- -
- 100%
- +
Глава 1
Рассветное солнце озаряло лес, раскинувшийся на многие мили. Птицы щебетали только им понятные песни, утренний ветерок проносился среди листьев и будил насекомых, а ручьи журчали, казалось, сильнее обычного – природа просыпалась, и вместе с ней постепенно просыпался и я.
Лучи солнца помогли проснуться окончательно после примерно лейта пути сквозь тернии вокруг. Не по своей прихоти я начинал путь каждый раз еще до восхода солнца, но за бесчисленное множество лет это вошло в привычку, так что мое бренное тело уже не тянуло к земле на самом рассвете.
Работа, моя работа… Казалось бы, почему не прогуляться по этому замечательному, светлому лесу таким прекрасным утром? Да только вот за границей этого леса для меня начиналась очередная темнота, с которой мне предстояло сразиться. Все это великолепие было лишь лживой картинкой спокойного мира, и только немногие могли знать истину, которой пропитан каждый лист, каждое дуновение ветерка, каждый камешек замка, в который я держал путь.
Мне предстояло встретиться с ведьмами. Снова.
Казалось бы, обычное дело, с которым я справлялся десятки, если не сотни раз, – схватить ведьму, коих по всему миру буйствовало бесчисленное множество, и привести ее в церковь, то есть выполнить свой долг инквизитора. Но каждый раз даже моей черствой душе приходилось тяжело – и пусть я и не убивал этих девушек, но их злость словно отравляла мою душу, которая с годами становилась все тусклее. Это позволяло избавляться от эмоций, но вместе с тем закрываться от мира. И ни лучи солнца, ни пение птиц уже не радовали так, как прежде, – ведь скоро я вновь увижу злые глаза и завершу чью-то жизнь, пусть и не своими руками.
Я уже давно забыл, что такое острые ощущения. Хм, хотя нет, не так. Их в моей жизни хватало с лихвой. А кому бы не хватало, если он виделся с ведьмами чаще, чем с родной матерью? Но это все не то. Как будто старый прогорклый перец, который ты подсыпаешь в свою еду, но его вкус уже давно приелся тебе. А чего-то действительно острого, настоящего и жгучего не было в моей душе уже много лет. Все как-то бессмысленно, одинаково и однообразно.
Времени было достаточно, путь неблизкий – и в голову в который раз приходили мысли о собственной жизни.
Смешно. Будто я старею…
В мыслях возникла церковь. Наша церковь. Но не моя. Да, я был инквизитором, жил в ней и служил Богу, привозил ведьм сквозь горные перевалы прямо в нее, однако чувство скуки одолевало меня слишком часто. Словно это все было не моим. Величественная церковь, стоящая высоко в горах, редкие посетители, знаменитая графиня, почему-то приезжающая на службы именно к нам – быть может, потому что наш храм считается центром религии в стране, пусть об этом и не знают простые прихожане. Именно у нас принимается так много решений, особенно касающихся судеб проклятых ведьм, отравляющих людям жизнь.
Самое ироничное, что и мы лицемеры. Грехи? Алчность? Ложь? Это как раз имеет прямое отношение к церкви, вы обратились именно туда. Ведь никому из прихожан не известно, что скрывается за стенами молитвенных залов, а точнее кто. Ведьма. Еще одна ведьма, но не наш враг, а наше оружие. Нечисть, которая поселилась в самом сердце ордена по борьбе с ней. Иронично, не правда ли?
Ее зовут Майя. Она не покидает стен нашей церкви и полностью подчиняется нам – возможно, даже по своему желанию. Иногда и нечисть вольна выбрать ту или иную сторону. Словно воробей, вместо того чтобы летать, выбирает жизнь под водой. Бессмысленно и непонятно для чего, но почему бы и нет?
Убьет ли его это? А может, он станет тем, кто захватит власть в глубинах морей?
Кто знает…
Но решение нашей церкви было беспрекословным – лучше принять такого воробья, чтобы разорить больше гнезд его собратьев. Лучше с его помощью узнать, как обрезать крылья другим, а точнее, как противостоять магии ведьм и накопить достаточно большие запасы зелья против магии ведьм, чтобы победить.
Или чтобы получить власть среди других?
Наша с Майей близость к Батюшке давала мне возможность пару раз пообщаться с ней. О нет, я не испытываю к ней страха или омерзения – лишь равнодушие. Ведь она так же, как и я, только воин в этой многовековой войне, да и выглядит не как в легендах – старухой с гнилыми зубами, а вполне обычной взрослой девушкой.
