Сон в летнюю ночь
- -
- 100%
- +
Действующие лица
Тезей, герцог афинский.
Эгей, отец Гермии.
Лизандер, Деметрий – влюбленные в Гермию.
Филострат, устроитель увеселений при дворе Тезея.
Пигва, плотник.
Бурав, столяр.
Основа, ткач.
Флейта, мастер раздувальных мехов.
Рыло, медник.
Выдра, портной.
Ипполита, царица амазонок, невеста Тезея.
Гермия, дочь Эгея, влюбленная в Лизандера.
Елена, влюбленная в Деметрия.
Оберон, царь эльфов.
Титания, царица эльфов.
Пэк, или Робин, добрый дух, эльф.
Душистый Горошек, Паутинка, Моль, Горчичное Зернышко – эльфы.
Феи и эльфы, покорные Оберону и Титании.
Придворные Тезея и Ипполиты.
Действие происходит в Афинах и в окрестном лесу.
Акт I
Сцена 1
Афины. Комната во дворце Тезея. Входят Тезей, Ипполита, Филострат.
ТезейТеперь союз наш близок, Ипполита!Четыре дня счастливые пройдутИ приведут с собою новый месяц.Как тихо убывает старый месяц!Он медлит совершить мои желанья,Как медлит мачеха или вдоваНаследника несовершеннолетиеПровозгласить оконченным, дабыНе потерять наследника доходов.ИпполитаЧетыре дня в ночах потонут быстро,И быстро в снах пройдут четыре ночи;Тогда луна серебряной дугою,Вновь перегнувшись в темных небесах,Осветит ночь торжественную нашу.ТезейДруг Филострат, ступай и пригласиВсех юношей афинских поразвлечься.В них дух живой веселья пробуди.Для похорон пусть грусть они оставят:На празднике нет места бледной гостье!Филострат уходит.
Я овладел тобою, Ипполита!Моим мечом, враждой я приобрелТвою любовь; но брак наш совершитсяСредь пышности, торжеств и наслаждений.Входят Эгей, Гермия, Лизандер и Деметрий.
ЭгейПривет тебе, Тезей, наш герцог славный!ТезейБлагодарю. Что нового, Эгей?ЭгейЯ с жалобой на Гермию моюЯвляюся, исполненный печали.Приблизься ты, Деметрий. Добрый герцог,Вот человек, которому в супругиЯ дочь мою уж обещал отдать.Приблизься ты, Лизандер! Государь,А этот вот околдовал ей сердце.Лизандер, да, ты ей писал стихи,Ты с дочерью моею обменялсяЗалогами любви; ты под окномПри месяца сиянье ей певалПритворно нежным голосом слова,Дышавшие притворною любовью;Ты голову вскружил ей разным вздором:Браслетами из собственных волос,Колечками, подвесками, сластями,Безделками, игрушками, цветами –Посланниками теми, что всегдаНад юностью неопытной всесильны;Ты хитростью у дочери моейПохитил сердце – и повиновенье,Которым мне обязана она,Ты изменил в настойчивость, в упрямство.Мой государь, когда руки и словаОна не даст Деметрию при нас,То я прошу вас предоставить мнеСтаринное афинянина право:Ведь дочь – моя, и я ее судьбоюРасполагать могу. Пускай онаЗдесь изберет Деметрия иль смерть,Которую при случае подобномНемедля произносит наш закон.ТезейНу, Гермия, что скажешь? Рассуди:Тебе отец твой богом должен быть.Он красоты твоей творец, – пред нимТы то же, что фигура восковая,Которая им вылита. ИмеетОн право полное – и уничтожить,И довершить создание свое.Деметрий ведь достойный человек.ГермияНе то же ль и Лизандер?ТезейЭто правда;Но так как он родителя согласьяНа ваш союз лишен, то ты должнаПредпочитать Деметрия.