Робинзон Кузо и мачты северных кораблей

Часть 1. Отличный день.

Какой хороший день для того, чтобы пойти куда глаза глядят. Просто путешествовать без цели и обсуждения с самим собой насущных кошачьих дел. Кузо так и поступил. Он собрал свои немногочисленные вещички, взял две банки шпрот, пинту утреннего молочка в стеклянной прозрачной бутылочке и упаковал это все в свой видавший виды рюкзачок. Его домик грустно провожал хозяина своей легкой пылью, витающей в воздухе и глазами окнами, одиноко смотрящими на удаляющуюся фигурку пухленького путешественника.

Дверца дома осталась распахнутой, чтобы ветер спокойно мог гулять там, где еще недавно на своем диванчике перед камином отдыхал одинокий кот. Никто из небольшой деревеньки в десяток домиков не покусится на многочисленные сокровища Кузо: клубочки, бантики и замечательную когтедралку с восхитительным замахом мяты. А даже если и покусится, то поиграв положит все, так же, как и было. Котикам не нужно было чужого, они предпочитали свое. Даже если это был подранный свитер – нет ничего милее, чем старая вещь, которая пахнет тобой, словно это часть жизни, которая будет существовать ровно столько, сколько и ты.

Робинзон шел по небольшому тракту. Солнце сегодня было особенно любвеобильно, оно ласково обнимало каждую травинку и мягко разливалось на дорожке под ногами. Бирюзовое небо, разбуженное рассветом, вовсю цвело пышными облаками. Они то и дело принимали форму: то рыбок, то барашка, а один раз даже проплыла голова огромного кота. Повсюду птицы выходили на утренние песнопения, чтобы похвастаться своим голоском и спеть миру сегодняшнюю песню. Кузо, иногда, сам того не ожидая, становился на четвереньки и начинал махать хвостом, выслеживая одну из птиц. Потом спохватывался, брал в руки свой посох и шел дальше. Что поделаешь, свою природу не обманешь, можно лишь ее сдерживать до поры до времени.

Кот щурился, потому что утренняя звезда особенно ярка, когда только просыпается и так, и норовит залезть в глаза случайным прохожим. Палка в руке пушистого путешественника помогала преодолевать овраги и набирать скорость на ровных участках. Да и веселее, когда ты идешь не один, а с кем-то, хоть это и был старенький посох, но все же он везде сопровождал юного путника. А тот, между прочим, обошел уже все окрестные леса.

Сегодня был очень необычный день и юный Кузо слегка волновался, ведь так далеко он не заходил никогда. Скоро уже будет тот далекий заборчик, который отделял известные земли от невероятного и таинственного мира вокруг. Кот не знал, что там дальше. Иногда он подходил к этой границе и подолгу смотрел на лес, который стоял стеной на противоположной стороне поляны. Заборчик был из стареньких, видавших виды жердей, которые после дождя, по старой памяти, все еще пахли древесиной.

Робинзон остановился перед последней преградой, которая была родной, там дальше тайны и неизвестность. Сердечко колотилось. Вдруг, захотелось развернуться и бросив все помчать, как дикий скакун по прериям, не обращая внимания на красоты и свернувшись клубочком лечь на свой привычный диванчик. Там так все знакомо и безопасно – теплый камин, потрескивающий вечером, вкусное молочко, нега и беззаботность. Нет нужно идти. Кузо понимал, что так будет не всегда и когда-то это все прекратится. Любая жизнь, как хорошая история заканчивается. Поэтому, он хотел узнать тайну мира, посмотреть, что есть еще. Неужели везде так, только комфорт и безопасность, только солнце и пения птиц, только зеленые луга и уютные дорожки?

