- -
- 100%
- +
Женщина выдвинула полку в столе и начала перебирать пальцами стопку бумаг. Вскоре извлекла тоненькую папочку, раскрыла ее и махнула мне на свободный стул. Подавала мне какие-то бумажки на подпись, комментируя каждую:
– Стандартный договор на обучение в двух экземплярах, один оставишь родителям, договор на неразглашение тайны нашего факультета, в двух экземплярах, один останется у тебя. Подписывай, подписывай, потом почитаешь, они одинаковые, – поторопила она меня, что очень мне не понравилось.
Пробежалась глазами по договорам и все-таки подписала, на первый взгляд они были одинаковые.
– Твоя зачетка, студенческий, – выдала она мне две синих «корочки», в которых к моему удивлению уже были мои фотографии. Те самые, которые я в комплекте с документами в Нархозе оставила. – Пропуск, его надо закрепить. Дай-ка руку, – крепко ухватила меня за запястье, откуда-то достала кнопку, которой пальцы прокалывают при общем анализе крови, щелкнула по безымянному пальцу и приложила сначала к пропуску, а потом к договорам. Что-то пошептала, и кровь испарилась без следа. Я только глазами хлопала.
– А что это сейчас было? – смогла выдавить я, после того, как несколько секунд пялилась на те места, где должен был остаться след. Женщина в это время щелкала печатями по бумажкам.
– Закрепили пропуск на крови, чтобы никто, кроме тебя не смог им воспользоваться, – как ни в чем не бывало, ответила она, – и договор о неразглашении, чтобы ты не решила с кем-нибудь поделиться нашим маленьким секретом.
Громко сглотнула и отдернула руку, которая так и лежала на столе. Идиотизм происходящего набирал обороты. Мне все меньше это нравилось. И когда мы вышли из кабинета, все же не смогла сдержать раздражения.
– Это все, конечно, прикольно, я в детстве даже мечтала письмо из Хогвартса получить, но детство-то закончилось. В конце концов, нафиг мне все это надо и куда я потом работать пойду? На битву экстрасенсов?
– Работа у нас всегда есть, платят тоже хорошо. Будешь либо при нашем департаменте охраны и защиты работать, можешь в академии остаться, можешь рвануть в другую страну или даже мир. Магов не так уж и много, поэтому, с руками и ногами оторвут.
– Что, прости? В другой мир? Это в какой? А этот? Это не другой? – прорвало меня. Я даже остановилась посреди коридора, чтобы в глаза посмотреть своей собеседнице, потому что, чем больше я узнавала, тем хуже соображала. Мне казалось, что я ополоумела.
– Нет, Лера, это не другой. Этот, как бы наш, но немного в сторонке находится. Я не смогу объяснить, это пространственная магия, ее изучают только те, кто идет дальше – в аспирантуру. А есть соседние, с оборотнями, магами, с диковинными животными, дружелюбные и не очень. Поверь, учеба у нас интересная, и ты вряд ли пожалеешь, что оказалась здесь. Стоит только раз попробовать магию «на вкус», и ты уже не сможешь от нее отказаться.
– Свежо придание, – хмыкнула я, – вы тут все такие загадочные… Чую, что все ваши красивые описания и расписывания перспектив – фантик, который кроет за собой то, что очень, очень-очень мне не понравится, – подозрительно прищурилась, глядя на совершенно не тронутую моими словами соседку.
– Даже если будет что-то, что тебе не понравится, это не отменяет всего того, о чем я тебе говорила. У нас классно.
– Пока не очень, – скривилась я.
– Ладно, пойдем, покажу тебе нашу общагу. А потом к тебе за вещами.
– У меня от одного слова «общага» голова болеть начинает.
– Не дрейфь, у нас общага что надо. Никаких обшарпанных стен, допотопной мебели и тараканов. Магия и хорошее финансирование творят чудеса.
Гадкое настроение и подозрительность не оставили меня страдать в одиночестве даже тогда, когда мы добрались через залитый солнечным светом дворик к зданию общежития. Оказалось, что именно оно и окружало учебный корпус.
