Пространство-время. Хроники поиска во времени. Книга первая

Глава 4

Когда я вернулся в дом, что-то было не так: входная дверь открыта, замок болтался из расщеплённого косяка. С нарастающей тревогой я заглянул внутрь. Моя дверь была цела, но далее по коридору раздавались тревожные звуки. Я осторожно прокрался в здание. Дверь в комнату нервных девушек тоже была взломана, и оттуда доносились приглушённые рыдания. По-видимому, я не являлся объектом насилия и поспешил выяснить, в чём дело. В комнате царил хаос. Повсюду валялась мебель и вещи, а одна из девушек сидела, согнувшись, на полу и плакала, закрыв лицо руками.

– Что случилось? С тобой всё в порядке? – испуганно выдохнул я и опустился на колени рядом с ней.

Она подняла глаза, и я в шоке уставился на неё. Из носа девушки текла кровь, а на лбу зияла опасная рана. Также на лице красовались страшные тёмные синяки, а глаза блестели от слез.

– Они забрали её, – всхлипнула она, а в её словах слышалась незнакомая мелодика.

– Кто это сделал? – спросил я дрожащим голосом. Мысль о таком насилии над женщиной приводила меня в ужас.

– Я вызову полицию… и «скорую».

– Нет, – срывающимся голосом произнесла она. – Никакой полиции. Они ничего не сделают, и Вы не сможете.

– Полиция приедет, хозяин сообщит об ущербе, – сказал я.

– Он меня выгонит, – жалобно пробормотала она, – просто оставьте меня.

– Нет, – твёрдо настаивал я. – Иди сюда и сядь… ты сильно ранена?

Я взял стул и, несмотря на протесты, помог ей сесть. Оглядевшись, схватил полотенце и смочил его в воде в крошечной раковине. Осторожно промокнул кровь на лице девушки, и она отреагировала на это – стала спокойнее, даже её отчаяние немного уменьшилось. Я вытянул кое-что из её истории, а остальное дополнил позже.

Девушку звали София, она была гречанкой и работала официанткой в ресторане в Сохо. Её семья помогла родственнице из приграничной Албании получить греческий паспорт, чтобы поехать в Лондон и найти работу. Но те, кто помогал с паспортом, продали информацию о ней кому-то в Лондоне. Они угрожали разоблачить сомнительные документы кузины и пытались заставить её пополнить ряды проституток. Она сбежала и обратилась за помощью к Софии как к единственному человеку, которого знала. Погром был делом рук боевиков, которые выследили девушку. Они похитили её, избив при этом Софию. Та была безутешна, не в силах вынести мысли о том, куда утащили её подругу.

– Мы ничего не могли сделать, не смогли убежать от них, – с горечью сказала София. – У нас не было денег, некуда было идти.

Мой взгляд упал на лотерейный билет, лежавший среди разбросанных на полу вещей. Он был жалким свидетельством того, с какими трудностями они боролись, и у меня сразу же выкристаллизовалось несколько идей.

– Я, возможно, смогу помочь, – сказал я.

Это не произвело на неё никакого впечатления.

– Что Вы можете сделать?

– Ты будешь в порядке какое-то время? Лучше себя чувствуешь? – спросил я.

– Да, спасибо, – безучастно ответила она. – Вы были добры, но Вам не следует вмешиваться. Вы ничего не сделаете.

– Оставлю тебя ненадолго, но вернусь, – сказал я ей. – Может, сначала помочь тебе с уборкой?

– Нет, я справлюсь, – вяло ответила София.

– Хорошо, скоро увидимся – произнёс я.

Во мне бурлила смесь волнения и тревоги, когда я проходил мимо потрясённых жильцов, выглядывавших из своих дверей.

«Что ж, мне не потребовалось много времени, чтобы добраться до такого старого клише путешественников во времени, как лотерея, – подумал я про себя, быстро спускаясь к газетному киоску. – Но девушкам нужны деньги, не меньше, чем мне, и это такой же хороший способ, как и любой другой, чтобы попытаться использовать Портал».

