взяла свечу, чтобы рассмотреть пятно получше. Оно было в том самом месте, где меня обожгло еще во время свадьбы, когда я поставила свою подпись рядом с подписью Джеспара. Что это такое?

Пришлось как следует изогнуться, чтобы распознать в пятне очертания драконьей головы с распахнутой пастью, из которой вот-вот появится пламя.

Я потерла пятно, попробовала с мылом, но эффекта не было. Мое новое украшение не то что не думало исчезать, оно даже не потускнело. Значит, это метка Мортона на мне? Кто дал ему право метить меня, будто кобылу?

Я кипела негодованием все то время, что наводила порядок в ванной и ложилась в постель. А когда задула свечи, оставаясь в темноте, начала понемногу успокаиваться. Все-таки эта метка может сыграть на руку мне самой. А вот Джеспару Мортону придется заплатить за это. В самом прямом смысле.

5. О том, что скрывается за пределами поместья

Утром первым делом я поднялась на второй этаж. Пора было воплощать все, что пришло мне в голову ночью. И для этого мне нужна была либо печать Мортона, либо какие-то документы, которые подтвердили бы мою связь с ним.

Как я и думала, на втором этаже оказались большие спальни, аж три штуки. Кабинет и что-то наподобие библиотеки. Спальни отличались от тех, что были на первом этаже, не только размерами, но и обстановкой. Широкие кровати, мягкие прикроватные скамеечки, комоды и трюмо для наведения марафета, огромные шкафы с зеркальными дверцами.

Только теперь я догадалась, что внизу, скорее всего, жили слуги. А то, что я посчитала большой ванной, было скорее постирочной. Потому что в спальнях на втором этаже кроме богатого убранства были еще и личные ванные с зеркалами и стеклянными полками с разного рода баночками и флакончиками.

Но пустые спальни с затхлым воздухом и пятнами сырости на стенах меня пока мало интересовали. Мини-библиотеку, в которой обнаружились полки с на удивление целыми книгами и небольшой диванчик у окна, я тоже осмотрела лишь мельком. А вот в кабинете задержалась подольше.

Большой стол, на котором царил идеальный порядок. На нем даже пыли не было! Ни единой бумажки, ни единого карандаша вне своих мест. Будто это единственная комната, за которой присматривала Амалия, пока еще работала здесь. Тяжелое кресло с высокой спинкой, узкие шкафы высотой почти до потолка со множеством секций, закрытых стеклянными дверцами. Я подергала дверцы, но все они были заперты. Перешла к столу и, обогнув его, открыла первый ящик. К счастью, он не был заперт ни на ключ, ни на какую-то магию. Правда, и бумаги, что в нем нашлись, не имели для меня никакой ценности. Если честно, я вообще мало что поняла из их содержимого. Так что продолжила искать что-то, что могло бы оказаться полезным для моей задумки.

Ничего, напоминающего печать Мортона, я не нашла. Не нашла и какого-нибудь символа, который мог бы подтвердить его принадлежность хозяину поместья. В общем, ничего, что я искала. Пришлось думать дальше.

Что еще могло доказать то, что я законная супруга Мортона? Не стану же я демонстрировать каждому знак на плече!

Прежде чем спуститься, я еще раз осмотрела комнаты. На двери кабинета и полках в библиотеке нашла такие же руны, какие видела в теплицах и на шкатулке специй. Видно, эти символы и защищали все от разложения. Но почему тогда их не нанесли на каждую комнату? Или сделали это только на крайний случай, защищая самое ценное?

Я приоткрыла окна в каждой комнате, чтобы убрать запах затхлости. Но камин в кабинете и маленькие стенные печи в спальнях трогать пока не стала. Видимо, второй этаж никак не был связан отоплением с первым. Но сейчас у меня не было времени на то, чтобы приводить в порядок еще и второй этаж.

Лили сказала, что до поселка не меньше пары часов пешком, так что нужно было спешить.