ГермияО, если бМои глаза отцу могла я дать,Чтоб он глядел, как я!ТезейСкорее тыДолжна глядеть его благоразумьем.ГермияЯ вас прошу: простите, государь!Не знаю я, откуда эта смелость.И, может быть, я скромность оскорблю,Что чувствую, высказывая здесь;Но я молю сказать мне вашу светлость,Какое наказанье ждет меня,Коль я женой Деметрия не стану?ТезейОт общества навеки отлученьеИль смерть себе тогда ты изберешь.Итак, изведай, Гермия, себя;Подумай, как ты молода, пылка;Подумай и о том, что если тыОткажешься отцу повиноваться,То ты должна монахинею стать,Чтобы в монастыре замуроватьсяИ навсегда бесплодною остатьсяИ гимны петь к бесчувственной луне.Те трижды счастливы, в ком столько силы,Чтоб, обуздав себя, свершить спокойноПуть девственный; но роза на землеСчастливее, когда она цвететИ не таит свое благоуханье;Счастливее, поверь мне, розы той,Которая на стебле тихо вянет,Растет, живет и принимает смерть –И все одна, все в одинокой доле.ГермияТак я расти, и жить, и умеретьХочу одна, скорей чем соглашусяЯ девственность мою отдать тому,Чью власть душа всей силой отвергает.ТезейПодумай хорошенько; но когдаНастанет новолунье – в этот деньСоединюсь навек я с Ипполитой –Тогда и ты готова быть должнаИль умереть за неповиновенье,Иль сделать то, что хочет твой отец,Иль принести на алтаре ДианыСвятой обет провесть всю жизнь своюИ строгою, и одинокой девой.ДеметрийО, согласись же, Гермия! Лизандер,Отбрось свои пустые притязанья!Ты должен уступить моим правамНепререкаемым.ЛизандерЛюбовь отцаТы приобрел, Деметрий, так оставь жеМне Гермию, а сам – возьми его.ЭгейО, дерзкий! Да, любовию моеюВладеет он – и все, что в ней мое,Моя любовь отдаст ему навеки.Ведь дочь – моя, и все мои праваНад нею я Деметрию вручаю.ЛизандерНо, государь, не так же ли, как он,И я богат и знаменит рожденьем?Моя любовь сильней его любви,Богатством и почетом средь людейДеметрию я равен; может быть,Деметрия я превышаю даже;А сверх того, чем может он хвалиться?Я Гермией прекрасною любим:Зачем же я права мои оставлю?Деметрий… Да, я объявлю при нем:Он дочери Недара предложилСвою любовь; с тех пор душой ЕленыОн овладел, и добрая ЕленаЕму вполне, всем сердцем предана;Боготворит неверного она.ТезейПризнаюсь я, дошли такие ж слухиИ до меня, и я намеревалсяС Деметрием об этом говорить;Но позабыл: в ту пору был я сильноВажнейшими делами озабочен.Иди за мной, Эгей, и ты, Деметрий,Иди за мной: мне нужно вам обоимДать несколько особых наставлений.Ты, Гермия, прекрасная, готовьсяСогласовать желания своиС желанием родителя; иначеЗакон Афин, который изменитьНе можем мы, произнесет свой судИ обречет тебя на заточеньеИли на смерть. Пойдем же, Ипполита!Что, милая, как чувствуешь себя?Деметрий и Эгей, за мной идите:Я должен к вашей помощи прибегнуть,Чтоб нужное все изготовить к свадьбе.Поговорим мы также кой о чем,Что собственно касается до вас.ЭгейМы следуем по долгу и желанью.Тезей, Ипполита, Эгей, Деметрий и свита уходят.
