Стылая Топь. Подземелья Желаний

1 

Пролог

Трудно ли сделать шаг? С одной стороны – ерунда, даже говорить не о чем: поднял ногу и переставил на другое место, чуть впереди. Вот тебе и шаг… А с другой, всё зависит от того, что ждёт тебя там, куда ты хочешь – или должен, как в моём случае, – шагнуть. Куда ты попадёшь? На порог родного дома, где тебя ждут, или в неизвестность, от которой совершенно непонятно, чего ожидать? В первом случае тебе и убеждать себя не надо: ноги сами несут в нужном направлении. Но у меня был как раз второй случай.

Тот самый шаг, который мне предстояло сделать, вёл меня в абсолютную неизвестность, и шансов отказаться или делегировать кому-нибудь свои обязанности у меня не было. Потому что, если я не сделаю его, то никогда не попаду в Подземелья Желаний. А если я не окажусь в них, то ни за что не отыщу таинственный Ключ, который открывает ворота между мирами и из-за которого разгорелись нешуточные страсти. Ну и вишенка на торте: если я не спасу этот мир (чудесно звучит, правда? Обнадёживающе так…), то никогда не смогу вернуться в свой, тот, где остались рассчитывающие на меня существа. Хотел бы сказать «люди», но – увы! Людьми после определённых событий мои друзья быть перестали. Но это совершенно не значит, что я готов бросить их на произвол судьбы и всё такое. Так поступить мне не позволят ни кодекс Ловчих, ни собственная совесть.

Именно поэтому я стою на границе полумрака и абсолютной темноты и не решаюсь сделать тот самый последний шаг, после которого пути назад уже не будет. Его и сейчас, если честно, уже нет, но потом… в общем, сделав этот шаг, я пройду некую точку невозврата.

За моей спиной молчаливой тенью замерла девчонка, навязанная мне в спутницы главой салендийской гильдии убийц, Карло Стальто. В чём состоит её истинная задача, я могу только догадываться, но что не в том, чтобы охранять мою скромную персону, – это совершенно точно. Мы должны вместе дойти по второго уровня и там расстаться: я отправлюсь искать Ключ, а Лина – выполнять свою секретную миссию. Очень надеюсь, что она не состоит в том, чтобы убить одного слишком много знающего Ловчего. Хотя сбрасывать со счетов и этот вариант я не стал бы.

Но если бы кто-нибудь знал, до чего же мне не хочется лезть в эти Подземелья! Не знаю, в каком помрачении сознания я находился, когда взял этот заказ, но то, что я был не в себе – это абсолютно точно. Потому что, будь я в адекватном состоянии, я ни за что не вписался бы в эту безнадёжную авантюру. Мало того, что никто не знает, где этот Ключ находится, так ещё и никаких указаний нет на то, как он вообще выглядит. Напоминаю себе сказочного Ивана-царевича, который ходил туда – не знаю куда, искать то – не знаю что. Хотя в моей ситуации гораздо уместнее сравнение с Иванушкой-дурачком.

Впрочем, сколько ни стой на пороге, сколько ни пытайся отодвинуть неизбежное, результат всё равно будет тот, что приготовила мне затейница-судьба. Идти надо, так что правильнее будет вспомнить народную мудрость: «Раньше сядешь – раньше выйдешь». Причём в моей ситуации слово «выйдешь» имеет самое прямое значение. Я очень рассчитываю когда-нибудь всё-таки выбраться из Подземелий, прихватив с собой таинственный Ключ.

Вдохновлённый этими мыслями, я глубоко вздохнул и, не оглядываясь, шагнул в вонючий мрак.

2 

Глава 1

Как правильно сказал в том, прежнем, мире один из известнейших писателей: «Ко всему-то подлец-человек привыкает..» Вот и я привык, и через часа полтора просто перестал обращать внимание на никуда не исчезнувшую вонь. Этот изысканный аромат помойки, казалось, навсегда впитался в одежду, обувь, кожу, волосы. Избавиться от него не представлялось возможным, было ощущение, что он останется со мной навсегда. Но если такова цена спокойного прохода по близкой к поверхности части Подземелий – то пусть, это не самое ужасное в жизни. Хотя дискомфорт от этой вони, конечно, жутчайший… К тому же этот запах перебивает все остальные, а в любых подземельях, какими бы они ни были, обоняние – один из компасов наряду со сухом и зрением. Правильная реакция на запах гнили или крови может иногда спасти жизнь внимательного путника. Здесь же нос отказывался работать категорически: он не воспринимал ничего кроме помоечного запаха гниющих отбросов. Интересно, откуда они здесь в таком немыслимом количестве? Мне кажется, во всей Стылой Топи нет такого количества мусора, чтобы так долго и сильно пахнуть.

