Ателье «секрет глицинии»

1 глава: Встреча

– Мне дико неудобно вас об этом просить, госпожа Ито, но не могли бы вы сказать нашим родителям, что я вам не понравился, – попросил с робкой улыбкой мужчина, на которого Аяка потратила четыре часа своей жизни. Он сконфуженным движением поправил узел галстука, словно тот под её внимательным взглядом стал его душить, и улыбка сделалась ещё более заискивающей. – Понимаете, у меня уже есть девушка. Но мы разных видов, поэтому мама категорически против нашего союза. Она никогда не примет в качестве невестки человеческую женщину. Но я люблю эту женщину и всё равно собираюсь на ней жениться.

– Тогда зачем вы продолжаете ходить на свидания вслепую? – спокойно спросила Аяка и сделала глоток из чашки с обжигающе крепким кофе, призванным взбодрить организм, который не видел сна уже двое суток из-за работы над новой коллекцией нижнего белья для крупных мумбрешских женщин, обращающихся в самок слонов и носорогов.

– Ну, понимаете, мы вынуждены скрывать наши отношения, к тому же моя мама – очень авторитарная женщина.

– Господин Мацуда, вам практически двести лет. Но даже в столь зрелом возрасте вы продолжаете прятаться за юбкой мамы. Не стыдно?

– Что вы имеете в виду?..

– Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. Вы могли со мной связаться заранее и отменить это свидание, чтобы мне не пришлось тратить время и деньги на подготовку к нему. Только чтобы добраться до ресторана – полагаю, где-то неподалёку находится ваш офис, – мне пришлось ехать сорок минут на такси.

От неё не сумела скрыться проскочившая в глубине глаз искра раздражения. Мацуда явно выходил из патриархальной породы мужчин, полагающих, что женщины должны носиться вокруг них, выполняя любые приказы по первому намёку. В идеале им и вовсе полагалось заранее предугадывать желания своих драгоценных супругов.

Вероятно, в поисках такой трепетной козочки, которая будет охотно заглядывать ему в рот, он и продолжал ходить на встречи, организованные матерью, несмотря на наличие так называемой девушки.

– Я привык решать настолько деликатные вопросы при личной встрече, – неловко посмеиваясь, объяснил Мацуда и подёргал себя за куцую бородку, мозолящую ей глаза с первых минут провального свидания.

– А может, вы просто хотели сравнить меня с той несчастной, которой морочите голову несбыточными мечтами о замужестве?

– Госпожа Ито, вы, по-моему, начинаете забываться. Следите за тем, что и в каком тоне говорите, – процедил он сквозь зубы, из последних сил натягивая неприятную улыбку на толстые губы. – Да и вообще, кто сейчас ходит по собственному желанию на свидания вслепую? Это же рудимент современного общества.

Шпилька полагалась Аяке, как незамужней и далеко не юной девице, засидевшейся в холостячках. И надо признать, та попала точно в цель. Первые пятьдесят лет жизни она училась, ещё пятьдесят потратила на работу подмастерьем в различных домах моды и чужих ателье. Лишь к ста тридцати годам ей удалось нащупать собственный стиль и открыть вместе с лучшей подругой дело.

С тем ритмом жизни, что Аяке приходилось поддерживать раньше, на романтические отношения банально не оставалось времени. Нет, у неё, конечно, случались интрижки. Но самая долгая продлилась два года. И то потом выяснилось, что неверный баран изменял с ней супруге, живущей в другом городе вместе с пятью детьми – младшему ребёнку как раз было столько же, сколько и их тайным отношениям. Как бы остро ни хотелось просветить женщину о похождениях её муженька на стороне, но всё же Аяка решила не вмешиваться в чужую семью и не рушить брак, где есть дети. Бесшумно самоустранилась из жизни бывшего любовника и вынесла горькую, но ценную мораль, которая навсегда сбила с её глаз розовые очки: чем слаще речи у мужчины, тем бдительнее с ним надо быть.

– На свидание вслепую ходят те, кто заинтересован в браке, но из-за работы у них нет времени, чтобы искать новые знакомства по ночным клубам и барам, – сдержанно ответила она и полезла в сумку за кошельком. – Поскольку всё и так ясно, предлагаю не тратить время друг друга и закончить эту бессмысленную встречу.