ЛизандерНо что с тобой, друг милый? ОтчегоТы так бледна, и помертвели розыТвоих ланит?ГермияКонечно, оттого,Что нет дождя; но буря глаз моихЛегко заменит этот недостаток.ЛизандерНи разу не случалось мне прочестьИль услыхать в истории, в рассказе,Чтоб где-нибудь путь истинной любвиБыл совершен спокойно. ИногдаОн возмущен различием рождений…ГермияНесчастие, когда высокий родомВлюбляется в простую деву!ЛизандерИногдаРазличьем лет…ГермияКакое наказанье,Когда скуют со старостию юность!ЛизандерА иногда спокойствие зависитОт выбора родных…ГермияО, это ад.Когда должны мы выбирать не самиПредмет любви!ЛизандерА если выбор ихС влечением душ любящих согласен,Тогда война, болезни или смертьИх счастию уж верно помешают.Итак, любовь мгновенна будто звук,Кратка как сон, как призрак преходяща;Как молния среди глубокой ночи,Она быстра – блеснет и озаритПред взорами и небеса и землю,Но прежде чем успеет человекСказать: «смотри!», уж снова бездны мракаВсе поглотят. Так быстро на землеВсе светлое в хаосе исчезает!ГермияНо ежели для истинной любвиСтрадание всегда необходимо,То, видно, уж таков закон судьбы.Научимся сносить его с терпеньем;Страдания нельзя нам избежать:Оно принадлежит любви, как вздохи,Мечты и сны, желания и слезы,Всегдашние товарищи влюбленных!ЛизандерПрекрасна эта вера; а теперьСкажу я вот что: у меня есть тетка, –Богатая бездетная вдова.Она живет отсюда милях в трех,И ею я любим как сын родной.Там, Гермия, мы можем обвенчаться,Закон Афин там не настигнет нас.Когда меня ты любишь, завтра ночьюТихонько дом родительский оставь,И там, в лесу, который только в милеОт города, где встретил я тебяС Еленою однажды майским утром,Когда вы с ней обряды совершали,Я буду ждать.ГермияО, добрый мой Лизандер,Клянусь крепчайшим луком КупидонаИ лучшей, золотой, его стрелой,И кротостью Венериных голубок,Клянуся тем, что связывает душиИ делает счастливою любовь,Клянусь огнем, который жег Дидону,Когда троянец лживый уплывал,Клянусь тебе, Лизандер, всею тьмоюМужчинами нарушенных обетов,Которые уж верно превзойдутСвоим числом все женские обеты,Я буду там, где ты назначил мне!ЛизандерО, милый друг, сдержи же обещанье!Смотри, сюда Елена к нам идет.Входит Елена.
ГермияБудь счастлива, прекрасная Елена!Куда идешь?ЕленаПрекрасная? Увы!Возьми назад скорей твое названье!О, красоту твою Деметрий любит,Счастливая! Да, для него горятТвои глаза полярною звездою,И голос твой приятный для негоОтраднее, чем жаворонка пеньеДля пастуха, когда кругом поляЗеленою пшеницею покрыты,А посреди боярышник в цвету.Прилипчивы болезни, – для чего быИ красоте прилипчивой не быть?Пока я здесь, могла б я заразиться,О Гермия прекрасная, тобой!Мой жадный слух заполнил бы твой голосМои глаза усвоили б твой взор;Мои слова прониклись бы, быть может,Мелодией твоих сладчайших слов;Когда б весь свет моим был достояньем,Деметрия себе оставив, мирЯ б отдала, чтоб только быть тобою.О, научи меня глядеть, как ты!Скажи, каким ты способом владеешьДеметрием и мыслями его?ГермияЯ хмурюся, а он меня все любит.ЕленаО, если б обаятельна была,Как хмуренье твое, моя улыбка!ГермияЯ с ним бранюсь, а он мне говоритСлова любви.ЕленаКогда б мои молитвыМогли любовь в нем так же пробудить!ГермияИ чем сильней его я ненавижу,Тем он сильней преследует меня.ЕленаМеня же он тем больше ненавидит,Чем более я предаюсь ему.ГермияВ его безумстве я не виновата.ЕленаНет, красота твоя виновна в том.О, если б и моя так провинилась!ГермияУтешься, он меня уж не увидит:Решила я с Лизандером бежать.До той поры, пока я не видалаЛизандера, Афины были рай!Теперь мой рай, увы, преобразилсяВ жестокий ад могуществом любви!ЛизандерЕлена, мы откроем наши душиПеред тобою. Завтра ночью мы,Когда луна свой образ серебристыйНа лоне вод зеркальных отразитИ уберет все травки влажным перлом,В тот самый час, который укрываетВ своей тиши любовников побег,Решилися Афины мы оставить.ГермияИ в том лесу, в котором мы с тобоюТак часто, отдыхая на цветах,Свои мечты друг другу изливали,Сойдуся я с Лизандером моим;Там от Афин мы взоры отвратим,Чтоб вновь друзей искать в стране чужой.Прощай, моя подруга; помолисяЗа нас двоих. Пусть счастие вручитТвоей любви Деметрия! Лизандер,Не позабудь обещанное слово:До завтрашней полуночи должныЛишить себя мы сладкого свиданья,Которое – как пища для влюбленных!Уходит.