Эта ведьма обладает уникальной способностью – она может видеть души людей. Нет, это не что-то вроде предсказания будущего или гадания на старых картах в пыльных тавернах. Это, наверное, магия зеркала, когда ты разговариваешь с чело… кхм, ведьмой, а она может рассказать о тебе больше, чем ты сам.
Мы общались редко, но один разговор запомнился мне до дрожи подушечек пальцев.
Майя стояла у колонны и пристально смотрела на меня. В светло-серых глазах не было никаких эмоций, руки сложены на груди, а губы словно натянутая тонкая линия. Я знал, что означает этот взгляд, поэтому спокойно отложил пузырек, который рассматривал, и подошел к ней, словно зеркало повторяя ее равнодушный и холодный взгляд.
– Ты что-то хотела?
– Не здесь.
Она развернулась и зашагала прочь. Я послушно пошел за ней, не совсем понимая, почему нам нельзя поговорить в общем зале, но пока меня это не сильно интересовало. Хотелось скорее в свою комнату и упасть на кровать, а еще лучше – забраться в купальню и смыть с себя налет очередного серого дня.
– Безумец, – заговорила Майя, когда мы остановились в тупике коридора. В том месте, куда почти не заходили ни инквизиторы, ни слуги. – У меня к тебе разговор.
Я лишь слегка приподнял бровь. Мое второе имя, данное мне, как инквизитору, для сокрытия личности, уже давно не резало слух – еще с тех самых пор, как я получил его при появлении здесь. Одновременно с кинжалом к горлу, приставленным другим инквизитором, который со страхом всматривался в мои алые глаза. Ведь алый – это значит кровь, зло и все прочее, по мнению наивных служителей Бога. А почему у меня такие глаза – да бог его знает, хотя, быть может, не знает даже он, – но ведь сложилось же так странно, что в инквизиторы подался похожий на демона парень с алыми глазами и пепельными, будто седыми волосами.
И только десятками успешных заданий я смог доказать свою преданность и то, что никакой дьявол в меня не вселялся, да и к ведьмам отношения не имею, а моя внешность – лишь шутка природы. А вот идея сделать меня ужасным карателем под именем Безумец церкви показалась интересной.
– И какой же разговор требует того, чтобы ты водила меня такими путями? – хмыкнул я, облокачиваясь плечом о каменную стену.
– Не думаю, что тебе сыграет на руку еще одно отличие от обычных людей.
На это я лишь фыркнул. Вокруг да около я ходить не любил.
– Выкладывай.
Майя мгновение помолчала, чуть опустив взгляд. Она была задумчива.
– Знаешь, я еще не встречала таких душ. Лично не встречала. Но в истории ведьм ходит много преданий о таких, как ты…
Пока разговор сильно не занимал. Особо сильно. Но все могло измениться.
– О, Майя, ну перестань. – Я наигранно махнул рукой, чуть приподнимая подбородок. – Я знаю, что красив от Бога, но не нужно рассказывать легенды.
Ее взгляд заставил меня замолчать.
– Хорошо. – Словно прочитала мои мысли Майя, слегка надменно взглянув. – Скажу кратко. Ты – творение ведьм.
Осознание пришло через несколько мгновений. Я хотел было усмехнуться – но серьезный взгляд ведьмы оставил эту затею умереть где-то внутри. Я знал, что ведьмы редко шутят, и потому серьезность быстро передалась и мне.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я не могу рассказать всего. Ты узнаешь обо всем в свое время. – Она задумчиво взглянула в сторону окна, которое находилось неподалеку.
– Начала присказку, давай и сказку, – переключил я ее внимание на себя.
Она вернула свой взгляд ко мне.
– Хорошо. Ты не единственное творение ведьм. Когда-то на земле обитала очень сильная ведьма, стремящаяся к абсолютной власти. Она любила экспериментировать над всем живым, в том числе над людьми. В какой-то момент ее старания принесли плоды – она создала неведомых ранее существ, сочетавших в себе человеческий облик и силу оружия. Таким людям не нужны были мечи или кинжалы, они могли защищаться сами. Даже от очень сильных врагов. Ведьмы поколениями создавали себе послушных рабов с невероятной мощью, с их помощью они сражались. Но в какой-то момент цепь оборвалась… Я считала, что последнего человека с мощью оружия убили несколько десятков лет назад. Но, видимо, информация неверна.