Вернувшись на первый этаж, я застала Лили и Логана на пути в ванную. Пожелала им доброго утра, сказала, чтобы умывались и шли на кухню, и сама пошла проверить готовность завтрака. Остатки перловки ждали в духовом шкафу, так что пока я занималась поисками, еда уже согрелась, а чайник с водой бодро булькал, стоя на плите.

Пока дети умывались, я на всякий случай еще раз проверила саквояж. Вдруг что-то упустила? Но ни потайного кармана, ни какой-то дыры в подкладке, куда могло провалиться что-то важное, не нашла. Значит, и документов при мне никаких не было.

– Логан, останешься дома или пойдешь с нами? – спросила я, когда мальчишка уплетал вторую порцию сладкой медовой тыквы. Он кивнул с важным видом, а когда Лили хихикнула, ответил, не прекращая жевать.

– С вами.

Вот и славно. Я, конечно, боялась, что в его компании дорога займет больше времени, но все же оставлять его одного в доме было рискованно. Пусть даже с ним и остался бы Кексик, мне будет спокойнее, если Логан будет под моим присмотром.

Мы закончили завтрак, убрались на кухне, и я поставила замачивать горох, чтобы по возвращении приготовить кашу или суп, в зависимости от успешности нашей вылазки. Но мне все еще нужно было что-то, что можно было обменять на деньги. Первоначальным планом было делать покупки под расписку. Не знаю, заведено ли здесь было оплачивать счета через время после покупки, но я надеялась, что когда у меня в руках окажется нечто, что подтвердит мой статус супруги Мортона, я просто буду говорить, чтобы счет выписывали на имя моего мужа. И пускай потом расплачивается! Но теперь пришлось придумывать запасной план.

Так что я просто решила продать что-нибудь из вещей Мортона. И на эти деньги запастись всем необходимым.

Книги я отмела сразу же: неизвестно, имеют ли они большую ценность в этом мире, а если имеют, то какие именно? Так что оставались предметы одежды и, может быть, украшения, если таковые найдутся.

Но не успела я дойти до лестницы, чтобы вернуться на второй этаж, как в прихожей что-то зашуршало, а потом тоненько звякнуло. Звук был как у звоночка на гостиничной стойке из старых фильмов.

Я оглянулась, думая, что это кто-то из детей, но они оба сидели недалеко от камина, забавляясь тем, что возили по очереди по полу пальцем, на который притворно охотился Кексик.

Подождала, решив, что если это такой звонок в дверь, то сейчас он повторится, но в прихожей была тишина. А когда я прошла ко входной двери, поняла, что за ней никого. Тогда что это было?

Чуть не подпрыгнула, когда звяканье повторилось, и резко повернулась к углу, откуда оно донеслось. Высокий круглый столик на трех тонких ножках с выдвижным ящиком, большая кадка с высохшей палкой, видно, бывшей когда-то цветком или даже деревцем и все. Никаких звонков, никаких колокольчиков. Ничего, что могло бы издать этот звук.

На всякий случай я открыла ящик и в оторопении уставилась на его содержимое.

Кажется, это был какой-то местный способ связи. В ящике обнаружился темно-синий бархатный мешочек, из которого высыпалось несколько блестящих монет, стоило мне отодвинуть его в сторону, чтобы повнимательнее рассмотреть то, что лежало под ним. Письма. Я схватила верхнее и повертела конверт в руке. Никакой подписи, только сургучная печать с таким же символом, как на моем плече. Я без зазрения совести сломала печать и достала письмо.

«Отправляю три сотни голдоров для дополнительных расходов, которые могут возникнуть для удовлетворения потребностей дэйны Мортон».

Больше ничего в письме не было. Но учитывая, что поверх него лежал мешочек с деньгами, видно, это было просто сопроводительной запиской для управляющей. Значит, Джеспар все-таки связывался с Амалией. Правда, я не была уверена, являлась ли эта связь двусторонней, или же она просто получала от него указания и деньги на содержание.