ЛизандерЯ буду там. Прощайте же, Елена.Пускай Деметрий вам принадлежит,Как вы ему теперь принадлежите.Уходит.
ЕленаКак счастие неровно в этом мире!Красавицей такой же, как она,В Афинах я слыву; но что в том пользы?Деметрий думает не так: не хочетПризнать меня, чем признана я всеми.Но, кажется, мы оба в заблужденье:Он в Гермию влюбился до безумья,А я в его достоинства. Так что ж?Ведь для любви все низкое, пустоеВ достойное легко пересоздать:Любовь душой, а не глазами смотрит.И оттого крылатый КупидонПредставлен нам слепым и безрассудным.Быть с крыльями и быть лишенным глаз –Поспешности несмысленной эмблема!Любовь зовут ребенком оттого,Что в выборе своем она нередкоОбманута бывает, как дитя.Видала я, как ветреные детиСреди игры друг другу обещанийВдруг надают и вдруг изменят им.Дитя-любовь, как и другие дети,При случае готова взять назадВсе данные недавно обещанья.Пока еще Деметрий не видалГлаз Гермии, он градом клятв мне клялся,Что он одной лишь мне принадлежит;Но этот град пред Гермией растаялИ клятвенным дождем на землю пал.Я Гермии побег ему открою:Уж верно в ночь преследовать ееОн пустится, и если благодарностьЯ от него за это получу,То дорого достанется она мне!Да, там его увидеть и потомВ Афины вновь печально возвратиться –Достаточно награды этой мне!Уходит.
Сцена 2
Афины. Комната в хижине. Входят Основа, Бурав, Флейта, Рыло, Пигва и Выдра.
ПигваВся ли наша компания здесь?
ОсноваЛучше бы сделать перекличку, вызывая одного за другим в том порядке, как мы записаны.
ПигваВот список имен всех тех людей, которые признаны способными и избраны из всех афинян, чтобы исполнить нашу интермедию перед герцогом и герцогинею вечером после свадьбы.
ОсноваВо-первых, любезный Питер Пигва, скажи нам, в чем состоит наша пьеса? Потом прочти имена актеров. Приступай к делу.
ПигваЛадно! Наша пьеса – «Прежалостная комедия о жесточайшей смерти Пирама и Тисбы».
ОсноваСлавная штука, уверяю вас, превеселая! Теперь, любезный Питер Пигва, выкликай наших актеров по списку. Братцы, стройтесь в линию.
ПигваОткликайтесь по вызову. Ник Основа, ткач!
ОсноваНалицо! Назначь мне роль в пьесе и продолжай.
ПигваТы, Ник Основа, возьмешь на себя роль Пирама.
ОсноваЧто такое Пирам? Любовник или тиран?
ПигваЛюбовник, который преблагородно убивает себя из-за любви.
ОсноваНадо будет пролить несколько слез, чтобы исполнить эту роль как следует. Если я буду играть эту роль, то берегите ваши глаза, господа слушатели! Я подниму бурю, я буду изрядно стонать! Ну, переходи к другим! Однако по моему характеру мне бы больше подошла роль тирана: я бы отменно сыграл роль Еркулеса или роль, в которой бы пришлось бесноваться и все посылать к черту.
(Декламирует.)
