- -
- 100%
- +
На глазах у ведьмы появились слезы, а я опустил глаза.
Какое-то несвойственное ведьме милосердие.
– Что с тобой будут делать? – сухо поинтересовался я.
– Подчинят, чтобы вернуть силу, ведь я одна из самых сильных колдуний. Убивать меня глупо, – тихо прошептала она.
– А Трэа? Как она могла позволить Меруле поступить так с тобой? – вновь спросил я.
– А для Трэи я на задании. Мерула прекрасно понимает, что если Трэа узнает правду, то откажется колдовать. Мерула зачаровала меня специальным заклинанием – все видят меня такой, какая я есть, но Трэа видит лишь пожилого мужчину.
– Но если ты такая сильная ведьма, – нахмурился я, – почему не бежишь отсюда?
– Не могу. – Ивори грустно улыбнулась и взяла мою руку.
Я недоуменно посмотрел на нее, но тут же почувствовал ладонью металл. На ее шее был металлический ошейник, огромный и, наверное, очень тяжелый.
– Что это? – удивился я. Холодный металл неприятно коснулся пальцев, и я тут же убрал руку.
– Рейндар. Он сдерживает мою магию.
– И где же ключ?
– У Мерулы, конечно.
Я хмыкнул и поджал губы. Что сказать? Не повезло этой девушке, если все рассказанное действительно правда. Когда я там рассуждал, что воробей может сам выбирать сторону? Пожалуй, успешным этот выбор бывает далеко не у многих, а особенно у приближенных к Меруле.
– Кстати, – вновь услышал тихий голос девушки, которая, похоже, решила сменить тему, – тебя будет обучать Трэа.
– Знаю.
Я помолчал, обдумывая все. Посмотрел на ведьму уверенным взглядом.
– Как отсюда выбраться?
Она усмехнулась.
– Никак. Мы на большой глубине, выход – только через дверь. – Она кивнула куда-то в темноту.
– А ты говоришь, что никак. – Уголок моих губ скользнул вверх, изображая уставшую усмешку. – Дверь есть – а значит можно ее вскрыть. Выломать, в конце концов.
– О нет, – грустно улыбнулась колдунья, смотря куда-то перед собой. – Она защищена магией.
– Оглушить Трэю, когда она зайдет?
– Ты зря ее недооцениваешь. Она очень сильная и жестокая по отношению к пленникам, ты это скоро сам почувствуешь. Подобраться к ней близко непросто, тем более тебе.
Каждый ответ все больше убивал надежду. Я не выдержал, рыкнув:
– Я должен отсюда выбраться!
– Мы оба обречены, – словно кинжалом резанул голос девушки.
– Черт! – выругался я, откидываясь на спину и ощущая холод на своей коже.
Это и есть отчаяние? Так медленно заполняющее душу, постепенно отгоняющее все маленькие лучи надежды подальше в темный угол? Такое ощущение, словно эта темница, ее темнота просто высасывает из тебя все, что есть внутри, не оставляя и толики света…
Я действительно ни на что не способен? Действительно не смогу выбраться?
Я до боли прикусил губу, сжимая кулаки.
Я не сдамся!
– Кстати, – нарушила тишину Ивори, – пока ты был без сознания, Трэа приходила и обыскивала тебя.
Осознание ледяным ураганом прошлось по телу. Я тут же сел и запустил руку в карман штанов.
Нет-нет-нет!
– Таблетка смерти? – уже зная ответ, осведомилась ведьма.
Но в ее голосе не было усмешки – лишь сожаление. Не ответив, я провел рукой по лицу и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Теперь у меня даже нет возможности умереть…
Я встал и отошел от девушки на прежнее место, оставив факел у нее.
Нужно обязательно что-то придумать – я не могу тут остаться.