Раскрыв второе письмо, я убедилась в том, что мне должны были оказать более теплый прием. Вот только Амалия сбежала до того, как узнала про мой приезд.

«Вечером седьмого мезона в Амберфилд прибудет Эвелин Изабелла Мортон. Моя супруга. Подготовьте хозяйскую спальню к ее прибытию. Следуйте любым ее указаниям, если они не противоречат моим. Все поместье может находиться в ее распоряжении, но выпускать ее за пределы Амберфилда я запрещаю. На днях пришлю средства на дополнительные расходы. Также уведомляю, что с этого дня будет повышено ваше ежегодное содержание и финансовое обеспечение поместья.»

Я еще раз перечитала письмо. Значит, у Джеспара не было намерения сгноить меня в сырости и холоде. Это все мегера Амалия, которая явно каждый год стабильно получала денежки от Мортона. Пока не решила, что можно забрать их и сбежать. Вот только на что она рассчитывала? Что он так и не появится в собственном поместье? Или, узнав, что управляющая сбежала, не станет ее искать, чтобы наказать за своеволие? Учитывая, как он вел себя на свадьбе, этот вариант отпадал. Мортон явно привык, что все идет так, как хочет он.

Я убрала письмо в конверт и взвесила в руке мешочек с деньгами. Тяжеленный! Интересно, какой курс в этом мире? И на какой срок рассчитаны эти три сотни золотых монеток?

А в груди уже разгоралось нетерпение. Руки прямо чесались потратить все до копейки. Впрочем, почему я должна себе отказывать в этом удовольствии? Эта сумма выслана для моего содержания. Я ведь именно это и собираюсь сделать. Купить продуктов, специй, парочку кастрюль поглубже, сковороду пошире. Еще нужно непременно обновить гардероб. Пару ночных сорочек, штаны поудобнее для работы, рубашки, свитера, теплые носки и плащ на случай морозов. Да еще и детей нужно одеть как следует!

У меня аж голова закружилась от собственных фантазий. Нет, так не пойдет. Сейчас я все истрачу, а Мортон возьмет и перестанет спонсировать драгоценную супружницу. Так что нужно было подойти к делу с холодной головой.

Я отсчитала десяток монет и убрала в карман. Мешочек завязала и унесла в свою спальню. Сунула под перину на всякий случай. Ограбления я не боялась. Судя по словам Лили, Амалия рассказала ее мачехе про свой побег по секрету. Значит, все остальные должны были оставаться в неведении о том, что дом опустел. А сама Амалия, наверное, еще и думала вернуться сюда. Как минимум для того, чтобы получить очередную сумму от Мортона. И в ее же интересах было не допустить распространения слухов о заброшенном поместье. Вот же ушлая женщина!

Чтобы совладать с искушением пуститься во все тяжкие на местном рынке, я достала свой карандаш, вырвала еще одну страничку из книги, клятвенно пообещав обзавестись блокнотом для подобных вещей, и стала составлять список первоочередных покупок.

Мясо, овощи, молочные продукты, яйца, лекарства, свечи и одежда для детей. И если повезет – какие-нибудь справочники. Так сказать, путеводители по миру. Потому что я знать не знала, как тут лечат простуду, как быстро настанет зима, и как вообще работают эти магические символы, что я видела в доме. А эти знания могли бы здорово облегчить мне жизнь.

Наконец, сборы были окончены. Я освободила саквояж и на всякий случай прихватила одну из наволочек, которую использовала вместо мешка. Подумала и внесла в список пару корзинок, убрала наволочку. Все-таки супруга дэйна Мортона с наволочкой наперевес – слишком комичное зрелище. А для пересудов будет достаточно уже и того, что я появлюсь в компании двух детишек в одежде с чужого плеча.

Ох, я ведь и не подумала, что будет, если вдруг мы столкнемся с их мачехой. Она ведь явно мимо не пройдет. И даже если ей наплевать на детей, такая встреча может кончиться рукоприкладством. Как минимум с моей стороны.