В башнях были читальные залы, библиотеки, общие комнаты и даже тренировочный зал. А между ними располагались комнаты учащихся. Лишь одна небольшая часть здания была отделена от остальных – преподавательская. Оказалось, что и у них в этом странном месте есть свой уголок, свое личное пространство. Зато остальные были соединены длинным коридором. При желании, в нем можно было устраивать забеги по прямой на время. Длина его, по-моему, была не меньше километра. От череды одинаковых дверей рябило в глазах. Оказалось, что общежитие смешанное, парни жили по соседству с девушками. Жили дружно и не позволяли себе лишнего.
Наша комната оказалась на четвертом этаже. Комнаты, конечно, больше напоминали гостиничные номера, а не общажные закутки. Небольшая гостиная с двумя рабочими столами у окна, круглым столом посередине, двумя креслами и двумя стульями. На окнах висел сверкающий белизной тюль, под потолком простая люстра с тремя плафонами, на стенах по бокам бра, под ногами расстилался темно-коричневый ковер с коротким ворсом, а сбоку от двери стоял шкаф, напольная вешалка и полка для обуви. Из гостиной вела дверь в спальню, где одну стену занимал громадный шкаф, напротив было окно, а по бокам две приличных по размеру кровати, накрытых темными покрывалами. Но и на этом студенческая роскошь не заканчивалась. У каждой пары студентов был свой душ и туалет. В эту невероятно необходимую комнату вела дверь из спальни. Там же стояла вполне современная стиральная машина, душевая кабина вместо ванной, и большое настенное зеркало в полный рост. Жить в таких условиях, конечно, было можно вполне комфортно. Да только я все еще не могла прийти в себя и перестать злиться на все это самоуправство, которое творилось вокруг.
Показав мне столовую, где готовили для всех жителей этого крохотного мирка, а после и студенческую столовую, где можно было приготовить для себя что-нибудь самостоятельно, мы, наконец, отправились ко мне. Слава шла за мной, как прикованная. Я с удовольствием наблюдала ее «радость», когда она узнала, что до моего дома нужно было добираться с пересадками через весь город.
Вышли мы тем же путем, каким я оказалась в этом месте. Слава подвела меня к воротам, указала на неприметную пластину, к которой следовало приложить пропуск, и на собственном примере продемонстрировала, как все должно произойти.
Она приложила пластиковую карточку, раздался тихий писк, Слава вышла за ворота и растворилась в воздухе, словно ее и не было. За решетчатой преградой, которая мгновенно вернулась на прежнее место, расстилалась зеленая абсолютно пустая поляна.
С дрожью в руках повторила ее фокус, опасаясь, что меня эта магия расплющит или расщепит на тысячу маленьких Лерок. Но все прошло без проблем. Знакомая темнота мгновенно поглотила меня и так же быстро сменилась ярким светом. Дверь распахнулась передо мной без посторонней помощи. А за ней меня уже ждала Слава и тот самый парень, который впустил в это место.
– Слушай, Слав, – когда отошли от института, спросила я, – а как он меня впустил? Или войти без моего согласия никто не может, а если я захочу, то любого проведу?
– Нет, – мотнула она головой, – по своему пропуску только ты войти можешь, у него пропуск декана. Временно.
Оставшийся путь прошел в молчании. Я пыталась уложить все произошедшее в голове и поверить, что это не сон и не плод моего воображения. Выходило плохо.
Дома стояла полная тишина. Родители были на работе. И пока они не вернулись, мы со Славой скидывали мои вещи в чемодан и сумку. Слава сразу предупредила, чтобы я брала все. Летние вещи на повседневку, а всю остальную одежду на случай практики где-то за пределами академии. Хотя бы по одному комплекту одежды для любых погодных условий мне было необходимо взять сразу. А остальное можно было забрать позже.
Родители вернулись ближе к вечеру. Увидев хаос, посреди которого сидели мы со Славой, были не то, чтобы удивлены, они были в шоке и жаждали объяснений.
Мы расположились в кухне. Слава садиться отказывалась и встала позади меня. Родители подозрительно косились на гостью, ведь всех моих подруг знали лично, а незнакомка, которая собирала вещички их дочери, естественно, не вызывала доверия.
Несколько секунд в кухне царила напряженная тишина, которую разбавляло только тиканье часов, словно таймер на бомбе, которая вот-вот рванет.