С трепетом, с треском утесы, толкаясь,Тюрьмы уничтожат запоры!А Фиб, в колеснице своей приближаясь,Судьбы изменит приговоры!Вот это – красота! Ну, выкликай остальных актеров. Это совершенно в духе Еркулеса, в духе тирана, – любовники говорят плаксивее.
ПигваФрэнсис Флейта, мастер раздувальных мехов.
ФлейтаЗдесь, Питер Пигва.
ПигваТы должен взять на себя роль Тисбы.
ФлейтаЧто такое Тисба? Странствующий рыцарь?
ПигваЭто дама, в которую влюблен Пирам.
ФлейтаНет, черт возьми, я не хочу играть женскую роль: у меня уже пробивается борода.
ПигваЭто ничего не значит. Ты будешь играть эту роль в маске и говорить таким тоненьким голоском, каким только сумеешь.
ОсноваЕсли можно спрятать лицо под маску, то дайте мне роль Тисбы. Я буду говорить чертовски тоненьким голоском: «Тисба, Тисба! – Ах, Пирам, мой дорогой, мой возлюбленный! – Твоя дорогая Тисба, твоя дорогая возлюбленная!»
ПигваНет, нет! Ты должен играть роль Пирама, а ты, Флейта, Тисбы.
ОсноваХорошо. Продолжай.
ПигваРобин Выдра, портной.
ВыдраЗдесь, Питер Пигва.
ПигваРобин Выдра, ты получишь роль матери Тисбы. – Томас Рыло, медник!
РылоЗдесь, Питер Пигва.
ПигваТебе – роль отца Пирама. Сам я буду играть отца Тисбы. Бурав, столяр, ты будешь изображать льва. Ну, кажется, теперь все роли розданы.
БуравНаписана ли у тебя роль льва? Пожалуйста, если она написана, дай мне ее, а то я очень туго заучиваю.
ПигваДа нет же, ты будешь просто импровизировать: тебе придется только рычать.
ОсноваПозволь мне взять роль льва. Я так буду рычать, что всем слушателям любо будет меня слушать. Я так зарычу, что герцог скажет: «Пусть порычит еще, пусть порычит еще!»
ПигваЕсли ты будешь рычать слишком страшно, то напугаешь герцогиню и дам: ты станешь рычать, а они – визжать. А этого достаточно, чтобы нас повесили.
ВсеДа, этого достаточно, чтобы всех нас повесили!
ОсноваЯ согласен с вами, друзья, что если мы испугаем дам до того, что они лишатся чувств, то, пожалуй, они могут приказать нас повесить; я попридержу свой голос и буду рычать, как нежная голубка, я буду рычать вроде как соловей.
ПигваТебе нельзя играть другой роли, кроме Пирама. Для Пирама нужен человек с приятной наружностью, красивый мужчина, какого только можно себе представить, в расцвете сил. Для этой роли нужен человек с самой изящной и благородной наружностью. Поэтому ты непременно должен играть роль Пирама.
ОсноваЛадно уж, возьму это на себя. Какую бороду лучше выбрать для моей роли?
ПигваКакую хочешь.
ОсноваЯ привяжу себе бороду или соломенного цвета, или густо-оранжевую, или пурпурно-малиновую, или ярко-желтую, французского оттенка.
ПигваФранцузские головы часто бывают совсем лысы, а потому тебе пришлось бы играть совсем без бороды. Однако, друзья, вот ваши роли. Я требую, умоляю и покорнейше прошу вас выучить их к завтрашнему вечеру. Мы соберемся все в герцогском лесу, который всего в миле от города, и там, при лунном свете, сделаем репетицию. Если мы соберемся в городе, то толпа побежит за нами и разболтает о наших намерениях. А пока что я составлю список некоторых вещей, необходимых для нашего представления. Прошу вас, не обманите меня: приходите.
ОсноваБудем непременно. Там можно будет вольготно, на славу поупражняться. Постарайтесь, друзья! Не опаздывайте! Прощайте!
ПигваМы соберемся у герцогова дуба.
ОсноваЛадно! Провалиться нам, если не придем!