Результаты недельной лотереи ещё не объявлялись, и владелец киоска – индиец, рисуясь, выдал распечатку.

– Ну как, босс, повезло? – весело спросил он.

– Возможно, в следующий раз, – коротко сказал я, пряча номера в карман и устремляясь обратно в свою комнату.

Я всё ещё ощущал связь с Порталом, но не имел ни малейшего представления, ответит ли он на мои желания. Однако я был полон решимости попытаться: мне не терпелось вернуться в пункт отправления за три дня до этого. Долгое время ничего не происходило, но я упрямо продолжал настаивать, что бы это случилось. Наконец, что-то, почти нехотя, сдвинулось и неуловимый гул Портала повторился эхом. В воздухе замерцали голографические символы и графические дисплеи, их значения были невыносимо близки к пониманию. Я почувствовал, что связь усиливается: увидел, что данные реагируют на мою волю. Казалось, наблюдалась характерная инерция, сопротивление моему желанию вернуться в прошлое. Потом что-то встало на место и заработало.

Границы реальности дрогнули, и эфирные узоры энергии поглотили меня. Я снова парил в иллюзорных стенах пространства-времени, слишком ликуя, чтобы чувствовать страх. Почти мгновенно передо мной вновь возник образ моей комнаты. Она была иллюзорной и призрачной, как будто смотрела сквозь завесу, и я мельком увидел себя прежнего, сидящего, скрестив ноги, на полу. Но меня оттолкнула потрясающе мощная сила, и я, как лист на ветру, рухнул обратно в поток энергии.

Внезапно я растянулся на земле в незнакомой обстановке, не имея понятия о том, что произошло. Вскарабкался на ноги, ошеломленно пытаясь сориентироваться. Каким-то образом я отскочил от первоначальной точки отправления и материализовался за много миль от моей комнаты, вернувшись во вторую половину дня той же роковой субботы. Я шёл домой несколько недовольный, но добившийся того, к чему стремился, вернувшись назад во времени с гораздо меньшим запасом, чем намеревался, но всё же у меня оставалось ещё несколько часов. Я быстро проверил карман – у меня были важнейшие результаты вечернего розыгрыша.

С некоторым удивлением я поймал себя на том, что по пути разглядываю витрины дорогих магазинов. Какая-то часть меня неожиданно ожила при мысли о лотерейных деньгах. Я чувствовал себя вполне оправданным в том, что намеревался сделать. Хотелось помочь этим девушкам, и нужны были деньги, чтобы продолжить мою миссию, но я слегка удивился некоторым из видений роскоши, просачивавшимся в мой ум. Подумал о Мозговом Черве, но он всё ещё казался подавленным после нашей недавней стычки. Оказалось, что я вполне способен быть поверхностным и потакать своим желаниям сам по себе.

Когда я подошёл к газетному киоску – теперь уже в третий раз, во мне бурлило пьянящее возбуждение. И всё же, когда выбирал номера и протягивал карточку продавцу, под возбуждением скрывался странный дискомфорт, намёк на чувство вины. Продавец распечатал билет, и меня потряс неожиданный импульс дежавю, перед глазами мелькнуло краткое искажение. Я почувствовал укол тревоги, как будто ткань реальности пожала плечами и оправилась. Я с беспокойством подумал об этом, сознавая, что вмешиваюсь в дела, о которых ничего не знаю. Беспокойство о том, что мои действия могут повлиять на дела других, слегка кольнуло меня, но я отбросил эти сомнения. Теперь я был уверен и крепко сжимал в кармане чрезвычайно важный билет, держал его всю дорогу до комнаты, где аккуратно спрятал под ковром.

