Лишняя женщина

Глава 1. Анна

Андрей скучал. За десять лет нашего знакомства я изучила его от и до. Сейчас он точно скучал и думал о чем-то, что его чрезмерно раздражало, это угадывалось в его нервных движениях, в том как он хмурил брови, барабанил пальцами по столу.

– Ты его встретишь, – наконец сказал он.

Я вздохнула.

– Андрей, я не хочу.

– А чего ты хочешь, Анечка?

Я закрыла глаза, позволяя себе провалиться куда-то внутрь меня. Чего я хотела? Сложный вопрос.

– Я бы хотела купить билет. На самолёт. Нет, лучше на поезд, поезда атмосфернее. Даже вещи не собирать, с одной лишь сумкой поехать на вокзал. И…свалить отсюда. Навсегда. А еще очень хочется, чтобы мне снова было двадцать лет. Жить заново, только не совершая прежних ошибок. Например, не встретив тебя.

Андрей громко, с удовольствием рассмеялся.

– Фантазерка ты, Аня, книжки бы тебе писать, – потом посмотрел на экран своего телефона. – Тихо, жена звонит, она тебя терпеть не может.

Женился Андрей только два месяца назад и Инна уже ввела кучу новых правил и запретов. Отчасти они раздражали, но некоторые мне нравились. Например Андрей больше не приезжал ко мне ночами пьяным, потому что жена постоянно мониторила, где он и с кем находится.

Я взяла блокнот со стола и принялась рисовать на нем витиеватую загогулину, не вслушиваясь в разговор Андрея. Тот, как всегда, оправдывался. Уверял, что сейчас приедет. Что очень любит. Лет десять назад я бы наверное убила за возможность услышать такие слова в свой адрес, теперь просто понимала – врёт. Всем врет Андрюша, и Инне своей тоже.

– Эй, – окликнул меня Андрей, сбросив звонок. – Я никак не могу его встретить. У меня ужин с тестем. А тесть у меня сама знаешь кто, его динамить никак нельзя. Никому другому я доверить тоже не могу.

– Да зачем он сдался тебе? – искренне удивилась я.

– Думаешь, ты одна мечтаешь вырваться из этого болота? Нет. Этот мешок с деньгами расширяет бизнес и готов купить мой комбинат. Если цена будет выгодной…свалю я, Анечка, свалю к чертям отсюда.

Говорил он увлеченно и вполне серьезно. Сможет ли он где-то ещё, кроме как здесь? Не знаю. Здесь он юный король. Женат на принцессе. В большом же городе – никто. А никем Андрюша быть не привык.

– Попутного ветра.

– Дура, – разозлился Андрей. – Марата встретишь, поняла? Данные по посадке уже тебе скинул. И чтобы пылинки с него сдувала, поняла? Он всем должен быть доволен.

Андрей подхватил свою куртку и направился к выходу.

– Спать я с ним не буду! – крикнула я ему вслед. – Сам с ним спи! И жёнушку свою подключить можешь!

Андрей показал мне средний палец и вышел. Я закатила глаза и поехала домой. Ну, как домой. По факту у меня ничего не было. Мой автомобиль зарегистрирован на фирму Андрея, моя квартира на самого Андрея записана. Таковы были правила навязанной мне еще десять лет назад игры. Дома меня с громким и недовольным мурчанием встретил Люкс. Он имел другое, заковыристое имя, но называть его так мне было лень и он стал Люксом, так как был не в меру мордат и породист. Тяжёлый Люкс. Впрочем, кот тоже был не мой – два месяца назад Андрей с женой полетели в свадебное путешествие, кота отдали мне на передержку, а забрать забыли. Напоминать мне было как-то неловко, да и приятно было, когда кто-то встречает.

– Я снова сейчас уеду, извини, – сказала я, выливая коту корм из консервной банки. – Я существо подневольное и собственных желаний не имеющее.

