Чужие: Геноцид. Чужая жатва (сборник)

Посвящается Джею и Джо Холдеман.

Спасибо вам за все, ребята!

Пролог

Планета не была адом.

Как утверждали морпехи, ее вид, вкус и запах напоминали преисподнюю, но обитатели планеты не являлись демонами.

Они были еще ужаснее.

Штурманы гиперпространства дали планете название, состоящее из малопонятных цифровых комбинаций. Морпехи же просто называли ее Ульем. Однажды они высадились на эту зараженную планету, разграбили ее и похитили королеву.

Без правящей королевы, которая обладала уникальной способностью психологически воздействовать на своих подданных, начался генетический дрейф и появились другие претендентки на трон.

Все они были уничтожены самой сильной маткой, которая могла бы стать абсолютным двойником той королевы, которая погибла в пламени ядерного взрыва, в северо-западной части Тихого океана.

Назовем первородный рой черным.

Их матку назовем черной королевой.

Новый рой назовем красным, хотя на самом деле эти существа не были такого уж заметного красного цвета. Со стороны оба роя выглядели почти идентично, однако черные всем своим нутром ненавидели красных. Для них те были проклятьем, чужеземцами, чудовищами, которых нужно уничтожить.

Правительницей нового роя являлась красная королева.

Она была носительницей рецессивных генов. Такие хромосомные изменения раньше означали неминуемую гибель всего улья.

Страшась изменений, красная королева спаслась бегством вместе со своими подданными. Они спрятались достаточно далеко от старого улья и создали новое поселение, где создали подходящие для жизни условия.

Используя стада животных, которые скитались по этой холодной унылой планете, красная королева дала новое потомство.

Долгие годы два королевства – новое и старое – жили мирно.

Однако оба улья понимали, что на самом деле являются врагами и этот шаткий мир долго не продлится. И если наступит война, победа будет зависеть от количества воинов.

Поэтому они размножались… размножались… и размножались.

В то время как на других планетах на каждую особь их вида шла жестокая охота.

1

Для своего улья пришельцы выбрали одно из знаменитых в Лос-Анджелесе мест – перекресток улиц Голливуд и Вайн.

И только одному их насекомьему богу было известно, знали эти омерзительные ублюдки, скрывающиеся в своем логове, о культурном значении этого места или нет. По правде говоря, этот район Лос-Анджелеса уже давно не был прежним, а сейчас мало что осталось от прежнего города. И тот факт, что они выбрали для своего жилья старое здание банка с достаточно открытой территорией, уже говорил об их невеликом уме.

«Спокойно», – думала Александра Козловски, стоя в квартале от выцветшего на солнце бетонного здания. Беспощадное калифорнийское солнце слепило глаза, и она опустила поляризующий светофильтр на стекло своего шлема. Под ее командованием находились свирепые головорезы, ужасные, как монстры-убийцы, которых в прошлый раз она взорвала ради благополучия Дяди Сэма[1]. Александра могла положиться на каждого из них.

Кого вы позовете?

Охотников за жуками!

Кому-то это может показаться странным, но ей было приятно снова ощутить на себе защитный костюм и шлем.

Она повернулась к привлекательному лейтенанту, который стоял слева от нее и уже весь вспотел в своих доспехах.

– Ну что, лейтенант Майклз, затянул бандаж потуже? – спросила Козловски.

– А что? Хочешь проверить? – шутливо ответил Майклз, щуря голубые глаза.

– Позже, может, и проверю, – подмигнула Александра и включила рацию. – Приближаемся к сектору 009, Лос-Анджелес, сектор В47.

Козловски выключила рацию и многозначительно посмотрела на свой взвод – взвод номер 69 подразделения ИИЗ, истребителей инопланетных захватчиков. Под ее командованием находились самые крепкие парни. Они все посмотрели на нее, улыбаясь, но она знала, что за этими улыбками скрывается страх.

Страх, который поселился в ее собственном сердце.

Страх, который появлялся, когда она приближалась к чудовищам.

– Вас понял, капитан. Начинаем обследование местности и истребление этих тварей, – скомандовал голос в рации. – Ракеты нацелены.