Ходили легенды, что где-то есть бескрайние просторы воды. Что где-то ветер не так ласков и может уносить навсегда с собой. Что где-то падает белый пух с неба, а потом исчезает, полежав немного на земле. Где-то есть горы из земли, что подпирают своим величием небо. Где-то так много существ в одном месте, что рябит в глазах. Никто не мог рассказать об этом, поэтому нужно было увидеть все самому. Робинзон не был храбрецом или отважным путешественником, но он всегда чувствовал внутри, что его зовет мир. Словно эта жизнь будит по утрам и приглашает вместе пройтись по бескрайним просторам. Зовет его далеко-далеко, вместе посмеяться под солнышком и полакать под дождем. Там за окном начиналась настоящая невыдуманная жизнь, полная чувств и эмоций. Но было еще кое-что…

Кот не всегда жил в этой деревне. По крайней мере ему так говорили. Когда он был еще совсем несмышлёным, его нашел один старый котик, который так же любил бывать у того заборчика на границе. Кузо не помнил кто он и откуда, но что самое странное, нашли его с другой стороны изгороди, той, что у леса. Старому коту тогда пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы зайти за пределы дозволенного и забрать небольшую клеточку с Кузо внутри, но он смог это сделать.

Малыш был очень грязный и нечёсаный. Но старик выходил его, научил всему, что знал и много позже подарил свой домик. Потом его не стало. Но Робинзон не грустил, потому что тот, кто дал ему вторую жизнь всегда говорил, что колесо жизни не зависит от нас. Оно будет и дальше вращаться, и мы можем только принять правила игры. Все на свете умирает, но потом рождается вновь, поэтому не нужно грустить, нужно лишь радоваться, когда тебе выпадает шанс познать то, что для тебя приготовила жизнь. Кузо тогда пообещал, что обязательно узнает откуда он и что еще есть в этом прекрасном мире.

Шаг был сделан. Странно, но ничего не произошло. Птицы так же по-прежнему пели и летали в недостижимой вышине. Трава так же шуршала, поддаваясь ветру. Лес так же стоял вдалеке, скрывая от любопытных глаз, что же дальше. Делать так делать! Кузо смело пошел дальше, набирая темп. Не так уж это и страшно – путешествовать. День расхорохорился не на шутку, припекало так, что хотелось окунуться в воду, возможно даже с головой. При этой мысли Кузо поморщился, нет, все-таки без головы. На душе было тепло и волнительно, как же замечательно идти вперед, отбросив все что было раньше. Сейчас кота не волновали его насущные проблемы. В данную минуту у него ничего не было, только он сам и его замечательный посох. Лапки рвались вперед, но молодой Робинзон знал, что в долгих путешествиях главное темп, размеренный и продуманный. Он целый год ходил по окрестным лужайкам и дорожкам, тренируя свой ритм ходьбы. Сейчас он был готов пройти хоть все землю за раз, по крайней мере ему так казалось.

И вот подошел лес. Он возник внезапно, нависнув своей громадой высоко над головой. Циклопические деревья лениво тянули свое лапы навстречу далекому светилу в молитве о пище для своих листьев. Мощные корни вцепились в землю и пронзали ее вглубь на многие метры. Коры щерилась своими глубокими черными трещинами, напоминая о возрасте растений. Казалось, что они живые. Но просто очень медленные, как будто все вокруг бегают и суетятся, а они лишь потихоньку растут. Но если можно было бы ускорить, то они так же быстро стали большими и никого вокруг тогда не было бы видно, потому что они настолько быстро передвигались, что стали невидимыми.

Кузо попросил у деревьев разрешения пройти мимо. Те не возражали. Внутри леса было очень темно, но коту это не страшно. Да, это одна из привилегий пушистых, они могли видеть в темноте, а когда видишь не так страшно. В конце концов тьма, это лишь отсутствие света. В чаще встречались разные растения: были и небольшие кусты, и толстые стволы. Некоторые деревья давно умерли, но решили остаться и молчаливо продолжали лежать, под сенью своих братьев и сестер. Кто-то из местных обитателей только начинал расти, чья-то же история подходила к концу. Робинзон шел довольно долго. Один раз он даже залез на одну из крон, извинившись заранее. Но сверху был виден только зеленый ковер, который простирался до горизонта.

В первую ночь было очень страшно, никогда еще Кузо не спал без своего диванчика. Лес неожиданно ожил, когда наступила тьма. Отовсюду слышались звуки и скрипы, так что приходилось крутить ушами на триста шестьдесят градусов, чтобы быть в курсе событий. На вторую ночь было не так страшно, но лил дождь. Кот был настолько уставшим, что дождик показался ему больше успокаивающим, чем бодрящим. С утра, на третий день была съедена вторая, она же и последняя банка шпрот. Робинзон понял, что немного не рассчитал свой рацион. Где достать еду он не знал, вряд ли тут есть бакалейщик, который торгует колбасами. Но поворачивать кот не думал, он шел в одну сторону. Как-то давно старик ему сказал, что если путешественник рассчитывает на обратный путь, то он может не дойти до своей цели, только вперед, будь что будет.