– Лили, быть может, вы останетесь сегодня дома? А я сама схожу в поселок.

На лицо девочки словно набежала тучка. Она так поникла, что я тут же пожалела о своих словах.

– Хотя вряд ли я доберусь туда без вашей помощи, – я ободряюще улыбнулась Лили, решив, что будь что будет. А если мачеха и появится, она сама об этом пожалеет!

– Ты уверена, что это здесь? – Я с сомнением смотрела на прутья забора. Мы стояли в самой дальней части поместья. За тыквенным полем был небольшой пролесок, и уже за ним была граница территории Мортона. Отсюда даже дом был виден с трудом. Но именно здесь, по словам Лили, была некая дыра в заборе, через которую они с Логаном и проникли в поместье. Правда, я никакой дыры не видела.

– Вот она. – Лили уверенно ткнула пальцем в промежуток между прутьями, а потом легко протиснулась на другую сторону.

Теперь я заметила, что расстояние между прутьями было больше, чем в других местах. Но все же…

Логан последовал за сестрой, и теперь оба ждали меня по ту сторону забора. Я подошла ближе, на всякий случай сначала провела рукой между прутьями, опасаясь какого-то магического барьера. Мало ли, вдруг он настроен на меня лично? Но рука свободно прошла в дыру.

Я примерилась, выдохнула лишний воздух и стала протискиваться. Да уж! Повезло, что Эвелин была такой тростиночкой. Будь она на пару кило больше или имей более пышные формы, я бы сейчас просто застряла.

Но мне удалось пролезть без каких-то усилий. Оказавшись по ту сторону забора, я усмехнулась. Ну прям как в старом анекдоте: не удалось выйти через выход, пришлось выходить через вход. Вернее, пролезать с задворков. Видно, дэйн Мортон и предположить не мог, что его супруга станет лазать через забор, и запечатал только главные ворота. Мне его недальновидность только на руку. Теперь главное – не поправиться. А то буду как Винни Пух в гостях у Кролика.

Для верности пройдя еще пару раз туда и обратно, я убедилась, что лаз работает и на выход, и на вход, и только потом мы уверенно направились через негустой лесок в сторону широкой дороги.

Идти было не так далеко, как мне казалось поначалу. Дорога пролегала через лес, который отделял поселок от поместья. Листва, уже вовсю окрасившаяся в ярко-оранжевые и красные тона, не торопилась опадать, так что когда лес расступился, поселок вырос перед нами совершенно неожиданно.

Я повесила саквояж на сгиб локтя и взяла детей за руки. Оставалось лишь найти местный рынок и по возможности особо ни с кем не заговаривать.

Рынок нашелся практически сразу. Лили повела нас туда, откуда доносился разноголосый шум. Мы оказались на площади, где меня едва не сбила с ног какофония запахов. Мясо, выпечка, специи – все было разложено на открытых прилавках и насыщало воздух ароматами. Позади лотков виднелись приоткрытые двери в магазинчики с весьма понятными вывесками: портной, парикмахер, кузнец, аптекарь.

Наверное, у меня глаза загорелись. Но я заставила взять себя в руки и сначала не торопясь прошлась вдоль рядов, присматриваясь и прицениваясь. А так как тут не было не то что привычных мне этикеток, но и даже мало-мальских бумажек с ценой не наблюдалось, приходилось практически каждого торговца спрашивать про его товары. И каждый раз я слышала непонятное слово «мисты». Что за мисты такие? И как они соотносятся с голдорами, десяток которых сейчас был припрятан в моем кармане, прикрытый парой обрывков ткани, чтобы не звенели.

Я вежливо улыбалась и кивала, всем своим видом показывая, как мне важна свежесть и качество продукта, и потихоньку шла дальше. В сторону симпатичного двухэтажного каменного дома, на котором красовалась вывеска с портняжной лентой и иглой.