Я начала медленно рассказывать ту версию, которую должна была. Немного путалась, но это можно было списать на волнение. Для большей убедительности пришлось к тому же изображать радость и предвкушение от такого поворота и «удачи».
Родители постоянно отвлекались и смотрели мне за спину. Сначала я не обратила на это внимания, а потом услышала тихий, едва заметный, звон за спиной. Обернулась и увидела, Славу, которая медленно, словно поймала какой-то никому не известный ритм, подбрасывала монетку и пристально, не моргая, смотрела на родителей. Я пригляделась и заметила одну особенность – зрачок девушки был неестественно большим.
– Не отвлекайся, – она даже зубы не разжала.
Повернулась к родителям и поняла, что они, словно заледенели. Замерли и смотрели на Славу. Словно… околдованные.
Ты…ты, – начала заикаться от шока и страха, – ты что сделала? – воскликнула я, подскочив со своего стула.
– Сядь и продолжай рассказывать родителям то, что нужно. Или ты хочешь, чтобы они тебе допрос с пристрастием устроили? – прошипела Слава.
– Я не буду ничего делать, пока ты мне все не объяснишь!
Слава закатила глаза. Одним движением оттолкнула меня в сторону, взмахнула руками, произнесла какую-то странную белиберду, и в сторону родителей полетела огромная светящаяся серебристым светом не то пентаграмма, не то печать, которая укутала родных, словно одеялом. Все это случилось за несколько секунд, я даже среагировать не успела, да и не смогла бы. Я просто не представляла, что можно противопоставить Славе.
– Это стазис, – пояснила она, – грубо говоря, остановила для них время. Между прочим, требует немало энергозатрат, но в экстремальных ситуациях играет огромную роль. Особенно, когда чья-то жизнь висит на волоске и счет идет на минуты. Максимальное время стазиса безопасного для человека – пять-семь минут. Твоих погрузила на две минуты, это безопасно абсолютно. Дальше, не перебивай или будет хуже, – остановила меня, когда я приготовилась вылить на нее свое негодование по поводу такого самоуправства. – Погрузила твоих родителей в состояние гипноза, чтобы та информация, которую ты им дашь не вызвала у них подозрения и отрицания. Все, что у них останется после этого разговора – радость и гордость за дочку, которая хорошо устроилась на факультете. Ну, и информация, которой они поделятся со знакомыми. Без лишних подробностей. Все. Им ничего не грозит. Твоя задача, рассказать все с улыбкой и добавить, что на выходных ты будешь им звонить или приезжать в гости. Все. Вперед!
Развернула меня к родителям. Серебристая печать, которая теперь казалась сетью, постепенно таяла. Но взгляд родителей оставался замутненным и расфокусированным.
– Ты уже подписала договор, – тихо напомнила Слава, – и тебе все равно придется учиться с нами. Ни в один другой ВУЗ тебя не возьмут.
Совладала с раздражением, передернула плечами и заговорила снова, когда родители освободились от оков стазиса.
Меня разрывали противоречивые чувства. С одной стороны одолевал безумный страх перед неизвестностью. Перед тем, куда я оказалась совершенно случайно втянутой. Злость от того, что в двадцать первом веке я оказалась невольницей. Имела полный набор прав обычного свободного человека, но в итоге не смогла распорядиться своей судьбой. С другой стороны в душе росло любопытство и предвкушение. Слава очень искусно использовала свои возможности, и я подозревала, что это лишь крохотная часть от всех ее умений. Если она, студентка, которая еще не окончила обучение, могла за пару секунд обездвижить человека, то что же умели профессионалы? Фантастика. Словно сказка оживала наяву. Страшно любопытно.
После того, как мой рассказ был закончен, родители проморгались, расплылись в искренних радостных улыбках и слаженно поздравили меня с поступлением. Мама посетовала на то, что ей придется отпустить свое чадо в общежитие, но под напором наших со Славой убеждений сдалась и помогла собрать вещи. Папа, в свою очередь, довез меня с новой знакомой до ворот института, что значительно облегчило мой переезд.
Я не знала, радовало меня, что родители пребывали в слепом, но счастливом неведении или расстраивало… Наверное, и то, и другое. Они хотя бы не будут переживать.