Положив на столешницу хрустящую бумажку в пятьсот юнов, Аяка встала с кресла, не особо искренне пожелала ему всего хорошего и направилась к выходу из ресторана. Не успела даже половины зала пройти, как услышала со стороны Мацуды намеренно громко брошенные слова в пренебрежительном тоне:

– Да кому ты такая важная нужна.

На миг возникло желание вернуться и вылить ему что-нибудь на голову. Очень сильное желание. Потребовалось много выдержки, чтобы перебороть этот внезапный порыв и выйти на солнечную улицу.

Тем не менее внутри продолжали бурлить глупая обида и гнев. Оттого рука повторно нырнула в сумочку и вытащила теперь уже мобильный телефон.

– Мама, ещё раз организуете мне свидание с козлом и сами на него пойдёте! – зло воскликнула Аяка и отпустила кнопку записи голосового сообщения.

Вроде немного полегчало. Но, чтобы окончательно успокоиться, стоило прогуляться. Тем более, погодка выдалась на редкость приятная. Весеннее солнышко согревало, а тянущий с юга ветерок ненавязчиво подгонял в спину.

Вот же судьба – жестокая штука. Родилась косулей на востоке Шемуана и приходится теперь выбирать между бараном, козлом и оленем. Не выбор, а мечта. Особенно когда в интернете на глаза попадаются ирашские мужчины: крупные и сильные хищники, от одного взгляда на которых мурашки по коже бегали. Даже через экран телефона было реально почувствовать исходящую от них мощную энергетику. А потом посмотришь на местных оборотней… и такая грустная картина. Увы, ей не посчастливилось родиться волчицей или львицей. Поэтому оставалось довольствоваться тем, что гуляло под носом.

Взгляд лениво и бездумно скользил по цветастым витринам магазинов, мимо которых проходила Аяка, и зацепился за собственное отражение в стекле. Иссиня-чёрные, вьющиеся волосы развевались на ветру, приоткрывая вид на длинные серьги с россыпью мелких полудрагоценных камешков. Ненавязчивый макияж: с тонкими, чуть выходящими за линию глаза стрелками, полупрозрачными сатиновыми тенями и персиковой, уходящей в розовинку помадой, – хорошо сочетался с молочно-белой кожей. Вроде красивая, а мужчину найти не может.

Аяка подошла к углу здания и не успела за него завернуть, как на неё выскочило трое парней. Подгоняя друг друга и выкрикивая извинения, они пробежали мимо, чудом не снеся её с ног. Однако с перепугу она всё равно обо что-то зацепилась каблуком, не сумела сохранить равновесие и полетела лицом вниз прямо на тротуар. Если бы не чуть припозднившийся четвёртый парень, то определённо поцеловалась бы с каменной плиткой.

Он поймал Аяку в полёте, и они на мгновение замерли в своеобразной позе. Она практически висела на чужой руке в паре десятков сантиметров от земли, в то время как его пятерня идеально легла на её правую грудь. И на всё можно было бы закрыть глаза, главное, что поймал, а за что в процессе схватился – вторичное дело.

Однако ладонь вдруг пришла в движение. Пальцы, словно проверяя, за что держатся, пару раз сжали грудь, и уже в следующую секунду рука из-под неё исчезла. И Аяка всё же растянулась на пригретой солнышком плитке.

– Ой, простите, пожалуйста, – виновато пробормотал парень. – Я и в мыслях ничего такого не имел. Честное слово. Это случайность.

Её аж потряхивало от возмущения, пока она поднималась на ноги. Сначала испугали, потом облапали, а в конце ещё и бросили на землю. Сжала зубы и поняла, что в этот раз сдержаться не получится. Слишком много впечатлений для одного дня.

Аяка вскинула на него сердитый взгляд и, хорошенько замахнувшись, попыталась дать пощёчину. Но тот успел отклонить голову назад, поэтому раскрытая ладонь пролетела мимо. Даже кончиками ногтей не получилось слегка поцарапать симпатичную физиономию, на которой проскочило удивлённое негодование.

– Вот чёрт! Это тоже было неспециально, – взволнованно заверил парень, нагнулся и близко придвинул своё лицо с плотно зажмуренными глазами. – Бейте, пожалуйста.

В полной растерянности уставившись на него, пока в груди продолжало тяжело бухать сердце, Аяка силилась понять: он сейчас над ней издевался или сам по себе чудак? Какой-то цирк здесь устроил. То уклоняется, то подставляется под удар. Разумнее с ним вообще не связываться.