По скромному мнению капитана Александры Козловски, все, что было необходимо – это парочка ракет с разделяющимися боеголовками, которые взорвутся, как только попадут в улей. Датчики сработают, и взрывы сожгут этих ублюдков, сотрут их в порошок. За восемнадцать лет войны между чужими и людьми таким способом уже было убито значительное количество пришельцев. Ученые и бизнесмены тоже не остались в стороне – им нужны были трупы, заспиртованные яйца чужих, фотографии и маточное молочко.

Это означало персональную доставку. Такая вот услуга с ухмылкой смерти.

Большинство охотников все же держались подальше от таких заданий, но только не ее взвод.

У двадцати солдат были точно такие же рации, как у нее, и это значило, что они тоже слышали приказ. Однако Козловски все равно подала сигнал рукой: она хотела подбодрить команду, да и саму себя тоже.

Отряд двинулся вперед. Они были простыми солдатами, марширующими рядом с анкерной машиной – танком марки 23. Если вдруг ты захочешь съесть сэндвич с ветчиной, во время такой операции, не говоря уже о том, что тебе может понадобиться тяжелая артиллерия, лучше иметь рядом «большого железного брата». Солдаты приближались к своей цели. Металлические траки танка жевали старый бетон вместе с обшарпанными звездами с Аллеи славы[2]. После того как власти узнали о существовании улья в здании старого банка, они распорядились оградить это место, оцепив лентой. Тем самым они хотели предупредить жителей, что эта зона опасна и если они пройдут за ограждение, то, скорее всего, станут инкубаторами чужих.

Козловски находилась в пятидесяти метрах от цели, но даже отсюда можно было увидеть затвердевшую грязь, оставленную этими чудовищами на стенах и в окнах.

– Эй, Коз, скажи, зачем жуки перешли на ту сторону улицы? – спросил лейтенант Майклз.

– Чтобы там все разрушить, всех убить, распространить свой мерзкий род и придать слову «жизнь» новое ужасное значение, ты, ослиная задница! – рявкнула она в ответ.

– От такой же слышу!

– Знаешь, я ненавижу шутки, когда работаю.

– Зато любишь дерзкие замечания.

– Только если они – мои. А пока ты в моем подчинении, я буду называть тебя как пожелаю, лейтенант Майклз.

Он бросил на нее взгляд, и Александра, не замедляя шага, вызывающе посмотрела в ответ. Так было всякий раз, когда они шли вместе на тяжелое задание. Такое общение стало уже привычной традицией. Но зато потом, когда кислота смывалась с защитных костюмов, а раны залечивались, у них с лейтенантом была другая традиция.

Они сношались, словно чертовы кролики.

«Ну разве это не великая любовь?» – думала Козловски в то время, пока ее гормоны смешивались с адреналином и превращались в коктейль «Камикадзе». Они с Майклзом уже год были вместе, а в этой «армии идиотов» такой срок казался целой вечностью. В казармах часто шутили, что если капитан и лейтенант решат обзавестись потомством, то их дети появятся на свет с огнеметом в одной руке, пусковой ракетной установкой в другой и гранатой в зубах.

Но Козловски просто радовалась любой возможности провести хоть какое-то время наедине с Майклзом.

Они познакомились на службе и подошли друг другу на все сто процентов. Ей было двадцать восемь, ему на пару лет меньше. Он был сыном полка. Свои молодые годы Майклз провел в безопасной зоне Земли, а затем, после эвакуации, за ее пределами. У него было превосходное телосложение – воплощение сексуальности, которым она не могла насытиться. Капитан Алекс свои мускулы и шрамы приобрела на войне. Она сражалась с чужими еще до поступления в армию. Ее родители, землевладельцы из Монтаны, отказались эвакуироваться и остались сражаться с пришельцами. В этих битвах погибли ее братья. Мать умерла от инфаркта, а отец… Что ж, отец был сплетением из костей, сухожилий и решимости. Он до последнего защищал свое ранчо под земным голубым небом.