Славе я устроила разбор полетов сразу, как только мы пересекли границу миров и оказались на территории факультета. Она могла и предупредить, что будет действовать таким необычным способом, но предпочла играть втемную. Я же не испытывала мук совести, когда сыпала упреками и возмущениями. И пусть бы испортила отношения с соседкой. Главное, что отношения, в которых меня держат за дурочку, меня не устраивали абсолютно. Но, к моему удивлению, Слава не ответила агрессией или злобой, она рассмеялась.
– Смотрю на тебя, – хихикала она, – и себя вспоминаю. Точь-в-точь. Хотя нет, я тогда чуть в драку не полезла, когда с моими родителями так же.
– Знаешь, мне не смешно! – развернулась, подхватила чемодан, закинула сумку на плечо и пошла к входу в общежитие.
Слава догнала меня, забрала ручку чемодана и пошла рядом.
– Ты поймешь, что это было необходимо. Сегодня погуляем по территории, а завтра, когда первый шок пройдет, расскажу, как все здесь устроено и что ждет тебя впереди.
– Это-то меня и пугает особенно сильно. Чем дольше я среди вас нахожусь, тем меньше мне нравятся методы, которыми вы пользуетесь.
– Через пару лет, когда окажешься на моем месте, твое мнение уже кардинально поменяется.
Главы 4
Следующие три дня я разбирала вещи, знакомилась с друзьями Славы, своими братьями по несчастью и пыталась свыкнуться с мыслью, что все это – реальность. Невероятная, сказочная, невообразимая реальность. Чем больше времени я проводила в этом мире магии и чудес, тем больше проникалась к нему симпатией и интересом. На третий день Слава отвела меня к крытому помещению, которое находилось в стороне от академии. Там оказался загон, где обитали разные диковинные животные и птицы. Настоящие фениксы, которые обдавали невероятным жаром, странные создания, похожие на ожившие снежинки. Они норовили прикончить нас своими иглами, которые выстреливали из каждого ответвления и осыпались, встречаясь со стеклянной преградой. В огромном аквариуме плавали уродливые русалки с огромными рыбьими глазищами, я даже увидела своими глазами существо, которое в нашем мире принято называть снежным человеком. Огромная прямоходящая обезьяна в белоснежной шубе не соизволила даже повернуться к нам мордой. Но только после посещения этого самого фантастического зоопарка я поняла, что все это не плод моей фантазии, и осознала, что хочу стать частью этого мира. К тому же, Слава с удовольствием рассказывала про соседние дружелюбные миры, в которых обитали такие же люди, как и мы, настоящие феи и настоящие оборотни. И некоторые из них даже обучались в нашей академии. Соседка пообещала, что я обязательно их увижу и даже совсем скоро посещу один из соседних миров. Шило в мягком месте активизировалось и требовало путешествия прямо здесь и сейчас, но естественно, пришлось ждать.
В четверг нам выдали расписание, в котором среди привычных предметов, вроде математики, экономической теории, теории государства и права, значились такие предметы, как история магического мира, основы гипноза, основы рунного письма, бестиология, основы управления магическими потоками, защита и подселенцы. Последний предмет меня очень заинтересовал, но Слава в очередной раз ушла от ответа, заявив, что уже на следующей неделе я узнаю, кто они и почему им отведена отдельная дисциплина.
В этот же день нас всех оповестили, что ранним утром пятницы состоится вводная лекция для первокурсников, а вечером состоится, без малого, бал по поводу пополнения рядов магов нами, первокурсниками. И естественно, главным поводом для волнения стал наряд на бал. Не идти же на такое мероприятие в рваных джинсах и майке на бретельках? Но и тут все оказалось радужно и даже приторно сладко, отчего я подумала, что таким образом нам пытаются подсластить пилюлю своеобразного поступления. Оказалось, что все студентам академии магии положена стипендия, а по причине того, что в первый месяц первокурсники, как правило, не покидают дружелюбные стены учебного заведения, эту стипендию девушки тратят на пошив нарядов, а парни, на что придется.