Коту было все равно – он ел. До прибытия господина Язгулова было три часа, я успевала собраться. Сходила в душ, высушила и уложила свои длинные волосы. Нужно было одеваться так, чтобы не вызывать никаких лишних желаний у мужчины. Я – не то, чтобы скромность. Я бизнес леди. Я выше всего плотского. Поэтому я надела брючный костюм, рубашку, сверху пальто, оно надежно скрывало мое тело, надеюсь, мне не придётся нигде его снимать.

О Марате Язгулове я не знала ничего, хотя последнее время Андрей только о нем и говорил. Знала, что тот богат, чертовски богат. Фотографий его в сети почти не было, нашла одну – снято не очень качественно, но для того, чтобы найти его в аэропорту, сгодится.

Выехала из дома я за час. Добралась до аэропорта за сорок минут, вечер, пробок нет. На улице стоял апрель, слишком холодный в этом году, чтобы зваться весной. Под ногами хрустел лед, ветер кидался колкими снежинками – даже в нашем захолустье в это время года обычно теплее. До входа в терминал я бежала бегом, ожидаемо поскользнулась и упала, больно ушибив колено.

– Растяпа, – выругалась я.

Торопливо поправила одежду, отряхнула брюки. Бизнес леди на асфальте не валяются, надо вести себя спокойнее. Самолёт уже сел, я стояла в зоне ожидания, разглядывая немногочисленных, ехать к нам в такой холод желающих было мало, пассажиров.

Какую-то девушку встретили с цветами. Молодые люди обнимались так жадно, что я отвела взгляд. Мимо прошла женщина, из переноски в ее руках торчал черный собачий нос. Стайка шумных подростков.

Когда мне навстречу вышел он, я сразу поняла – Язгулов, хотя он разительно отличался от найденной в сети фотографии.

– Анна? – спросил он.

Я влюблялась в жизни только раз – в Андрея. Я сгорела в пламени этой ненавистной любви, истлела в пепел. Несколько лет я просто заставляла себя жить, фиксируя каждый прожитый день. Я не смогла бы больше влюбиться. Эта функция у меня деградировала, самоуничтожилась, я просто не могу любить больше, я не могу пройти через это все заново.

Но глядя в тёмные, бархатные глаза Марата Язгулова я поняла – все. Точка. Я снова влюбилась, прямо вот так, за три секунды, поправ все законы мироздания и самосохранения.

– Да, – хрипло ответила я. – Я Анна.

Глава 2. Марат

Несколько секунд она смотрела на меня в упор, затем опустила взгляд. Я успел рассмотреть ее глаза – черные, словно озерные омуты. Интересная девушка. Достаточно высокая, стройная, насколько позволяет угадать ее пальто.

– Я весь ваш, – сказал я, глядя на ее тёмные волосы, за которыми она спряталась, словно за шторой.

Анна тряхнула волосами, словно что-то для себя решив, и допустила легкую улыбку. У нее были красивые губы, тёмные, резко очерченные. Я представить себе не мог, что в такой глуши скрываются такие бриллианты. Такая давно должна в Сити папиков разводить на бабки. Успешно разводить.

– В нашем городе нет статусных отелей, – быстро, но четко проговорила она. – Я отвезу вас в корпоративную квартиру. Клининг по запросу, доставка еды, в моменты когда вы не будете ужинать в городе, будет согласована с вами и организована.

Шагала она быстро и уверенно. На улице немного замялась и я предложил ей руку, ибо было скользко, но свою руку она отдёрнула. Вот как – независимая, значит. Парковка аэропорта была почти пуста, мы шли к недорогой малолитражке. Я поморщился – моим коленям в ней будет непросто. Я мог заказать такси, но Андрей настоял на том, что меня встретят.

– Эм, – сказала Анна, соотнеся размеры своего автомобиля и длину моих ног. – Выдвиньте кресло по максимуму.