Мне потребовалось несколько мгновений осмыслить сказанные девушкой слова. Я медленно поднял на нее взгляд, которым до этого прожигал каменные плиты пола.
– Ты хочешь сказать, что последний выживший – это я?
– Как знать, – хмыкнула она. – Может, и не последний.
Много времени утекло с тех пор. Эта сказка ведьмы дала мне повод задуматься, но со временем мысли почти сошли на нет. Ничего особенного я за собой не замечал, и в тот момент, когда я подумал, что моя жизнь может стать хоть чуточку интереснее, с разочарованием понял, что это все слишком запутано, а наша мудрая ведьма не из тех существ, которые захотели бы оказать помощь. Поэтому со временем просто оставил это воспоминание у себя в голове и уже не придавал ему значения, хотя тот факт, что я могу быть особенным, конечно, польстил моему эго и поднял тщеславие повыше.
Я запустил руку в карман и нащупал небольшую таблетку. Покрутил ее в пальцах, словно играясь с острым ножом. Вот здесь, в моих пальцах, зажата моя смерть. Смертельная доза яда, проглотив которую я умру за десяток мгновений, оставив все свои секреты при себе и не выболтав их коварным противникам.
Зачем?
Никто ведь не отменял того, что инквизитор может провалить миссию. И такая таблетка была не только лично моей необходимостью, а необходимостью каждого инквизитора, чтобы в случае подчинения ведьмами не выболтать лишних секретов. Только вот хватит ли у каждого духа проглотить ее?
Я не задавался этим вопросом, потому что был уверен – мне все равно. Потерять свою жизнь я не боялся, ведь меня, по сути, ничего здесь не держало. Разве что крепкий эль и горячая купальня по вечерам.
Выйдя на пригорок, я выдохнул. Впереди виднелся небольшой замок, обрушенный временем и ветрами – серый, словно не вписывающийся в этот мир. Именно там, внизу этого склона, где почти не осталось деревьев, меня ждала моя цель.
Сегодня ее звали – Трэа Алден. Юная ведьма, приближенная самой Мерулы Морте. Ведьмы, наводящей страх на всю церковь, поистине приспешницы самого дьявола. Мерула – та, чье имя не принято называть вслух. Страх всей нашей страны – Эланарии. Жестокость и предусмотрительность, равнодушие и опасность – именно так описывают ее немногословные любители поговорить о страхе. Говорят, она забирает человеческие жизни, чтобы продлить свою.
Именно эту ведьму мы изучали особенно пристально, и с каждым новым рассказом выживших, коих было очень мало, все меньше испытывали к ней интерес, все больше – страх. Встреться с ней лицом к лицу – и ее янтарные глаза будут последним, что ты увидишь в своей жалкой жизни.
Глава всех ведьм, опасная и всесильная, забирающая у каждой своей подопечной при рождении половину ее сил, – Мерула была страшна даже мне, уже уставшему от однообразия типичных колдуний. Но в этот раз бояться не стоило, ведь я шел лишь за ее приспешницей – сама Мерула, по нашей информации, сейчас должна быть на другом конце страны.
Моя цель – Трэа Алден.
Хм…
В этот раз игра должна стать интересней.
Еще раз глубоко вдохнув свежий воздух и смерив замок еще одним взглядом, я присел на траву и развязал свой мешок. Склянка с необходимым зельем легко поддалась моим пальцам, а в следующее мгновение ее содержимое уже было во мне.
Что ж, теперь я не подвластен магии ведьм. По крайней мере, если эта ведьма не является Мерулой.
Я усмехнулся своим мыслям и отмахнулся от дурного предчувствия, кольнувшего меня глубоко в груди.
С чего вдруг я вспоминаю свою жизнь? Философия и рассуждения никогда не были мне близки, а уж задумываться о Меруле перед тем, как идти на дело, – дурной знак.
Но я отбросил глупые мысли и поднялся на ноги. Усталость почти не чувствовалась – все же этому способствовали годы тренировок в виде бесконечного преследования моих целей. Физическая выносливость у меня точно была что надо.
А вот вернусь домой и душевную выносливость подправлю кружкой эля. Так решил я, насмехаясь над своими странными мыслями, и повернул вправо, начиная спуск со склона по маленькой извилистой тропинке.
Прямо к замку.