Я остановился и постарался абстрагироваться от отвратительной вони.

– Ты когда-нибудь здесь уже ходила? – негромко спросил я Лину, которая с момента, как мы скрылись под землёй, не произнесла ни слова.

– Было дело, – как ни в чём не бывало отозвалась она, – только тогда тут так не воняло.

– Как думаешь, что тут такое гигантское могло сдохнуть, что на протяжении почти двух часов мы не можем уйти от источника запаха? Даже если это был бы взрослый чимпис, мы давно должны были миновать пропахшую территорию. А вонь остаётся неизменной…

– Я тоже думаю об этом последние минут сорок, – помолчав, призналась девчонка, – и не нахожу объяснения. Можно было бы попробовать включить свет, но я не уверена, что это хорошая идея.

– Думаешь, тут есть те, кого мы можем приманить? – мне тоже до ужаса не хотелось зажигать фонарь, но другого способа разобраться в непонятной ситуации я не видел.

Лина насмешливо фыркнула.

– Естественное, они тут есть, Подземелья вообще совершенно напрасно считают опустевшими. Людей тут действительно нет, зато всяких других обитателей – просто завались.

– Звучит не слишком оптимистично, тебе не кажется? – хмыкнул я. – Так что ты там говорила: если всё пойдёт по плану, то к завтрашнему вечеру дойдём до второго уровня?

– В прошлый раз было так, – я даже в темноте почувствовал, как она пожала плечами, – а как будет теперь – никто не знает. Я же говорила тебе, что тут каждый раз всё по-разному.

– Слушай, – вдруг замер я, удивляясь тому, что не задал этого вопроса раньше, видимо, совсем нюх потерял со всеми этими своими перемещениями, – а сколько всего уровней?

Честно говоря, я ждал, что Лина чётко и уверенно ответит мне, но она подозрительно молчала. Из-за этого в сердце зародилась и стала разрастаться тревога, медленно, но уверенно переросшая в пока тихую панику.

– Ты их что, считаешь? – попытка пошутить с треском провалилась, но девчонка всё же соизволила ответить.

– В последний раз было четыре, но, говорят, иногда появляется пятый уровень, блуждающий, – как-то неуверенно проговорила она и уже чуть более твёрдо добавила, – но я его никогда не видела, так что не могу тебе наверняка сказать, существует ли он вообще.

– Что значит – блуждающий? – я попытался представить себе часть Подземелий, которая то появляется, то исчезает.

– То и значит, – слегка раздражённо ответила Лина, – сейчас он есть, а через час – нету.

– А если ты на нём оказался, то куда ты деваешься, когда он исчезает? – обалдело спросил я, пытаясь представить такой расклад. – Тоже исчезаешь вместе с уровнем?

– Откуда я знаю, – в голосе Лины послышалось откровенное раздражение, – я там не была и ни малейшего представления не имею, как это происходит.

– Прикольно, если то, что мне надо найти, находится именно на этом самом блуждающем уровне, – нервно хихикнул я, а по спине пробежали мурашки, потому как никогда не надо произносить вслух свои опасения. Считается, что тем самым ты их программируешь, вшиваешь в код реальности. В моём мире это называлось как-то по умному, я уже даже не помню, как именно. Здесь же, в Лавернее, действительно были места, где лучше было не проговаривать вслух свои страхи: считалось, что высшие силы обязательно услышат и радостно подсунут их тебе. И что-то мне подсказывало, что Подземелья Желаний – одно из таких мест.

– Ты совсем дурак? – слова Лины подтвердили мои опасения. – Только идиот говорит здесь вслух такие вещи! Нет, если ты хочешь посмотреть на блуждающий уровень, то тогда, конечно, говори! Но потом не жалуйся, что тебя не предупреждали, понятно?

Я вздохнул, понимая, что она абсолютно права, и попросил:

– А теперь будь добра, помолчи, ладно? Мне не нравится тот поворот, который, судя по всему, притаился впереди, так что давай остановимся, мне надо сосредоточиться…

Как ни странно, она послушалась и, как мне показалось, даже дышать перестала.

