Девять жизней кошки Марты

© Елена Шен, 2024

ISBN 978-5-0059-8218-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ КОШКИ МАРТЫ

Глава 1

Капризы богини Бастет

Сегодня пространство звезды Кошачий Глаз было устлано белым дымом, который пронизвывал лунный свет. И только где-то вдалеке угадывался силуэт большой и грациозной чёрной кошки, шею и лапы которой украшали россыпи звёздных алмазов. Это была богиня всех кошек Бастет.

Когда-то, очень и очень давно, в Древнем Египте, каждый человек знал её и поклонялся ей. Ведь Бастет считали богиней не только всех кошек, но и любви, домашнего очага, плодородия, красоты и веселья. Она являлась главной защитницей семьи и дома.

Были времена, когда в честь Бастет в каждом городе Древнего Египта возводились храмы, куда стремились попасть тысячи людей, а попав приносили ей в дар маленькие фигурки в виде кошек.

Почти в каждом храме был страж. Такие служители наблюдали за храмовыми кошками, чтобы ни в коем случае не пропустить тайного сообщения от Бастет. Через своих земных слуг она сообщала людям о приближающейся засухе или о пополнении семье. В домах египтян нередко хранились статуэтки кошек, которые должны были противостоять злым силам. Люди в те времена верили, что после смерти душа хозяйки дома переселяется в кошку. И, конечно, ни под каким предлогом нельзя было обижать этих милых хвостатых созданий. За это жестоко наказывали!

Тогда Бастет купалась во внимании и любви. И всем людям обычно дарила то, что они просили. Богиня всех кошек, была своенравной и капризной, но доброй, и требовала не много: ухаживать, как следует, за всеми кошками и от души их кормить.

Но прошло время и люди, меняя богов, совсем забыли о том, как почтительно относиться к кошкам, сделав их всего лишь своими прислужниками в ловле грызунов. А к некоторым и вовсе стали относиться скверно только из-за цвета шёрстки. Например, как это случилось с чёрными кошками.

Дорогой мой друг, а ты знаешь, что происходит с богами, в которых никто не верит? Они переселяются подальше от человека и не помогают ему. Так случилось и с нашей горделивой и капризной Бастет. Она выбрала себе звезду повыше на небосводе и переселилась туда со своими помощниками, чтобы помогать только кошкам. Они-то точно знают и верят, что находятся под защитой любимой Бастет.

Но вернёмся обратно к нашей прекрасной богине. Подберёмся к ней поближе и хорошенечко рассмотрим её.

Сейчас она сидит на задних лапах, в мягком, как пух, облачке, полуприкрыв свои янтарно-желтые глаза, её настроение можно угадать по нервно дергающемуся кончику хвоста. Мы застали Бастет в то время, как она давала наставления ещё не родившимся котятам – уже семь часов подряд. От этого кошка очень устала, была не в настроении и хотела кушать. Такое с богинями тоже случается.

Рядом с ней был её помощник, белый кот с черными ушками и зелеными, цвета спелого киви, глазами. У ног его стояла золотая чаша с маленькими разноцветными пылинками, напоминающими семя одуванчиков. Он осторожно клал в когтистую лапку по одному семечку-душе котенка, терпеливо выслушивал каждое слово своей богини и затем сдувал в одно большое облако.

– Пусть и этот котенок будет с хорошим аппетитом и вырастет упитанным и ленивым…

Глаз белого кота с черными ушами дернулся. Он взмолился:

– Моя великолепная богиня, это уже 796 душа котенка, с теми же самыми наставлениями…

Бастет одарила своего помощника пронзительным и долгим взглядом.

– Видите ли, мой милый друг, – устало начала объяснять Бастет. – Это не самые плохие качества для кошки… пусть рождаются, спят, едят и ленятся. Так делают миллионы кошек на Земле. Разве это не великолепно? Быть праздной и сытой?!

– Это совершенно замечательно, моя богиня… Но!

– Но, дай угадаю…. тебе стало скучно, мой верный слуга? – она прищурила свои янтарные глаза до маленьких щелок.

