Стылая Топь. Подземелья Желаний

– Почему в статую? – штриха пожал плечами. – В самый обычный каменный столб.

– И что дальше?

– Постепенно людей в княжестве становилось всё меньше, напуганные смутными и странными слухами путешественники старались обходить эти края стороной, а камней на равнине, где нашёл свой последний приют юный княжич, становилось всё больше и больше. В итоге князь остался совсем один… Наконец-то он мог не опасаться предательства подданных, коварства родственников, сладкой лжи красавиц… Всего того, о чём нашёптывало ему странное кольцо. Дворец был пуст, и первое время князь наслаждался свободой, тишиной и покоем. А потом затосковал…

– Ещё бы, – я поёрзал и устроился поудобнее, потому что вдруг почувствовал, что очень устал. Мне даже показалось, что камень, на который я опирался спиной, слегка потеплел и вздрогнул.

– И тогда он понял, что натворил, и пришёл на это место, – тут Григор повёл рукой в сторону вдруг показавшихся мне зловещими каменных клыков. – Снял кольцо и проклял тот день, когда послушался его в первый раз. Князь рыдал и просил прощения у тех, кого он погубил, превратив в камень, но они остались глухи к его мольбам. С тех пор каждое полнолуние он просыпается и пытается умилостивить неведомые силы, околдовавшие его с помощью радужного кольца, новыми жертвами. А место это получило название Рымки.

– Новыми? И где он их берёт?

– Угадай, – штриха невесело усмехнулся и добавил, глядя на мою вытянувшуюся физиономию, – не думай, я не заинтересован в том, чтобы мы с тобой пополнили здешнюю коллекцию камней. Но проблема в другом…

Он выразительно посмотрел на меня и предложил:

– Ты когда в подземелья спустился? Ну-ка, вспомни…

– Вчера, – честно ответил я и тут же добавил, – кажется. Хотя я теперь уже ни в чём не уверен.

– Допустим, что вчера, – покладисто согласился Григор, – а теперь вспомни, в каком состоянии была луна?

– Блин…! – я стукнул кулаком по коленке. – Было почти полнолуние, я ещё подумал, что и тут, в Лавернее, и на Земле одинаковый лунный цикл…

– На Земле? Где это? – заинтересовался штриха, и я ответил, не видя смысла скрывать.

– Так называется мой мир, точнее, один из моих миров, – я вздохнул, – извини, я, наверное, очень непонятно говорю, да?

– Да нет, – штриха пожал плечами, – чего непонятного-то? Миров много, про то все знают, а ты, значит, на два мира живешь?

– Почти, – я задумался, как поточнее объяснить сложившуюся ситуацию и при этом не раскрыть все карты. Всё-таки я пока очень мало знаю о Григоре, и первое приятное впечатлением может быть обманчивым. – Как-нибудь расскажу, путь у нас, я так понимаю, впереди долгий?

– Откуда же я знаю? – совершенно искренне удивился Григор. – Я тут никогда не ходил, про Рымки только слышал.

Мы, не сговариваясь, уставились на усеянную каменными столбами разного размера равнину. И теперь в каждом камне мне виделось что-то зловещее, напоминающее о том, что на самом-то деле это не камень, а заколдованный человек.

Вроде как эти самые Рымки и слишком большими-то не были: если идти без помех, минут за двадцать можно преодолеть. Но вот дадут ли нам это сделать? Кто-то же протоптал эти тропинки, вьющиеся среди камней, причём сделал это относительно недавно, потому что песок ещё не успел осыпаться внутрь следов. И вот где этот «кто-то» прячется? И чего от него ждать?

– А ты знаешь что-нибудь насчёт того, как через эти камни пройти? – я вопросительно взглянул на штриху. – Были бы реальные противники – другое дело, сражаться я умею, да и ты наверняка не безобидный василёк. Но тут-то не видно никого, и это напрягает.