Третья ночь была голодной, путник совсем вымотался и не знал, что делать, лапы переступали вяло, а пейзаж не менялся. Сил взобраться на крону у него не было, поэтому он шел просто вперед. Его опекун гордился бы им – не у каждого достанет столько воли и целеустремленности.

Четвертый день не казался радужным, было очень тоскливо и голодно. Но каждый смелый и отчаянный поступок достоин награды. Вдруг лес расступился перед понурым Робинзоном, и поляна перед его лапками обдала нос запахом клевера и свежей травы. Котик сразу забыл о своих невзгодах, настолько он был поглощён невероятной картиной. На другом конце поляны возвышалась огромная скала, как только Кузо не увидел ее с дерева или он столько прошел, что уже оказался за горизонтом. У подножия скалы стоял огромный дом, а на старинной лавочке перед ним сидела не менее древняя черепаха.

Кот немного помялся, но решил подойти к таинственной гостье. У черепахи в руках были спицы и что-то, что она немного уже связала. Ее глаза были наполовину прикрыты, а конечности не двигались. Казалось она спала. Когда Робинзон подошел, она поздоровалась и начала вязать снова, что нимало удивило котика. Оказалось, что ее дом расположен здесь очень давно и достался ей по наследству. Миссис Госморхерден была очень радушной и сразу предложила отобедать вместе, благо у нее сейчас размораживался замечательнейший тунец. Только вот пришлось готовить самому гостю, потому что черепаха всегда старалась не двигаться, если представлялась такая возможность. К тому же пришлось бы ждать неделю, пока она, столь медлительная, приготовит поесть.

Кузо любил готовить и еще больше любил кушать. В доме миссис черепахи оказалась прекрасная кухонька. Все в ней продумано до мелочей, а еще ее украшали большие картины различных яств, которые кот и не мог себе вообразить. Повсюду висели разные прихваточки и полотенца. А с одной из стен свисали целые связки лука и чеснока, готовые в любой момент заблагоухать в ароматном блюде. Окно на улицу было раскрыто и Робинзон иногда ловил своим чутким носом запах лета, в который примешивался аромат, готовящегося блюда. Создавалось впечатление, что находишься в походе у костра и готовишь в котле на открытом огне.

Пока тунец весело шкворчал на сковородке, Робинзон отварил морские водоросли, как сказала черепаха они очень полезны, сам он с нетерпением ждал, чтобы попробовать их, так как не представлял себе, что такое море, не говоря о водорослях.

Госморхерден оказалось очень древней жительницей и знала много интересных историй, она рассказывала их, пока Кузо увлеченно жевал свой обед. Водоросли оказались не такими уж и вкусными, но для пустого животика не было исключений на принимаемую пищу. Робинзон долго трапезничал, пока его пузо не надулось до привычной округлости. Потом он еще долго слушал рассказы старой миссис, попивая свежезаваренные луговые травы. День клонился к своему закату. Хозяйка дома оказалась очень гостеприимной и по-отечески взяла под свое крыло заплутавшего путника и предложила ему остаться на ночлег. Он, конечно же, не отказывался. По традиции, пришлось все делать самому, под чутким руководством древней миссис. Когда уже совсем стемнело Госморхерден спросила, куда направляется путешественник.

Кузо и сам не знал, поэтому так и ответил, что идет прямо, посмотреть этот мир. Черепаха одобрительно кивала, когда-то в молодости она тоже хотела избороздить весь океан, но как-те не пришлось. На предложение Робинзона, пойти с ним, она ответила отказом, сославшись на то, что кто же будет провожать путников под гору. Оказалось, что в доме есть комната, в которой есть вход, в лаз, который ведет в подгорный мир. Путешественники всех мастей пользуются этим проходом, чтобы сократить дорогу до большого мира. Это была прекрасная возможность посетить столь загадочное место, да еще и ускорить передвижение.