Открыла дверь и первой пропустила вперед детей. Но стоило им войти в лавку, как из глубины светлого помещения послышался недовольный окрик:

– А ну пошли вон отсюда, бродяжки!

Лили испуганно повернулась ко мне, но я уже закрыла за собой дверь и произнесла со всем достоинством, на которое была способна.

– А нельзя ли повежливее общаться с покупателем?

После небольшой, в два шага, прихожей начинался светлый круглый зал со стойкой с одной стороны и небольшим диванчиком с другой. Невысокий подиум для примерки напротив широкого зеркала, комната, скрытая серой шторкой, и множество вешалок с одеждой на любой случай.

– Мы не обслуживаем сирот, – безапелляционно заявила девушка чуть старше самой Эвелин.

Я демонстративно огляделась.

– Не вижу здесь сирот. Вижу только того, кто отказывается заработать денег. – Вздохнула и снова взяла детей за руки. – А жаль. Я планировала как следует облегчить кошелек своего дорогого и щедрого мужа. Идемте, детки. Поищем другую лавку. Поприличнее.

После моей речи началось какое-то волшебство. Девушка враз расплылась в улыбке и, разве что не приседая в реверансах, стала заверять меня, что она просто ошиблась из-за плохого света. И сразу не разглядела прелестных ангелочков и их… тут она запнулась, пришлось подсказать ей, что я приемная мать детей, которым требуется новая одежда.

Из уст девушки лился мед с сиропом и патокой, пока она демонстрировала все детские наряды, что были у них в наличии. Потом предложила снять мерки, чтобы пошить что-то индивидуальное, но я остановила ее. Выбрала для Лили небесно-голубое платьице и шерстяной плащ с рукавами и капюшоном. Для Логана нашлись прекрасные, будто на него пошитые штаны, темно-серая рубашка и совершенно кукольный плащик, который оказался ему впору. На обувь я пока не замахивалась, но попросила добавить к покупкам пару чулок для девочки, носки для мальчика, шарфы и две детские сорочки.

Девушка метеором летала по лавке, складывая на прилавок то одно, то другое. Дети притихли у двери, но я видела, как у Лили горят глаза, а Логан в нетерпении притоптывает на месте.

– Мы ведь можем сразу переодеться? – Я нацепила маску высокомерия и горделивости. Хотя мне очень хотелось расплыться в улыбке, глядя, как Лили с недоверием кусает губу и переводит взгляд то на прилавок с ее новым платьем, то на свои старые башмаки.

– Конечно, дэйна, – засуетилась продавщица и откинула шторку, за которой пряталась вместительная примерочная. – Прошу сюда.

Дэйна. Значит, это не титул, а скорее обращение к представительным гражданам. Нужно запомнить.

Пока Лили с Логаном примеряли обновки, я занялась своим гардеробом. Вместе мы подобрали отличное теплое платье с мягкими рукавами и свободным кроем, домашнее одеяние, состоящее из легкой блузы с бантом на спине и длинной юбкой с глубокими карманами, а также утепленный плащ глубокого изумрудного цвета с тремя большими пуговицами. А вот с сорочкой вышло недопонимание. Я хотела обычную ночную рубашку, самую простую и удобную. Но продавщица старательно подсовывала мне какие-то вычурные неглиже с завязочками и кружевами. В итоге я не выдержала и потребовала принести мне что-то наподобие детской ночнушки, но моего размера. На что продавщица, едва не плача, ответила, что у них нет ничего подобного. Пришлось из всего вороха кружев выбрать самое приличное. В итоге остановилась на темно-зеленой, до колена, сорочке с черным кружевом по краям. Видимо, придется где-то еще искать халат, чтобы не разгуливать в таком виде по дому.

Когда дети были одеты, а наши покупки уложены в большой бумажный сверток, я с замиранием сердца, но с непроницаемым выражением спросила, сколько я должна. Девушка что-то мелко расписала на отрывном листочке, протянула мне и дополнительно озвучила вслух:

– Две тысячи пятьсот мистардов.