Тишина сгущалась вокруг, словно едкий дым застилая сознание и притупляя эмоции. Лишь редкое падение капель воды с потолка привносило хоть какие-то звуки в эту немую пытку. Сознание билось в попытке найти решение, но где-то глубоко из груди поднималась волна отчаяния, которую некуда было выплеснуть и нечем заглушить.
Скрип двери пролетел по помещению резкой волной, вырывая из оцепенения. Я поднял голову.
Кто-то вошел.
Алден? Мерула?
В полной темноте не было видно ничего. Но тут раздался щелчок пальцами, и факелы на стенах начали зажигаться один за другим. Когда последний из них вспыхнул пламенем, в помещении все еще было сумрачно, но уже можно различить застывшую при входе ведьму.
Там стояла Алден, только в этот раз светлые волосы были собраны в высокий хвост, а одежда напоминала стиль инквизиторов: кожаные штаны и корсет, перчатки без пальцев и тяжелые сапоги. На талии пояс, на котором обычно висят орудия пыток, но у Алден ремень отчего-то был пуст.
– Очнулся? – Девушка посмотрела на меня холодным взглядом. Меня неприятно передернуло – взгляд вполне мог сравниться со взглядом Мерулы: такой же холодный и бесчувственный.
Трэа еще ничего не сделала, а я уже ощутил всю унизительность ситуации.
– Очнулся, – ядовито ответил я, не сводя с нее глаз.
Ведьма ухмыльнулась и подошла ко мне. Видимо, ее веселило то, что я могу ответить ей.
– Встань, – ледяным тоном приказала она.
– Не хочу, – огрызнулся я.
Ох, зря я испытываю ее нервы…
Но с нервами у Алден все было в порядке. Она медленно наклонилась ко мне и, улыбнувшись, резко и сильно сжала рукой горло.
Один хрип из моего горла, и я почувствовал, как начинаю задыхаться.
Что за сила у такой слабой на вид девушки?!
Трэа разогнулась и потянула меня за горло вверх, поднимая на ноги, и мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться, чтобы ухватить хотя бы пару глотков воздуха.
Однако отпускать меня ведьма и не думала. Она внимательно смотрела в мои глаза, но ее лицо не выражало никаких эмоций, даже прежней ухмылки не было.
– Ты должен рассказать мне все, – приблизившись к моим губам, тихо произнесла Трэа. – Поверь, тебе будет лучше.
Ведьма почти коснулась моих губ своими, но вдруг резко отстранилась и отпустила мое горло. Внезапная слабость охватила все тело, я упал на колени и лихорадочно задышал, пытаясь восстановить недостаток кислорода и убрать белые пятна в глазах.
– Перебьешься, – прохрипел я и тут же получил пинок в живот.
Резкая боль пронзила место удара. Хватанув ртом воздух, я рухнул на пол, неосознанно корчась от боли, которую доставили массивные сапоги ведьмы.
– Тогда я заставлю тебя, – ужасающим голосом произнесла ведьма.
Я почувствовал, как мое горло вновь сдавливает ее рука.
На этот раз ведьма сжимала сильнее, я невольно захрипел, но Алден и не думала отпускать. Только когда я почти начал терять сознание, она отпустила меня и схватила другой рукой за волосы, оказавшись за спиной и вновь заставляя подняться. Она обошла меня и, царапая, провела рукой по груди. Это было так больно, словно она водила по коже раскаленным лезвием, и из горла против воли вырвался первый крик.
Ведьма вновь пнула в солнечное сплетение, но уже коленкой. Я согнулся пополам, а эта тварь вновь схватила меня за волосы и подняла голову. Удар по лицу с такой силой, словно бил мужчина. Я сплюнул кровь и медленно поднял глаза, за что получил еще один удар. Упал на пол, пребольно ударившись головой.