Оказалось, что за то, чтобы воспользоваться проходом нужно помочь старой черепахе с ее делами, тогда она любезно даст ключ и можно будет посетить подгорное царство.

Часть 2. На обратной стороне земли.

Весь следующий день Кузо помогал по дому хозяйке: он перемыл всю посуду, подмел двор, прочистил трубу, насолил рыбы и сделал еще много всего. Каждые два часа хозяйка заставляла его кушать, ссылавшись на то, что котик уж больно тощий. Робинзон совсем не возражал. К вечеру миссис объявила, что плата произведена и путешественник может воспользоваться подгорным проходом. Она сказала, что лучше идти ночью, потому что там разницы нет, какое время суток сверху, а вот выйти с обратной стороны лучше засветло. Там начинался другой мир и Робинзон опять испытал чувство волнения.

Черепаха со странным именем Госморхерден, дала указания, чем набить рюкзачок для дальнего путешествия. Кузо был уже опытным путешественником и знал, что двух банок шпрот очень мало для того, чтобы начать новую жизнь, вот если четыре банки, это совсем другое дело. Тянуть было больше нельзя, все было собрано, все лямочки подтянуты, посох привычно лежал в руке. Черепаха лениво улыбалась, глядя на путешественника. Она что-то говорила про свои годы и сокрушалась, что не может вот так же пойти за приключениями. Потом она отворила одну из дверей, ничем не примечательную, больше похожую на чуланную. За ней оказалась совершенно пустая комната, а в дальней стене была еще одна дверь очень толстая и тяжелая, она открывалась специальным механизмом.

Кузо вращал ручку и дверь со скрипом отворялась. Он впервые видел такое приспособление и подивился изобретателю сего чуда. Зев прохода выдохнул затхлости и запахом чернозема. Еще никогда Робинзон не делал ничего подобного, но нужно было идти, слишком многое пройдено, отступать было нельзя. Последний раз попрощавшись с хозяйкой и взяв лампу, полную масла Кузо двинулся в подгорное царство.

Дверь за его спиной резко захлопнулась. Странно, как черепаха смогла так быстро ее закрыть. Кот гнал от себя дурные мысли, ведь если никто не звал их в гости, то и нет им места в голове. Он шел со своим фонариком под уклоном, вглубь самой земли. Ход был очень широким, идти было легко. Со временем запах затхлости ушел и Робинзон своим чувствительным носом стал ловить букеты ароматов, которые никогда до этого не чувствовал. Он пытался разгадать их хитросплетения, но у него не получалось. Наверное, так пахли минералы, которые в огромном разнообразии торчали из стен.

Так он шел довольно долго. Ход то расширялся, то сужался. Иногда Кузо выходил в огромные галереи, своды которых терялись в вышине и даже свет лампы не доставал до потолка. В одной такой комнате весело бежал ручеек, он шелестел не громко, чтобы не будить окружающее пространство, но все равно с ним было гораздо спокойнее. Иногда кот встречал огромные острые выросты из земли, а в некоторых местах они торчали из потолка. Выросты были словно из камня. По началу Кузо даже подумал, что это зубы и он идет во рту у огромного зверя.

Впереди послышался странный писк. Кот остановился, вглядываясь в темноту. Интересно, что это могло быть? Он пошел дальше, тьма не давала ответов. Писк повторился. Робинзон замер. Вдруг серия резких щелчков. Потом тишина. К сожалению, другой дороги не было и кот собравшись с силами, двинулся навстречу неведомому. С каждым шагом звуков становилось все громче, а потом стало светлеть. Какой-то странный свет. Как будто не от огня. Путешественник продвигался все дальше и тут за поворотом он увидел, что ход переходит в очередную галерею, которая была вся заполнена странным мерцающим излучением.