Механизм, конечно же, заедал, пришлось приложить усилия. Колени все равно упирались. Вела машину Анна достаточно агрессивно, учитывая темноту и гололёд. И параллельно говорила. Рассказывала что-то про город, про комбинат – ничего из этого мне было не интересно, но мне нравилось слушать ее голос. Уже на въезде в город какой-то лихач подрезал нас, машину понесло юзом, но Анна мастерски совладала с заносом.

– Козел! – крикнула она.

Я улыбнулся – не знаю, куплю ли я этот комбинат, но поездка явно задалась. Анна же вдавила педаль газа в пол и поравнялась с лихачом. Яростно надавила на клаксон, затем опустила стекло и показала водителю средний палец.

– Сейчас он вынудит нас остановиться, – спрогнозировал ситуацию я. – Затем вытащит вас из машины и научит манерам. Возможно ремнем.

– Никто в этом городе меня не тронет, – фыркнула девушка.

Забавная самоуверенность от девушки, которая боится смотреть мне в глаза.

– Вы хозяйка города?

– Нет. Я вообще никто. Лишняя деталь в механизме. Но люди зависят от комбината, а я в их сознании прочно с ним связана.

Город был тёмным и неуклюжим. Ни одного здания выше девяти этажей, судя по всему. Много малоэтажной застройки. Время еще не было поздним, но большая часть окон темна. Город ложился спать, утром ему идти на работу – в комбинат. Мы остановились у шлагбаума, который поднимался медленно и печально. Въехали во двор небольшого ЖК. Анна остановила машину у одного из домов, я принялся вынимать свое большое тело из маленького автомобиля.

В тесной кабине лифта мы поднялись на четвёртый этаж, Анна молча смотрела в стену напротив. Вышла первой и прошла открывать дверь. Квартира была вполне достойной – ремонт на уровне, чисто, свежо, хорошая мебель. Жаловаться было не на что, разве только на ветер, завывающий за окнами.

– На вашей почте файл со всеми возможными номерами, которые могут вам пригодиться. Во сколько вы встанете?

– В восемь.

– Тогда я распоряжусь, чтобы завтрак доставили к восьми тридцати.

Я не хотел, чтобы она уходила. Анна была…интересной. В ней забавно сочеталась самоуверенность и затаенный, прячущийся где-то внутри страх. Она боялась смотреть мне в глаза, постоянно избегая моего взгляда. Кто ее так напугал, эту красивую смешную девочку?

– Это будет отлично, – ответил я.

– Утром вам позвонит Андрей Викторович. Он же будет вашим гидом и сопровождающим все эти дни.

– Вас, – сказал я. – Я хочу вас.

Она так растерялась, что снова посмотрела мне прямо в глаза. Не видел раньше у славянских девушек таких угольно чёрных глаз и резких скул. Наверное, у девушки интересная родословная, в которой отметились многие нации.

– Что? – переспросила она. – Что вы хотите?

Она смешалась и растерялась. И это меня обрадовало. Меня не раз и не два встречали на местах с программой олл инклюзив. Только щёлкнуть пальцами и все мое будет, любая девушка, стоит только показать. Анна явно не спешила в мою постель. И это хорошо. Доступность скучна.

– Хочу, чтобы мои гидом были вы, а не Андрей Викторович.

Анна покраснела. Не сильно, скорее нервно, неровными рваными красными пятнами. Сейчас она зла на себя. Очень красивая, очень интересная девушка.

– Этот вопрос вам нужно будет согласовать с моим руководством.

Она опустила ключи на тумбочку и повернула дверную ручку, собираясь уходить, но я не хотел отпускать ее так быстро.

– Я еще не ужинал, вы не согласитесь сопроводить меня в ресторан?

Анна замерла. Отвела темную прядь от лица, заправила ее за ухо. Посмотрела на меня, но вскользь, на доли секунды.

– Думаю, вы устали после перелета. Я закажу вам ужин сюда.