Закрыв глаза, чтобы наверняка ни на что не отвлекаться, я выровнял дыхание и постарался открыться темноте, впустить в себя тишину. Я словно весь превратился в чуткий локатор, способный уловить малейшее колебание воздуха, говорящее о присутствии кого-то или чего-то.

Вот совсем рядом по камню прошуршала хвостом достаточно крупная мышь или мелкая крыса, это её коготки едва слышно царапают старую каменную кладку. А вот вода пытается пробить себе путь сквозь толщу породы, и она непременно рано или поздно это сделает, потому что ей абсолютно некуда спешить, в её распоряжении целая вечность. Хм, а впереди-то, оказывается, что-то вроде большой пещеры, потому что звуки, доносящиеся оттуда, отлетают от её стен и создают особое, практически не уловимое человеческим ухом эхо. Пожалуй, только натренированный и отточенный в течение долгих часов, проведённых в полной темноте, слух Ловчего может его расслышать. В этой пещере под потолком гнездятся какие-то мелкие тварюшки типа летучих мышей, но они почему-то даже не пытаются напасть на нас, что странно. Обычно они издалека улавливают приближающуюся жертву и стараются опередить прочих любителей горячей крови. Значит, рядом есть кто-то, кому они не рискуют перейти дорогу, кто-то, кто не потерпит посягательств на свою добычу. Осталось его найти…

Я отбросил всё, что могло хоть как-то помешать, перестал замечать запах, постарался не просто слиться с темнотой, а стать ею. И на пределе возможностей услышал, скорее, даже ощутил до предела обострившимся слухом мерное мощное дыхание, словно там, в пещере, медленно, но ритмично выпускали воздух из гигантского мешка. Вот это огромное существо слегка шевельнулось, и по камню так же едва слышно прошуршали чешуйки сильного тела, для которого два глупых человечка – просто лёгкая закуска. Я напрягся и прикинул, что если ориентироваться на слух, то до невидимой пока пещеры шагов двести-триста. Это одновременно и много, и очень мало.

Открыв глаза, я какое-то время постоял, выравнивая дыхание и приходя в себя, затем сделал очень аккуратный шаг назад, потом ещё один. Скорее почувствовал, чем увидел, что Лина повторила мои движения и тоже отступила от поворота.

Помня, что она знает язык жестов Ловчих, я хотел было показать ей, куда свернуть, но вокруг была такая темнота, что я с трудом различал даже собственную руку. Так что о переговорах с помощью жестов можно было на какое-то время забыть. Кстати, надо будет потом поинтересоваться у девчонки, откуда у неё столь специфические знания. Я как-то не припоминаю, чтобы где-нибудь кроме школы Ловчих этому обучали.

Между тем мы оба замерли, отступив от поворота шагов на десять, и теперь нужно было сообразить, что делать дальше. То, что проход через пещеру для нас закрыт, было абсолютно ясно. Нам просто не проскользнуть мимо засевшего там существа, как бы мы ни старались прикинуться безобидными тенями. Значит, надо либо ждать, пока оно уползёт куда-нибудь, либо искать другой путь.

– Слушай, а чего оно не выползает наружу? – вдруг решил поинтересоваться я. – Выход же совсем рядом… Всяко снаружи еды больше, чем в пещере: попробуй-ка дождаться, пока туда кто-нибудь забредёт.

– Не знаю, – помолчав, ответила Лина, – у меня есть только один вариант ответа, и он тебе точно не понравится.

– Какой? – мне действительно было интересно.

– Думаю, оно слишком большое, чтобы пролезть в дыру на поверхность…

Я вспомнил здоровенный провал, через который мы вошли в Подземелья, и проникся. Так-то там совершенно спокойно мог проехать приличных размеров грузовик, а может, и компактный танк типа Т-90С. Нет, совершенно точно надо искать другой путь, только вот чем это нам грозит…

– А что, когда ты тут в прошлый раз была, этой зверюги там не наблюдалось? – решил уточнить я, параллельно прислушиваясь к подозрительному шебуршанию впереди, примерно там, где я предполагал наличие пещеры.

– Нет, я тогда и пещеры-то никакой не видела, так что ничего не могу тебе сказать, – Лина помолчала, – я же говорю тебе, что тут каждый день всё меняется. Вполне может оказаться, что если сюда прийти завтра, к примеру, то никакой пещеры и никакого зверя не обнаружится.

– Предлагаешь проверить и подождать до завтра? – продолжая вслушиваться в шорохи, спросил я.