– Скажем, не интересно.

– В таком случае, предлагаю сделку. Я даю наставление последней кошачьей душе, сама её сдуваю на Землю и на сегодня закончим. А ещё я попрошу девять часов полноценного кошачьего сна. И шесть королевских креветок!

– Девять часов снааа-а-а? – округлил свои зелёные глаза белый кот.

– Иначе сделке не быть! Когда ещё твоя богиня просила о такой мелочи?!

– Договорились! – подмигнул белый кот. – Только на этот раз можно что-нибудь интересное, не стандартное, невероятное, чудесное, удивительное?

– Угомонись уже, я всё поняла. Бери душу в свою лапку и наслаждайся моей фантазией.

– Слушаюсь и повинуюсь, моя богиня! – склонил голову белый кот и навострил свои черные ушки в ожидании услышать самые невероятные наставления ещё не родившемуся котенку.

Бастет высоко подняла свою красивую величественную голову и задумалась, но только на одну секунду. Она прищурила янтарные глаза и, не моргая, начала говорить в белую лапку своего помощника, в которой мирно покоилась пылинка-душа котенка:

– Путь твой долгий и странный. Найди свою верную спутницу, которую ты будешь любить и уважать. Помоги ей поверить в себя и побороть недуг. И тогда её любовь и вера поможет сотням таких, как ты. Будь благословенно, милое дитя. Мы с тобой обязательно встретимся.

Дарую тебе девять жизней, смотри не трать их понапрасну. Помни, что придёт час, и ты должна будешь ответить мне за всё, что натворишь на Земле…

Бастет мельком взглянула на помощника. Он скучал и, наверное, уже сожалел о договоре.

– Ладно, дружочек, – заговорщически промяукал богиня. – А ещё ты будешь красивой, своенравной, чудаковатой, чуть-чуть с придурью, не похожая на всех остальных 600 миллионов кошек, которые живут на Земле. И даже однажды останешься без хвоста…

Помощник резко зажал пылинку-душу в кулак.

– Богиня, это уж слишком. Остановитесь, пока не поздно!

– Ладно! Уговорил, я уже устала фантазировать. Ты доволен?

– Конечно, Бастет, я лично буду наблюдать за этим созданием! Где мы её поселим?

– Там, где больше всего любят кошек – в Стамбуле!

Бастет повелительно махнула лапой и у одной бездомной стамбульской кошки начались роды.

Глава 2

Глава 3

Навстречу большим огням

Я не знаю, сколько я просидела в канавной липкой грязи. От страха я просто замерла. Лапки, обессилев, не двигались, и куда-то пропал голос. Всё внутри меня сжалось, скукожилось. Я в оцепенении, задрав голову вверх, почти не мигая, смотрела из огромной черной ямы на темно-синее звездное небо, одним глазом, потому что второй был залеплен грязью. И одна небольшая звездочка, клянусь, мне подмигивала. Её свет успокоил меня. Убаюкал. Мне стало так тепло, как будто рядом вдруг появилась мама. Веки начали слипаться, и я заснула.

Разбудило меня солнце, которое чуть не поджарило мои лапки до хрустящей корочки. Память о вчерашнем моём похищении медленно вернулась в мою головку, которую засохшая грязь облепила, словно каменный шлем. И животик забурлил от голода. «Мяяяяяяяя! – заорала я. – Мяяяяяя!» И залепленный глаз так сильно чесался… Но никто не пришел и не накормил меня, не спас из этой вонючей канавы, не вымыл и не погладил. Мяяяяяяяя! Снова и снова призывала я на помощь. И вмиг охрипла. Через пару-тройку попыток докричаться хоть до кого-нибудь, голос мой пропал. Но сдаваться я и не думала. Откуда-то изнутри у меня проснулись такие злость и сила, которые заставили меня двигать всеми четырьмя лапками одновременно, и мне удалось вскарабкаться по липкой грязи на край канавы. Я побежала дальше по раскаленной черной дороге, ничего не видя и не оглядываясь, пока передо мной не пронеслось что-то страшное, большое, мощное, огненное и очень опасное. И я остановилась и прижалась всем тельцем к горячей чёрной дороге. Это конец, подумала я. Как же страшно, как нелепо заканчивается моя кошачья жизнь… И уже через секунду что-то очень тяжелое и горячее почти накрыло меня. Всё, я погибла! Я умерла! Меня… – Мяяяяяя! – что есть мочи заорала я.