– Придурок, – смущённо буркнула она и быстрым шагом устремилась к автобусной остановке, надеясь перехватить такси раньше, чем чудак очухается и побежит за ней следом.

2 глава: Конкурент

Распахнув узкую дверцу из тонкой фанеры, Аяка шагнула в магическую гардеробную – небольшую комнату, созданную из расширенного пространства шкафа. Изумительно симпатичный двустворчатый шкаф на узких литых ножках она купила специально для прихожей, но очень быстро поняла, что в него толком ничего не помещалось. Поэтому, скрепя сердце, она обратилась к знакомому артефактору. А тот не постеснялся и содрал с неё аж шестизначную сумму всего-то за пятикратное увеличение внутреннего пространства, чем окончательно опустошил банковские счета.

Скинув платье, украшенное жемчужной органзой, Аяка сонно переоделась в шёлковый костюм с удлинённой рубашкой, которую подвязала тонким поясом на талии. Три раза щёлкнула пальцами, и в центре гардеробной появилось зеркало. Правильнее сказать, проекция зеркала из артефакта, установленного на потолке. Скользнув придирчивым взглядом по своему отражению, она сильнее распахнула воротник на рубашке, чтобы случайному зрителю продемонстрировать кусочек очаровательного кружевного белья и глубокую ложбинку декольте, и вышла из шкафа обратно в прихожую.

– Как свидание прошло? Опять неудача? – сочувственно поинтересовалась Ёсико, подняв голову над экраном ноутбука.

– Не опять, а снова, – равнодушно отмахнулась Аяка и включила кофемашину. Взяла с боковой полки маленького холодильника, стоявшего на столешнице кухонного уголка, полупустую колбу и щедро капнула на дно чашки тонизирующее зелье. – В общем-то, ничего нового, классический козёл: есть девушка, но он бегает по свиданиям вслепую, потому что мама так сказала.

– Ты бы так не налегала на тоник. Лучше бы поспала несколько часов.

– Всё нормально, Ёси. Доделаю последний эскиз для мумбрешской коллекции и пойду спать.

Прошло три года, как они вместе с подругой открыли собственное ателье по пошиву на заказ нижнего белья для оборотней. И наконец-то начали ощущать первые реальные успехи. Закрыли долги и даже вышли в скромный, но всё же плюс. А самое главное: с каждым днём число постоянных заказчиков только росло.

В начале прошлого месяца им создали сайт, благодаря стараниям неугомонной Ёсико. До этого они пытались самостоятельно рекламировать через социальные сети изделия своего бренда. Какой-то процент от потенциальной аудитории получалось ухватить. Но как показали итоги почти двухмесячной работы с маркетологами, те гораздо лучше справлялись с продвижением продукции.

И вот недавно число заявок перевалило за трёхзначную цифру. Гигантские объёмы для бизнеса, в котором работают двое. Своими силами уже не получалось справляться – дело явно требовало расширения. И они обратились в агентства по трудоустройству.

Увы, найти новых работников не так уж и просто. Время от времени им подсовывали разных мастеров, назвать портными которых язык не поворачивался: ни эстетического вкуса, ни творческого воображения, даже с заказчиками нормально работать не могли. Эти недомастера неизменно сбегали из ателье уже через тройку дней, не выдерживая предъявляемых требований.

– Ну, раз ты не собираешься спать, – оптимистично заговорила Ёсико, – у меня для тебя две новости: плохая и хорошая. С какой начать?

– Давай с хорошей, – Аяка села за своё рабочее место и глотнула кофе. Привкус зелья в нём почти не ощущался.

– Нам наконец-то подыскали рабочего по заявке!

– Именно портного? Не швею, как в прошлый раз?

– Конечно! После той твоей часовой лекции, разъясняющей, в чём разница между швеёй, портным, закройщиком и раскройщиком, бедолаги из агентства в полной мере прониклись нашей проблемой, – усмехнулась она. – Если серьёзно, то я проверила его документы. Там всё чётко, не придерёшься. И кстати, он твой младший – тоже закончил Шемуанский Институт Дизайна.

– Парень? Славно. Будет на кого скинуть тяжёлую работу. А то ещё немного потаскаю эти рулоны с тканью и определённо обрасту бицепсами, как у мужчины.