У меня глаза на лоб полезли. Две тысячи? А сколько же это в голдорах?

Девушка, вежливо улыбаясь, смотрела на меня. Я же, надеясь, что Джеспар Мортон не оказался скупердяем и не выслал на содержание супруги монеты самого низкого достоинства, спокойно произнесла:

– У меня при себе только голдоры.

– Два с половиной, – тут же ответила хозяйка лавки. И поспешила добавить: – Но разницу мне придется выдать в мистардах. Или же, если пожелаете, мы можем оформить долговую расписку.

– Благодарю, обойдемся без расписок, – я отсчитала прямо в кармане три монетки и выложила на прилавок.

Девушка тут же смела их в выдвижной ящик со своей стороны и стала отсчитывать сдачу. Я выразительно выгнула бровь, глядя на стопку серебристого цвета монет. Я же сейчас звенеть буду при ходьбе, как восточная танцовщица!

– Простите, сейчас! – заметив мой взгляд, девушка мигом достала небольшой мешочек и ссыпала в него мистарды. Протянула мне. – Благодарю, дэйна.

«Носите, не снашивайте», – мелькнуло у меня в голове. Да, в этом мире условия будут получше, чем в моей молодости, когда каждому, наверное, довелось постоять на картонке, примеряя одежду «на вырост».

Я поудобнее перехватила сверток, поманила детей, и мы вышли на улицу. Припомнив цены, которые называли торговцы на свои товары, я мысленно присвистнула. Джеспар Мортон немного вырос в моих глазах. Триста голдоров могли обеспечить достойную жизнь на протяжении как минимум года. К тому же мне не нужно было платить ни за свет, ни за газ, ни за содержание жилья. Разве что стоило разобраться, откуда брать дрова, когда мои запасы иссякнут. И что-нибудь сделать с освещением. Потому что каждый раз возиться со свечами у меня желания не было. А если здесь есть какие-то масляные или другие лампы, то стоило использовать их.

Окинув взглядом площадь, я решила, что продукты подождут. И направилась к вывеске, на которой исходил паром вычурный фиал. Причем исходил он в прямом смысле. Сначала мне даже показалось, что вывеска тлеет, и от нее идет дым. Но нет, фиал посверкивал, а внутри его переливалась разными цветами неведомая жидкость. И правда, магия.

Внутри было гораздо темнее, чем в ателье. Низкий потолок, шкафы-витрины со стеклянными дверцами, за которыми стояли какие-то прозрачные камни, флаконы, пробирки. А на стойке был разложен большой лист бумаги с мелким текстом.

– Есть кто? – я негромко окликнула хозяина, но никто не отозвался. Лили не отходила от меня ни на шаг, а вот Логана, привлеченного тусклым светом от одного из камней в шкафу, пришлось взять за руку.

Пока никто не отвечал, я подошла к прилавку и пробежалась взглядом по тексту. Уже потом до меня дошло, что я свободно понимала написанное, хотя, скорее всего, не должна была. Все-таки это другой мир. Но в тот момент у меня и мысли не возникло, что я могу и не суметь прочитать текст.

На бумаге оказался список различных смесей и снадобий. Причем возле каждого в скобках значилось, от какой проблемы он должен помочь. Жар, головные боли, отторжение пищи, ломота в теле и многое-многое другое, включая даже косметические вопросы. И напротив каждого была написана цена. Чудесно! Хотя бы здесь мне не придется тратить время на расспросы.

Я еще раз, более внимательно, изучила список и убедилась, что и в этом мире поддержание красоты обходится местным дамам недешево. Цены на базовые лекарства были указаны в мистардах, а вот различного рода настои для избавления от морщин или изменения цвета стоили уже в голдорах.

– Чего изволите, дэйна… – Вопросительный тон и неоконченность предложения от высокого мужчины, что появился будто из ниоткуда, застали меня врасплох, и я на автомате закончила за него.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.