Тут чьи-то руки ловко выдернули меня с земли и подняли в воздух. Мяяяя! Я поднимаюсь в небо, на ту звезду, которая мне ночью подмигивала. И я открыла свой единственный видящий глаз, чтобы как следует рассмотреть, что происходит вокруг. И с удивлением обнаружила себя в руках какой-то неизвестной великанши.

– Как ты здесь оказался, малыш? Какой ты крохотный. Здесь тебе совсем не место. Ты цел? Почему ты такой грязный? Что с твоим глазом? Ладно, ладно. Сейчас я посажу тебя в машину и отвезу домой, отмою, и мы поймем, нужна ли тебе помощь ветеринара.

В руках новой великанши я почувствовала, что кошмару, преследовавшему меня с прошлой ночи, пришёл конец. Она отнесла меня внутрь горячего, огненного и противно пахнущего зверя, посадила на чистые салфетки рядом с собой и повезла куда-то далеко от моего первого дома, от великанши с огненной шерсткой и от мамочки. И мне не было грустно. Я хотела только одного: чтобы глаз не чесался. И еще я хотела кушать. Но больше всего я хотела спать. И уснула.

Глава 4

Встреча с той самой

С самого детства, как Мирай себя помнила, она была окружена больничными стенами, капельницами, докторами, медсёстрами и даже одним медбратом.

У неё была болезнь, длинное и непонятное название которой она так и не смогла запомнить за все годы, что ей болела. В больничных палатах редко кто из сверстников с ней соседствовал. Мирай всё время находилась под чутким и грустным надзором маминых раскосых, как у лисички, глаз. Поначалу глаз было больше. Тогда еще приходил папа. Они подолгу сидели втроем, читали вслух книжки и болтали о скором выздоровлении. Мечтали, что отправятся на Кошачий остров.

Кошки – любимые животные Мирай. Чтобы очутиться на острове, нужно обязательно лететь на самолете до самой Японии, потом плыть в лодке, а потом еще и карабкаться по скалам. И тогда, пройдя через все возможные и невозможные препятствия, они вместе с родителями окажутся на острове, где правят кошки. Многочисленные хвостатые обитатели острова там живут на деревьях. Охотятся на рыб. И даже организовали небольшое фермерское хозяйство: приручили парочку коз. И из полученного молока делают сметану и сыр. Правит там самый старый и мудрый одноглазый кот Тасиро. Живут кошки там долго и счастливо, ведь, как известно, у каждой кошки 9 жизней, а на острове Кошек до того мирно и беззаботно, что жизни почти не тратятся. И некоторым кошкам удается прожить по несколько веков.

На остров разрешен въезд туристов. Людей островные кошки допускают лишь на несколько дней. Исключительно в целях дать возможность почесать за ушком хозяевам и поиграть с котятами. Таких туристов держат не долго. Игры играми, а хозяйством заниматься надо. Вот только собак туда не допускают. Совсем!

Такую вот историю Мирай выдумала с родителями в ожидании выздоровления. Она долго ждала путешествия на этот сказочный остров. Но, проходили дни за днями, больничные стены так и не менялись ни на какие другие. Врачи уверяли, что делают всё, что можно, и надо ещё подождать… Глаза папы испарились. Он был моряком и уехал на целых два года в какое-то долгое плаванье, обещав обязательно найти лекарство для дочки, которое навсегда прогонит болезнь. Проходили месяцы, и он исправно присылал открытки из разных портов. А Мирай вместе с мамой часто вспоминали папины зеленые лучистые глаза, которые хитро щурились, когда он рассказывал про Кошачий остров и про волшебное лекарство. И верили, что когда-нибудь всё же чудо произойдёт. Ну, или хотя бы папа раньше вернётся из плаванья.