А Алекс? Алекс была девушкой с маленькой грудью и широкими бедрами. Характером Козловски пошла в отца и была задиристой как бойцовый петух. Свои черные волосы она стригла «под горшок», густые темные брови подчеркивали жгучие карие глаза, а на лице женщины виднелась пара изогнутых шрамов. Воевать и любить она умела одинаково страстно и сама не знала, какое из этих занятий ей нравится больше.

Со стороны переулка Кахуэнга надвигалось дымное зловоние. Едкая смесь пыли, тумана и дыма окутала город. Отряд с легкостью, отработанной долгими тренировками, двигался вперед по направлению к дыре, которая служила входом в улей.

В десяти метрах от входа Алекс включила рацию и приказала остановиться.

– Сдвинуть ряды! Начинаем наступление! – скомандовала Козловски.

Однако прежде чем они успели перестроиться, враг напал.

Из ближайшего тоннеля, расположенного под искореженной вывеской «Банк Америки», появились пять огромных монстров. Солнце сверкало на их панцирях, а цепкие хвосты взметали землю позади себя.

– Господи! – закричала Козловски, расстегивая кобуру своего сорокапятимиллиметрового бластера. – Родригес! Разворачивайся и стреляй. В укрытие!

Солдаты были первоклассной командой. Они моментально заняли позиции, будто до этого отрепетировали все свои действия. Козловски подняла винтовку, а башня танка повернулась в нужную сторону. Оружие было нацелено. Спустя наносекунду раздался громкий выстрел.

Поток огненной энергии оторвал чужому ноги. Реакция, однако, у него была такая, словно в повседневной жизни лишение конечностей было для этого существа обычным делом. У этих гадов текла слюна – будто в предвкушении, что сейчас они вонзят свои внутренние челюсти прямо в горло Козловски. В следующую секунду чужие бросились в наступление.

Солдаты непрерывно стреляли из своего оружия, но промахивались.

Один удачный выстрел разорвал несколько ксеноморфов на куски. Конечности, головы, кислота и кишки разлетелись по всей улице. Оторванная голова, напоминающая формой банан, подкатилась к солдатам, словно бомба с подожженным фитилем.

Инстинктивно Козловски выстрелила, разнеся ее на части.

Она на всякий случай дала своим ребятам время пострелять в чудовищ, а затем приказала закончить.

Дым постепенно рассеялся, и показались разбросанные дымящиеся останки.

– Что, черт возьми, это было? – спросил Майклз.

Дыхание лейтенанта было хриплым, а по вискам стекали капли пота.

Как обычно их спасла отточенная годами реакция. Все это было очень странно – никогда раньше чужие не нападали средь бела дня.

– Не понимаю. Эти твари какие-то странные стали, – сказала Козловски, покачав головой.

– Сукины дети, – проворчал сержант Гарсиа, поднимая шлем, чтобы сплюнуть.

– Это точно, – сказал Майклз. – Может, стоит отправить сюда андроида?

– Правда? Ты серьезно думаешь, что правительство будет использовать дорогущих андроидов, когда у них есть дешевые солдаты? – с отвращением фыркнула Козловски, поднимая стекло на своем шлеме.

Капитан откашлялась и сплюнула комок мокроты на один из трупов.

– Эти твари скрывают там что-то, что мы не должны видеть. А я вот очень даже хочу на это посмотреть.

Майклз кивнул, но Александра заметила в его глазах страх. Он выглядел так, словно у него было дурное предчувствие. Внезапно Козловски ощутила острую боль сочувствия. «Бедный парень!» Питер Майклз не был таким, как она. Он не мог собрать весь страх в кулак и использовать против чудовищ. В какой-то момент у нее возникло желание обнять его и сказать, что все будет хорошо. Объяснить, что это просто игра и когда она закончится, она излечит его раны, и все встанет на свои места.

Но Александра не могла это сделать – Козловски была на службе и просто не имела права. Все, что ей оставалось – это делать вид, что она оставила свои чувства и женственность в косметичке в своем шкафчике под замком.

– Ну что, нытики, пойдемте внутрь и подстрелим этих тварей, пока их панцири все еще вокруг лодыжек!