Я даже не могла представить, как можно сшить платье на такое количество жаждущих выглядеть лучше всех девушек за один день, но и тут руководители подготовились – после вводной лекции все желающие могли отправиться в соседний мир фей – Лайсон, чтобы с помощью шустрых и искусных мастериц создать платье мечты. Поэтому, это день я ждала с еще большим предвкушением, чем какой-либо другой в своей жизни.
Ранним утром, первокурсники сонные, но с горящими любопытством глазами стройными рядами шли на первое занятие в магической академии. На первое и единственное в этот день – вводную лекцию, которую должен был провести не кто иной, как сам декан факультета.
Большая аудитория – амфитеатр без проблем вместила в себя больше сотни студентов. Светлая, залитая солнечным светом, она только усиливала ощущение чего-то волшебного, чего-то нового и неизведанного.
В указанный час, ни на минуту не опоздав, в аудиторию вошел наш декан. Остановился у стола, обвел нас внимательным взглядом, достал из своей сумки два скрепленных листа и, наконец, обратился к нам.
– Доброе утро. Пущу по рядам листы, все присутствующие должны отметиться. Отсутствующие, – он широко улыбнулся, – пожалеть.
Листы начали медленно змейкой двигаться по рядам, а Владимир Сергеевич сел за преподавательский стол и начал лекцию.
– Представляться мне уже не имеет смысла, но для тех, у кого проблемы с памятью, на всякий случай напоминаю, меня зовут Дорофеев Владимир Сергеевич, я декан закрытого факультета при Международном Институте Туризма. Я вам не папа, и не мама, а вы не маленькие детки, поэтому, убедительно прошу, не беспокоить меня по мелочам. Ваш поток будет разделен на четыре группы по 25-30 человек. В каждой группе будет назначен староста, который должен каждый понедельник подходить к доске объявлений на первом этаже, дабы не пропустить старостат. Все организационные вопросы будут решаться на этом мероприятии, и ответы на интересующие вопросы можно будет получить там же. Идем дальше.
Нам рассказали про распорядок дня, напомнили про запрет покидать территорию академии в будние дни и без сопровождения своих соседей или других старшекурсников. Так же объявили, что в академии действует комендантский час.
Я уже решила, что вводная лекция окажется стандартным рассказом о том, что можно, что нельзя, и как будет проходить учебный процесс, как началось самое интересное.
– Ваше желание или нежелание учиться в стенах нашей академии не имеет никакого значения. Вы особенные. Наделенные даром управлять многими процессами, лишь прибегая к собственной энергии и используя полученные здесь знания. Со дня, как вы родились и попали в базу данных департамента магии, вы лишились права выбора. Я не буду сейчас углубляться в историю, – продолжал он свой монолог, – этим займется преподаватель по истории магического мира, хочу лишь сказать, что данное заведение существует уже девяносто четыре года. И не имеет никакого отношения к Международному Институту Туризма. Наша академия – филиал Академии Магической Защиты, которая находится в Великобритании, в городе Инвернесс. Главная, центральная и самая большая. Остальные филиалы разбросаны по всему миру и насчитывают больше трех десятков. Расположение академий обусловлено наличием аномальных зон. Это связано с тем, что в таких местах граница между мирами слишком тонкая. С одной стороны – это позволяет с легкостью строить межмировые переходы, с другой – разрывать пространство из вне. Это главная проблема и причина возникновения наших академий и объединения с иностранными и иномирными магами. Есть миры обитаемые, с разумными жителями, а есть – дикие. В одном из таких миров, который в России называют Царством Теней. Это враждебный мир, обитатели которого проникают в наш. Наша задача – оберегать Землю от таких проникновений. Это главная задача, помимо нее у нас достаточно и другой работы. Во время обучения вы получите массу навыков от укрощения и выслеживания чупокабры до предотвращения природных бедствий. Теоретические занятия будут подкрепляться практическими занятиями в специально отведенных аудиториях, на полигоне, в загоне и в других мирах. Использование магии за пределами специально оборудованных аудиторий запрещено. Советую, помимо учебы уделять внимание вашей физической форме. Это, порой, играет даже большую роль, нежели владение магическим искусством. Пропускать занятия вы можете лишь по трем причинам: мое личное на то разрешение, это случается, когда в привычную жизнь врываются очень весомые обстоятельства, вроде, похорон, свадьбы и рождения ребенка; ваша болезнь, подтвержденная нашими врачами, которые работают при академии и готовы в любую секунду прийти вам на помощь; ваша смерть. Так, – он сцепил пальцы в замок и прокашлялся, – дамы, теперь обращаюсь к вам и взываю к вашей сознательности – убедительная просьба, не стройте матримониальных планов на время обучения и тщательно выбирайте себе партнеров, чтобы не остаться с разбитым сердцем. Сегодня, полагаю, – он взглянул на часы, – уже сейчас к нам в академию прибудут студенты из соседнего мира оборотней. Эти юноши каждый год становятся участниками громких скандалов. Рекомендую сделать выводы прямо сейчас и не повторять чужих ошибок. В общем-то, на этом все. Расписывать работу, которой вам в будущем придется заниматься, я не буду, это вы поймете в процессе обучения. Вот здесь, – он выложил какие-то листы на стол, – список групп и имена старост, заберете на выходе. Расписание вы получили, в бухгалтерии можете получить стипендию за сентябрь и в сопровождении ваших соседей можете отправляться на Лайсон. Вернуться вы обязаны до восемнадцати часов. Если есть вопросы, задавайте.