– Не уверена, что это хорошая идея, – наконец-то тоже расслышав что-то, медленно произнесла Лина. – Ты ничего не слышишь?

– Слышу, и уже достаточно давно, – подтвердил я и выдвинул подкупающее своей оригинальностью предложение, – бежим?

Она не стала ничего отвечать, а просто молча сорвалась с места, стараясь не споткнуться ни обо что и не упасть. Я не отставал, спиной чувствуя, как сзади, уже не скрываясь, ворочается чьё-то огромное тело. Выяснять, как оно выглядит, я не собирался, поэтому оглядываться не стал, а припустил за девчонкой, разумно решив, что раз она пробежала и никуда не провалилась, то и я уцелею.

Позади нас что-то громыхнуло, словно упало несколько камней, потом раздалось злобное шипение, сменившееся разочарованным воплем, перешедшим в пронзительный визг. Мы бежали, почти ничего не видя вокруг, и я думал только о том, что коридор, по идее, здесь всего один, тот, по которому мы пришли. Тогда остаётся единственная надежда на то, что пещерный обитатель, не дождавшийся еды, не сможет в него протиснуться.

– Давай сюда, – неожиданно хрипло шепнула Лина и дёрнула меня куда-то в сторону, заставив споткнуться и сбить дыхание. Видимо, спонтанный забег в темноте и ей дался нелегко.

Оказавшись в узком и тесном коридоре я почувствовал себя мышью, забравшейся в слишком узкий лаз и имеющей все шансы в нём намертво застрять. Камни давили со всех сторон, несмотря на то, что из-за темноты – или благодаря ей – я их не видел, а только чувствовал. Лина двигалась где-то впереди, и я слышал только её дыхание…

И вот тут я остановился так резко, словно наткнулся на стену: почему вдруг она начала дышать так громко? За всё то время, что мы идём вместе с ней – а это около двух часов – я не слышал, чтобы она так сопела. Мне всегда приходилось напрягать слух, чтобы уловить едва слышные колебания воздуха. Не могла десятиминутная пробежка настолько сбить дыхание той, которую выучил сам Карло, наверняка гонявший её до седьмого пота. Для неё этот маленький кросс по пересечённой местности – даже не разминка, а так, мелочь. И вывод из этих рассуждений напрашивается самый что ни на есть неприятный… Существо, за которым я залез в узкий коридорчик – не Лина.

Лихорадочно соображая, что предпринять, я сделал несколько маленьких шагов вперёд, чтобы не вызвать ненужных подозрений: кто его знает, какие действия у него запланированы на этот случай.

– Далеко ещё? – хорошо, что шёпот не передаёт в полной мере интонации, так как я не уверен, что смог бы скрыть напряжение. – Этот коридор тесный, как не знаю что, и становится всё уже…

– Уже недалеко, – так же негромко ответила как бы Лина, – метров двести, и будет поворот, там посвободнее. Не отставай!

– Тебе проще, ты меньше, – ответил я, судорожно соображая, что делать, потому как совершенно ясно, что как только мы выберемся из лаза, прикинувшаяся Линой тварь перейдёт к активным действиям. – А мне каждый шаг… уф… с трудом… уф… даётся…

Я без особой надежды скользил рукой по стене, мечтая нащупать какое-нибудь ответвление, которое позволило бы спрятаться от решившего подзакусить Ловчим существа. Естественно, никакого бокового прохода здесь не было, иначе оно бы меня сюда не заманивало. Не в его интересах оставлять для меня хоть какую-то лазейку, шанс выбраться. Но вот так вот погибнуть, только войдя в Подземелья? Что может быть обиднее и нелепее? Развернуться и бежать назад? Тоже не вариант – тварь наверняка знает паутину ходов гораздо лучше меня. Кто же мог предположить, что проблемы начнутся сразу, не успеем мы толком войти в Подземелья! И если мы взяли такой резвый старт, то что же ждёт нас дальше, при условии, конечно, что это «дальше» вообще будет…

И непонятно, что хуже: встретиться в прямой схватке с этим существом или безнадёжно заплутать в многочисленных ходах первого уровня. Мало того, что у этих ответвлений нет никакой системы, так тут ещё и меняется всё постоянно, так что предсказать, где ты окажешься через минуту, практически нереально.

Пока я грузил себя этими размышлениями, впереди замаячил какой-то свет, только был он почему-то странного красного цвета. При этом я не двигался с места, лишь изображая продвижение вперёд, значит, он появился только что. Осталось понять, кто его зажёг и с какой целью.