Включив компьютер, Аяка открыла фотографию самки носорога в половинчатой форме оборота, разгребла завалы в рисунках на столе, прежде чем нашла нужный листок и рассеянно спросила:

– А что там за плохая новость?

– Ну… если вкратце говорить, то у нас появился конкурент.

– И насколько всё серьёзно?

– Серьёзнее некуда. Кажется, нам объявили войну.

– В смысле?

– Сама посмотри, – подруга подсела к ней и положила прямо на листы свой ноутбук. – Они внаглую тырят наши дизайны, и даже сайт в похожем стиле оформили. Притом цены почти в три раза ниже, чем у нас. – Она ткнула пальцем в золотисто-песочный комплект белья со сложной системой застёжек, в которой декорированная цепочкой брителичная резинка несколько раз опоясывала тело и плечи и не заходила на спину, чтобы не помешать раскрытию крыльев при обороте. – Вот этот, например. Ты же его разрабатывала для госпожи Сато? Смотри, у них точно такой же стоит всего десять тысяч юнов!

– Нет, не такой же. Даже по фотографии видно, что они использовали более дешёвую ткань. Конкретно этот гипюр с люрексом очень колючий, я его осматривала на складе у поставщика. Такой материал нельзя использовать для нижнего белья. У него крайне грубое синтетическое волокно, кожа будет постоянно раздражаться.

– Да какая разница, какое оно там на ощупь? Оборотни смотрят на картинку и цену, и заказывают то, что выглядит более привлекательно. А грубое там волокно или нет, это видно только тебе, как специалисту. Они ничего не заметят!

– Ещё как заметят. Этот материал отвратительно тянется, – проворчала Аяка и тихо вздохнула. – Ладно, ладно, я понимаю, к чему ты клонишь. Конечно, приятного мало, что они копируют дизайн. Однако делают это весьма топорно. Да и твоя руническая формула им не по зубам.

– Это да, – довольно протянула Ёсико.

– В ней сам чёрт голову сломит.

– На самом деле там всё легко, просто необходимо понимать симметричность и балансировку вязей, – звонко рассмеялась она. – Ну, и правильно активировать формулу оговором. А вот уже в оговорах, да, я люблю немного пошалить.

Подняв взгляд на самодовольно ухмыляющееся лицо подруги, Аяка тоже улыбнулась. Чуть больше шестидесяти лет назад ей здорово повезло встретить столь талантливую руническую ведьму. Они тогда одновременно устроились в модный дом «Сэкай», где на пару погрузились в ад стажировки. То была первая работа Ёсико. Она, как слепой котёнок, во всё тыкалась мордочкой, не понимая, почему на неё продолжали орать старшие сотрудницы. Аяке тоже приходилось несладко – в сфере моды вращаются сложные личности, – но она взяла под своё крыло несмышлёныша, поскольку тогда ещё была достаточно глупа и наивна, чтобы кому-то помогать по доброте душевной.

Гораздо позже, после того как получила пару ножей в спину от так называемых подруг, ей окончательно перехотелось безвозмездно помогать другим: чем больше отдаёшь, тем больше получаешь, – бред сивой кобылы, а не неписаный закон вселенной, как внушают некоторые гуру.

Тем не менее с Ёсико у них складывались отношения, несмотря на разницу в тридцать два года, на редкость тёплые, как у родных сестёр. Поэтому, когда Аяка уволилась из «Сэкая» и устроилась в ателье «Золотая Нить», названная сестричка последовала за ней. Рунические ведьмы везде пользовались спросом. А умелых и вовсе брали без лишних слов и умоляли не увольняться, когда те надумывали уйти.

Со временем Ёсико сделалась её маленьким хвостиком, который неустанно повторял, что им необходимо открыть собственное ателье. Всего-то хватило раз выпить лишнего на корпоративе и ляпнуть о своей мечте шить красивое бельё для оборотней, которое бы не рвалось при смене формы, и та умудрилась заразиться.

– Но мы же не оставим это просто так?.. – задумчиво уточнила она и заправила за ухо не по годам рано поседевшую прядь – единственную в пышной копне вьющихся пепельно-чёрных волос. Это серебряная прядь не поддавалась краске или ножницам, и служила маркером, выдающим ведьмовской дар в обычной с виду полукровке.

– Нет, конечно. Я свяжусь с адвокатом и проконсультируюсь, как нам лучше подать на них жалобу, чтобы получить максимум выгоды.