Дальнейшие сомнения настигли меня, когда услышал слабый звук голоса Софии из-за её двери, во время похода в ванную. Я задумался, как подойти к ней и смогу ли предотвратить жестокое нападение на девушек. Также мне пришло в голову, что если билет действительно выиграет, понадобится банковский счет, чтобы обналичить чек. Я не смогу использовать ни свой счёт, ни Чарльза, ни даже собственное имя, если мои неизвестные враги следят за подобными вещами. Планы оказались не такими простыми, как представлялись вначале. В голове вертелись мысли, пока она не заболела. Я решил действовать пошагово. Если бы билет выиграл, я был бы уверен, что можно изменить будущее, ещё было время предупредить Софию, прежде чем туда доберутся преследователи её подруги.

Мой ум успокоился, в течение оставшихся двух часов я беспокойно бродил, пытаясь игнорировать разрозненные страхи о порче пространственно-временного континуума и чувствуя себя слишком обиженным на людей, которые вмешивались в мою жизнь, чтобы чересчур беспокоиться о более гипотетических вещах. Я снова упустил хозяина или, вернее, дважды пропустил его визит и провёл последние несколько минут, размышляя о том, каково это – быть свободным от денежных забот. Наконец, срок розыгрыша миновал, и я осторожно спустился к своему любимому киоскёру.

– Есть успехи, босс? – снова весело спросил он, доставая распечатку результатов с тем же размахом, что и раньше, или как он сделал бы через некоторое время, если бы я кое-что не изменил.

– Не знаю, дома проверю, – сказал я как можно небрежнее, пряча бумажку в карман. – Сколько победителей?

– Двое, – ответил он, сияя от счастья, – почти по два миллиона на каждого.

Я мельком взглянул на номера, и они показались правильными. Странное чувство нереальности поразило меня. Когда я вернулся в дом, трудно было идти нормально. Я сделал усилие, чтобы выглядеть равнодушным, и попытался направить бурлящий адреналин на размышления о практических трудностях получения денег. Мой шаг всё ускорялся, и неустойчивое волнение угрожало опрокинуть мою тяжёлую личность, путешествующую во времени.

Я стоял, сравнивая распечатку результатов с крайне важным билетом из-под ковра и мне было почти стыдно от нахлынувшей волны эйфории. Взгляд лихорадочно метался между цифрами, снова и снова подтверждая их необычайную реальность. Волшебная сила, исходившая от тонкого бумажного билета, была ошеломляющей.

Сердце забилось быстрее, но не только при мысли о новых богатствах, следующим шагом было вмешательство в судьбу Софии и её подруги. Через меня прошла волна страха: намек на мысль, что, возможно, я мог бы просто держаться подальше от этого, оставить все деньги себе и избежать той ужасной ситуации, которая вот-вот произойдёт. Это пришло в голову лишь на долю секунды и удивило меня. И всё же я знал, что не смогу просто уйти. Решительно сунув билет обратно под ковёр, вышел в коридор и постучал в дверь девушек. Ответа не последовало, но я почувствовал внезапную тишину в комнате.

– Здравствуйте? – Это Ричард из пятого номера, – настойчиво позвал я. – Мне нужно с вами поговорить. Это важно.

Последовала ещё одна пауза, а затем лёгкое движение. Сквозь меня прошла волна дежавю, и новое, пульсирующее ощущение искаженности потрясло восприятие реальности. Внезапно стало интересно, что чувствовала Алекс, когда подошла ко мне в клубе. Затем дверь приоткрылась, и в проёме показался едва заметный кусочек профиля Софии. Странно было видеть её невредимое лицо.

– Что Вам нужно? – настороженно спросила она.

– Сюда идут люди, – коротко сказал я, – они ищут твою подругу.

Даже сквозь крошечную щель я заметил, как побледнело её лицо.

– Ч… что? – выдохнула она.

– Люди, от которых она сбежала, – прошипел я, – сейчас они идут сюда.

Я услышал, как где-то на улице остановилась машина, и запоздало понял, что не знаю, когда точно произошло нападение и как долго эти люди пробыли в доме.