Все уходят.
Акт II
Сцена 1
Лес в окрестностях Афин. Входят с одной стороны фея, с другой Пэк.
ПэкЧто нового? Куда несешься, эльфа?ФеяНад горами, над долами,Сквозь лесную глубину,Над оградой, над стенами,Сквозь огонь и сквозь волну –Мне повсюду путь нетрудный.Я ношусь быстрей луны,Я служу царице чуднойВ час полночной тишины!Я волшебные кружочкиПоливаю для нее.Видишь буквиц на лужочке?То питомицы ее;Видишь пятна расписныеНа одеждах их златых?То рубины дорогие,Дар волшебниц молодых.В них тайник благоуханья,В них вся роскошь их красы.Я спешу для собираньяКапель утренней росы;Я повесить в серединкеКаждой буквицы хочуПо жемчужинке-росинке.Ну, прощай же, я лечу!Скоро праздник здесь начнетсяДля царицы молодой,И с царицей принесетсяЛегких эльфов целый рой!ПэкИ у царя здесь праздник нынче ночью.Царицу ты свою предупреди,Чтобы отнюдь она с ним не встречалась:Он на нее до крайности сердитЗа то, что есть у ней прелестный мальчик,Похищенный недавно у царяИндийского. Царица не имелаПрелестнее ребенка никогда.Наш Оберон завистливый желаетЕго во что б ни стало в свиту взять,Чтоб обегать с ним вместе глушь лесную;А между тем ребенка дорогогоНе хочется царице уступить.Она его цветами убираетИ в нем одном всю радость полагает.Теперь, когда встречаются ониИли в лесу, иль на траве зеленой,Иль у ручья, при блеске чудных звезд,То ссориться так сильно начинают,Что эльфы все от страха убегаютИ прячутся, бедняжки, поскорейПод чашечки упавших желудей.ФеяНаружностью твоей и обращеньем,Быть может, и обманываюсь я,Но, кажется, ты точно дух лукавый.По имени Робин, иль Добрый Друг.Не ты ль девиц пугаешь деревенских?То сливочки снимаешь с молока,То мельницы ручные их ломаешь,То не даешь хозяйке масло сбить,То не даешь закиснуть их напиткам?Не ты ль с пути сбиваешь пешеходовИ тешишься их страхом и досадой?Но кто тебя зовет любезным Пэком,Тем счастие приносишь ты с собой,И сам за них работы исполняешь.Не ты ли Пэк?ПэкИ вправду, ты узнала:Я точно тот веселый дух ночейИ вместе шут придворный Оберона.Нередко он смеется надо мной,Когда начну я ржать, как кобылица,И голосом обманывать коня,Который жир себе наел бобами.Я иногда, резвяся, принимаюВид яблока печеного, и с нимЯ к кумушке тихонько прячусь в чашку;И только лишь кума начнет хлебать,Я в губы ей толкаюсь и питьемМорщинистую шею обливаю.А иногда для тетушки степенной,Когда она рассказывать начнетИсторию, исполненную слез,Я, сделавшись трехногим, гладким стулом,Из-под нее выскакиваю вон –И тетушка летит в припадке кашля,И целый хор, поджав себе бока,Хохочет, и чихает, и клянется,Что никогда не веселился онТак истинно, как в этот час паденья.Тс! Оберон, мой царь, сюда идет!ФеяА вот моя царица! Хорошо бы,Когда б твой царь ушел скорей отсюда.Входят Оберон со свитой с одной стороны, а Титания со своей свитой – с другой.