– Да! Засудим их! – воодушевлённо воскликнула Ёсико и снова рассмеялась. – Всё, всё, больше не мешаю творить художнику. Работайте, пожалуйста, госпожа Аяка.

Она подхватила ноутбук, вернулась за свой стол и вцепилась зубами в мармеладного червячка. На её столе вечно царил бедлам, но не творческого, а мусорного характера: неаккуратно разорванные пачки с недоеденными закусками лежали поверх коробок с едой из ресторанов быстрого питания. Это безобразие копилось несколько дней, а потом у одной из них не выдерживали нервы.

– А когда придёт новый работник? – поинтересовалась Аяка, старательно игнорируя хруст чипсов. Накидала остро заточенным карандашом силуэт фигуры мумбрешской женщины и провела робкую линию по центру живота. Завышенная талия для полных дам стандарт, призванный скрывать лишние объёмы. Но, если у них нет цели что-либо прятать, как тогда подчеркнуть естественную красоту пышного тела?..

– Завтра. Я сказала подойти ему к десяти утра. Проснёшься?

– Постараюсь, – она постучала тупым кончиком карандаша по нижней губе. И не стала уточнять, что, вполне вероятно, поспать ей и сегодня не удастся.

3 глава: Юный стажёр

Всё-таки пришлось немного поспать. Ёсико подняла жуткий шум и чуть ли не пинками загнала её в спальню, когда узнала, что Аяка собралась третьи сутки подряд провести без сна. В гневе маленький хохотунчик представлял страшное зрелище, как и любой другой представитель обезьяньего семейства. Поэтому она благоразумно решила не злить подругу.

И стоило голове коснуться подушки, как Аяка отключилась. Мгновенно провалилась в глубокий и крепкий сон. Ей приснилось маковое поле, в котором танцевали девушки с пышными формами. Смуглые тела окутывали невесомые, струящиеся ткани, мягкими волнами развевающиеся на ветру. И это выглядело так нежно и красиво, что, открыв глаза, она поняла: срочно необходимо пересмотреть концепцию этой коллекции.

– Шнуровка и корсеты – неверный путь, – сонно пробормотала Аяка, скатываясь с постели. Сдёрнула с изголовья кровати пеньюар, который накинула поверх сорочки, и побежала на первый этаж. Ей жизненно необходимо ощупать имеющиеся эластичные кружева и сетки. – Ёси, ты ещё не успела заказать спиральные кости для корсета? Пожалуйста, скажи, что не успела!

Аяка сбежала по лестнице и на повороте в прихожей в кого-то врезалась со всего маху. И начала отлетать в обратную сторону, подобно ударившемуся резиновому мячику о стену, как сильные руки обхватили её за талию и прижали к твёрдой груди. На миг она замерла, испуганно вдыхая интересный аромат мужского парфюма. Незнакомец тоже не шевелился.

– Извините, но не могли бы вы… – неловко произнесла Аяка.

– Да, конечно, – ответил голос: не сильно низкий, но и не высокий; приятный такой, ласкающий слух лирический баритон с ненавязчивой хрипотцой.

Прихватив за плечи, её аккуратно отодвинули, словно не до конца были уверены, что она сейчас не надумает шлёпнуться на ровном месте. А затем они увидели лица друг друга.

– Ты! – воскликнула Аяка и, окончательно забыв о приличии, ткнула в него пальцем.

– Вы вчера нормально добрались до дома? – сконфуженно пробормотал парень, сильно покраснел и отвёл взгляд в сторону. Тот самый парень, что сначала схватил за грудь, а потом бросил на землю.

Она опустила взгляд вниз и почувствовала, что её щёки тоже запылали. Однако не дала себе слабины, запахнула пеньюар под самое горло и строго спросила:

– Что вы здесь делаете?

– Я пришёл устраиваться на работу, – он сложил руки по швам, чуть наклонил голову и представился: – Портной первой категории Шикаяма Джун.

Как же тесен этот мир. Только вчера этот парень не удержал Аяку на ногах, но зато не упустил шанса ощупать, а уже сегодня пришёл устраиваться к ней на работу. Что ж, в таком случае она хорошенько погоняет его в хвост и гриву.