Затхлая сырость пробралась в легкие и заполнила, кажется, даже разум, когда я шагнул в коридор брошенного замка. Только на первый взгляд брошенного.
Передвигаться по коридорам без шума для меня не составляло никакого труда. Полутемные стены создавали жуткую атмосферу, но это не мешало мне заглядывать в каждую комнату и следить за каждой тенью от горящих факелов.
Сколько раз я бывал в таких местах?
Сбился со счета.
Полнейшую тишину пронзил скрип двери, когда я закрыл ее за собой, выходя из очередной комнаты.
Слишком тихо.
Хотя не устраивать же тут ведьмам бал, в самом деле? Чего я еще ожидал?
Впереди в свете факела виднелась каменная лестница, ведущая наверх, в башню. Я подошел к ней и собрался сделать шаг на ступень, но услышал шаги откуда-то сверху. Тихие, медленные – привычно женские.
Шаги ведьмы. Я словно душой почуял, что впереди моя цель.
Трэа Алден. Ну что ж, дорогая, давай поиграем.
Через пару мгновений с лестницы спустилась девушка. Примерно моего роста, худощавая и светловолосая, опустившая взгляд в книгу, которую держала в руках. Я бегло осмотрел ее – облаченная по все черное: кожаные штаны и корсет, плащ, покрывающий плечи, на которые спадали волосы. Фигура у девушки была хороша, правда, грудь можно бы создать чуть побольше, и тогда эта ведьма вполне могла составить мне компанию для одинокого вечера. Острые черты лица, небольшой носик и поджатые губы – полное сосредоточение на истории, которую она читала, да такое сильное, что позволило мне пару мгновений наблюдать за ней.
Я усмехаюсь и щелкаю пальцами, привлекая внимание ведьмы. Она моментально переводит на меня взгляд, и в свете факела отражаются блеском изумрудно-зеленые глаза.
Через мгновение этот взгляд покрывается коркой льда, и понимание, кто я такой, пронзает ведьму. Книга падает на пол, а ее тонкие кисти вытягиваются в мою сторону, губы что-то беззвучно шепчут.
Я еще больше ухмыляюсь и делаю шаг навстречу. Что мне твои заклинания, юная ведьма? Внутри меня напиток похлеще эля, и он не даст тебе власти надо мной сегодня.
Угроза в ее взгляде разбилась со следующим моим шагом. Сбитая с толку, ведьма неосознанно перевела взгляд с меня на свои руки, понимая, что ее заклинание не работает.
Затем она снова подняла взгляд на меня.
В нем не было страха или паники, не было злости или отчаяния. В нем не было ничего. Эта ведьма не боялась меня – она уже знала свою судьбу, понимала, что противостоять бесполезно, и изумруды в глазах затянулись пеленой безразличия.
Зелье – секретное оружие против них. Против чертовых ведьм.
И ведь они не теряют лица даже в последний миг своей жизни…
– Умница, – ласково-ядовито пропел я, делая последний шаг и занося над девушкой руку.
И только я сделал движение в ее сторону, как замер. Не по своей воле.
Резкий выдох вырвался из моей груди. Я так и застыл с занесенной рукой, неожиданно понимая, что не могу пошевелиться.
Но как?! Ее магия не действует на меня! Я не…
Ответ пришел следом – шелестом голоса с лестницы позади Алден.
– К нам пожаловал инквизитор?
Холод пробежал по всему телу и застрял где-то внутри. От голоса веяло сталью и насмешкой, как пару мгновений назад от меня самого.
Голос охотника, который поймал свою жертву.
– Мерула?.. – одними губами прошептал я.
За девушкой стояла женщина со жгучим янтарем в глазах. Длинные светлые волосы, подобно змее, были сплетены в косу и перекинуты на грудь, а ее хищная улыбка точно не обещала мне ничего хорошего.
Страх липкими щупальцами обхватил мое сердце, когда она сделала еще один шаг ко мне, огибая свою приспешницу. На лице Алден на мгновение появилось смятение, но она быстро вернула себе ледяную маску и с презрением посмотрела на меня.
– Повезло тебе, Трэа, – протянула Мерула, подходя ближе ко мне и чуть склоняя голову, – что я прибыла к вам так скоро.
Она медленно обходила меня, и я слышал шлепки ее босых ног по каменным плитам. Я был не в силах даже сглотнуть, а в голове билась лишь одна мысль – в моем кармане, совсем рядом, яд, который мне сейчас так нужен.
Ведь я уже обречен.