Я сделал совершенно бесшумный аккуратный шаг, затем закрыл глаза и снова, уже который раз за последнее время, превратился в слух. Впереди, судя по всему, была очередная небольшая пещера, в которой горел костёр или что-то подобное. Еле слышно потрескивали ветки – хотя откуда они могли тут взяться? Однако запаха дыма не чувствовалось совершенно, следовательно, в этой условной пещере прекрасная вентиляция, значит, из неё есть выход.

– Ты идёшь? – шёпот заманившего меня в ловушку существа раздавался уже из пещеры, если ориентироваться по слабому эху.

– Сейчас, – отозвался я, переступая, чтобы создать иллюзию шагов, – только постою чуть-чуть, а то спина затекла… тяжеловато столько идти в такой тесноте…

– Тут есть пещера, – подтвердило существо мои догадки, – здесь даже вода есть, иди скорее…

Эк ему не терпится! Я снова завозился, чувствуя, что скоро оно сообразит, что я просто тяну время. И что оно тогда предпримет – не возьмусь даже гадать. Между тем к потрескиванию костра добавился неразборчивое, практически неслышное бормотание. Я напрягся, задействовав все резервы, и смог расслышать:

– Давай-давай-давай-давай… Скорей-скорей-скорей-скорей… – шёпот прерывался, захлёбывался, но через несколько секунд слышалось снова, – иди-иди-иди-иди… Жду-жду-жду-жду…

Сказать, что мне стало страшно – это ничего, в общем-то, не сказать, потому что было в этом прерывистом бормотании что-то настолько первобытное и жуткое, что я почувствовал, как по спине пробежала капелька ледяного пота. Да я лучше сдохну от голода и жажды в этих лабиринтах, чем полезу туда, где горит красноватый огонь. Не пойду, хоть стреляйте!

И вдруг я почувствовал, что откуда-то сверху донёсся еле уловимый запах дыма. Значит, там отверстие, а может быть, даже выход если уж не на поверхность, то в другой коридор. Главное – подальше от жуткого бормотуна. Сердце подпрыгнуло, потом замерло и снова пустилось в бешеный галоп. Я упёрся ногой в каменную стену, напряг мышцы и поставил вторую ногу на едва заметный выступ в другой стене. Вытянувшись в этой неудобной и неустойчивой позе, я начал лихорадочно ощупывать верхнюю часть сдавливающих меня скал. Пару раз мне казалось, что я сейчас соскользну и непременно что-нибудь себе сломаю, и вот тогда для того, кто бормочет в пещере, наступит праздник. Внезапно рука провалилась в пустоту, и я сообразил, что стена в этом месте заканчивается, переходя в какое-то подобие горизонтального лаза. Почему-то в голове вспыхнула ассоциация с вентиляционными шахтами, по которым так любят ползать герои американских боевиков. Я, кстати, всегда удивлялся: а почему там пыли нет? Или у них есть специальные уборщики, которые регулярно протирают грязь во всех этих местах? Если да – снимаю шляпу. Я, конечно, и сам люблю чистоту и порядок, но мысль залезть в вентиляцию меня не посещала никогда.

Тряхнув головой и прогнав неуместные мысли, я задумался: можно, конечно, попробовать подтянуться и спрятаться там, но хватит ли для меня места? Не загоню ли я себя в ещё более глубокую… хм… яму, чем нынешняя? С другой стороны, иного выходя всё равно нет и как-то не предвидится.

Поэтому я глубоко вздохнул, ненадолго позволил мышцам расслабиться, потом сосредоточился, повернулся и, мёртвой хваткой вцепившись обеими руками в неровный каменный край и стараясь не обращать внимания на резкую боль в ладонях, попробовал подтянуться. Мне казалось, что от напряжения мои мышцы трещат, причём так громко, что существо в пещере наверняка это слышит. Но подтягиваться в этой каменной кишке, где почти нечем дышать, было дьявольски сложно. О том, что я могу упереться головой в низкий потолок и просто-напросто не протиснуться в горизонтальный лаз, я старался не думать.

Наконец я перевалился через неровный, словно обгрызенный кем-то край и растянулся на небольшой площадке. Какое-то время я просто лежал, стараясь выровнять сбитое дыхание и отдыхал. Потом перевернулся на живот и попробовал встать хотя бы на четвереньки. Это мне удалось, но спина упёрлась в каменный потолок, значит, передвигаться мне предстоит на карачках. Ну ничего, это в любом случае лучше, чем поджидающая меня в пещере тварь.