ОберонЗачем я здесь, при месячном сиянье,Надменную Титанию встречаю?ТитанияА, это ты, ревнивец Оберон!Идемте, эльфы: я ведь покляласьС ним не делить ни общества, ни ложа.ОберонОстановись, преступная жена:Не я ль твой муж?ТитанияА я тебе жена!О, знаю я, ты часто покидаешьИсподтишка волшебную странуИ в образе влюбленного КориннаПроводишь дни, с свирелию в руках,У ног своей возлюбленной ФиллидыИ ей поешь любовь свою в стихах!Ты почему из дальних стран индийскихСюда пришел? Уж верно потому,Что с дерзкою, в сапожках, амазонкой,С воинственной любимицей твоей,Готовится Тезей соединитьсяИ ложу их ты хочешь дароватьИ счастие, и радость без конца.ОберонТитания, тебе ли упрекатьЗа то, что я привязан к Ипполите?Известна мне к Тезею страсть твоя:При бледном звезд сиянии, не ты лиПохитила его у Перигены,Которую он обольстил? Не ты льЗаставила его забыть все клятвы,Которые давал он Ариадне,Аглае и прекрасной Антиопе?ТитанияТы в ревности все это изобрел.Как перешло за половину лето,Ни разу нам собраться не случалосьВ лесу, в лугах, в долине, на горе,Иль при ручье, поросшем тростниками,Иль на краю приморских берегов,Чтобы плясать под свист и говор ветраИ составлять кружочки, без того,Чтоб ты своим неугомонным крикомНе помешал веселью наших игр.И ветры, нам как будто бы в отместкуЗа то, что тщетно песни нам поют,Все принялись высасывать из моряЗловредные туманы и пары,Туманами покрыли все равниныИ вздули так ничтожные речонки,Что их сдержать не могут берега.С тех пор, как мы поссорились с тобою,Напрасно вол впрягается в ярмо,Напрасно труд свой тратит земледелец:Зеленая пшеница вся сгнила,Хотя еще пушком не покрывалась;От падежа вороны разжирели,И на полях затопленных стоятЗабытые, пустынные загоны;Ил заволок следы веселых игр,И на лугу играющих не видно.С тех пор зима людей не услаждает,И пения не слышно по ночам.Зато луна, властительница вод,Вся бледная от гнева, напоилаТуманами и сыростью весь воздухИ насморки в избытке зародила.Все времена с тех пор перемешались:То падает белоголовый инейВ объятия расцветшей пышно розы;То, будто бы в насмешку, лето вьетГирлянды из распуколок и имиЧело зимы, увенчанное льдом,И бороду старушки украшает.Суровая зима, весна, и лето,И осень плодовитая меняютОбычные ливреи меж собой;Не узнает времен мир удивленный –И это все наделал наш раздор,И мы всему причина и начало!ОберонИсправить все зависит от тебя.Титания, зачем противоречить?Я лишь прошу мне уступить ребенкаВ мои пажи.ТитанияТы можешь быть покоен –Я всей страны волшебной не возьмуЗа этого ребенка. Мать егоБыла моею жрицей. Сколько разВо тьме ночей индийских, ароматных,Она моей сопутницей бывала!На золотых Нептуновых пескахЛюбили мы сидеть и наблюдать,Как по волнам купеческие суднаНесутся вдаль. О, как смеялись мы,Любуяся, как ветер шаловливыйИх паруса натягивал – и теВздувались вдруг огромным животом!Тогда моя несчастная подругаБеременна была моим пажомИ с ловкостью, бывало, подражала,По воздуху летая, парусам,Беременным от ветра. Над землею,Как по волнам, наплававшись, онаНеслась назад с какой-нибудь безделкойИ мне ее вручала, говоря,Что наш корабль с своим богатым грузомПришел назад из дальнего пути.Но смертная была моя подругаИ умерла, доставив сыну жизнь.Любя ее, я сына воспитаю;Любя ее, я не расстанусь с ним.ОберонТы долго здесь намерена остаться?ТитанияЯ, может быть, пробуду здесь день свадьбы.Не хочешь ли спокойно поплясатьСредь наших хороводов иль взглянутьНа праздник наш, при месячном сиянье?Пойдем, не то – оставь нас: обойдемсяИ без тебя.ОберонРебенка мне отдай –И я готов тогда идти с тобою.ТитанияЗа все твои владенья не отдам!Пока я здесь, мы ссориться лишь будем.Пойдемте, эльфы, прочь скорей отсюда!Титания и ее свита уходят.