– Не останетесь?

– У меня кот дома. Голодный.

Ну, да. Если сильная и независимая, то непременно с котом. Закрывая за девушкой дверь, я чувствовал и легкое сожаление, что она покидает меня так быстро, и предвкушение завтрашней встречи.

Глава 3. Анна

Андрей пытался открыть дверь своим ключом. Но с некоторых пор я стала мудрее и на ночь закрывалась на задвижку. Разбудил меня Люкс – встопорщил шесть на загривке и зарычал, а потом я уже услышала копошение в замке. Вздохнула. Накинула на себя халат.

Активная фаза наших с Андреем отношений давно осталась позади, хоть в это и не верила его жена, но провоцировать ситуации я не любила, поэтому основательно замахнулась в пушистую ткань.

– Чего тебе? – спросила я, открывая.

– И тебе доброе утро, – ответил Андрей. – Почему заперлась?

Кот, услышав его голос, шустро спрятался под кровать и я сделала мысленную пометку – кота хозяевам не возвращать.

– Честь берегу девичью.

Андрей насмешливо фыркнул.

– Честь то к тебе может и вернулась за годы воздержания, но поводу девичести ты явно перегнула. Тридцать тебе, Анечка, далеко не первая свежесть.

– Вот же козел, – не обидевшись сказала я.

Самому Андрею тридцать два уже. А вот его Инне – двадцать три. Юна и свежа, как я когда-то. И без памяти влюблена в своего мужа, как я когда-то.

– Кофе сделай.

Я включила кофемашину, пока кофе готовился, сходила умылась и почистила зубы. Когда вернулась, Андрей хозяйничал, найдя в холодильнике колбасу, соорудил бутерброды.

– Так себе ты хозяйка, – порадовал меня он. – Ни еды, ни уюта.

– А зачем мне в чужой квартире уют обустраивать? – удивилась я. – Не нравится моя колбаса, дома ешь.

Тем не менее три бутерброда Андрей съел, потом только приступил к делу.

– Язгулов хочет, чтобы его сопровождала ты.

– Куда сопровождала? У нас показывать нечего. Грязная речка да поля, даже леса нормального нет. Что показывать ему?

– Комбинат.

– Я не хочу.

Андрей отставил кружку с кофе и укоризненно на меня посмотрел.

– Что значит, ты не хочешь? Мы рабы этого места, Аньк. Он купит чертов комбинат, он денежный мешок. И мы сбежим.

– Мы?

Андрей закатил глаза.

– Я выделю тебе десять процентов от сделки.

Сумма получилась хорошей. Я смогу сбежать. Беда только в том, что все мои проблемы от того, что когда-то я слишком Андрею верила. А верить ему не стоит. Но…

– Хорошо, – сказала я. – Я сделаю это, но не ради тебя, Андрей. Ради тебя я пальцем о палец не ударю.

Он усмехнулся – знал, что вру и я. Привык вить из меня верёвки. Привык считать меня своей собственностью, ограничивая во всем. Во всем, включая недвижимость и деньги. У меня было все и одновременно ничего. Чтобы не сбежала, чтобы была рядом, такая удобная, личная рабыня.

– Забери его через час. Весь день он будет на тебе. Обед и ужин мы проведём с ним вместе, привози его к Жанне, она организует все на высшем уровне. Дела мы будем обсуждать завтра, сегодня его нужно ублажить по полной.

– Спать я с ним не буду, – повторила я.

– Да ты ни с кем не спишь, – фыркнул Андрей. – Ни себе, ни людям.

Раньше я спала с ним. Отношения с Андреем уничтожали меня, лишали меня моей же личности. Вырваться из них я не могла, но когда-то просто устала собирать себя по кускам и сказала нет. И с тех пор Андрей больше ни разу не прикоснулся ко мне, боясь потерять меня окончательно. Но, словно собака на сене, ревниво отслеживал, чтобы я не завела себе кого-то еще.