Воспоминания о караулящем меня неподалёку существе ощутимо добавили мне энергии, и я постарался отползти подальше от края, чтобы оно не смогло меня унюхать. Шагов через двадцать – если, конечно, это можно было назвать шагами – я увидел отсвет того же красного пламени, но шёл он уже откуда-то снизу, значит, сейчас я нахожусь в каком-то коридоре, идущем вокруг пещеры. Надеюсь, что он не заканчивается спуском в неё, а даёт возможность обогнуть препятствие. Иначе всё было напрасно, хотя можно будет, если что, попробовать просто переждать наверху, пока тварь куда-нибудь уйдёт в поисках новой жертвы.

Красного отсвета вполне хватало для того, чтобы оглядеться, и я с облегчением увидел, что каменная «вентиляция», по которой я полз, постепенно расширялась, превращаясь в полноценный коридор, ограниченный стеной только с одной стороны. С другой он слегка нависал над чем-то, напоминающим, скорее, не пещеру, а небольшой котлован, в котором горел огонь. Обходя его по широкой дуге, коридор, ставший своеобразным балконом, уходил в темноту.

Я не выдержал – и кто сказал, что любопытство сгубило только кошку? – и подполз с каменному краю, чтобы осторожно высунуться и посмотреть вниз. Там, в самом центре маленькой круглой ямы, окружённой со всех сторон каменными стенами, горел самый настоящий костерок, над которым на треноге висел достаточно большой котёл. Возле него стояла Лина, держащая в руке здоровенную поварёшку. Картина была настолько забавной, что я чуть не хихикнул, но смех застрял у меня в горле, когда «Лина», прислушавшись к чему-то, пошла в сторону чернеющего в стене прохода. Она двигалась очень странно: словно у неё не было ни одной целой кости: ноги подламывались, руки выгибались под немыслимыми углами, да и вся она дёргалась, как марионетка в руках неумелого кукольника. Это выглядело бесконечно жутко, но я почему-то не мог отвести от неё взгляда. Она остановилась возле выхода из коридора, прислушалась, и я у себя на балкончике замер, боясь даже дышать.

Покачав головой, причём шея громко хрустнула, она неловко протиснулась в коридорчик, где, по идее, застрял я, и наступила тишина. Я ждал реакции на своё исчезновение и, естественно, дождался. Сначала раздался разочарованный вой, а потом «Лина» выпрыгнула в пещеру, озираясь по сторонам и уже громко бормоча:

– Ушёл-ушёл-ушёл-ушёл… Сбежал-сбежал-сбежал-сбежал…

При этом она дёргалась, вертела головой, глядя куда угодно, только не вверх, а потом облик Лины стал словно стекать с неё, обнажая истинный вид твари. Через несколько секунд по пещере металось существо, больше всего напоминающее вставшего на задние ноги гигантского – мне примерно по плечо – жука. А я понял, почему оно не смотрит вверх: шея и верхняя часть спины были покрыты плотно прилегающими друг к другу хитиновыми пластинками, не дающими возможности поднять голову. Тварь могла смотреть вниз, в стороны, куда угодно, но не вверх, и поэтому, скорее всего, даже не подозревала о существовании идущего вокруг её логова балкончика.

– Найду-найду-найду-найду… – рассерженно приговаривало существо, снимая с огня котелок, причём двигалось оно стремительно, периодически опускаясь на четыре, а то и на все шесть ног. Убрав посуду и погремев чем-то в углу за большим камнем, оно подбежало к костру и, раскидав угли, быстро его потушило. Пещерка снова погрузилась во тьму, и внизу наступила тишина, нарушаемая только постепенно удаляющимся бормотанием. – Ищу-ищу-ищу-ищу… Убью-убью-убью-убью…

1 

Глава 2

Скороговорка оставшегося без обеда жука уже давно затихла вдалеке, а я всё лежал на балконе, стараясь не только не шевелиться, но и дышать как можно тише. Потом, соблюдая все мыслимые и немыслимые предосторожности, повернулся, встал на четвереньки и осторожно пополз в ту сторону, где балкон снова превращался в коридор и уходил куда-то в темноту. Как ни странно, хозяин пещеры действительно ушёл, так как никто не отреагировал на мои передвижения. Абсолютно бесшумно двигаться не получалось, потому что мелкая каменная крошка, откуда-то взявшаяся на балконе, предательски поскрипывала при малейшем прикосновении.