В наушниках прозвучало неуверенное одобрение. Козловски решила, что пора принять таблетку. Секунда, две. Берегись, желудок! Она открыла рот как раз вовремя, чтобы проглотить дозу «Уэйла». Получить его внутривенно было бы намного быстрее, но создатели костюмов еще не придумали, как уберечь солдат от случайных инъекций наркотика.

Козловски устраивали и таблетки. В любом случае ее костюм был оснащен системой только для перорального введения лекарств. Она пила их часто и помногу. Вышестоящее руководство не только не возражало, но даже помогало их поставлять. Да, в нынешней армии все стало иначе.

– Ну что, ослиные задницы, двигаемся дальше!

Держа оружие наготове, она махнула рукой, и танк снова с грохотом двинулся вперед, направляясь к входу в обиталище ксеноморфов.

Когда они дошли до места, таблетка подействовала: Козловски почувствовала мощный прилив энергии. У нее возникло желание собрать все свои силы воедино и тараном выбить угрозу, которая нависла над Землей. В женщине поднималось какое-то первобытное чувство беспокойства за свою территорию: она стала вождем племени неандертальцев, защищающих свой род от саблезубых противников; главой поселения на берегу Англии, спасающей свой народ от мародерства викингов; она превратилась в Гею[3], защищающую свое драгоценное потомство от космических захватчиков.

Одетые в защитные костюмы, солдаты беспрепятственно вошли в дыру, ведущую в здание банка, и двинулись вниз по тоннелю. Проход напоминал трубу, по стенам которой сочилась ядовитая слизь. Логова чужих всегда имели едкий зловонный запах. Александре пришлось включить воздушные фильтры своего костюма.

– По мне, так обычный улей, – сказал Майклз. – Надеюсь, что все пойдет точно по сценарию.

– Да, и загорелые ксеноморфы захотят стать звездами. Уверен, на них еще и солнечные очки надеты, – сказал Гарсиа.

– Только вот дубль будет один, – произнесла Алекс, щелкнув затвором своего ружья. – Свет, камера, мотор!

Отряд вошел в сужающийся проход, ведущий вниз.

– Танк не пройдет, – в наушниках прозвучал голос водителя.

– Вижу, – ответила Александра. – Вы останетесь здесь и будете охранять наш тыл. Остальные идут со мной вниз. Похоже, все идет как обычно, но будьте готовы к неожиданностям. Всем понятно?

– Да, мэм! – на разный лад прозвучали голоса солдат.

– Вы двое, займите передовое положение.

Два солдата, вооруженные обрезами пятой модели (эквивалент М-16), вышли вперед, чтобы возглавить строй.

Примерно через двадцать пять метров тоннель вывел их в довольно просторное помещение, стены которого были густо вымазаны грязью. Раньше данное помещение служило банку подвалом.

– Посветите мне! – скомандовала Алекс, и все солдаты включили фонари.

Стены залились белым светом. Козловски, как и всегда, не удивилась тому, что увидела.

Вдоль одной из мрачных стен висели люди.

Инкубаторы чужих.

Живые люди, в чреве которых находились зародыши ксеноморфов – грудоломы. Люди выглядели так, будто вот-вот взорвутся. Жертвами были десять мужчин и пять женщин. Они висели на волоске от смерти, болтаясь словно трупы, которые почему-то до сих пор не разложились.

– Агенты, – сказал Гарсиа.

– Что? – переспросила Козловски.

– Я говорю, что эти люди – голливудские агенты из того здания через дорогу, что было захвачено пришельцами на прошлой неделе, – темнокожий солдат кивнул в сторону висящих липких тел. – Агентство поиска талантов. Одно из заведений индустрии развлечений, обосновавшихся в Лос-Анджелесе, – добавил Гарсиа и осторожно подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть.

– Да, я помню, – произнес Майклз. – Здание взлетело на воздух. Предполагалось, что все служащие погибли.

– А выглядят они так, будто все еще заключают контракты, – сказала Козловски.

Одним из этих агентов была женщина, которая, словно в бреду, что-то невнятно бормотала в свой изящный тоненький микрофон. Ее черный спортивный костюм был изодран. Волосы были сальные и спутанные. На голове виднелись тонкие зеленые провода, а в ухе был маленький наушник.