Все растерянно переглядывались, но все же один желающий задать вопрос нашелся. Здоровяк, который сидел на самом верху поднял руку и после разрешения озвучил вопрос, который, наверное, мучил многих из нас.
– Хотелось бы, чтобы вы немного точнее обрисовали ситуацию с Царством Теней. Вы ведь не зря выделили именно этот мир и его обитателей.
– В двух словах, – кивнул декан, – этот мир, насколько нам известно, населяют бестелесные сущности. Сущности эти разумные, хитрые и в нашем мире, в основном, ведут паразитирующий образ жизни. Вселяются в человеческое тело, теснят душу и захватывают контроль. Человек все осознает, но ничего самостоятельно предпринять не может. Сущности, или, как мы привыкли их называть – тени, получают доступ ко всем знаниям человека, к его памяти, а самое главное и опасное – получают возможность питаться. И питаются они человеческой энергией. Носителю не вредят, жертву высасывают досуха. Я вижу, что вы впечатлены, – он хмыкнул, – думаю, достаточно подробностей. На занятиях узнаете всю информацию, которую сумели по ним собрать за множество лет противостояния. Еще вопросы?
Но вопросов больше не было. Я сидела пришибленная полученной информацией. Вот и та самая ложка дегтя в огромной бочке меда. Только и ложка, как оказалось, не маленьких размеров. Тут не в игрушки играли, не фокусам обучали, а учили противостоять разумному противнику, который мог подселиться в тело любого из нас. Даже представить оказалось сложно, что все эти годы я жила в мире, который оказался совсем не таким, как представлялось. Но я не воин и никогда им не была. Я не готова вступить в борьбу с такими сущностями или с другими… Я всего лишь девочка, которая совсем недавно переступила порог совершеннолетия. Но и жить в постоянном страхе, который мерзкой змеей сворачивался под самым сердцем, не хотелось. А чтобы не бояться, нужно было научиться всему, что преподают в этом заведении.
Вся аудитория пребывала в оцепенении и лишь спустя несколько минут после ухода декана зашевелилась.
Когда разобрались со списками и старостами, вереницей потянулись к выходу. Нужно было получить стипендию и найти своих сопровождающих. Я ушла глубоко в себя, лишь краем сознания отмечая правильность своего пути, когда Слава подхватила меня под руку.
– Пойдем, сначала переоденемся, а потом за стипендией и сразу в портальный зал, – потянула она меня к выходу из учебного корпуса. – Чтобы не ходить туда-сюда через всю академию тысячу раз. Ты чего такая загруженная?
– Нам про ваших теней в общих чертах рассказали.
– А-а-а, – протянула Слава, – понимаю, я после первой лекции была готова встать на лыжи из академии. Но ничего, нет так страшен черт, как его малюют. Людей Лерка надо бояться, а не теней. Люди страшнее.
– Знаешь, если бы мне сразу сказали, что это спецшкола для воспитания солдат по поимке паранормальных маньяков, было бы честнее.