Она обошла меня и застыла передо мной, вскинув бровь.
– Безумец? – Она на мгновение задумалась, а потом бросила в сторону Алден: – Нам несказанно повезло.
О да, эта ведьма в курсе, что я знаю многое. Слишком многое для простого инквизитора. Информация, которую им не получить ни от кого другого, и потому…
– Нам необходимо его подчинить. И этим займешься ты.
Отвратительные щупальца страха вокруг сердца сдавили так, что перехватило дыхание. Мерула развернулась и сделала пару шагов в сторону лестницы, а после щелкнула пальцами.
В глазах потемнело, и мое тело тяжелой тушей обрушилось на каменный пол. Последняя мысль, проскочившая в моем сознании, заставила захлебнуться отчаянием.
Подчинение еще хуже, чем смерть.
Глава 2
Медленным мороком по телу гуляла сырость. Казалось, она заползла в каждую клеточку, а противный запах тины полностью заполнил легкие. Через пару мгновений пелена спала, и все тело отозвалось глухим спазмом и дрожью.
Темнота немного прояснилась, и мне удалось открыть глаза. Ледяной холод каменных плит подо мной заставлял сотни мурашек бежать по телу, а ноющая боль не давала пошевелить даже пальцем. Потребовалась пара мгновений, чтобы окончательно прийти в себя и сделать волевое усилие – всего лишь сесть и осмотреться в окутывающей тьме.
Я понимал, что сижу на холодном полу – таком же холодном, как тот, на который я свалился ранее от заклятия предводительницы ведьм. Но находился я уже явно не в том коридоре. Где-то глубже – запах сырости и земли давал это понять. Из ориентиров – лишь одинокий факел позади меня, освещающий небольшую часть каменной стены.
Тело более-менее пришло в норму. Когда мне удалось встать, мышцы отозвались плачем, но это было не так плохо, как раздражение, которое вызывала во мне неизвестность.
Я должен знать, где нахожусь.
Сняв со стены факел, я махнул им. Как и ожидалось, не увидел начала и конца помещения – лишь продолжение стены. Сделал шаг и пошел вдоль нее.
Попался… Я так глупо угодил в западню. И теперь меня ждет подчинение – самое страшное, что может случиться с инквизитором. Стать безвольной игрушкой в руках ведьмы, перед этим вытерпев океаны боли, сломавшись полностью и потеряв рассудок, – такая судьба ждала меня здесь. Никто не в силах выдержать эти пытки, никто не в силах противостоять им. Меня хватит на первое время, но…
Пальцы, которыми я опирался на стену, коснулись чего-то мокрого, ворсистого. Я наклонился чуть ближе к стене. Мох.
Капающая вода со стен. Запах земли и сырости. Холод, пробирающий до костей.
Я в подземелье.
Проклятье!..
Я изо всей силы ударил по стене, и капли, упавшие на пол, создали эхо по всему помещению.
– Кто здесь? – послышался тихий голос где-то впереди.
Я вздрогнул и направил факел на источник звука. Но он находился недостаточно близко, и я сделал несколько шагов вперед.
Передо мной на плитах сидела, обхватив руками согнутые в коленях ноги, девушка. Она была очень худа, с длинными темными волосами, разметавшимися по плечам и остаткам одежды, едва прикрывающим смертельно бледную кожу.
Пленница? Вместе со мной?
– Кто ты? – Мой голос прозвучал хрипло, эхом отлетая от стен.
– Меня зовут Ивори.
Ее мягкий голос, лишенный всяких эмоций, улетел куда-то во тьму. Она перевела взгляд следом за ним, больше не наблюдая за мной.
– Присаживайся. Тебе же больно стоять.
Все еще не до конца понимая, что происходит, я на мгновение задумался. Но причин отказываться от предложения не было, потому я положил факел рядом с девушкой, сам присаживаясь неподалеку от нее.
– Ивори, значит, – словно пробуя ее имя на вкус, задумчиво протянул я.
Пышная грудь, длинные ноги и потускневшие синие глаза, так приковывающие внимание. По состоянию ее тела было видно, что она находилась здесь не первые сутки, а по рваной, заляпанной кровью одежде – что пережила не первые пытки. И явно не последние.
Девушка перевела взгляд на меня, и он стал немного более живым, словно она наконец проснулась.
– А ты инквизитор, верно?
Это было сказано без надменности, спокойно. Скорее как констатация факта.