Гарсиа отступил назад:

– Уже слишком поздно их спасать.

Козловски кивнула – она тоже так считала. Если бы они нашли людей раньше, еще была бы хоть какая-то возможность изгнать из их тел эту нечисть, но теперь уже зародыши ксеноморфов накрепко приросли к жизненно важным тканям, и если даже удалить тварей хирургическим путем, спасти доноров все равно не удастся.

Козловски знала, что нужно сделать. Подобные случаи раньше уже имели место. Это был не первый и, возможно, не последний раз. Она просто следовала приказу – разумному на ее взгляд приказу.

Однако это вовсе не означало, что данное занятие ей нравилось.

– Иглы, – прошептала она.

В таких случаях трое специально обученных мужчин исполняли роль палачей. Они вытащили пневматические пистолеты и зарядили в них дротики с быстродействующим ядом. Этот яд сначала поражал нервную систему, а затем разрушал и тело. Двое мужчин прицелились, нахмурив брови. Третий солдат был жителем Лос-Анжелеса. Его звали Диккенс. Он был писателем, продюсером и актером.

На его лице застыла ухмылка.

– Давайте покончим с ними. Они уже и так настрадались, – сказала Козловски.

Раздались три выстрела.

Три подвешенных тела вздрогнули, но быстро затихли.

Палачи очень быстро справились со своим заданием и встали обратно в строй.

– А теперь быстро прикончим их, пока грудоломы не вырвались из коконов! – закричала Козловски.

Двое мужчин шагнули вперед. Один из них облил тела густой жидкостью и отошел обратно. Другой боец выстрелил из огнемета.

Когда видимость прояснилась, все вокруг было застлано черным пеплом.

– Отлично. Теперь пришло время отомстить ксеноморфам за то, что они сделали, – резко сказала Козловски.

– Аминь, – ответил бледный, в испарине, лейтенант Майклз.

Конечно, они были здесь не только для того, чтобы уничтожить ксеноморфов.

Нет, это было бы слишком просто.

В наше время, в таком не похожем на себя Лос-Анджелесе, теоретически было бы куда проще использовать ядерное оружие – быстро, просто и минимум потерь. Однажды на тихоокеанском побережье Северной Америки такой способ имел место. Это обернулось войной между людьми и пришельцами, и человечество снова загорелось надеждой вернуть свою родную планету. В наше время такие экстремальные способы больше не практиковались. И на то были очень веские причины.

Человечество использовало ксеноморфов в своих целях.

Будь оно за это проклято.

– Хорошо. Двигаемся дальше. Их улей, видимо, находится в конце тоннеля. Гарсиа? – позвала Козловски.

– Вы правы, мэм, – ответил седой ветеран. – Жуки особо не изменились. Это, скорее всего, вход. Он похож на тот, что мы видели ранее. Только вот что-то чужих не видно, а ведь эти твари наверняка знают, что мы здесь. Не могу только одного понять – почему они не пытались защитить свое потомство? Что-то тут явно не так.

– Возможно, они куда-нибудь ушли, – сказал Майклз. – Да что угодно может быть.

– Да, вариантов много, – сурово сказал Гарсиа.

– Раз мы уже здесь, сделаем то, за чем пришли, а догадки оставим на потом. Нас прикрывает артиллерия и мы вооружены. Так что вперед! – громко скомандовала Козловски.

Александра научилась разговаривать низким голосом, когда поняла, что ей придется командовать мужчинами. А низкий голос, как известно, хорошо влияет как на собак, так и на представителей сильного пола.

Солдаты двигались быстро и очень осторожно, освещая фонарями грязный, покрытый слизью путь.

Козловски любила бы эти задания намного больше, если бы нужно было только убивать ксеноморфов. Но, увы, это было не так. Армия требовала от нее пару тел чужих – мертвых, разумеется, – а также образцы их ДНК.