Это была не единственная странность. Там было очень много тех зубов, что встречались коту раньше. Они торчали и с потолка, и росли вверх из пола. На каждом таком зубе сидели странные фигурки – две ножки, две ручки и маленькая голова. Они были в два раза меньше самого путешественника. Каждое существо светилось, и обнимало такой зуб. Когда Кузо вошел в галерею, то потушил свою лампу, боясь напугать местных жителей, но они заметили его сразу. И тут началось невероятное. Они начались потихоньку раскачиваться и петь протяжную тихую песню. Пел каждый без исключения. Песнь была грустной и уносящей далеко-далеко. Кузо мерещились воздушные корабли и как он плывет на них по небу за горизонт. Его овевал ветерок и взъерошивал шерстку на загривке. Кажется, он нашел, то что искал. Никуда не нужно было идти. Все путешествия были здесь. Если только захотеть, можно дотянуться до небес или прикоснуться к тайнам жизни. Хорошо и мирно на душе. Я хочу остаться здесь навсегда…

Но что-то мешало его путешествию через облака. Снизу было как-то неспокойно. Кот все никак не мог понять, что не так и пытался избавиться от этого чувства, но оно было очень настойчивым и мешало волшебным грезам. Робинзону пришлось открыть глаза, чтобы посмотреть, что там снизу. Сначала он испугался от неожиданности и подпрыгнул высоко вверх, как это умеют делать только коты. Пока он находился в полете, было время обдумать произошедшее. Дело в том, что все это время за ногу его дергал какой-то старый кот, который почему-то он лежал на земле, его язык торчал изо рта. Он тяжело дышал и казалось не мог встать. Незнакомец смотрел на Кузо очень грустно, а из его ушей торчали какие-то листья.

Через некоторое время кот-путешественник все же приземлился на некотором отдалении от неизвестного. Он все же аккуратно подошел, и они взаимно обнюхали друг друга. Кот говорил слабым голосом и повторял всего одно лишь слово «бежать». Кузо ничего не понял, но инстинкт самосохранения взял свое. Он взвалил на себя таинственного незнакомца и потащил в проход, что маячил в дальнем конце галереи. Человечки все пели свою заунывную песню, но Робинзон ее не слышал потому что его уши прикрыл тот старый господин, что висел на нем.

Когда они оставили далеко позади странную каменную комнату, Кузо решил передохнуть. Он положил, казалось заснувшего на нем, старика и сел тяжело дыша. Незнакомец казался очень измотанным. Вся его шерсть была в колтунах. Желеточка, которая была на нем, вся изорвана и потерта. На его поясе висел приличных размеров кинжал. Зачем он ему, пронеслось тогда в голове у Робинзона.

Вдруг старик закашлял и скрипя попросил воды. Юный кот напоил его из своей фляжечки, незнакомцу стало заметно лучше. Он поблагодарил, после того, как опорожнил добрую половину. Оказалось, что его зовут Барсур и он капитан, который переплыл великое Малиновое море на своем паруснике, но, когда они с командой совершали переход по этому тоннелю, он отбился от команды и забрел в эту галерею. Кузо спросил, как он забрел, если другого пути нет из дома черепахи. Оказалось, что было у нее три пути, по которым она пускает путников. Каждому свой. Как она делала выбор никому не ведомо. А еще в стенах было много потайных дверей, но если не знать о них, то никогда не найдешь такую, ими пользовались таинственные подземные люди, которых никто не видел. Зачем черепаха направила Кузо через столь опасный туннель было непонятно. Капитан Барсур объяснил, что все, кто оказывался в той галерее, становились словно парализованные и потихоньку превращались в сталагмиты, это те каменные зубы, что торчали из пола.

Кузо испугался, ведь и он мог так же там остаться на вечно. Та гипнотическая песня вводила всех проходящих в транс, а позже они оставались там навсегда. Старый капитан все рассказывал и рассказывал о своих невзгодах, не забывая потреблять соленую рыбку, которую Робинзон достал по случаю спасения. Когда истории и рыбка закончились они остались сидеть, отдыхая перед рывком. Нужно было экономить масло в лампе, поэтому сидели в полной тьме. Юный путешественник все никак не мог взять в толк, почему его отправили именно по этому пути. Он не злился и не негодовал, ему было интересно, зачем старая черепаха так решила, наверное, потому что так было нужно, заключил Кузо.

Они шли, казалось вечность. Капитан опирался о плечо молодого сотоварища и прихрамывал. Оказалось, что он выжил благодаря тому, что сделал затычки из какого-то мха, который обнаружил под ногами. Он почти сразу заткнул уши, как попал в ту пещеру, потому что очень ненавидел всякого рода песни. Это его и спасло. А когда туда зашел Робинзон, то ему потребовалось время, чтобы из последних сил доползти и разбудить незадачливого путешественника. Сейчас Кузо оплачивал добротой за доброту и всячески помогал старому капитану.