Она не собиралась заканчивать. Еще один удар ногой. Два. Три. Все ее удары приходились в живот, как бы я ни старался свернуться и закрыться. Я попытался схватить ее за ногу, но блондинка быстро наклонилась и вцепилась в мою руку, впившись ногтями в кожу. Места ее захвата тут же начало жечь с такой силой, что мое шипение превратилось в крик. Одного взгляда на руку хватило для того, чтобы остатки сознания упали куда-то во тьму – кожа на руке стремительно темнела, становясь почти черной, словно ногти этой ведьмы разъедали кожу. Распространяющаяся боль начала жечь все тело, словно меня била молния. Второй рукой я уцепился за ее руку, пытаясь ослабить хватку и рыча от боли.
Я уже не понимал, кричу или нет, но все мысли были только об одном – скорее бы это прекратилось.
Алден отпустила мою руку и пнула меня ногой прямо в лицо, отчего я упал назад и захрипел.
На языке был стальной привкус крови, в глазах все плыло, а тело ломило от многочисленных ссадин и, возможно, переломов. О том, чтобы попытаться подняться, не было даже речи.
– Даю тебе время подумать. Я потерплю немного.
Ледяной голос отголосками пронесся в моем сознании, а после я услышал удаляющиеся шаги и скрип двери.
Тело отказывалось подчиняться, я попытался двинуть рукой, но не смог. К тому же до сих пор ощущались удары, и я чувствовал, что вот-вот потеряю сознание от боли, которая беспощадно утягивала меня во тьму.
Последней мыслью было то, что Алден только разогревалась.
Глава 3
Очнулся я от ужасающих звуков, пробирающих до костей. Нет, это были даже не крики – настоящий вой и истерика, полная отчаяния и боли.
Громкий плач, мольбы и хрипы, звук рвущихся мышц и стекающей на каменное покрытие крови.
Я с трудом разлепил глаза и попытался вспомнить, что произошло. Все тело ужасно ныло, во рту был стальной привкус крови, и я сразу же вспомнил встречу с Алден. Но сейчас кричал определенно не я.
В камере оказалось светло, по-прежнему горели все факелы. Я понял, что лежу лицом вниз, но сил сесть не было. С трудом я смог повернуть голову в сторону криков.
Жгучий страх тут же пронзил все тело – захотелось закрыть глаза, перестать слышать, но отчего-то я продолжал смотреть…
Недалеко от меня к стене была привязана Ивори. Ее руки, сведенные над головой, притянуты к стене толстой веревкой.
Напротив нее стояла Мерула. Ведьма нещадно била девушку по лицу кулаками. Она остановилась и потерла руки, видимо разминая их. Меня Мерула, похоже, не замечала, полностью увлеченная избиением моей сокамерницы.
Но дальнейшее оказалось страшнее – Мерула не собиралась только избивать Ивори – она была намерена применить магию.
Ведьма вытянула руку в сторону, и та засветилась лиловым светом, в следующее мгновение являя вместо конечности ужасное орудие. Что-то похожее на наконечник стрелы, только огромный, подвижный и явно очень острый.
В голову заползла смутная мысль о том, что она применит это против Ивори. И я оказался прав.
Оружие вонзилось в ногу девушке в районе бедра и начало разрезать и кромсать кожу.
Ужасающее кровавое месиво и расширившиеся глаза Ивори, а после дикий крик.
В этот момент боль в теле словно исчезла – в одно мгновение ненависть окрылила так, что я оторвался от каменного пола и рванулся в сторону ведьм.
– Не тронь ее! – прошипел я, когда почти дотянулся до Мерулы, но ведьма лишь ухмыльнулась.
Направила в мою сторону свободную руку. Миг – и я уже чувствую удар о стену и жгучую боль.
Ивори продолжала громко кричать, из глаз ее катились слезы. Из-за повреждений ноги девушка не могла стоять – безжизненно висела.
Но Мерула не успокоилась. Она подняла превращенную руку и кончиком провела по оголенному животу девушки, оставляя глубокие порезы, но не распахивая живот так же, как и ногу.