У Мирай было еще одно развлечение. Алиса! В один прекрасный момент мама принесла Мирай планшет. Там была девушка, которая вела дистанционные уроки. Все: математику, литературу, рисование, письмо. Они здорово подружились. Алиса много рассказывала о том, как устроен мир, Вселенная, как светят звезды. И что древний астроном Лаланд, который жил в 18 веке отметил на карте созвездие Fellis, что с латинского означало кошка или домашняя кошка. «Я очень люблю кошек, – говорил Лаланд. – И хочу, чтобы это животное царапалось на небесной карте!» Но другие астрономы его не поддержали, и теперь это созвездие считается устаревшим.

Этот факт обеим не понравился – и учительнице, и ученице. И Алиса предложила Мирай, чтобы та сильно не расстраивалась и называла созвездие так, как решил его открыватель астроном Лаланд. И еще она предложила все мечты и трудные вопросы адресовала именно этому созвездию. С тех пор Мирай так и делала.

Алиса знала, как можно было заинтересовать Мирай. И всегда находила такие слова и такие задания, чтобы захватить ее внимание: кошки были беспроигрышной темой. Они оказывались повсюду: в математических задачах, в диктантах, в песнях, в науке…

Поначалу Мирай думала, что Алиса живет в планшете, но однажды девочка увидела, как у ее любимой наставницы выросли ноги: та сама пришла к ней в больницу! Вот это было счастье!

Алиса принесла театральный грим. Они нарисовали себе кошачьи усы и мяукали целых три часа, подражая оперной певице Монсеррат Кабалье и ее дочери Бернабе. Получилось точь-в-точь, как в «Кошачьем дуэте».

Мирай вскоре выписали из больницы. Но в школу ей так и не довелось пойти. Запретили врачи. Алиса много раз навещала Мирай, они очень сдружились. Однако вскоре учительница должна была оставить свою подопечную: начальная школа подходила к концу.

В последний день учебного года Алиса пришла в дом к Мирай с большой коробкой. Это был ее подарок на окончание четвертого класса. Угадайте, кто сидел в этой коробке? Черно-белый котенок с глазами круглыми, как пуговички на папиной рубашке.

Мирай была на седьмом небе от счастья. Алиса и мама радовались вместе с девочкой. Втроём они играли с котенком. Расставляли тарелочки для еды и воды, вытирали первую лужу карапуза.

– Я хочу, чтобы мы оставались подругами, – сказала Алиса. – Ты всегда сможешь обратиться ко мне за помощью по любому вопросу. И, надеюсь, символ нашей дружбы – эта малышка, будет жить у тебя долго и счастливо, и напоминать тебе обо мне. Я назвала её Марта!

Глава 5

Дневник Мирай

Как-то вечером, когда на тёмно-синем небосклоне зажглись звёзды, Мирай села за свой письменный стол. Он стоял возле окна, через прозрачное стекло можно было различить практически все крупные звезды и рассмотреть все изгибы молодого месяца.

– И как же здесь разобраться, где спряталось это созвездие Кошки? – вслух сама с собой говорила Мирай. – Так… в энциклопедии написано, что оно входит в состав созвездия Гидры и находится в южной части сферы небес. А наблюдать его можно с конца зимы по начало марта. Как раз самое время!

Девочка так жадно всматривалась в небосвод, что даже залезла с ногами на стол. Лицо её приблизилось к стеклу настолько, что нос касался прохладной поверхности, на которой оставался след от тёплого дыхания.

– На небе все есть: и медведи, и рыси, и скорпионы, и быки, и львы и даже гидры какие-то, а кошки нет! Несправедливо как-то получается… Не согласна я с этим! – продолжала вести диалог с самой собой Мирай. – Вот не верю, и всё! Для меня оно существует, и воо-о-он та пара звёздочек больше всего походит на два кошачьих глаза. Они точь-в-точь такие, как у моей Марты, когда она что-то задумала.