Три года у меня никого не было. Впрочем, мне и не хотелось. Любовь иссушала и убивала меня, а просто механической близости мне не хотелось. Выпроводив Андрея, я собралась и поехала за Язгуловым, хотя это было мне поперёк горла.

Нельзя. Нельзя влюбляться, это я знала твердо. Второй раз я просто не переживу, а жить хотелось, пусть даже такой вот жизнью, в плену бывшего мужчины и серого, ненавистного города. Внизу я набрала номер Марата.

– Я жду внизу, – бросила я в трубку.

Он спустился через десять минут. Как же он был красив. Красота его была иной, не привычной мне. Он был очень высок и массивен. Кожа его была немного смуглая, волосы черные, а глаза – бархатные. Карие. Цвета крепкого чая. И от него веяло надежностью. Наверное, именно про таких мужчин говорят – как за стеной. Но проверять этот постулат я бы не стала, как и полагаться на первое впечатление о человеке. Жизнь заставила меня поумнеть.

– Нет, – сказал Марат. – Я в вашу машинку больше не сяду. Нам подогнали нормальную.

И протянул мне ключи. Я нажала на брелок – фарами мигнул огромный джип на краю парковки, не замеченный мною вначале. Надо же, Андрюша отдал свою любимую игрушку. Джип он купил за такие сумасшедшие, на мой взгляд деньги – шестнадцать миллионов. На эти деньги я могла бы сбежать и начать новую жизнь, а он просто купил себе игрушку. Да, Андрей владел комбинатом, который приносил деньги, но и я, и он знали – запас прочности кормушки на исходе. Его нужно было либо продавать, либо модернизировать. За прошлый год было три производственные аварии, две из них с жертвами. Скоро нами заинтересуются сверху. Комбинат нужно было продать тому, кто сможет с ним справиться. Андрюша не справлялся, моего влияния не доставало.

Тем не менее, в машину я села с удовольствием, едва не застонав вслух. Она была прекрасна и послушна, но в ней читалось своенравие. Она была себе на уме.

– Ты девочка, – шепнула я. – Пусть Андрей зовет тебя самцом, но ты девочка.

И погладила по рулю.

– Все хорошо? – спросил садясь в машину Марат.

– Все прекрасно. Пристёгивайтесь. – надавила на газ, машина хотела этого, она любила скорость. – Начинаем экскурсию по городу. В нем живёт меньше ста тысяч человек, поэтому при желании я могу показать его вам полностью часа за два-три, но смотреть здесь не на что. Если только на Ленина, посмотрите направо, бюст Ленина, на площади Ленина, перед домом культуры. Дом культуры находится под нашим шефством и в прошлом году мы полностью его отремонтировали.

Город был серым. Еще не растаял снег, снег тоже был серым – из-за многочисленных труб комбината. Его нужно модернизировать. Системы очистки никуда не годились. Я несла чушь, управляя прекрасным автомобилем, а Язгулов так внимательно меня слушал, словно я говорила нечто важное. Я отвыкла от того, что меня слушают. Напомнила себе – не влюбляйся, дура. Этого нам только не хватало.

– Вы славянка, – вдруг удивил меня Марат. – Вы Чернова Анна Михайловна. Но ваша внешность несколько не типичная. Не расскажете?

– Моя бабушка была якуткой, – неохотно ответила я. – Дед приехал сюда поднимать производство по направлению, она была юной студенткой…я похожа на неё немного. Скулами. Глаза только вот…

– Оленьи, – перебил Марат. – У вас оленьи глаза. Огромные, распахнутые. Только не карие, а черные.

Трубы комбината было видно с любой точки города, но сейчас мы вырвались на просторы степи и он показался перед нами черной громадиной цехов и труб, торчащих в небо.

– Комбинат, – с радостью перевела я тему. – Добро пожаловать.