А еще маточное молочко – космическое золото, как его называло вышестоящее руководство. Сок чужих. Исследовательские лаборатории буквально помешались на этом чудо-молочке. Ходили слухи, что были открыты новые способы использования этого вещества. Казна правительства США быстро опустела, и мощную финансовую поддержку вооруженным силам неожиданно оказали частные предприятия – фармацевтические компании, медицинские и исследовательские центры. Правительство потребовало свою долю, но когда дело доходило до дележа добычи, большая часть, естественно, доставалась тем компаниям, у кого были самые крупные пачки долларов.

Маточное молочко чужих.

Вещество, которое превращает обычных трутней в маток. Пища их ксеноморфных богов. Козловски точно не знала, зачем оно было нужно вышестоящему руководству. Все это могло оказаться пустой болтовней; может, его собирали просто так, без какой-либо цели – неизвестно. В любом случае приказ не обсуждают.

Она слышала разные слухи.

Каждый улей группируется вокруг своей королевы. Королевы порождают трутней. Однако только матка определенного вида может произвести на свет себе подобную – королеву. Таких на Земле уже не осталось. Ходили слухи, что маточное молочко королевы-матки – самое ценное вещество. Молочко обычных женских особей тоже шло в дело, но оно – ничто в сравнении с королевским. К черту слухи, у Козловски были более важные заботы – например, остаться в живых.

Существовало много различий между ульями чужих и ульями насекомых, населяющих Землю. Ученые до сих пор не смогли разобраться в тайнах деятельности пришельцев. Как они общались между собой? Телепатически или каким-то непонятным жужжанием? Однако был установлен факт, что особо чувствительные люди способны улавливать зов матки чужих. Поэтому лучший способ установить точное месторасположение улья – это слушать людей, получающих сигналы. А иногда те могли даже стать проводниками.

Но чего хотели чужие? Откуда они появились? Что они здесь делают? Куда собираются дальше? Какова их конечная цель?

Может они были такими жестокими из-за того, что их раса «встала не с той ноги» в доисторические времена?

На этот счет у Козловски была своя теория.

Самки случайно съели всех своих самцов во время очередного приступа ПМС. Теория, конечно, вовсе не научная, но она многое объясняет. Здесь собрались одни только истеричные самки чужих, которым не на кого было наорать.

В любом случае истинной целью команды Козловски было собрать это знаменитое маточное молочко в баллоны, которые катил на тележке рядовой Хендерсон. Конечно, чтобы заполучить молочко, нужно было прикончить всех членов королевской семьи, а это самая сложная задача.

Майклз поднял голову от радиолокационной установки:

– Идут! Двадцать пять метров от нас. Прибор засек пять существ. Двигаются с обычной скоростью. Идут в нашу сторону.

Козловски почувствовала некое облегчение. Эта мертвая тишина ее уже утомила.

– Хорошо, прячься обратно. Мне нужен человек, который хорошо стреляет по верхам. Адамс, ты же отлично бьешь по тарелочкам. Я уже видела раньше, как чужие прорываются и нападают сверху. Если они снова так сделают, я хочу, чтобы ни один из них не коснулся земли живым.

– Есть, мэм!

Ей не нужно было давать какие-либо указания.

Тыл и передний ряд обороны были уже в укрытии, готовые к нападению. Козловски направила луч света под ноги. Эти ублюдки могли выскочить откуда угодно. То, что они не умеют телепортироваться, – это всем известный факт, но ждать от них можно чего угодно. Главнокомандующие, которые по тем или иным причинам недооценили способности чужих, обычно заканчивали как и их солдаты – умирали один за другим.

Или того хуже.

Сенсоры показывали, что весь рой двигается в их сторону.

Пять жуков.

Нет, намного больше!

Как только они появились в поле зрения, бойцы авангарда начали обстрел. В этой кромешной темноте Козловски ощутила знакомый раздражающий страх. Страх человека, которого положили в гроб живым. Страх мамонта, прячущегося от динозавра. Это, видимо, было такое ментальное свойство жуков – вонзать свои когти прямо в самые нежные части человеческой души.

Первые попытки подстрелить чудовищ увенчались провалом. Чужие всегда были готовы к встрече с человеческим оружием и прекрасно умели сражаться с людьми.