– Быстрее! – настаивал я. – Вам лучше спрятаться в моей комнате.

– Откуда Вы знаете… – дрожащим голосом начала София, но другая девушка тихим возгласом оттолкнула её.

– Просто пойдёмте, скорее, – поторопил я, захлопывая дверь, когда София, спотыкаясь, вышла в коридор вслед за подругой. Она продолжала протестовать, но я целенаправленно провел их через открытую дверь своей комнаты, быстро закрыл её и повернулся лицом к страху и замешательству в их глазах.

– Откуда Вы знаете это? – гневно спросила София.

– Тсс! – зашептал я, – Просто помолчи.

Снаружи раздался внезапный грохот, – это входная дверь ударилась о стену, и резкие голоса в коридоре. Обе девушки в ужасе застыли. Язык говорящих был чужим, но не для них. Секундами позже раздался второй грохот, когда была взломана дверь их комнаты. Негромкие ругательства и сердитый разговор сигнализировали о том, что комната оказалась пустой.

Я огляделся, и моё сердце бешено заколотилось. Если эти парни войдут, девушкам негде будет спрятаться. Когда началось это маленькое приключение, я и не думал подвергать себя опасности, теперь же сам был следующим, кому могут сильно навредить, если проверят другие комнаты. Раньше они этого не делали, но в тот раз нашли свою добычу. Тон голосов изменился. Один человек говорил по телефону. Разговор звучал всё более односторонне: тишина, если не считать серии ворчаний. Раздались приглушенные трески и удары, а затем грохот падающих предметов. Комнату громили или обыскивали. Наконец, мимо нас проследовал и удалился на улицу звук тяжёлых шагов.

Мы стояли, как вкопанные, словно статуи, больше минуты. Затем нормальная жизнь постепенно возобновилась: послышались звуки других жильцов, рискнувших выйти, чтобы выяснить причину шума.

Подруга Софии дрожала и начала всхлипывать. София успокаивала её, глядя на меня испуганными, подозрительными глазами.

– Кто Вы? Как Вы узнали? – спросила она хриплым от волнения голосом.

– Трудно объяснить, – сказал я, – пожалуйста, говорите тише. Лучше, чтобы никто не знал, что вы здесь.

Она убавила громкость, но не настойчивость.

– Вы с ними? Мне нужно знать. Мы должны найти место, куда пойти… – у неё перехватило горло, – я вынуждена бросить работу. О Боже, не знаю, что я буду делать.

– Что ж, это подводит меня к следующему вопросу: мне нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня.

София вдруг замерла и замолчала. Прошла долгая минута, прежде чем она заговорила.

– Что Вы хотите от нас?

– Ну, может показаться немного странным, но мне нужно, чтоб вы обналичили выигрыш по лотерейному билету.

Обе они уставились на меня.

– По лотерейному билету? – недоверчиво переспросила София.

– Да, знаете ли, у меня свои трудности. Есть выигрышный лотерейный билет, а я не могу использовать свой банковский счет. Мне нужно, чтобы вы обратились за выигрышем и разделили деньги со мной.

Они снова уставились на меня.

– На какую сумму? – наконец, спросила София.

– Я не совсем уверен, на довольно крупную.

– А что Вы называете «довольно крупной суммой»?

– Ну, скажем, в два миллиона.

Молчание растянулось на долгие секунды.

– Это шутка?

– Нет, у меня есть билет.

Я вытащил из-под ковра волшебный артефакт и достал из кармана распечатку. Потом показал их оба вместе, и они с подозрением стали их изучать.

– Этого не может быть, – наконец, сказала София.

– У тебя есть телефон? – спросил я.

– Да, нет, я не думаю… а! – она похлопала себя по карманам и вытащила мобильный.

– Проверь в Интернете или позвони кому-нибудь, – предложил я.