Истошные крики, видимо, раздражали Мерулу. Один крепкий удар по лицу пленницы – и крик заглох где-то в груди.
Меня мелко трясло, то ли от собственной боли, то ли от криков девушки. Понимая, что больше уже подняться не смогу, я отвернулся, не в силах больше наблюдать за этим.
По крикам Ивори было понятно, что Мерула только расходится. Я слышал удары, смачные пощечины, плач девушки и тихий смех Мерулы. На несколько мгновений крики прекратились – видимо, старшая ведьма думала, как ее пытать дальше, но потом продолжились.
Это длилось, наверное, пару лейтов. Но наконец я услышал звук упавшего тела и удаляющиеся шаги. Тут же повернул голову и заметил истекающую кровью Ивори. Шипя от боли, я подполз к ней и похлопал девушку по щекам. Все ее тело было в ранах, порезах и ожогах. Ивори лишь рвано выдохнула и отключилась.
Усилием воли мне все-таки удалось опустить взгляд на ее ногу. Я ожидал увидеть то кровавое месиво, что уже видел, но… Нога была чиста. Будто Мерула и не трогала ее – словно по щелчку пальцев все зажило или это разыгралась моя больная фантазия и туманное сознание, которое окончательно рассыпалось с каждым мгновением.
Нет, это было не видение…
Это регенерация. Заклятие, которым Мерула исцелила Ивори.
Но только для того, чтобы в следующий раз повторить жестокую пытку.
Я с трудом отполз к стене и прислонился к ней спиной, тяжело дыша. Неужели Алден будет проделывать со мной то же самое? Или это так проявляется жестокость Мерулы?
Голова шла кругом от того, что я видел сегодня. Нужно было уходить отсюда как можно скорее, но для этого нужно усыпить бдительность Алден.
Как это сделать? Может, попробовать рассказать ей про Ивори?
Не поверит? Плевать, все равно попробую.
Тишина в камере напрягала. Я по-прежнему почти не мог двигаться, поэтому решил осмотреть себя на наличие переломов. Руки и ноги действовали нормально, правда, это причиняло ужасную боль, но переломов, кажется, не было. Дышал я тоже нормально, значит, и ребра были в порядке. Видимо, в прошлый раз мне ничего не сломали – лишь нанесли увечья с целью причинить боль.
От раздумий меня отвлек скрип двери. Неужели пришла моя очередь?
Я почти угадал. В дверях оказалась Трэа, но только в руках у нее был графин с водой и буханка хлеба.
Она подошла и оценивающе взглянула на меня.
Неужели у них предусмотрено кормление?
– Держи, – произнесла она и кинула буханку, а графин поставила на пол.
Как же хочется есть…
– Не надумал говорить?
– Нет, – ядовито ответил я, пресекая желание как можно быстрее схватить принесенный хлеб.
Алден развернулась и направилась к двери, а я терпеливо ждал, когда она уйдет.
Но блондинка остановилась перед дверью и холодно произнесла:
– Ты ведь видел, как пытает Мерула? Я могу точно так же, поэтому советую тебе поскорее думать.
И скрылась за дверью.
Я рвано выдохнул и провел рукой по лицу.
Какой смысл мне рассказывать ей секреты инквизиторов, если я точно знаю, что она должна меня подчинить? Даже если я расскажу ей все – пытки продолжатся, ведь Мерула так приказала. Может, конечно, подчиненные люди уже не в состоянии думать, но все же…
Когда дверь захлопнулась, я с жадностью набросился на хлеб. С большим трудом смог заставить себя оставить половину про запас, так же поступил и с водой – ведь я не знал, сделают ли ведьмы такой подарок еще раз.
Время тянулось медленно, но вскоре Ивори очнулась. Девушка сначала захрипела, а потом подняла голову. Сил идти не было, но я смог подползти к ней и обеспокоенно заглянул в глаза.