– Господин Шикаяма, пожалуйста, пройдите в зал и ожидайте на гостевом диване.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Аяка распахнула дверь шкафа и зашла в гардеробную. А там уже вовсю летали вещи. Одна из рубашек приземлилась ей прямо на голову – мягко опустилась сверху и закрыла глаза.

В раздражении сдёрнув шифоновую вещицу и оглядев творящийся вокруг бардак, она в который раз подумала, что им необходимо приобрести пару артефактов для уборки. Иначе подруга может однажды не пережить свою отчаянную попытку принарядиться.

– Ёсико!

– О, ты уже проснулась? – она вскинула на неё улыбающиеся глаза. – Ты видела его? Скажи, красавчик!

– Что? Ты в своём уме? – Аяка стянула с вешалки первый попавшийся приличный костюм и остановилась у комода с нижним бельём. – Ему явно не больше пятидесяти.

– Сорок лет есть? Есть. Значит, уже можно.

– Ты неисправима, – усмехнулась она и стала переодеваться.

– Это ты слишком принципиальна. Кто на этот возраст сейчас вообще смотрит?

– Я смотрю, потому что хочу простого женского счастья, в центре которого семья. Что мне может дать незрелый юнец, ещё вчерашний студент? Непродолжительные, но бурные на яркие впечатления отношения? Нет, спасибо, обойдусь.

Тонкие пальчики скользнули по боку и кончиками ногтей провели чувственную линию у самой границы нижнего белья, от которой побежали мурашки по телу. А потом горячий шёпот защекотал шею:

– Любые отношения – по-своему прекрасный опыт, наполненный неповторимыми ощущениями из-за нового партнёра.

Поймав узкую ладонь, Аяка посмотрела через плечо в бесстыжие глаза и шикнула:

– Давно по заднице не получала?

– Ага, давненько, – хохотнула Ёсико и отскочила, прежде чем успела бы отхватить по заслугам. Нарядилась в короткое, полупрозрачное и воздушное благодаря нескольким слоям сетчатого фатина платье на манер какой-нибудь нимфетки. – Не будь ханжой, Ая! Согласись, он – горячий парнишка! У меня на таких глаз намётан. Может, на первый взгляд и выглядит как скромник, но он явно из тех типов: в тихом омуте черти водятся.

– Он тебе в сыновья годится, а мне и вовсе во внуки.

– Ему семьдесят один год. На внука никак не тянет.

– Надо же, а выглядит моложе, – ехидно проворчала Аяка, застёгивая пуговицы на блейзере. – Но всё равно он слишком юн для тебя. Было бы ему хотя бы в районе девяносто…

– Ты прямо как моя мама: когда замуж выйдешь? Когда я внука увижу? Одно и то же повторяет изо дня в день.

– В этом нет ничего плохого. Она беспокоится о твоём будущем.

Ёсико фыркнула и закатила глаза. Неисправимая девчонка, которой, на минуточку, уже сто пять лет. У полукровок почти такая же продолжительность жизни, как и у магически одарённых. Ещё сотня лет, и приобретёт статус дамы преклонных лет, а в грубоватой мужской среде – старой девы. Ей тоже давно пора озаботиться поиском будущего супруга. Они сейчас фактически на равных. Но почему-то только Аяку беспокоил этот вопрос. Её же подруга продолжала вести тот же легкомысленный образ жизни, что и пятьдесят лет назад, отдавая предпочтение мимолётным увлечениям, и категорически не желала перевоспитываться.

– Пожалуйста, будь помягче с нашим стажёром, – попросила Ёсико уже на выходе из гардеробной. – Не пытайся его съесть, дав в качестве проверочного задания пошить комплект из шёлка.

– Да я и не собиралась, – соврала она, не моргнув и глазом. Как раз именно шёлком и вознамерилась его проверить: быстро и качественно. Но теперь придётся придумать иной способ.

При их появлении в общем зале Шикаяма Джун подскочил с диванчика и уставился на неё каким-то чрезмерно взволнованным взглядом. На секунду отвлёкся на шаловливо помахавшую ему Ёсико и снова вернулся к ней глазами.

– Господин Шикаяма, пройдёмте в мастерскую для проведения собеседования.

4 глава: Собеседование

Кончики пальцев пробежались по висящим перед лицом тканям. Но прекрасно помня об обещании подруге, проигнорировали тонкий шифон и нежнейший атлас. Раз нельзя в открытую брать шёлк, то придётся парню проходить боевое крещение со струящимся бархатом.