Глава 4. Марат

Пожалуй, настояв на том, чтобы меня сопровождала эта девушка, я не прогадал. Она отлично знала город, хотя не изучить это захолустье за несколько лет было бы сложно. Она лихо водила и тонкие ее пальцы на руле лежали так уверенно, что я даже забыл, что с предубеждением отношусь к женщинам за рулём. К слову, больше никто нас не подрезал – джип явно был знаком местному населению и его сторонились. За городом Анна вдавила газ и лихо понеслась к комбинату, разбрызгивая грязь и лужи.

Самое главное – она отлично знала комбинат. Я не видел в ней и доли неуверенности. Она водила меня по цехам, говорила знаючи, а все люди, которые встречались на нашем пути здоровались, называя ее по имени-отчеству.

– В карьер поедем? – спросила она.

– Поедем, – кивнул я. – Но вы слишком лихо водите, можно, за рулём будет кто-нибудь другой?

Она рассмеялась и мне понравился ее смех. Она вся мне нравилась, эта полная противоречий девушка. Мы вышли в широко распахнутые ворота и я увидел карьер. Его было видно с самолёта, но прилетел я вчера уже в потемках. Огромная яма, которую рыли уже пятьдесят лет, впечатляла размахом и глубиной.

– Сергей! – крикнула она, пытаясь перекричать шум. – Сергей, отвезете в карьер меня и большого гостя из Москвы?

– Да, Анна Михайловна!

Меня поразило и то, что она знает многих рабочих по имени и то, что с готовностью полезла первая в кабину огромного грузовика. Оттуда уже, сверху вниз посмотрела на меня вопросительно.

– Ну?

Я полез. В кабине пахло пылью и машинным маслом. Водитель, мужчина лет сорока вел машину уверенно. Я не боялся летать, вроде не боялся высоты, но спускаться на дно карьера по насыпной дороге было до жути страшно. Анна же была спокойна, а ведь стоит только чуть съехать и машину понесет по гравию вниз…

– Каску наденьте, – сказала Анна, словно каска бы спасла.

Через два часа мы вынырнули из ада – я был уверен, что будь на земле ад, он был именно в этой огромной, ревущей моторами техники яме, и мы вернулись на сам комбинат. Здесь велась сортировка и обработка добытого из-под земли.

– Все явно ветшает, – резюмировал я. – Давайте уйдем чуть в сторону, чтобы я оценил масштабы.

Потому что вели меня явно проторённой и подготовленной тропой. Я свернул в сторону, посмотрел в небо, сизое от дыма заводских труб, остановился у одной из гигантских цистерн, предназначенных для хранения жидких отходов. Ею явно уже лет двадцать не пользовались. Сбоку виделась дверь, заперта на засов и явно уже не герметичная. Я с силой потянул на себя засов и шагнул внутрь.

– Ну и что вы там потеряли? – спросила Анна. – Если вы тут помрете, мне начальство голову оторвёт.

И вошла дальше. Внутри было холодно. И тихо – ветер, неустанно воющий и толкающий в спину снаружи, здесь не чувствовался. Наверху серел кружочек неба – цистерна была открыта. Под ногами хрустел мёрзлый снег и пыль.

– Размах предстоящего ремонта впечатляет, – сказал я.

Ветер где-то снаружи снова гулко завыл, а потом хлопнул открытой дверью. Анна попыталась ее открыть, толкнула, затем пнула ногой.

– Застряли, – покачала головой она. – Не стоило сюда лезть.

Я попытался открыть дверь, но тщетно – видимо, захлопнулся навесной засов. Достал телефон – не ловит.

– Ничего страшного, нас выпустят, – попытался успокоить я. – Все же знают, что мы где-то здесь, нас хватятся и найдут.

– Здесь двадцать тысяч человек работает, – указала на очевидное Анна. – Пока нас найдут, мы здесь замёрзнем. Погодите, наверху ловит.