Наконец, Мирай неловко сползла со стола и уселась на стул, разложив перед собой красивую тетрадь и ручку. Сегодня она решила начать писать дневник.

«Мама подарила мне на день рождения красивую тетрадь и сказала, что это мой личный дневник, куда я могу записывать свои самые сокровенные мысли и секреты. Она, сказала, что у неё в детстве был такой и она обращалась к тетради «Мой дорогой дневник». Я придумала, что все мысли я буду адресовать созвездию Кошки. Итак.

Думаю, ты слишком высоко висишь, и тебе, может быть, не видно, как я выгляжу, где я живу и с кем дружу.

Мне 12 лет. Я обычная девочка с кудрявыми волосами. Ещё у меня вытянутое лицо. Карие глаза и широкий рот с длинными зубами. Иногда мне кажется, что они. как у кролика. Но мама говорит, что у меня голливудская улыбка. У меня есть мама и папа. И болезнь, которая портит мне кровь. Мне было семь лет, когда мы с мамой ехали в автобусе. Потом из носа пошла кровь. Она никак не останавливалась, и мы с мамой вызвали скорую помощь. А потом я услышала от врача это непонятное название – лейкоз. Всем от этого больно. Бывали времена, когда больно было мне. В прямом смысле слова. Я неделями лежала в больничных боксах с трубками и капельницами. А кудрявых волос не было совсем. Но, когда болезнь отступила, они выросли снова. Моя мама сильная и мудрая. Она всегда меня поддерживает и даже балует.

К сожалению, папу мы видим очень редко. Он приезжает из своих плаваний на полгода, а потом опять уплывает на большущем корабле, который перевозит разные товары из одной страны в другую. Мама говорит, что папа старается для нас и зарабатывает деньги, а ещё ищет для меня чудо-лекарство в далеких странах. Потому что нет никаких гарантий, что болезнь не проявится снова.

Папу я очень люблю. Особенно, люблю получать от него открытки из разных портов. У меня их уже целая коллекция. Первая пришла из Стамбула, он послал её прямо из порта нашего города. Потом были порты Амстердама и Гладстона, Триеста, Гамбурга и Констанцы. Значит, он был в Европе…

Про друзей и подруг мне практически нечего написать. С тех пор, как я заболела, обучение в школе у меня дистанционное. Я играю иногда со своими сёстрами и братьями, есть соседские ребята, но они не очень-то зовут меня в свою компанию. Дружу со своей учительницей Алисой. Крепко. Она моя лучшая подруга.

Ещё у меня есть кошка Марта. И она чокнутая. Она пьёт воду так, что, кажется, цель её не напиться, а расплескать все мимо.

Марта очень любит поесть и сует в рот всё, что можно и нельзя. Съела недавно палец у моей вязаной перчатки. А в Новый год попыталась сожрать дождик с ёлки. Еле вытащили его из неё.

Ещё она все время шипит и боится своего отражения в зеркале. Нахохлится и скачет боком на холодильник, будто он с ней отказался делиться вкусняшками. И мне с ней весело. Она такая искренняя в своем безумии. Никогда не знаешь, что она вытворит в следующий раз.

Интересно, а на что похоже созвездие Кошки? Я представляю, что это десятки кошачьих глаз в ночи отражают свет других звёзд и луны. И смотрят они хитро-хитро…»

Глава 6

Жизнь «по»

Рассказывает Марта

А вы знаете, на что тратите свои жизни? Именно я трачу их на множество «ПО»: поспать, покушать, поиграть, полюбопытствовать, поохотится, помурчать, попробовать, повалять дурака, помяукать и пошипеть, подраться, покакать, полежать, понаблюдать из-за угла и напасть, понравится МОЕЙ прирученной маленькой великанше… Сейчас я вам про неё расскажу.

Маленькую великаншу зовут Муррай. Как она вкусно пахла. Муррр. Я, конечно, сначала опробовала все свои принципиальные способы приручения великанов. Сначала нашипела и царапнула её. Потом попросила ещё еды, потом сходила по маленькому тут же в передней. И она беспрекословно, даже с улыбкой, убрала лужу.