– Как ты? – тихо спросил я, протягивая ей воду. Девушка недоверчиво посмотрела на меня, но все же взяла графин и залпом осушила.
– Ужасно, – честно призналась она и посмотрела на меня. – Спасибо тебе.
– За что?
– За то, что попытался спасти и дал воду. – Она слабо улыбнулась.
Я ничего не ответил, лишь помог Ивори сесть около стены и сам последовал ее примеру.
– Ты, наверное, думаешь, – тихо прошептала Ивори, – почему меня пытают так жестоко?
– Думаю, – согласился я.
– Мерула славится садизмом. Тем более она хочет быстрее подчинить меня, – ответила девушка и посмотрела мне в глаза. – Но имей в виду, скоро Трэа последует ее примеру. Ты ведь не намерен сдаваться, да?
– Делать мне больше нечего, – буркнул я.
– А что ты хочешь делать? – Она повернула голову в мою сторону.
– Хочу рассказать Трэе про тебя. Тогда я смогу ее отвлечь.
– Не выйдет, – устало вздохнула девушка. – Она тебе не поверит.
– А ты мне поможешь. – Я посмотрел на Ивори.
Девушка нахмурилась.
– Как?
– Ты ведь ее подруга. Наверняка тебе известно то, что знаете только вы. Просто скажи ей это, она поверит.
– Не думаю, – грустно произнесла девушка. – Трэа крайне недоверчива. Да и что она сделает, даже если поверит? Ее сил не хватит снять с меня заклятие, а оно блокирует и мою душу. У нас нет и шанса.
– Ты отвлечешь ее, а тем временем я…
– Это бесполезно.
Ярость, резким всплеском зародившись в центре груди, мгновенной волной разлилась по телу.
– Я попробую! – почти прорычал я, сжимая кулаки.
Ведь если не попробую, то сойду с ума…
Через лейт в камеру зашла Мерула. В ее руках тоже был графин и буханка хлеба. Мы с Ивори сидели по разным углам камеры, но прекрасно видели друг друга, ведь факелы продолжали гореть. Мерула прошла мимо меня и подошла к колдунье.
– Держи. – Она кинула буханку, но не в руки девушке, а в ноги, прямо в лужу. – Ой, упало. – Ведьма расплылась в мерзкой ухмылке.
Ивори молча наклонилась и подняла хлеб. Мерула медленно начала разжимать пальцы, держащие графин, намереваясь оставить пленницу без воды, но тут вмешался я.
– Как же не стыдно, – попытался как можно более ядовито произнести я, – лишать девушку воды, когда сама пьешь вино.
Мерула тут же повернулась ко мне и хмыкнула. Видимо, оценив мою наглость, она присела и поставила графин на пол, а после подошла ко мне и посмотрела сверху вниз.
– Ты прав. В следующий раз нужно лишить тебя.
Ведьма развернулась и вышла из камеры. Ивори сочувственно посмотрела на меня.
– Зря ты это сказал. Она ведь правда оставит тебя без воды.
– А так бы оставила тебя. Не волнуйся, я как-нибудь переживу, – хмыкнул я.
Ивори вздохнула и отломила кусок от мокрой буханки. Я нахмурился и потянулся за своей половинкой.
– Держи. – Я кинул ей хлеб, а она, поймав его, удивленно посмотрела на меня. – Да не смотри ты так!
– Но ведь у тебя больше нет, – пробормотала она.
– А у тебя он мокрый. Ешь, пока даю.
Я умудрился заснуть, но меня разбудил скрип двери. Тут же открыл глаза и увидел Алден. Мельком взглянув на Ивори, девушка подошла ко мне и холодно произнесла:
– Встать.
Я решил подчиниться. Нужно было попробовать воплотить в жизнь мой план.
– Готов говорить? – без интереса поинтересовалась она.
– Да, – ухмыльнулся я, а она нахмурилась, явно не веря мне.
– Слушаю.