– Допустим, – коротко ответил я, не сводя с нее взгляда.
Она усмехнулась.
– Даже имя не назовешь?
– Безумец.
Ивори прикрыла глаза, сохраняя на губах усмешку.
– Безумец… Конечно, инквизитор. – Она взглянула на меня. – Может, назовешь настоящее? Не хочется сидеть в одной камере с «безумцем».
Мгновения мне хватило, чтобы взвесить все «за» и «против». В конце концов, что я теряю?
– Алан.
Ивори удовлетворенно кивнула.
– Я слышала о тебе. Интересное сочетание. «Алан» с языка Эланарии переводится как «душа». Однако твое прозвище как-то не слишком подходит к имени. – Она устало усмехнулась. – Безумна ли твоя душа?
– Не думаю, – спокойно ответил я.
Общение с этой девушкой не напрягало. Просто уставшая пленница – на миг мне стало ее действительно жаль.
– Что ж, пусть будет так, – продолжила она. – Ты пришел убить кого-то из ведьм?
– Похитить.
– Похитить? – В ее глазах блеснуло удивление. – Но ведь инквизиторы…
– Я не обычный инквизитор, – оборвал ее я. – Я не убиваю ведьм. Лишь доставляю в нужное место.
Ивори хмыкнула и вновь отвела взгляд. Казалось, на этом ее любопытство закончилось, но постепенно проснулось мое.
– Так кто же ты?
– Я? – Она взглянула на меня с небольшой усмешкой в глазах. – Я – ведьма.
Эти слова заставили меня вздрогнуть, но тело осталось неподвижным, и девушка не заметила перемены моего настроения. Или моего… страха?
– Что же ты тут забыла? – Я сам услышал, как интонация моего голоса стала грубее.
– То же, что и ты. – Девушка пожала плечами, проводя пальцем по лужице на полу. – Только с разницей в том, что моя причина – предательство.
– Ты предала ведьм? – неосознанно удивился я и прикусил себя за щеку. Боль отрезвила меня.
Держи эмоции при себе, дурень. Не в той ты ситуации, чтобы расслабляться.
– Не совсем. – Ивори вновь подняла взгляд ко мне, но и тени усмешки не осталось на ее устах. Лишь тихий голос. – Ты мне не веришь, да?
– Если честно, с детства не испытываю доверия к ведьмам.
– Скажи, кого ты должен был похитить? – словно уже зная ответ, все же спросила ведьма.
Не думаю, что эта информация сыграет против меня. Так что…
– Трэа Алден, – спокойно ответил я.
– А… – Она слегка кивнула, грустно улыбаясь. – Знаешь, я ведь и не предавала ведьм… Всего лишь не выполняла приказы. Давай я начну с начала?
Я лишь пожал плечами и отвел взгляд. Пожалуй, лучшее из широкого выбора в этой пещере – это вновь послушать сказку очередной ведьмы.
Ивори выдохнула и начала:
– Трэа – моя подруга. Мы с ней как сестры. Жили вместе у одной старухи, как потом оказалось, ведьмы. Она подобрала нас на улице, когда нам было по шесть лет. Старуха следила за нами девять лет, а потом заболела. Перед смертью она раскрыла нам, что она ведьма, и передала всю свою силу. Вскоре за нами явилась Мерула. Она стала обучать нас. Через два года мы знали почти все заклинания, но магии нам на них не хватало. Мы стали ее прислужницами, поэтому она решила отдать нам ту силу, которую забрала у нашей матери при рождении. Вскоре мы стали самыми сильными ведьмами из клана, конечно, не считая Мерулы. Сначала мы околдовывали людей, поджигали города, даже убивали. Так продолжалось несколько лет. Но потом Мерула решила, что пора бы научить нас другому, и потребовала подчинить человека. Я отказалась, но Мерула пригрозила изгнанием. Мне достался маленький мальчик, лет десяти, а Трэе – девчушка того же возраста. Они были братом и сестрой, близнецами. – Я заметил, как глаза девушки заблестели, когда она говорила это. – Трэа быстро справилась с заданием, а я все тянула. Увидев это, подруга предложила мне помощь, и я согласилась. Она сама подчинила мальчика, а Меруле сказала, что это сделала я. Так я удержалась в клане, но ненадолго. Позже Мерула узнала правду и приказала мне при ней подчинить кого-либо. Я отказалась и попыталась бежать, но меня скрутили и бросили сюда.