Она бросила на меня последний скептический взгляд, а затем её пальцы быстро забегали по клавиатуре. Не потребовалось много секунд, чтобы найти то, что она искала. Я подавил улыбку, когда София проделала то же самое, что и я, быстро переводя взгляд с одной цифры на другую.

– Это безумие, – сказала она изумлённым голосом, – что Вы за человек?

– Человек, немного похожий на вас, – осмелился сказать я, – в трудной ситуации.

Впервые в её глазах появилось какое-то чувство.

– Если это правда, Вы поверите, что мы отдадим половину?

– Ну, я могу найти ещё кого-нибудь…

– Да, да, верьте нам! – взволнованно зашипела её подруга.

– Странно всё это, – удивленно сказала София. – Как Вы узнали, что эти свиньи придут за Калтриной, и у Вас случайно оказался лотерейный билет, который хотите отдать обналичить?

– Трудно объяснить, – сказал я неловко, – иногда я просто знаю, когда что-то произойдет. Но я рад был помочь. Можете уйти, если хотите, или позвонить лотерейщикам. Вам решать.

– Звони лотерейщикам! – потребовала Калтрина.

– Если позвонишь, нужно знать, что билет доставили сюда, в газетный киоск на углу, – сказал я. – Если нужно, можно сказать, что его купил друг. Скажи, что у вас был взлом, и вы меняете адрес. Но помни, никакой огласки!

Ещё несколько мгновений София пристально смотрела на меня. Потом взяла билет и набрала номер на обороте. На звонок быстро ответили, и она начала говорить информацию, о которой просили. Сначала её голос звучал растерянно и неуверенно, но постепенно становился твёрже и возбуждённее. Когда разговор закончился, в глазах у Софии стояли слезы.

– Как такое возможно? – спросила она. – Это похоже на сон.

Через несколько секунд девушка засияла, как маяк. Я вспомнил то безысходное отчаяние, которое видел на этом же светящемся лице, и ощутил, как сам засиял от удовлетворения. Удивительно, что такие быстрые перемены во времени и обстоятельствах могли создать такое изменение в судьбе. Я надеялся, что не придётся платить за игру с фортуной. Но, похоже, наши жизни и так затронуло случайным капризным образом. Я не видел никакого вреда в небольшом дополнительном всплеске удачи.

– Только помните, за деньги счастья не купишь, – с улыбкой произнёс я.

Мы довольно легко справились со всем этим делом. Приехала полиция, допросила всех, кто был в доме, и инцидент расценили как взлом. Расстроенный хозяин починил двери и не удивился, что девушки больше не хотят там оставаться. Они заплатили ему свой долг и съехали. София через тщательно проверенную сеть друзей нашла временное убежище для себя и Калтрины. Также в ожидании своего богатства они откуда-то получили наличные, но никаких дальнейших событий не произошло, кроме эпизодического появления около дома подозрительного вида персонажей.

Пару раз мы встречались за обедом, на который девушки расщедрились частью своих заимствованных богатств. Они даже поделились со мной наличными. Я приобрёл предоплаченный телефон, чтобы поддерживать с ними связь, смог уладить с тем, что задолжал домовладельцу и кое-что ещё и осталось. Меня так и подмывало прыгнуть вперед во времени, чтобы забрать свою долю, но я передумал – боялся, что могу оказаться не в том месте и времени. Так что, вместо этого, по иронии судьбы, я провёл время, стараясь не активировать Портал. Также мы отправились искать дом с моими новыми партнерами по лотерейному бизнесу. Они не стали дожидаться дня выплаты, и повсюду таскали меня в качестве неофициального консультанта по архитектуре. Но девушки совершенно проигнорировали всё, что я сказал, когда влюбились в солидный крайний дом рядовой застройки неподалеку от Уолтемстоу. Он прочно стоял на тихом, обсаженном деревьями проспекте, очень далеко от места их недавних злоключений. Я понял, в чём его привлекательность: немного древесного червя и поднимающейся сырости не могли соперничать с уединённым воздухом безопасности, который тот излучал.