– Я знаю, где твоя подруга. – Заявление должно было повергнуть Трэю в еще один шок, но в лице она не изменилась. Я продолжал: – Она сидит тут.
Я кивнул на Ивори. Трэа повернула голову и усмехнулась.
– Хочешь сказать, моя подруга – грязный немощный старик?
– Ее заколдовала Мерула, чтобы ты… – Я не успел договорить, так как получил удар в лицо такой силы, что свалился на пол.
– Не смей говорить об Ивори, – медленно произнесла Трэа, и меня сразу же охватил ужас.
Такое ощущение, что Алден была готова убить меня на месте.
Это оказалось ошибкой. Мои слова оказались ошибкой.
Черт!
Я открыл рот, чтобы возразить, но тут же получил удар ногой в лицо. Трэа определенно разозлилась: на меня посыпался град ударов. В ее руке откуда-то появилась плетка, и она ударила меня ею по спине. Я невольно закричал от прожигающей боли – кожа на спине была рассечена, и кровь из глубокой раны залила пол вокруг, а сознание тут же захватила тьма вперемешку с ужасом.
Я уже не понимал, сколько времени ведьма всячески избивала меня и хлестала плеткой. Но вот она, схватив меня за волосы, подняла и толкнула к стене. Я прижался к ней и посмотрел на Алден, но это принесло лишь новую порцию ужаса. Гнев в ее глазах горел так ярко, что я готов был поклясться – ее глаза светились! Она быстро подошла ко мне и со всей силы сжала горло. Кожа на шее тут же начала гореть – ее разъедало так же, как в прошлый раз руку. Блондинка прошептала какое-то заклинание, и я буквально прилип к стене спиной.
Снова плеть. До рассечения кожи, до брызгающей крови.
Алден, казалось, упивалась моими криками. Она откинула хлыст и взяла мою руку.
Я с ужасом понял, что будет дальше.
Нет… О нет…
Первый хруст раздался звоном в ушах, когда сильные пальцы Алден сломали мой мизинец. Не обращая внимания на крик, она выждала несколько мгновений, чтобы я сполна прочувствовал боль, и перешла к следующему.
Боль.
Боль. Боль. Боль.
Тьма окутывала со всех сторон.
Я больше не могу…
Что-то липкое, вязкое текло по моему сознанию, обещая вот-вот свести с ума. Моя собственная кровь?
Прекрати…
Но даже на то, чтобы прошептать это, – не хватило сил.
Моя кисть повисла безвольной плетью вдоль тела, отдавая во все тело такой болью, что сознания хватало лишь на хрипы.
Еще один удар. Прямо по ребрам. Резкая боль по всему телу – и мое дыхание перехватывает, осколками рассекая все легкие.
– К-ха… – хрип вытолкнул кровь из легких, и я чувствовал противный металлический привкус на губах, но был не в силах даже закрыть рот.
Но ведьма не успокаивалась – в ее руке появился нож, и она полоснула им по моей груди.
Крик умер где-то в сломанных ребрах, превращаясь в жалкий хрип. Девушка намеревалась нанести еще один удар, но ее остановили.
– Достаточно, – послышалось из-за спины Алден.
Это была Мерула – даже сквозь мрак я узнал ее голос.
Алден тут же опустила руку с ножом.
Последнее, что я почувствовал, – падение в лужу собственной крови, а еще боль.
Безумно сильную, всепоглощающую боль, накрывающую меня с головой.
– Очнись, Алан, – позвал меня мягкий голос, и я послушно открыл глаза.
Надо мной склонилась Ивори: она обеспокоенно смотрела на меня. Попытавшись сесть, я застонал.
Похоже, в этот раз Трэа решила не залечивать сломанные ребра.
Ивори тут же развернулась и, взяв какую-то тряпку, положила ее мне на лицо. Приятная влага тут же потекла по коже, но из-за жара ощущения тут же забылись.