Так они и шли в темноте, изредка зажигая фонарь. Еще несколько раз они делали привал и кушали рыбку, которой становилось все меньше. Теперь пушистый путник усвоил еще один урок – нужно всегда иметь запас на чрезвычайный случай.

Наконец, когда казалось, что бессчётному количеству галерей нет конца и туннель не имеет выхода, наконец забрезжил свет. Они все же вышли из пещеры. На улице был солнечный день. Еще никогда так сильно кот не радовался природе и свежему воздуху. Он бросил свой рюкзачок и начал носится по округе на четвереньках, немного забывшись. Иногда он останавливался и начинал распахивать землю лапками, то гнался за бабочкой, то взлетал на дерево до середины и прыгал обратно – откуда только силы появились. Старый кот же привалился к одному из стволов и забылся мертвецким сном, проветривая свои легкие свежим воздухом. Путники были спасены, можно было дальше жить, что может быть прекраснее.

Часть 3. Высокие мачты неприступных галеонов.

Погода была великолепная, недавно прошел дождик и, уже как час, солнце согревало землю и возвращало осадки обратно в небо. Звезда приветливо припекала сверху все, вонзая свои лучи словно стрелы. Птицы радостно чирикали, провожая медленно катящуюся по тракту повозку. Неторопливая кобыла везла старую скрипучую телегу на север. Ее правил старый бобер, изредка подгоняя лошадку. На нее, казалось, эти команды не действовали, да и бобру было все равно, он это делал по привычке, как и многие годы до этого. Голова любознательного Кузо торчала из телеги и осматривала все вокруг. Старый капитан лежал рядом, распластавшись на сене и лишь изредка давал комментарии о проплывающих мимо селениях и лесах. Им очень повезло, когда они совсем недалеко отошли от пещеры и только вышли на дорогу их встретил и любезно предложил подвезти этот уважаемый господин.

Возница направлялся в портовый город Маликунь, который располагался в одном из заливов Малинового моря. Оказалось, что «портовый» – это значит, что там есть причалы для огромного числа кораблей, которые бороздят бескрайние воды. Как раз в этом городе капитана Барсура ждала его команда, на огромном галеоне, который и принадлежал старику. Пока Кузо не знал, что ему делать дальше, но все само складывалось так хорошо, что ничего нового и не нужно было придумывать. Так замечательно было просто следовать своей дорожкой и участвовать в приключениях, которые так и ждали, чтобы их прожили.

Тракт был очень оживленным местом. Путешественники встречали на своем пути очень много различных повозок и транспортных средств. Никогда Робинзон не видел еще столько новых незнакомцев разом. Все куда-то спешили, возили разные товары, они были разодеты в разные наряды, и всячески украшали свои транспортные средства. Глаза юного кота метались и не могли осмотреть все, что происходило вокруг. Капитан сообщил, что они приближаются к городу, поэтому тут так мельтешат встречные. По Барсуру не было заметно, чтобы все эти существа радовали его. Казалось, он стремился наоборот подальше от всего этого убежать. Как-то старик сказал, что чем дальше от моря отходит, тем ему хуже и его организм начинает чахнуть.

Вскоре на горизонте возникли высокие шпили города Маликунь. Солнце заходило за крепость и его последние лучи пронзали пространство между башнями, делая свет объемным. Казалось, что сам воздух горел, а в некоторых местах он был окрашен в красные цвета. Сверху же башен колыхались на ветру огромные флаги на фоне опускающейся раскаленной звезды. Кузо был поражен этой картиной. Как можно было возвести такое великолепие – построить крепость до небес. Город казался огромным отсюда. Множество разных построек можно было различить, если присмотреться. Юный путешественник предвкушал, новые впечатления, никогда ему еще не приходилось видеть такие строения.

Старый капитан сказал, что доплатит вознице, если он успеет в порт к тому моменту, как солнце окончательно сядет за горизонт. Оставалось еще немного времени, пока звезда завершит свое падение. Кузо пытался узнать, куда они торопятся, но старый капитан лишь загадочно улыбался.