Она подошла к стене и подергала за скобу – лестница из металлических скоб тянулась до самого верха, пара десятков метров, как минимум.

– Я сам, – отрезал я, поняв, что она собирается лезть наверх.

– Господин Язгулов, – вздохнула Анна. – В вас килограмм сто. Как вы верно отметили, тут все рушится от старости. Лестница вас не выдержит. Я сама.

– Давайте все же подождём помощи.

– Не говорите глупости.

Анна засунула телефон в карман и схватилась за скобы. И полезла наверх, странная эта девушка, которая боялась смотреть мне в глаза, а лезть по древней лестнице в небо – не боялась. Некоторые скобы скрипели, с них сыпалась пыль и ржавчина. Каждые несколько метров Анна останавливалась и доставала телефон, смотрела на экран. Она поднялась уже почти до самого верха, когда связь появилась – Анна радостно вскрикнула и набрала номер.

– Роман Васильевич! – крикнула она в трубку. – Мы в цистерне закрылись, в третьем секторе, спасите нас!

Когда спускалась, ее нога сорвалась и на доли секунд Анна повисла на одних руках. Я бросился вперёд раскинув руки, чтобы поймать ее, и был уверен – поймаю. Но Анна нашарила следующую скобу и продолжила спуск.

– Сейчас нас спасут, – сказала она спустившись.

Руки ее были испачканы, она достала из рюкзака упаковку влажных салфеток и принялась оттирать их.

– Вы чокнутая, Анна.

– У всех свои недостатки, – отмахнулась она.

– Вы не боитесь?

– Нет.

И посмотрела мне прямо в глаза. Недолго, но я успел понять – она и правда не боится. Анна же достала из рюкзака термос, открутила крышку, налила в нее чай и протянула мне.

– Пейте. У нас апрель это еще зима.

Я сделал глоток. Чай был горячим, крепким, умеренно сладким – идеально.

– Вы будете на ужине?

– Нет, – удивилась Анна. – Я же никто, забыли? Меня на ужин никто не звал.

– Я зову, – серьёзно ответил я.

Я хотел посмотреть на нее без брони ее громоздкого пальто. И вообще хотел, чтобы она была рядом, Анна была интересно мне.

– Нет.

– Я настаиваю.

Анна закатила глаза – в ее исполнении это я видел впервые.

– Вы не имеете права. Вы мне никто. Вы комбинат еще даже не купили, вы не можете на меня давить.

– Тогда, пожалуйста, – попросил я. – Анна, приходите на ужин, пожалуйста.

Лязгнула, отпираясь дверь – прибыли наши спасатели.

Глава 5. Анна

Идти на ужин мне дико не хотелось, но я знала, чем все закончится. Язгулов попросит о моем присутствии у Андрея. Андрей приедет и заставит меня. Не угрозами, так нытьем, он привык к тому, что меня можно заставить. Поэтому с перспективой ужина я смирилась. Одно радует – Язгулов скоро улетит обратно в своей красивый нарядный город оставив нашу серость позади. И я снова заживу, как раньше, то есть – мечтами тоже отсюда уехать.

– Мрау, – сердито сказал Люкс.

Люкс полюбил спать со мной, а я полюбила спать с ним. Никогда не имела кота, не мечтала о котах, а поди ж ты, вполне ладим.

– Не ругайся, – попросила я. – Приеду к полуночи, как Золушка, только при обеих туфлях.

Платье я выбрала глухое черное. Ни грамма макияжа, поражать воображение господина Язгулова в мои планы не входило. В мои планы входило беречь свое многострадальное сердце, которое скакало при виде вышеупомянутого господина, как стадо кузнечиков на майской лужайке. Мне нужно себя сберечь, даже если от самой себя. Поэтому я ехала серой молью, недобрым словом поминая любимую бабушку, за ее взнос в мой генофонд, делающий меня слишком яркой.