– Сколько я был без сознания? – с трудом спросил я.
Каждый произнесенный звук отдавался жуткой болью.
– Около пяти лейтов, – обеспокоенно сказала Ивори, водя мокрой тряпкой по моему лицу. Потом она отжала ее и начала водить по моему торсу.
Я взглянул на нее, но на какие-то эмоции уже не было сил.
– Ты весь в крови, я ее смываю, – пояснила она и вновь развернулась.
Где-то помочив тряпку, скорее всего, в луже, Ивори продолжила смывать с меня кровь, а я попытался вздохнуть полной грудью.
Не получилось – чертовы ребра не давали нормально дышать.
– Ты очень разозлил ее, – говорила Ивори тихо. Ее голос, на удивление, успокаивал меня, хоть ощущение обреченности уже крепко засело внутри души. – Я же говорила, не нужно было этого делать. – Она с сочувствием взглянула на меня.
– Это был мой шанс… – прохрипел я.
Ивори отложила тряпку и вздохнула.
– Она могла убить тебя. Я никогда не видела ее такой злой. – Девушка помолчала, но все же продолжила: – Знаешь, мне кажется, что она может знать про меня, – неуверенно произнесла Ивори.
– Но как? – сорвалось с моих губ.
Что-то плохо она в таком случае реагировала на мои слова…
– Я не уверена. Помнишь, она еще сказала: «Хочешь сказать, моя подруга – грязный немощный старик?» Потом она посмотрела на меня и вдруг ударила тебя. – Девушка на мгновение задумалась, но все же произнесла: – Мне кажется, она каким-то образом увидела часть моей души.
– Но почему она не освободила тебя? – прошептал я.
– Может, она будет говорить с Мерулой. Но вряд ли. Трэа неглупая, но в то же время слишком настырная – она может самостоятельно попытаться все узнать. А если об этом проведает Мерула…
– Она сядет рядом с нами, – закончил за девушку я.
– Именно. У меня плохое предчувствие…
Я вздохнул. Вздох болью полоснул по легким, словно кончиком кинжала, отчего я неосознанно поморщился.
Голова пошла кругом. Видимо, пяти лейтов для восстановления организма было недостаточно. И эти загадки, которыми говорит Ивори…
– Отдыхай, – тихо сказала девушка и, встав, отошла к противоположному углу.
Я послушно закрыл глаза.
Информация об Ивори – мой единственный шанс. Нужно подождать подходящего момента и попробовать снова.
Если успею дождаться.
Глава 4
С каждым днем пытки Алден становились все суровее. Почти все мои кости уже опробовали на себе силы ударов ведьмы, а на теле не осталось места, где не бывало бы синяков.
Эта Алден… Будь у меня силы – я бы убил ее.
Казалось, только злость помогала мне сохранять сознание. Черная, жгучая злость, просочившаяся в мое тело вместе с жестокими пытками, холодная ненависть и желание уничтожить ту тварь, которая причиняет мне столько боли.
Сколько я здесь уже? Пару дней? Неделю? Две?
Я сбился со счета.
Но с каждым днем чувствовал, как что-то внутри ломается.
С каждым разом все больше.
Крики Ивори были вместо бардов в привычных мне тавернах. Только в этой вместо перин был каменный пол, вместо вина – кровь, а вместо мелодий – крики. Мои и Ивори.
Как и пообещала Мерула, на следующий день после разговора с ней ведьма лишила меня воды. Правда, через два дня Трэа снова принесла мне графин.
– Жаль, что не эль! – грустно усмехнулся я, и мне стало до жути смешно.
Наверное, над такими вещами смеются сумасшедшие.
Быть может, скоро я действительно им стану.
С каждым днем я чувствовал себя все хуже. Неудержимое желание рассказать ей все, лишь бы она просто… убила меня? Нет, я не готов был сдаваться, я игнорировал это желание как только мог.